Содержание

Теории памяти и их особенности

Основные теории памяти

Человек получает разные впечатления об окружающем мире. Они оставляют след, сохраняются, закрепляются, а при необходимости и возможности эти впечатления воспроизводятся. Данные процессы получили название память. С.Л. Рубинштейн говорил о том, что без памяти человек стал бы существом мгновения с мертвым прошлым для будущего. Функционирование общества и человека без памяти невозможно.

Специалисты считали, что наиболее разработанным разделом психологии являлась память, но дальнейшее изучение её закономерностей сделало память одной из узловых проблем науки. Единой и законченной теории памяти на сегодняшний день не существует.

  1. Психологические теории памяти представлены рядом различных направлений:
  • Ассоциативное направление, центральным понятием которого является ассоциация. Ассоциация обозначает связь, соединение и выступает в качестве обязательного принципа всех психических образований. Суть принципа в следующем – если в сознании одновременно или друг за другом возникли определенные психические образования, то между ними образуется ассоциативная связь. В результате при повторном появлении какого-либо элемента этой связи, в сознании возникает представление всех элементов;
  • Гештальтизм. Основным понятием этого направления является понятие гештальт. Данное понятие обозначает целую структуру, которая не сводится к сумме составляющих её частей. За основу образования связей признается организация материала по принципу изоморфизма – подобия по форме и реализована, может быть только в результате деятельности субъекта;
  • Деятельность личности. Данное направление приобретает свое признание и рассматривает деятельность как фактор, детерминирующий формирование всех её психических процессов, включая процесс памяти. Процесс запоминания, сохранения и воспроизведения определяется значимостью материала в деятельности субъекта;
  • Физиологические теории памяти.
    Они имеют тесную связь с учением И.П. Павлова о закономерностях высшей нервной деятельности. Это теория «запоминания на физиологическом уровне». Эту физиологическую основу запоминания составляет условный рефлекс как акт образования связи между новым и уже закрепленным содержанием. Понятие подкрепления здесь приобретает большое значение для понимания причинной обусловленности этого акта. Подкрепление – это достижение действиями индивида непосредственной цели;
  • Физическая теория памяти. Авторы этого направления считают, что любой нервный импульс, проходя через определенную группу нейронов, оставляет физический след, материализация которого выражается в электрических и механических изменениях синапсов;
  • Биохимические теории памяти. На современном этапе изучения механизмов памяти происходит все большее сближение нейрофизиологического с биохимическим уровнем, что подтверждается проведенными исследованиями. В результате исследований появилась гипотеза о том, что процесс запоминания имеет двухступенчатый характер.
    В мозге на первой ступени происходит кратковременная электрохимическая реакция, которая вызывает обратимые физиологические изменения в клетках. На основе первой возникает вторая стадия, т.е. собственно биохимическая реакция, связанная с образованием новых белковых веществ. Эти специфические химические изменения, считают сторонники этой теории, лежат в основе механизмов процессов закрепления, сохранения, воспроизведения следов.
  • Зарубежные теории памяти

    До настоящего времени не потеряла своего научного значения ассоциативная теория памяти, возникшая еще в XVII веке. Активная её разработка шла и в XVIII и в XIX вв. Наибольшее распространение эта теория получила в Англии и Германии. Связь между отдельными психическими элементами разрабатывали Г. Эббингауз, Г. Мюллер, А. Пильцекер и др. В русле этой теории память понимается как сложная система кратковременных и долговременных устойчивых ассоциаций. С помощью этой теории были открыты и описаны механизмы и законы памяти, например, закон забывания Г.

    Эббингауза. В результате исследований было выяснено, что 60% всей полученной информации забывается в течение первого часа. Через 6 дней от общего числа первоначально выученных слогов, остается менее 20%. Согласно ассоциативной теории отдельные элементы информации запоминаются, хранятся и воспроизводятся не изолированно, а в определенных логических и смысловых ассоциациях с другими.

    Позже теория столкнулась с трудноразрешимыми проблемами. Она не могла объяснить избирательность человеческой памяти, которая из всей поступающей информации выбирает определенную.

    Ассоциативную теорию в конце XIX века сменила гештальттеория. Главным принципом и основным понятием для неё выступила не ассоциация первичных элементов, а целостная их организация – гештальт, законы формирования, которого определяют память. Сторонники этой теории проводили главную мысль о том, что при запоминании и воспроизведении материал выступает в виде целостной структуры, а не случайного набора элементов.

    Несмотря на то, что представителям теории удалось найти психологическое объяснение некоторым фактам избирательности памяти, они столкнулись с другой сложной проблемой. Суть проблемы была связана с формированием и развитием памяти человека в филогенезе и онтогенезе. Зависимость развития памяти от практической деятельности не ставился и не решался.

    Удовлетворительного ответа о генезисе памяти не могли дать представители и других направлений психологических исследований – это бихевиоризм и психоанализ. Бихевиористы были близки к ассоцианистам, только с той разницей, что много внимания уделяли изучению памяти в процессах научения. Представителями психоанализа были обнаружены и описаны психологические механизмы подсознательного забывания, связанные с функционированием мотивации.

    В начале XX века возникает смысловая теория памяти. Её представителями были А. Бине, К. Бюлер. При запоминании и воспроизведении материала теория на первый план выдвигала смысловое содержание.

    Вывод

    Таким образом, можно сказать, что различные западные теории рассматривали развитие памяти с разных точек зрения – с точки зрения ассоциаций, структурирования материала при запоминании, с точки зрения подкрепления, образования смысловых связей.

    З. Фрейд, в свою очередь, придавал значение роли эмоций, мотивов, потребностей в запоминании.

    Исследование памяти в отечественной психологии

    Отечественное направление в изучении памяти связано в основном с общепсихологической теорией деятельности, где память выступает как особый вид этой деятельности. В этом направлении такие ученые, как А.Н. Леонтьев, П.И. Зинченко, А.А. Смирнов, занимались исследованием состава мнемических действий и операций, зависимостью продуктивности памяти от целей и средств запоминания, сравнительной продуктивностью произвольного и непроизвольного запоминания и др.

    Изучение памяти как деятельности положил французский ученый П. Жане, который одним из первых начал трактовать память, как систему действий, которые ориентированы на запоминание, переработку и хранение материала.

    В России эта концепция получила развитие в культурно-исторической теории происхождения высших психических функций, где были выделены этапы филогенетического и онтогенетического развития памяти.

    Деятельностная теория памяти образование связей-ассоциаций между представлениями, запоминание, хранение, воспроизведение материала объясняла исходя из того, что человек в процессе его мнемической обработки делает с этим материалом.

    Особенности, при которых механизм запоминания происходит лучше или хуже, обнаружил в своих исследованиях А.А. Смирнов. Им было установлено, что действия запоминаются лучше, чем мысли, а их действий прочнее запоминаются те, что связаны с преодолением препятствий. С появлением вычислительной техники и развитием программирования, с началом развития кибернетики, начались поиски оптимальных путей принятия, переработки, хранения информации уже машиной. Начался процесс технического и алгоритмического моделирования процессов памяти. Накопленный богатый материал очень полезен для понимания законов памяти, тем более что мозг человека это тоже сложнейшая электронно-вычислительная машина.

    Итоги различных теорий памяти

    Руководствуясь ассоциативной теорией памяти, немецкий ученый Г. Эббингауз, вывел следующие закономерности запоминания:

    • Простые события могут произвести на человека сильное впечатление и запомниться прочно и надолго и, даже по истечении многих лет, способны выступить в сознании отчетливо и ясно;
    • Менее интересные и более сложные события человек может переживать десятки раз, но в памяти они надолго не задерживаются;
    • Однократного переживания при пристальном внимании к событию бывает достаточно, чтобы потом воспроизвести по памяти его основные моменты в нужном порядке;
    • Между точностью воспроизведения события и уверенностью в этой точности однозначная связь не всегда существует;
    • При увеличении числа членов запоминаемого ряда, возрастает количество необходимых повторений для его запоминания;
    • Число предварительных повторений при заучивании материала, экономит время в том случае, если это число повторений не больше количества, необходимого для полного заучивания материала;
    • По памяти лучше всего воспроизводятся начало и конец какого-либо длинного ряда;
    • Для ассоциативной связи впечатлений и их воспроизводства, важным является то, какие они есть разрозненные или логически связанные в целое;
    • Повторение заученного материала будет более продуктивно, если происходить будет в течение определенного периода времени, например, в течение нескольких часов;
    • Новое повторение способствует лучшему запоминанию выученного раньше;
    • Если усилить внимание к материалу, который надо запомнить, то число повторений для его выучивания можно сократить;
    • Материал, вызываемый особый интерес, запоминается без всякого труда;
    • Необычные и странные впечатления запоминаются значительно лучше;
    • Новое впечатление в памяти человека не остается изолированным, вступая в ассоциативные связи, оно может изменить другие впечатления и измениться под их воздействием;
    • Патологические изменения личности вызывают нарушения памяти, например, амнезия;
    • Память человека теряется и восстанавливается по одному закону.

    13 Основные теории памяти.

    Ассоциативная теория.

    Ассоциация — это связь между отдельными представлениями, при которых одно из этих представлений вызывает другое.

    Ассоциации образуются на случайной основе, поэтому ассоциативная теория не объясняет избирательности памяти. Тем не менее, ассоциативная теория дала много полезного для понимания законов памяти. В рамках этой теории работал Г. Эббингауз («о памяти», 1885), которому принадлежит открытие ряда механизмов и закономерностей памяти.

    Память – это способность души образовывать, хранить и воспроизводить ассоциации (Г. Эббингауз)

    Процесс возрождения некоторого психического содержания, воспринятого ранее в виде представлений, Эббингауз назвал воспроизведением. Механизм воспроизведения он назвал ассоциацией — мысленной связью, возникающей между процессом, наблюдаемым в действительности, и возможностью его наступления в случае его отсутствия, связи между психологическими явлениями, когда актуализация одного из них влечёт за собой появление другого.

    Таким образом, ассоциация — это внутренняя причина воспроизведения. При этом Эббингауз подчеркивал, что воспроизводимые ощущения и представления не тождественны с существовавшими ранее, а только сходны с ними, и, тем не менее, способны пробуждать наблюдаемые ранее душевные образования.

    Поток представлений человека, по его мнению, регулируется 4-мя различными ассоциациями:

    1. по сходству;

    2. по контрасту;

    3. по смежности во времени и пространстве

    4. по каузальности (причинно-следственные отношения)

    Особенности изучения памяти в ассоциативной психологии:

    1. изучение “чистой” памяти, т.е. максимальное выключение сложной психической деятельности ( мыслительной, эмоциональной т.д.) при запоминании,

    2. строжайшая регламентация и стандартизация экспериментального исследования,

    3. исследование зависимости эффективности памяти от внешних условий, особенно от количества и организации повторений,

    4. почти исключительное внимание к результативной (количественной, а не качественной) стороне памяти.

    Методы экспериментального исследования памяти

    Они были впервые предложены в ассоциативной психологии Г. Эббингаузом:

    метод узнавания,

    метод заучивания,

    метод антиципации (предвосхищения),

    метод сбережения.

    Экспериментальные исследования памяти в ассоциативной психологии

    1. исследование изменения памяти во времени – кривая забывания (Г. Эббингауз), Она была получена Г. Эббингаузом в экспериментальном исследовании методом сбережения.

    2. исследование положения элементов в ряду на запоминание – эффект края (Г. Эббингауз), При запоминании, сохранении и воспроизведении однородного и большого по объёму материала лучше запоминаются его элементы, расположенные в начале и в конце ряда.

    3. исследование влияния степени однородности материала на запоминание – эффект А. фон Ресторф, Разнородные элементы материала, включённые в ряд однородных элементов, сохраняются в памяти лучше, чем однородные, независимо от характера материала.

    4. исследование влияния осмысленности материала на запоминание (Мак-Теч),

    5. исследование влияния способа организации повторений на запоминание.

    Современные теории памяти реферат по психологии

    ФЕДЕРАЛЬНОЕ АГЕНСТВО ПО ОБРАЗОВАНИЮ Государственное образовательное учреждение высшего профессионального образования «Амурский государственный университет» (ГОУВПО «АмГУ») Кафедра психологии и педагогики РЕФЕРАТ на тему: СОВРЕМЕННЫЕ ТЕОРИИ ПАМЯТИ по дисциплине: КЛИНИЧЕСКАЯ ПСИХОЛОГИЯ Исполнитель студент группы 464 А Т.А. Зубакина Руководитель С.В.Смирнова Благовещенск 2006 ПЛАН 1 Понятие памяти 2. Теории памяти 2.1 Психологические теории памяти 2.2 Нейронные и физико-химические теории памяти 2.3 Биохимические теории памяти Заключение Библиографический список отношении противоположные им, контрастирующие с ними. Например, представив что-нибудь черное, мы можем тем самым вызвать в представлении какой-либо образ белого цвета, а представив великана, мы можем тем самым вызвать в представлении образ карлика. Существование ассоциаций связано с тем, что предметы и явления действительно запечатлеваются и воспроизводятся не изолированно друг от друга, а в связи друг с другом (по выражению Сеченова, «группами или рядами»). Воспроизведение одних влечет за собой воспроизведение других, что обусловливается реальными объективными связями предметов и явлений. Под их воздействием возникают временные связи в коре мозга, служащие физиологической основой запоминания и воспроизведения. Учение об ассоциации получило широкое распространение в психологии, особенно в так называемой ассоциативной психологии, распространившей принцип ассоциации на все психические явления (Д. Юм, У. Джеме, Г. Спенсер). Представители данного научного направления переоценивали значение ассоциаций, что приводило к несколько искаженному представлению о многих психических явлениях, в том числе памяти. Так, запоминание рассматривалось как образование ассоциаций, а воспроизведение как использование уже имеющихся ассоциаций. Особое условие для образования ассоциаций — многократное повторение одних и тех же процессов во времени. В понимании ассоционистов психические процессы связываются, объединяются друг с другом сами, независимо от осознания нами существенных внутренних связей самих предметов и явлений, отражением которых эти психические процессы являются. Вместе с тем отрицать существование ассоциативных связей нельзя. Однако подлинно научное обоснование принципа ассоциаций и раскрытие их закономерностей было дано И.М.Сеченовым и И.П.Павловым. По Павлову, ассоциации — не что иное, как временная связь, возникающая в результате одновременного или последовательного действия двух или нескольких раздражителей. Следует отметить, что в настоящее время большинство исследователей рассматривает ассоциации лишь как один из феноменов памяти, а не как основной, а тем более единственный ее механизм. Изучение памяти явилось одним из первых разделов психологической науки, где был применен экспериментальный метод. Еще в 80-х гг. XIX в. немецкий психолог Г. Эббингауз предложил прием, с помощью которого, как он считал, было возможно изучить законы «чистой» памяти, независимые от деятельности мышления. Этот прием — заучивание бессмысленных слогов. В результате он вывел основные кривые заучивания (запоминания) материала и выявил ряд особенностей проявления механизмов ассоциаций. Так, например, он установил, что сравнительно простые, но произведшие на человека сильное впечатление события могут запоминаться сразу, прочно и надолго. В то же время более сложные, но менее интересные события человек может переживать десятки раз, но в памяти они надолго не остаются. Г. Эббингауз также установил, что при пристальном внимании к событию бывает достаточно его однократного переживания, чтобы в дальнейшем, точно его воспроизвести. Другой вывод состоял в том, что при запоминании длинного ряда лучше воспроизводится материал, находящийся на концах («эффект края»). Одним из самых важных достижений Г. Эббингауза было открытие закона забывания. Данный закон был им выведен на основе опытов с запоминанием бессмысленных трехбуквенных слогов. В ходе опытов было установлено, что после первого безошибочного повторения серии таких слогов забывание идет вначале очень быстро. Уже в течение первого часа забывается до 60 % всей полученной информации, а через шесть дней в памяти остается менее 20% от общего числа первоначально выученных слогов. Параллельно с исследованиями Г. Эббингауза проводились исследования и других ученых. В частности, известный немецкий психиатр Э. Крепелин изучал, как протекает запоминание у психически больных. Другой известный немецкий ученый — психолог Г. Э. Мюллер — осуществил фундаментальное исследование основных законов закрепления и воспроизведения следов памяти у человека. Следует отметить, что на первых порах исследование процессов памяти у человека в основном сводилось к изучению специальной сознательной мнемической деятельности (процесса преднамеренного заучивания и воспроизведения материала) и значительно меньше внимания уделялось анализу естественных механизмов запечатления следов, в одинаковой степени проявляющихся как у человека, так и у животного. Это было связано с широким распространением в психологии интроспективного метода. Однако с развитием объективного исследования поведения животных область изучения памяти была существенно расширена. Так, в конце XIX — начале XX в. появились исследования американского психолога Э. Торндайка, который впервые сделал предметом изучения формирование навыков у животного. Наиболее решительная критика ассоциативной теории памяти велась с позиций гештальтпсихологии (конец XIX в.). Ее основной принцип заключается в том, что анализ отдельных элементов ассоциации не может привести к пониманию целого, поскольку целое определяется не суммой, а взаимозависимостью отдельных его частей. Отдельно взятая часть — только часть и никакого представления о целом не дает. В самом деле, хотя мелодия, исполненная в разных тональностях, и вызывает перцептивно различные ощущения, но она узнается и вспоминается как одна и та же. Здесь важны не высота нот, а их сочетание, целостный звуковой ряд. Основное понятие гештальтпсихологии — понятие гештальта (от нем. Gestalt — образ), что означает изначально целостную структуру. Психической деятельности свойственно стремление к целостности, завершенности. В соответствии с этим в качестве основы образования связей здесь признается организация материала, которая определяет и аналогичную структуру следов памяти в мозге по принципу изоморфизма, т.е. подобия по форме. В гештальтпсихологии принцип целостности выступает как изначально данный, и законы гештальта (как и законы ассоциаций) действуют вне и помимо воли и сознания самого человека. Стремление психической деятельности к завершенности проявляется также в том, что неоконченное действие, невыполненное намерение ограничивает разнообразие циклических кодов памяти, а вместе с константой Бергера (частота основного ритма мозга — а-ритма ЭЭГ) также ее быстродействие. Изучение электроактивности мозга позволило рассчитать, что возможная емкость долговременной памяти составляет 387 420 489 единиц памяти. Каждая единица — это одно определенное понятие или команда, т. е. паттерн действия. Для сравнения можно сказать, что размер активного словаря обычного человека на родном языке составляет 10 000 и даже у Пушкина и Шекспира он меньше 100 000 слов. Не все единицы памяти задействованы и актуализированы одновременно, а только их небольшое число. Это число служит мерой объема внимания. Из-за циклических колебаний возбудимости нейронных ансамблей образы долговременной памяти, в том числе образы вспоминаемых и произносимых слов, актуализируются не все сразу, а по очереди, причем некоторые чаще, другие реже. По частоте актуализации слов (например, в письменной речи) можно судить о закономерностях циклических нейронных процессов и, наоборот, по особенностям нейронных циклов предсказать характеристики речи. Если моменты актуализации разных образов совпадают, то такие единицы памяти имеют шанс объединиться. Таким образом, вырабатывается новое понятие. Так происходит научение и реализуются акты творчества. 2.3 БИОХИМИЧЕСКИЕ ТЕОРИИ ПАМЯТИ Эти теории предполагают образование новых белковых веществ (нейропептидов и других) при долговременном запоминании. Вначале, непосредственно после воздействия раздражителя, в нервных клетках происходит электрохимическая реакция, вызывающая обратимые физиологические изменения в клетках (кратковременное запоминание), а далее на ее основе возникает собственно биохимическая реакция со структурными изменениями нейрона, обеспечивающая долговременную память (двухступенчатый характер механизма запоминания). Экспериментально получены данные о важной роли рибонуклеиновой кислоты (РНК) и олигопептидов в осуществлении функции запоминания. Наиболее волнующими экспериментами в последние годы стали попытки перенести память от одного животного к другому («пересадка памяти»). Если обучить планарию (плоский червь), что свет всегда предшествует току, а затем умертвить ее и скормить другой планарии, то оказывается, что приобретенный первой планарией опыт частично передается второму червю (Д. Мак-Коннел, 1962). Планария сравнительно примитивный организм, и она может обладать особыми механизмами научения, которые не имеют никакого значения для понимания памяти у высших организмов. Однако имеются данные об успешности подобного опыта на мышах и крысах — был осуществлен «перенос памяти» о выработанных условных рефлексах от одной особи к другой с помощью инъекций гомогената мозга предварительно обученного животного-донора ЗАКЛЮЧЕНИЕ Существуют различные теории исследования памяти. Одни из них рассматривают память с психологической точки зрения: как совокупность ассоциаций, формирующихся в сознании – ассоциативная теория; гештальтпсихология — наличие гештальта – целостной системы, постоянно стремящейся к завершению, направляющей психическую деятельность. Существует немало теорий, которые поддерживают воззрения о структурных или химических изменениях в самом мозге при накоплении им прижизненной информации – нейронные и физико-химические теории. Существуют биохимические теории, которые предполагают образование новых белковых веществ (нейропептидов и других) при долговременном запоминании. Несмотря на многолетние исследования, полной картины о физиологических механизмах памяти пока нет. Проблема физиологии памяти — это самостоятельная проблема, которую пытаются решить физиологи, занимающиеся изучением мозга. Мы же остановимся на той части проблемы, которую исследуют психологи.

    Теории памяти. — Дисциплина «Общая психология». Ответы к экзамену.

    1.      Ассоциативная теория памяти:

    Одной из первых психологических теорий памяти была ассоциативная теория. Она возникла в XVII в. В основе данной теории лежит понятие ассоциации – связи между отдельными психическими феноменами, разработанное Г.Эббингаузом, Г.Мюллером, А.Пильцекером и др. Память в русле этой теории понимается как сложная система кратковременных и долговременных, более или менее устойчивых ассоциаций.

    2.      Гештальтттеория:

    В конце XIX в. на смену ассоциативной теории памяти пришла гештальттеория. По убеждению сторонников этой теории (В.Вундт, Э.Б.Титченер, Б.В.Зейгарник, К.Левин) именно законы формирования гештальта определяют память.

    В русле данной теории особенно подчеркивалось значение структурирования материала, его доведение до целостности, организации в систему при запоминании и воспроизведении, а также роль намерений и потребностей человека в процессах памяти. Главная мысль исследования состояла в том, что при запоминании и при воспроизведении материал обычно выступает в виде целостной структуры, а не случайного набора элементов, сложившегося на ассоциативной основе.

    3.      Бихевиоризм

    Взгляды сторонников бихевиоризма были близки к ассоцианистам. Единственное существенное различие между ними заключалось в том, что бихевиористы подчеркивали роль подкреплений в запоминании материала и много внимания уделяли изучению того, как работает память в процессах научения.

    4.      Психоанализ

    Внимание!

    Если вам нужна помощь в написании работы, то рекомендуем обратиться к профессионалам. Более 70 000 авторов готовы помочь вам прямо сейчас. Бесплатные корректировки и доработки. Узнайте стоимость своей работы.

    Заслугой З.Фрейда и его последователей в исследовании памяти явилось выяснение роли положительных и отрицательных эмоций, мотивов и потребностей в запоминании и забывании материала. Благодаря психоанализу были обнаружены многие интересные психологические механизмы подсознательного забывания, связанные с функционированием мотивации.

    5.      Смысловая теория памяти

    В начале XX в. возникает смысловая теория памяти. Представители этой теории утверждали, что работа соответствующих процессов находится в прямой зависимости от наличия или отсутствия смысловых связей, объединяющих запоминаемый материал в более или менее обширные смысловые структуры. А.Бине, К. Бюлер доказали, что на первый план при запоминании и воспроизведении выдвигается смысловое содержание материала.

          6. Теория деятельности в изучении памяти

    А.Н.Леонтьев, П.И.Зинченко, А.А.Смирнов. В отечественной психологии преимущественное развитие получило направление в изучении памяти, связанное с общепсихологической теорией деятельности. Здесь память выступает как особый вид деятельности, включающей систему теоретических и практических действий, подчиненных решению мнемической задачи – запоминания, сохранения и воспроизведения разнообразной информации.

         7. Культурно – историческая теория:

    Основоположниками данной теории являются отечественные психологи Л.С.Выготский и А.Р.Лурия. Впервые систематическое изучение высших форм памяти у детей провел выдающийся психолог Л.С.Выготский, который в конце 1920-х годов приступил к исследованию вопроса о развитии высших форм памяти и показал, что высшие формы памяти являются сложной формой психической деятельности, социальной по своему происхождению. В рамках предложенной Выготским теории происхождения высших психических функций были выделены этапы фило- и онтогенетического развития памяти, включая произвольную и непроизвольную, а также непосредственную и опосредованную.

           8. Генетическая теория памяти:

    Существенный вклад в понимание филогенетического развития памяти внес П.П.Блонский. он высказал и развил мысль о том, что различные виды памяти, представленные у взрослого человека, являются также разными ступенями ее исторического развития, и их, соответственно, можно считать филогенетическими ступенями совершенствования памяти.

    Поможем написать любую работу на аналогичную тему

    Получить выполненную работу или консультацию специалиста по вашему учебному проекту

    Узнать стоимость

    Теория памяти и ее проблемы (по материалам некоторых работ М. С. Роговина) Текст научной статьи по специальности «Психологические науки»

    ТЕОРИЯ ПАМЯТИ И ЕЕ ПРОБЛЕМЫ

    (по материалам некоторых работ М. С. Роговина)

    A.B. Соловьёв (Москва)

    Аннотация. Подчеркивается, что в центре научных интересов М.С. Роговина была психология познавательной деятельности -проблемы понимания, проблемы теории памяти. Дается характеристика видов памяти, показывается связь памяти с другими познавательными процессами. Анализируются проблемы мозговых механизмов памяти, поражения мозга и расстройств памяти, концепция Бартлетта. Предлагается взгляд на природу и механизмы памяти с позиции принципов, намечающихся в то время.

    Ключевые слова: теория памяти, теория познания, впечатление, след памяти, мозговые механизмы, элементы памяти, ассоциации, структурно-уровневая концепция.

    Наряду с проблемами патопсихологии и методологии психологического исследования, психология познавательной деятельности всегда была в центре научных интересов Михаила Семеновича Роговина. Его первое серьезное исследование — кандидатская диссертация, выполненная в середине 1950-х гг. на кафедре психологии Московского государственного института иностранных языков (ныне Московский государственный лингвистический университет) под руководством заведующего кафедрой психологии профессора В.А. Артёмова, носила название «Проблема понимания». Монография, над которой он работал в последний год жизни, когда сам руководил кафедрой психологии МГЛУ, озаглавлена «Генезис научного уровня мыслительных операций». В связи с внезапной смертью автора она осталась незаконченной и неизданной. (Одна из глав оттуда публикуется в данном номере журнала).

    М.С. Роговин серьезно интересовался философией, особенно — теорией познания, очень хорошо ориентировался в зарубежной психологической литературе. Это позволяло ему исследовать фундаментальные проблемы психологии, анализируя их с опорой на историю философии, данные экспериментальных исследований и факты нарушения познавательных функций при различных видах психической патологии. Это в полной мере относится и к его работам о памяти.

    Проблемам памяти посвящены две книги Роговина: первая вышла в свет 1966 г. в издательстве «Высшая школа» под названием «Философские проблемы теории памяти», вторая (значительно переработанный вариант первой) — в 1976 г. в том же издательстве под названием «Проблемы теории памяти». Поскольку эти книги стали библиографической редкостью, мы хотели бы ознакомить читателей с их основными идеями. Это нам представляется вполне оправданным в связи с тем, что хотя за последние годы и было издано великое множество книг — отечественных и переводных — по многим разделам психологии, основательных исследований памяти, насколько нам известно, не появлялось.

    ***

    Как отмечает М.С. Роговин, для поверхностного взгляда память представляет собой нечто простое и

    понятное. Предполагается, что любое впечатление оставляет после себя некоторый след, который сохраняется в течение более или менее длительного времени. В этом и состоит сущность памяти. На физиологическом уровне этот процесс интерпретируется как определенное изменение в работе нервных клеток под влиянием предшествующих раздражителей. Подобный взгляд М.С. Роговин обозначает как тезис о естественности (самоочевидности) памяти. Но само собой понятное при ближайшем рассмотрении оказывается чем-то непонятным. И весь дальнейший анализ убедительно подтверждает справедливость данного утверждения.

    Первый принципиальный вывод, вытекающий из научного анализа сущности памяти, состоит в том, что мы имеем дело с явлением весьма сложным и многогранным. Оказывается, что память следует понимать не как единую способность сохранять и воспроизводить ранее имевшие место впечатления, а как совокупность механизмов разного рода. Например, индивидуальные различия в этой сфере касаются не только скорости и прочности запоминания, но и сравнительной легкости восприятия и удержания определенного материала, а также предпочтений, отдаваемых тому или иному способу заучивания. О том же свидетельствуют и многообразные проявления нарушений памяти — амнезии. Отсюда следует принципиальная возможность расчленения этого сложного явления по самым разным основаниям.

    Различают память моторную и сенсорную, образную и вербальную, механическую и логическую. Если рассматривать память как процесс, то можно выделять отдельные стороны этого процесса — фиксацию, сохранение, забывание, воспроизведение. Само запоминание может быть непроизвольным или произвольным, кратковременными или долговременным. Воспроизведение бывает прямым (непосредственным) или косвенным (опосредованным ассоциациями). В свою очередь прямое воспроизведение может быть результатом повторного восприятия (узнавание) или возникать спонтанно (реминисценция). Таким образом, память оказывается психической функцией, весьма сложной по своему строению. Кроме того, она интимно связана с другими познаватель-

    ными процессами (восприятие, внимание, мышление, речь) и с общей психической организацией и направленностью личности.

    Существенным аспектом изучения проблемы памяти является исследование тех мозговых механизмов, которые обеспечивают сохранение прошлых впечатлений. На протяжении XX в. было проведено множество исследований подобного рода и на животных, и на людях. Они показывают, что, во-первых не существует какого-то мозгового «центра памяти». Нарушения данной функции наблюдаются при поражении разных мозговых структур, но при этом более значимым оказывается обширность очага поражения, чем его конкретная локализация. Подобного рода факты хорошо согласуются с выводом психологов о том, что память представляет собой не отдельную способность; она теснейшим образом связана с другими сторонами познавательной деятельности.

    Во-вторых, доказано, что с помощью электрической стимуляции определенных отделов коры мозга (височные доли доминирующего полушария) можно искусственно вызывать зрительные и слуховые образы прошлого, которые У. Пенфилд назвал «вспышками пережитого» (flashbacks).

    Наконец, была проведена достаточно убедительная экспериментальная демонстрация того, что кратковременная и долговременная память имеют совершенно разные физиологические механизмы. Кратковременная память связана с функционированием замкнутых нейронных цепей. В экспериментах на животных было показано, что электрошок, который применяется вскоре после выработки навыка, существенным образом разрушает последний. Однако аналогичное воздействие, оказываемое спустя час после окончания процедуры дрессировки, практически не устраняет ее результатов. Устойчивость долговременной памяти к столь сильным внешним воздействиям говорит о том, что здесь включается в работу иной механизм фиксации опыта. Специалисты связывают его с устойчивыми биохимическими изменениями в нейронах и синапсах.

    Итак, современная нейрофизиология выдвинула интересные гипотезы относительно возможных механизмов фиксации следов памяти. Однако до сих пор ни по одному частному вопросу о «следах» памяти — их локализации, структуре, прочности, способах актуализации и т.д. — не существует единых и твердо обоснованных представлений. Несмотря на проведенные исключительно тонкие исследования, в этой области пока гораздо больше неизвестного и непонятного, чем однозначно доказанного.

    ***

    Констатировав, что современная нейрофизиология, сообщая некоторые любопытные факты отно-

    сительно функционирования мозговых механизмов переработки информации о внешнем мире, не слишком приближает нас к пониманию сущности памяти как познавательного процесса, М.С. Роговин возвращается к психологическому аспекту проблемы. Здесь он выделяет аналитический и синтетический подходы. Первый заключается в попытке выделить основные элементы памяти, а второй направлен на определение места этого познавательного процесса в общей структуре психической жизни человека.

    В качестве базовых элементов памяти старая психология называла ассоциации, т.е. связи между отдельными представлениями. Действительно, наша память во многом строится на связях. Законы ассоциаций впервые были выведены еще Аристотелем, усматривающим их причину в существовании сходств и различий предметов и группировавшим их по преобладающей сенсорной модальности. Позднее к внешним ассоциациям (по сходству и контрасту, а также по совпадению во времени и в пространстве) были добавлены внутренние ассоциации (по родовидовым отношениями и причинно-следственным связям). Ассоциации первого типа образуют основу чувственной памяти, ассоциации второго типа — основу памяти идей.

    Ассоцианизм, который вплоть до XIX в. был основным направлением философской психологии, во многом определил и развитие современной экспериментальной психологии. Пионер экспериментального изучения памяти Г. Эббингаус использовал принцип ассоциаций для объяснения скорости заучивания наизусть и забывания выученного. Тот же принцип лег в основу объяснительных схем, которые использовались бихевиористами (связи типа «стимул-реакция») и физиологами школы И.М. Сеченова и И.П. Павлова (условный рефлекс). Хотя ассоцианизм как универсальная концепция позднее беспощадно критиковался представителями других направлений, например гештальтпсихологии, видная роль ассоциаций в организации человеческой психики не вызывает сомнений. За привычными формами поведения, за оформленными по законам языка и логики актами речи специальный научный анализ вскрывает мощный пласт ассоциаций — психических образований, служащих для них сырым материалом и динамическим фоном.

    Если ассоциации представляют собой те элементарные структуры, которые образуют «фундамент» памяти, то сама она включается в общую структуру психики, которую принято обозначать понятием «личность». Синтетический подход обращает внимание именно на второй аспект, который не менее важен для понимания природы человеческой памяти, чем изучение процесса формирования ассоциаций. Например, В. Вундт считал, что ассоциации как таковые направляются апперцепцией, т.е. волевым актом, который ставит их в определенное отношение

    № 24

    Сибирский психологический журнал

    2006 г.

    друг к другу. Представители Вюрцбурской школы отмечали важность таких интенциональных моментов, как «намерение», «сосредоточение», «мотив» для организации ассоциативных процессов. Гештальти-сты указывали на роль структурирования материала для его успешного запоминания.

    В этом же русле складывалась концепция Ф. Бартлетта, для которого память взрослого человека есть результат совместной работы органов чувств, конструктивного воображения и конструктивной мысли. Каждое воспоминание включается в более широкую схему, благодаря чему оно перестает быть простой копией первоначального впечатления, а обязательно включает элемент обобщения, основанного на прошлом опыте. Воспоминания — это не столько репродукция, сколько реконструкция прошлого. Образно говоря, Бартлетт «перекидывает мостик» от памяти к воображению. Различие здесь, по его мнению, состоит лишь в степени трансформации исходного материала.

    Еще один момент, который намечался в концепции Бартлетта, но более детально был разработан в трудах французских (П. Жане, Л. Леви-Брюль, М. Хальбвакс) и отечественных (Л.С. Выготский, А.Р. Лурия, А.Н. Леонтьев) психологов, это указание на роль социальных факторов в процессе запоминания. При ближайшем анализе развитие памяти человека оказывается тесно связанным с возникновение абстрактно-логического мышления и с использованием специальных мнемонических средств (искусственных знаков). Знаковые системы (в частности — письменность) выступают в качестве средства овладения собственным поведением, что является поворотным пунктом истории духовного развития человечества. Кроме того, социальная жизнь задает некоторые рамки (системы координат), внутри которых только и возможен отсчет событий жизни каждого индивида. Поэтому любое воспоминание о том или ином конкретном событии содержит, кроме образа, локализованного в определенном месте и времени, те общие представления, которые отражают наш личный опыт или опыт нашего ближайшего социального окружения. В этом — сущность и специфика памяти человека. По верному замечанию П. Жане, только с использованием языка возникает настоящая память, ибо лишь тогда появляется возможность описания, то есть превращения отсутствующего в присутствующее.

    ***

    Систематическое рассмотрение различных взглядов на природу и механизмы памяти приводит М.С. Роговина к формулированию принципов структурно-уровневой концепции, призванной интегрировать многообразные факты, относящиеся к функцио-

    нированию этого сложного познавательного комплекса. Вся эта структура является результатом длительного филогенетического и онтогенетического развития, в ходе которого исторически более новые образования как бы надстраиваются над более старыми, включая их в себя и качественно перестраивая. Например, произвольное запоминание обязательно предполагает особую организацию собственной активности (членение материала, распределение повторений), направленную на заучивание некоторого содержания с целью его последующего воспроизведения. В этом смысле оно существенно отличается от непроизвольного запоминания, представляющего собой своего рода побочный продукт любой деятельности.

    Произвольное запоминание вовсе не отменяет непроизвольного, а лишь специальным образом его организует и направляет. Словесно-логическая память по сравнению с образной оказывается более эффективным (в плане последующего сохранения) способом кодирования информации, первоначально данной в наглядном виде. Язык и другие знаковые системы в этом смысле можно рассматривать как готовые средства (инструменты) запоминания.

    Структурно-уровневая концепция психики сама по себе не является изобретением М.С. Роговина. Ее основы были заложены выдающимся английским неврологом Х. Джексоном и его учеником Г. Хэдом. Развивая эволюционные идеи Ч. Дарвина и Г. Спенсера, Джексон рассматривал функции центральной нервной системы как результат постепенного усложнения, подъема на более высокий уровень. В случае патологии возникает обратный процесс, который Джексон называет диссоциацией. Теория Джексона в свое время нашла широкий отклик во французской психологии. Ее влияние особенно заметно в трудах Т. Рибо и П. Жане. В частности, Рибо в известной книге «Память в ее нормальном и болезненном состоянии» формулирует так называемый закон обратного развития этой функции, Согласно которому в первую очередь страдают генетически более поздние образования — словесно-логическая память и способность произвольного запоминания и припоминания. Впечатления далекого прошлого и двигательные навыки (память-привычка) оказываются довольно устойчивыми в этом отношении.

    В работах отечественных исследователей было показано, что развитие памяти человека идет в направлении от непосредственного запоминания к запоминанию опосредованному, основанному на использовании вспомогательных средств (главным образом языка). Это относится и ко всему историческому развитию человеческого познания, и к индивидуальному развитию памяти в детском возрасте. На низших уровнях функционирования запоминание осуществляется под влиянием внешних факторов и опирается на при-

    родную способность всякого живого организма фиксировать биологически значимые или часто повторяющиеся впечатления. На уровне же произвольного и сознательного регулирования деятельности запоминание приобретает форму целенаправленного заучивания. При этом главным инструментом организации собственного поведения становится внутренняя речь.

    Итак, именно структурно-уровневая концепция представляется наиболее адекватной для раскрытия природы памяти. И подобное утверждение звучит весьма убедительно в свете тех эмпирических фактов и логических доводов, которые содержаься в работах М.С. Роговина.

    THE THEORY OF MEMORY AND ITS PROBLEMS A. V. Solov’ev (Moskow)

    Summary. It is noted that the psychology of cognitive activity — the problems of understanding, the problems of the memory theory -was in the center of scientific interests of M.S. Rogovin. Evidently the notion of memory after «close examination turns out to be something unintelligible». The conclusion is made that we deal with a very complex phenomenon. The kinds of memory are characterized, the connection between memory with other cognitive processes is shown. The problems of cerebral mechanisms of memory, cerebral lesions and memory disorders, Bartlett’s concept are analyzed, there is a link between memory and imagination. The view on nature and memory mechanisms are suggested from the point of principles, setting at that time. Structure and level conception of psycho. Key words: memory theory, epistemology, impression, memory trace, cerebral mechanisms, elements of memory, associations, structure and level conception.

    Теория памяти Г.К. Середы как развитие идей школы П.И.Зинченко — Культурно-историческая психология

    Идеи Петра Ивановича Зинченко относительно непроизвольного запоминания, соотношения с запоминанием произвольным, связи непроизвольного запоминания с обучением, выведенные им закономерности дали толчок к постановке целого ряда проблем и появлению исследований, направленных на их решение. Как отмечал сам П. И. Зинченко, одна группа исследований связана с дальнейшей разработкой проблем непроизвольного и произвольного запоминания в общей и педагогической психологии, вторая группа — с разработкой новых проблем, связанных с инженерной психологией [7]1.

    Развивая выводы П. И. Зинченко о единстве произвольного и непроизвольного запоминания в генетическом плане, об общности механизма произвольного и непроизвольного запоминания и об их функциональном единстве, естественно было поставить вопрос о структуре собственно мнемического действия. Это стало предметом изучения в работах В. Я. Ляудис [10]. В ее представлении произвольное запоминание является такой специфической формой активности, которая обеспечивает «построение модели объекта, соответствующей задаче его воспроизведения» [10, с. 22], поскольку человек запоминает не для запоминания, а для воспроизведения. В. Я. Ляудис предположила, что мнемическое действие представляет собой динамичную систему операций по построению модели объекта с целью последующего воспроизведения. В ее работах были выделены четыре основные операции мнемического действия: две из них являются ориентировочными (операции ориентировки и группировки), а две — исполнительными (установления внутригрупповых и межгрупповых отношений). Результатом этих операций становится построение модели запоминаемого объекта. В работах В. Я. Ляудис была также обнаружена зависимость воспроизведения от полноты сформированности и освоенности мнемического действия, в чем решающая роль принадлежит действию субъекта.

    В работах Л. М. Житниковой изучался генезис мнемического действия у дошкольников, формирование у них познавательного действия классификации с последующим использованием его в качестве способа запоминания [5]. Она показала, что развитие у детей мнемического действия с использованием в качестве способа классификации проходит несколько этапов: овладение простой ориентировкой в материале, формирование классификации как познавательного действия и превращение классификации в способ мнемического действия [5, с. 40]. Каждый из этих этапов состоит, в свою очередь, также из определенных этапов. Аналогичные данные были получены при проведении экспериментального исследования с младшими школьниками [6]. Результаты, полученные в исследованиях Л. М. Житниковой, принципиально совпали с результатами функционального анализа сформированного и развитого мнемического действия, полученными в исследованиях В. Я. Ляудис. Это, как пишет Л. М. Житникова, в очередной раз «подтверждает известное положение П. И. Зинченко о том, что мнемическое действие формируется на основе познавательного и вследствие этого в своем развитии несколько отстает от него» [5, с. 45].

    Развитие инженерной психологии стимулировало целый ряд исследований, в том числе и в области памяти; многие из них были выполнены под руководством П. И. Зинченко. Одними из наиболее перспективных и интересных он сам считал работы по изучению оперативной памяти [9; 16]. Проблема оперативной памяти как такого вида памяти, который обслуживает деятельность и является одним из средств достижения ее целей, была поставлена в работе П. И. Зинченко и Г. В. Репкиной [9]. В ней даны характеристики оперативной памяти и определено понятие оперативных единиц памяти. Оперативная память, по мнению П. И. Зинченко и Г. В. Репкиной, «выделяется на основе применения критерия отношения процессов памяти к различным компонентам психической деятельности» [16, с. 191], т. е. в зависимости от места процессов памяти в психологической структуре деятельности. Оперативная память оперирует особыми образованиями — оперативными единицами. Под оперативными единицами понимаются образы, которыми человек оперирует в памяти при выполнении действия, и которые отражают элементы материала, выделяемые в процессе его преобразования [15, с. 43—44]. Оперативные единицы памяти — это структурные образования, состоящие из элементов перерабатываемого материала и строящиеся по ходу выполнения действия. Их содержание находится в прямой зависимости от особенностей выполняемого действия: характера цели действия и способов его выполнения. В зависимости от используемых способов можно выделять оперативные единицы разных уровней: низшего, оптимального и промежуточного. Они отражают разные свойства материала и делают это по-разному: без перекодирования, с перекодированием, с разной степенью символизации. Оперативные единицы являются основной характеристикой оперативной памяти, определяющей ее объем, точность, скорость и т. д. Но поскольку сами оперативные единицы зависят от особенностей действия, то и данные характеристики также зависят от особенностей и способов овладения действием. Эти результаты, как считают авторы, открывают возможности формирования оперативных единиц и управления характеристиками оперативной памяти.

    Работы Н. И. Рыжковой [17; 18] были посвящены вопросам кодирования информации, передаваемой для запоминания. Ею было показано, что кратковременное запоминание кодовых символов опосредуется операцией декодирования, и для успешного кратковременного запоминания информации, предъявляемой в закодированном виде, необходимо осмысливание символов, их декодирование, при котором в качестве единиц алфавита запоминания выступают смысловые элементы. Логическая группировка материала явилась способом перекодирования в условиях дефицита времени. Чем сложнее код для смысловой обработки, тем хуже и медленнее он запоминается. Эти работы продемонстрировали, что запоминание зависит от особенности задачи и способов действия не только при запоминании осмысленного материала, но и в условиях кратковременного запоминания специфического кодового материала.

    В это же время появляется и ряд работ, выполненных в рамках информационного подхода, рассматривающих память как информационный процесс и изучающих ее в связи с количеством и ценностью информации (С. П. Бочарова, П. Б. Невельский). Исследования П. Б. Невельского дали возможность сделать вывод о том, что большое и даже избыточное количество информации является фактором, позитивно влияющим на логическую обработку информации в процессе запоминания и на продуктивность памяти [12]. С. П. Бочаровой было показано, что запоминание зависит не только от количества, но и от ценности (значимости) информации [3, с. 111]. Ею также было высказано предположение, что количество воспринимаемой информации в большей степени связано с операциональной стороной деятельности субъекта, а ценностный аспект преимущественно с ее мотивационной стороной [3, с. 111].

    На стыке исследований памяти и усвоения знаний возникла проблема «памяти и обучения», в частности использования непроизвольного запоминания в процессе усвоения знаний. Как отмечал П. И. Зинченко, «главное в решении этой проблемы — специальная организация учебной деятельности с материалом, отвечающая условиям высокой продуктивности его непроизвольного запоминания» [8, с. 3].

    Эта идея начала реализовываться на базе проводимых в 60-е гг. исследований и практике внедрения экспериментального обучения по методике В. В. Давыдова и Д. Б. Эльконина. На основании этой теоретической и практической работы был сделан целый ряд выводов относительно зависимостей обучения и памяти. Так, в работах В. В. Репкина было показано, что организация учебной деятельности и способ психологической организации материала влияет на разную успешность его запоминания. При выполнении отдельных учебных задач мнемическая задача выступает как специальная задача, часто даже вступающая в противоречие с познавательной. При решении интегрированной системы задач, направленных на поиск существенных связей и закономерностей в материале, мнемический эффект является результатом непроизвольного запоминания и не требует специальной, кроме познавательной, активности [13; 14].

    В рамках теории и практики развивающего обучения были проведены исследования по изучению непроизвольного запоминания в начальном обучении русскому языку [13; 14], формированию общих алгебраических способов решения задач [2], формированию геометрических понятий [4], действий по измерению величин [11] и др., которые продемонстрировали значительную опору на непроизвольное запоминание, его возможности и эффективность. В дальнейшем полученные данные были использованы в разработке теории и практики развивающего обучения.

    Однако в наибольшей степени идеи П. И. Зинченко были реализованы в работах его ученика Григория Кузьмича Середы, создавшего, с нашей точки зрения, яркую и самобытную теорию памяти, являющуюся творческим продолжением и развитием теории П. И. Зинченко. Попытаемся изложить основные положения его теории, дающей свой ответ на вопрос, что такое память. В своем изложении применим тот метод и ход рассуждений, которые Г. К. Середа разработал в своем подходе о роли непроизвольной памяти в обучении и часто использовал впоследствии. Этот подход заключался в следующем: начинать с наиболее общей стратегической задачи и через выполнение ряда действий получать результат, т. е. возвращаться к решению этой задачи, но уже в конкретном виде, обогащенном результатами предыдущих действий.

    Итак, что же было ядром и «изюминкой», основной идеей теории памяти Г. К. Середы? Он сам считал, что это положение об ориентации памяти на будущее. Как он понимал это положение и как к нему пришел? Проделаем этот путь вместе с ним.

    Первой проблемой, которую начал разрабатывать Г. К. Середа, была проблема роли памяти в обучении, поиск путей достижения максимальной эффективности обучения, прочности усвоенного, т. е. понятого и запомненного материала, гибкости полученных знаний, умения их применять в разных ситуациях. Считая, что полученные традиционным путем знания часто являются «малоподвижными», он пытался найти способ, как их можно сделать подвижными и гибкими. Кроме того, по его мнению, обучение является той областью, в которой можно создать максимально адекватные условия для изучения памяти в соответствии с теорией деятельности.

    Разделяя взгляды П. И. Зинченко относительно непроизвольной памяти, Г. К. Середа считал использование в обучении именно непроизвольной памяти резервом совершенствования процесса обучения. Но для актуализации этого резерва необходима специальная организация деятельности учащегося, в которой он, во-первых, активно добывает знания, а не получает их в готовом виде. И, во-вторых, реализуется психологический принцип, обеспечивающий построение такой структуры деятельности, в которой содержание, являющееся целью действия в одной задаче, входит в последующие действия как способ или часть способов их решения. То есть то, что должно быть усвоено, должно стать целью действия, а для прочности запоминания действия должны быть организованы в систему «цель — способ».

    Г. К. Середа вводит понятие стратегической задачи как некой обобщенной задачи или, как он еще писал, «узловой цели» в начале деятельности [19]. Такая задача не дает готового представления о результате, а лишь очерчивает зону поиска, его направление. Общая идея должна управлять и направлять движение учащегося в материале. Она должна выступать в виде проблемы или задачи, к решению которой учащемуся следует двигаться. В начале обучения учащийся видит некий прообраз решения, идет к нему через систему2 выполняемых им действий, завершив которые, возвращается к этой стратегической задаче, но уже получив ее конкретное решение.

    Стратегическая задача при этом получает конкретно-образное воплощение. А возникающий мнемический эффект, или непроизвольное запоминание, Г. К. Середа объясняет тем, «что такая обобщенная стратегическая цель, лежащая за пределами данного отдельного действия, “обязывает” удерживать продукт последнего, прежде всего, как средство осуществления последующих действий, необходимое вместе с тем и для достижения конечной цели» [20, c. 16]. Следует отметить, что уже здесь появляется, хотя и не артикулируется в явном виде, идея ориентации памяти на будущее и управления ею из будущего.

    Стратегическая задача выступает в качестве познавательного и организующего мотива системы взаимосвязанных действий, придает смысл всей системе действий, обеспечивает единство мотива и цели действия и, как предполагает Г. К. Середа, поддерживает своего рода внутреннюю установку на удержание того, что «нужно будет». Г. К. Середа формулирует гипотезу о природе запоминания как процесса, механизм которого функционирует по принципу фильтра: предстоящие цели детерминируют закрепление тех результатов, которые нужны будут для дальнейшего течения деятельности [21].

    Следующим был вопрос о том, будут ли справедливы эти предположения и для произвольной памяти. Если П. И. Зинченко показал связь произвольной и непроизвольной памяти с точки зрения операциональной, то Г. К. Середа предположил наличие мотивационной связи и зависимости этих видов памяти [20]. Он полагал, что спонтанная установка на удержание того, что нужно будет, свойственная познавательному действию и обусловливающая необходимое непроизвольное запоминание соответствующих результатов, в произвольном запоминании становится осознаваемой. То есть в непроизвольном запоминании установка на удержание того, что будет нужно, не осознается, а в произвольном — осознается. Более того, согласно Г. К. Середе, есть различные уровни осознания этой установки и разные промежуточные формы между непроизвольным и произвольным запоминанием [20, с. 18]. Мнемическая задача также может быть стратегической задачей, но ее стратегия — это стратегия, направленная на удержание формы материала.

    Эту теоретическую позицию Г. К. Середа попытался доказать экспериментально. Прежде всего ему было необходимо найти площадку, где бы реализовывался именно такой способ обучения, ориентированный на деятельность самих учащихся по добыванию знаний. Такой площадкой стали экспериментальные начальные классы, в которых обучение проводилось в рамках разрабатываемой в то время экспериментальной системы Д. Б. Эльконина—В. В. Давыдова. Усвоение материала, согласно предложенному принципу, было продемонстрировано Г. К. Середой в рамках разных учебных предметов: математики, русского языка и литературы.

    Это было усвоение и непроизвольное запоминание таблицы умножения, нескольких грамматических понятий и стихотворения [22].

    На основании полученных экспериментальных данных Г. К. Середа приходит к выводу, что, «важнейшим исходным условием организации учебной деятельности, обеспечивающей высокую продуктивность запоминания материала в самом процессе его усвоения, является постановка строго мотивированной познавательной задачи» [1, с. 3]. Принятая стратегическая задача и обеспечивает внутренний, собственно познавательный, мотив всей системы действий учащихся.

    Позднее Г. К. Середа подтверждает полученные на младших школьниках выводы в обучении студентов разных специальностей (гуманитарных и естественнонаучных) по специально разработанным программам и методикам, в которых изучалось влияние задачи на усвоение и запоминание. Так же как при обучении школьников, обучение студентов начиналось с организации проблемной ситуации, постановки стратегической задачи и создания системы действий, которые обеспечивали единство мотива и цели действия. Благодаря этому приему обеспечивается, как считал Г. К. Середа, собственно познавательная мотивация обучения и прочного усвоения знаний (т. е. прочного непроизвольного запоминания). Кроме того, он предложил (и осуществил для ряда тем) «обрамление» стратегической задачи двумя вспомогательными задачами: вводной (или мотивирующей) и итоговой (или закрепляющей). Функция мотивирующей задачи заключается в ответе на вопрос, зачем это (знание, понятие, проблема и т. д.) нужно. Тем самым придается смысл и вопросу о том, что это такое. Таким образом, вводная, мотивирующая задача позволяет еще до рассмотрения самого содержания материала раскрыть его общий смысл и значение. Функция закрепляющей задачи — не только подвести итог, но и наметить его связь с предстоящим [26].

    Г. К. Середа разработал такой задачный подход к отдельным темам разных курсов: психологии [1] и иностранного языка в гуманитарных и технических вузах [1; 23], физики в среднем учебном заведении [24]; создал специальные методические пособия для преподавателей и студентов по изучению тем «стадии развития психики» [38] и «проблема воли в культурно-исторической теории» в курсе психологии [25].

    Таким образом, выводы, к которым приходит Г. К. Середа, относительно достижения высокой продуктивности непроизвольного запоминания, заключались в следующем. Должна быть обеспечена специфическая организация учебно-познавательной деятельности, воплощающая в себе принцип системности. Этот принцип заключается, во-первых, в такой организации смежных познавательных задач, при которой результат предшествующего действия становится средством осуществления последующего, и так во всей цепочке действий. Во-вторых, в осознании учащимся конечной цели всего ряда действий еще до выполнения каждого отдельного действия. Это осознание достигается путем создания упреждающей ориентировки с помощью стратегической задачи, ориентирующей на конечный результат и намечающий движение к этому результату.

    В середине ХХ в. в психологии активно изучалась кратковременная память, ее особенности и закономерности, связь с долговременной памятью. Г. К. Середа рассматривал эти вопросы в логике уже признанной теории непроизвольного запоминания П. И. Зинченко и разрабатываемых собственных идей, в частности положения о зависимости кратковременной памяти от характера деятельности.

    Целый цикл исследований [26; 27] был проведен в заочной полемике Г. К. Середы с Д. Бродбентом, выдвинувшим гипотезу двух механизмов памяти. Она заключалась в том, что в кратковременной памяти организация материала осуществляется по сенсорным качествам материала, а в долговременной — по смыслу. Г. К. Середа же исходил из представления, что кратковременное и долговременное запоминание «представляют собой различные уровни единого процесса, происходящего на основе принципиально единого психологического механизма, и что поэтому характеристики кратковременного запоминания, как и характеристики долговременной памяти, определяются особенностями деятельности человека, прежде всего отношением удерживаемого материала к содержанию основной цели действия» [26, с. 4].

    Для подтверждения своей гипотезы ему необходимо было провести исследование, демонстрирующее, что в кратковременном запоминании обнаруживаются те же закономерности, что и в долговременном. То есть что характеристики кратковременного запоминания определяются особенностями выполняемых человеком действий, и что продуктивность кратковременного запоминания зависит от того, какое место занимает материал в структуре действия — цели, способа или фона. Эти его предположения полностью находятся в русле идей П. И. Зинченко.

    Данное экспериментальное исследование он начал с изучения кратковременной памяти в условиях непроизвольного запоминания при решении разных познавательных задач, совмещении познавательной и мнемической задачи и выполнении чисто мнемической задачи. В качестве познавательных задач им были разработаны так называемые фоновая, ориентирующая и операционная задачи. Они отличались целью действия и особенностям действия с элементами стимульного материала.

    Примером фоновой может служить задача определения скорости чтения ряда чисел. Цель выполняемого испытуемым действия — определение временного интервала между символами — требует выделения каждого элемента ряда как звукового раздражителя, а их числовые значения в этом случае являются иррелевантной информацией и для испытуемого оказываются фоном. Так, в фоновой задаче материал, который мог запоминаться непроизвольно, был иррелевантен цели действия.

    Особенность ориентирующей задачи состоит в том, что целью действия являются не отдельные элементы, а выявление особенностей целого, исследуемого с различных сторон по принципу: «что это такое?». Ориентирующей задачей может быть прослушивание ряда цифр как примера, с чем испытуемому придется иметь дело в предстоящем опыте, о содержании которого он еще не был информирован. Так, в ориентирующей задаче выявлялись особенности целого, т. е. всего материала, а не отдельных его элементов.

    В операционной задаче каждый элемент ряда должен не только стать дискретным объектом ориентировки испытуемого, но и выступить в качестве цели специально на него направленного действия, предполагающего осознание связей данного объекта с остальными элементами. Например, по ходу предъявления ряда случайных цифр мысленно ставить каждую из них на свое место в матрице определенного заданного типа. То есть в операционной задаче каждый элемент являлся целью направленного действия.

    Для экспериментального доказательства выдвигаемых им теоретических положений Г. К. Середа создал оригинальные и, как может показаться на первый взгляд, простые методики.

    Полученные экспериментальные данные показали, что различные познавательные задачи по-разному влияют на продуктивность непроизвольного кратковременного запоминания. Наиболее продуктивной оказалась ориентирующая задача, а наименее — фоновая. В условиях долговременного запоминания операционная задача должна быть наиболее продуктивной. Однако при кратковременном запоминании этого не получилось. Г. К. Середа объяснял это тем, что в операционной задаче каждый раз необходимо осуществлять развернутую операцию относительно каждого элемента, что трудно выполнить в условиях временного дефицита. В ориентирующей задаче установка на выбор того, что «нужно будет», выступала как побуждение к целенаправленному ориентировочно-исследовательскому действию, и каждый элемент материала становился объектом познавательной ориентировки. Операция ориентировки (с которой начинается любая познавательная задача) превращается в самостоятельное действие. В этом действии осуществляется смысловая обработка материала, направленная на такие его особенности, которые для человека являются существенными для решения задачи, наиболее вероятной по отношению к данному материалу. Таким образом, ориентирующая задача снимает наслоение операций, благодаря чему в условиях жесткого дефицита времени достигается высокий уровень продуктивности запоминания. В познавательных задачах других типов такого эффекта не получается, поскольку в них выполняется действие, состоящее из нескольких операций, что приводит к запоминанию только результата предшествующей операции, т. е. только того, что будет необходимо для следующей операции, что в конечном счете отрицательно влияет на продуктивность запоминания всего материала.

    На основании этих рассуждений Г. К. Середа высказывает предположение, что «функциональной единицей кратковременной памяти является не действие, а операция, и что основное назначение кратковременного запоминания — «сцепление» операций в соответствии со стратегией действия, определяемой его целью. «Ориентирующая» задача, вычленяющая в структуре действия одну операцию, представляет собой, по-видимому, адекватную модель ситуации, в которой рассматриваемый процесс выступает в «чистом» виде. А соотношение процессов кратковременного и долговременного запоминания в структуре «целого» действия соответствует, по-видимому, отношению операция — действие» [27, с. 70].

    Кратковременная память отбирает необходимые для деятельности и адекватные задаче элементы материала, а долговременная — объединяет их в процессе деятельности в новые, более крупные образования. «Взаимосвязь процессов кратковременной и долговременной памяти состоит в том, что эти укрупненные единицы материала под новым кодовым обозначением могут снова возвращаться в кратковременную память в качестве «простых единиц» более высокого уровня организации. В этом состоит единая для всех уровней памяти ее функция обслуживания деятельности человека: то, что было целью предшествующего действия, может становиться способом последующего» [27, с. 9].

    В других исследованиях [28; 29] задачу изменяли и делали один и тот же материал то «целевым», то «фоновым», чтобы выяснить особенности его запоминания в зависимости от места в структуре деятельности. Как и в долговременной памяти, материал, входящий в цель действия, непроизвольно запоминался значимо лучше, чем фоновый.

    В экспериментальных исследованиях, проведенных совместно с Б. И. Снопиком, Г. К. Середа изучал влияние различных познавательных задач, выполняемых испытуемыми в условиях кратковременного предъявления материала, на характеристики его запоминания. Была установлена зависимость между различными познавательными задачами и объемом кратковременного непроизвольного запоминания соответствующего материала. Было показано, что различные познавательные задачи в условиях временного дефицита по-разному (в зависимости от сложности соответствующего действия) влияют на продуктивность запоминания одного и того же материала, занимающего разное место в структуре познавательного действия. Мнемическая же задача всегда влияет одинаково, потому что испытуемый всегда выбирает для ее осуществления наиболее освоенные им операции. И характеристики кратковременного запоминания определяются особенностями действия испытуемого, прежде всего отношением материала к основной цели действия.

    Еще одно исследование [28] было посвящено изучению влияния различных познавательных задач на характеристики кратковременного произвольного запоминания. Оказалось, что при совмещении познавательной и мнемической задач последняя оказывается более «сильной». Она либо вытесняет познавательное действие как менее актуальное (если это действие сколько-нибудь сложное), либо сразу полностью подчиняет его себе как свою собственную операцию (если это действие достаточно простое и автоматизированное). В этом последнем случае познавательное действие нельзя считать совмещенным с мнемическим, так как оно осуществляется не наряду с ним, а в нем самом.

    Г. К. Середа проводит аналогию между ориентирующей и мнемической задачами, поскольку и одна и другая стимулируют действие относительно всего ряда предъявляемых символов, не требуя развертывания сколько-нибудь сложного действия с каждым отдельным элементом ряда, что обычно требуется при выполнении задачи познавательной. Даже в условиях временного дефицита познавательные задачи осуществляются разными способами в зависимости от сложности соответствующего действия. Мнемическая же задача всегда осуществляется с помощью наиболее освоенных человеком операций.

    В соответствии с целью действия в кратковременной памяти, как и в долговременной, реализуется, как его назвал Г. К. Середа, принцип фильтра, т. е. выбора необходимой информации. Этот выбор регулируется мотивами и целями деятельности, при этом в кратковременной памяти происходит дихотомическое деление информации на «целевую» (релевантную) и «фоновую» (иррелевантную). «Осуществляя в каждый данный момент только одну операцию выбора, память закрепляет целевую информацию для ее дальнейшей селекции на более высоких уровнях. Таким образом, закрепление материала, на каком бы уровне оно ни осуществлялось, это не просто след того, что «было», этот процесс жестко детерминируется тем, что «будет» [28, с. 21]. И принцип фильтра как психологический механизм памяти является единым и для кратковременного, и для долговременного и оперативного запоминания.

    Так, Г. К. Середа показал, что кратковременная память зависит прежде всего от характера деятельности и места материала в его структуре. Это свидетельствует о том, что продуктивность кратковременного запоминания, как и долговременного, определяется его местом в структуре деятельности и характером выполняемых задач. Этот вывод подтвердился и при слуховом и при зрительном предъявлении материала.

    Еще одним направлением экспериментальных исследований, проведенных Г.К.Середой и под его руководством, было изучение природы так называемых специфических явлений, или эффектов памяти. Это эффект вытеснения и включения (интерференция), эффекты серийной позиции, или эффект «края», заключающийся в том, что крайние элементы ряда всегда запоминаются лучше, чем середина; эффект изоляции (эффект Ресторфф), при котором лучше запоминается фигура, отличающаяся от более или менее однородного фона; эффект реминисценции (эффект Белларда), когда отсроченное воспроизведение продуктивнее непосредственного. Все эти эффекты, как писал Г. К. Середа, не получили удовлетворительного теоретического объяснения в психологии. Не делалось и попыток объяснить все эти эффекты в рамках единой психологической теории или системы. Как и непроизвольное запоминание, эти эффекты было принято рассматривались как случайные эффекты запоминания.

    Г. К. Середа выдвигает гипотезу, что все мнемические эффекты имеют единую природу, и их проявление зависит от организации системы действий. Чем более взаимосвязаны действия, тем менее выражено проявление соответствующего эффекта. А при автономных действиях с элементами ряда эти эффекты проявляются в большей степени. И это было доказано экспериментально [30; 31].

    Существенным для появления специфичных мнемических эффектов Г. К. Середа считал функциональную неравнозначность элементов неорганизованного материала, который упорядочивается с помощью двух типов операций, разведенных во времени: узнавания целого и организации частей. В первую очередь выполняются операции узнавания целого, для которых релевантны граничные элементы материала. И именно этими операциями обусловливаются эффекты края или начала и конца ряда, выделяющие фигуру из фона, и эффект Ресторфф, выделяющий фигуру внутри фигуры, которая приобретает теперь функцию фона.

    После операций узнавания выполняются операции организации частей, для которых релевантны уже другие, средние, не граничные элементы ряда. В начальные моменты упорядочения элементов появляется отрицательная интерференция из-за эффекта начала и конца ряда: при выделении краев игнорируется середина ряда. А далее организация частей может обусловливать самые разные эффекты в зависимости от выполняемых задач.

    Выдвинутая гипотеза давала возможность построения экспериментального исследования, общий методический принцип организации которого состоял в том, что перед испытуемым ставилась познавательная задача, обусловливающая избирательное повышение ранга релевантности одних частей материала (целевых) при одновременном снижении значимости других (фоновых) его элементов. Варьирование этих условий в широких пределах в таких же пределах видоизменяло и картину выражения соответствующих эффектов.

    Очень важным является тот факт, что эта гипотеза давала возможность не только построения экспериментального исследования, но и выходы на практическое управление специфическими эффектами памяти в деятельности. В проведенных экспериментальных исследованиях Г. К. Середа подтвердил выдвинутые им предположения о возможности управления этими эффектами путем различной организации смежных действий с элементами материала и о единстве их психологического механизма [30; 31]. Управление специфическими эффектами памяти показывает проникновение мотивационно-смысловых отношений деятельности на операциональный уровень. Кроме того, эти данные очередной раз подтверждают гипотезу о единой природе специфических эффектов памяти.

    Еще в конце 60-х — начале 70-х гг. Г. К. Середа начал анализировать деятельностную концепцию памяти, разрабатываемую в советской психологии. Он пришел к заключению, что в рамках этой концепции, в том числе и в классических работах на эту тему (Л. С. Выготского, А. Н. Леонтьева, П. И. Зинченко, А. А. Смирнова) есть некоторые несоответствия, вызывающие определенные трудности. Их источником он считал нечеткую трактовку соотношения центральных понятий, а именно памяти и деятельности, и в частности двойственность трактовки деятельностной природы памяти. При такой трактовке возникает целый ряд вопросов, прежде всего относительно того, идет ли речь о зависимости памяти от деятельности или о памяти как специфической психической деятельности. Так, в рамках этой концепции произвольная память рассматривалась как специфическая мнемическая деятельность, а непроизвольная — только как результат какой-либо деятельности. Иногда ее даже называли «побочным» или «случайным» результатом. Следуя данной логике, считал Г. К. Середа, непроизвольная память как продукт или результат не может быть деятельностью, но тогда и память вообще не есть деятельность. Если же память является деятельностью, то непроизвольная память не может быть памятью [33].

    Это противоречие, по мнению Г. К. Середы, имеет глубокие теоретические и исторические корни, связанные с развитием представлений о непроизвольной и произвольной памяти в рамках деятельностного подхода и культурно-исторической теории Л. С. Выготского. Он отмечал, что разделение психических процессов на низшие и высшие и неправомерное отождествление непроизвольного с низшим, или натуральным, и привело к данному противоречию. Как отмечал Г. К. Середа, те процессы, которые в ходе своего развития уже прошли стадию произвольности, не могут вернуться на более низкую стадию развития, т. е. стать низшими, даже осуществляясь непроизвольно. Они все равно остаются высшими, культурными, опосредованными, знаковыми. Г. К. Середа полагал, что, говоря о произвольности, Л. С. Выготский имел в виду генезис психических функций, а не их функционирование в каждом отдельном случае. Сам Л. С. Выготский писал об этом применительно к вниманию, но Г. К. Середа считал, что эти рассуждения в полной мере могут быть отнесены и к памяти, хотя в основной массе работ непроизвольное жестко связывалось с низшими функциями. В своей работе «К проблеме соотношения основных видов памяти в концепции «деятельность — память — деятельность» Г. К. Середа, продолжая линию Л. С. Выготского, доказывал, что разграничение между низшими (животными) и высшими (человеческими) функциями должно проходить по линии речи, а между высшими произвольными и непроизвольными функциями — по линии воли [32]. При таком подходе непроизвольная память, будучи вербально опосредованной, также является высшей психической функцией.

    Выход из зафиксированного им противоречия Г. К. Середа видел в переопределении понятия памяти, которое должно опираться на идею о том, что память является одновременно и действием, и его продуктом. Такое видение, по его мнению, дает системно-деятельностный подход. Системное рассмотрение действия как процесса не отрывает его от продукта, потому что результат — это не только то, чем процесс завершается, но и то, с чего он начинается. Такое понимание связано с перемещением центра тяжести с рассмотрения памяти как продукта действия на память как условие осуществления действия [33]. Так, новый подход к пониманию психологической природы памяти, который начал разрабатывать Г. К. Середа, выводил на передний план рассмотрения интенциональную тенденцию. Основным фактором, конституирующим человеческую память, по его мнению, является будущее, или то, что будет, а не то, что было. Прошлое закрепляется в памяти постольку, поскольку оно будет нужно, поэтому память определяет не прошлое, а будущее. Наряду с акцентом на интенциональности Г. К. Середа, следуя традиции Бартлетта, делает акцент и на реконструкции материала в памяти в противовес традиционной репродукции. Однако, в отличие от Бартлетта, он считает, что реконструкция должна стать главным и определяющим при рассмотрении самой психологической природы памяти. По его мнению, как реконструирующие должны быть поняты все процессы памяти, в том числе и сохранение, которое представляет собой непрерывную реконструкцию опыта и его подготовку к новым условиям функционирования.

    Таким образом, в созданной Г. К. Середой теоретической модели, базировавшейся на системно-деятельностном подходе, память понималась как механизм системной организации индивидуального опыта [39]. Основное назначение памяти он видел в обеспечении готовности организма к предстоящему взаимодействию с миром, выработке наиболее целесообразных способов ориентировки субъекта в окружающей его действительности применительно к условиям его индивидуального опыта. Причем прошлый опыт всегда отражается в свете предстоящего, в соотнесении «того, что было, с тем, что будет». Запоминание детерминируется не тем, что было, а тем, что будет, и является условием порождения любого действия. Так что память не может функционировать вне деятельности, и никакая деятельность невозможна вне процессов памяти.

    В то же время понимание Г. К. Середой памяти как деятельности отличается от леонтьевского понимания деятельности, соотносящейся с мотивами, целями и условиями. Для Г. К. Середы память — это такая психическая активность, которая с мотивами, целями и условиями соотносится не прямо, а через внешнюю деятельность в виде «предельно свернутых операций». Содержанием этих операций является временное соотнесение текущих и предстоящих актов деятельности, которое осуществляется на различных уровнях в соответствии с целевыми и мотивационно-потребностными установками человека. Операция временного соотнесения составляет, с точки зрения Г. К. Середы, то содержание памяти, которое является общей основой всех ее форм и разновидностей и единым механизмом человеческой памяти [32, с. 9].

    Таким образом, согласно этому подходу, механизм памяти нужно объяснить исходя не из того, что было, а исходя из того, что будет. У актуального существует только настоящее. Прошлое и будущее в нем лишь представлены. Г. К. Середа писал, что будущее — это «мотив» настоящего, а прошлое — это его «способ», его «операционный состав» [34]. По отношению к предшествующему действию операция представляет собой свернутую форму всего его содержания. В операции того или иного действия закодировано все предшествующее действие. Операция, как считал Г. К. Середа, — «это и есть первый код памяти, наполовину уже выводящий ее за пределы сферы сознания» [34, с. 16].

    Сформулированная Г. К. Середой гипотеза о футурогенной природе памяти заключается в трех положениях: во-первых, мнемическая продуктивность действия, осуществляемого в ряду других действий, определяется степенью организации этих действий в систему. Во-вторых, во всякой системе действий мнемическая селекция результатов происходит по программе предстоящего действия и стратегической задачи (из того что было, память отбирает то, что будет нужно). В-третьих, память выполняет в деятельности «темпоральную функцию», т. е. функцию временного соотнесения результатов предшествующих и последующих действий, и определяющим условием запоминания является ориентация данного действия на предстоящую цель, мотивационно-потребностная установка на будущее. При этом для Г. К. Середы фактор времени влияет на память не сам по себе, а своим деятельностным наполнением. Временные характеристики организации ряда действий являются вместе с тем и деятельностными характеристиками.

    Он соотносит свою гипотезу с теорией И. П. Павлова и теорией функциональных систем П. К. Анохина, усматривая в них общее именно в детерминации настоящего из будущего.

    Г. К. Середа выделяет две специфические функции памяти: временной организации элементов опыта (что после чего происходило) и оценочно-смыслового фильтра — организации элементов опыта по признаку их жизненной значимости для человека (что следует помнить, а что можно и забыть). Так что память «не хранит, а творит». Эти идеи Г. К. Середы опираются на теорию Бартлетта и созвучны ей. Оценочно-смысловой фильтр предназначен для выбора того, что задается программой и целями последующей деятельности. И в качестве оценочно-смыслового фильтра память, как не осознаваемая субъектом деятельность, включена в другую деятельность, характеризующуюся сознательными целями, мотивами, способами.

    Традиционно память (в том числе и в деятельностном подходе) рассматривалась как деятельность, которая осуществляется периодически, т. е. либо деятельность есть, либо ее нет. Г. К. Середа же считает, что память «никогда не бывает в состоянии бездействия» [33]. Он сравнивает память с такими никогда не прекращающимися в организме процессами, как дыхание или кровообращение. Следовательно, даже когда человек не выполняет мнемической задачи, его память все равно активна и действует с информацией, хранящейся в опыте человека. Эта информация постоянно изменяется и, сохраняя свое единство, никогда не бывает одной и той же. Таким образом, в памяти ничто не сохраняется в неизменном виде, и эта, как называл ее Г. К. Середа, «текучесть» памяти и есть закон ее функционирования.

    Если «готовые» мнемические продукты включаются в произвольные процессы, память выступает в своей репродуктивной функции. В своей же «собственной» непроизвольной сфере память — это всегда творчество опыта, в точном смысле этого слова, считал Г. К. Середа.

    Если память никогда не бездействует, то в каких психологических формах выступает в ней все мыслимое содержание и как она может «работать» сразу со всем этим содержанием? Г. К. Середа полагал, что в каждый данный момент в памяти имеется некоторая целостная картина всего опыта, представленная в форме какого-то свернутого психологического кода (конструируемого по типу кодирования действия в операции). Этот «психологический интеграл» опыта в то же время представляет собой и программу селекции новых содержаний, которая на всех уровнях подчинена центральному системообразующему фактору. Находясь в теоретических рамках системно-деятельностного подхода, необходимо было ответить на вопрос, какая психологическая реальность должна рассматриваться в качестве центрального системообразующего фактора, т. е. решить проблему системообразующего фактора человеческой памяти.

    Понятие цели действия, считал Г. К. Середа, не может выполнить эту функцию, поскольку обозначает только сознательное намерение, не распространяясь на область неосознаваемого, в которой находятся все фундаментальные механизмы памяти (и ее загадки!). Для решения этой проблемы он создал модельное представление функционирования памяти, которое представляло собой принцип обратимого движения содержаний трех основных уровней деятельности: смыслового, целевого и операционного, или, как он его назвал, принцип обратимой смысловой воронки [35]. Имелось в виду следующее.

    В любой момент осуществления деятельности в нее включается весь прошлый опыт, образующий смысловую сферу личности. И память человека представляет собой непрерывный процесс организации индивидуального опыта в систему, отвечающую условиям его жизни как системы сменяющих друг друга деятельностей. Наиболее общие мотивационно-потребностные и смысловые установки личности — это главные образующие нашей памяти. А ведущим системообразующим фактором в системе человеческой памяти является именно мотивационно-потребностная направленность деятельности. Поэтому, с точки зрения Г. К. Середы, в качестве управляющей инстанции высшего уровня в системе памяти выступает не целевая направленность действия, а смысловая определенность деятельности, детерминирующая движение от низших уровней к высшим. Он понимал это следующим образом. Поскольку высшие, смысловые уровни деятельности являются надсознательными, а низшие, операционные — подсознательными образованиями, то основная работа по организации индивидуального опыта осуществляется памятью в форме неосознаваемой (непроизвольной) психической активности. Передача программ деятельности от высших уровней к низшим осуществляется путем сворачивания развернутых форм (действий) в более свернутые (операции). Таким образом, в операцию проникают мотивационно-смысловые отношения. Такое движение осуществляется в обоих направлениях: сверху вниз — от мотивов и смыслов через цели к операциям, и снизу вверх — от операций к целям и смыслам. Причем в качестве психического новообразования явления памяти возникают в момент превращения данного действия в операцию предстоящего. В категориях условно-временных отношений указанные три уровня могут быть обозначены в виде элементов временной триады: будущее — настоящее — прошлое. «Вычленение в этом едином акте в качестве определяющего начала “ориентации на будущее”, — полагает Г. К. Середа, — означает не отрицание фактора “прошлого” (операции), а выделение фактора “будущего” (цели и мотивы) как системообразующего фактора» [36, с. 7].

    Таким образом, в качестве системообразующего фактора человеческой памяти Г. К. Середа выдвигает понятие ориентации на будущее. Это понятие может выполнить функцию всеобщего объяснительного принципа при рассмотрении различных явлений человеческой памяти. С операционально-содержательной стороны оно представляет собой, по мнению Г.К.Середы, непрерывное воспроизводство всего опыта для его последующей специализации.

    Важность временного ориентирования памяти, в том числе в будущее, признавалась рядом авторов, работы некоторых из них были известны и знакомы Г. К. Середе (П. К. Анохин, Н. А. Бернштейн, И. П. Павлов), других, в силу изолированности психологии в Советском Союзе, он не знал. Тем более поражающим выглядит движение идей разных ученых, не знающих друг о друге и не знакомых с работами друг друга, как бы параллельными курсами. Так, например, согласно временной модели памяти Longuet-Higgins [46], в каждом данном моменте времени в сознании человека представлено и прошлое, и будущее. В каждый момент времени мы знаем что-то о своем настоящем, прошлом и будущем. Будущее же оказывает влияние на наше восприятие настоящего и прошлого. Без этого богатства как прошлого, так и будущего психологическое настоящее теряет психологический смысл.

    Если Г.К.Середа пытался доказывать свою теорию не только на психологическом уровне, но и на физиологическом, то J. Kafka [45] для доказательства идей Longuet_Higgins привлекает голографию. Согласно данной теории, каждая точка в пространстве обладает какой-то информацией о всех остальных точках пространства. J. Kafka проводит аналогию со временем и делает вывод, что любая «точка» во времени содержит некую информацию о всех «точках» и прошлого, и будущего.

    Конструктивность своего подхода Г. К. Середа усматривал в том, что идея детерминирующего влияния ориентации на будущее вводится в область конкретного психологического исследования. Выработанная Г. К. Середой методическая стратегия изучения психологической природы памяти с позиций системно-деятельностного подхода предполагала реализацию в исследовании следующих трех условий: организацию в эксперименте не отдельных действий испытуемого с материалом, а некоторой последовательности смежных действий. Выделение (в качестве объекта изучения) изменения мнемического эффекта действия в зависимости от особенностей организации всей последовательности. Выделение (в качестве предмета анализа) системообразующего фактора памяти, т. е. основного фактора, детерминирующего процесс запоминания в системе действий. В качестве системообразующего фактора памяти, как уже отмечалось, выступила ориентация на будущее. Одной из разновидностей ориентации на будущее является и сама мнемическая установка, поскольку задача запомнить означает необходимость потом воспроизвести.

    На основании приведенных теоретических рассуждений Г. К. Середа выдвигает свое определение памяти, характеризуя как «психологический механизм системной организации индивидуального опыта как необходимого условия осуществления предстоящей деятельности» [35, с. 12].

    Интересной была попытка Г. К. Середы провести аналогию между механизмами памяти и активностью головного мозга. Согласно Г. К. Середе, память всегда оперирует двумя единицами опыта: целым и элементом. Их соотнесение и составляет функциональную основу ее процессов. Он провел аналогию между процессами памяти и мозговыми процессами и предположил, что правое полушарие ответственно за прошлый опыт (т. е. целое), а левое — за обработку элементов. Соотнесение же единиц опыта и его интеграция являются основной функцией межполушарного взаимодействия. Таким образом, «рассматриваемая со стороны мозговых механизмов вся наша память есть продукт непрерывного взаимодействия синтетического и аналитического полушарий мозга» [37, с. 26]. А поскольку процесс обработки информации на психологическом уровне всегда идет от целого к частям, то и на церебральном уровне он должен начинаться в правом полушарии. Эта гипотеза была подтверждена в психофизиологическом исследовании, проведенном аспирантом Г. К. Середы А. А. Церковным [44].

    Однако с самого начала научной деятельности Г.К.Середе было тесно в рамках «классической» психологии и лабораторного эксперимента. Он стремился проверять свои выводы и теорию в живой жизни. О том, как он это делал в реальном процессе обучения, уже говорилось выше. Но не менее интересны его попытки приложить свою теорию к продуктам коллективного опыта человечества. Так, Г. К. Середа считал, что идея связи памяти с будущим реализуется не только в индивидуальной деятельности и опыте человека, но и представлена в стихийно складывающемся коллективном опыте, в частности, в народных приметах.

    В приметах, считал Г. К. Середа, заключена трехуровневая иерархия обобщения смысла событий, которые представлены только своими внешними признаками без всякого намека на причинные связи между ними. И в качестве центрального мотивирующего фактора в них всегда выступает ориентация на будущее, задаваемая, например, обещанием счастья или несчастья как наиболее обобщенной формой мотивации достижения и избегания [40].

    С его точки зрения, все народные приметы имеют мнемическую функцию, и построены они по следующей схеме: в будущем человека ожидает нежелательное событие «А», если сейчас произойдет некое событие «Б» (например: «не возвращайся с полдороги, несчастье будет»). Как он интерпретирует эту примету с помощью своей теории?

    В реальности человек вспоминает, что ему необходимо взять сейчас (В), побуждаемый стремлением избегнуть будущего возвращения домой (Б), что нежелательно, поскольку может привести к несчастью (А) в еще более отдаленном будущем. Но реальному действию предшествует обратная мысленная модель, построенная от будущего к настоящему: А—Б—В. Чтобы избежать несчастья в будущем (А), нельзя возвращаться домой (Б), а чтобы не возвращаться, надо вспомнить, что нужно взять сейчас (В). То есть предостережение «не возвращайся с полдороги» побуждает человека в момент выхода из дома остановиться и подумать: все ли нужное он взял с собой, чтобы потом не возвращаться. И это действие уже на самом деле помогает избежать возможных несчастий в будущем. Таким образом, побуждение к запоминанию исходит из будущего: человек вспоминает, что ему нужно взять сейчас, чтобы избежать будущего возвращения домой, поскольку это нежелательно, так как из-за такого возвращения в будущем может случиться несчастье [40]. Таким образом, ориентация на будущее, представленная в народных приметах в свернутом виде, побуждает людей к мнемической активности в обыденной жизни.

    Уже в 1973 г. Г. К. Середой намечается постановка проблемы взаимосвязи памяти и личности, поскольку изучение памяти в середине системы действий неизбежно приводит к переходу от операционно-технических к мотивационно-личностным характеристикам памяти [40]. Деятельностная и личностная линии анализа сходятся в понятии мотива: от мотива деятельности к иерархии мотивов и к мотивационной сфере личности. Г. К. Середа неоднократно повторял, что в традиционных исследованиях памяти в рамках деятельностного подхода исследователи остановились на изучении уровня действий (цель), а не деятельности (мотив). Принцип фильтра, предложенный им, объясняет селекцию информации в зависимости не только от целевых, но и мотивационных установок личности и дает выход к новой проблеме, как он ее называл, «память и личность». Он распространяет принцип фильтра на все процессы памяти, в том числе и на сохранение, поскольку со сменой жизненных целей и установок человека в той или иной степени реконструируется и его прошлый опыт. Однако более четкие очертания проблема памяти и личности приобрела уже в работах 90-х гг., после того, как Г. К. Середой были сформулированы основные положения его интенциональной теории памяти. Г. К. Середа считал, что именно эта теория дает новые возможности для постановки проблемы памяти и личности и ее изучения. Традиционно даже если память и связывали с личностью, то это была односторонняя зависимость памяти от личности. Личность рассматривалась как один из факторов, влияющих на продуктивность памяти, т. е. память выступала со своей внешней, результативной стороны. Для Г. К. Середы личность — это определяющая детерминанта человеческой памяти, поскольку программа фиксации прошлого задается мотивационно-потребностными образованиями личности, ее ориентацией на будущее, которая выступает в качестве центрального системообразующего фактора в системе память — личность. Говоря об ориентации на будущее, он имел в виду вовсе не сознательное построение некого проекта будущего человеком, а неосознаваемую ее направленность на то, что «ждет впереди».

    Так, развитие и формирование процессов памяти детерминируется личностью. Но память как механизм конструирования и реконструирования опыта человека, в свою очередь, влияет на его личность. Отношения между памятью и личностью, как считал Г. К. Середа, не могут быть поняты только с точки зрения результата, поскольку они всегда носят процессуальный характер, и память выступает не только своей репродуктивной, но и продуктивной функцией. Поэтому, отмечает он, «проблема “память и личность” с позиций интенционального подхода есть одновременно и проблема становления памяти, и проблема становления личности» [41]. А проблемы памяти выступают как проблемы интрапсихологического механизма творчества личности.

    Как, с помощью каких методов и методик можно изучать взаимовлияния памяти и личности? Г. К. Середа предлагает конструирование экспериментальных ситуаций двух типов: изучающих зависимость памяти от личности и зависимость личности от памяти. Выявление мотивационно-смысловых установок личности и их изменение позволит изучать зависимость продуктивности запоминания материала от степени его релевантности соответствующим мотивам, установкам, целям, т. е. влияние личности на память.

    Влияние памяти на личность может быть установлено посредством организации деятельности со значимым для человека материалом. Г. К. Середа считал, что, выделив группы испытуемых с резко различным отношением к определенным социальным нормам и ценностям, можно получить в констатирующем эксперименте значимые различия в непроизвольном запоминании материала, имеющем отношение к этим ценностям и нормам. Затем, организовав в эксперименте целенаправленную реконструкцию психологических установок, можно будет зафиксировать и соответствующие изменения в реконструкции материала, воспроизводимого испытуемыми в промежуточных пробах. Исчезновение одних элементов и появление других при воспроизведении материала даст картину работы памяти и становления нового мотивационно-смыслового образования личности. Г. К. Середа формулировал это так: «Скажи мне, кто ты, и я скажу тебе, что ты помнишь; скажи мне, что ты помнишь, и я скажу тебе, кто ты». К сожалению, все эти его замыслы так и остались нереализованными. Одним из таких нереализованных замыслов была книга о памяти Раскольникова, о которой в последние годы своей жизни думал Г. К. Середа и на материале которой планировал продемонстрировать действенность разработанной им теории памяти.

    Будучи и считая себя учеником и последователем П. И. Зинченко, принадлежащим к созданной им школе психологии памяти, Г. К. Середа несколько своих работ специально посвятил осмыслению вклада П. И. Зинченко в психологию памяти. Он неоднократно подчеркивал, что П. И. Зинченко своими работами по непроизвольному запоминанию изменил «научный рельеф» всей проблематики советской психологии памяти» [42]. Конечно, самым важным у П. И. Зинченко было положение о зависимости характеристик запоминания от места материала в структуре действия. Но Г. К. Середа подчеркивал, что для П. И. Зинченко непроизвольная память была также высшей психической функцией и опосредованным процессом, и важным было произведенное П. И. Зинченко сближение непроизвольной и произвольной памяти.

    Г. К. Середа считал, что на многие идеи его натолкнули положения теории П. И. Зинченко. Он писал, что пришел к собственной идее связи памяти с будущим не вопреки теории П. И. Зинченко, а благодаря ей, поскольку «в его работах, по существу, уже была представлена структурно-уровневая онтология памяти, функционирование которой изучалось в зависимости от целей, способов и фоновых условий действия» [42, с. 139], и «идея о высших смысловых образованиях как системообразующем факторе человеческой памяти была нам задана наследием П. И. Зинченко, хотя и не была в нем прямо дана» [42, с. 139]. Важным было для Г. К. Середы, с точки зрения развития собственной теории, и двоякое понимание П. И. Зинченко деятельности: как действия и как жизнедеятельности. Анализ памяти в жизнедеятельности с неизбежностью привел к проблеме памяти и личности [43], которой Г. К. Середа занимался в последние годы.

    Итак, подытоживая, отметим основные положения, которые составляют ядро теории памяти Г. К. Середы.

    1. Г. К. Середой было предложено совершенно новое определение памяти как психологического механизма системной организации индивидуального опыта, необходимого условия осуществления предстоящей деятельности. На основании такого понимания памяти им были выделены и две специфические функции памяти: временной организации элементов опыта и оценочно-смыслового фильтра, заключающегося в организации элементов опыта согласно их значимости для человека. Естественным развитием этого положения была и постановка еще одной проблемы — о взаимосвязи памяти и личности. Как личность детерминирует память, ее содержание и развитие, так и память оказывает влияние на личность, конструируя и реконструируя ее опыт.
    2. В предложенной теоретической модели памяти были реализованы две тенденции: интенциональная и реконструктивная. Интенциональность памяти понималась как направленность ее в будущее, поскольку именно будущее определяет, что будет закреплено в памяти. На уровне конкретных действий это положение конкретизируется в том, что память является условием осуществления последующего действия, а на уровне личности — в том, что память является механизмом системной организации индивидуального опыта. Реконструктивная тенденция распространялась Г. К. Середой на все процессы памяти, в том числе и на сохранение, которое представляет собой непрерывную реконструкцию опыта и его подготовку к новым условиям функционирования. В памяти ничто не сохраняется в неизменном виде, и эта изменчивость памяти и является законом ее функционирования.
    3. Выдвинутая им гипотеза о футурогенной природе памяти состоит в следующем:
      • мнемическая продуктивность действия, осуществляемого в ряду других действий, зависит от организации системы действий;
      • во всякой системе действий мнемическая селекция результатов (принцип фильтра) осуществляется исходя из предстоящего действия и стратегической задачи. Фильтр регулируется мотивами и целями деятельности: предстоящие цели детерминируют закрепление тех результатов, которые нужны будут для дальнейшего течения деятельности. Следовательно, определяющим условием запоминания является мотивационно-потребностная установка, направленная в будущее;
      • память выполняет в деятельности «темпоральную функцию», т. е. функцию временного соотнесения результатов предшествующих и последующих действий.
    4. Г. К. Середой экспериментально было доказано положение о единой природе кратковременного и долговременного запоминания, их зависимости от характера деятельности. Характеристики как долговременного, так и кратковременного запоминания определяются отношением запоминаемого материала к содержанию основной цели действия. Условиями высокой продуктивности непроизвольного запоминания была названа система действий, в которой результат предшествующего действия становится средством осуществления последующего, а также постановка стратегической задачи, ориентирующей на конечный результат и намечающей движение к этому результату. Принцип фильтра как психологический механизм памяти является единым для всех видов памяти. Как и разные виды памяти, все мнемические эффекты также имеют единую природу, а проявление этих эффектов зависит от организации системы действий: чем более взаимосвязаны действия, тем менее выражено проявление соответствующего эффекта.
    5. Таким образом, в теории памяти Г. К. Середы нашли развитие идеи П. И. Зинченко о значении действия и места материала в структуре действия для эффективности его непроизвольного запоминания, системного анализа, роли мотивационной сферы, что является творческим продолжением и развитием идей П. И. Зинченко и Харьковской психологической школы.

    1 – Эти исследования были выполнены в 60—70 гг. ХХ в. в Харькове и осуществлялись или при непосредственном участии П. И. Зинченко, или под его руководством. Следует заметить, что влияние идей П. И. Зинченко распространялось и на дальнейшие исследования памяти, проводимые его учениками и учениками его учеников, образовавших школу П. И. Зинченко. Также следует сказать, что многие из упомянутых здесь авторов со временем расширили сферу своих интересов, создали свои концепции, однако это не является предметом анализа настоящей статьи.

    2 – Г. К. Середа уже в своих ранних работах стремился к экологической валидности. В связи с этим надо особо обратить внимание на его идею выполнения системы действий, а не отдельных действий. Ведь в реальности мы практически никогда не имеем дело с изолированными действиями.

    Основные теории памяти — Реферат

    Основная часть (выдержка)

    1. Психологические теории памяти

    1.1. Ассоциативная теория памяти Г. Эббингауза

    Одной из первых психологических теорий памяти, не потерявшей своего научного значения до настоящего времени, была ассоциативная теория. Она возникла в XVII в., активно разрабатывалась в XVIII и XIX вв., преимущественное распространение и признание получила в Англии и в Германии.

    В основе данной теории лежит понятие ассоциации — связи между отдельными психическими феноменами, разработанное Г. Эббингаузом, Г. Мюллером, А. Пильцекером и др. Память в русле этой теории понимается как сложная система кратковременных и долговременных, более или менее устойчивых ассоциаций по смежности, подобию, контрасту, временной и пространственной близости. Благодаря этой теории были открыты и описаны многие механизмы и законы памяти, например закон забывания Г. Эббингауза, представленный в виде кривой ( Рис.1). В соответствии с этим законом, выведенным на основе опытов с запоминанием трехбуквенных бессмысленных слогов, забывание после первого безошибочного повторения серии таких слогов идет вначале довольно быстро. Уже в течение первого часа забывается до 60% всей полученной информации, а через 6 дней остается менее 20% от общего числа первоначально выученных слогов.

    Отдельные элементы информации согласно ассоциативной теории запоминаются, хранятся и воспроизводятся не изолированно, а в определенных логических, структурно-функциональных и смысловых ассоциациях с другими.

    Со временем ассоциативная теория столкнулась с рядом трудноразрешимых проблем, основной из которых явилось объяснение избирательности человеческой памяти. Ассоциации образуются на случайной основе, а память из всей поступающей и хранящейся в мозге человека выбирает всегда определенную информацию [4].

    Таким образом, ассоциативная теория памяти дала много полезного для познания ее законов. В русле этой теории было установлено, как изменяется количество запоминающихся элементов при разном числе повторении предъявляемого ряда и в зависимости от распределения элементов во времени, как сохраняются в памяти элементы запоминаемого ряда в зависимости от времени, прошедшего между заучиванием и воспроизведением.

    теорий человеческой памяти и их применение в образовании

    Содержание

    ВВЕДЕНИЕ

    1. Модель с несколькими магазинами (Аткинсон и Шиффрин,

    2. Уровни обработки (Craik & Lockhart, 1972)

    3. Модель рабочей памяти (Baddeley & Hitch, 1974)

    4. Магическое число Миллера (Миллер, 1956)

    5. Распад памяти (Петерсон и Петерсон, 1959)

    6. Воспоминания о вспышках (Браун и Кулик, 1977)

    7.Память и запах

    8. Помехи

    9. Ложные воспоминания

    10. Влияние оружия на показания очевидцев (Johnson & Scott, 1976)

    ЗАКЛЮЧЕНИЕ

    ССЫЛКИ

    ВВЕДЕНИЕ

    Как наша память хранит информацию? Почему мы можем вспомнить воспоминания десятилетней давности по желанию, и какой цели служит забвение информации?

    Память была предметом исследования многих психологов 20-го века и остается активной областью изучения современных когнитивистов.Ниже мы рассмотрим некоторые из наиболее влиятельных исследований, экспериментов и теорий, которые продолжают определять наше понимание функции человеческой памяти.

    «Память» в широком смысле слова — это способность использовать прошлое на службе настоящего. Память может проявляться по-разному. Когда люди завязывают шнурки или катаются на велосипедах, они полагаются на прошлый опыт, чтобы выполнять последовательности двигательных действий, которые позволяют выполнять эти задачи. Такие навыки часто считаются образцами процедурной памяти . Когда люди идентифицируют объекты в окружающей среде (например, зная, что это растение или животное) или когда они дают ответ на фактический вопрос, они опираются на общие знания о мире, накопленные с течением времени. Этот тип памяти часто называют семантической памятью . Когда люди вспоминают события, они должны попытаться вспомнить подробности того, что происходило в определенном месте и в определенное время. Этот тип памяти называется эпизодической памятью .

    1.Модель с несколькими магазинами (Аткинсон и Шиффрин, 1968)

    Влиятельная теория памяти, известная как модель с несколькими магазинами, была предложена Ричардом Аткинсоном и Ричардом Шиффрином в 1968 году. Эта модель предполагает, что информация существует в одном из трех состояний памяти: сенсорной, краткосрочной и долгосрочной. Информация переходит от одной стадии к другой, чем больше мы ее репетируем в уме, но может исчезнуть, если мы не будем уделять ей достаточно внимания. Информация поступает в память от органов чувств — например, глаза наблюдают изображение, обонятельные рецепторы в носу могут чувствовать запах кофе или мы можем слышать музыкальное произведение.Этот поток информации хранится в хранилище сенсорной памяти, и, поскольку он состоит из огромного количества данных, описывающих наше окружение, нам нужно запомнить только небольшую его часть. В результате большая часть сенсорной информации «распадается» и забывается через короткий промежуток времени. Изображение или звук, которые могут показаться нам интересными, привлекают наше внимание, и наше рассмотрение этой информации — известное как репетиция — приводит к тому, что данные перемещаются в хранилище краткосрочной памяти, где они будут храниться в течение нескольких часов или даже дней. на случай, если нам понадобится к нему доступ.Кратковременная память дает нам доступ к информации, которая важна для нашей текущей ситуации, но ограничена в своих возможностях. Следовательно, нам нужно дальше репетировать информацию в кратковременной памяти, чтобы запомнить ее надолго. Это может включать в себя просто вспоминание и размышление о прошлом событии или запоминание факта наизусть — путем многократного размышления или записи о нем. Затем репетиция продвигает эту важную информацию в хранилище долговременной памяти, где Аткинсон и Шиффрин считали, что она может сохраняться годами, десятилетиями или даже жизнью.Ключевая информация о людях, с которыми мы встречались, о важных жизненных событиях и других важных фактах, проходит через хранилища сенсорной и кратковременной памяти и попадает в долговременную память.

    Сильные стороны теории множественных магазинов

    Одна из сильных сторон многоэтажной модели состоит в том, что она дает нам хорошее понимание структуры и процесса STM. Это хорошо, потому что позволяет исследователям расширить эту модель.

    Это означает, что исследователи могут проводить эксперименты, чтобы улучшить эту модель и сделать ее более достоверной, и они могут доказать, что на самом деле делают магазины.Таким образом, эта модель имеет большое значение, поскольку она вызвала множество исследований в области памяти.

    Многие исследования памяти предоставляют доказательства, подтверждающие различие между STM и LTM (с точки зрения кодирования, продолжительности и емкости). Модель может учитывать эффекты первенства и новизны.

    Слабые стороны теории множественных магазинов

    Модель чрезмерно упрощена, в частности, когда она предполагает, что и кратковременная, и долговременная память работают одинаково и единообразно.Теперь мы знаем, что это не так.

    Теперь стало очевидно, что и кратковременная, и долговременная память сложнее, чем считалось ранее. Например, рабочая модель памяти, предложенная Баддели и Хитчем (1974), показала, что краткосрочная память — это больше, чем просто единое хранилище, и включает в себя различные компоненты (например, центральную исполнительную, визуально-пространственную и т. Д.).

    В случае долговременной памяти маловероятно, что различные виды знаний, такие как запоминание того, как играть в компьютерную игру, правила вычитания и вспоминание того, что мы делали вчера, хранятся в единой долговременной памяти. хранить.

    Действительно, были идентифицированы различные типы долговременной памяти, а именно эпизодическая (воспоминания о событиях), процедурная (знание того, как делать вещи) и семантическая (общие знания).

    Репетиция считается слишком простым объяснением передачи информации от STM к LTM. Например, модель игнорирует такие факторы, как мотивация, эффект и стратегия (например, мнемоника), лежащие в основе обучения.

    Также репетиция не обязательна для передачи информации в LTM.Например, почему мы можем вспомнить информацию, которую мы не репетировали (например, плавание), но не можем вспомнить информацию, которую мы отрепетировали (например, чтение ваших заметок во время проверки).

    Следовательно, роль репетиции как средства перехода от STM к LTM гораздо менее важна, чем заявили в своей модели Аткинсон и Шиффрин (1968).

    В моделях основной упор делался на структуру и, как правило, не учитывались элементы процесса памяти (например, она фокусируется только на репетиции внимания и обслуживания).Например, репетиция проработки приводит к отзыву информации, а не просто репетиция технического обслуживания.

    2. Уровни обработки (Craik & Lockhart, 1972)

    Фергус Крейк и Роберт Локхарт критически относились к объяснению памяти, обеспечиваемой моделью с несколькими магазинами, поэтому в 1972 году они предложили альтернативное объяснение, известное как уровни эффекта обработки. Согласно этой модели, воспоминания не хранятся в 3-х хранилищах; напротив, сила следа памяти зависит от качества обработки или репетиции стимула.Другими словами, чем больше мы о чем-то думаем, тем дольше мы об этом вспоминаем (Craik & Lockhart, 1972). Крейк и Локхарт различают два типа обработки, которые имеют место, когда мы делаем наблюдение: поверхностная и глубокая обработка.

    Поверхностная обработка — учитывая общий вид или звук чего-либо — обычно приводит к тому, что стимулы забываются. Это объясняет, почему мы можем проходить мимо многих людей на улице во время утренней поездки, но не помнить ни одного лица к обеду.

    Глубокая (или семантическая) обработка, с другой стороны, включает в себя детальную репетицию — сосредоточение внимания на стимуле более продуманным образом, например, обдумывание значения слова или последствий события. Например, простое чтение новости требует поверхностной обработки, но размышления о последствиях этой истории — о том, как она повлияет на людей — требует глубокой обработки, которая увеличивает вероятность запоминания деталей истории.

    Сильные стороны

    Теория является усовершенствованием теории Аткинсона и Шиффрина о переходе от STM к LTM.Например, репетиция проработки приводит к отзыву информации, а не просто репетиция технического обслуживания.

    Уровни обработки модели изменили направление исследования памяти. Он показал, что кодирование — непростой и понятный процесс. Это расширило кругозор от рассмотрения долговременной памяти как простой единицы хранения до сложной системы обработки.

    Идеи Крейка и Локкарта привели к сотням экспериментов, большинство из которых подтвердили превосходство «глубокой» семантической обработки для запоминания информации.Это объясняет, почему мы запоминаем одни вещи намного лучше и дольше, чем другие.

    Это объяснение памяти полезно в повседневной жизни, потому что оно подчеркивает способ, которым разработка, требующая более глубокой обработки информации, может помочь памяти.

    Слабые стороны

    Несмотря на эти сильные стороны, существует ряд критических замечаний по поводу уровней теории обработки :

    Это не объясняет, как более глубокая обработка приводит к лучшим воспоминаниям.

    Более глубокая обработка требует больше усилий, чем поверхностная обработка, и это может быть больше, чем глубина обработки, которая увеличивает вероятность того, что люди что-то запомнят.

    Понятие глубины расплывчато и не поддается наблюдению. Следовательно, его нельзя объективно измерить.

    Айзенк (1990) утверждает, что уровень теории обработки описывает, а не объясняет. Крейк и Локхарт (1972) утверждали, что глубокая обработка приводит к лучшей долговременной памяти, чем поверхностная обработка.Однако они не смогли подробно объяснить, почему глубокая обработка данных настолько эффективна.

    Тип обработки, количество усилий и время, затрачиваемое на обработку, имеют тенденцию путаться. Более глубокая обработка требует больше усилий и времени, поэтому трудно понять, какой фактор влияет на результаты.

    Идеи «глубины» и «проработки» расплывчаты и плохо определены (Айзенк, 1978). В результате их трудно измерить. Действительно, не существует независимого способа измерения глубины обработки.Это может привести к круговому аргументу — предполагается, что глубоко обработанная информация будет запоминаться лучше, но мера глубины обработки — насколько хорошо запоминается информация.

    Уровни теории обработки фокусируются на процессах, задействованных в памяти, и поэтому игнорируют структуры. Есть доказательства, подтверждающие идею структур памяти, таких как STM и LTM, в качестве предложенной модели с несколькими хранилищами (например, H.M., эффект последовательного положения и т. Д.). Следовательно, память сложнее, чем описывается теорией LOP.

    3. Модель рабочей памяти (Baddeley & Hitch, 1974)

    В то время как модель с несколькими хранилищами дала убедительное представление о том, как сенсорная информация фильтруется и становится доступной для воспроизведения в соответствии с ее важностью для нас, Алан Баддели и Грэм Хитч считали хранилище краткосрочной памяти (STM) чрезмерно упрощенным и предложил модель рабочей памяти (Baddeley & Hitch, 1974), которая заменяет STM.

    В модели рабочей памяти предложено 2 компонента:

    зрительно-пространственный блокнот («внутренний глаз») и

    артикуляционно-фонологическая петля («внутреннее ухо»), которая фокусируется на различных типах сенсорной информации.Оба работают независимо друг от друга, но регулируются центральным исполнительным органом, который собирает и обрабатывает информацию от других компонентов аналогично тому, как процессор компьютера обрабатывает данные, хранящиеся отдельно на жестком диске.

    По словам Баддели и Хитча, визуально-пространственный блокнот обрабатывает визуальные данные — наши наблюдения за нашим окружением — и пространственную информацию — наше понимание размера и местоположения объектов в нашей среде, а также их положения по отношению к нам.Это позволяет нам взаимодействовать с объектами: например, взять напиток или не заходить в дверь.

    Визуально-пространственный блокнот также позволяет человеку вспоминать и рассматривать визуальную информацию, хранящуюся в долговременной памяти. Когда вы пытаетесь вспомнить лицо друга, ваша способность визуализировать его внешний вид включает в себя визуально-пространственный блокнот.

    Артикуляционно-фонологическая петля обрабатывает звуки и голоса, которые мы слышим. Следы слуховой памяти обычно забываются, но их можно отрепетировать, используя «внутренний голос»; процесс, который может укрепить нашу память об определенном звуке.

    Сильные стороны

    Современные исследователи в целом согласны с тем, что кратковременная память состоит из ряда компонентов или подсистем. Модель рабочей памяти пришла на смену идее унитарного (состоящего из одной части) STM, предложенного в многоэтажной модели.

    Модель рабочей памяти объясняет гораздо больше, чем модель с несколькими хранилищами. Он имеет смысл для ряда задач — вербального мышления, понимания, чтения, решения проблем, а также визуальной и пространственной обработки. И эта модель подтверждается значительными экспериментальными данными.

    Рабочая память относится к реальным задачам , например:

    и. Чтение (фонологическая петля)
    ii. Решение проблем (центральная исполнительная власть)
    iii. Навигация (визуальная и пространственная обработка)

    Рабочая память поддерживается двумя задачами (Baddeley and Hitch, 1976). Модель рабочей памяти не слишком подчеркивает важность репетиции для удержания STM, в отличие от модели с несколькими магазинами.

    Слабые стороны

    Либерман (1980) критикует модель рабочей памяти, поскольку визуально-пространственный блокнот (VSS) подразумевает, что вся пространственная информация была сначала визуальной (они связаны).

    Однако Либерман указывает, что слепые люди обладают превосходным пространственным восприятием, хотя у них никогда не было визуальной информации. Либерман утверждает, что VSS следует разделить на два разных компонента: один для визуальной информации и один для пространственного.

    Существует мало прямых доказательств того, как работает центральная исполнительная власть, и чем она занимается. Возможности центральной исполнительной власти никогда не измерялись.

    Рабочая память включает только STM, поэтому это не полная модель памяти (поскольку она не включает SM или LTM).

    Модель рабочей памяти не объясняет изменений в способности обработки, которые происходят в результате практики или времени.

    4. Магическое число Миллера (Миллер, 1956)

    До разработки модели рабочей памяти американский когнитивный психолог Джордж А. Миллер поставил под сомнение пределы возможностей кратковременной памяти. В известной статье 1956 года, опубликованной в журнале Psychological Review, Миллер процитировал результаты предыдущих экспериментов с памятью, заключив, что люди, как правило, способны удерживать в среднем только 7 блоков информации (плюс-минус два) в краткосрочной перспективе. память, прежде чем потребуется их дальнейшая обработка для более длительного хранения.Например, большинство людей запомнили бы семизначный номер телефона, но с трудом запомнили бы десятизначный номер. Это привело к тому, что Миллер описал число 7 +/- 2 как «магическое» число в нашем понимании памяти.

    Но почему мы можем запомнить все предложение, которое только что произнес друг, если оно состоит из десятков отдельных частей в форме букв? Имея опыт работы в лингвистике, изучив речь в Университете Алабамы, Миллер понял, что мозг способен «разбивать» элементы информации вместе и что эти фрагменты учитываются в рамках предела STM, состоящего из 7 фрагментов.Например, длинное слово состоит из множества букв, которые, в свою очередь, образуют множество фонем. Вместо того, чтобы запоминать только 7-буквенное слово, разум «перекодирует» его, разбивая отдельные элементы данных вместе. Этот процесс позволяет нам увеличить пределы запоминания до списка из 7 отдельных слов.

    Понимание Миллером пределов человеческой памяти применимо как к краткосрочному хранению в модели с несколькими магазинами, так и к рабочей памяти Баддели и Хитча. Только благодаря постоянным усилиям по репетиции информации мы можем запоминать данные дольше, чем короткий период времени.

    5. Распад памяти (Петерсон и Петерсон, 1959)

    Теория распада — это теория, которая предполагает, что память исчезает из-за простого течения времени. Таким образом, информация становится все менее доступной для последующего поиска по мере того, как проходит время, и память, а также сила памяти истощаются. Когда человек узнает что-то новое, создается нейрохимический «след памяти». Однако со временем этот след медленно распадается. Считается, что активная репетиция информации является основным фактором, противодействующим этому временному спаду.Широко распространено мнение, что нейроны постепенно отмирают с возрастом, но некоторые старые воспоминания могут быть сильнее, чем самые недавние воспоминания. Таким образом, теория распада в основном влияет на систему кратковременной памяти, а это означает, что старые воспоминания (в долговременной памяти) часто более устойчивы к ударам или физическим атакам на мозг. Также считается, что течение времени само по себе не может вызвать забывание, и что теория распада также должна учитывать некоторые процессы, происходящие с течением времени. Термин «теория распада» впервые был введен Эдвардом Торндайком в его книге «Психология обучения» в 1914 году.Это просто говорит о том, что если человек не обращается к представлению памяти, которое он сформировал, и не использует его, след памяти будет исчезать или распадаться со временем. Эта теория была основана на раннем исследовании памяти Германа Эббингауза в конце 19 века.

    Следуя статье Миллера о «магическом числе» относительно емкости кратковременной памяти, Петерсон и Петерсон решили измерить долговечность воспоминаний — как долго память прослужит без репетиции, прежде чем она будет полностью забыта?

    В эксперименте с использованием задачи Брауна-Петерсона участникам давали список триграмм — бессмысленные списки из 3 букв (например,грамм. GRT, PXM, RBZ) — запомнить. После того, как триграммы были показаны, участников попросили вести обратный отсчет от числа и вспомнить триграммы в различные периоды после их запоминания.

    Использование таких триграмм не позволяет участникам приписывать значение данным, чтобы облегчить их кодирование, в то время как задача вмешательства предотвращает репетицию, позволяя исследователям более точно измерять продолжительность кратковременных воспоминаний.

    В то время как почти все участники изначально могли вспомнить триграммы, через 18 секунд точность воспроизведения упала примерно до 10%.Исследование Петерсона и Петерсона продемонстрировало удивительную краткость воспоминаний в краткосрочном хранилище, прежде чем распад повлияет на нашу способность их вспоминать.

    6. Воспоминания о вспышках (Браун и Кулик, 1977)

    В живой истории есть особые моменты, о которых многие люди, кажется, помнят живо. Вы, вероятно, сможете вспомнить такое событие, что у вас будут необычно подробные воспоминания о себе. Когда многие люди узнали, что Джон Кеннеди, Элвис Пресли или принцесса Диана умерли, или они услышали о террористических актах, произошедших в Нью-Йорке в 2001 году, у них сформировалось подробное воспоминание о том, что они делали в тот момент, когда они слышали такое Новости.

    Психологи Роджер Браун и Джеймс Кулик признали этот феномен памяти еще в 1977 году, когда они опубликовали статью, описывающую воспоминания о вспышках — яркие и детализированные снимки, которые часто (но не обязательно) создаются во время шока или травмы.

    Мы можем вспомнить мельчайшие подробности наших личных обстоятельств, когда мы участвуем в мирской деятельности, когда мы узнали о таких событиях. Более того, нам не нужно быть лично связанным с событием, чтобы оно повлияло на нас и привело к созданию флэш-памяти.

    7. Память и запах

    Связь между памятью и обонянием помогает многим видам, не только людям, выжить. Способность запоминать и позже распознавать запахи позволяет животным обнаруживать присутствие поблизости членов той же группы, потенциальной добычи и хищников. Но как это эволюционное преимущество сохранилось у современных людей?

    Исследователи из Университета Северной Каролины протестировали обонятельные эффекты на кодирование и извлечение памяти в эксперименте 1989 года.Студентам мужского пола показали серию слайдов с изображениями женщин, привлекательность которых они должны были оценить по шкале. Во время просмотра слайдов участники ощущали приятный запах лосьона после бритья или неприятный запах. Их воспоминания о лицах на слайдах позже были проверены в среде, содержащей либо тот же, либо другой запах.

    Результаты показали, что участники лучше могли вспоминать воспоминания, когда запах во время кодирования совпадал с запахом во время воспоминания (Cann and Ross, 1989).Эти данные свидетельствуют о том, что связь между нашим обонянием и воспоминаниями сохраняется, даже если она дает меньше преимуществ для выживания, чем для наших более примитивных предков.

    8. Помехи

    Теория интерференции постулирует, что мы забываем воспоминания из-за того, что другие воспоминания мешают нашему вспоминанию. Вмешательство может быть либо обратным, либо проактивным: новая информация может мешать старым воспоминаниям (ретроактивное вмешательство), в то время как информация, которую мы уже знаем, может повлиять на нашу способность запоминать новую информацию (проактивное вмешательство).

    Оба типа интерференции более вероятны, когда два воспоминания семантически связаны, как было продемонстрировано в эксперименте 1960 года, в котором двум группам участников был дан список пар слов для запоминания, чтобы они могли вспомнить второе слово-ответ когда дан первый как стимул. Второй группе также был дан список для изучения, но затем попросили запомнить второй список пар слов. Когда обе группы попросили вспомнить слова из первого списка, те, кто только что выучил этот список, смогли вспомнить больше слов, чем группа, выучившая второй список (Underwood & Postman, 1960).Это поддерживало концепцию ретроактивного вмешательства: второй список воздействовал на воспоминания о словах из первого списка.

    Интерференция также работает в обратном направлении: существующие воспоминания иногда препятствуют нашей способности запоминать новую информацию. Это может произойти, например, когда вы получите график работы. Когда несколько месяцев спустя вам дадут новое расписание, вы можете обнаружить, что придерживаетесь прежнего расписания. Расписание, которое вы уже знали, мешает вам вспомнить новое расписание.

    Есть два типа помех; обратная и проактивная.

    Обратное вмешательство — это когда более свежая информация мешает попыткам вспомнить старую информацию. Например, можно назвать бывшего парня / девушку именем нового парня / девушки. Новое имя задним числом противоречит старому, что явно проблематично для вспоминания.

    Упреждающая помеха — это направление, обратное помехе обратной помехе.Это когда старая информация не позволяет вспомнить новую. Это могло произойти, например, с телефонными номерами. При попытке вспомнить новый номер телефона старый номер телефона, который у вас был ранее в течение многих лет, может проактивно помешать отзыву до такой степени, что запомнить новый номер будет очень сложно.

    Сильные стороны теории

    Доказательства исследований: есть исследования, подтверждающие эту теорию, например, исследование Баддели и Хитча (1977)

    Интуитивно верно: большинство людей могут вспомнить случаи, когда возникали помехи в обоих направлениях.Это означает, что теория имеет смысл и есть множество повседневных примеров того, как это происходит.

    Слабые стороны теории

    Ограниченный объем: эта теория может объяснить отсутствие отзыва, только когда информация в аналогичном формате препятствует отзыву. Это означает, что существует много типов отзыва, которые не объясняются этой теорией.

    Плохая экологическая значимость: Как и многие другие исследования памяти, существует проблема с достоверностью исследования, которое поддерживает теорию. Он в основном основан на лабораторных условиях и поэтому не проверяет повседневные воспоминания.

    9. Ложные воспоминания

    Могут ли ложные воспоминания имплантироваться в наш разум? Идея может звучать как основа антиутопической научной фантастики, но данные свидетельствуют о том, что воспоминаниями, которые у нас уже есть, можно манипулировать спустя долгое время после их кодирования. Более того, нас даже можно заставить поверить в истинность выдуманных описаний событий, создав ложные воспоминания, которые мы затем принимаем как свои собственные.

    Когнитивный психолог Элизабет Лофтус провела большую часть своей жизни, исследуя надежность наших воспоминаний; особенно в обстоятельствах, когда их точность имеет более широкие последствия, такие как показания очевидцев в уголовных процессах.Лофтус обнаружил, что формулировка вопросов, используемая для извлечения отчетов о событиях, может привести к тому, что свидетели будут неточно свидетельствовать о событиях.

    В одном эксперименте Лофтус показал группе участников видео столкновения автомобиля, на котором автомобиль двигался с одной из множества скоростей. Затем она спросила у них скорость автомобиля, используя предложение, в котором описание аварии было изменено с легкой на тяжелую с помощью разных глаголов. Лофтус обнаружил, что когда вопрос предполагал, что авария была серьезной, участники проигнорировали свои видеонаблюдения и заверили, что машина ехала быстрее, чем если бы авария была скорее пологой (Loftus and Palmer, 1974).Использование вопросов в рамке, как продемонстрировал Лофтус, может задним числом вмешиваться в существующие воспоминания о событиях.

    Джеймс Коан (1997) продемонстрировал, что ложные воспоминания могут быть порождены даже целыми событиями. Он изготовил буклеты с подробным описанием различных детских событий и дал их прочитать членам семьи. В буклете, переданном его брату, содержалась ложная информация о том, как он потерялся в торговом центре, был найден пожилым человеком, а затем нашел свою семью. Когда его попросили вспомнить события, брат Коана поверил, что история о затерянном в торговом центре действительно произошла, и даже приукрасил рассказ своими подробностями (Coan, 1997).

    10. Влияние оружия на показания очевидцев (Johnson & Scott, 1976)

    Способность человека запоминать событие неизбежно зависит не только от репетиции, но и от внимания, уделяемого этому событию в то время, когда оно произошло. В такой ситуации, как ограбление банка, у вас могут быть другие мысли, помимо запоминания внешнего вида преступника. Но способность свидетеля давать показания иногда может зависеть от того, было ли причастно к преступлению огнестрельное оружие. Это явление известно как эффект оружия — когда свидетель оказывается вовлеченным в ситуацию, в которой присутствует оружие, он запоминает детали менее точно, чем аналогичная ситуация без оружия.

    Эффект оружия на показаниях очевидцев был предметом эксперимента 1976 года, в котором участники, находившиеся в зале ожидания, наблюдали, как мужчина выходит из комнаты с ручкой в ​​одной руке. Другая группа участников услышала агрессивный аргумент, а затем увидела, как мужчина вышел из комнаты с окровавленным ножом.

    Позже, когда их попросили идентифицировать человека в очереди, участники, которые видели мужчину с оружием, были менее способны идентифицировать его, чем те, кто видел человека с ручкой (Johnson & Scott, 1976).Внимание свидетелей было отвлечено оружием, что не позволило им запомнить другие детали происшествия.

    ТИПЫ ПАМЯТИ

    Типы:

    Эпизодическая память:

    Эпизодическая память, как говорят, является хранилищем автобиографических событий в жизни человека и организована в соответствии со временем, пространством и другими качествами конкретного события или событий.

    То, что происходит с вами сейчас, то, что вы осознаете, является отражением того, что хранится в первичной, а также текущего содержания эпизодической памяти.Например, если вы вернетесь и расскажете о происшествии, свидетелем которого вы стали, это эпизодическая память.

    Семантическая память:

    С другой стороны, семантическая память хранит набор взаимосвязей между событиями, которые могли пройти или не пройти через эпизодическую память, но хранит набор взаимосвязей между событиями. Другими словами, семантическая память включает в себя организованные знания о языке, которые у нас есть, то есть слова и другие вербальные символы, их память и отношения между ними, правила, формулы и манипулирование этими символами, концепциями и отношениями.

    Процедурная память:

    Иногда термин процедурная память также используется в дополнение к терминам эпизодической памяти и семантической памяти. Это также известно как память навыков. Память навыков в основном связана с тем, как выполнять сложные операции. Например, когда кто-то управляет автомобилем или скутером, это включает в себя множество действий, которые необходимо выполнять в определенной последовательности. Фактически, существует множество действий, которые включают извлечение изученной и сохраненной информации, и это происходит автоматически и неосознанно.

    Abbildung in dieser Leseprobe nicht enthalten

    КАК УЛУЧШИТЬ ПАМЯТЬ

    Существуют определенные общие принципы, объясняющие способы улучшения памяти. Вот несколько предложений по улучшению памяти:

    1. Развивайте волю к запоминанию: изучая что-либо, нужно иметь сильную волю учиться и помнить. Сильная воля помогает лучше понимать и, в свою очередь, улучшает память.
    2. Сохраняйте концентрацию: Внимание и концентрация на изучаемом материале очень важны.Концентрация помогает лучше понимать и, в свою очередь, улучшает память.
    3. Изобразите учебный материал / ситуацию: создайте мысленную картину учебной ситуации. Преимущество наглядных пособий в том, что они облегчают получение визуальных образов. Эти образы приходят в нашу память картинкой.
    4. Используйте метод с интервалом: Используйте метод с интервалом или метод распределения. Избегайте метода без интервалов, чтобы хорошо усвоить изученный материал и точно запоминать его.
    5. Избегайте потрясений и эмоциональных расстройств: избегайте обучения в состоянии шока и эмоционального расстройства, потому что это влияет на наши психологические процессы и, следовательно, на нашу память.
    6. Используйте выученный материал: неиспользование вызывает забвение.
    7. Ритм как вспомогательное средство для запоминания: постарайтесь привнести стиль и ритм во все, что вы изучаете.
    8. Не вспоминайте, когда есть какое-то торможение или сопротивление: оно будет отозвано автоматически через некоторое время.
    9. Излишнее обучение полезно: постарайтесь прочитать как можно больше раз. Эксперименты доказали, что чрезмерное обучение улучшает память.
    10. Роль чтения: чтение имеет преимущество перед пассивным чтением. Это не что иное, как репетиция.Чтение обеспечивает активное участие учащегося. Это помогает в преобразовании информации из STM в LTM.
    11. Отдохните или поспите после учебы. Отдых или, если возможно, сон после долгого учебы, поможет закрепить и закрепить изученный материал.
    12. Получите обратную связь , тестируя себя, человек также будет практиковать свои навыки поиска.
    13. Развивайте ассоциацию: мы должны попытаться связать или соотнести все, что мы узнаем, с тем, что мы уже хорошо изучили.Например, чтобы запомнить семь цветов радуги, мы используем слово ВИБГЁР.
    14. Мнемоника: Это слово происходит от греческого слова «немоникс», что означает помощь памяти. Эти методы улучшения памяти основаны на связывании или ассоциации запоминаемого материала с систематизированным и организованным набором изображений или слов, которые служат в качестве остаточных сигналов, называемых привязками памяти.

    Это:

    и. Метод локусов: Слово loci означает места. Привязка памяти в этой системе — это части вашего изображения сцены, которым может быть улица, дерево, большое здание и т. Д. — с более дискретными элементами, которые нужно запомнить.
    ii. Система рифм: в этой системе можно использовать числа. Например, 1 — забава, 2 — башмак, 3 — дерево, 4 — дверь и т. Д. В детских садах уроки детям преподаются только по этой методике.
    iii. Рассказывайте себе истории: составляйте историю из не связанных друг с другом отдельных предметов. Так что запоминать историю очень легко. Например, пройденное вами путешествие и посещенные места и т. Д.
    iv. Разделение на части: это очень систематический способ кодирования информации. Предположим, мы хотим запомнить список длинных букв или цифр, разбить их на части из нескольких слов, букв или цифр, которые что-то значат для вас, например дату рождения, некоторые важные происшествия, события и т. Д.

    ФАКТОРЫ, ВЛИЯЮЩИЕ НА ПАМЯТЬ

    Под этим заголовком давайте рассмотрим некоторые факторы, которые влияют на нашу память. Они включают в себя процессы для улучшения запоминания, запоминания, а также преодоления забывания. Их:

    и. Способность сохранять: это зависит от хороших следов памяти, оставленных в мозгу прошлым опытом.
    ii. Хорошее здоровье: человек с хорошим здоровьем может усвоить изученный материал лучше, чем человек со слабым здоровьем.
    iii. Возраст учащегося: молодые люди запоминают лучше, чем пожилые.
    iv. Зрелость: очень маленькие дети не могут запоминать сложный материал.
    v. Воля к воспоминаниям: готовность помнить помогает лучше запоминать.
    vi. Интеллект: у более умного человека будет лучше память, чем у тупого человека,
    vii. Интерес: если у человека больше интереса, он будет лучше учиться и удерживать.
    viii. Чрезмерное обучение: эксперименты доказали, что чрезмерное обучение улучшает память.
    ix. Скорость обучения: более быстрое обучение приводит к лучшему удержанию,
    x.Осмысленность материала: значимые материалы остаются в нашей памяти на более длительный период, чем бессмысленный материал,
    xi. Сон или отдых: сон или отдых сразу после обучения укрепляет связи в мозгу и помогает очистить память.

    Как работает рабочая память в классе?

    Память играет ключевую роль в поддержке обучения детей в школьные годы и даже во взрослой жизни. Здесь предполагается, что рабочая память критически необходима для хранения информации, в то время как другой материал мысленно манипулируется во время учебной деятельности в классе, что формирует основу для приобретения сложных навыков и знаний.Ребенок с плохой рабочей памятью будет бороться и часто терпит неудачу в таких действиях, нарушая и задерживая обучение.

    ЗАКЛЮЧЕНИЕ

    Память занимает центральное место в жизни человека. Представьте свою жизнь без памяти: вы бы не знали, кто вы, откуда вы, кто ваша семья, что вы делали в любое время в прошлом и что планировали делать после школы. Таким образом, память можно рассматривать как якорь в прошлом, позволяющий нам понять, что происходит в настоящее время, и спроецировать себя в будущее.Понимание того, как работает память, может помочь нам лучше запоминать, а также может помочь нам поддержать тех, у кого память не работает, а также других

    ССЫЛКИ

    Баддели, А. (2000). Эпизодический буфер: новый компонент рабочей памяти? Тенденции в когнитивных науках , 4 (11), 417-423.

    Берман, М. (2009) В поисках разложения вербальной краткосрочной памяти [Электронная версия]. Журнал экспериментальной психологии: обучение, память и познание, 35 (2), стр.317-333. Проверено 6 марта 2010 г.

    .

    Perruchet, P., & Pacton, S. (2006). Неявное обучение и статистическое обучение: одно явление, два подхода. Тенденции в когнитивных науках , 10 (5), 233-238.

    Dienes, Z. & Perner, J. (2002). Теория неявного характера неявного обучения. Неявное обучение и сознание , 68-92.

    Рёдигер, Х. Л., Раджарам, С., и Джерачи, Л. (2007). Три формы сознания в восстановлении воспоминаний.В P. D. Zelazo, M. Moscovitch, & E. Thompson (Eds.), Кембриджский справочник сознания (стр. 251-287). Нью-Йорк: Издательство Кембриджского университета.

    Тулвинг, Э. (1985). Память и сознание. Канадская психология / Psychologie Canadienne , 26 (1), 1.

    Конвей, М. А. (2005). Память и личность. Журнал памяти и языка , 53 (4), 594-628.

    Гош В. Э. и Гильбоа А. (2014). Что такое схема памяти? Исторический взгляд на современную литературу по нейробиологии. Neuropsychologia , 53 , 104-114.

    Москович, М., Надель, Л., Винокур, Г., Гильбоа, А., и Розенбаум, Р. С. (2006). Когнитивная нейробиология удаленной эпизодической, семантической и пространственной памяти. Текущее мнение в нейробиологии , 16 (2), 179-190.

    Ральф, Л., Мэтью, А., и Паттерсон, К. (2008). Обобщение и дифференциация в семантической памяти. Анналы Нью-Йоркской академии наук , 1124 (1), 61-76.

    Госвами, У. (2011) (Ред.) Когнитивное развитие в детстве Глава 5. Уайли-Блэквелл. : Эшби, Ф. Г. и Мэддокс, У. Т. (2005). Человеческое категорийное обучение. Annu. Rev. Psychol. , 56, , 149-178.

    Шэнк, Р. К. (1999). Еще раз о динамической памяти Ch3 . Издательство Кембриджского университета.

    Эйхенбаум, Х. 2008. Обучение и память . Нью-Йорк: У. В. Нортон.

    Рёдигер, Х.Вел. 2008. Обучение и память: исчерпывающий справочник . Vol. 2, Когнитивная психология памяти . Главный редактор: Дж. Бирн. Оксфорд: Эльзевир.

    Рёдигер, Х. Л., Й. Дудаи и С. М. Фитцпатрик, ред. 2007. Наука памяти: Концепции . Оксфорд: Oxford Univ. Нажмите.

    Шактер, Д. Л. 2001. Семь грехов памяти: как разум забывает и вспоминает . Бостон: Хоутон Миффлин.

    […]

    Психология забвения и почему не работает память

    Забывание — слишком обычная часть повседневной жизни. Иногда эти промахи просты и довольно безобидны, например, когда вы забываете перезвонить. В других случаях забывание может быть гораздо более ужасным и даже иметь серьезные последствия, например, когда очевидец забывает важные детали преступления.

    Сбои в работе с памятью — это почти повседневное явление. Забывание настолько распространено, что вы, вероятно, полагаетесь на многочисленные методы, которые помогут вам запомнить важную информацию, такие как занесение заметок в ежедневник или планирование важных событий в календаре вашего телефона.

    Когда вы отчаянно ищете пропавшие ключи от машины, может показаться, что информация о том, где вы их оставили, навсегда ушла из вашей памяти. Однако забывание обычно не означает фактическую потерю или стирание этой информации из вашей долговременной памяти.

    Забывание обычно связано с ошибкой при поиске в памяти. Хотя информация находится где-то в вашей долговременной памяти, вы не можете ее восстановить и запомнить.

    Почему время играет ключевую роль в забывании

    Психолог Герман Эббингауз был одним из первых, кто начал научно изучать забывание.В экспериментах, в которых он использовал себя в качестве испытуемого, Эббингауз проверял свою память, используя трехбуквенные бессмысленные слоги. Он полагался на такие бессмысленные слова, потому что использование ранее известных слов потребовало бы использования имеющихся у него знаний и ассоциаций в его памяти.

    Чтобы проверить новую информацию, Эббингаус проверял свою память на промежутках времени от 20 минут до 31 дня. Затем он опубликовал свои открытия в 1885 году в журнале Memory: A Contribution to Experimental Psychology.

    Его результаты, представленные так называемой кривой забывания Эббингауза, выявили связь между забыванием и временем. Вначале информация часто теряется очень быстро после того, как ее усвоили. Такие факторы, как то, как информация была усвоена и как часто она репетировалась, влияют на то, как быстро эти воспоминания теряются. Информация, хранящаяся в долговременной памяти, на удивление стабильна.

    Кривая забывания также показала, что забывчивость не снижается до тех пор, пока не будет потеряна вся информация.В какой-то момент уровень забвения снижается.

    Как измерить забвение

    Иногда может показаться, что информация забыта, но даже легкий намек может помочь вызвать воспоминание. Представьте, что вы в последний раз сдавали экзамен в школе. Хотя вы, возможно, изначально чувствовали себя забывчивыми и неподготовленными, просмотр информации, представленной в тесте, вероятно, помог нам в поиске информации, о которой вы, возможно, даже не подозревали.

    Итак, как мы узнаем, что что-то было забыто? Есть несколько способов измерить это:

    • Вспомните : Людей, которых попросили выучить что-нибудь, например, список терминов, можно попросить вызвать список по памяти.Наблюдая за тем, сколько элементов запомнили, исследователи могут определить, сколько информации было забыто. Этот метод может включать использование свободного отзыва (вызов элементов без подсказок) или подсказки (использование подсказок для запуска воспоминаний).
    • Распознавание : Этот метод включает идентификацию информации, которая была ранее изучена. Например, на тесте учащимся, возможно, придется распознать, какие термины они узнали в главе назначенного чтения.

    Теории о том, почему мы забываем

    Конечно, забыванию может способствовать множество факторов.Иногда вы можете отвлекаться, когда изучаете новую информацию, что может означать, что вы никогда не сохраняете информацию достаточно долго, чтобы вспомнить ее позже. Известный исследователь памяти Элизабет Лофтус предложила четыре основных объяснения причин забывания. Это привело к появлению некоторых основных теорий забывания.

    Теория интерференции

    Что вы ели на ужин во вторник вечером на прошлой неделе? Сложно вспомнить? Если бы кто-то задал вам этот вопрос в среду утром, у вас, вероятно, не было бы проблем вспомнить, что вы ели на ужин накануне вечером.

    Но по прошествии нескольких дней воспоминания обо всех других приемах пищи, которые вы ели с тех пор, начинают мешать вам вспоминать об этом конкретном приеме пищи. Это хороший пример того, что психологи называют интерференционной теорией забывания.

    Согласно теории интерференции, забывание — это результат взаимодействия различных воспоминаний друг с другом. Чем больше двух или более событий похожи друг на друга, тем выше вероятность возникновения помех.

    Трудно вспомнить, что происходило в обычный школьный день два месяца назад, потому что с тех пор прошло так много других дней.Однако уникальные и отличительные события с меньшей вероятностью пострадают от помех. Ваш выпуск средней школы, свадьба и рождение первого ребенка будут вспоминать с гораздо большей вероятностью, потому что это единичные события — дни, не похожие ни на какие другие.

    Помехи также играют роль в так называемом эффекте последовательной позиции , или тенденции вспоминать первый и последний элементы списка. Например, представьте, что вы составили список покупок, но забыли взять его с собой. вы в магазин.По всей вероятности, вы, вероятно, сможете легко вспомнить первый и последний элементы в своем списке, но вы можете забыть многие элементы, которые были в середине.

    Первое, что вы записали, и последнее, что вы записали, выделяются как более отчетливые, в то время как четвертый и седьмой элементы могут показаться настолько похожими, что мешают друг другу. Возможны два основных типа помех:

    • Обратное вмешательство происходит, когда вновь полученная информация вмешивается в старую память.Например, учительнице, изучающей имена учеников своего нового класса в начале учебного года, может быть труднее вспомнить имена учеников своего класса в прошлом году. Новая информация противоречит старой информации.
    • Упреждающее вмешательство происходит, когда ранее полученная информация затрудняет формирование новых воспоминаний. Выучить новый номер телефона или комбинацию шкафчика может быть труднее, например, потому что ваши воспоминания о старом номере телефона и комбинации мешают новой информации.

    Полностью устранить помехи невозможно, но есть несколько вещей, которые вы можете сделать, чтобы минимизировать их влияние. Лучшее, что вы можете сделать, — это отрепетировать новую информацию, чтобы лучше закрепить ее в памяти. Фактически, многие эксперты рекомендуют повторно изучить важную информацию, что включает повторение материала снова и снова, пока его нельзя будет воспроизвести идеально без ошибок.

    Еще одна тактика борьбы с помехами — изменить свой распорядок и избегать изучения аналогичного материала подряд.Например, не пытайтесь изучать словарные термины на уроке испанского языка сразу после изучения терминов на уроке немецкого. Разбивайте материал и на каждой учебной сессии переключайтесь на совершенно разные предметы.

    Сон также играет важную роль в формировании памяти. Исследователи предполагают, что сон после того, как вы узнаете что-то новое, — один из лучших способов превратить новые воспоминания в долговечные.

    Теория распада и забывания

    Согласно теории следов памяти, физические и химические изменения в мозге приводят к появлению «следа» памяти.«Информация в кратковременной памяти длится несколько секунд, и если ее не повторить, след нейрохимической памяти быстро исчезает. Согласно теории распада следа забывания, события, которые происходят между формированием воспоминания и воспроизведением память не влияет на отзыв.

    Теория следа предполагает, что промежуток времени между воспоминанием и вызовом этой информации определяет, будет ли информация сохранена или забыта. Если временной интервал короткий, будет вызвана дополнительная информация.Если пройдет более длительный период времени, больше информации будет забыто, а память ухудшится.

    Идея о том, что воспоминания со временем исчезают, не нова. Греческий философ Платон предположил это более 2500 лет назад. Позже экспериментальные исследования психологов, таких как Эббингауз, подтвердили эту теорию.

    Одна из проблем этой теории состоит в том, что трудно продемонстрировать, что только время отвечает за снижение памяти. В реальных ситуациях между формированием воспоминания и воспроизведением этой информации происходит много вещей.Например, ученик, который изучает что-то в классе, может иметь сотни уникальных и индивидуальных переживаний между изучением этой информации и необходимостью вспомнить ее на экзамене.

    Вы забыли дату начала американской войны за независимость из-за того, что между изучением даты на уроке американской истории и проверкой на ней прошло много времени? Или большое количество информации, полученной за этот промежуток времени, сыграло свою роль? Проверить это может быть чрезвычайно сложно.Практически невозможно исключить всю информацию, которая могла бы повлиять на создание воспоминания и вызов воспоминания.

    Другая проблема теории распада заключается в том, что она не объясняет, почему одни воспоминания быстро исчезают, а другие остаются. Новизна — это один из факторов, который играет роль. Например, у вас больше шансов запомнить свой самый первый день в колледже, чем все промежуточные дни между ним и выпуском. Тот первый день был новым и захватывающим, но все последующие дни, вероятно, кажутся очень похожими друг на друга.

    Теория отказа при извлечении

    Иногда воспоминания присутствуют, но мы просто не можем получить к ним доступ. Две из основных причин этого сбоя при извлечении из памяти связаны с ошибками кодирования и отсутствием сигналов для извлечения.

    Распространенная причина, по которой мы не запоминаем информацию, заключается в том, что она вообще никогда не попадала в долговременную память.

    Попробуйте эту широко известную демонстрацию, впервые использованную исследователями Никерсоном и Адамсом. Попробуйте по памяти нарисовать обратную сторону пенни.Как только вы закончите, сравните свой рисунок с реальным пенни.

    Вы удивлены, как плохо вы вспомнили, как выглядит обратная сторона пенни? Хотя вы, вероятно, имели хорошее представление об общей форме и цвете, фактические детали, вероятно, были довольно нечеткими. Почему?

    Поскольку вам на самом деле не нужно знать, как выглядит обратная сторона пенни, чтобы отличить ее от других монет, вы действительно сосредотачиваетесь только на той информации, которая вам действительно нужна — на общем размере, форме и цвете монеты.Вы не можете вспомнить, как на самом деле выглядит обратная сторона пенни, потому что эта информация никогда не была действительно закодирована в памяти.

    Теория забывания, зависящая от реплики

    Другие исследователи предположили, что иногда информация на самом деле присутствует в памяти, но что ее нельзя вспомнить, если не присутствуют поисковые подсказки.Эти реплики представляют собой элементы, которые присутствовали в то время, когда фактическая память была закодирована.

    Например, запомнить детали вашего первого свидания с супругом будет легче, если вы почувствуете тот же запах, что и ваш партнер на первом свидании.Сигнал к поиску (запах) присутствовал, когда это воспоминание было создано, поэтому его запах снова может вызвать восстановление этих воспоминаний.

    Слово от Verywell

    Забывание — это просто часть жизни. Многочисленные теории объясняют, как и почему мы забываем. Во многих ситуациях некоторые из этих объяснений могут объяснить, почему мы не можем вспомнить. Течение времени может затруднить доступ к воспоминаниям, в то время как обилие информации, претендующей на наше внимание, может создать конкуренцию между старыми и новыми воспоминаниями.Тем не менее, мы можем работать над улучшением запоминания информации.

    Процесс забывания | Безграничная психология

    Ошибка памяти

    Воспоминания могут плохо закодироваться или блекнуть со временем; процесс хранения и восстановления не безупречный.

    Цели обучения

    Определить факторы, делающие некоторые воспоминания невосполнимыми

    Основные выводы

    Ключевые моменты
    • Воспоминания зависят от того, как человек усваивает события через восприятия, интерпретации и эмоции.
    • Быстродействие относится к общему ухудшению конкретной памяти с течением времени.
    • Быстродействие вызвано упреждающим и обратным вмешательством.
    • Кодирование — это процесс преобразования сенсорного ввода в форму, которую память способна обрабатывать и хранить.
    • Воспоминания, которые закодированы плохо или неглубоко, могут не подлежать восстановлению.
    Ключевые термины
    • быстротечность : Ухудшение определенной памяти с течением времени.

    Память не идеальна. Сохранение воспоминаний и последующее их извлечение включает в себя как биологические, так и психологические процессы, и взаимосвязь между ними полностью не изучена. Воспоминания зависят от того, как человек усваивает события через восприятия, интерпретации и эмоции. Это может вызвать расхождение между тем, что воспринимается как воспоминание, и тем, что на самом деле произошло в действительности; это также может привести к неправильному или отсутствию кодирования событий.

    Мимолетность

    Мыслитель Огюста Родена : Наши воспоминания не безупречны: со временем, без использования, воспоминания распадаются, и мы теряем способность восстанавливать их.

    Легче вспомнить недавние события, чем те, что были раньше, и чем больше мы повторяем или используем информацию, тем больше вероятность, что она войдет в долговременную память. Однако без использования или с добавлением новых воспоминаний старые воспоминания могут разрушиться. «Мимолетность» относится к общему ухудшению конкретной памяти с течением времени. Мимолетность вызвана проактивным и обратным вмешательством. Проактивное вмешательство — это когда старая информация подавляет способность запоминать новую информацию, например, когда устаревшие научные факты мешают способности запоминать обновленные факты.Ретроактивное вмешательство — это когда новая информация подавляет способность запоминать старую информацию, например, когда вы слышите цифры последних новостей, а затем пытаетесь вспомнить более ранние факты и цифры.

    Ошибка кодирования

    Кодирование — это процесс преобразования сенсорного ввода в форму, которая может быть обработана и сохранена в памяти. Однако на этот процесс может повлиять ряд факторов, и от того, насколько хорошо информация закодирована, зависит, насколько хорошо ее можно будет вызвать позже. Память ассоциативна по своей природе; Общность между точками информации не только укрепляет старые воспоминания, но и облегчает создание новых.Способ кодирования воспоминаний — личное; это зависит от того, какую информацию человек считает актуальной и полезной, и как она соотносится с индивидуальным видением реальности. Все эти факторы влияют на то, как распределяются приоритеты воспоминаний и насколько они будут доступны при хранении в долговременной памяти. Информацию, которая считается менее актуальной или менее полезной, будет сложнее вспомнить, чем воспоминания, которые считаются ценными и важными. Воспоминания, которые закодированы плохо или неглубоко, могут вообще не восстановиться.

    Типы забвения

    Есть много способов, по которым память может быть не восстановлена ​​или забыта.

    Цели обучения

    Различать различные процессы, связанные с забыванием

    Основные выводы

    Ключевые моменты
    • Теория забывания с распадом следов утверждает, что все воспоминания исчезают автоматически со временем; Согласно этой теории, вам нужно следовать определенному пути или следу, чтобы вызвать воспоминание.
    • Согласно теории интерференции, все воспоминания мешают способности вспоминать другие воспоминания.
    • Проактивное вмешательство происходит, когда воспоминания из прошлого влияют на новые воспоминания; ретроактивное вмешательство возникает, когда старые воспоминания заменяются новыми, иногда настолько, что исходное воспоминание забывается.
    • Зависимое от реплики забывание, также известное как отказ при поиске, — это неспособность вспомнить информацию при отсутствии реплик памяти.
    • Феномен «кончика языка» — это неспособность извлечь слово из памяти в сочетании с частичным воспроизведением и ощущением, что поиск неизбежен.
    Ключевые термины
    • теория распада следа : Теория, согласно которой, если воспоминания не просматриваются или не вызываются последовательно, они начнут распадаться и в конечном итоге будут забыты.
    • ретроактивное вмешательство : Когда недавно усвоенная информация мешает и препятствует воспроизведению ранее усвоенной информации.
    • проактивное вмешательство : Когда прошлые воспоминания подавляют полный потенциал человека сохранять новые воспоминания.
    • трассировка : способ вызвать воспоминание.

    Память не статична. То, как вы запомните событие, зависит от большого количества переменных, включая все, от того, сколько вы спали накануне вечером, до того, насколько вы были счастливы во время события. Память не всегда абсолютно надежна, потому что на нее влияют не только фактические события, которые она записывает, но и другие знания, опыт, ожидания, интерпретации, восприятия и эмоции. И воспоминания не обязательно постоянны: они могут исчезнуть со временем.Этот процесс называется забыванием. Но почему мы забываем? Ответ на данный момент неизвестен.

    Существует несколько теорий, которые объясняют, почему мы забываем воспоминания и информацию с течением времени, включая теорию распада следов, теорию интерференции и забывание, зависящее от сигнала.

    Теория распада следов

    Теория забывания утверждает, что все воспоминания исчезают автоматически со временем. Согласно этой теории, вам нужно следовать определенным путем или следом, чтобы вызвать воспоминание.Если этот путь не используется в течение некоторого времени, память распадается, что приводит к затруднению или невозможности вспомнить память. Репетиция или мысленный просмотр воспоминаний могут замедлить этот процесс. Но неиспользование трассировки приведет к ухудшению памяти, что в конечном итоге приведет к сбою при извлечении. Этот процесс начинается почти сразу, если информация не используется: например, иногда мы забываем имя человека, даже если только что встретили его.

    Память с течением времени : Со временем память становится труднее запоминать.Воспоминание легче всего вспомнить, когда оно совершенно новое и без репетиции начинает забываться.

    Теория помех

    Недавние события вспомнить легче, чем те, что были раньше. «Мимолетность» относится к общему ухудшению конкретной памяти с течением времени. Согласно теории интерференции, быстротечность происходит потому, что все воспоминания мешают способности вспоминать другие. Упреждающее и обратное вмешательство может повлиять на то, насколько хорошо мы можем вспомнить воспоминания, а иногда и заставлять нас забывать о вещах навсегда.

    Помехи памяти : Как старые, так и новые воспоминания могут повлиять на то, насколько хорошо мы можем вспомнить воспоминания. Это называется проактивным и обратным вмешательством.

    Упреждающее вмешательство

    Проактивное вмешательство происходит, когда старые воспоминания препятствуют созданию новых воспоминаний. При этом типе вмешательства старая информация подавляет способность запоминать новую информацию, например, когда устаревшие научные факты мешают способности запоминать обновленные факты.Это часто происходит, когда воспоминания изучаются в аналогичных контекстах или о похожих вещах. Это когда у нас есть предвзятые представления о ситуациях и событиях и мы применяем их к текущим ситуациям и событиям. Примером может служить то, что когда вы росли, когда его учили, что Плутон является планетой в нашей солнечной системе, а затем, будучи взрослым, ему говорили, что Плутон больше не считается планетой. Такая сильная память негативно повлияет на восприятие новой информации, и когда его спросят, сколько существует планет, тот, кто вырос, думая о Плутоне как о планете, мог бы сказать девять вместо восьми.

    Ретроактивная помеха

    Обратное вмешательство возникает, когда старые воспоминания заменяются новыми, иногда настолько, что исходное воспоминание забывается. Это когда недавно усвоенная информация мешает вспомнить ранее изученную информацию и препятствует ее воспроизведению. Возможность вспомнить ранее усвоенную информацию значительно снижается, если эта информация не используется, и появляется существенная новая информация. Это часто происходит, когда вы слышите цифры последних новостей, а затем пытаетесь вспомнить более ранние факты и цифры.Примером этого может быть изучение нового способа изготовления бумажных самолетиков, а затем невозможность вспомнить, как вы их делали раньше.

    Зависимое от сигнала забывание

    Когда мы сохраняем воспоминания, мы не только записываем все сенсорные данные, мы также сохраняем наше настроение и эмоциональное состояние. Таким образом, наше текущее настроение будет влиять на воспоминания, которые наиболее легко доступны для нас, так что, когда мы в хорошем настроении, мы вспоминаем хорошие воспоминания, а когда мы в плохом настроении, мы вспоминаем плохие.Это говорит о том, что нас иногда просят запомнить определенные вещи, например, по нашему эмоциональному состоянию или окружающей среде.

    Cue-зависимое забывание, также известное как ошибка поиска, — это неспособность вспомнить информацию при отсутствии сигналов памяти. Есть три типа сигналов, которые могут остановить этот тип забывания:

    • Семантические подсказки используются, когда память извлекается из-за ее ассоциации с другой памятью. Например, кто-то забывает все о своей поездке в Огайо, пока ему не напомнят, что он посетил там определенного друга, и эта реплика заставляет его вспомнить еще много событий поездки.
    • Зависящие от состояния реплики регулируются состоянием ума во время кодирования. Эмоциональное или психическое состояние человека (например, состояние алкогольного опьянения, наркотического опьянения, расстройство, тревога или счастье) является ключом к установлению сигналов. Согласно теории зависимого от сигнала забывания, воспоминание может быть забыто до тех пор, пока человек не окажется в том же состоянии.
    • Контекстно-зависимые подсказки зависят от окружающей среды и ситуации. Извлечение из памяти может быть облегчено или инициировано репликацией контекста, в котором была закодирована память.Такие условия могут включать погоду, компанию, местоположение, запах определенного запаха, прослушивание определенной песни или даже вкус определенного аромата.

    Другие виды забвения

    Распад следа, интерференция и отсутствие сигналов — не единственные причины, по которым воспоминания могут быть не восстановлены. Сложные взаимодействия памяти с ощущениями, восприятием и вниманием иногда делают некоторые воспоминания безвозвратными.

    Рассеянность

    Если вы когда-либо клали ключи, входя в дом, а потом не могли их найти, значит, вы испытали рассеянность.Внимание и память тесно связаны, а рассеянность связана с проблемами в той точке, где внимание и память взаимодействуют. Распространенные ошибки этого типа включают неправильное размещение предметов или забывание встреч. Рассеянность возникает из-за того, что во время кодирования не было уделено достаточного внимания тому, что впоследствии потребуется вспомнить.

    Блокировка

    Иногда человек сталкивается с ошибкой определенного типа, называемой блокировкой. Блокировка — это когда мозг пытается получить или закодировать информацию, но другая память вмешивается в это.Блокирование — это основная причина феномена «кончика языка». Это неспособность извлечь слово из памяти в сочетании с частичным воспроизведением и ощущением, что извлечение неизбежно. Люди, которые испытывают это, часто могут вспомнить одну или несколько характеристик целевого слова, например первую букву, слова, которые звучат одинаково, или слова, имеющие аналогичное значение. Иногда подсказка может помочь им вспомнить: еще один пример запоминания.

    Амнезия

    Амнезия, неспособность вспомнить определенные воспоминания, часто возникает в результате повреждения любого из ряда областей височной доли и гиппокампа.

    Цели обучения

    Различать разные типы амнезии и потери памяти

    Основные выводы

    Ключевые моменты
    • Антероградная амнезия — это неспособность создавать новые воспоминания; долгосрочные воспоминания до события обычно остаются нетронутыми. Однако воспоминания, которые не были полностью объединены до этого события, также могут быть потеряны.
    • Ретроградная амнезия — это неспособность вспомнить воспоминания до начала амнезии.Человек может закодировать новые воспоминания после события, и он с большей вероятностью запомнит общие знания, а не конкретные.
    • Детская амнезия — это неспособность вспоминать события с самого раннего детства из-за того, что части мозга, участвующие в хранении долговременной памяти, еще не развиты в течение первых двух лет жизни.
    • «Деменция» — собирательный термин для многих нейрокогнитивных расстройств, влияющих на память, которые могут возникнуть в пожилом возрасте, включая болезнь Альцгеймера.
    Ключевые термины
    • ретроградная амнезия : потеря воспоминаний о периоде до приступа амнезии.
    • антероградная амнезия : Неспособность запоминать новую информацию после эпизода амнезии.

    «Амнезия» — это общий термин, обозначающий неспособность вспомнить определенные воспоминания или, в некоторых случаях, неспособность сформировать новые воспоминания. Некоторые виды амнезии возникают из-за неврологической травмы; но в других случаях термин «амнезия» используется просто для описания нормальной потери памяти, например, невнимания детских воспоминаний.

    Амнезия от повреждения мозга

    Амнезия обычно возникает при повреждении различных областей височной доли или гиппокампа, что приводит к неспособности вспомнить воспоминания до или после (часто травмирующего) события. Есть две основные формы амнезии: ретроградная и антероградная.

    Амнезия : Существуют две основные формы амнезии: ретроградная и антероградная. Ретроградный предотвращает воспроизведение информации, закодированной до травмы головного мозга, а антероградный предотвращает вспоминание информации, полученной после травмы головного мозга.

    Ретроградная амнезия

    Ретроградная амнезия — это неспособность вспомнить, что произошло с до начала амнезии. Ретроградная амнезия обычно вызывается травмой головы или повреждением других частей мозга, кроме гиппокампа (который участвует в процессе кодирования новых воспоминаний). Повреждение головного мозга, вызывающее ретроградную амнезию, может быть таким же разнообразным, как нарушение мозгового кровообращения, инсульт, опухоль, гипоксия, энцефалит или хронический алкоголизм.

    Ретроградная амнезия обычно носит временный характер, и ее часто можно лечить, заставляя больного получать сигналы воспоминаний о забытом периоде времени.

    Антероградная амнезия

    Антероградная амнезия — это неспособность создать новые воспоминания после начала амнезии , в то время как воспоминания до события остаются нетронутыми. Области мозга, связанные с этим состоянием, включают медиальную височную долю, средний промежуточный мозг и гиппокамп. Антероградная амнезия может быть вызвана последствиями длительного алкоголизма, тяжелого недоедания, инсульта, травмы головы, хирургического вмешательства, синдрома Вернике-Корсакова, цереброваскулярных событий, гипоксии или других травм.

    Антероградная амнезия нельзя лечить фармацевтическими препаратами из-за повреждения ткани мозга. Тем не менее, больных можно лечить с помощью образования, чтобы определить свой распорядок дня: как правило, процедурные воспоминания (двигательные навыки и распорядки, такие как завязывание обуви или игра на музыкальном инструменте) страдают меньше, чем декларативные воспоминания (факты и события). Кроме того, социальная и эмоциональная поддержка важна для улучшения качества жизни людей, страдающих антероградной амнезией.

    Человек без кратковременной памяти : В 1985 году Клайв Веринг, тогда известный музыковед, заразился вирусом простого герпеса, который поразил его центральную нервную систему.Вирус повредил его гиппокамп, область мозга, необходимую для передачи воспоминаний из кратковременного в долговременное хранилище. В результате У Уеринга развился тяжелый случай полной амнезии, как ретроградной, так и антероградной. Он совершенно неспособен формировать длительные новые воспоминания — его память длится от 7 до 30 секунд — а также не может вспомнить аспекты своих прошлых воспоминаний, часто полагая, что он только недавно вышел из комы.

    Другие типы амнезии

    Некоторые типы забывания возникают не из-за черепно-мозговой травмы, а являются результатом изменений, которые человеческий мозг претерпевает в течение жизни.

    Амнезия детства

    Вы что-нибудь помните, когда вам было шесть месяцев? Как насчет двух лет? Есть причина, по которой никто этого не делает. Детская амнезия, также называемая детской амнезией, — это неспособность взрослых восстанавливать воспоминания в возрасте до 2–4 лет. Это происходит потому, что в течение первого или двух лет жизни структуры мозга, такие как лимбическая система (которая удерживает гиппокамп и миндалевидное тело и является жизненно важным для хранения памяти), еще не полностью развиты. Исследования показали, что дети обладают способностью вспоминать события, которые произошли с ними в возрасте от 1 года и ранее, пока они еще относительно молоды, но по мере взросления они, как правило, не могут вспомнить воспоминания из своих младших лет.

    Нейрокогнитивные расстройства

    Нейрокогнитивные расстройства — это широкая категория заболеваний головного мозга, типичных для пожилого возраста, которые вызывают длительное и часто постепенное снижение способности думать и вспоминать воспоминания, что нарушает повседневное функционирование человека. «Нейрокогнитивное расстройство» является синонимом «слабоумия» и «дряхлости», но эти термины больше не используются в DSM-5. Для постановки диагноза должны быть отклонения от обычного психического функционирования человека и более сильное ухудшение, чем можно было бы ожидать, из-за старения.Эти заболевания также оказывают значительное влияние на тех, кто ухаживает за человеком.

    Наиболее распространенным типом деменции является болезнь Альцгеймера, которая составляет от 50% до 70% случаев. Наиболее частыми его симптомами являются кратковременная потеря памяти и трудности с поиском слов. У людей с болезнью Альцгеймера также есть проблемы с визуально-пространственными областями (например, они могут часто теряться), рассуждением, суждением и пониманием того, испытывают ли они вообще потерю памяти.

    Исследование человеческой памяти

    Исследование памяти человека восходит к году, по крайней мере, 2000 лет назад, с первых попыток Аристотеля понять память в его трактате «О душе» .В этом он сравнил человеческий разум с чистым листом , предположив, что все люди рождаются свободными от каких-либо знаний и являются просто суммой своего опыта. Аристотель сравнивал память с созданием слепков воском, что иногда называют «метафорой хранилища» , — теорией памяти, господствовавшей на протяжении многих веков.


    ??? Вы знали ???
    Сторонники тезиса «tabula rasa» (чистый лист) отдают предпочтение воспитательной стороне природы по сравнению с дебатами воспитывать , когда речь идет об аспектах личности, интеллекта, социального и эмоционального поведения.

    Идея сначала всплыла в трактате Аристотеля , но затем бездействовала более тысячи лет, пока не была развита персидским философом 11 века Авиценной , а затем Джоном Локком — классическим изложением теории в 17 веке. Века.
    Зигмунд Фрейд возродил эту идею в 20 веке, изобразив черты личности как сформированные семейной динамикой .

    В древности считалось, что существует два вида памяти: «естественная память» (врожденная память, которую каждый использует каждый день) и «искусственная память» (обученная посредством обучения и практики. из множества мнемонических техник (), приводящих к умениям запоминания, которые совершенно необычны или невозможны, используя только естественную память).Римские риторы, такие как Цицерон и Квинтиллиан , расширили искусство памяти или метод loci (метод, который часто впервые приписывают Симониду из Креоса или пифагорейцам), и их идеи были переданы до средневековые схоласты и более поздние ученые эпохи Возрождения, такие как Маттео Риччи и Джордано Бруно .

    Английский философ 18 века Дэвид Хартли был первым, кто выдвинул гипотезу о том, что воспоминания кодируются посредством скрытых движений в нервной системе, хотя его физическая теория этого процесса была в лучшем случае рудиментарной. Уильям Джеймс в Америке и Вильгельм Вундт в Германии, оба считаются одними из отцов-основателей современной психологии, оба провели некоторые ранние фундаментальные исследования того, как функционирует человеческая память в 1870-х и 1880-х годах (Джеймс выдвинул гипотезу о нейронной системе ). пластичность за много лет до того, как это было продемонстрировано). В 1881 году Теодюль-Арман Рибо предложил так называемый закон Рибо , который гласит, что у амнезии есть временной градиент: недавние воспоминания с большей вероятностью будут потеряны, чем более отдаленные воспоминания (хотя на практике это действительно так. не всегда так).

    Однако только в середине 1880-х годов молодой немецкий философ Герман Эббингауз разработал первый научный подход к изучению памяти. Он проводил эксперименты, используя списки бессмысленных слогов, а затем ассоциировал их со значимыми словами и некоторые из своих выводов из этой работы (например, концепции кривой обучения и кривой забывания, а также его классификацию трех различных типов памяти: сенсорной , краткосрочные и долгосрочные) актуальны и по сей день.

    Немецкий биолог-эволюционист Ричард Семон впервые предложил в 1904 году идею о том, что опыт оставляет физический след, который он назвал инграммой, на определенных сетях нейронов в мозге. Британский психолог сэр Фредерик Бартлетт считается одним из отцов-основателей когнитивной психологии, и его исследования в 1930-х годах, посвященные воспоминаниям историй, во многом повлияли на более поздние идеи о том, как мозг хранит воспоминания.


    ??? Вы знали ???
    Флэшбэки — это непроизвольные (и часто повторяющиеся) воспоминания, в которых у человека возникает внезапное мощное повторное переживание прошлого воспоминания, иногда настолько интенсивное, что человек «заново переживает» опыт, не в состоянии полностью распознайте это как воспоминание, а не как что-то действительно происходящее.

    Такие непроизвольные воспоминания часто связаны с травмирующими событиями, или сильно заряженными эмоциональными событиями и часто возникают во время периодов сильного стресса или голодания, хотя точные причины и механизмы не ясны.

    С развитием технологий в 1940-х годах появилась область нейропсихологии, а вместе с ней и биологическая основа для теорий кодирования. Карл Лэшли посвятил 25 лет своей жизни исследованиям крыс в лабиринтах, систематически пытаясь определить, где в мозгу образуются следы или инграммы памяти, но в 1950 году пришел к выводу, что воспоминания вообще не локализованы в одной части мозга. , но широко распространены в коре головного мозга, и что, если некоторые части мозга повреждены, другие части мозга могут взять на себя роль поврежденной части.Работа канадского нейрохирурга Уайлдера Пенфилда по стимуляции мозга электрическими зондами в 1940-х и 1950-х годах, первоначально в поисках причин эпилепсии, позволила ему создать карты сенсорной и моторной коры головного мозга, которые являются используется до сих пор, практически без изменений. Он также смог вызвать воспоминания или воспоминаний (о некоторых из которых пациенты не могли вспомнить сознательно), исследуя части височной доли мозга.

    Еще в 1949 году другой канадец, Дональд Хебб, интуитивно догадался, что «нейроны, которые срабатывают вместе, соединяются вместе», подразумевая, что кодирование воспоминаний происходит, когда связи между нейронами устанавливаются посредством многократного использования.Эта теоретическая идея, которую иногда называют правилом Хебба, была поддержана открытием механики консолидации памяти, долгосрочной потенциации и нейронной пластичности в 1970-х годах и остается доминирующей теорией сегодня. Работа Эрика Кандела о морских слизняках (чей мозг относительно прост и содержит относительно большие и легко наблюдаемые отдельные нервные клетки) была особенно важна для экспериментальной демонстрации правила Хебба и определения молекулярных изменений во время обучения и вовлеченных нейротрансмиттеров.

    По мере развития компьютерных технологий в 1950-х и 1960-х годах стали очевидными параллели между компьютерными и мозговыми процессами, что привело к прогрессу в понимании процессов кодирования, хранения и извлечения памяти. Однако компьютерная метафора — это, по сути, просто более сложная версия более раннего представления о памяти, основанного на довольно упрощенном и вводящем в заблуждение предположении, что память — это всего лишь простая копия первоначального опыта.


    ??? Вы знали ???
    Мозг в целом и память в частности имеют отчетливую тенденцию к отрицательности .Он уделяет больше внимания и выделяет неприятных переживаний .

    Мозг обычно обнаруживает отрицательную информацию быстрее, чем положительную, а гиппокамп специально отмечает отрицательные события, чтобы вдвойне убедиться, что такие события сохраняются в памяти.

    Негативные переживания оставляют в памяти неизгладимый след, даже когда предпринимаются попытки «отучить» их.

    Вероятно, это эволюционная адаптация, учитывая, что лучше ошибиться на стороне предостережения и проигнорировать несколько приятных переживаний, чем упустить из виду негативное и, возможно, опасное событие.

    Изменение в общем изучении памяти в течение 1950-х и 1960-х годов стало известно как «когнитивная революция» и привело к появлению нескольких новых теорий о том, как рассматривать память, а также к появлению влиятельных книг Джорджа Миллера, Юджина. Галантер, Карл Прибрам, Джордж Сперлинг и Ульрик Нейссер. В 1956 году Джордж Миллер опубликовал свою влиятельную статью о кратковременной памяти и свою оценку того, что наша кратковременная память ограничена тем, что он назвал «магическим числом семь плюс-минус два».

    В 1968 году Ричард Аткинсон и Ричард Шиффрин впервые описали свою модальную, или многоуровневую, модель памяти, состоящую из сенсорной памяти, кратковременной памяти и долговременной памяти, которая стала самой популярной моделью для изучения. память на долгие годы. В 1972 году Фергус Крейк и Роберт Локхарт предложили альтернативную модель, известную как модель уровней обработки. В 1974 году Алан Баддели и Грэм Хитч предложили свою модель рабочей памяти, которая состоит из центрального исполнительного устройства, визуально-пространственного блокнота и фонологической петли. как метод кодирования.

    В 1970-е годы появились первые работы Элизабет Лофтус, которая провела свое важное исследование эффекта дезинформации, искажений памяти и природы ложных воспоминаний. Новаторские исследования человеческой памяти, проведенные Энделем Тулвингом начиная с 1970-х годов, также оказали большое влияние. Он был первым, кто предложил два различных типа долговременной памяти, эпизодическую и семантическую, в 1972 году, а также разработал принцип специфичности кодирования в 1983 году.

    В течение 1980-х и 1990-х годов было разработано несколько формальных моделей памяти
    , которые можно запускать как компьютерное моделирование, в том числе модель поиска ассоциативной памяти (SAM) , предложенная Джеромом Раймейкером и Ричардом Шиффрином в 1981 году, модель параллельной распределенной обработки. (PDP) модель Джеймса Макклелланда, Дэвида Рамелхарта и Джеффри Хинтона в 1986 году, а также различные версии модели Adaptive Control of Thought (ACT) , разработанной Джоном Андерсоном в 1993 году.

    В настоящее время изучение человеческой памяти считается частью дисциплин когнитивной психологии и нейробиологии , а также междисциплинарной связи между ними, известной как когнитивная нейробиология . Вы можете посетить https://www.advancedwriters.com/custom-research-paper/, если вам нужна помощь экспертов в исследовательской работе.

    памяти | Определение, поиск и забвение

    Память , кодирование, хранение и извлечение в человеческом разуме прошлого опыта.

    Тот факт, что переживания влияют на последующее поведение, свидетельствует об очевидной, но, тем не менее, замечательной деятельности, называемой запоминанием. Память — это результат и влияние на восприятие, внимание и обучение. Базовый паттерн запоминания состоит из внимания к событию, за которым следует репрезентация этого события в мозгу. Неоднократное внимание или практика приводит к кумулятивному эффекту на память и позволяет выполнять такие действия, как умелое исполнение на музыкальном инструменте, чтение стихотворения, а также чтение и понимание слов на странице.Обучение не могло происходить без функции памяти. Так называемое разумное поведение требует памяти, а память является предпосылкой для рассуждений. Способность решить любую проблему или даже признать, что проблема существует, зависит от памяти. Обычное действие, такое как решение перейти улицу, основано на воспоминаниях о многочисленных предыдущих событиях. Акт запоминания опыта и доведение его до сознания в более позднее время требует ассоциации, которая формируется из опыта, и «поисковой подсказки», которая вызывает воспоминание об этом опыте.

    Практика (или повторение) имеет тенденцию создавать и поддерживать память для задачи или любого изученного материала. В период отсутствия практики все, что было изучено, обычно забывается. Хотя адаптивное значение забывания может быть неочевидным, драматические случаи внезапного забывания (как при амнезии) можно рассматривать как адаптивные. В этом смысле способность забывать можно интерпретировать как естественную отборную у животных. Действительно, когда воспоминание об эмоционально болезненном опыте приводит к сильной тревоге, забывание может принести облегчение.Тем не менее, эволюционная интерпретация может затруднить понимание того, как был выбран обычно постепенный процесс забывания.

    Размышляя об эволюции памяти, полезно подумать о том, что произошло бы, если бы воспоминания не исчезли. Забывание явно помогает ориентироваться во времени; поскольку старые воспоминания ослабевают, а новые становятся яркими, подсказки предоставляются для определения продолжительности. Не забывая, пострадает адаптивная способность; например, усвоенное поведение, которое могло быть правильным десять лет назад, может больше не подходить или быть безопасным.Действительно, зарегистрированы случаи, когда люди (по обычным стандартам) забывают так мало, что их повседневная деятельность полна путаницы. Таким образом, кажется, что забвение служит выживанию не только отдельного человека, но и всего человеческого вида.

    Получите подписку Britannica Premium и получите доступ к эксклюзивному контенту. Подпишитесь сейчас

    Согласно дополнительным предположениям, система памяти ограниченного объема обеспечивает адаптивную гибкость, в частности, за счет забывания. Согласно этой точке зрения, между обучением или хранением в памяти (ввод) и забыванием (выводом) делаются постоянные корректировки.Фактически есть свидетельства того, что скорость, с которой люди забывают, напрямую зависит от того, сколько они узнали. Такие данные полностью подтверждают модели памяти, предполагающие баланс ввода-вывода.

    Каким бы ни было его происхождение, забывание привлекло значительное внимание исследователей. Большая часть этого исследования была направлена ​​на выявление факторов, влияющих на скорость забывания. Прилагаются усилия для изучения того, как информация может храниться или закодироваться в человеческом мозге. Можно сказать, что запомненные переживания состоят из закодированных наборов взаимодействующей информации, и взаимодействие, по-видимому, является основным фактором забывания.

    Исследователи памяти обычно предполагают, что все, что влияет на поведение организма, наделенного центральной нервной системой, оставляет — где-то в этой системе — «след» или группу следов. Пока эти следы сохраняются, теоретически они могут рестимулироваться, в результате чего событие или опыт, которые их установили, запоминаются.

    Аспекты памяти, зависящие от времени

    Исследования американского психолога и философа Уильяма Джеймса (1842–1910) привели его к различию двух типов памяти: первичной для решения насущных проблем и вторичной для управления хранилищем накопленной информации. со временем.С тех пор исследователи памяти использовали термин кратковременная память для обозначения функций первичной или кратковременной памяти, определенных Джеймсом. Долговременная память относится к относительно постоянной информации, которая хранится в мозгу и извлекается из него.

    Обучение и память — IResearchNet

    Человеческое обучение и память часто рассматриваются как состоящие из трех стадий: кодирование, хранение и извлечение (Melton, 1963). Кодирование относится к получению и первоначальной обработке информации; хранение относится к сохранению закодированной информации во времени; а поиск относится к процессам, с помощью которых осуществляется доступ к хранимой информации и используется.Исторически сложилось так, что научное изучение человеческой памяти можно рассматривать как прогрессирующее через четыре фазы, первые три из которых соответствуют акценту на кодировании, хранении и извлечении соответственно. Четвертая фаза, которая отражает текущее состояние поля, подчеркивает динамическое взаимодействие между этапами.

    Самым ранним влиятельным понятием памяти, заимствованным у Аристотеля, было понятие ассоциации, связи между двумя идеями, мыслями или событиями. Ассоциации образуются, когда два элемента встречаются близко друг к другу во времени или пространстве, когда два элемента очень похожи или когда два элемента очень разные.Присутствие одного из них, реплики, напоминает о другом. Одно из разногласий заключалось в том, могут ли ассоциации быть сформированы только между соседними элементами (прямые ассоциации) или между элементами, которые были удалены в дальнейшем (удаленная ассоциация). Например, для трех событий, которые происходят в серии, может существовать не только прямая связь между первым и вторым и между вторым и третьим, но также может существовать удаленная связь между первым и третьим.Хотя многие ранние теоретики много размышляли и размышляли о природе памяти, их энтузиазму и проницательности мешало отсутствие соответствующих инструментов, методов и процедур.

    Убедительных доказательств по этому поводу не было до 1885 года, когда Герман Эббингауз опубликовал первое научное исследование памяти. Эббингауз был первым ученым, который разработал, провел и сообщил об эксперименте по различению двух конкурирующих теорий памяти. В серии исследований он сообщил доказательства не только прямых и отдаленных ассоциаций, но и обратных ассоциаций.Эббингаус также известен тем, что был одним из первых, кто использовал статистические процедуры для анализа своих данных.

    До 1950-х годов традиция вербального обучения доминировала в исследованиях памяти в Соединенных Штатах. Следуя примеру Эббингауза (1885), акцент был сделан на стадии кодирования, особенно на том, как формируются и приобретаются ассоциации. Например, одно особенно влиятельное направление исследований было сосредоточено на измерении того, насколько хорошо обучение переносится в новые ситуации (Osgood, 1953). Конечно, некоторый упор был сделан на поиск; в частности, доминирующая теория забывания, теория интерференции, включала в качестве факторов как разучивание, так и конкуренцию в ответах.Тем не менее, даже в этих рамках преобладали принципы овладения, такие как дифференциальная эффективность массовых и распределенных репетиций (Андервуд, 1961).

    Начиная с 1950-х годов так называемая когнитивная революция привела к изменению акцента на хранение. Доминирующей метафорой был компьютер с различными буферами, регистрами и другими формами хранения, которые были связаны с различными гипотетическими структурами памяти. Наиболее распространенное представление о памяти, называемое модальной моделью (после статистической меры, мода), имело три таких гипотетических структуры памяти: сенсорный регистр, краткосрочное хранилище и долгосрочное хранилище (Atkinson & Shiffrin, 1968).Информация сначала кратковременно регистрировалась в сенсорном буфере, а затем преобразовывалась из необработанной физической формы в более прочный (обычно вербальный) код и помещалась в краткосрочное хранилище. Кратковременное хранилище имело ограниченную емкость, примерно от пяти до девяти предметов или «блоков», и предназначалось в основном как буфер, в котором можно было временно хранить информацию. Репетиция — это процесс, при котором предмет либо обслуживается, либо копируется в долгосрочное хранилище.

    Несмотря на значительный успех этого типа модели (Glanzer, 1972), эмпирические и логические проблемы быстро стали очевидными (Neath, 1998).Наиболее важным из них была попытка разделить вклад краткосрочного и долгосрочного накопления в данной ситуации. Последовали две реакции. Одним из них было развитие идеи рабочей памяти (Baddeley, 1986), обновление концепции краткосрочной памяти. Рабочая память рассматривала память в более широком контексте, включая систему внимания и зрительно-пространственную систему, и, по сути, была местом, где выполнялась когнитивная работа. Другой реакцией было усиление акцента на процессах, а не на структурах; этот акцент на процессинге также последовал за интенсивным изучением стадии поиска в конце 1960-х — начале 1970-х годов.Действительно, рабочую память можно рассматривать как гибридную модель, содержащую как структуру (фонологическое хранилище), так и процесс (артикуляционный цикл).

    Согласно уровням структуры обработки (Craik & Lockhart, 1972), память является результатом последовательной серии анализов, каждый на более глубоком, более концептуальном уровне, чем предыдущий, которые выполняются с информацией. Чем глубже анализ, тем лучше память. Таким образом, память — это больше побочный продукт, чем что-либо еще; это остатки произведенной обработки.Эта точка зрения предлагала объяснение того, почему намерение учиться не является важным фактором в последующих тестах памяти (Postman, 1964): если человек пытается что-то запомнить, но использует неподходящий процесс, результативный. Действительно, большая часть информации, которую люди запоминают, не усваивается намеренно; скорее, это остаток их обработки первоначального опыта.

    Уровни обработки сосредоточены почти исключительно на кодировании и относительно мало говорят о поиске.Второй основной взгляд на процессинг 1970-х годов был разработан как способ исправить это упущение (Morris, Bransford, & Franks, 1977). Основное различие между уровнями обработки и обработки, соответствующей передаче, состоит в том, что последний явно включает извлечение как фактор. Согласно этой точке зрения, конкретный процесс кодирования приводит к повышению производительности не потому, что он обязательно более глубокий, а потому, что он подходит для данного вида обработки, которая требуется для теста.

    В настоящее время исследование памяти находится на четвертом этапе, где подчеркивается взаимодействие между кодированием и извлечением.Хорошим примером является принцип специфичности кодирования Тулвинга (1983). Согласно этому принципу, воспоминание о событии или его определенном аспекте зависит от взаимодействия между свойствами закодированного события и свойствами закодированных сигналов, доступных при извлечении. Обратите внимание, что есть явное признание двух возможных искажений: представление исходной информации может быть или не быть достоверным, а представление сигналов поиска может быть или не быть достоверным.Память — это взаимодействие этих двух потенциально искаженных представлений.

    Из этого типа интерактивного представления следует, что память по своей природе управляется репликами: информация не может быть восстановлена ​​или использована иным образом в обработке, если не присутствует соответствующая реплика. Второе значение состоит в том, что небольшие изменения в созвездии сигналов могут легко нарушить работу памяти. Даже хорошая реплика может потерять свою эффективность, если ее использовать слишком часто — явление, известное как перегрузка реплики (Watkins, 1979).Третье следствие заключается в том, что память — это динамический процесс, включающий в себя возможность множества продолжающихся искажений события, как из-за обработки, которая происходит во время изучения, так и обработки, которая происходит во время тестирования. Эти выводы присущи большинству современных теорий.

    Уже отмечалось, что намерение учиться не обязательно является важным фактором в последующей производительности памяти. Одна тема, которая вызывает значительный интерес в последние годы, касается ситуаций, когда получение и извлечение информации осуществляется без сознательного осознания.Эту область обычно называют неявной памятью, хотя терминология довольно запутанная. Наиболее четкие термины разделяют тип учебной ситуации (намеренный или случайный) и тип теста (прямой или косвенный). Традиционные исследования памяти сосредоточены на намеренном обучении («Попытайтесь запомнить следующий список элементов») и прямых тестах («Вспомните список элементов, которые вы только что изучили»). При исследовании имплицитной памяти используются случайное обучение («Оцените эти предметы по степени приятности») и косвенные тесты («Завершите эти фрагменты слов первым словом, которое приходит на ум»).(Конечно, возможны все комбинации.) Интересным открытием является то, что информация, обрабатываемая во время исследования, облегчает выполнение различных тестов, даже если испытуемый не осознает этого влияния.

    Один из продолжающихся споров касается того, как лучше всего рассматривать память как набор из нескольких систем памяти (Schacter & Tulving, 1994) или как набор процессов (Crowder, 1993). Представление о нескольких системах памяти приписывает производительность памяти базовой системе памяти. Хотя есть некоторые разногласия по поводу количества систем памяти, наиболее популярная концепция перечисляет пять.Система процедурной памяти отвечает за выполнение задач, связанных с моторикой (набор текста, езда на велосипеде), простое кондиционирование и простое ассоциативное обучение. Система перцептивного представления отвечает за идентификацию и обработку визуальных форм и распознавание речи. Первичная память (также известная как рабочая память) отвечает за хранение информации, которая должна храниться на короткое время, например, телефонный номер на время между поиском и набором номера. Семантическая память обрабатывает знания, а эпизодическая память связана с автобиографической информацией и событиями, которые были пережиты лично.

    Главное преимущество этой точки зрения состоит в том, что она способна объяснить большое количество диссоциаций. Диссоциация возникает, когда одна переменная, такая как задержка между учебой и тестом, влияет на одну задачу памяти иначе, чем на вторую. Таким образом, типичная задача с явной памятью показывает худшую производительность после долгой задержки, тогда как типичная задача с неявной памятью почти не показывает вредного воздействия задержки. Согласно теории множественных систем, неявная память поддерживается процедурной системой представления, тогда как явная память зависит от эпизодической памяти.Поскольку используются две разные системы, видны два разных результата. Аналогичные объяснения предлагаются для объяснения амнезии и последствий нормального старения: различные системы могут быть затронуты и выборочно ухудшить некоторые типы производительности памяти, в то время как другие способности памяти остаются нетронутыми.

    Двумя основными недостатками этого подхода являются отсутствие консенсуса по количеству и типу систем и отсутствие прогностической диссоциации. Хотя большинство теоретиков множественных систем придерживаются представленных выше разделов, многие предлагают дополнительные системы (например, системы сенсорной памяти, напоминающие модальную модель), тогда как другие предпочитают меньшее количество систем (например, сочетающие эпизодическую и семантическую память).

    Неспособность этой точки зрения сформулировать предсказательные диссоциации более проблематична. Например, существует явление, известное как эффект веера: время ответа на данное предложение увеличивается по мере того, как увеличивается количество фактов, известных о компонентах предложения. Тот факт, что это верно только для эпизодических задач, а не для семантических задач, принимается как свидетельство, подтверждающее различие между этими двумя системами. Однако совершенно противоположный вывод — если бы эффект веера был замечен только в семантических задачах, а не в эпизодических задачах — также был бы воспринят как подтверждение различия между двумя системами.Проблема в том, что взгляд на множественные системы еще не может априори предсказать природу диссоциаций. Многие исследователи в настоящее время работают над решением этой проблемы.

    Другая важная теоретическая ориентация — это процессинговый (или процедурный) взгляд. Иногда известное как монолитное представление (из-за нежелания разделять память на несколько систем), это представление возникло из и связано с уровнями обработки и представления обработки, соответствующей передаче. Основная идея заключается в том, что память находится в тех же нейронных единицах, которые изначально обрабатывали опыт.Когда событие происходит изначально, оно обрабатывается определенными нейронными сборками. Память — это то, что происходит, когда одни и те же или похожие нейронные единицы стимулируются сигналом (внешним сигналом снизу вверх или внутренним сигналом сверху вниз) и аналогичными результатами обработки. Как выразился Крейк (1994. стр. 156). «Кодирование — это просто набор процессов, участвующих в восприятии и интерпретации исходного события… а извлечение — это попытка повторения исходного шаблона кодирующей активности».

    Дополнительные исследования исходят из многих областей, включая текущие исследования влияния нормального старения на память.Всякий раз, когда задача требует процесса, который инициируется внутренним сигналом, независимо от того, является ли задача эпизодическим, семантическим или каким-либо другим, выполнение задачи у пожилых людей будет менее успешным, чем когда процесс может использовать внешнюю подсказку. Таким образом, тип обработки более предсказуем для производительности памяти, чем предполагаемая базовая система памяти.

    Один из критиков подхода к обработке заключается в том, что неясно, сколько именно процессов задействовано. Структура диссоциации процесса (Jacoby, 1991) — это одна из попыток разделить вклад различных процессов.Основная логика состоит в том, чтобы изучить как минимум две ситуации. Один тест, тест включения, разработан таким образом, чтобы все процессы могли способствовать отзыву; второй тест, тест исключения, разработан таким образом, что один ответ не может внести свой вклад. По сути, можно вычесть эффект одного процесса и оценить его вклад.

    В нескольких других областях исследований подчеркивается точка зрения, согласно которой память является управляемой, динамической и реконструктивной. Парадигма мониторинга реальности (или мониторинга источников) исследует способность людей запоминать источник события.Испытуемых можно попросить представить эпизод, или они могут действительно пережить этот эпизод. На этапе тестирования представляет интерес вопрос, могут ли испытуемые определить источник. Данные показывают, что люди с большей вероятностью скажут, что воображаемое событие было реальным, чем реальное событие представлялось. Исследование памяти очевидцев подтверждает эти выводы. Если нет объективных доказательств, невозможно оценить точность воспоминаний очевидца: они могут быть очень точными, очень неточными или где-то посередине.Среди факторов, которые не позволяют предсказать последующую точность, — продолжительность события; эмоциональный накал события; необычность мероприятия; количество деталей, которые можно вспомнить; выраженная уверенность в памяти; и задержка между событием и последующим допросом.

    Текущий интерес сосредотачивается на том, что, к сожалению, называется ложной памятью, вспоминая информацию, которая не была представлена ​​(Roediger & McDermott. 1995). Термин неудачный, потому что он подразумевает дихотомию между «истинными» и «ложными» воспоминаниями; если бы это действительно были единственные варианты, тогда все воспоминания должны были бы быть помечены как ложные.Гораздо более интересный и важный вопрос — это степень, в которой текущее воспоминание отличается от исходного эпизода. При последующих проверках воспоминание может стать более или менее точным, но оно всегда содержит некоторые искажения и, следовательно, некоторые ложные элементы со стороны вспоминающего.

    Текущие формальные модели памяти также отражают четвертую фазу, акцент как на кодирование, так и на поиск. Действительно, большое количество моделей называют глобальными моделями памяти, потому что они обращаются к производительности памяти в самых разных парадигмах (Raaijmakers & Shiffrin.1992). Четыре самых влиятельных — это ACT * (произносится «звезда действия»), SAM (поиск ассоциативной памяти), TODAM (теория распределенной ассоциативной памяти) и MINERVA2 (в честь греческой богини мудрости). Коннекционистские модели памяти не показали хороших результатов и оказали меньшее влияние на эту область.

    Память, таким образом, представляет собой динамический, фундаментально реконструктивный набор процессов, которые позволяют ранее закодированной информации влиять на текущую и будущую производительность. Эффекты памяти не обязательно должны быть сознательно доступны вспоминающему, и каждое последующее воспоминание может в дальнейшем искажать или восстанавливать память.

    Артикулы:

    1. Аткинсон, Р. К., и Шиффрин, Р. М. (1968). Человеческая память: предлагаемая система и процессы управления ею. В К. В. Спенсе и Дж. Т. Спенсе (редакторы), Психология обучения и мотивации (Том 2, стр. 89-195). Нью-Йорк: Academic Press.
    2. Баддели, А. Д. (1986). Рабочая память. Нью-Йорк: Издательство Оксфордского университета.
    3. Крейк, Ф. И. М. (1994). Изменения памяти при нормальном старении. Текущие направления в психологической науке, 3, 155-158.
    4. Крейк, Ф. И. М., и Локхарт, Р. С. (1972). Уровни обработки: основа для исследования памяти. Журнал вербального обучения и вербального поведения, II, 671-684.
    5. Кроудер Р. Г. (1993). Системы и принципы теории памяти: еще одна критика чистой памяти. В А. Ф. Коллинзе. С. Э. Гатеркол, М. А. Конвей и П. Э. Моррис (ред.). Теории памяти (стр. 139–161). Хоув, Великобритания: Эрлбаум.
    6. Эббингауз, Х. (1885). Uber das Gediichtnis. Лейпциг: Дункер и Гумбольдт.(Доступно на английском языке как «Память: вклад в экспериментальную психологию», H. A. Ruger. Trans., 1964. New York: Dover).
    7. Гланзер М. (1972). Механизмы хранения в отзыве. В Г. Х. Бауэре и Дж. Т. Спенсе (редакторы), Психология обучения и мотивации (том 5, стр. 129-193). Нью-Йорк: Academic Press.
    8. Джейкоби, Л. Л. (1991). Структура диссоциации процесса: отделение автоматического от преднамеренного использования памяти. Journal of Memory lind Language, 30, 513-541.
    9. Мелтон, А.W. (1963). Значение кратковременной памяти для общей теории памяти. Журнал вербального обучения и вербального поведения. 2, 1-21.
    10. Моррис, К. Д., Брансфорд, Дж. Д., и Фрэнкс, Дж. Дж. (1977). Уровни обработки по сравнению с обработкой, соответствующей передаче. Журнал вербального обучения и вербального поведения, 16, 519–533.
    11. Нит, И. (1998). Человеческая память: введение в исследования, теорию и данные. Пасифик Гроув, Калифорния: Брукс / Коул.
    12. Осгуд, К. Э. (1953). Метод и теория экспериментальной психологии.Нью-Йорк: Издательство Оксфордского университета.
    13. Почтальон, Л. (1964). Кратковременная память и случайное обучение. В А. В. Мелтоне (ред.), Категории человеческого обучения (стр. 146-201). Нью-Йорк: Academic Press.
    14. Raaijmakers, J. G. W., & Shiffrin, R. M. (1992). Модели для отзыва и узнавания. Ежегодный обзор психологии, 43, 205-234.
    15. Roediger, H. L. III. И Макдермотт, К. Б. (1995). Создание ложных воспоминаний: запоминание слов, не представленных в списках. Журнал экспериментальной психологии: обучение, память.alld Cognition, 21, 803-814.
    16. Schacter, D. L., & Tulving, E. (1994). Какие системы памяти 1994 года? В D. L. Schacter & E. Tulving (Eds.), Memory systems 1994 (стр. 1-38). Кембридж: MIT Press.
    17. Тулвинг, Э. (1983). Элементы эпизодической памяти. Нью-Йорк: Издательство Оксфордского университета.
    18. Андервуд, Б. Дж. (1961). Десять лет массовой практики по распределенной практике. Психологический обзор, 68, 229-247.
    19. Уоткинс, М. Дж. (1979). Инграммы как контрольные точки и забывание как перегрузка репликами: подсказывающий подход к структуре памяти.В С. Р. Пафф (ред.), Организация и структура памяти (стр. 347-372). Нью-Йорк: Academic Press.

    Назад к психологии развития

    моделей памяти в психологии — понимание человеческой памяти

    Память, пожалуй, самая привлекательная тема для исследований в области психологии, когнитивных наук и нейробиологии. Благодаря десятилетиям тривиальных и революционных исследований мы немного знаем о памяти.

    Фактически, некоторые аспекты памяти стали общеизвестными.Вы увидите, как люди говорят: «Моя кратковременная память плохая, а долговременная — хорошая». Люди знают два типа памяти, и это хорошо. Некоторые даже осведомлены о типах контента, который они хорошо запоминают (факты, имена, места, направления и т. Д.). Саморефлексивная природа собственных воспоминаний порождает интуитивное понимание

    …. Но есть лабиринт исследований, которые сбивают с толку и все же в определенных контекстах прочны. Мы знаем много, и мы знаем очень мало. В этой статье мы рассмотрим, что исследование говорит о нашей памяти.Кроме того, попробуйте поразмышлять над своими воспоминаниями, используя эти модели. Должно быть весело!

    Есть два способа посмотреть на память.

    1. Как биология мозга вмещает и представляет память (нейроны, организация мозга и материал сознательной памяти, который вы помните)
    2. Структура систем памяти в мозге — модели, объясняющие, как мы поглощаем информацию и воспроизводим ее.

    Сегодня мы рассмотрим пункт 2. В этом относительно техническом посте мы рассмотрим различные модели памяти.Начиная с более простых, которые почти интуитивно понятны, и заканчивая более сложными, которые претерпели множество итераций, чтобы учесть стабильные эмпирические результаты. У каждой модели есть использование и ограничения. Новые модели пытаются преодолеть ограничения, объяснить доказательства и точно предсказать.

    Вот как работает ваша память: 5 теорий памяти в психологии

    Развитие моделей памяти весьма увлекательно. Он перешел от простых обобщений к сложным взаимодействиям, которые объясняют очень конкретные вопросы.Прежде чем я перейду к 5 теориям памяти, давайте определим типы памяти и связанные с ними концепции.

    Глоссарий: Ключевые термины и концепции памяти

    1. Внимание: Преднамеренный или сфокусированный фокус внимания на определенной информации или стимулах
    2. Кратковременная память: Временное хранилище информации (одноразовые пароли, номера телефонов)
    3. Долговременная память: Долгая -временное хранение памяти (жизненные события, личные данные, уникальные навыки).Это может не быть действительно неограниченным / бесконечным, но может продолжать расти.
    4. Рабочая память: Реконцептуализация краткосрочной памяти, при которой информация не только временно сохраняется, но и подвергается манипуляциям (активное мышление, логика, мысленная математика, мысленное обновление списка покупок).
    5. Неявная память (недекларативная память): внутренние аспекты памяти, которые в значительной степени бессознательны. Например, плавание или пение текста песни, которую вы не разучивали намеренно.Он также включает информацию, которая влияет на ваши действия без вашего ведома, например, соблюдение правил игры или маневры при вождении.
    6. Процедурная память: Подмножество неявной памяти, которая учитывает процедуры обучения: физические движения (фортепиано, баскетбол), словесные инструкции (протокол бортпроводника), умственные стратегии (алгоритмы) и т. Д.
    7. Явная память (декларативная память): сознательная память о фактах и ​​событиях.
    8. Эпизодическая память : Память о повседневных событиях и переживаниях в форме «эпизодов.Подмножество долговременной памяти.
    9. Семантическая память: Память, образованная в процессе выражения вещей такими словами, как факты, даты, этот список. Подмножество долговременной памяти, тесно связанной с эпизодической памятью и декларативной / явной памятью.
    10. Кодировка: Это процесс преобразования информации во что-то, что можно осмысленно вспомнить и сохранить в мозгу.
    11. Консолидация памяти: Процесс преобразования полученной информации в долговременные следы памяти. Эта концепция не используется в этой публикации.
    12. Модель памяти: Представление того, как память будет работать в мозгу. Концептуальная основа для понимания этого.

    * Ключевое различие между кратковременной памятью (STM) и рабочей памятью (WM) состоит в том, что STM в основном обслуживает информацию, тогда как WM — это обслуживание и манипулирования информацией.

    Не все из них являются взаимоисключающими, и многие типы памяти перекрываются друг с другом в зависимости от содержимого памяти, того, как оно запоминается и как оно кодируется.

    1. Модель памяти с несколькими / двумя хранилищами (Аткинсон-Шиффрин):

    Аткинсон и Шиффрин предложили модель с несколькими хранилищами, состоящую из 3 регистров хранения.

    1. Сенсорная память (SM)
    2. Кратковременная память (STM)
    3. Долговременная память (LTM)

    Они описывают процесс, при котором информация из окружающей среды поступает через органы чувств, перемещается в регистр кратковременной памяти, а затем переходит в регистр долговременной памяти.

    Он получил название с двумя хранилищами, потому что исследователи рассматривают краткосрочную и долгосрочную память как разрозненные единицы хранения.Это предположение подтверждается исследованиями памяти, проведенными на пациентах с амнезией (потерей памяти). Самым известным из них является случай Генри Молисона, известного в учебниках психологии как HM.

    HM страдал эпилепсией. Стандартной практикой было удаление частей мозга или их хирургическое отключение, чтобы предотвратить судороги в будущем. Хирурги удалили часть его мозга, называемую гиппокампом, и вуаля, он потерял значительную часть своей памяти. После операции он не мог формировать новые сознательные воспоминания.Никаких новых воспоминаний о фактах, песнях, лицах и т. Д. У него также была ретроградная амнезия перед операцией. Это сделало его самым цитируемым подопытным в истории психологии (12 000+). Доказательства, подтверждающие эту модель, исходят из того факта, что интеллект HM был неповрежденным, он все еще мог манипулировать информацией в своей голове в течение короткого времени. Его кратковременная память осталась нетронутой.

    Согласно модели, информацию необходимо обработать, а затем закодировать (изменить ее форму), чтобы она попала в долгосрочное хранилище.Информацию можно забыть из любого из 3 регистров. Как только информация находится в STM, ее можно вызвать. Чтобы он переместился в долговременную память, содержимое STM необходимо отрепетировать и, таким образом, усилить. Чтобы отозвать информацию, которая была передана в LTM, необходимо выполнить поиск, чтобы вернуть ее в STM, а затем отозвать. Ключевым преимуществом этой модели является то, что она заложила структурированный фундамент для изучения памяти. Их различие между STM и LTM действует и сегодня.

    Сенсорный регистр: Кратковременный (2 секунды), необработанная сенсорная информация закодирована, неограниченная емкость

    Краткосрочный регистр: Ограниченная емкость (3-10 блоков информации), ограниченная продолжительность (до 20-30 секунд), информацией можно сильно манипулировать

    Долгосрочный регистр: Семантическое содержание, Сенсорные представления (аудиовизуальные), неограниченная / большая емкость

    Репетиция техобслуживания проводится для хранения информации в STM, репетиция проработки проводится для продвижения памяти в LTM.

    Ограничения:

    1. Кратковременное хранение не учитывает манипуляции с информацией.
    2. Репетиция — неопределенный процесс, как и поиск.
    3. Информация в LTM может быть без репетиции (катание на велосипеде, баскетбол). Это ограничение требует использования процедурной памяти, которую мы рассмотрим в следующих моделях.
    4. Репетиция — это в основном повторение информации, но такие факторы, как мотивация, эмоциональная значимость информации, навыки обучения, стратегии и т. Д.может повлиять на прочность памяти в LTM.

    2. Модель уровней обработки (Craik-Lockhart):

    Модель уровней обработки улучшает модель с несколькими хранилищами / двумя хранилищами, фокусируясь на более подробном кодировании.

    Крейк и Локхарт моделируют память на основе «глубины» обработки, а не количества задействованных процессов. Они утверждают, что чем более сложные и значимые ассоциации получают информацию, тем более долговечной становится память.Таким образом, информация может быть закодирована на более глубоких уровнях путем ее осмысленного анализа, сравнения и объединения с существующими знаниями, а понимание ее содержания может способствовать передаче информации из STM в LTM. Здесь регистры памяти менее разрознены и более непрерывны, чем в модели Аткинсона-Шиффрина. Согласно этой модели, память — это функция качества обработки информации.

    Есть 2 уровня обработки.

    1. Поверхностная обработка: Обработка сенсорных и перцептивных характеристик (размер, форма, звук).Этот процесс называется репетицией технического обслуживания, поскольку он поддерживает информацию в ее воспринимаемой форме *.
    => Структурная обработка
    => Фонематическая обработка

    2. Глубокая обработка: Понимание и анализ информации на предмет ее значения / семантического содержания, значения, контекста, отношения к другой информации и т. Д. Этот процесс называется репетицией проработки. *

    * Репетиция обслуживания и доработки — это концепции, заимствованные из динамического развития предыдущей модели вместе с этой.

    Вы можете ознакомиться с их экспериментальной структурой здесь. Самая важная сила этой модели заключается в том, что она четко объясняет, почему информация, которую мы считаем важной, на которую тратим время, о которой думаем, запечатлевается в нашей памяти. И память для быстрого взгляда на текст слаба, если мы не думаем и не понимаем его.

    Ограничения:

    1. Хотя эта теория хорошо справляется с преодолением ограничений теории нескольких магазинов, у нее есть свои собственные.
    2. Глубину обработки проверить нелегко.Ему не хватает измеримой основы. Но это также показывает, что обработка и кодирование не просты.
    3. Собственная ценность информации (информационный вес) в этой модели не учитывается.
    4. Количество и качество дополнительных усилий по обработке информации искажают реальную глубину обработки. Глубокая обработка требует больше усилий, поэтому усилий, необходимых для обработки , — это переменная, которую необходимо учитывать, но в этой модели нет.

    3. Модель рабочей памяти Баддели:

    Обладая явно очевидной ролью внимания в манипулировании информацией в рабочей памяти, Баддели создал модель, которая лучше учитывает манипуляции в рабочей памяти.К расплывчатому представлению о кратковременной памяти и рабочей памяти добавлены 3 важные функции.

    1. Фонологический цикл: Здесь хранится слуховая информация
    2. Визуально-пространственный блокнот: Здесь хранятся местоположение, расположение, формы, размеры и т. Д.
    3. Эпизодический буфер: Это облегчает интеграцию различных перцептивных и семантических функций формировать целостные единицы. Баддели разработал эпизодический буфер для заимствования информации из долговременной памяти, чтобы новую информацию можно было поместить в контекст существующей информации.Он также полагается на ресурсы внимания и исполнительные функции.

    Эти 3 единицы обработки работают вместе под всеобъемлющим участием центральной исполнительной власти. Он представляет собой ресурсы внимания и другие когнитивные ресурсы, необходимые для функциональной рабочей памяти. Он контролирует и координирует 3 «подчиненные» системы, перечисленные выше.

    Ограничения:

    1. В контексте единой теории рабочей памяти эта модель учитывает только рабочую память.Тем не менее, он хорошо учитывает многие подробные данные о рабочей памяти.
    2. Эпизодический буфер в значительной степени является абстракцией, и его точное использование не определено. Он включен в модель, чтобы генерировать новые гипотезы и раскрывать механизмы, которые помогают интегрировать информацию. Одной из таких гипотез может быть связь между абстракцией и рабочей памятью.

    4. Последовательно-параллельная независимая модель памяти:

    Последовательно-параллельная независимая модель Тулвинга является улучшением по сравнению с предыдущими моделями, поскольку она учитывает 2 основные системы представления памяти.

    1. Система когнитивного представления: включает в себя аспект содержания памяти. От сенсорных функций до когнитивных манипуляций с информацией. Эта система учитывает запоминание фактов, жизненных эпизодов, тривиальных и значимых переживаний, мыслей, разговоров, лиц и т. Д.
    2. Система действий: включает больше аспектов памяти, основанных на обучении, таких как танцевальные движения, навыки вождения и плавания, музыкальные последовательности и т. Д. протоколы бариста и т. д.

    Ключевым ограничением предыдущих моделей является отсутствие подотчетности в автоматическом и интуитивном поведении, которое связано с памятью — системой действий или процедурной памятью.Проще говоря, это память, связанная с выполнением процедур. Это могут быть двигательные навыки или умственные алгоритмы. Процедурная парадигма проста и поддается обобщению.

    Многие аспекты памяти на самом деле включают знание процедуры и изучение ее посредством повторения. После изучения его можно поддерживать, забывать, ослаблять или улучшать. Этот фактор особенно важен в исполнительских видах искусства, таких как актерское мастерство и музыка. Предыдущие модели были сосредоточены на двух аспектах: один — структура, а второй — функция.Эта модель пытается объединить оба элемента в более целостную теорию / модель памяти.

    Одна из основных функций этой модели — описать формирование памяти на нескольких уровнях. Он утверждает, что память может формироваться на строго перцептивном уровне, как у многих животных и детей. Для функционирования памяти более низкого уровня нет необходимости в процессах более высокого уровня. Компонент семантической памяти системы когнитивного представления составляет подпроцесс, называемый семантизацией, где слова помогают определять эпизодические воспоминания.Этот процесс, возможно, слишком строг в этой модели, поскольку модель требует, чтобы эпизодическая память зависела от семантической памяти. Что не обязательно так.

    Ранее исследования показали, что пациенты с семантической деменцией (потеря памяти на слова, значение и вербальное содержание) могут получать определенные биты информации из задач распознавания, которые переходят в эпизодическую память. Но на полную катушку эпизодические воспоминания не складываются. Это показывает, что семантическое опосредование способствует формированию богатых эпизодических воспоминаний.Однако эпизодические воспоминания могут быть сформированы с меньшими деталями только с помощью перцептивных особенностей. Согласно этой модели систем памяти, кодирование в системе более высокого представления зависит от качества кодирования в системах более низкого уровня. Например, семантизация показывает, что эпизодические воспоминания выигрывают от семантической памяти. В случае пациентов с деменцией качество эпизодической памяти зависит от систем восприятия.

    В другом исследовании исследователи показали, что система восприятия может непосредственно создавать эпизодические воспоминания.Таким образом, модель поддерживается. Примечание: Тулвинг также сделал начальную разработку определения семантической, эпизодической и процедурной памяти в качестве улучшения по сравнению с предыдущими моделями. Первая итерация содержала только описания. SPI — это усовершенствование его собственной работы.

    Ограничения:

    1. Основным недостатком этой системы памяти является то, что система когнитивного представления прочно сочетается с 4 подсистемами, но связь с процедурной системой памяти / действий неадекватна.
    2. Рабочая память все еще описана в общих чертах, а механизмы обратной связи между подсистемами не изображены линейно.

    5. MNESIS: NEoStructural межсистемная модель памяти

    Предварительная модель памяти была предложена Фрэнсисом Юсташем и Беатрис Дегранж. Он сочетает в себе модель рабочей памяти Баддели, концепции Тулвинга и другие вещи. результаты для создания макромодели памяти, которая описывает структуру и задействованные процессы.

    Модель пытается объединить несколько волн теорий памяти для будущих исследований.Хотя в разное время исследования время от времени создаются десятки моделей, эта модель улучшает масштабы ее полезности — объясняет болезни памяти, доказательства без объяснения, сложности рабочей памяти и т. Д.

    Поскольку эта модель является предварительной, новой и открывает двери для множества исследовательских вопросов, мы рассмотрим конкретные преимущества только этой модели.

    Я полагаю, что к настоящему времени все термины на следующем рисунке находятся в контексте, который вы понимаете.

    Потратьте несколько минут на изучение модели и посмотрите, как работают примеры того, что вы называете «памятью».

    Преимущества:
    Модель имеет несколько двусторонних каналов связи, которые учитывают петли обратной связи, влияние и слияние информации.

    Эпизодический буфер из-за отсутствия лучшей концепции функционирует как сероватый черный ящик. Он имеет внутри себя условия для интеграции информации различной сложности, возможно, для создания гештальта или кросс-модальной интеграции чувств. Это также может быть связано с творческими идеями путем заимствования концепций из нескольких областей памяти.Другая гипотеза заключается в том, чтобы проверить и определить его роль в эффекте переноса.

    Большинство моделей памяти в психологии имеют входной информационный канал. Эта модель позволяет получать информацию во многих областях. Сенсорно-перцепционный ввод считается стандартным входным каналом. Однако эта модель создает возможности для создания информации из этих подразделений. Такие как семантизация и извлечение информации из эпизодической памяти.

    Процедурная память имеет прямую связь с сенсорно-перцептивным вводом и рабочей памятью.Слева расположены 3 системы долговременной памяти: эпизодическая память, семантическая память, перцептивная память.

    Перцепционная память включает сознательные и бессознательные воспоминания, от запоминания цветов, форм до абстрактных чувств. Этим также объясняется особое внимание к информации. В этой области также учитываются преднамеренные усилия по изменению глубины кодирования в соответствии с ограничением модели Крейка и Локхарта.

    В системах долговременной памяти есть 2 обратные стрелки.Первый — от эпизодического к семантическому, что объясняет семантизацию. И два, от эпизодических к перцептивным. Вторая стрелка является преимуществом по сравнению с другими моделями, поскольку она слабо соответствует выводу о том, что запоминание памяти также создает новый ее след и изменяет существующую память в зависимости от того, как она представлена. Со временем некоторые элементы воспоминания будут усилены, в то время как другие могут ослабнуть до упущения.

    Обратные стрелки охватывают создание информации в мозгу, а также повторное ее восприятие.Таким образом, изменение его в более долгосрочной перспективе с помощью языка и новых идей, таких как переоценка, ассоциация с дополнительной информацией и просмотр информации через новые концептуальные рамки (перспектива, фильтры, новое обучение и т. Д.).

    Процедурная память разделена на 3 компонента: когнитивную, перцептивно-вербальную и перцептивно-моторную. Эта система теперь учитывает все виды обучения, которые могут стать автоматическими или преднамеренно вызванными: набор инструкций, стратегии решения проблем, язык, танцы, музыка и т. Д.Он также имеет канал связи с рабочей памятью и системами долговременной памяти, которые позволяют говорить об обучении / памяти, анализировать их и помещать в уникальный контекст.

    Ограничения:

    1. Эта модель памяти основана на существующих открытиях и гипотетических возможностях. Не всегда легко определить, какая модель верна. Скорее, это стремление не всегда стоит подвергать сомнению. Что достойно, так это то, что модель полезна с точки зрения ее способности описывать, учитывать доказательства и прогнозировать результаты.И может ли он увеличиваться в своих масштабах?
    2. Эта архитектура не включает такие концепции, как неявная и явная память, а также декларативная и недекларативная память. Хотя эти таксономические концепции полезны, их необходимо либо переопределить, либо приспособить к целостной модели.
    3. Модель была разработана на основе нейропсихологических данных. В основном это результаты изучения задач на память, выполненных пациентами с деменцией. Неясно, является ли эта модель патологической моделью или применима к состоянию человека в целом.

    Прочтите этот документ, чтобы узнать больше о конкретных выводах, которые потребовали создания этой модели. Конец…. почти.

    Другие аспекты памяти, которые я не затронул в этой статье, но вы все равно должны прочитать о них, если вы серьезно увлекаетесь этим:

    1. Модели памяти для запоминания или поиска информации (распространяющаяся модель активации)
    2. Биологическое представление памяти (вот отправная точка)
    3. Ограничения и несогласные свидетельства для этих моделей (извините, я не могу разместить одну ссылку на указать вам направление, если вы занимаетесь этим, вы, вероятно, исследователь и знаете, как это сделать :))
    4. Целостное представление памяти, охватывающее когнитивные, эмпирические и биологические компоненты.Это где и как человеческая память.

    Ну, это был длинный и подробный пост. Если вам действительно интересно узнать более простую точку зрения на человеческую память, подождите немного. Я сосредоточусь только на категоризации памяти и определю каждый термин с примерами. Этот пост был сфокусирован на вопросе: «Как работает человеческая память?». Есть целая сторона памяти, которая связана с биологией и тем, как когнитивно-перцептивные аспекты изменяют нейронные связи (связанные с событием потенциалы, синаптическая сила, пластичность, форма опыт и т. д.) Эта сторона истории будет в другой день, когда исследования разовьются.

    Рекомендации:

    Если вы хотите увеличить объем памяти:

    Прочтите эту статью о методах обучения, которые улучшают память и обучение

    и,

    Ознакомьтесь с этой статьей о методах запоминания

    Обе статьи охватывают несколько техник в контексте, посмотрите, какая из них соответствует вашим потребностям, и примените их.

    П.С. Если вы дочитали до конца, знайте, что я пишу для вас 🙂

    с.P.S. Вы, наверное, уже поняли, насколько человеческая память отличается от памяти компьютера, и все же есть некоторые общие концепции для обоих.

    Эй! Спасибо за чтение; надеюсь, вам понравилась статья. Я запускаю Cognition Today, чтобы нарисовать целостную картину психологии. Каждая статья часто обновляется новыми результатами исследований.

    Я прикладной психолог из Пуны, Индия. Люблю научную фантастику, СМИ ужасов; Люблю рок, металл, синтвейв и поп-музыку; не может свистеть; может играть на гитаре.

    .

    Добавить комментарий

    Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *