Содержание

Шизоидное расстройство личности | Клинический центр «Психиатрия – наркология»

Шизоидное расстройство личности — это замыкание в себе, избегание эмоциональных привязанностей, склонность к фантазиям и погружение в собственный внутренний мир. Люди, которые страдают шизоидным расстройством, испытывают затруднения в общении и налаживании социальных связей. Помощь психотерапевта позволяет смягчить острые грани взаимодействия с окружающим миром.

Слово «шизоидный» неслучайно созвучно шизофрении: проявления шизоидного расстройства похожи на симптомы, которые наблюдаются у пациентов с шизофренией: замкнутость, своеобразное мышление (за счет того, что человек постоянно наедине с собой), эмоциональная холодность, черствость.

Однако при данном расстройстве человек адекватно воспринимает действительность (нет бреда и галлюцинаций). Шизоидное расстройство — это особенность характера, склонность избегать взаимодействия с окружающим миром путем добровольной социальной изоляции, замыкания в себе и собственных фантазиях.

Шизоидное расстройство личности: симптомы и проявления

Чтобы установить диагноз «шизоидное расстройство личности», необходимо психотерапевт должен увидеть общие признаки шизоидного расстройства, а также как минимум три специфических критерия. К общим признакам расстройства личности относятся:

  • человек отстранен от окружающего мира, плохо владеет своими эмоциями, часто впадает в раздражение или гнев;
  • странности поведения, которые существуют не менее года;
  • трудности затрагивают все сферы жизни человека (дома, на работе, взаимодействие с незнакомыми людьми) и значительно нарушают адаптацию к нормам общества;
  • человек противопоставляет себя обществу и сознательно нарушает нормы поведения в социуме;
  • расстройство возникает в детском или подростковом возрасте и достигает расцвета в период зрелости.

При шизоидном расстройстве личности присутствуют минимум три критерия из списка ниже. Специфические для шизоидного расстройства личности симптомы следующие:

  1. Мало что доставляет удовольствие
    — шизоидные личности обычно имеют ограниченный, узкий круг интересов, где, однако, могут достигать больших успехов (например, талантливые ученые, музыканты).
  2. Эмоциональная холодность — женщины и мужчины с шизоидным расстройством скупы на эмоции, как позитивные, так и негативные.
  3. Эгоизм, эгоцентричность — человек невосприимчив к мнению окружающих, как критическому, так и похвале.
  4. Уход в собственные фантазии.
  5. Склонность к уединению, отсутствие близких друзей (иногда — одна дружеская привязанность) и нежелание сближаться с окружающими, снижение либидо.

При постановке диагноза врач проводит дифференциальную диагностику с шизофренией, параноидным и другими расстройствами личности, шизотипическим, депрессивным, биполярным аффективным и тревожным расстройствами. От диагноза зависит, какую схему терапии предложит специалист — медикаментозную или преимущественно психотерапевтическую.

Как лечится шизоидное расстройство личности?

При шизоидном расстройстве личности лечение осуществляет врач-психотерапевт. Главный метод лечения — индивидуальная психотерапия в сочетании с общеукрепляющими и расслабляющими процедурами (физиотерапия, массаж, сеансы релаксации). Медикаментозное лечение при шизоидном расстройстве применяется редко, если у человека есть симптомы депрессии или невроза.

Во время курса врач не ставит задачу полностью изменить характер клиента, а лишь помогает ему адаптироваться к окружающему миру, состояться профессионально, поддерживать комфортные отношения с окружающими.

Если не лечить шизоидное расстройство, его симптомы (эмоциональная холодность, отстраненность и склонность к уединению) могут значительно мешать полноценной жизни. Обращение к психотерапевту помогает значительно улучшить качество жизни людей с шизоидным расстройством и их близких.

ФГБНУ НЦПЗ. ‹‹Психопатии и акцентуации характера у подростков››

Название «шизоид» распространилось благодаря Е. Kretschmer (1921). Иные наименования этого типа характера: «странные и чудаки» [Kraepelin E., 1915], «патологически замкнутые», «аутистические психопаты» [Asperger H., 1944] и др.— употребляются значительно реже.

Наиболее существенными чертами данного типа считаются замкнутость, отгороженность от окружающего, неспособность или нежелание устанавливать контакты, снижение потребности в общении. Сочетание противоречивых черт в личности и поведении — холодности и утонченной чувствительности, упрямства и податливости, настороженности и легковерия, апатичной бездеятельности и напористой целеустремленности, необщительности и неожиданной назойливости, застенчивости и бестактности, чрезмерных привязанностей и немотивированных антипатий, рациональных рассуждений и нелогичных поступков, богатства внутреннего мира и бесцветности его внешних проявлений — все это заставило говорить об отсутствии «внутреннего единства». H. Asperger (1944) обратил внимание на недостаток интуиции как на главную черту этого типа характера. Под интуицией здесь следует понимать прежде всего пользование неосознанным прошлым опытом.

Шизоидные черты выявляются в более раннем возрасте, чем особенности характера всех других типов. Неслучайно шизоидный тип характера подробно описан в трудах и руководствах по детской психиатрии.

С первых детских лет поражает ребенок, который любит играть один, не тянется к сверстникам, избегает шумных забав, предпочитает держаться среди взрослых, иногда подолгу молча слушая их беседы. К этому может добавляться какая-то недетская сдержанность в проявлении чувств, которая воспринимается как холодность.

Подростковый возраст является самым тяжелым для шизоидной психопатии. Нам представляется ошибочным суждение о благополучии подросткового периода у шизоидов, построенное на анамнезах, собранных у взрослых и даже у пожилых лиц, страдающих шизоидной психопатией [Мазаева Н. А., 1974]. Надо иметь в виду малую точность анамнеза как метода для ретроспективной оценки собственного поведения, невольного стремления приукрашивать свои юные годы у немолодых людей. Динамические наблюдения показывают, что с началом пубертатного периода шизоидные черты усиливаются [Наталевич Э. С., Мальцева М. М., 1979].

С наступлением полового созревания все черты характера выступают с особой яркостью. Замкнутость, отгороженность от сверстников бросаются в глаза. Иногда духовное одиночество даже не тяготит шизоидного подростка, который живет в своем мире, своими необычными для других интересами и увлечениями, относясь со снисходительным пренебрежением или явной неприязнью ко всему, что наполняет жизнь других подростков. Но чаще все же шизоидные подростки сами страдают от своего одиночества, неспособности к общению, невозможности найти себе друга по душе.

Неудачные попытки завязать приятельские отношения, мимозоподобная чувствительность в моменты их поиска, быстрая истощаемость в контакте («не знаю, о чем говорить») нередко побуждает таких подростков к еще большему уходу в себя.

Недостаток интуиции проявляется отсутствием «непосредственного чутья действительности» [Ганнушкин П. Б., 1933], неумением проникнуть в чужие переживания, угадать желания других, почувствовать неприязненное отношение к себе или, наоборот, симпатию и расположение, уловить тот момент, когда не надо навязывать свое присутствие и когда, наоборот, надо выслушать, посочувствовать, не оставлять собеседника с самим собой. Один из шизоидных подростков сказал об этом: «Я никогда не знаю, любят меня или ненавидят, если об этом мне прямо не скажут!»

К недостатку интуиции следует добавить тесно с ним связанную неспособность к сопереживанию — неумение разделить радость и печаль другого, понять обиду, почувствовать чужое волнение и беспокойство. Иногда эту особенность обозначают как слабость эмоционального резонанса.

Недостаток интуиции и неспособность сопереживания обусловливают, вероятно, то, что называют холодностью шизоидов. Их поступки могут казаться жестокими, но они связаны с неумением «вчувствоваться» в страдания других, а не с желанием получить садистическое наслаждение, как у эпилептоидов.

Ко всем этим недостаткам можно добавить еще неумение убеждать своими словами других.

Внутренний мир шизоида почти всегда закрыт от посторонних взоров. Лишь иногда и перед немногими избранными занавес внезапно приподнимается, но никогда не до конца, и столь же внезапно может вновь упасть. Шизоид скорее раскрывается перед людьми малознакомыми, даже случайными, но чем-то импонирующими его прихотливому выбору. Но он может навсегда оставаться скрытой, непонятной вещью в себе для близких или тех, кто знает его много лет. Богатство внутреннего мира свойственно далеко не всем шизоидным подросткам и, конечно, связано с определенным интеллектом или талантом. Поэтому далеко не каждый из шизоидов может послужить иллюстрацией слов Е. Kretschmer (1921) о подобии их «лишенным украшений римским виллам, ставни которых закрыты от яркого солнца, но в сумерках которых справляются роскошные пиры». Однако во всех случаях внутренний мир шизоидов бывает заполнен увлечениями и фантазиями.

Фантазируют шизоидные подростки про себя и для самих себя. Они вовсе не любят распространяться о своих грезах и мечтаниях перед окружающими. Они не склонны также перемешивать обыденную жизнь с красотами своих выдумок. Шизоидные фантазии либо служат утешению своей гордости, либо носят эротический характер. Они явно могут играть роль психологической защиты — в трудных для шизоида ситуациях его склонность к фантазированию усиливается.

Недоступность внутреннего мира и сдержанность в проявлении чувств делают непонятными и неожиданными для окружающих многие поступки шизоидных подростков, ибо все, что им предшествовало,— весь ход переживаний и мотивов — оставалось скрытым. Некоторые выходки действительно носят печать чудачества, но, в отличие от истероидов, они вовсе не представляют собой спектакля, разыгрываемого с целью привлечь к себе всеобщее внимание. Реакция эмансипации нередко проявляется весьма своеобразно. Шизоидный подросток может долго терпеть мелочную опеку в быту, подчиняться установленному распорядку жизни, но реагировать бурным протестом на малейшую попытку вторгнуться без позволения в мир его интересов, фантазий, увлечений. Вместе с тем реакция эмансипации может легко оборачиваться социальной нонконформностью — негодованием по поводу существующих правил и порядков, насмешек над распространенными идеалами, интересами, злопыхательством по поводу «отсутствия свободы». Подобного рода суждения могут долго и скрытно вынашиваться и неожиданно для окружающих реализоваться в публичных выступлениях или решительных действиях. Зачастую поражает прямолинейная критика других лиц без учета ее последствий для самого себя. При обследовании с помощью ПДО нередко проявляются и низкая конформность, и сильная реакция эмансипации.

Реакция группирования внешне выражена довольно слабо. Как правило, шизоидные подростки стоят особняком от компаний сверстников. Их замкнутость затрудняет вступление в группу, а их неподатливость общему влиянию, общей атмосфере, их неконформность не позволяет ни слиться с группой, ни подчиниться ей. Попав же в подростковою группу, нередко случайно, они всегда остаются в ней на особом положении. Иногда они подвергаются насмешкам и даже жестоким преследованиям со стороны других подростков, иногда же благодаря своей независимости, холодной сдержанности, неожиданному умению постоять за себя они внушают уважение и заставляют соблюдать дистанцию. Но успех в группе сверстников может оказаться одним из сокровенных желаний шизоидного подростка. В своих фантазиях он творит подобные группы, где занимает положение вождя и любимца, где чувствует себя свободно и легко и получает те эмоциональные контакты, которых ему недостает в реальней жизни.

Увлечения у шизоидных подростков обычно выступают ярче, чем псе другие поведенческие реакции этого возраста. Увлечения нередко отличаются силой, устойчивостью и необычностью. Чаще всего приходится встречать интеллектуально-эстетические хобби. Большинство шизоидных подростков любят чтение, K. IHIII поглощают запоем, чтение предпочитают другим развлечениям. Выбор для чтения может быть строго избирательным — только определенный жанр литературы, только определенная эпоха из истории, определенное течение в философии и т. п. Ю. А. Скроцкий (1980) отметил пристрастие к изучению биографий. Вообще в интеллектуально-эстетических хобби поражает прихотливость выбора предмета. У современных подростков приходилось встречать увлечение санскритом, китайскими иероглифами, срисовыванием порталов соборов и церквей, генеалогией царского дома Романовых, сопоставлением конституций разных государств и разных времен и т. д. Все это никогда не делается напоказ, а только для себя. Увлечениями делятся с немногими, если встречают искренний интерес и понимание собеседника. Часто увлечения таят, боясь непонимания и насмешек. При менее высоком уровне интеллекта дело может сводиться к менее изысканным, но не менее странным увлечениям. Коллекции шизоидных подростков, иногда уникальные, иногда поражающие своей никчемностью, также более с тужат цели изощренных интеллектуальных или эстетических потребностей, чем просто жажде накопительства. Один подросток, например, собирал дуплеты из открыток с репродукциями картин известных художников и почтовых марок с изображением тех же картин.

На втором месте стоят хобби мануально-телесного типа. Неуклюжесть, неловкость, негармоничность моторики, нередко приписываемая шизоидам, встречается далеко не всегда, а упорное стремление к телесному совершенствованию может сгладить эти недостатки. Систематические занятия гимнастикой, плаванием, езда на велосипеде, упражнения йогов обычно сочетаются с отсутствием интереса к коллективным спортивным играм. Место увлечений могут занимать одиночные многочасовые пешие или велосипедные прогулки. Некоторым шизоидам хорошо даются тонкие ручные навыки: прикладное искусство, игра на музыкальных инструментах — все это также может составить предмет увлечений.

Реакции, связанные с формирующимся половым влечением, на первый взгляд, могут как будто совсем не проявляться. Внешняя «асексуальность», демонстративное презрение к вопросам половой жизни нередко сочетается с упорным онанизмом и богатыми эротическими фантазиями. Эти фантазии питаются случайными сведениями и легко включают перверзные компоненты. Болезненно чувствительные в компании, неспособные на флирт и ухаживание и не умеющие добиться сексуальной близости в ситуации, где она возможна, шизоидные подростки могут неожиданно для других обнаружить сексуальную активность в самых грубых и противоестественных формах — часами сторожить, чтобы подглядеть чьи-то обнаженные гениталии, эксгибиционировать перед малышами, онанировать под чужими окнами, откуда на них смотрят, вступать в связь со случайными встречными, назначать свидания по телефону незнакомым людям «на один раз». Свою сексуальную жизнь и сексуальные фантазии шизоидные подростки глубоко таят. Даже когда их поступки обнаруживаются, они стараются не раскрывать мотивов и переживаний.

Алкоголизация среди шизоидных подростков встречается довольно редко. Большинство из них не любят спиртные напитки. Опьянение не вызывает у них выраженной эйфории. Уговорам товарищей, питейной атмосфере компаний они легко противостоят. Однако некоторые из них находят, что небольшие дозы алкоголя, не вызывая эйфории, могут облегчить установление контактов, устраняют затруднения и чувство неестественности при общении. Тогда легко образуется особого рода психическая зависимость — стремление регулярно использовать небольшие дозы алкогольных напитков, часто крепких, с целью «побороть застенчивость» и облегчить контакты. Употребление алкоголя в качестве подобного «коммуникативного допинга» может осуществляться как с приятелями, так и в одиночку. Например, 15-летний шизоидный подросток тайком хранил в своей постели бутылку коньяка и каждое утро прикладывался к ней, чтобы «свободно чувствовать себя в школе».

Не меньшую угрозу, чем алкоголь, для шизоидных подростков представляют другие дурманящие вещества. Некоторые из них, особенно летучие, «льют воду на мельницу» шизоидных фантазий, делая их более чувственными и красочными.

Суицидальное поведение шизоидам не свойственно — шизоидность, видимо, не располагает к подобному способу решения жизненных трудностей. Демонстративные суицидные попытки [Леденев Б. А., 1981] бывают при смешанном шизоидно-истероидном типе. На психические травмы, конфликтные ситуации, положения, где к шизоидной личности предъявляются непосильные для нее требования, реакция проявляется ещ« большим уходом в себя, в свой внутренний мир глубоко затаенных фантазий. Другим проявлением подобной же реакции шизоидного подростка может быть усиленное сосредоточение на каком-либо увлечении, притом в обстановке, которая для этого окружающим кажется совершенно неподходящей. Например, 17-летний подросток, ухаживая за умирающей от рака матерью и буквально не отходивший от ее постели, тут же около нее изучал по самоучителю итальянский язык. Та же реакция на трудности может выявляться неожиданными, вычурными, порою жестокими поступками. Острые аффективные реакции у шизоидных подростков чаще всего бывают импунитивного (бегство из аффектогенной ситуации) или экстрапунитивного типа.

Делинквентность при шизоидном типе характера встречается нечасто, при этом в самом делинквентном поведении явственно выступают шизоидные черты. Обследуя подростков-беспризорников 20-х годов, Н. И. Озерецкий (1932) отметил, что шизоиды предпочитают воровать в одиночку, выбирают воровскую «профессию», требующую искусных навыков (например, кража денег из внутренних карманов или умение влезть в квартиру через форточку). Шизоидные подростки, не будучи склонны к групповой делинквентности, могут совершать серьезные правонарушения «во имя группы», желая, чтобы «группа признала своим». В одиночку также совершаются сексуальные правонарушения (эксгибиционизм, развратные действия над малолетними, сексуальная агрессия). Кражи могут носить особый характер (во имя «восстановления справедливости», хищение уникальных предметов для восполнения недостающего в собираемой коллекции и т. п.). Иногда делинквентному поведению и серьезным правонарушениям предшествует прием небольшой дозы алкоголя в качестве «допинга», но настоящего алкогольного опьянения не бывает.

По наблюдению нашего сотрудника А. А. Вдовиченко, шизоидные подростки, склонные к делинквентности, попадали в поле зрения милиции гораздо позже, чем делинквентные подростки с другими типами акцентуации характера. Они действовали в одиночку, умели скрывать свои поступки, не искали сообщников, хорошо обдумывали свои действия. Кражи предпочитали совершать при помощи собственноручно изготовленных отмычек, искусного выпиливания дверных замков и тому подобных «приемов».

Самооценка шизоидов отличается признанием того, что связано с замкнутостью, одиночеством, трудностью контактов, непониманием со стороны окружающих. Отношение к другим проблемам оценивается гораздо хуже.

Противоречивости своего поведения шизоиды нередко не замечают или не придают этому значения. Любят подчеркивать свою независимость и самостоятельность.

Соматические признаки, которые со времен Е. Kretschmer (1921) считаются свойственными шизоидам (астеническое телосложение, дряблая мускулатура, сутулая фигура, длинные ноги и высокий таз, слабо развитые гениталии, угловатость движений) у современных подростков можно видеть далеко не всегда. Акселерация развития и связанные с нею эндокринные сдвиги мог} т искажать эти черты, обусловливая, например, избыточную полноту или раннее и сильное сексуальное развитие.

С момента описания шизоидной психопатии было обращено внимание на ее сходство с некоторыми формами шизофрении, в частности с вялотекущей ее формой и с картиной дефекта после перенесенного шизофренического приступа. Это дало основание некоторым авторам вообще усомниться в существовании шизоидной психопатии как конституциональной аномалии характера, а все, что описывалось под ее названием, трактовать как дефект после приступа шизофрении, прошедшего незамеченным или случившегося в раннем детстве, или как «латентную» шизофрению. В итоге в прошлые десятилетия был период, когда шизоидная психопатия почти перестала диагностироваться и ее выраженные случаи стали рассматриваться как вялотекущая шизофрения, а шизоидные акцентуации с хорошей социальной адаптацией служили поводом для подозрений в отношении «латентной шизофрении». Со второй половины 70-х годов положение изменилось, и шизоидный тип характера как вариант конституциональной аномалии вновь получил признание.

Подростковый возраст создает особые трудности для дифференциальной диагностики шизоидной психопатии и вялотекущей шизофрении. Пубертатное заострение шизоидной психопатии может быть принято за начавшийся процесс или за новый «шуб», и, наоборот, дебют шизофрении может маскироваться подростковыми нарушениями поведения. Подробнее эта проблема рассматривается в гл. VII.

При психопатии все основные признаки шизоидности: замкнутость, отгороженность от людей, недостаток интуиции и сопереживания, уход в мир фантазий и увлечений — достигают крайности. Однако при умеренной степени шизоидной психопатии довольно часто обнаруживается возможность удовлетворительной адаптации, но в жестко ограниченных рамках. В этих условиях в узкой области могут даже достигаться значительные успехи (например, в области некоторых точных наук, занятиях прикладным искусством, игре в шахматы и т. п.), но при этом в обыденной жизни может обнаруживаться удивительная неприспособленность. При тяжелой психопатии дезадаптация иногда проявляется в стремлении полностью отгородиться от людей и жить только в своем фантастическом мире.

Владимир Б., 14 лет Единственный сын с дружной интеллигентной семье С детства замкнут, не любил шумных игр, в детском саду всегда играл один в стороне от ребят пли внимательно наблюдал, как играют другие дети. В школу пошел неохотно, в первые месяцы учебы появились тики. Когда привык к классу и учительнице, тики прошли. Учился удовлетворительно. Имел одного товарища, но близкой дружбы не было. С первых классов школы жил увлечениями. Собрал большую коллекцию бабочек, затем мастерил самострелы, игрушечные лодки с моторчиками, паровой двигатель Расспрашивал своего отца — инженера по профессии — об устройстве разных машин. Любил размышлять над возможностями разных изобретений.

В 12 лет родители отправили его в пионерский лагерь. Через несколько дней оттуда сбежал. Трое суток один шел лесом в город домой («не было денег на поезд»). Питался ягодами, один ночевал в лесу, обходил поселки, боясь, что его ищут и вернут обратно. В лагере воспитатели побег считали беспричинным — ни ссор, ни наказаний не было, убежал после того, как велели идти мыться в баню. В 14 лет был переведен в другую школу. Попал в класс, где властвовала компания хулиганов. Убежал из дому на пустовавшую дачу, принадлежавшую их родственникам; там скрывался несколько суток. Когда был наивен, причин побега никому не объяснил, отмалчивался, замкнулся. Был отправлен на обследование в подростковую психиатрическую клинику.

Во время беседы сперва был сдержан и немногословен, но затем охотно разговорился о своих увлечениях. Обнаружил хорошие знания техники, подтвердил, что мечтает стать изобретателем новых машин. Но свои поделки оценил весьма критически, сам назвал их «детскими игрунками». Затем по своей инициативе очень эмоционально рассказал о причине своих побегов. Всегда было трут, но знакомиться с новыми ребятами, среди взрослых чувствовал себя спокойнее. В лагере оказался выбитым из колеи. С детства стеснялся раздеваться при посторонних — поэтому убежал из бани (раньше никогда в общественных банях не бывал, и не знал что там моются голыми в присутствии других). Ему пригрозили наказанием и тем, что его вымоют насильно. Тогда решился убежать. Второй побег был вызван тем, что в школе над ним издевались хулиганы: в туалете пытались раздеть, приставали с сексуальными притязаниями, грозили избить. Никому об этом не рассказывал — стыдно было, что не смог постоять за себя. Бросил ходить на занятия: дома об этом не знали, часы уроков проводил на улице или в кино. Когда обнаружились прогулы, директор школы пригрозил отправить его в интернат. Испугался и убежал из дому прятаться на дачу. К родителям отношение теплое, особенно привязан к отцу. Сознался, что очень любит фантазировать «про себя» на темы изобретений или о том, о чем «стыдно говорить». В клинике подружился со спокойным, сдержанным мальчиком, также увлекающимся техникой.

При неврологическом осмотре — легкая асимметрия лицевой иннервации и сухожильных рефлексов. На ЭЭГ — без существенных отклонений. Физическое развитие — по возрасту, но сексуальное — с выраженной акселерацией (соответствует возрасту 16—17 лет).

Обследование с помощью ПДО. По шкале объективной оценки — диагностирован выраженный шизоидный тип. Имеются признаки, у называющие на возможность формирующейся психопатии. Конформность и реакция эмансипации умеренные. Отмечено выраженное отрицательное отношение к алкоголизации. По шкале субъективной оценки самооценка удовлетворительная- выступили шизоидные и меланхолические черты, достоверно отвергаются «черты гипертимные и циклоидные (самооценка свидетельствует не только о шизоидности, по и о возможном субдепрессивном состоянии).

Диагноз. Шизоидная психопатия умеренной степени.

Катамнез через 1 год. Был переведен в другую школу. Учится удовлетворительно, однако с интересом и успехом занимается только физикой и алгеброй. Остается замкнутым, друзей не имеет, побегов больше не совершал.

Шизоидный тип психопатий у подростков мужского пола является самым частым после эпилептоидного — 19 % (см. табл. 3). При этом случаи «чистых» шизоидов в большинстве были расценены как психопатии тяжелой или выраженной степени. В умеренных случаях социальная дезадаптация бывала парциальной — срыв наступал либо дома при благополучии по месту учебы или работы, либо в школе или на работе при удовлетворительной адаптации в семье.

Шизоидные акцентуации обычно не ведут за собой ни социальной дезадаптации, ни тяжелых нарушений поведения, ни невротических расстройств. Поэтому эти подростки редко попадают под наблюдение психиатра. Так, в общей популяции подростков мужского пола (см. табл. 3) шизоидная акцентуация установлена в 9 %, а среди поступивших в психиатрический стационар с непсихотическими нарушениями — в 7 %.

Скрытая шизоидная акцентуация может обнаруживаться, если ситуация предъявляет непосильные для данного типа характера требования — например, быстро установить широкий круг неформальных и достаточно эмоциональных контактов. Шизоиды также срываются, когда к ним настойчиво и бесцеремонно «лезут в душу».

Андрей А., 18 лет. В детстве, в школьные годы, во время учебы в педагогическом училище не обнаруживал каких-либо заметных особенностей характера. Был в меру общителен, имел приятелей, не чуждался компаний, участвовал в общественной работе. По окончании училища был направлен на работу, но не учителем, как ожидал, а старшим пионервожатым в загородную школу-интернат Сразу обнаружил, что эта работа, требовавшая большой общительности, умения лидерствовать, оказалась не по нему. Тяготился ею, не мог найти контакта с учениками Один из старших педагогов, вызывавший у пего неприязнь, стремился опекать ею, претендовал на роль духовного наставника Стал сторониться его, a затем и других учителей, замкнулся, ушел в себя, стал нелюдимым, избегал даже встреч с прежними приятелями, чтобы «не рассказывать о себе и своей работе». После работы часами бродил в одиночку по округе, мечтая об интересной жизни. Хотелось бы быть вдали от людей — попасть на необитаемый остров или служить лесником в уединенном месте, в то же время понимал никчемность этих желаний. Свои переживания лишь однажды открыл случайному попутчику, который непонятно чем ему понравился Вскоре ему предложили заменить заболевшего учителя. За несколько дней преобразился, установил контакты и с учениками, и с учителями, стал охотно принимать участие в общественных мероприятиях, возобновил дружбу с прежними товарищами.

Катамнез через 6 лет. Продолжает учительскую работу, хорошо с ней справляется. Закапчивает заочное отделение педагогического института.

Еще Е. Kretschmer (1921), описывая шизоидный тип, выделил его экспансивный и сенситивный варианты. Последний, как указывалось, правильнее рассматривать как тип особый, принадлежащий к широкой группе астенических психопатий и акцентуаций, так как замкнутость здесь вторичная, компенсаторная. Тем не менее среди шизоидов встречаются как стеничные, так и астенические личности. Разнообразие шизоидных проявлений может быть столь велико, что число описываемых вариантов могло оказаться двузначным. Поэтому представляется целесообразным констатировать сочетание шизоидности с чертами других типов — сенситивного, психастенического, эпилептоидного, истероидного, неустойчивого. Главная основа характера, его ядро при этом всегда остается шизоидным.

Шизоидная психопатия, видимо, является одной из наиболее эндогенно обусловленных. Недостатки воспитания в развитии самих шизоидных черт характера имеют вспомогательное значение. Считается, что доминирующая гиперпротекция способна усугубить шизоидные черты, однако чаще приходится наблюдать, что неправильное воспитание обусловливает наслоение на шизоидное ядро черт другого типа: при потворствующей гиперпротекции — истероидного, при господстве вокруг жестоких взаимоотношений — эпилептоидного, при гипопротекции, отдавшей подростка во власть асоциальных компаний,— неустойчивого.

Шизоидное расстройство личности — лечение и реабилитация в ЦМЗ «Альянс»

Шизоидное расстройство личности — это замыкание в себе, избегание эмоциональных привязанностей, склонность к фантазиям и погружение в собственный внутренний мир. Люди, которые страдают шизоидным расстройством, испытывают затруднения в общении и налаживании социальных связей. Помощь психотерапевта позволяет смягчить острые грани взаимодействия с окружающим миром.

Важно

Замкнутость в себе, которая мешает жить и работать, — повод обратиться к психотерапевту.

Слово «шизоидный» неслучайно созвучно шизофрении: проявления шизоидного расстройства похожи на симптомы, которые наблюдаются у пациентов с шизофренией: замкнутость, своеобразное мышление (за счет того, что человек постоянно наедине с собой), эмоциональная холодность, черствость.

Однако при данном расстройстве человек адекватно воспринимает действительность (нет бреда и галлюцинаций). Шизоидное расстройство — это особенность характера, склонность избегать взаимодействия с окружающим миром путем добровольной социальной изоляции, замыкания в себе и собственных фантазиях.

Шизоидное расстройство личности: симптомы и проявления

Чтобы установить диагноз «шизоидное расстройство личности», необходимо психотерапевт должен увидеть общие признаки личностного расстройства, а также как минимум три специфических критерия. К общим признакам расстройства личности относятся:

  • человек отстранен от окружающего мира, плохо владеет своими эмоциями, часто впадает в раздражение или гнев;
  • странности поведения, которые существуют не менее года;
  • трудности затрагивают все сферы жизни человека (дома, на работе, взаимодействие с незнакомыми людьми) и значительно нарушают адаптацию к нормам общества;
  • человек противопоставляет себя обществу и сознательно нарушает нормы поведения в социуме;
  • расстройство возникает в детском или подростковом возрасте и достигает расцвета в период зрелости.

При шизоидном расстройстве личности присутствуют минимум три критерия из списка ниже. Специфические для шизоидного расстройства личности симптомы следующие:

  1. Мало что доставляет удовольствие — шизоидные личности обычно имеют ограниченный, узкий круг интересов, где, однако, могут достигать больших успехов (например, талантливые ученые, музыканты).
  2. Эмоциональная холодность — женщины и мужчины с шизоидным расстройством скупы на эмоции, как позитивные, так и негативные.
  3. Эгоизм, эгоцентричность — человек невосприимчив к мнению окружающих, как критическому, так и похвале.
  4. Уход в собственные фантазии.
  5. Склонность к уединению, отсутствие близких друзей (иногда — одна дружеская привязанность) и нежелание сближаться с окружающими, снижение либидо.

Важно

При шизоидном расстройстве сложно выделить четкие периоды выздоровления и обострения, без помощи психотерапевта человек страдает всю жизнь.

При постановке диагноза врач проводит дифференциальную диагностику с шизофренией, параноидным и другими расстройствами личности, шизотипическим, депрессивным, биполярным аффективным и тревожным расстройствами. От диагноза зависит, какую схему терапии предложит специалист — медикаментозную или преимущественно психотерапевтическую.

Как лечится шизоидное расстройство личности?

При шизоидном расстройстве личности лечение осуществляет врач-психотерапевт. Главный метод лечения — индивидуальная психотерапия в сочетании с общеукрепляющими и расслабляющими процедурами (физиотерапия, массаж, сеансы релаксации). Медикаментозное лечение при шизоидном расстройстве применяется редко, если у человека есть симптомы депрессии или невроза.

Во время курса врач не ставит задачу полностью изменить характер клиента, а лишь помогает ему адаптироваться к окружающему миру, состояться профессионально, поддерживать комфортные отношения с окружающими.

Если не лечить шизоидное расстройство, его симптомы (эмоциональная холодность, отстраненность и склонность к уединению) могут значительно мешать полноценной жизни. Обращение к психотерапевту помогает значительно улучшить качество жизни людей с шизоидным расстройством и их близких.

что это означает на самом деле?

Нам всем встречались такие люди — закрытые и эмоционально холодные. Всю жизнь проводят в поисках сближения, но стоит им получить желаемое, как они отдаляются. Или начинают проверять отношения на прочность. Рядом с ними вы всегда чувствуете себя одинокими. Кажется, что они совершенно не умеют принимать заботу и любовь. Нет, это не нарциссы. Психологи называют их шизоидами. Разбираемся, что скрывается за этим термином на самом деле.

Кто такие шизоиды?

Основная характеристика шизоидной акцентуации — это отстраненность от окружающих, замкнутость в себе. Шизоиды кажутся самодостаточными и незаинтересованными, но при этом имеют глубокую потребность в другом человеке. Чрезвычайно рассеянные и при этом очень внимательные. Они производят впечатление пассивных и бесчувственных, но внутри у них происходит активная деятельность, бурлят эмоции.

Шизоиды могут обладать незаурядными способностями, но при этом имеют большие сложности при построении близких взаимоотношений. При приближении к другим человек шизоидного типа постоянно сканирует поле отношений «между» на предмет безопасности (ему важен длительный «преконтакт»). Он слишком чувствителен к интенсивным формам взаимодействия, поэтому использует свой основной защитный механизм — уход в себя и свои фантазии. Таким людям также очень свойственна дефлексия (интеллектуализация) — погружение в пространные рассуждения, излишнюю теоретизацию и философствование, в сферу мыслей и идей вместо того, чтобы находиться «здесь и сейчас» и сталкиваться с реальными чувствами (своими или чужими).

Насыщенный эмоциональный контакт забирает у них много ресурсов, их «эмоциональный контейнер» слишком мал для того, чтобы выдерживать интенсивные чувства других (даже если они наполнены теплотой). Недостаток сопереживания делает их холодными и иногда даже жестокими для окружающих. Одновременно с этим по отношению к своим личным интересам они могут проявлять чрезвычайную ранимость, тонкокожесть и болезненное самолюбие. Склонные к утонченному самонаблюдению, они часто доходят до самоистязания.

По внешнему облику это чаще всего эктоморфы (худощавое телосложение, длинные руки и ноги, как будто само тело сомневается в своем «праве быть»), их мимика, как правило, лишена живости, движения угловаты, они почти не используют жесты, голос мало модулирован, разговор порой ведется на одной ноте. Немногословные и сдержанные, такие люди обычно выбирают одиночный вид деятельности — они бывают очень успешны в науке, искусстве. В своих интересах они, как правило, постоянны и избирательны.

Почему они такие?

В аналитической теории считается, что формирование шизоидного типа происходит в возрасте до полутора лет (довербальный период) в условиях, когда родитель либо эмоционально беден и отстранен, часто оставляет ребенка на попечение самому себе, либо, напротив, гиперконтролирующий и поглощающий, нарушающий границы. Испытав равнодушие и пренебрежение со стороны значимых взрослых, ребенок сбегает в свой внутренний мир от травмирующего опыта человеческих отношений.

Недостаток родительского тепла накладывается на изначально высокую чувствительность ребенка к отвержению, за счет чего и формируется травма. Эти дети, как правило, остро реагируют на все внешние стимулы — звук, свет, любые перемены, тактильные ощущения (вроде этикеток, царапающих кожу). Когда мы берем такого ребенка на руки, он не прижимается, а отстраняется, его тело становится жестким. Они ощущают себя абсолютно незащищенными, и любой контакт воспринимается ими как нарушение их целостности.

Базовый конфликт в области отношений у шизоидных людей касается близости и дистанции, любви и страха. Колебание между сближением и отдалением — естественное состояние для шизоида. Их жизнь пропитана амбивалентностью по поводу привязанности: с одной стороны, они страстно ее жаждут, а с другой — ощущают постоянную угрозу быть поглощенными в отношениях. Сам факт достижения близкой эмоциональной связи может толкать шизоида постоянно саботировать ее. Такой человек бессознательно провоцирует враждебность и отвержение, тестируя контакт на риск повторения опыта ранней травматизации. Из-за этой дисгармонии люди подобного типа часто страдают депрессией и ангедонией (неспособностью испытывать радость).

Что делать?

Если вы в отношениях с шизоидом

Вы можете инвестировать свою психическую энергию в отношения, но это всегда будет «игрой в одни ворота» — вы не будете получать в ответ необходимого эмоционального отклика. Ощущение рыбы, бьющейся об лед, очень часто сопровождает партнеров шизоидов.

Когда человек с шизоидной акцентуацией страдает, вы можете пытаться дать ему поддержку, а он противоречиво отстранится. Причем это не нарциссическая контрзависимость (игра «поймай меня»), а попытка отойти на безопасную дистанцию, чтобы сохранить свою личность от «захватчиков». Когда же он видит, что плохо вам, он думает, что лучшее, что он может сделать, — это удалиться от вас. Оставляя вас наедине с чувством брошенности и отвержения. По большому счету, он подвергает вас той же ретравматизации, которую испытал сам в раннем детстве.

Как тогда с ними быть?

    • Дайте ему больше личного пространства. Не пытайтесь быстро выходить на откровенные разговоры и сокращать дистанцию — это может напугать. Побудьте в «преконтакте» то количество времени, которое ему необходимо для того, чтобы сформировать доверие.
    • Найдите непрямой способ говорить о чувствах. Людям шизоидного типа очень трудно показывать свои эмоции, даже если они этого хотят. Попробуйте найти иносказательный способ обсуждения того, что важно: рассуждайте о фильмах, картинах, музыке, обращайтесь к символам, метафорам и литературным образам.
  • Будьте честны и правдивы. Шизоиды не выносят лжи и хорошо чувствуют неискренность.
  • Помогите ему распознавать эмоции. Научиться их проявлять, осознавать, дифференцировать — это один из главных навыков, который способен круто изменить их жизнь.
  • Не осуждайте его за тягу спрятаться в свой внутренний «домик». Ему крайне важно знать, что у него есть вы, но так же важно сохранять свою автономность. Дайте ему понять — «ты можешь отойти от меня, но я буду ждать тебя».
  • Того, кто прошел все кордоны его, казалось бы, непроницаемых границ, он сделает весьма значимым для себя. Вы станете одним из избранных, кого он впустит в свой мир. Однако игра должна стоить свеч: внутреннюю работу в паре должны вести оба. И ваш партнер-шизоид в первую очередь — ведь это именно он ранит вас своей эмоциональной недоступностью.

Если вы сами являетесь обладателем шизоидного типа личности

Главное, чем вы можете помочь себе (и своему партнеру, которому приходится несладко), — это своевременно обратиться к психотерапевту. Медикаментозная терапия здесь малоэффективна, зато хорошо работают другие терапевтические методики (например, экспозиционные).

Специалист поможет восстановить контакт с собственными эмоциями (преимущественно со страхом, гневом и стыдом), развить способность к эмоциональной близости и обучить умению выдерживать различные чувства, извлекая из них ресурс для собственного развития. В конце концов, именно навык строить близкие отношения является одним из самых главных показателей психического здоровья человека.

Здесь вы можете задать вопрос психологу.

как шизоиды видят мир — Моноклер

Рубрики : Последние статьи, Психология

Что такое шизоидный тип личности? Способны ли такие люди на действительно близкие отношения? Как общаться с шизоидами, как они понимают окружающую действительность и почему не стоит называть их «ненормальными»? Разбираемся вместе с «Моноклер».

Кажущаяся холодность и закрытость, стремление держать дистанцию, любовь к уединению, честность, склонность все анализировать и теоретизировать, нередко творческий склад ума и высокий интеллект, полное или частичное отсутствие эмпатии, категоричное отрицание манипуляций и других «социальных игр» – черты классического шизоида.

Согласно данным американского психоаналитика Нэнси Мак-Вильямс, шизоидов на планете не так уж и много – всего 1-2% людей. Узнать их несложно: первые признаки шизоидного типа личности проявляются уже в раннем возрасте. Эти дети сверхчуствительны: они остро реагируют на внешний шум, большое скопление людей и совершенно не приемлют слишком агрессивное вторжение в их пространство. Так, если дети другого типа могут тянуться к незнакомцам, то шизоид старается всячески «отключиться» от пугающей его реальности – уйти, спрятаться, заснуть.

Вместо социальных игр, которые его раздражают, такой ребенок предпочитает читать или рисовать в одиночестве. При этом он чувствует себя счастливым. Кажется, будто шизоиду вовсе не нужны люди. Со временем уже взрослого человека могут считать странным, бесчувственным и даже асоциальным: именно такое первое впечатление он нередко производит. Однако оно обманчиво: шизоид крайне ценит общение и человеческое тепло, способен понимать и любить, но присутствие людей в его жизни должно быть дозированным, иначе он чувствует себя в опасности.

Стремление отодвинуться и завоевать право на свою территорию часто проявляется даже физически – шизоиды не будут придвигать к вам свой стул, стремиться жить с вами в одной комнате и проводить вместе несколько недель подряд. Для их целостности и гармоничности очень важна хотя бы потенциальная возможность время от времени закрывать дверь и отдыхать в уединении, которое кажется им скорее прекрасным, чем пугающим.

Психологи утверждают, что люди с шизоидным типом личности не имеют таких энергетических ресурсов, как другие. Именно поэтому они не выносят пустых разговоров, длительных конфликтов, психологических манипуляций. Все это кажется им искусственным, невыгодным, да и просто бессмысленным.

Как правило, именно этим объясняется узкий круг общения шизоида. Такие люди не склонны заводить знакомства ради знакомств. Порой бывает сложно понять, о чем они думают и что чувствуют. Это связано с крайней избирательностью шизоидов. Ключ от их внутреннего мира получают лишь самые близкие, те, кто смог заслужить доверие своим бережным и осторожным отношением.

Внешняя кажущаяся холодность и отстраненность (ключевое слово – кажущаяся) иногда заставляют людей думать о патологиях. Но шизоидность – это не болезнь. Психотерапевт Евгения Белякова объясняет:

«Внешне они холодноваты, небогатая мимика внешне. При этом там внутри очень богатый внутренний мир. Этим отличается от шизофрении, при которой мир бедный».

Как и люди других психологических типов (нарциссы и истероиды), шизоид имеет свою систему защит. Как правило, среди них доминирует одна – уход от фрустрирующего объекта или ситуации. Как только шизоид чувствует дискомфорт или опасность, он максимально отстраняется и пытается любым способом покинуть не устраивающую его реальность. Чаще всего шизоид прибегает к бегству в свои фантазии. Физически его отдаление может быть буквальным – шизоид покидает место или человека (часто ничего не объясняя), забывается в алкоголе или наркотиках, просто засыпает.

Иногда эта черта делает его «странным» в глазах окружающих. Прямолинейность уходов раздражает своим честным посылом – шизоид не видит смысла  в притворстве и социальных играх. Он отказывается участвовать в любого рода манипуляциях. Как сообщает Нэнси Мак-Вильямс,

«Они всегда выбирают дистанцию, и им не нужны другие искажающие защиты: отрицание, диссоциация (отделение себя от своих неприятных переживаний), вытеснение. Возможно, поэтому они часто осознают процессы, которые для других протекают неосознанно.

У американцев есть пословица: «Слон в комнате, но его никто не замечает». Люди шизоидного типа личности всегда видят этого слона и удивляются, что другим он незаметен. Но когда они пытаются говорить об этом слоне, на них смотрят как на сумасшедших».

Несмотря на то, что обычно шизоиды понимают свою природу и особо не страдают, в их жизни присутствует момент драмы. Неслучайно понятие «шизоид» этимологически означает расщепление, раскол. Стремясь к сохранению себя и привычного, уже обустроенного мира, они крайне нуждаются в тепле и любви. Однако нередко слишком агрессивное вторжение партнера воспринимается шизоидом как угроза его существованию. Чем больше партнер стремится завладеть личным пространством шизоида, тем больше вероятность, что этот союз распадется.

Мысль о том, что шизоид не умеет любить – миф. Такие люди склонны к искреннему и очень глубокому чувству. Однако отношения с ними для многих превращаются в настоящее испытание, так как при сближении с шизоидом приходится постоянно учитывать его стремление к сохранению своей индивидуальности, отказ от полного слияния с партнером, а иногда и потребность в отдельном жилье.

Людям другого склада необходимо понять, что отстраненность шизоида не является синонимом к равнодушию. Однако слияние и поглощение другим человеком кажется шизоиду катастрофой, в буквальном смысле не совместимой с жизнью. На каком-то этапе отношений, стараясь сблизиться, сам шизоид может пытаться слиться с партнером. Но психотерапевтическая практика показывает, что в итоге эти люди чувствуют себя крайне некомфортно и неизбежно начинают борьбу за свое пространство.

Исход этого конфликта зависит от обоих партнеров. И здесь важно понимать, что шизоиды также бывают разных типов. Евгения Белякова отмечает, что шизоидность может быть как сенситивной – когда человек чувствует, что с ним может быть сложно и старается научиться лучше взаимодействовать с людьми (при этом сохраняя полный набор шизоидных качеств, но расширяя социальные навыки), так и ледяной, когда недоступность, снобизм и холодность шизоида возведены в абсолют. Конечно, выдержать союз со вторым типом практически невозможно. Однако в первом случае есть все шансы на построение глубокого и плодотворного взаимодействия.

Например, шизоид, часто будучи неспособным к словам поддержки и выражению любви  в требуемом партнером объёме, может доказывать свои чувства реальными поступками. А его партнер может поработать над своим эго и в буквальном смысле перестать душить другого своей любовью и привязанностью. Ведь для шизоида главное условие сохранения союза – личностная безопасность, и стремление партнера уважать границы шизоидной личности со временем выливается в построение действительно крепких, долгосрочных и доверительных отношений.

Обложка: Пабло Пикассо «Муза» (1935 г.) / MoMA / Nathan Laurell, Flickr

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Похожие статьи

причины, симптомы и лечение в статье психотерапевта Федотов И. А.

Дата публикации 25 октября 2018Обновлено 25 октября 2019

Определение болезни. Причины заболевания

Теоретические размышления о природе шизоидного расстройства личности (ШРЛ) стали причиной многочисленных дискуссий среди психиатров и психоаналитиков. Сегодня под этим личностным нарушением понимают пограничный тип организации психики, которому с точки зрения внутрипсихической структуры свойственны разобщение внутреннего Я, а именно рассогласование между эмоциональной и интеллектуальной сферами. Такие люди внешне кажутся замкнутыми, задумчивыми, они практически никак не выражают эмоции, проявляют безразличие к социальным взаимодействиям (к похвале или к критике в том числе), их поведение обычно нестандартное, эксцентричное, а порой и вычурное.

Индивиды с этим личностным расстройством часто не имеют доступ к тому, что они чувствуют, о чём при этом они думают и какие потребности переживают в этот момент. Однако несмотря на такое сочетание противоречивых черт и поступков, а также бедную на первый взгляд эмоциональную палитру, люди с шизоидной организацией креативны, способны к созданию близких отношений с другими людьми (что, правда, бывает достаточно редко). Они, наряду с сильной охраной своих личностных границ, бережны и уважительны к границам окружающих. Многие из них находят своё призвание в искусстве, в теоретических и точных науках, а также в философских и духовных знаниях.[1][2][5][6]

Согласно DSM-5 и современным исследованиям, встречаемость данного расстройства составляет порядка 5% всего населения Земли.[4]

Точная причина развития ШРЛ неизвестна. Клинический опыт предполагает, что по темпераменту эти люди гиперреактивны и легко реагируют даже на незначительную стимуляцию. Сами они обычно характеризуют себя как от природы чувствительных, интуитивных, тонко воспринимающих мир. В детстве они могли проснуться от любого шороха, прятались и съёживались от громких звуков или резких движений взрослых.

Наблюдения психоаналитиков за новорождёнными показали, что склонные к шизоидной структуре личности младенцы напрягаются и даже отклоняются назад, когда заботливые родители пытается их обнять. Феноменологически, это защита своего комфорта и безопасности от внедрения другого, даже близкого человека.

К 3-4 годам эти дети проявляют признаки шизоидного нарушения уже гораздо ярче: они выбирают тихие, спокойные, уединённые игры, мало нуждаются в опеке родственников. В более старшем возрасте они начинают задаваться философскими вопросами (например, о происхождении мира и т.д.), проявлять интерес к абстрактному, неизведанному, тайному, а также необычно объяснять повседневные вещи и видеть окружающее шире, чем это могу делать остальные.

Огромная трагедия шизоидно организованных детей состоит в недостатке эмпатии со стороны окружающих людей, даже со стороны родителей. Их отчуждённость, которая также приносит и страдания, имеет в своем начале ощущение непонимания и обесценивания другими.

При обнаружении схожих симптомов проконсультируйтесь у врача. Не занимайтесь самолечением — это опасно для вашего здоровья!

Симптомы шизоидного расстройства личности

Согласно DSM-5, шизоидное расстройство относится к кластеру А (необычные или эксцентричные расстройства).[3][4] Люди с этим расстройством обычно испытывают:

  • отчуждённость от других людей;
  • отсутствие потребности устанавливать тесные отношения с другими;
  • нежелание принимать участие в массовых развлекательных мероприятиях;
  • равнодушие к похвале, а также к критике или отвержению;
  • безразличие к социальным нормам и ожиданиям;
  • озабоченность интроспекцией (самонаблюдением) и фантазией, что означает некоторую поглощённость этим человеком внутренним миром, миром символов и метафор.

Часто такой человек описывается как холодный, незаинтересованный, избегающий ​​и отстраненный, он как бы не нуждается в социальных или семейных отношениях.

В DSM-5 при определении ШРЛ делается акцент на такие диагностически значимые критерии, как социальный и межличностный дефицит, который сопровождается острым чувством дискомфорта в близких отношениях, а также наличие когнитивных и перцептивных искажений, эксцентричного поведения, проявляющегося с раннего детского возраста и сохраняющегося всю жизнь.[3][4]

Люди с шизоидным расстройством часто описываются другими как отчуждённые, холодные и отстранённые. Те, кто страдает от расстройства, могут предпочесть одиночество, но некоторые могут также испытывать страдания от одиночества и социальной изоляции.

Обычно расстройство становится заметным в детстве, а проявляется в раннем взрослом возрасте. Симптомы расстройства могут влиять на несколько областей жизни, включая семейные отношения, учёбу и работу.

Люди с таким расстройством, как правило, реже заводят новые знакомства, редко встречаются и часто не создают семьи. Симптомы расстройства могут также затруднять работу на должностях, требующих большого количества социального взаимодействия или навыков общения. Лица с шизоидным расстройством могут лучше справляться с работой, которая предполагает выполнение обязанностей в одиночестве.[2][5][7]

ШРЛ имеет некоторое сходство с шизофренией, особенно при рассмотрении некоторых общих для них характеристик, например, негативных симптомов при шизофрении: снижение эмоциональной экспрессии, аутизация и отсутствие мотивации. Некоторые другие расстройства личности также имеют параллельные черты с шизоидным расстройством: антисоциальные, нарциссические и пограничные расстройства личности.[8][9]

Патогенез шизоидного расстройства личности

Нэнси Мак-Вильямс, доктор философии и психоаналитик, в своих работах часто рассуждает на тему патогенеза шизоидной личности. Она категорически не согласна с бытующим среди психиатров мнением, будто люди с шизоидной организацией психики примитивны и ненормальны. Она приводит множество примеров и доводов в пользу того, что высокоорганизованные шизоиды способны быть очень близкими с определёнными людьми, а также достигать больших высот в выбранной профессии. Такую патологизацию шизоидной личности Н. Мак-Вильямс связывает с непониманием со стороны «нешизоидных» людей. Она утверждает, что люди с шизоидным расстройством могут находиться на разных краях шизоидного континуума — от лежачего в клинике кататонического пациента до творческого гения.[2][9]

Многие учёные-психиатры, в том числе и отечественные, долгое время считали шизоидное расстройство началом шизофренического процесса или вялотекущей шизофренией. С точки зрения психоаналитической теории изоляция, как примитивный защитный механизм, делает личностно шизоидного человека чем-то похожим на пациента с шизофренией: ярко выраженная аутизация, социальная дезадаптация, специфическое мышление и аффективная дефицитарность (невозможность удовлетворения потребностей).

При исследовании больных шизофренией было обнаружено, что огромный процент этих людей имели в преморбиде (периоде развития болезни) шизоидный тип организации личности. Однако это открытие не означает, что индивиды с шизоидными чертами подвержены высокому риску развития психотического расстройства, так как эмпирические основания для такого утверждения, по мнению Н. Мак-Вильямс, не были получены.[2][3]

Также личности с шизоидной организацией могут в полной мере испытывать и стыд (в отличии от нарциссических людей), и вину (подобно депрессивным), таким образом воспринимать себя и мир такими, какие они есть. Однако они часто страдают от сильной тревоги за базовое чувство безопасности. Говоря психоаналитическим языком, шизоидное Я всегда стремится сохранить безопасное расстояние от остального человечества. Скорее всего это зависит от особенностей развития объектных отношений таких детей. Им свойственна глубочайшая амбивалентность (двойственность), связанная с привязанностью. Их мучает одиночество и отстранённость также сильно, как и стремление к дистанцированности с целью сохранения своих границ, а значит и обеспечения безопасности и отрешённости.[2][4][8][9]

Классификация и стадии развития шизоидного расстройства личности

Классификации шизоидного расстройства, которая имела бы большое практическое значение, не существует. Широко известна теоретическая работа американского психолога Теодора Миллона, который предложил различать следующие подтипы шизоидного расстройства:[7][9]

  1. Вялый шизоид, близкий по характеристикам к депрессивному расстройству личности: инертный, малоактивный, флегматичный, апатичный, медлительный, истощаемый.
  2. Дистанцированный шизоид, напоминающий лиц с тревожным или шизотипическим расстройством личности. Такие люди замкнутые, стремятся к одиночеству и самоизоляции.
  3. Деперсонализованный шизоид больше напоминает человека с шизотипическим расстройством. В структуре личности таких людей ярко выражены черты расщепления, диссоциации внутреннего Я («это происходит не со мной, а с кем-то другим»).
  4. Безэмоциональный шизоид имеет общие черты с личностью, страдающей ананкастным расстройством. Такой человек очень сдержан в проявлении эмоций, а в близких отношениях очень холоден, неотзывчив и безжизнен.

Как и любое другое расстройство личности, шизоидное в своём течении имеет две основные фазы (стадии):

  • фазу декомпенсации, при которой усиливается личностная дисгармония и снижается степень социальной адаптации;
  • фазу компенсации, при которой личностная дисгармония сглаживается, и на фоне отсутствия дистрессов человек функционирует достаточно хорошо.

Осложнения шизоидного расстройства личности

Важный вопрос в прогнозе течения данного расстройства занимает проблема суицидальности. Обычно самоубийства людей, для которых характерны шизоидные черты, носят истинный характер, так как они тщательно ими планируются и скрываются. Именно эта печальная особенность отличает суициды у шизоидных личностей от самоубийств, например, при истерическом нарушении. Одним из объяснений такого феномена может быть тот факт, что люди с ШРЛ склонны к интроспекции, самоанализу, что часто приводит к устойчивой в сознании позиции относительно причин, по которым, как кажется человеку, нужно совершить самоубийство.[1]

Другим наиболее частым и опасным осложнением данного расстройства личности является его переход (трансформация) в прогредиентное психическое расстройство шизофренического спектра (шизофрению или шизотипическое расстройство). Люди с шизоидным расстройством всегда находятся в группе риска по расстройствам шизофренического спектра (например, среди тех людей, кто заболел шизофренией, более 60% имели ШРЛ в преморбиде).[9] Переход расстройства личности в прогредиентное заболевание всегда происходит незаметно через несколько последовательных этапов. Обычно дебют шизофрении проявляется продуктивной психопатологической симптоматикой — бредом (чаще всего связанный с преследованием), галлюцинациями, дезорганизацией мышления и речи и прочими нарушениями.

Ещё одним осложнением ШРЛ может стать присоединение других психопатологических расстройств. Наиболее часто возникают симптомы их спектра обсессивно-компульсивных и аффективных нарушений или болезни зависимости. Причём все эти коморбидные симптомы отличаются своей странностью и необычностью: например, у людей с ШРЛ могут быть очень странные фобии (страх дышать в общественном месте или страх отвечать на сообщения).

Диагностика шизоидного расстройства личности

Диагностика НРЛ, как и других расстройств личности, построена на клиническом методе и представляет собой использование различных клинических шкал и тестов.

Наиболее важными шкалами являются диагностические указания МКБ 10 пересмотра (используются большей частью в Европе и Азии) и DSM-5 (популярны в странах Северной и Южной Америки). К наиболее распространенным тестовым методикам можно отнести PDQ-4, которая представлена в электронном и печатном виде.

При постановке диагноза личностного расстройства необходимо использовать не только данные, предоставленные сам пациентом, но и т.н. коллатеральную информацию, получаемую от родственников, сослуживцев, соседей и других. Поскольку личностное расстройство начинается в раннем возрасте, то признаки шизоидизации можно наблюдать с самых ранних возрастных периодов. Эти черты прослеживаются по характеристикам со школы, в ранних воспоминаниях родителей этих пациентов, при изучении дневниковых записей людей с ШРЛ и т.д.

Параклинические методы диагностики (лабораторные и инструментальные) должны проводиться при постановке диагноза ШРЛ, но, к сожалению, они не могут напрямую подтвердить этот диагноз, так как до сих пор не выявлено ни одного патогномичного маркера.

Все дополнительные исследования необходимы для исключения схожих заболеваний. Обычный протокол дополнительных исследований включает в себя:

  • томограмму головного мозга;
  • электроэнцефалограмму;
  • анализ крови на гормоны щитовидной железы и пр.

ШРЛ необходимо дифференцировать с эндокринной патологией, органическими поражениями головного мозга, последствиями психотравматических ситуаций и депрессией.

Лечение шизоидного расстройства личности

Несмотря на то, что полностью избавить пациента от личностного расстройства нельзя, это не означает, что в психотерапевтическом воздействии нет смысла. В психоаналитической литературе описаны массы клинических случаев, где исследуются процессы взаимодействия между пациентом и аналитиком с целью выявления ключевых аспектов этого контакта. Терапевт, который работает с шизоидным пациентом, должен уметь выдерживать его амбивалентность, которую очень точно описал А. Роббинс: «Подойди поближе — я одинок, но не приближайся — я боюсь вторжения». Одна из задач терапии — разрешить такую дилемму, найти компромисс.

Обычно пациенты с шизоидным расстройством обращаются за помощью к психотерапевтам только когда встречаются с какими-либо другими психологическими трудностями (сложности на работе, в личной жизни, депрессия и т.д.). Те шизоиды, которые, по словам Н. Мак-Вильямс, находятся на более повреждённом континууме, и развивают психотическую симптоматику и обычно проходят психиатрическое лечение в клиниках.[2][8]

В некоторых случаях требуется назначение психотропных средств. Предпочтение в данном случае отдаётся антипсихотическим препаратам. В некоторых исследованиях была продемонстрирована польза их применения в группе ультравысокого риска развития психоза для профилактики осложнений. Также небольшие дозы антипсихотиков второго поколения (например, сульпирида, амисульприда, арипипразола) могут помочь людям справляться и с основными симптомами ШРЛ.

При наличии коморбидных нарушений также показана терапия таргетными средствами: лечение антидепрессантами при фобиях и других тревожных расстройствах, нормотимиками при аффективной нестабильности и т.д.

Прогноз. Профилактика

Шизоидное расстройство является рано приобретённым (как и все другие расстройства личности) и появляется «на стыке» биологических и психологических причин. Причём точно эти причины до сих пор не определены. Отсюда проистекает и сложность описания научно-обоснованной тактики первичной профилактики и обоснования прогноза.

В качестве профилактики появления ШРЛ рекомендуется как можно раньше выявлять первые признаки начинающегося расстройства личности (имеется в виду тот период, когда, согласно меткому утверждению психиатров «старой школы», «человек не может жить нормально сам и мешает жить другим») и направлять такого пациента на психотерапевтическое лечение. Вряд ли эта терапия сможет полностью поменять человека, так как основы личностного реагирования закладываются в раннем детстве, и для их радикального изменения требуется большое количество мотивации. Однако психотерапевт может помочь индивиду компенсироваться, научиться уживаться со своими особенностями, найти им наиболее приемлемое применение в жизни.

В случае появлении у человека с ШРЛ симптомов повышенной тревожности, обманов восприятия, дезорганизации мышления и речи и других симптомов, указывающих на трансформацию заболевания в психотическое расстройство, показана профилактика в виде приёма антипсихотических препаратов. Они предотвращают развитие тяжёлого психоза. Не стоит бояться проходить лечение у психиатра. Сейчас существует большой арсенал препаратов с хорошей переносимостью и высокой эффективностью, что позволяется подобрать необходимое лечение и сохранить при этом у пациентов достаточный уровень качества жизни.

Размышления о шизоидной динамике | Журнал Практической Психологии и Психоанализа

Комментарий: Перевод осуществлен по: McWilliams N. Some Thoughts about Schizoid Dynamics. The Psychoanalytic Review, 2006. Vol. 93. No. 1. pp. 1-24. 

Аннотация

Статья посвящена шизоидной динамике, дано описание общих принципов психоаналитической психотерапии шизоидного расстройства личности.

Ключевые слова: шизоидное личностное расстройство, шизоидная динамика, психоаналитическая психотерапия, психоанализ.

Уже много лет я занимаюсь развитием более глубокого понимания субъективной жизни людей с шизоидной организацией личности. Эта статья посвящена не той версии шизоидного расстройства личности, которая приведена в описательной психиатрической таксономии (такой как DSM). Здесь я ссылаюсь на более практическое, феноменологически направленное, психоаналитическое понимание шизоидной личности, так как меня всегда интересовало исследование индивидуальных различий больше, чем в спор о том, что является патологией, а что нет. Я обнаружила: когда люди с шизоидной динамикой — пациенты, коллеги, друзья — чувствуют, что их самораскрытие не столкнётся с пренебрежением (или не будет «криминализовано», как сказал один знакомый терапевт), у них возникает желание поделиться своим внутренним миром. И, как справедливо для других областей, если человек заметил что-то однажды, он начинает видеть это везде.

Постепенно я поняла, что люди с шизоидной динамикой встречаются чаще, чем принято думать, и что среди них существует большой градиент психического и эмоционального здоровья: от психотического уровня, до завидной надёжной психической устойчивости. И хотя считается, что центральная проблема шизоидного человека не невротического спектра (Steiner, 1993), я могу отметить, что наиболее высокофункционирующие шизоидные люди, которых множество, кажутся во всех смыслах (по таким критериям, как удовлетворённость жизнью, чувство своей силы, аффективная регуляция, постоянство “я” и объекта, личные отношения, творческая деятельность) более здоровыми, чем многие с аутентично невротичной психикой. Я предпочитаю использовать термин » шизоидность» (несмотря на то, что юнгианское «интроверсия» не такое стигматизирующее), поскольку “шизоидность” неявно отсылает к сложной внутрипсихической жизни, в то время как “интроверсия” говорит о предпочтении интроспекции и стремления к одиночеству — более-менее поверхностных феноменах.

Одной из причин, почему специалисты в области психического здоровья не замечают высокофункциональной шизоидной динамики, является то, что многие из таких людей “прячутся”, или проходят “сквозь” нешизоидных других. Их личностные особенности включают “аллергию” на то, чтобы быть объектом интрузивного внимания, и кроме того, шизоиды боятся оказаться выставленными на всеобщее обозрение как чудаки и сумасшедшие. Поскольку нешизоидные наблюдатели склонны приписывать патологию людям, являющимся большими затворниками и эксцентриками чем они сами, вполне реалистичен страх шизоида оказаться пристально изученным и изобличённым как ненормальный или не совсем нормальный. Кроме того, некоторые шизоиды обеспокоены собственной нормальностью независимо от того, теряли они её на самом деле или нет. Страх оказаться в категории психотиков может быть проекцией убеждения в невыносимости их внутреннего опыта, который настолько частный, неузнаваемый и не отзеркаленный другими, что им кажется, их изолированность равняется сумасшествию.

Очень многие непрофессионалы считают шизоидных людей странными и непостижимыми. Вдобавок к этому даже специалисты в области психического здоровья могут приравнивать шизоидность к психической примитивности, а примитивность к ненормальности. Блестящая трактовка Мелани Кляйн (Klein, 1946) параноидно-шизоидной позиции как основы для способности выдерживать сепарацию (то есть, для депрессивной позиции) оказалась вкладом в восприятие феноменов ранних стадий развития как незрелых и архаичных (Sass, 1992). Кроме того, мы подозреваем в проявлениях шизоидной личности вероятных предшественников шизофренического психоза. Поведение, нормальное для шизоидной личности, определённо может имитировать ранние стадии развития шизофрении. Взрослый, начавший проводить всё больше и больше времени в изоляции в своей комнате среди своих фантазий и в конечном итоге становящийся откровенно психотичным — нередкая клиническая картина. Кроме того, шизоидность и шизофрения могут быть родственниками. Недавние исследования шизофренических расстройств выявили генетические предпосылки, которые погут проявиться в широком спектре от тяжёлой шизофрении до нормальной шизоидно организованной личности (Weinberger, 2004). С другой стороны, существует множество людей с диагностированной шизофренией, чья преморбидная личность может быть описана как преимущественно параноидная, обсессивная, истероидная, депрессивная или нарциссическая.

Другой возможной причиной ассоциирования шизоидов с патологией может быть то, что многие из них чувствуют расположенность к людям, имеющим расстройства психотического уровня. Один из моих коллег, описывающий себя как шизоидного, предпочитает работать с более психотически расстроенными людьми, чем со “здоровыми невротиками”, поскольку воспринимает невротичных людей как “нечестных” (то есть, использующих психические защиты), в то время как психотики воспринимаются им как вовлечённые в полностью аутентичную борьбу с их внутренними демонами. Первые исследователи теории личности — к примеру, Карл Юнг и Гарри Салливан, — не только по многим оценкам были характерологически шизоидными, но и, вероятно, переживали краткие психотические эпизоды, которые не становились длительным приступом шизофрении. По-видимому, можно сделать вывод о том, что способность этих аналитиков эмпатически понимать субъективный опыт более серьёзно нарушенных пациентов имеет много общего с доступом к их собственному потенциалу к психозу. Даже высокоэффективные и эмоционально стабильные шизоиды могут беспокоиться о своей нормальности. Мой близкий друг оказался сильно встревожен во время просмотра фильма “Игры разума” (“A beautiful mind”), описывающего постепенное погружение в психоз гениального математика, Джона Нэша. Фильм эффектно затягивает аудиторию в иллюзорный мир героя, а затем раскрывает, что люди, которых зритель считал реальными, были галлюцинаторным бредом Нэша. Становится очевидно, что его мыслительные процессы сдвинулись от креативной гениальности к манифестациям психоза. Мой друг болезненно встревожился, осознав, что как и Нэш, он не всегда может различить, когда создаёт креативную связь между двумя кажущимися несвязанными феноменами, которые действительно связаны, а когда он создаёт полностью идиосинкразические связи, могущие показаться другим нелепыми и сумасшедшими. Он говорил об этой тревоге со своим относительно шизоидным аналитиком, чей печально-ироничный ответ на его описание неуверенности в возможности положиться на собственный ум, был “Ну да, кому вы рассказываете!” (В разделе о следствиях для терапии станет ясно, почему я думаю это была чуткая, дисциплинированная и терапевтичная интервенция, хотя она выглядит случайным отходом от аналитической позиции).

Вопреки существованию связей между шизоидной психологией и психотической уязвимостью, меня неоднократно впечатляли высокая креативность, личностная удовлетворённость и социальная ценность шизоидных людей, которые, несмотря на интимное знакомство с тем, что Фрейд называл первичным процессом, никогда не были в группе риска психотического срыва. Множество таких людей работает в искусстве, теоретических науках, философских и духовных дисциплинах. А так же в психоанализе. Гарольд Дэвис (личная беседа) сообщает, что Гарри Гантрип однажды пошутил, что “психоанализ — это профессия шизоидов для шизоидов”. Эмпирические исследования личностей психотерапевтов, проводящиеся в Университете Маккуори в Сиднее, Австралии, (Джудит Хейд, личная беседа) показывают, что хотя основная модальность типа личности среди женщин-терапевтов — депрессивная, среди мужчин-терапевтов преобладают шизоидные черты.

Моё предположение почему это так, включает наблюдение, что высокоорганизованных шизоидных людей не удивляют и не пугают свидетельства существования бессознательного. Из-за интимного и часто непростого знакомства с процессами, находящимися для других вне наблюдения, психоаналитические идеи для них оказываются более доступными и интуитивными, чем для тех, кто проводит годы на кушетке, взламывая психические защиты и получая доступ к скрытым импульсам, фантазиям и чувствам. Шизоидные люди характерологически интроспективны. Им нравится изучать все закоулки и подвалы собственного разума, и в психоанализе они находят множество релевантных метафор для своих открытий, сделанных в этих исследованиях. Кроме того, профессиональная практика психоанализа и психоаналитической терапии предлагает привлекательное решение центрального конфликта близости и дистанции, который довлеет над шизоидной психикой (Wheelis, 1956).

Меня всегда привлекали шизоидные люди. Я обнаружила в последние годы, что большинство моих ближайших друзей могут быть описаны как шизоидные. Моя собственная динамика, больше склоняющаяся к депрессивной и истероидной, сопричастна этому интересу тем способом, о котором я буду рассуждать ниже. Кроме того, меня приятно удивили неожиданные отклики на мою книгу о диагностике (McWilliams, 1994). Обычно читатели выражают благодарность за какую-нибудь главу, оказавшуюся полезной для понимания определённого типа личности, для работы с кем-то из пациентов, или для осмысления их собственной динамики. Но кое-что характерное происходило с главой о шизоидной личности. Несколько раз после лекции или семинара кто-нибудь (часто кто-то из тихо сидевших на задних рядах, поближе к двери) подходил ко мне, стараясь убедиться, что не напугал внезапным приближением, и говорил: «Я просто хотел сказать “спасибо” за главу о шизоидной личности. Вы действительно поняли нас.»

Вдобавок к тому, что эти читатели выражают личную признательность, а не профессиональную, меня поражало использование множественного «нас». Я думаю, не оказываются ли шизоидные люди психически в той же позиции, что и люди, принадлежащие сексуальным меньшинствам. Они чувствительны к риску показаться девиантными, больными или с нарушениями поведения для обладателей обычной психики, просто потому что они действительно меньшинство. Специалисты в области психического здоровья иногда обсуждают шизоидные темы тоном, сходным с тем, который раньше использовался при обсуждении представителей ЛГБТ-сообщества. У нас есть тенденция одновременно и приравнивать динамику к патологии, и обобщать целую группу людей на основе отдельных представителей, искавших лечения болезней, связанных с их идиосинкразической версией психики.

Шизоидный страх стигматизации понятен с учётом того, что люди невольно укрепляют друг друга в предположении, что чаще встречающаяся психология нормальна, а исключения представляют собой психопатологию. Возможно, между людьми существуют заметные внутренние различия, выражающие психодинамические факторы так же как и другие (конституциональные, контекстуальные, различия жизненного опыта), которые в терминах психического здоровья не лучше и не хуже. Склонность людей ранжировать различия по какой-то шкале ценностей имеет глубокие корни и меньшинства относятся к нижним ступенькам таких иерархий.

Хочется ещё раз подчеркнуть значимость слова «нас». Шизоидные люди узнают друг друга. Они чувствуют себя членами того, что один мой друг-затворник назвал «сообщество одиночества». Как гомосексуальные люди, обладающие гейдаром, многие шизоиды могут замечать друг друга в толпе. Я слышала, как они описывают чувство глубокого и эмпатичного родства друг с другом, несмотря на то, что эти сравнительно изолирующиеся люди редко вербализуют эти чувства или приближаются друг к другу, чтобы явно выразить узнавание. Впрочем, начал появляться жанр популярных книг, который нормализует и даже описывает как ценность такие шизоидные темы как сверхчувствительность (Aron, 1996), интроверсию (Laney, 2002) и предпочтение одиночества (Rufus, 2003). Один шизоидный друг рассказывал мне, как шёл по коридору с несколькими сокурсниками на семинар в сопровождении преподавателя, имевшего, по его мнению, сходный тип личности. По пути к классу они прошли мимо фотографии острова Кони, где был изображён пляж в жаркий день, заполненный людьми так плотно, что не было видно песка. Преподаватель поймал взгляд моего друга и, кивнув на фотографию, поморщился, выражая тревогу и желание избежать подобных вещей. Мой друг широко раскрыл глаза и кивнул. Они поняли друг друга без слов. 

Как я определяю шизоидную личность?

Я использую термин «шизоидный» так, как его понимали британские теоретики объектных отношений, а не как он трактуется в DSM (Akhtar, 1992; Doidge, 2001; Gabbard, 1994; Guntrip, 1969). DSM произвольно и без эмпирической основы различает шизоидную и избегающую личность, утверждая, что избегающее расстройство личности включает желание близости несмотря на дистанцирование, в то время как шизоидное расстройство личности выражает безразличие к близости. В то же время я никогда не встречала среди пациентов и других людей кого-то, чьё затворничество не было изначально конфликтным (Kernberg, 1984). Недавняя эмпирическая литература поддерживает это клиническое наблюдение (Shedler & Westen, 2004). Мы существа, ищущие привязанностей. Отстранённость шизоидной личности представляет собой, среди прочего, защитную стратегию избегания гиперстимуляции, травматического посягательства и инвалидизации, и наиболее опытные психоаналитические клиницисты знают, как не принимать это за чистую монету, какую бы тяжесть и чувство неуверенности эта отстранённость не вызывала.

До изобретения нейролептиков, когда первые аналитики работали с психотическими пациентами в больницах наподобие «Chestnut Lodge», сообщалось о множестве случаев возвращения из своей изоляции даже кататонических пациентов, если они чувствовали себя в достаточной безопасности, чтобы снова попытаться наладить контакт с людьми. Знаменитый случай, который я не могу найти в письменных источниках, описывает как Фрида Фромм-Райхманн ежедневно сидела возле пациента с кататонической шизофренией один час в день, изредка делая замечания о том, какими могли бы быть чувства пациента по поводу того, что происходило во дворе. Спустя почти год таких ежедневных встреч, пациент внезапно повернулся к ней и заявил, что не согласен с чем-то, что она сказала несколько месяцев назад.

Психоаналитическое использование термина «шизоидный» происходит от наблюдения расщепления (лат. schizo — расщеплять) между внутренней жизнью и внешне наблюдаемой жизнью шизоидного человека (Laing, 1965). К примеру, шизоидные люди открыто отстранены, в то время как в терапии описывают глубочайшую жажду близости и яркие фантазии о вовлеченной интимности.

Шизоиды выглядят самодостаточными, но в то же время любой, кто хорошо знаком с таким человеком, может подтвердить глубину его эмоциональной нужды. Они могут выглядеть крайне рассеянными, оставаясь при этом тонкими наблюдателями; могут выглядеть полностью не реагирующими и при этом страдать от тонкого уровня сензитивности; могут выглядеть аффективно заторможенными, и в то же время бороться внутри себя с тем, что один из моих шизоидных друзей называет «протоаффект», чувством пугающей затопленности интенсивными эмоциями. Они могут казаться крайне индифферентными к сексу, питаясь сексуализированной, тщательно разработанной фантазийной жизнью, а так же могут поражать других необычной душевной мягкостью, но близкие люди могут узнать, что они вынашивают детальные фантазии о разрушении мира.

Термин «шизоидный» так же мог появиться благодаря тому, что характерные тревоги таких людей включают в себя фрагментацию, размывание, чувство разваливания на части. Они чувствуют себя слишком уязвимыми для бесконтрольного распада самости. Много шизоидных людей описывали мне их способы справиться с чувством опасного разделения себя. Эти способы включают закутывание в плед, раскачивание, медитацию, ношение верхней одежды в помещении, прятки в чулане и другие средства самоуспокоения, которые выдают внутреннюю убеждённость в том, что другие люди скорее разочаровывающие, чем успокаивающие. Тревога поглощения для них более характерна, чем тревога сепарации, и даже самые здоровые из шизоидов могут мучительно переживать психотический ужас, что мир может взорваться, затопить, развалиться на части в любую минуту, не оставив никакой почвы под ногами. Потребность срочно защитить чувство центральной, неприкосновенной самости может быть абсолютной (Elkin, 1972; Eigen, 1973).

Будучи изначально обученной в рамках модели эго-психологии, я обнаружила, что полезно думать о шизоидной личности как об определяемой фундаментальной и привычной опорой на защитный механизм избегания. Избегание может быть более или менее физическим, как у человека, который уходит в пещеру или другую удалённую местность всегда, когда мир оказывается слишком невыносимым для него, либо внутренним, как в случае женщины, которая просто проходит сквозь ежедневную жизнь, в действительности присутствуя только во внутренних фантазиях и заботах. Теоретики объектных отношений подчёркивали присутствие в шизоидных людях центрального конфликта межличностной близости и дистанцирования, конфликт, в котором физическая (не внутренняя) дистанция обычно выигрывает (Fairbairn, 1940; Guntrip, 1969).

В более серьёзно нарушенных шизоидных людях избегание может выглядеть как непрерывное состояние психической недоступности, а у тех, кто более здоров, есть заметные колебания между контактом и разрывом связей. Гантрип (Guntrip, 1969, p. 36), придумал термин «программа “то внутрь, то наружу»” для описания шизоидного паттерна поиска интенсивной аффективной связи с последующей необходимостью дистанцироваться и пересобрать чувство собственного «я», оказавшееся под угрозой из-за такой интенсивности. Этот паттерн может быть особенно заметен в сексуальной сфере, но, по-видимому, относится и к другим проявлениям интимного эмоционального контакта.

Я подозреваю, что одна из причин, почему я нахожу людей с центральной шизоидной динамикой привлекательными, это то, что отстранение — сравнительно “примитивная”, глобальная и всеохватывающая защита (Laughlin, 1979; Vailliant, Bond & Vailliant, 1986), которая может сделать ненужным использование более искажающих, подавляющих и предположительно более «взрослых» защит. Женщина, которая просто уходит, физически или психически, когда она в стрессе, не нуждается в отрицании, смещении, реактивных образованиях или рационализации. Следовательно, аффекты, образы, идеи и импульсы, которые нешизоидные люди скрывают от сознания, легко для неё доступны, делая её эмоционально честной, что поражает меня и, возможно, других, нешизоидных людей, как нечто неожиданное и захватывающе искреннее.

Связанная с защитами характеристика шизоидных людей (из тех, которые можно понимать негативно, как перверсию, либо позитивно, как силу характера) — это безразличие или открытое избегание личного внимания и признания. Хотя они могут желать, чтобы их творческая работа имела влияние, большинство шизоидных людей, которых я знаю, предпочли бы, чтобы их игнорировали, а не чествовали. Потребность в личном пространстве далеко превосходит их интерес в обычной нарциссической подпитке. Коллеги моего покойного мужа, известного среди студентов за оригинальность и яркость, часто огорчались его привычкой публиковать статьи в странных и маргинальных журналах без заметного желания создавать себе широкую репутацию в главном направлении своей области исследований. Слава сама по себе не мотивировала его; быть понятым теми, кто важен для него лично было куда важнее. Когда я сказала шизоидному другу, что я слышала отзывы о нём как о “блестящем, но разочаровывающе отгородившемся ото всех”, он встревожился и спросил “Откуда они взяли “блестящем”?” “Отгородившийся” было нормально, но “блестящий” могло направить кого-то в его сторону.

Как люди становятся шизоидными?

Я писала ранее о возможных причинах возникновения шизоидной динамики (McWilliams, 1994). В этой статье я предпочитаю оставаться на уровне феноменологии, но позвольте мне сделать несколько обобщающих замечаний о сложной этиологии различных вариаций шизоидной личностной организации. Меня очень впечатляет центральный конституционально сензитивный темперамент, заметный с рождения, возможно, обусловленный генетической предрасположенностью, о которой я упоминала ранее. Я думаю, один из результатов этого генетического наследства — такой уровень сензитивности во всех своих негативных и позитивных аспектах (Eigen, 2004), который оказывается куда более сильным и болезненным чем у большинства нешизоидных людей. Эта острая сензитивность манифестирует с рождения, продолжаясь в поведении, которое отвергает жизненный опыт, проживаемый как слишком переполняющий, слишком разрушающий, слишком инвазивный.

Многие шизоидные люди описывали мне своих матерей как одновременно холодных и вторгающихся. Для матери холодность может испытываться, как исходящая от ребёнка. Несколько самодиагностированных шизоидов рассказывали со слов матерей о том, как будучи младенцами они отвергали грудь, а когда их держали или укачивали — отстранялись, как будто перестимулированые. Мой шизоидный друг сказал мне, что его внутренняя метафора вынянчивания — “колонизация”: термин, вызывающий в воображении эксплуатацию невинных людей вторгающейся имперской властью. Связанная с этим образом распространённая тревога отравления, плохого молока и токсичного питания так же часто характеризует шизоидных людей. Одна из моих шизоидных друзей спросила меня во время обеда: “Что такого в этих соломинках? Почему людям нравится пить через соломинку?” “Нужно сосать”, — предположила я. “Фу!” — содрогнулась она.

Шизоиды часто описываются членами семьи как гиперсензитивные и тонкокожие. Дойдж (Doidge, 2001) подчёркивает их “повышенную проницаемость”, чувство того, что они без кожи, отсутствия адекватной защиты от стимулов и отмечает превалирующие картины повреждённой кожи в их фантазийной жизни. После чтения ранней версии этой статьи один шизоидный коллега прокомментировал: “Чувство прикосновения очень важно. Мы одновременно боимся его и хотим.” Ещё в 1949 Бергманн и Эскалона наблюдали, что некоторые дети показывают с рождения обострённую чувствительность к свету, звуку, прикосновению, запахам, движениям и эмоциональному тону. Несколько шизоидов говорили мне, что их любимой сказкой в детстве была “Принцесса на горошине”. Чувство, что они легко будут перегружены инвазивными другими, часто выражается в ужасе затопления, страхах пауков, змей и других пожирателей и, вслед за Э.А. По, страхе быть погребённым заживо.

Их адаптация к миру, который гиперстимулирует и приводит к агонии, усложняется ещё и опытом отвержения и токсичности значимых других. Большинство моих шизоидных пациентов вспоминают, что их разгневанные родители говорили им, что они “чересчур чувствительные”, “невыносимые”, “слишком разборчивые”, что они “делают из мухи слона”. Таким образом их болезненный опыт постоянно отвергался теми, кто должен был о них позаботиться, и кто из-за своего отличающегося темперамента не мог идентифицироваться с острой сензитивностью своего ребёнка и часто относился к нему нетерпеливо, озлобленно и даже презрительно. Наблюдения Хана (Khan, 1963) о том, что шизоидные дети демонстрируют эффект “куммулятивной травмы” — один из способов обозначить это повторяющееся отвержение. Легко видеть, как уход становится предпочтительным способом адаптации: внешний мир чересчур давит, опыт аннулируется, от шизоидного ребёнка требуется поведение, которое мучительно сложно и к нему относятся как к сумасшедшему за то, что он реагирует на мир способом, который не может контролировать.

Ссылаясь на работу Фейрберна, Дойдж (Doidge, 2001), в восхитительном анализе шизоидных проблем из фильма “Английский пациент”, суммирует сложности детства шизоидного человека:

Дети … развивают интернализированное представление о дающем надежду, но отвергающем родителе … к которому они отчаянно привязаны. Такие родители часто неспособны к любви или слишком заняты собственными проблемами. Их дети награждаются, когда не требуют ничего, и обесцениваются и высмеиваются за выражение зависимости и потребности в привязанности . Таким образом детская картина “хорошего” поведения искажена. Ребёнок учится никогда не требовать и даже не желать любви, потому что это делает родителя более отдалённым и строгим. Ребёнок затем может прикрывать чувства одиночества, пустоты и того, что над ним насмехаются, фантазиями (часто бессознательными) о своей самодостаточности. Фейрберн утверждал, что трагедия шизоидного ребёнка в том, что … он верит, что деструктивная сила внутри него — это любовь, а не ненависть. Любовь пожирает. Следовательно, главная деятельность психики шизоидного ребёнка — в том чтобы подавить нормальное желание быть любимым. 

Описывая цетральную проблему такого ребёнка, Зейнфельд (1993) пишет, что шизоид имеет “переполняющую потребность в зависимости от объекта, но это угрожает потерей себя”. Этот внутренний конфликт, тщательно изученный во множестве вариантов, является центром психоаналитического понимания структуры шизоидной личности.

Некоторые редко описанные аспекты шизоидной психики

1. Реакции на потерю и сепарацию

Нешизоидные люди, среди которых, по-видимому, авторы DSM и многих других описательных психиатрических традиций, часто заключают, что шизоиды неспособны сильно привязываться к другим и не реагируют на сепарацию, поскольку решают проблему близости/дистанции в пользу дистанцирования, и кажутся цветущими, находясь в одиночестве. Однако, они могут иметь очень сильные привязанности. Те привязанности, которые у них есть, могут быть инвестированы сильнее, чем у людей с более “анаклитической” психикой. Поскольку шизоидные люди чувствуют себя в безопасности с очень небольшим числом других, любая угроза или реальная потеря связей с людьми, с которыми они действительно чувствуют себя комфортно, может быть опустошающей. Если в мире всего три человека, кто тебя по-настоящему знает, и один из них исчез — значит, исчезла треть всей поддержки.

Частая причина поисков психотерапии у шизоидной личности — утрата. Другой, связанной причиной, является одиночество. Как отмечала Фромм-Райхманн (1959/1990), одиночество — это болезненное эмоциональное переживание, которое остаётся странно неисследованным в профессиональной литературе. Факт того, что шизоидные люди регулярно отстраняются и ищут уединения — не свидетельство их иммунности к нему; не более, чем избегание аффекта обсессивной личностью — свидетельство безразличия к сильным эмоциям, или цепляние депрессивного человека — свидетельство нежелания автономии. Шизоиды могут искать терапию, потому что, как пишет Гантрип (Guntrip,1969), они отдалились от значимых отношений так сильно, что чувствуют себя обессиленными, бесплодными и внутренне мёртвыми. Или приходят в терапию с конкретной целью: пойти на свидание, стать более социальными, начать или улучшить сексуальные отношения, победить то, что другие называют в них “социофобией”.

2. Чувствительность к неосознаваемым чувствам других

Возможно, из-за того, что они сами не защищены от нюансов собственных первичных мыслей, чувств и импульсов, шизоиды могут быть удивительно сонастроены с бессознательными процессами других. То, что очевидно для них, часто остаётся невидимым для менее шизоидных людей. Иногда я думала, что веду себя совершенно непринуждённо и вполне обыкновенно, при этом обнаруживая, что шизоидные друзья или пациенты интересуются о моём “обычном” душевном состоянии. В моей книге о психотерапии (McWilliams, 2004), я рассказываю историю о шизоидной пациентке, женщине, у которой самые яркие привязанности были по отношению к животным, кто единственная из моих пациентов заметила, что меня что-то беспокоит в неделю после того, как мне диагностировали рак груди и я пыталась сохранить этот факт в тайне, ожидая дальнейших медицинских процедур. Другая шизоидная пациентка однажды пришла на сессию вечером, когда я ожидала провести выходные со старым другом, взглянула на меня, пока я садилась на своё место, думая, что двигаюсь совершенно обычно, оставаясь в профессиональной рамке, и шутливо сказала мне: “Ну, сегодня мы такие счастливые!”

Одно редко замечаемое затруднение, в которое постоянно оказываются втянуты межличностно сензитивные шизоиды — это социальные ситуации, в которых они воспринимают происходящее на невербальном уровне лучше, чем другие. Шизоиды, скорее всего, усвоили из болезненной истории родительского пренебрежения и своих социальных оплошностей, что некоторые вещи, которые он или она наблюдают, очевидны всем, а некоторые — однозначно невидимы. И поскольку все скрытые процессы могут быть одинаково видимы для шизоида, ему невозможно понять, о чём говорить социально приемлемо, а что незамечено или неприлично иметь в виду. Таким образом, некоторая часть ухода шизоидной личности может представлять собой не столько автоматический защитный механизм, сколько сознательное решение, что осторожность — лучшая часть отваги.

Такая ситуация неизбежно болезненна для шизоидного человека. Если в комнату пробрался метафорический невидимый слон, он или она начнёт задаваться вопросом о смысле разговора перед лицом такого молчаливого отрицания. Поскольку шизоиду свойственен недостаток подавляющих защит, им сложно понять такие защиты в других людях, и они остаются наедине с вопросом “Как мне включиться в разговор, не показав виду, что я знаю правду?” Может быть параноидная грань этого опыта невысказанности: возможно, другие прекрасно знают про слона и сговорились не упоминать о нём. Какую опасность они ощущают, которой не ощущаю я? Или они искренне не видят слона, и в таком случае, их наивность или неведение могут быть одинаково опасными. Керри Гордон (Gordon, неопубликованная статья) замечает, что шизоидная личность живёт в мире возможного, а не вероятного. Как и со всеми паттернами, которые повторяют какую-то тему вновь и вновь, имея свойство самосбывающегося пророчества, шизоидный уход одновременно повышает тенденцию жить в первичном процессе и создаёт ещё больший уход из-за агрессивных обстоятельств невероятно интимного проживания в реальности, где первичные процессы ясно видны.

3. Единство с вселенной

Шизоидные личности часто бывают охарактеризованы как имеющие защитные фантазии всемогущества. К примеру, Додж (Doidge, 2001) упоминает на первый взгляд сотрудничающего пациента, который “раскрыл уже глубоко в терапии, что у него всегда была всемогущая фантазия о том, что он контролировал всё, что я говорил”. Однако, шизоидное чувство всемогущества критически отличается от такового у нарциссической, психопатической, параноидной или обсессивной личности. Вместо того, чтобы инвестировать в грандиозную самопрезентацию, или поддерживать защитное стремление к контролю, шизоидные люди имеют тенденцию чувствовать глубокую и взаимопроникающую связь со своим окружением. Они могут допускать, к примеру, что их мысли влияют на их окружение, так же как окружение влияет на их мысли. Это скорее органичное, синтонное убеждение, чем исполняющая желание защита (Khan, 1966). Гордон (неопубликованная статья) охарактеризовал этот опыт скорее как “вездесущность”, чем всемогущество, и связывает это с понятием симметричной логики Матте-Бланко (Matte-Blanco,1975).

Это чувство связи со всеми аспектами окружения может включать в себя одушевление неодушевлённого. Эйнштейн, к примеру, подходил к пониманию физики вселенной, идентифицируясь с элементарными частицами и размышляя о мире с их точки зрения. Тенденция чувствовать сродство с вещами понимается как последствия отвержения других людей, но она так же может быть неподавленным доступом к анимистской позиции, которая всплывает лишь в сновидениях или смутных воспоминаниях того, как мы думали в детстве. Однажды, когда мы с подругой ели кексы, она прокомментировала: “Хорошо, что этот изюм меня не беспокоит.” Я спросила, что не так с изюмом: “Тебе не нравится вкус?” Она улыбнулась: “Как ты не понимаешь, изюмины могли бы быть мухами!” Коллега, с которой я поделилась этой историей, вспомнила, что её муж, которого она признаёт шизоидным, не любит изюм по другой причине: “Он говорит, изюмины прячутся”.

4. Шизоидно-истероидный роман

Выше я упоминала о том, что меня привлекают люди с шизоидной психологией. Когда я думаю об этом феномене и вижу частоту с которой гетеросексуальные женщины с истероидной динамикой вовлекаются в отношения с мужчинами, имеющими шизоидные черты, я обнаруживаю, что в добавок к обезоруживающей честности шизоидных людей, есть и динамические причины для такого резонанса. Клинические описания изобилуют описаниями истероидно-шизоидных пар, их недопониманий, проблем приближающегося и отдаляющегося партнёров, неспособности каждой стороны увидеть, что партнёр не могущественный и требовательный, а испуганный и нуждающийся. Но, несмотря на наши недавние признания интерперсональных процессов двух человек, удивительно мало профессиональных работ об интерсубъективных последствиях специфических и контрастирующих личностных особенностей. Рассказ Аллена Уилиса “Мужчина, лишённый иллюзий, и мечтательная дева” (“The Illusionless Man and the Visionary Maid”, 1966/2000) и классическое определение окнофила и филобата Балинта (Balint, 1945) — кажутся мне более релевантными для шизоидно-истероидной химии, чем любые недавние клинические описания.

Взаимное восхищение между более истероидной и более шизоидной личностями редко одинаково. В то время, как истероидно организованная женщина идеализирует способность шизоидного мужчины быть одиноким, “говорить истину сильным мира сего”, контейнировать аффект, подниматься на уровни креативного воображения, о которых она может только мечтать, шизоидный мужчина восхищается её теплотой, комфортом с другими, эмпатичностью, изяществом в выражении эмоций без неуклюжести или стыда, способностью выражать собственную креативность в отношениях. С той же силой, с которой противоположности притягиваются, а истероидные и шизоидные люди идеализируют друг друга — затем они сводят друг друга с ума, когда их взаимные потребности в близости и дистанции сталкиваются в конфликте. Дойдж (Doidge, 2001) удачно сравнивает любовные отношения с шизоидным человеком с судебной тяжбой.

Я думаю, что сходство между этими типами личности идёт гораздо дальше. И шизоидную и истероидную психологии можно описать как гиперсензитивные и поглощённые страхом чрезмерной стимуляции. В то время как шизоидная личность боится оказаться чрезмерно стимулированной внешними источниками, истероидный человек чувствует страх перед драйвами, импульсами, аффектами и другими внутренними состояниями. Оба типа личности так же описываются как связанные с кумулятивной или резкой травматизацией. Оба почти наверняка более право- чем левополушарные. И шизоидные мужчины и истероидные женщины (по крайней мере относящие себя к гетеросексуалам — мой клинический опыт недостаточен, чтобы обобщать на другие случаи) имеют тенденцию видеть родителя противоположного пола как центр власти в семье и оба чувствуют, что в их психическую жизнь слишком легко вторгался именно этот родитель. Оба они страдают от поглощающего чувства голода, который шизоидная личность пытается укротить, а истероидная — сексуализировать. Если я права, описывая эти сходства, тогда часть магии между шизоидной и истероидной личностью основана на сходстве, а не на различии. Артур Роббинс (личная беседа) идёт так далеко, что заявляет, что внутри шизоидной личности находится истероидная и наоборот. Исследование этой идеи — материал для отдельной статьи, которую я надеюсь написать в будущем.

Терапевтические последствия

Люди с заметной шизоидной динамикой, по крайней мере те, кто находится на здоровом краю, более витальные и межличностно компетентные, имеют тенденцию привлекаться в психоанализ и психоаналитическую терапию. Обычно они не могут себе представить, как можно согласиться в терапии на протокольные интервенции, опускающие индивидуальность и исследование внутренней жизни на второстепенные роли. Если у них есть ресурс выдерживать терапевтическую работу, то высоко функционирующие шизоидные люди — отличные кандидаты для психоанализа. Им нравится факт того, что аналитик сравнительно мало прерывает их ассоциативный процесс, они наслаждаются безопасным пространством, предоставляемым кушеткой, им нравится быть свободными от потенциальной гиперстимуляции материальностью терапевта и от его выражений лица. Даже приходя раз в неделю в сеттинге лицом к лицу, шизоидные пациенты оказываются благодарными, когда терапевт осторожно избегает преждевременного сближения и вторжения. Поскольку они “понимают” первичный процесс и знают, что обучение терапевта включает в себя понимание этого процесса, они могут надеяться, что их внутренняя жизнь не вызовет шока, критики или обесценивания.

Несмотря на то, что большинство высокофункциональных шизоидных пациентов принимают и ценят традиционную аналитическую практику, то, что происходит в успешном лечении таких пациентов не очень хорошо отражено в классической фрейдовской формулировке перевода бессознательного в сознательное. Хотя некоторые бессознательные аспекты шизоидного опыта, особенно стремление к зависимости, вызывающее защитное отстранение, действительно становятся более сознательными в успешной терапии, большая часть того, что обеспечивает терапевтическую трансформацию, включает новый опыт развития самости в присутствии принимающего, невторгающегося и в то же время выраженно откликающегося другого (Gordon, неопубликованная статья). Знаменитый голод шизоидной личности, в моём опыте, это голод по узнаванию, о котором так выразительно писал Бенджамин (Benjamin, 2000), узнаванию их субъективной жизни. Именно способность вкладываться в борьбу за то, чтобы быть узнанными и восстанавливать этот процесс, когда он нарушается — то, что было ранено глубже всего у тех из них, кто приходит к нам за помощью.

Винникотт, чьи биографы (Kahr, 1996; Phillips, 1989; Rodman, 2003) описывают его, как глубоко шизоидного человека, описал развитие младенца на языке, который прямо применим для лечения шизоидного пациента. Его концепция заботящегося другого, который позволяет ребёнку “продолжать бытие” и “оставаться в одиночестве в присутствии матери” не может быть более релевантной. Принятие важности поддерживающего окружения, характеризуемого невторгающимися другими, ценящими истинную витальную самость, вместо попыток следовать защитным механизмам других, может быть рецептом для психоаналитической работы с шизоидными пациентами. До тех пор, пока нарциссизм психоаналитика не выражает себя в необходимости заваливать анализанда интерпретациями, классическая аналитическая практика даёт шизоидной личности пространство чувствовать и говорить в темпе, который он может выдержать.

Тем не менее, в клинической литературе уделено внимание к особым потребностям шизоидных пациентов, которые нуждаются в чём-то, идущем дальше стандартной техники. Во-первых, поскольку говорить искренне может быть невыносимо болезненным для шизоидного человека, а получать ответ с эмоциональной непосредственностью может быть сравнительно подавляющим, терапевтические отношения могут быть расширены промежуточными способами передачи чувств. Одна из моих пациенток, которой приходилось бороться каждую сессию чтобы просто заговорить, в конце концов позвонила мне по телефону в слезах. “Я хочу, чтобы вы знали, что я хочу говорить с вами” — сказала она, — “но это слишком больно”. В конце концов мы смогли добиться терапевтического прогресса довольно нестандартным способом — я зачитывала ей доступную и наименее уничижительную психоаналитическую литературу по шизоидной психологии и спрашивала, подходят ли приведённые описания к её опыту. Я надеялась освободить её от агонии формулирования и придания голоса чувствам, которые она считала непереносимыми для других и которые она считала симптомами глубокого уединённого сумасшествия. Она сообщила, что впервые в жизни узнала о существовании других, таких же как она, людей.

Шизоидный пациент, который напрямую не может описывать мучительную изоляцию, может говорить о таком состоянии сознания, если оно появляется в фильме, поэме или рассказе. Эмпатические терапевты, работающие с шизоидными клиентами, часто обнаруживают себя либо начавшими разговор, либо отвечающими на разговор о музыке, изобразительных искусствах, театре, литературных метафорах, антропологических открытиях, исторических событиях или идеях религиозных и мистических мыслителей. По контрасту с обсессивными пациентами, которые избегают эмоций путём интеллектуализации, шизоидные пациенты могут найти возможным выражать аффект, как только у них есть интеллектуальное средство с помощью которого можно это сделать. Из-за такого транзитного способа, арт-терапия долго считалась особенно подходящей для этих пациентов.

Во-вторых, сензитивные клиницисты отмечают, что шизоидные люди обладают “радаром” для распознавания избегания, наигранности и фальши. Из-за этой и других причин, терапевту может быть необходимо быть более “реальным” с ними в терапии. В отличие от анализандов, которые с готовностью эксплуатируют информацию о терапевте для обслуживания своих интрузивных потребностей, или наполнения идеализации и обесценивания, шизоидные пациенты имеют склонность принимать раскрытие терапевта с благодарностью и продолжают уважать его частное личное пространство. Пациент из Израиля, пишущий под псевдонимом, отмечает:

люди с шизоидной личностью … имеют тенденцию чувствовать себя более комфортно с теми, кто остаётся в контакте с собой, кто не боится раскрывать свои слабости и выглядеть простыми смертными. Я ссылаюсь на атмосферу неформальную и расслабенную, где принимается, что люди ошибаются, могут потерять контроль, вести себя по-детски или даже неприемлемо. В таких условиях человек, который очень сензитивен по природе, может быть более открытым и тратить меньше энергии на то, чтобы прятать своё отличие от других” (“Mitmodedet”, 2002).

Роббинс (Robbins, 1991) в описании случая, иллюстрирующего одновременно его сензитивность к связывающим темам и осведомлённость о нужде пациента в том, чтобы терапевт был реален, описывает шизоидную женщину, пришедшую к нему опустошённой из-за внезапной смерти её аналитика и ещё неспособной говорить о её боли. Фантазия, которую она пробудила в нём — незнакомец на одиноком острове, одновременно удовлетворённый и молящий о спасении, — выглядела потенциально слишком пугающей, чтобы делиться ею. Терапия начала углубляться, когда на сеансе речь зашла о тривиальной теме: “Однажды она вошла и упомянула, что только что перекусила в ближайшей пиццерии … Мы начали говорить о разных пиццериях в Вест Сайде, оба согласились, что “Sal” — лучшая. Мы продолжали делиться этим общим интересом, теперь продолжив говорить о пиццериях во всём Манхэттене. Мы обменивались информацией и, похоже, получали взаимное удовольствие в таком обмене. Определённо, сильное отступление от стандартной аналитической процедуры. На более тонком уровне, мы оба начали узнавать что-то очень важное о другом, хотя я подозреваю, что её знание в большой степени осталось неосознанным. Мы оба знали, что означало есть на бегу, будучи голодным перехватить что-то, заполняющее невыразимую чёрную дыру, в лучшем случае бывшее всего лишь паллиативом для неутолимого голода. Этот голод, конечно, хранился при себе, для тех, кто мог вынести интенсивность такого хищничества. … Разговоры о пицце стали нашим мостом для объединения, воспроизведением общей связи, которая в конце концов стала начальной точкой для придания формы настоящему и прошлому пациентки. Наш контакт через пиццу послужил убежищем, местом, где она почувствовала себя понятой”.

Одна из причин того, что раскрытие личного опыта терапевта катализирует терапию с шизоидным пациентом в том, что даже больше чем другие люди, эти пациенты нуждаются в том, чтобы их субъективный опыт был узнан и принят. Подтверждение чувств успокаивающе для них, а “голая” интерпретация, как бы аккуратна она ни была, может не справиться с передачей идеи о том, что проинтерпретированный материал — нечто обыкновенное и даже в чём-то позитивное. Я знаю многих людей, проведших годы в анализе и вынесших детальное понимание их основной психодинамики и в то же время оставшихся с чувством, что их самораскрытия были скорее постыдными признаниями, чем выражением их базовой человечности во всей своей нормальной порочности и добродетели. Способность аналитика быть “реальным” — иметь недостатки, быть неправым, сумасшедшим, неуверенным, борющимся, живым, взволнованным, аутентичным — это возможный путь содействия самопринятию шизоидной личности. Вот почему я считаю саркастичное высказывание моего друга “Ну да, кому вы рассказываете!” (реакция на его собственные тревоги о потере разума) — как одновременно типично психоаналитическое и глубоко эмпатичное.

Наконец, есть опасность, что когда шизоидному пациенту станет комфортнее раскрываться в терапии, он сделает профессиональные отношения суррогатом для удовлетворения потребностей в общении, вместо поисков отношений вне аналитического кабинета. Многие терапевты работали с шизоидным пациентом месяцы и годы, чувствуя возрастающую благодарность за их вовлечённость, перед тем как вспомнить, с потрясением, что человек изначально пришёл, потому что хотел развить интимные отношения, которые до сих пор так и не начались, и нет никаких признаков их начала. Поскольку грань между тем, чтобы быть вдохновляющим и занудно пилящим может быть тонка, это сложное искусство поощрить пациента, не вызвав в нём чувств вашей нетерпеливости и критицизма, как было с его ранними объектами. И когда терапевт неизбежно проваливается в том, чтобы восприниматься по-другому, необходима дисциплина и терпение, чтобы контейнировать боль и яростное возмущение по поводу того, что шизоид снова чувствует себя втянутым в токсичную зависимость.

Заключительные комментарии

В этой статье я обнаружила, что чувствую себя как посланник сообщества, которое предпочитает не вовлекать себя в публичные отношения. Интересно то, какие аспекты психоаналитического мышления входят в публичную профессиональную сферу как есть, а какие аспекты остаются сравнительно скрытыми. По своим заслугам, работа Гантрипа должна была сделать для шизоидной психологии то же, что Фрейд сделал для эдипального комплекса или Кохут для нарциссизма; то есть, выявить её присутствие во многих областях и дестигматизировать наше отношение к ней. И всё же даже некоторые опытные психоаналитические терапевты незнакомы с темой или безразличны к аналитическому размышлению о шизоидной субъективности. Я предполагаю, что по объективным причинам ни один автор, понимающий шизоидную психологию изнутри, не имеет побуждения, которое имели Фрейд и Кохут, чтобы начать агитировать за универсальность темы, которая распространяется на их собственную субъективность.

Я так же задаюсь вопросом, нет ли здесь более широкого параллельного процесса, в таком отсутствии общего интереса к психоаналитическому знанию о шизоидных проблемах. Джордж Атвуд однажды сказал мне, что сомнения в существовании множественной личности (диссоциативное расстройство личности) поразительно соответствует продолжающейся стихийной внутренней борьбе травмированной личности, которая развила диссоциативную психологию: “Я помню это правильно, или я только придумываю это? Это действительно произошло или я воображаю это?” Как если бы сообщество профессиональных психотерапевтов как целое, в своей дихотомической позиции по поводу того, действительно ли существуют диссоциативные личности или нет, оказывается захвачено обширным неосознаваемым контрпереносом, который отражает борьбу пациентов. Сходно с этим, мы можем задаваться вопросом, не является ли наша маргинализация шизоидного опыта отражением внутренних процессов, которые держат шизоидных людей на окраинах нашего общества.

Я думаю, что мы в психоаналитическом сообществе одновременно понимаем и не понимаем шизоидную личность. Мы посвящены в блестящие работы о природе шизоидной динамики, но сходно с тем, как это бывает в психотерапии при инсайте без принятия себя, открытия наиболее бесстрашных исследователей этой области слишком часто были переведены в рамки патологии. Многие пациенты, приходящие к нам в поисках помощи, действительно имеют патологические версии шизоидной динамики. Другие, включая бесчисленных шизоидов, которые никогда не чувствовали потребности в психиатрическом лечении, представляют высокоадаптивные версии сходной динамики. В этой статье я исследую отличия шизоидной психологии от других форм “я” и подчеркиваю, что это отличие не является по своей природе худшим или лучшим, не более или менее зрелым, ни приостановкой, ни достижением развития. Это просто то, чем данная психология является, и ей необходимо быть принятой такой, какая она есть.

Благодарности

Автор благодарит George Atwood, Michael Eigen, Kerry Gordon, Ellen Kent, Sarah Liebman, Arthur Robbins, Deborah Thomas, и покойного Wilson Carey McWilliams за их вклад в написание этой статьи.

 

Перевод с английского М.А. Исаевой.

 

Some Thoughts about Schizoid Dynamics

Annotation

The article is devoted to schizoid psychodynamics and the principles of psychoanalytic psychotherapy of schizoid personality disorder.

Keywords: schizoid personality disorder, schizoid psychodynamics, psychoanalytic psychotherapy, psychoanalysis.

Шизоидное расстройство личности — Симптомы и причины

Обзор

Шизоидное расстройство личности — это необычное состояние, при котором люди избегают социальной активности и постоянно уклоняются от взаимодействия с другими. У них также есть ограниченный диапазон эмоционального выражения.

Если у вас шизоидное расстройство личности, вас могут считать одиночкой или пренебрежительным отношением к другим, и вам может не хватать желания или навыков для установления близких личных отношений.Поскольку вы не склонны проявлять эмоции, вам может казаться, что вы не заботитесь о других или о том, что происходит вокруг вас.

Причина шизоидного расстройства личности неизвестна. Разговорная терапия и, в некоторых случаях, лекарства могут помочь.

Продукты и услуги

Показать больше продуктов от Mayo Clinic

Симптомы

Если у вас шизоидное расстройство личности, вероятно, вы:

  • Предпочитаю побыть одному и решаю заниматься делами в одиночестве
  • Не хочу или не наслаждаюсь близкими отношениями
  • Не чувствую желания сексуальных отношений
  • Ощущение, будто вы не можете испытать удовольствие
  • Имеют трудности с выражением эмоций и адекватной реакцией на ситуации
  • Может показаться другим без юмора, равнодушным или эмоционально холодным
  • Может показаться, что не хватает мотивации и целей
  • Не реагировать на похвалу или критические замечания других людей

Шизоидное расстройство личности обычно начинается в раннем взрослом возрасте, хотя некоторые особенности могут быть заметны в детстве.Эти функции могут вызвать у вас проблемы с обучением в школе, на работе, в обществе или в других сферах жизни. Однако вы можете достаточно хорошо выполнять свою работу, если в основном работаете в одиночку.

Шизотипическое расстройство личности и шизофрения

Шизоидное расстройство личности, хотя и является другим расстройством, может иметь некоторые симптомы, схожие с шизотипическим расстройством личности и шизофренией, например сильно ограниченную способность устанавливать социальные связи и отсутствие эмоционального выражения.Людей с этими расстройствами можно рассматривать как странных или эксцентричных.

Несмотря на то, что имена могут звучать похоже, в отличие от шизотипического расстройства личности и шизофрении, люди с шизоидным расстройством личности:

  • Находятся в контакте с реальностью, поэтому вряд ли испытают паранойю или галлюцинации
  • Разумные, когда они говорят (хотя тон может быть не слишком живым), чтобы у них не было разговорных шаблонов, которые были бы странными и которые трудно усвоить
Когда обращаться к врачу

Люди с шизоидным расстройством личности обычно обращаются за лечением только от связанной проблемы, например депрессии.

Если кто-то из ваших близких посоветовал вам обратиться за помощью по поводу симптомов, общих для шизоидного расстройства личности, запишитесь на прием к врачу или специалисту в области психического здоровья.

Если вы подозреваете, что у близкого человека шизоидное расстройство личности, мягко предложите ему обратиться за медицинской помощью. Было бы полезно предложить пойти на первую встречу.

Причины

Личность — это сочетание мыслей, эмоций и поведения, которое делает вас уникальным.Это то, как вы смотрите, понимаете и относитесь к внешнему миру, а также то, как вы видите себя. Личность формируется в детстве благодаря взаимодействию унаследованных тенденций и факторов окружающей среды.

При нормальном развитии дети со временем учатся точно интерпретировать социальные сигналы и соответствующим образом реагировать. Причины развития шизоидного расстройства личности неизвестны, хотя сочетание генетических факторов и факторов окружающей среды, особенно в раннем детстве, может играть роль в развитии расстройства.

Факторы риска

Факторы, повышающие риск развития шизоидного расстройства личности, включают:

  • Наличие родителя или другого родственника, страдающего шизоидным расстройством личности, шизотипическим расстройством личности или шизофренией
  • Родитель был холодным, пренебрежительным или невосприимчивым к эмоциональным потребностям

Осложнения

Люди с шизоидным расстройством личности подвергаются повышенному риску:

  • Развивающееся шизотипическое расстройство личности, шизофрения или другое бредовое расстройство
  • Другие расстройства личности
  • Большая депрессия
  • Тревожные расстройства

Авг.17, 2017

Симптомы, причины и методы лечения шизоидного расстройства личности

Что такое расстройства личности?

Люди с расстройствами личности имеют давние модели мышления и действий, которые отличаются от того, что общество считает обычным или нормальным. Негибкость их личности может вызвать сильные страдания и мешать работе во многих сферах жизни, в том числе в социальной сфере и на работе. Люди с расстройствами личности, как правило, также плохо справляются с ситуацией и с трудом выстраивают здоровые отношения.

В отличие от людей с тревожными расстройствами, которые знают, что у них есть проблема, но не могут ее контролировать, люди с расстройствами личности часто не осознают, что у них есть проблема, и не верят, что им есть что контролировать. Поскольку они часто не верят, что у них есть расстройство, люди с расстройствами личности часто не обращаются за лечением.

Что такое шизоидное расстройство личности?

Шизоидное расстройство личности — одно из группы состояний, называемых «кластером А» или эксцентрическими расстройствами личности.Люди с этими расстройствами часто кажутся странными или необычными. Люди с шизоидным расстройством личности также склонны быть отстраненными, отстраненными и безразличными к социальным отношениям. Как правило, это одиночки, которые предпочитают уединенные занятия и редко выражают сильные эмоции. Хотя их имена звучат одинаково и у них могут быть похожие симптомы, шизоидное расстройство личности — это не то же самое, что шизофрения. Многие люди с шизоидным расстройством личности могут нормально функционировать, хотя они, как правило, выбирают такую ​​работу, которая позволяет им работать в одиночку, например, сотрудники службы безопасности в ночное время, библиотекари или сотрудники лабораторий.

Каковы симптомы шизоидного расстройства личности?

Люди с шизоидным расстройством личности часто ведут затворничество, организуя свою жизнь так, чтобы избегать контактов с другими людьми. Многие никогда не женятся или могут продолжать жить со своими родителями, став взрослыми. Другие общие черты людей с этим расстройством включают следующее:

  • Они не хотят и не поддерживают близких отношений даже с членами семьи.
  • Они выбирают уединенную работу и занятия.
  • Они получают удовольствие от немногих занятий, в том числе от секса.
  • У них нет близких друзей, кроме родственников первой степени родства.
  • Им сложно общаться с другими людьми.
  • Они равнодушны к похвале и критике.
  • Они отстранены и не проявляют особых эмоций.
  • Они могут мечтать и / или создавать яркие фантазии о сложной внутренней жизни.

Насколько распространено шизоидное расстройство личности?

Трудно точно оценить распространенность этого расстройства, потому что люди с шизоидным расстройством личности редко обращаются за лечением.Шизоидное расстройство личности чаще поражает мужчин, чем женщин, и чаще встречается у людей, у которых есть близкие родственники, больные шизофренией.

Шизоидное расстройство личности обычно начинается в позднем подростковом или раннем взрослом возрасте.

Что вызывает шизоидное расстройство личности?

Мало что известно о причине шизоидного расстройства личности, но предполагается, что в этом играют роль и генетика, и окружающая среда. Некоторые специалисты в области психического здоровья предполагают, что мрачное детство, в котором отсутствовали тепло и эмоции, способствует развитию расстройства.Более высокий риск шизоидного расстройства личности в семьях шизофреников предполагает, что генетическая предрасположенность к этому расстройству может передаваться по наследству.

Как диагностируется шизоидное расстройство личности?

Если присутствуют симптомы этого расстройства личности, врач начнет обследование с составления полной истории болезни и, возможно, медицинского осмотра. Хотя лабораторных тестов для диагностики расстройств личности не существует, врач может использовать различные диагностические тесты, чтобы исключить физическое заболевание как причину симптомов.

Если врач не обнаружит физической причины появления симптомов, он может направить человека к психиатру или психологу, специалистам в области здравоохранения, которые имеют специальную подготовку для диагностики и лечения психических заболеваний. Психиатры и психологи используют специально разработанные инструменты интервью и оценки, чтобы оценить человека на предмет расстройства личности.

Как лечится шизоидное расстройство личности?

Люди с этим расстройством личности редко обращаются за лечением, потому что их мысли и поведение обычно не вызывают у них беспокойства.При обращении за лечением наиболее часто используется психотерапия — форма консультирования. Скорее всего, лечение будет сосредоточено на повышении общих навыков преодоления трудностей, а также на улучшении социального взаимодействия, общения и самооценки. Поскольку доверие является важным компонентом терапии, лечение может быть сложной задачей для терапевта, потому что людям с шизоидным расстройством личности сложно выстраивать отношения с другими людьми. Обучение социальным навыкам также может быть важным компонентом лечения.

Лекарства обычно не используются для лечения самого шизоидного расстройства личности. Однако лекарства могут быть прописаны, если человек также страдает связанной психологической проблемой, такой как депрессия.

Каковы осложнения шизоидного расстройства личности?

Отсутствие социального взаимодействия — главное осложнение шизоидного расстройства личности. Люди с этим расстройством личности редко бывают агрессивными, поскольку предпочитают не взаимодействовать с людьми. Сопутствующие состояния, такие как расстройства настроения, тревожные расстройства и другие расстройства личности, также могут быть более распространенными, чем в общей популяции.

Каковы перспективы для людей с шизоидным расстройством личности?

Хотя некоторые из их поведения могут быть странными, люди с шизоидным расстройством личности, как правило, способны функционировать в повседневной жизни. Однако они могут не формировать значимых отношений или иметь собственные семьи. Исследования показали, что иногда они могут испытывать социальную, финансовую и трудовую инвалидность.

Можно ли предотвратить шизоидное расстройство личности?

Не существует известного способа предотвратить шизоидное расстройство личности.

Симптомы, причины и методы лечения шизоидного расстройства личности

Что такое расстройства личности?

Люди с расстройствами личности имеют давние модели мышления и действий, которые отличаются от того, что общество считает обычным или нормальным. Негибкость их личности может вызвать сильные страдания и мешать работе во многих сферах жизни, в том числе в социальной сфере и на работе. Люди с расстройствами личности, как правило, также плохо справляются с ситуацией и с трудом выстраивают здоровые отношения.

В отличие от людей с тревожными расстройствами, которые знают, что у них есть проблема, но не могут ее контролировать, люди с расстройствами личности часто не осознают, что у них есть проблема, и не верят, что им есть что контролировать. Поскольку они часто не верят, что у них есть расстройство, люди с расстройствами личности часто не обращаются за лечением.

Что такое шизоидное расстройство личности?

Шизоидное расстройство личности — одно из группы состояний, называемых «кластером А» или эксцентрическими расстройствами личности.Люди с этими расстройствами часто кажутся странными или необычными. Люди с шизоидным расстройством личности также склонны быть отстраненными, отстраненными и безразличными к социальным отношениям. Как правило, это одиночки, которые предпочитают уединенные занятия и редко выражают сильные эмоции. Хотя их имена звучат одинаково и у них могут быть похожие симптомы, шизоидное расстройство личности — это не то же самое, что шизофрения. Многие люди с шизоидным расстройством личности могут нормально функционировать, хотя они, как правило, выбирают такую ​​работу, которая позволяет им работать в одиночку, например, сотрудники службы безопасности в ночное время, библиотекари или сотрудники лабораторий.

Каковы симптомы шизоидного расстройства личности?

Люди с шизоидным расстройством личности часто ведут затворничество, организуя свою жизнь так, чтобы избегать контактов с другими людьми. Многие никогда не женятся или могут продолжать жить со своими родителями, став взрослыми. Другие общие черты людей с этим расстройством включают следующее:

  • Они не хотят и не поддерживают близких отношений даже с членами семьи.
  • Они выбирают уединенную работу и занятия.
  • Они получают удовольствие от немногих занятий, в том числе от секса.
  • У них нет близких друзей, кроме родственников первой степени родства.
  • Им сложно общаться с другими людьми.
  • Они равнодушны к похвале и критике.
  • Они отстранены и не проявляют особых эмоций.
  • Они могут мечтать и / или создавать яркие фантазии о сложной внутренней жизни.

Насколько распространено шизоидное расстройство личности?

Трудно точно оценить распространенность этого расстройства, потому что люди с шизоидным расстройством личности редко обращаются за лечением.Шизоидное расстройство личности чаще поражает мужчин, чем женщин, и чаще встречается у людей, у которых есть близкие родственники, больные шизофренией.

Шизоидное расстройство личности обычно начинается в позднем подростковом или раннем взрослом возрасте.

Что вызывает шизоидное расстройство личности?

Мало что известно о причине шизоидного расстройства личности, но предполагается, что в этом играют роль и генетика, и окружающая среда. Некоторые специалисты в области психического здоровья предполагают, что мрачное детство, в котором отсутствовали тепло и эмоции, способствует развитию расстройства.Более высокий риск шизоидного расстройства личности в семьях шизофреников предполагает, что генетическая предрасположенность к этому расстройству может передаваться по наследству.

Как диагностируется шизоидное расстройство личности?

Если присутствуют симптомы этого расстройства личности, врач начнет обследование с составления полной истории болезни и, возможно, медицинского осмотра. Хотя лабораторных тестов для диагностики расстройств личности не существует, врач может использовать различные диагностические тесты, чтобы исключить физическое заболевание как причину симптомов.

Если врач не обнаружит физической причины появления симптомов, он может направить человека к психиатру или психологу, специалистам в области здравоохранения, которые имеют специальную подготовку для диагностики и лечения психических заболеваний. Психиатры и психологи используют специально разработанные инструменты интервью и оценки, чтобы оценить человека на предмет расстройства личности.

Как лечится шизоидное расстройство личности?

Люди с этим расстройством личности редко обращаются за лечением, потому что их мысли и поведение обычно не вызывают у них беспокойства.При обращении за лечением наиболее часто используется психотерапия — форма консультирования. Скорее всего, лечение будет сосредоточено на повышении общих навыков преодоления трудностей, а также на улучшении социального взаимодействия, общения и самооценки. Поскольку доверие является важным компонентом терапии, лечение может быть сложной задачей для терапевта, потому что людям с шизоидным расстройством личности сложно выстраивать отношения с другими людьми. Обучение социальным навыкам также может быть важным компонентом лечения.

Лекарства обычно не используются для лечения самого шизоидного расстройства личности. Однако лекарства могут быть прописаны, если человек также страдает связанной психологической проблемой, такой как депрессия.

Каковы осложнения шизоидного расстройства личности?

Отсутствие социального взаимодействия — главное осложнение шизоидного расстройства личности. Люди с этим расстройством личности редко бывают агрессивными, поскольку предпочитают не взаимодействовать с людьми. Сопутствующие состояния, такие как расстройства настроения, тревожные расстройства и другие расстройства личности, также могут быть более распространенными, чем в общей популяции.

Каковы перспективы для людей с шизоидным расстройством личности?

Хотя некоторые из их поведения могут быть странными, люди с шизоидным расстройством личности, как правило, способны функционировать в повседневной жизни. Однако они могут не формировать значимых отношений или иметь собственные семьи. Исследования показали, что иногда они могут испытывать социальную, финансовую и трудовую инвалидность.

Можно ли предотвратить шизоидное расстройство личности?

Не существует известного способа предотвратить шизоидное расстройство личности.

Симптомы, причины и методы лечения шизоидного расстройства личности

Что такое расстройства личности?

Люди с расстройствами личности имеют давние модели мышления и действий, которые отличаются от того, что общество считает обычным или нормальным. Негибкость их личности может вызвать сильные страдания и мешать работе во многих сферах жизни, в том числе в социальной сфере и на работе. Люди с расстройствами личности, как правило, также плохо справляются с ситуацией и с трудом выстраивают здоровые отношения.

В отличие от людей с тревожными расстройствами, которые знают, что у них есть проблема, но не могут ее контролировать, люди с расстройствами личности часто не осознают, что у них есть проблема, и не верят, что им есть что контролировать. Поскольку они часто не верят, что у них есть расстройство, люди с расстройствами личности часто не обращаются за лечением.

Что такое шизоидное расстройство личности?

Шизоидное расстройство личности — одно из группы состояний, называемых «кластером А» или эксцентрическими расстройствами личности.Люди с этими расстройствами часто кажутся странными или необычными. Люди с шизоидным расстройством личности также склонны быть отстраненными, отстраненными и безразличными к социальным отношениям. Как правило, это одиночки, которые предпочитают уединенные занятия и редко выражают сильные эмоции. Хотя их имена звучат одинаково и у них могут быть похожие симптомы, шизоидное расстройство личности — это не то же самое, что шизофрения. Многие люди с шизоидным расстройством личности могут нормально функционировать, хотя они, как правило, выбирают такую ​​работу, которая позволяет им работать в одиночку, например, сотрудники службы безопасности в ночное время, библиотекари или сотрудники лабораторий.

Каковы симптомы шизоидного расстройства личности?

Люди с шизоидным расстройством личности часто ведут затворничество, организуя свою жизнь так, чтобы избегать контактов с другими людьми. Многие никогда не женятся или могут продолжать жить со своими родителями, став взрослыми. Другие общие черты людей с этим расстройством включают следующее:

  • Они не хотят и не поддерживают близких отношений даже с членами семьи.
  • Они выбирают уединенную работу и занятия.
  • Они получают удовольствие от немногих занятий, в том числе от секса.
  • У них нет близких друзей, кроме родственников первой степени родства.
  • Им сложно общаться с другими людьми.
  • Они равнодушны к похвале и критике.
  • Они отстранены и не проявляют особых эмоций.
  • Они могут мечтать и / или создавать яркие фантазии о сложной внутренней жизни.

Насколько распространено шизоидное расстройство личности?

Трудно точно оценить распространенность этого расстройства, потому что люди с шизоидным расстройством личности редко обращаются за лечением.Шизоидное расстройство личности чаще поражает мужчин, чем женщин, и чаще встречается у людей, у которых есть близкие родственники, больные шизофренией.

Шизоидное расстройство личности обычно начинается в позднем подростковом или раннем взрослом возрасте.

Что вызывает шизоидное расстройство личности?

Мало что известно о причине шизоидного расстройства личности, но предполагается, что в этом играют роль и генетика, и окружающая среда. Некоторые специалисты в области психического здоровья предполагают, что мрачное детство, в котором отсутствовали тепло и эмоции, способствует развитию расстройства.Более высокий риск шизоидного расстройства личности в семьях шизофреников предполагает, что генетическая предрасположенность к этому расстройству может передаваться по наследству.

Как диагностируется шизоидное расстройство личности?

Если присутствуют симптомы этого расстройства личности, врач начнет обследование с составления полной истории болезни и, возможно, медицинского осмотра. Хотя лабораторных тестов для диагностики расстройств личности не существует, врач может использовать различные диагностические тесты, чтобы исключить физическое заболевание как причину симптомов.

Если врач не обнаружит физической причины появления симптомов, он может направить человека к психиатру или психологу, специалистам в области здравоохранения, которые имеют специальную подготовку для диагностики и лечения психических заболеваний. Психиатры и психологи используют специально разработанные инструменты интервью и оценки, чтобы оценить человека на предмет расстройства личности.

Как лечится шизоидное расстройство личности?

Люди с этим расстройством личности редко обращаются за лечением, потому что их мысли и поведение обычно не вызывают у них беспокойства.При обращении за лечением наиболее часто используется психотерапия — форма консультирования. Скорее всего, лечение будет сосредоточено на повышении общих навыков преодоления трудностей, а также на улучшении социального взаимодействия, общения и самооценки. Поскольку доверие является важным компонентом терапии, лечение может быть сложной задачей для терапевта, потому что людям с шизоидным расстройством личности сложно выстраивать отношения с другими людьми. Обучение социальным навыкам также может быть важным компонентом лечения.

Лекарства обычно не используются для лечения самого шизоидного расстройства личности. Однако лекарства могут быть прописаны, если человек также страдает связанной психологической проблемой, такой как депрессия.

Каковы осложнения шизоидного расстройства личности?

Отсутствие социального взаимодействия — главное осложнение шизоидного расстройства личности. Люди с этим расстройством личности редко бывают агрессивными, поскольку предпочитают не взаимодействовать с людьми. Сопутствующие состояния, такие как расстройства настроения, тревожные расстройства и другие расстройства личности, также могут быть более распространенными, чем в общей популяции.

Каковы перспективы для людей с шизоидным расстройством личности?

Хотя некоторые из их поведения могут быть странными, люди с шизоидным расстройством личности, как правило, способны функционировать в повседневной жизни. Однако они могут не формировать значимых отношений или иметь собственные семьи. Исследования показали, что иногда они могут испытывать социальную, финансовую и трудовую инвалидность.

Можно ли предотвратить шизоидное расстройство личности?

Не существует известного способа предотвратить шизоидное расстройство личности.

Что такое шизоидное расстройство личности?

Шизоидное расстройство личности (ШРЛ) — это хроническое и широко распространенное состояние, характеризующееся социальной изоляцией и чувством безразличия по отношению к другим людям. Тех, кто живет с этим расстройством, часто описывают как отстраненных или замкнутых и склонных избегать социальных ситуаций, связанных с взаимодействием с другими людьми. люди.

Им сложно выражать эмоции, им не хватает желания строить близкие личные отношения.Считается, что этот тип расстройства личности встречается относительно редко и чаще встречается у мужчин, чем у женщин. Люди с шизоидным расстройством личности также подвержены риску депрессии.

Симптомы шизоидного расстройства личности

Люди с шизоидным расстройством личности обычно испытывают:

  • Озабоченность самоанализом и фантазией
  • Чувство безразличия к похвале и одобрению, а также к критике или отвержению
  • Отрыв от других людей
  • Отсутствие или отсутствие желания устанавливать близкие отношения с другими людьми
  • Безразличие к социальным нормам и ожиданиям
  • Нечастое участие в мероприятиях для развлечения или развлечения
  • Отсутствие социальных или семейных отношений
  • Часто описывается как холодный, равнодушный, замкнутый и отстраненный

Типичное начало

Заболевание часто впервые проявляется в детстве и обычно проявляется в раннем взрослом возрасте.Симптомы расстройства могут влиять на несколько сфер жизни, включая семейные отношения, учебу и работу.

В DSM-5 шизоидное расстройство личности определяется как «широко распространенный паттерн социальных и межличностных дефицитов, характеризующийся острым дискомфортом и сниженной способностью формировать близкие отношения, а также когнитивными или перцептивными искажениями и эксцентричностью поведения, начиная с раннего взросления и до настоящего времени. в различных контекстах «.

Люди с шизоидным расстройством личности часто описываются окружающими как отстраненные, холодные и отстраненные.Те, кто страдает этим расстройством, могут предпочесть одиночество, но в результате некоторые могут также испытывать одиночество и социальную изоляцию.

Воздействие на всю жизнь

Люди с этим расстройством также обычно мало дружат, редко встречаются и часто не женятся. Симптомы расстройства также могут затруднять работу на должностях, требующих большого социального взаимодействия или навыков работы с людьми. Люди с шизоидным расстройством личности могут лучше справляться с работой, связанной с работой в одиночестве.

Шизоидное расстройство личности в сравнении с шизофренией

Хотя шизоидное расстройство личности считается одним из расстройств шизофренического спектра и имеет некоторые общие симптомы с шизофренией и шизотипическим расстройством личности, существуют важные различия, которые отделяют ШРЛ от этих двух расстройств.

Люди с СРЛ редко испытывают паранойю или галлюцинации. Кроме того, хотя они могут казаться отстраненными и отстраненными во время разговора, они действительно имеют смысл, когда говорят, что отличается от сложных речевых шаблонов, которые часто демонстрируют люди с шизофренией.

Причины

Причины шизоидного расстройства личности неизвестны, хотя считается, что определенную роль играет сочетание генетических факторов и факторов окружающей среды. Личность формируется множеством факторов, включая унаследованные черты и склонности, детский опыт, воспитание детей, образование и социальные взаимодействия. Все эти факторы могут сыграть определенную роль в развитии СПД.

Диагностика

Если вас беспокоят симптомы, вы можете начать с консультации с врачом.Ваш врач оценит ваши симптомы и проверит наличие каких-либо основных заболеваний, которые могут способствовать возникновению ваших симптомов. В большинстве случаев вас, скорее всего, направят к специалисту в области психического здоровья.

Диагностические критерии DSM-5 гласят, что люди должны демонстрировать по крайней мере четыре из следующих симптомов, чтобы им был поставлен диагноз ШРЛ:

  • Всегда выбирает одинокий образ жизни
  • Эмоциональная отстраненность и отсутствие эмоционального выражения
  • Не испытывает особого удовольствия от занятий
  • Безразличие к критике или похвале
  • Отсутствие желания или удовольствия от близких личных отношений
  • Слабый интерес к сексу с другими людьми или его отсутствие
  • Нет близких друзей, кроме ближайших родственников

Шизоидное расстройство личности чаще всего диагностируется психиатром или другим специалистом в области психического здоровья, который обучен диагностировать и лечить расстройства личности.Врачам общей практики часто не хватает подготовки для постановки этого типа диагноза, тем более, что это состояние настолько необычно и его часто путают с другими психическими расстройствами.

Люди с шизоидным расстройством личности редко обращаются за лечением самостоятельно. Часто только после того, как состояние серьезно прервало несколько сфер жизни человека, обращаются за лечением.

Лечение

Шизоидное расстройство личности сложно лечить.Люди с этим расстройством редко обращаются за лечением и могут испытывать трудности с психотерапией, потому что им трудно наладить рабочие отношения с терапевтом. Социальная изоляция, которая характеризует шизоидное расстройство личности, также затрудняет поиск поддержки и помощи.

Людям с шизоидным расстройством личности может быть легче строить отношения, основанные на интеллектуальных, профессиональных или развлекательных занятиях, поскольку такие отношения не основываются на самораскрытии и эмоциональной близости.

Лекарства могут использоваться для лечения некоторых симптомов шизоидного расстройства личности, таких как тревога и депрессия. Такие лекарства обычно используются в сочетании с другими вариантами лечения, такими как когнитивно-поведенческая терапия (КПТ) или групповая терапия.

КПТ может помочь людям с СРЛ выявить проблемные мысли и поведение и развить новые навыки преодоления трудностей. Групповая терапия может помочь людям отработать навыки межличностного общения.

Индивидуальная терапия может показаться пугающей для людей с этим заболеванием, потому что требует большого социального взаимодействия.Такие методы лечения могут быть наиболее эффективными, когда специалисты в области психического здоровья стараются избегать чрезмерных усилий и клиенты не сталкиваются с чрезмерным давлением и эмоциональными требованиями.

Копинг

Из-за характера заболевания вам может казаться, что проще оставаться при себе, чем обращаться за профессиональной помощью. Даже если вы обычно предпочитаете одиночество, люди с шизоидным расстройством личности все же испытывают одиночество и изоляцию. Есть вещи, которые вы можете сделать, чтобы заручиться поддержкой.

Подумайте о том, чтобы присоединиться к социальной группе, связанной с работой или хобби. Поскольку эмоциональная близость может быть сложной задачей для людей с шизоидным расстройством личности, вам может быть легче общаться с другими в контексте профессиональных или развлекательных занятий. Это отличный способ развивать социальные связи, не перегружая себя.

Если у вас есть близкий человек с этим заболеванием, вы можете помочь, избегая осуждений, проявляя терпение и побуждая человека обратиться за лечением.Не пытайтесь подтолкнуть человека к занятиям или отношениям, которые заставляют его чувствовать себя некомфортно или давить. Вместо этого поищите занятия, которыми вы можете заниматься вместе и не требующие больших эмоциональных вложений.

Слово от Verywell

Состояние обычно является длительным, хроническим и сохраняется на протяжении всей жизни, но при поддержке и эффективном лечении люди, которые с ним живут, могут продолжать жить полноценной жизнью.

4 мифа о шизоидном расстройстве личности

Расстройства личности — это группа психических расстройств, характеризующихся поведением и образцами мышления, которые отличаются от социальных норм.Люди с этими расстройствами обладают определенными личностными и поведенческими чертами, которые могут затруднить функционирование и приспособление к обществу.

Шизоидное расстройство личности — это один из типов расстройства личности, для которого характерна крайняя социальная непривязанность. Пострадавшие предпочитают побыть в одиночестве и избегать любых межличностных контактов, в том числе сексуальных. Их не волнует, что о них думают другие, и они, кажется, не обращают внимания на критику или похвалу со стороны других.Они также эмоционально отстранены, мало чувствуют и не выражают эмоций независимо от обстоятельств.

Люди с шизоидным расстройством личности в некоторой степени загадочны, потому что они не выражают эмоций и держатся особняком. Из-за этого существует множество мифов о шизоидном расстройстве личности. Чтобы понять шизоидное расстройство личности, необходимо бросить вызов этим мифам и заменить их правдой. Вот факты о шизоидном расстройстве личности.

Миф № 1: Шизоидное расстройство личности похоже на шизофрению

Факт: Шизоидное расстройство личности — это совершенно иное психическое заболевание, чем шизофрения.

Когда дело доходит до шизоидного расстройства личности по сравнению с шизофренией, у них мало общего. Основное различие — и причина того, почему это совершенно разные расстройства — в том, что шизоидное расстройство личности не является психотическим расстройством. Таким образом, это совершенно другая диагностическая категория, чем шизофрения.

Оба расстройства имеют сходные генетические причины и имеют симптомы социальной абстиненции. Однако люди с шизоидным расстройством личности не теряют связи с реальностью и не испытывают иллюзий, галлюцинаций или паранойи, как люди с шизофренией.

Возможно, из-за общих генетических причин люди с шизоидным расстройством личности подвергаются риску развития психоза и шизофрении в какой-то момент своей жизни. Таким образом, шизоидное расстройство личности и шизофрения связаны.

Миф № 2: Люди с шизоидным расстройством личности склонны к насилию

Факт: Насилие не является типичной характеристикой шизоидного расстройства личности.

Некоторые люди считают, что шизоидное расстройство личности опасно.Однако для него не характерно агрессивное или агрессивное поведение. На самом деле люди с шизоидной личностью вообще не сильно злятся. Вместо этого они не испытывают ни взлетов, ни падений.

Люди с этим расстройством редко обращаются за лечением, что делает их в основном неопознанными и недоступными для изучения, поэтому исследования связи между шизоидным расстройством личности и агрессивным поведением немногочисленны.

Одно исследование, посвященное популяции греческих тюрем, пришло к выводу, что шизоидное расстройство личности было связано с насильственными преступлениями и убийствами, но это исследование страдает некоторыми серьезными недостатками дизайна.Контрольных групп для сопутствующих психических расстройств не было, и выводы основывались на результатах, не имевших статистической значимости. Выводы этой статьи не были воспроизведены в других исследованиях.

В целом, нет убедительных доказательств того, что люди с шизоидным расстройством личности склонны к агрессивному поведению. Кроме того, насилие, агрессия или даже гнев не описываются как симптомы расстройства. Когда имеет место агрессивное поведение, это, скорее всего, связано с сопутствующими психическими расстройствами, а не с самим шизоидным расстройством личности.

Миф № 3: Люди с шизоидным расстройством личности не могут нормально функционировать

Факт: Многие люди с шизоидным расстройством личности способны достаточно хорошо функционировать, могут работать и обеспечивать себя.

Нарушение способности функционировать является основной особенностью расстройств личности. Однако уровень нарушения функционирования у каждого человека разный. Расстройства личности кластера А, такие как шизоидное расстройство личности, обычно связаны с более высоким уровнем функционирования, чем другие, например пограничное или истерическое расстройство личности.

Хотя шизоидное расстройство личности является высокофункциональным расстройством, функциональные нарушения у людей с этим заболеванием связаны с их замкнутостью и отрешенностью от жизни. Они склонны считать себя наблюдателями жизни, а не участниками. Работа для людей с шизоидным расстройством личности может включать в себя минимальные социальные контакты или их отсутствие, даже если эти рабочие места ниже их уровня способностей. Они избегают межличностных отношений и живут как одиночки. Хотя это их предпочтительный образ жизни, они страдают от того, что было описано как «невыносимое и неизбежное одиночество» из-за своей социальной изоляции.

Одно интересное исследование представило рассказ от первого лица о том, каково жить с шизоидным расстройством личности. Это дает прекрасное представление о жизни и функциях человека, страдающего этим заболеванием. История этого человека показывает, что некоторые люди с этим расстройством могут вести продуктивную жизнь, хотя они могут быть не совсем нормальными.

Во многом их способность функционировать зависит от любых сопутствующих психических расстройств, которые у них могут быть. Например, депрессия является особенно изнурительным сопутствующим расстройством психического здоровья, которое часто встречается у людей с шизоидным расстройством личности.Эти нарушения могут препятствовать функционированию, если их не лечить.

Миф № 4: Шизоидное расстройство личности можно вылечить с помощью лекарств

Факт: Шизоидное расстройство личности не поддается лечению лекарствами.

К сожалению, люди с шизоидным расстройством личности обычно «не понимают» своего состояния. Психиатры используют этот термин для описания характеристики определенных расстройств психического здоровья, которые заставляют людей думать, что с ними все в порядке. Из-за этого недостатка понимания люди с шизоидным расстройством личности редко обращаются за помощью или лечением.

Из-за относительной редкости и замкнутости пораженных людей лечение шизоидного расстройства личности изучено недостаточно. Хотя шизоидные и другие расстройства личности нельзя лечить с помощью лекарств, могут возникнуть сопутствующие состояния, такие как депрессия.

Основным методом лечения шизоидной личности является психотерапия. Однако может пройти много времени, прежде чем терапевт сможет установить доверие, и терапия вряд ли изменит общие дисфункциональные черты личности человека.Таким образом, терапия обычно направлена ​​на устранение конкретных факторов стресса в жизни человека или исправление устойчивых иррациональных мыслей, которые негативно влияют на поведение человека. Для людей с шизоидным расстройством личности когнитивно-поведенческая терапия (КПТ), по-видимому, предлагает наиболее подходящую основу для помощи в выздоровлении.

Если вы или ваш любимый человек страдаете шизоидным расстройством личности и сопутствующей зависимостью, The Recovery Village здесь, чтобы помочь.Свяжитесь с нами сегодня, чтобы узнать о различных вариантах лечения, доступных вам.

  • Источники

    Апостолопулос, А., Михопулос, И., Захос, И., Ризос, Э., Цеферакос, Г., Манту, В. и др. «Связь шизоидного и шизотипического расстройства личности с насильственными преступлениями и убийствами в греческих тюрьмах». Annals of General Psychiatry, 10 августа 2018 г. По состоянию на 7 июня 2019 г.

    Чедвик, П. «Рассказ коллег-профессионалов от первого лица: до психоза — шизоидная личность изнутри.Бюллетень по шизофрении, май 2014 г. По состоянию на 7 июня 2019 г.

    Диксон-Гордон, К., Уэлен, Д., Лейден, Б., Чепмен, А. «Систематический обзор расстройств личности и показателей здоровья». Canadian Psychology, май 2015 г. По состоянию на 7 июня 2019 г.

    Эстерберг, М., Гулдинг, С., Уокер, Э. «Расстройства личности: шизотипические, шизоидные и параноидные расстройства личности в детском и подростковом возрасте». Журнал психопатологии и оценки поведения, 1 декабря 2010 г. По состоянию на 7 июня 2019 г.

    Koch, J., Modesitt, T., Palmer, M., Ward, S., Martin, B., Wyatt, R., et al. «Обзор фармакологического лечения расстройств личности кластера А». Психиатр, март 2016 г. По состоянию на 7 июня 2019 г.

    Лоза, В., Ханна, С. «Является ли шизоидная личность предвестником убийственного или суицидального поведения?» Международный журнал по терапии правонарушителей и сравнительной криминологии, июнь 2006 г. По состоянию на 7 июня 2019 г.

    Матусевич А., Хопвуд К., Бандуччи А., Лехуэз К.«Эффективность когнитивно-поведенческой терапии расстройств личности». Психиатрические клиники Северной Америки, сентябрь 2010 г. По состоянию на 7 июня 2019 г.

    Риполл, Л., Трибвассер, Дж., Сивер, Л. «Доказательная фармакотерапия расстройств личности». Международный журнал нейропсихофармакологии, октябрь 2011 г. По состоянию на 7 июня 2019 г.

    Робиц Р. «Что такое расстройства личности?» Американская психиатрическая ассоциация, ноябрь 2018 г. По состоянию на 7 июня 2019 г.

Заявление об отказе от ответственности: The Recovery Village направлена ​​на улучшение качества жизни людей, борющихся с употреблением психоактивных веществ или психическим расстройством, с помощью фактов о природе поведенческих состояний, вариантах лечения и связанных с ними результатах.Мы публикуем материалы, которые исследуются, цитируются, редактируются и рецензируются лицензированными медицинскими специалистами. Предоставляемая нами информация не предназначена для замены профессиональных медицинских консультаций, диагностики или лечения. Его не следует использовать вместо совета вашего врача или другого квалифицированного поставщика медицинских услуг.

Шизоидное расстройство личности | Воробей

Если у вас шизоидное расстройство личности, вероятно, вы:

  • Предпочитаю побыть одному и решаю заниматься делами в одиночестве
  • Не хочу или не наслаждаюсь близкими отношениями
  • Не чувствую желания сексуальных отношений
  • Ощущение, будто вы не можете испытать удовольствие
  • Имеют трудности с выражением эмоций и адекватной реакцией на ситуации
  • Может показаться другим без юмора, равнодушным или эмоционально холодным
  • Может показаться, что не хватает мотивации и целей
  • Не реагировать на похвалу или критические замечания других людей

Шизоидное расстройство личности обычно начинается в раннем взрослом возрасте, хотя некоторые особенности могут быть заметны в детстве.Эти функции могут вызвать у вас проблемы с обучением в школе, на работе, в обществе или в других сферах жизни. Однако вы можете достаточно хорошо выполнять свою работу, если в основном работаете в одиночку.

Шизотипическое расстройство личности и шизофрения

Шизоидное расстройство личности, хотя и является другим расстройством, может иметь некоторые симптомы, схожие с шизотипическим расстройством личности и шизофренией, например сильно ограниченную способность устанавливать социальные связи и отсутствие эмоционального выражения.Людей с этими расстройствами можно рассматривать как странных или эксцентричных.

Несмотря на то, что имена могут звучать похоже, в отличие от шизотипического расстройства личности и шизофрении, люди с шизоидным расстройством личности:

  • Находятся в контакте с реальностью, поэтому вряд ли испытают паранойю или галлюцинации
  • Разумные, когда они говорят (хотя тон может быть не слишком живым), чтобы у них не было разговорных шаблонов, которые были бы странными и которые трудно усвоить
Когда обращаться к врачу

Люди с шизоидным расстройством личности обычно обращаются за лечением только от связанной проблемы, например депрессии.

Если кто-то из ваших близких посоветовал вам обратиться за помощью по поводу симптомов, общих для шизоидного расстройства личности, запишитесь на прием к врачу или специалисту в области психического здоровья.

Если вы подозреваете, что у близкого человека шизоидное расстройство личности, мягко предложите ему обратиться за медицинской помощью. Было бы полезно предложить пойти на первую встречу.

Причины

Личность — это сочетание мыслей, эмоций и поведения, которое делает вас уникальным.Это то, как вы смотрите, понимаете и относитесь к внешнему миру, а также то, как вы видите себя. Личность формируется в детстве благодаря взаимодействию унаследованных тенденций и факторов окружающей среды.

При нормальном развитии дети со временем учатся точно интерпретировать социальные сигналы и соответствующим образом реагировать. Причины развития шизоидного расстройства личности неизвестны, хотя сочетание генетических факторов и факторов окружающей среды, особенно в раннем детстве, может играть роль в развитии расстройства.

Факторы риска

Факторы, повышающие риск развития шизоидного расстройства личности, включают:

  • Наличие родителя или другого родственника, страдающего шизоидным расстройством личности, шизотипическим расстройством личности или шизофренией
  • Родитель был холодным, пренебрежительным или невосприимчивым к эмоциональным потребностям

Осложнения

Люди с шизоидным расстройством личности подвержены повышенному риску:

  • Развивающееся шизотипическое расстройство личности, шизофрения или другое бредовое расстройство
  • Другие расстройства личности
  • Большая депрессия
  • Тревожные расстройства

Диагностика

После медицинского осмотра, который поможет исключить другие заболевания, ваш основной лечащий врач может направить вас к специалисту по психическому здоровью для дальнейшего обследования.

Диагноз шизоидного расстройства личности обычно основывается на:

  • Тщательное обсуждение ваших симптомов
  • Симптомы, перечисленные в Диагностическом и статистическом руководстве по психическим расстройствам (DSM-5), опубликованном Американской психиатрической ассоциацией
  • Ваша медицинская и личная история

Лечение

Если у вас шизоидное расстройство личности, вы можете предпочесть идти своим путем и избегать общения с другими людьми, включая врачей.Возможно, вы настолько привыкли к жизни без эмоциональной близости, что не уверены, что хотите измениться — или что можете.

Вы можете согласиться начать лечение только по настоянию члена семьи, который беспокоится о вас. Но помощь специалиста по психическому здоровью, имеющего опыт лечения шизоидного расстройства личности, может иметь большое положительное влияние. Варианты лечения включают:

  • Беседа (психотерапия). Психотерапия может быть полезной. Если вы хотите наладить более тесные отношения, модифицированная форма когнитивно-поведенческой терапии может помочь вам изменить убеждения и поведение, которые вызывают проблемы.Терапевт понимает, что вам нужно личное пространство и насколько сложно вам раскрыть свою внутреннюю жизнь. Он или она может выслушать вас и помочь направить вас, не слишком напрягаясь.
  • Групповая терапия. Целью индивидуального лечения может быть групповая среда, в которой вы можете взаимодействовать с другими людьми, которые также практикуют новые навыки межличностного общения. Со временем групповая терапия также может стать структурой поддержки и улучшить ваши социальные навыки.
  • Лекарства. Хотя не существует специального лекарства для лечения шизоидного расстройства личности, некоторые лекарства могут помочь с такими проблемами, как тревога или депрессия.

При соответствующем лечении и квалифицированном терапевте вы можете добиться значительного прогресса и улучшить качество своей жизни.

Подготовка к приему

Скорее всего, вы начнете с посещения лечащего врача. Однако в некоторых случаях, когда вы звоните, чтобы записаться на прием, вас могут направить непосредственно к психиатру.

Если возможно, возьмите с собой члена семьи или друга. С вашего разрешения кто-то, кто знает вас долгое время, может ответить на вопросы или поделиться с врачом информацией, о которой вы не думаете.

Вот некоторая информация, которая поможет вам подготовиться к встрече.

Что вы можете сделать

Перед встречей составьте список:

  • Какие симптомы вы или члены вашей семьи заметили? и как долго. Спросите друзей или родственников, не беспокоились ли они о вашем поведении и о том, что они заметили.
  • Ключевая личная информация, , включая травмирующие события в вашем прошлом и любые текущие основные факторы стресса. Узнайте об истории болезни вашей семьи, в том числе о любых психических заболеваниях.
  • Ваша медицинская информация, , включая другие физические или психические заболевания, с которыми вам был поставлен диагноз.
  • Все лекарства, которые вы принимаете, , включая названия и дозы любых лекарств, трав, витаминов или других добавок.
  • Вопросы, которые следует задать своему врачу , чтобы максимально использовать время приема.

Некоторые основные вопросы, которые следует задать своему врачу, включают:

  • Что, вероятно, вызывает мои симптомы или состояние?
  • Каковы другие возможные причины?
  • Является ли мое состояние временным или долгосрочным?
  • Какие методы лечения наиболее эффективны для меня?
  • Если вы рекомендуете лекарства, каковы возможные побочные эффекты?
  • Есть ли альтернатива лекарству, которое вы прописываете?
  • Насколько я могу ожидать улучшения моих симптомов после лечения?
  • У меня другие проблемы со здоровьем.Как мне лучше всего управлять ими вместе?
  • Могу ли я получить брошюры или другие печатные материалы? Какие сайты вы рекомендуете?

Не стесняйтесь задавать любые другие вопросы во время приема.

Чего ожидать от врача

Ваш врач, скорее всего, задаст вам ряд вопросов. Будьте готовы ответить на них, чтобы зарезервировать время, чтобы перейти к вопросам, на которых вы хотите сосредоточиться. Ваш врач может спросить:

  • Какие проблемы или симптомы вас беспокоят?
  • Вы замечали, что в определенных ситуациях ваши симптомы ухудшаются? Если да, то что это за ситуации и как вы с ними справляетесь?
  • У вас есть близкие друзья или семья? Если нет, то вас это беспокоит?
  • Как бы вы себя описали?
  • Часто ли вы решаете делать что-то в одиночку?
  • Доверяете ли вы кому-либо, кто не из ваших ближайших родственников?
  • Чем ты предпочитаешь заниматься в свободное время?
  • Вы когда-нибудь думали о том, чтобы навредить себе или другим? Вы когда-нибудь так делали?
  • Выражали ли члены вашей семьи или друзья беспокойство по поводу вашего поведения?
  • Были ли у кого-нибудь из ваших близких родственников диагностировано психическое заболевание или лечились от него?
  • Вы употребляете алкоголь или наркотики? Если да, то как часто?

Контент Mayo Clinic Обновлено:

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *