Содержание

Общая психопатология | Обучение | РОП

Важное качество правильного мышления — его последовательность, т.е. взаимосвязанность, стройность, доказательность, обоснованность хода рассуждений.

Паралогическое мышление (от греч. paralogos — противный разуму, неразумный; «кривая логика»; в логике «паралогизм» — ошибка в рассуждении, обусловленная нарушением законов и правил логики) — в мышлении присутствуют логические ошибки, обусловленные односторонностью и тенденциозностью мышления больного, которые приводят его к выводам, противоречащим действительности.

Логические ошибки заключаются в неправильно используемых предпосылках и доказательствах, неверно построенных причинно-следственных отношениях, смешении понятий и т.д. Лежит в основе интерпретативного бреда (примеры см. в соответствующем разделе). Интеллектуально-мнестические способности в этих случаях сохранены, и больные способны правильно рассуждать за пределами своей бредовой фабулы.

Смысловое соскальзывание — необоснованная смена основной темы рассуждений побочной, второстепенной. Обусловлены не нарушением внимания, от которого их следует отличать, а нарушением последовательности мышления и искажением процесса обобщения.

Шперрунг («закупорка мысли», обрыв мысли) — внезапный обрыв мысли, осознается как кратковременное отсутствие мысли в голове. Следует дифференцировать с абсансами, нарушением внимания.

Разорванное мышление — отсутствие какой-либо логической связи между высказываниями, соединение разнородных, не связанных общим смыслом мыслей («в огороде бузина, а в Киеве — дядька»), грамматический строй речи (синтаксис) при этом сохраняется.

Грубое расстройство мышления. Больные способны произносить достаточно обширные монологи из грамматически и интонационно верно построенных фраз, но даже внутри одного предложения нет какого-либо единого смысла.

Прослушайте запись больного с шизофазией.

Бессвязное (инкогерентное) мышление  полное отсутствие логических и грамматических связей между словами. Речь больных бессвязная, беспорядочный набор отдельных слов, а также слогов и звуков. Также, вероятно, нарушено понимание обращенной речи. Свидетельствует о грубом нарушении деятельности мозга, встречается при аменции (тяжелой форме делириозного помрачения сознания, сопровождающейся нарастанием симптомов выключения сознания).


Мышление и его расстройства (В.В. Дунаевский)


Мышление

Мышление является основным и специфическим для человека познавательным процессом, в ходе которого диалектически устанавливаются внутренние (семантические) связи, характеризующие структуру объектов реальной действительности, их отношения между собой и к субъекту познавательной деятельности. Мышление тесно связано с другим базисным познавательным процессом – процессом восприятия и необходимо возникло в результате его поступательного эволюционного развития. Борьба за существование, являющаяся основным механизмом видовой динамики, вынуждала в каждый момент конфликтного взаимодействия конкурирующих особей сначала к максимальному напряжению физических сил (стрессовой мобилизации) в интересах удовлетворения своих безусловных потребностей (пищевой, половой, самосохранения), обеспечивая тем самым выживание индивидуума и сохранение вида. На определенном этапе развития, когда чисто физические ресурсы были исчерпаны, более эффективным приспособительным механизмом стала возможность сначала обобщения на основе индивидуального опыта своеобразия проблемных ситуаций и их алгоритмического разрешения, а затем необходимость поиска новых нестандартных (творческих) решений.

Эти обстоятельства стали побудительным стимулом, обеспечивающим качественный скачок – переход от конкретно воспринимаемой сиюминутности бытия к аналитико-синтетической оценке прошлого опыта и прогнозированию своего поведения в будущем. Таким образом были расширены его временные границы и созданы предпосылки для интенсивного развития других психических функций (долговременная и кратковременная память, воображение, перспективное мышление и др. — то есть сознания и самосознания в широком смысле этого понятия). Параллельно и взаимозависимо с этими процессами возникли и развивались новые сугубо человеческие свойства – символика языка и речи, изобразительного искусства, зачатки религиозного чувства, научного сознания мира и своего места в нем.

Таким образом был осуществлен переход от системы представлений об окружающем мире, которая постепенно складывалась на основе его индивидуального и коллективного восприятия к системе понятий. Последняя отражала самые существенные, позволяющие сделать обобщения признаки явлений и предметов и складывалась в картину понимания окружающего мира. Символика языка как функция коммуникации из средства обозначения реальностей все больше превращалась в средство общения, обмена информацией, формирующее коллективное сознание популяции. Наряду с конкретными понятиями, описывающими отдельные предметы, явления (кошка, стол, пожар) возникли абстрактные, обобщающие конкретные реалии (животные, мебель, стихийные бедствия).

Способность формировать и усваивать смысловые, родообразующие понятия возникает на определенном этапе исторического и онтогенетического развития психической деятельности и называется

абстрактным мышлением. Неспособность оперировать абстрактными понятиями, субъективное, опирающееся на несущественные признаки мышление не раскрывает смысла явлений или приводит к противоречивому (алогичному) толкованию их сути. Это в свою очередь указывает либо на атавистическую задержку его развития, либо на наличие психического расстройства.

Мышление нормальных людей организует картины окружающего и внутреннего мира на основе анализа причинно-следственных отношений, подвергая его результаты проверке опытом, и рано или поздно оказывается в состоянии выявить внутренние связи объектов и явлений.

Творческое, или так называемое диалектическое, мышление, являющееся основой профессионально-клинического, как наиболее продуктивная форма опирается на анализ и синтез. Анализ предполагает выяснение того, чем данный объект, предмет, явление в силу своих индивидуальных особенностей отличается от других, внешне похожих. Для того, чтобы это установить, необходимо изучить его структурно-динамическое своеобразие. Применительно к больному это означает необходимость исследования исключительности личностной феноменологии, включая изучение биологического, психического и социального статусов.

Синтез, напротив, означает стремление установить внутренние связи внешне непохожих объектов, что невозможно ни на уровне восприятия, ни на уровне конкретного формального мышления. Иногда эта связь представлена лишь одной характеристикой, которая, тем не менее, является фундаментальной. Если верить преданию, то закон всемирного тяготения открылся Ньютону в тот момент, когда ему на голову упало яблоко. Восприятие внешних признаков указывает лишь на сходство форм. Понимание внутренних связей позволяет рассмотреть в одном ряду совершенно разные объекты, обладающие лишь одним общим качеством – массой. Человеческий разум благодаря этому свойству способен также к экстраполяции известной внутренней связи за пределы опытного восприятия пространства и времени, что делает его возможности практически безграничными. Так происходит осознание человеком законов, управляющих миром, и постоянный пересмотр уже имеющихся представлений.

Так называемое формальное мышление, являющееся атавистическим или имеющее болезненные причины, идет по пути аналогий, которые устанавливаются по признакам внешнего сходства, и уже поэтому не может быть творчески продуктивным. В медицине оно называется фельдшерским, но отнюдь не является прерогативой фельдшеров. Мыслящий подобным образом врач, завершая специальное образование, имеет канонизированные представления о реестре существующих, по его мнению, форм болезней в их описательных характеристиках с соответствующим алгоритмом последующих действий.

Диагностическая задача решается чаще всего на основе формальной калькуляции симптомов с отнесением их массива к известной нозологической матрице. Происходит это по принципу ответа на вопрос: на кого больше похожа летучая мышь – на птицу или на бабочку? На самом деле на лошадь (и то, и другое – млекопитающие). Познавательная деятельность, организованная подобным образом, способна лишь клишировать стандартные ситуации в рамках решения самых простых задач. Она нуждается в руководстве, контроле и может быть приемлемой только у претендующих на роль исполнителя.

Расстройства мышления выявляются либо при помощи тестовых процедур (патопсихологически), либо на основе клинического метода при анализе речевой и письменной продукции обследуемого.

Выделяют формальные расстройства мышления (расстройства ассоциативного процесса) и так называемые патологические идеи.

Расстройства мышления по форме (расстройства ассоциативного процесса)

Эта рубрика включает ряд нарушений способа мышления по форме: изменение его темпа, подвижности, стройности, целенаправленности.

Нарушения темпа мышления

Болезненно ускоренное мышление. Характеризуется увеличением речевой продукции в единицу времени. В основе лежит ускорение течения ассоциативного процесса. Течение мысли обусловливается внешними ассоциациями, каждая из которых является толчком для новой тематики рассуждений. Ускоренный характер мышления приводит к поверхностным, поспешным суждениям и умозаключениям. Больные говорят торопливо, без пауз, отдельные части фразы связаны между собой поверхностными ассоциациями. Речь приобретает характер «телеграфного стиля» (больные пропускают союзы, междометия, «проглатывают» предлоги, приставки, окончания). «Скачка идей» — крайняя степень ускоренного мышления.

Болезненно ускоренное мышление наблюдается при маниакальном синдроме, эйфорических состояниях.

Болезненно замедленное мышление. В отношении темпа представляет собой противоположность предыдущего расстройства. Часто сочетается с гиподинамией, гипотимией, гипомнезией. Выражается в речевой заторможенности, застреваемости. Ассоциации бедны, переключаемость затруднена. Больные в своем мышлении не в состоянии охватить широкий круг вопросов. Немногочисленные умозаключения образуются с трудом. Больные редко проявляют речевую активность спонтанно, их ответы обычно немногословны, односложны. Иногда контакт вообще не удается установить. Это расстройство наблюдается при депрессиях любого происхождения, при травматическом поражении головного мозга, органических, инфекционных заболеваниях, эпилепсии.

Нарушения стройности мышления

Разорванное мышление характеризуется отсутствием в речи больных логических согласований между словами, грамматические связи при этом могут быть сохранены. Тем не менее речь больного может быть совершенно непонятной, лишенной всякого смысла, например: «Кто может выделить временное расхождение относительности понятий, включенных в структуру миробытия» и т.п.

При бессвязном мышлении отсутствуют не только логические, но и грамматические связи между словами. Речь больных превращается в набор отдельных слов или даже звуков: «возьму… сама попаду…день-пень… ах-ха-ха… лень» и т.п. Это расстройство мышления встречается при шизофрении, экзогенно-органических психозах, сопровождающихся аментивным помрачением сознания.

Нарушение целенаправленности мышления

Резонерство (бесплодное мудрствование, рассуждательство). Мышление с преобладанием пространных, отвлеченных, туманных, часто малосодержательных рассуждений на общие темы, по поводу общеизвестных истин, например, на вопрос врача «как вы себя чувствуете?» долго рассуждают о пользе питания, отдыха, витаминов. Этот вид мышления чаще всего встречается при шизофрении.

Аутистическое мышление (от слова аутос – сам) – мышление, оторванное от реальности, противоречащее реальности, не соответствующее реальности и не корригирующееся реальностью. Больные теряют связи с действительностью, погружаются в мир собственных причудливых переживаний, представлений, фантазий, непонятных окружающим. Аутистическое мышление относится к основным симптомам шизофрении, но может встречаться и при других заболеваниях и патологических состояниях: шизоидная психопатия, шизотипические расстройства.

Символическое мышление. Мышление, при котором обычным, общеупотребимым словам придается особый, отвлеченный, понятный лишь самому больному смысл. При этом слова и понятия часто заменяются символами или новыми словами (неологизмами), больные разрабатывают собственные языковые системы. Примеры неологизмов: «зеркаластр, пенснэхо, электрическая эксквозочка». Этот вид мышления встречается при шизофрении.

Патологическая обстоятельность (детализированность, вязкость, инертность, тугоподвижнгость, торпидность мышления). Характеризуется склонностью к детализации, застреванию на частностях, «топтанием на месте», неспособностью отделить главное от второстепенного, существенное от несущественного. Переход от одного круга представлений к другому (переключение) затруднен. Прервать речь больных и направить в нужное русло очень трудно. Это разновидность мышления чаще всего встречается у больных эпилепсией, при органических заболеваниях головного мозга.

Персеверация мышления. Характеризуется повторением одних и тех же слов, фраз, в связи с выраженным затруднением переключаемости ассоциативного процесса и доминированием какой-либо одной мысли, представления. Это расстройство встречается при эпилепсии, органических заболеваниях головного мозга, у депрессивных больных.

Расстройства мышления по содержанию

Включают в себя бредовые, сверхценные и навязчивые идеи.

Бредовые идеи.

Представляют собой ложные, ошибочные суждения (умозаключения), возникшие на болезненной основе и недоступные критике и коррекции. Заблуждающегося, но здорового человека рано или поздно можно либо разубедить, либо он сам поймет ошибочность своих взглядов. Бред же, являясь одним из проявлений расстройства психической деятельности в целом, может быть устранен только посредством специального лечения. По психопатологическим механизмам бредовые идеи делятся на первичные и вторичные.

Первичный бред, или бред толкования, интерпретации вытекает непосредственно из расстройств мышления и сводится к установлению неправильных связей, неправильному пониманию взаимоотношений между реальными объектами. Восприятие здесь обычно не страдает. Изолированно первичные бредовые идеи наблюдаются при сравнительно легких психических заболеваниях. Болезненной основой здесь чаще всего является патологический характер или личностные изменения.

Вторичный, или чувственный бред представляет собой производное от других первичных психопатологических расстройств (восприятия, памяти, эмоций, сознания). Выделяют галлюцинаторный, маниакальный, депрессивный, конфабуляторный, образный бред. Из сказанного следует, что вторичный бред возникает на более глубоком уровне расстройства психической деятельности. Этот уровень или «регистр», как и генетически связанный с ним бред, называют параноидным (в отличии от первичного – паранойяльного).

По содержанию (по теме бреда) все бредовые идеи можно разделить на три основные группы: преследования, величия и самоуничижения.

К группе идей преследования относятся бред отравления, отношения, воздействия, собственно преследования, «любовного очарования».

Бредовые идеи величия также разнообразны по содержанию: бред изобретательства, реформаторства, богатства, высокого происхождения, бред величия.

К бредовым идеям самоуничижения (депрессивный бред) относят бред самообвинения, самоуничижения, греховности, виновности.

Депрессивные фабулы обычно сопровождаются подавленностью и предъявляются астенично. Параноидный бред может быть как астеничным, так и стеничным («преследуемый преследователь»).

Бредовые синдромы

Паранойяльный синдром характеризуется систематизированным бредом отношения, ревности, изобретательства. Суждения и умозаключения больных внешне производят впечатление вполне логичных, однако они исходят из неверных посылок и ведут к неверным выводам. Этот бред тесно связан с жизненной ситуацией, личностью больного, либо измененной психическим заболеванием, либо являющейся патологической от самого рождения. Галлюцинации обычно отсутствуют. Поведение больных с паранойяльным бредом характеризуется сутяжничеством, кверулянтскими тенденциями, иногда агрессивностью. Наиболее часто этот синдром наблюдается при алкогольных, пресенильных психозах, а также при шизофрении и психопатиях.

Параноидный синдром. Характеризуется вторичным бредом. К группе параноидных синдромов относятся галлюцинаторно-бредовой, депрессивно-бредовой, кататоно-бредовой и некоторые другие синдромы. Параноидные синдромы встречаются как при экзогенных, так и при эндогенных психозах.

При шизофрении часто наблюдается один из наиболее типичных вариантов галлюцинаторно-параноидного синдрома – синдром Кандинского-Клерамбо, который складывается из следующих симптомов: псевдогаллюцинации, психические автоматизмы, бредовые идеи воздействия. Автоматизмами называют явление утраты чувства принадлежности самому себе мыслей, эмоциональных переживаний, действий. По этой причине психические акции больных субъективно воспринимаются как автоматические. Г. Клерамбо (1920) описал три вида автоматизмов:

  1. Идеаторный (ассоциативный) автоматизм проявляется в чувстве построннего вмешательства в течение мыслей, их вкладывание или отнятие, обрывы (шперрунги) или наплывы (ментизм), ощущение, что мысли больного становятся известны окружающим (симптом открытости), «эхо мыслей», насильственная внутренняя речь, вербальные псевдогаллюцинации, воспринимаемые как ощущение передачи мыслей на расстояние.

  2. Сенсорный (сенестопатический, чувственный) автоматизм. Для него характерно восприятие различных неприятных ощущений в теле (сенестопатии), чувство жжения, скручивания, боли, полового возбуждения в качестве сделанных, специально вызванных. Вкусовые и обонятельные псевдогаллюцинации могут рассматриваться в качестве вариантов этого автоматизма.

  3. Моторный (кинэстетический, двигательный) автоматизм проявляется ощущением вынужденности некоторых действий, поступков больного, которые совершаются помимо его воли или вызваны воздействием извне. При этом больные часто испытывают мучительное чувство физической несвободы, называя себя «роботами, фантомами, марионетками, автоматами» и т.д. (чувство овладения).

Объяснение подобных внутренних переживаний при помощи воздействия гипнозом, космическими лучами или различных технических средств называется бредом воздействия и иногда носит достаточно нелепый (аутистический) характер. Аффективные расстройства при этом чаще всего представлены чувством тревоги, напряженности, в острых случаях – страха смерти.

Парафренный синдром. Характеризуется сочетанием фантастических, нелепых идей величия с экспансивным аффектом, явлениями психического автоматизма, бредом воздействия и псевдогаллюцинациями. Иногда бредовые высказывания больных имеют в качестве основы фантастические, вымышленные воспоминания (конфабуляторный бред). При параноидной шизофрении парафренный синдром является заключительным этапом течения психоза.

Помимо описанных выше хронических бредовых синдромов в клинической практике встречаются остро развивающиеся бредовые состояния, имеющие лучший прогноз (острая паранойя, острый параноид, острая парафрения). Они характеризуются выраженностью эмоциональных расстройств, низкой степенью систематизации бредовых идей, динамизмом клинической картины и соответствуют понятию острого чувственного бреда. На высоте этих состояний могут наблюдаться признаки грубой дезорганизации психической деятельности в целом, в том числе признаки нарушения сознания (онейроидный синдром).

Острый чувственный бред также может быть представлен синдромом Капгра (Капгра Ж., 1923), включающим помимо тревоги и идей инсценировки симптом двойников. При симптоме отрицательного двойника больной утверждает, что близкий человек, например, мать или отец, не является таковым, а представляет собой подставную фигуру, загримированную под его родителей. Симптом положительного двойника заключается в убеждении, что незнакомые лица, специально изменившие свой облик, представляются больному в качестве близких людей.

Синдром Котара (нигилистический бред, бред отрицания), (Котар Ж., 1880) выражается в ошибочных умозаключениях мегаломанического, ипохондрического характера по поводу своего здоровья. Больные убеждены в наличии у них тяжелого, смертельного заболевания (сифилиса, рака), «воспаления всех внутренностей», говорят о поражении отдельных органов или частей тела («сердце перестало работать, сгустилась кровь, кишечник сгнил, пища не перерабатывается и из желудка поступает через легкие в мозг» и т.п.). Иногда они утверждают, что умерли, превратились в гниющий труп, погибли.

Сверхценные идеи

Сверхценные идеи – суждения, возникающие на основе реальных фактов, которые эмоционально переоцениваются, гиперболизируются и занимают в сознании больных неоправданно большое место, вытесняя конкурирующие представления. Таким образом, на высоте этого процесса при сверхценных идеях, также как и при бреде, исчезает критика, что позволяет отнести их к разряду патологических.

Умозаключения возникают как на основе логической переработки понятий, представлений (рационально), так и с участием эмоций, организующих и направляющих не только сам процесс мышления, но оценивающих его результат. Для личностей художественного типа последнее может иметь решающее значение по принципу: «если нельзя, но очень хочется, то можно». Сбалансированное взаимодействие рациональной и эмоциональной составляющих называется аффективной координацией мышления. Наблюдающиеся при различных заболеваниях и аномалиях эмоциональные расстройства вызывают ее нарушения. Сверхценные идеи являются частным случаем неадекватно избыточного насыщения аффектом какой-либо отдельной группы представлений, лишающего конкурентоспособности все прочие. Этот психопатологический механизм называется механизмом кататимии. Вполне понятно, что возникающие подобным образом патологические идеи могут иметь не только личностную, болезненную, ситуационную обусловленность, но и содержательно связаны с жизненными темами, вызывающими наибольший эмоциональный резонанс.

Этими темами чаще всего являются любовь и ревность, значимость собственной деятельности и отношение окружающих, собственное благополучие, здоровье и угроза потери того и другого.

Чаще всего сверхценные идеи возникают в ситуации конфликта у психопатических личностей, в дебютных проявлениях экзогенно-органических и эндогенных заболеваниях, а также в случаях их легкого течения.

При отсутствии стойкой дезорганизации эмоционального фона они могут иметь транзиторный характер и при его упорядочивании сопровождаться критическим отношением. Стабилизация аффективных расстройств в процессе развития психического заболевания или хронизации конфликта у аномальных личностей приводит к стойкому снижению критического отношения, что некоторые авторы (А.Б. Смулевич) предлагают называть «сверхценным бредом».

Навязчивые идеи

Навязчивые идеи, или обсессии, — это возникающие спонтанно патологические идеи, носящие навязчивый характер, к которым всегда имеется критическое отношение. Субъективно они воспринимаются как болезненные и в этом смысле являются «инородными телами» психической жизни. Чаще всего навязчивые мысли наблюдаются при заболеваниях невротического круга, однако могут встречаться и у практически здоровых людей с тревожно-мнительным характером, ригидностью психических процессов. В этих случаях они, как правило, нестойкие и не причиняют значительного беспокойства. При психическом заболевании, напротив, концентрируя на себе и на борьбу с ними всю активность больного, переживаются как крайне тягостные и мучительные. В зависимости от степени эмоциональной насыщенности, во-первых, выделяют отвлеченные (абстрактные) навязчивости. Они могут быть представлены навязчивым мудрствованием («мыслительная жвачка»), навязчивым счетом (арифмомания).

К эмоционально насыщенным навязчивостям относятся навязчивые сомнения и контрастные навязчивости. При них больные могут многократно возвращаться домой, испытывая тревожные сомнения, закрыли ли они дверь, выключили ли газ, утюг и т.п. При этом они прекрасно понимают нелепость своих переживаний, но не в силах перебороть возникающие вновь и вновь сомнения. При контрастных навязчивостях больные охвачены страхом совершить что-то недопустимое, аморальное, противозаконное. Несмотря на всю тягостность этих переживаний, больные никогда не пытаются реализовать возникшие побуждения.

Навязчивые идеи, как правило, представляют собой идеаторный компонент навязчивых состояний и редко встречаются в чистом виде. В структуре их также имеют место эмоциональная составляющая (навязчивые страхи – фобии), навязчивые влечения – компульсии, моторные расстройства – навязчивые действия, ритуалы. В наиболее полном виде эти нарушения представлены в рамках обсессивно-фобического синдрома. Навязчивые страхи (фобии) могут иметь различное содержание. При неврозах они чаще всего носят понятный характер, тесно связанный с ситуацией реальной жизни больного: страхи загрязнения и заражения (мизофобия), закрытых помещений (клаустрофобия), толпы и открытых пространств (агорафобия), смерти (танатофобия). Чаще всего встречаются навязчивые страхи возникновения тяжелого заболевания (нозофобия), особенно в случаях, спровоцированных психогенно: кардиофобия, канцерофобия, сифилофобия, спидофобия.

При шизофрении навязчивые переживания чаще имеют нелепое, непонятное, оторванное от жизни содержание – например, мысли о том, что в употребляемой пище могут присутствовать трупный яд, иголки, булавки; домашние насекомые могут заползти в ухо, нос, проникнуть в мозг и т.п.

Тревожно-напряженный аффект в этих случаях довольно часто послабляется ритуалами – своеобразными символическими защитными действиями, нелепость которых больные также могут понимать, однако их выполнение приносит больным облегчение. Например, чтобы отвлечь себя от навязчивых мыслей о заражении, больные моют руки определенное количество раз, используя при этом мыло определенного цвета. Для подавления клаустрофобических мыслей перед тем, как войти в лифт, трижды оборачиваются вокруг своей оси. Подобные действия больные вынуждены повторять по многу раз при всем понимании их бессмысленности.

Чаще всего обсессивно-фобический синдром наблюдается при неврозе навязчивых состояний. Он также может встречаться в рамках эндогенных психозов, например, при неврозоподобных дебютах шизофрении, а также при конституциональных аномалиях (психастении).

Одним из вариантов обсессивно-фобического синдрома является дисморфофобический (дисморфоманический) синдром. При этом переживания больного сосредоточены на наличии либо мнимого, либо реально существующего физического недостатка или уродства. Они могут носить как характер навязчивых страхов, так и сверхценных мыслей со снижением или отсутствием критического отношения, напряженным аффектом, вторичными идеями отношения, неправильным поведением. В этих случаях больные пытаются самостоятельно устранить имеющиеся недостатки, например, избавиться от веснушек при помощи кислоты, бороться с излишней полнотой, прибегая к изнурительному голоданию, или обращаются к специалистам с целью хирургического устранения имеющегося, по их мнению, уродства.

Синдром дисморфомании может наблюдаться у аномальных личностей в подростковом и юношеском возрасте, чаще у девушек. Также у них часто встречаются близкие к этому синдромы – синдром нервной анорексии и ипохондрический. Бредовой вариант синдрома дисмофомании наиболее типичен для дебютных проявлений параноидной шизофрении.


ФГБНУ НЦПЗ. ‹‹Расстройства мышления››

Разорванность мышления является, по мнению большинства исследователей, одним из наиболее типичных для шизофрении расстройств его. Есть, однако, и иная точка зрения. Так, К. Schneider (1962) считал разорванность малодифференцированным признаком и не относил ее к симптомам I ранга при шизофрении. Разорванность или крайне трудно дифференцируемые с ней расстройства мышления иногда обнаруживаются при органических поражениях головного мозга.

Для обозначения этого типа расстройств мышления пользуются также термином «бессвязность», однако понятие бессвязности применяется в отношении расстройств мышления другого генеза — говорят о бессвязности маниакальной, аментивной. Поэтому предпочтительнее использовать термин «разорванность», традиционно принятый в психиатрии со времен Е. Kraepelin. В равной мере нельзя считать удачным обозначение высокой степени разорванности термином «инкогеррентность», который, как правило, определяет состояние мышления при аменции.

Разорванность относится к наиболее выраженным расстройствам мышления при шизофрении. Клинически она проявляется в неправильном, необычно-парадоксальном сочетании представлений. Отдельные понятия вне всякой логической связи нанизываются друг на друга, мысли текут вразброд. Разорванность мышления отражается в речи, поэтому говорят и о речевой разорванности. Разорванная речь лишена содержания, хотя вследствие сохранения грамматических связей между отдельными элементами фраз кажется внешне упорядоченной. Поэтому разорванность определяется как семантическая диссоциация при известной сохранности синтаксической стороны речи. Грамматический строй речи нарушается в тех случаях, когда разорванность достигает крайней степени выраженности, при этом страдает и логическое построение речи, и ее синтаксическая структура.

К. Займов (1961) писал о возможности выделения показателя степени разорванности, определяемой количеством смысловых разрывов на 100 слов.

Сохранность синтаксической формы речи не дает, однако, оснований говорить об отсутствии грамматических расстройств вообще. Страдает фонетическая сторона речи — замена звуков, появление неправильных ударений, искажение интонаций, модуляций голоса (все это нередко воспринимается как проявление манерности). К грамматическим нарушениям речи при разорванности надо отнести и деструкцию слов, появление неологизмов. На фоне нарастающей фрагментарности речи появляются нелепые искажения обычных слов, бессмысленные словообразования, конгломераты обломков слов: «капитаран», «будздарет», «рупталь», «трамволь». В известной мере такого рода неологизмы, чаще всего бессистемные и лишенные смыслового значения, внешне напоминают литеральные парафазии у больных с моторной и сенсорной афазией, однако существуют четкие различия, помогающие правильно квалифицировать эти речевые расстройства. Такого рода пассивные (в понимании J. Seglas, 1892) неологизмы отличаются большой нестойкостью, вариабельностью.

К. Kleist (1914, 1923, 1925, 1934, 1959) сближал расстройства речи при шизофрении с явлениями моторной и сенсорной афазии, а неологизмы — с парафазиями. Так, при кататонических состояниях К. Kleist чаще всего находил обеднение запаса слов, аграмматизм, характерный для лобной локализации поражения. При параноидной шизофрении автор наблюдал преимущественно парафатические расстройства, напоминающие литеральные парафазии, проявления височного параграмматизма, патологическое словообразование, напоминающее сенсорную афазию. Явления жаргон-афазии, наблюдающиеся при резко выраженной сенсорной афазии, он идентифицировал с шизофазией. Это, очевидно, сыграло известную роль в возникновении утверждения Ф. И. Случевского (1975) об органически-церебральном генезе шизофазии. Психоморфологические воззрения К. Kleist особенно отразились в попытке связать паралогию, которую он рассматривал как очаговый симптом, с поражением области коры большого мозга на стыке затылочной и височной долей слева.

Н. П. Татаренко (1938) собрала большой клинический материал о нарушении употребления и новообразованиях слов при шизофрении. Она описывает фонетическую и семантическую замену слов, сгущение и неправильное образование их, простое искажение. Автор указывала, что существует лишь формальное сходство этих, афазиеподобных, по ее определению, расстройств речи у больных шизофренией с парафатическими и афатическими расстройствами. М. С. Лебединский (1938) четко разграничил с помощью клинико-психологических критериев шизофренические и афатические расстройства речи.

В отличие от литеральных парафазии расстройства речи при шизофрении не зависят от ситуации речевого общения, речь больных лишена целенаправленности. При афазии больной стремится заменить искаженное слово правильным, своей мимикой он обращает внимание собеседника на допускаемые им в речи ошибки и трудность, невозможность для него их исправления. Элементы афатической речи, несмотря на их дефектность, подчинены смысловой задаче, тогда как разорванная речь больного шизофренией демонстрирует преобладание формальной стороны слова, его фонетической структуры при наличии выраженной недостаточности смысловой, семантической стороны речи.

Диагностически важным является то обстоятельство, что разорванность мышления проявляется у больных даже при отсутствии собеседника, при ничем извне не вызываемой спонтанной речи (симптом монолога).

Разорванность обычно отражает остроту течения шизофренического процесса. В начале заболевания она отмечается при наличии общего психомоторного возбуждения. По мере нарастания психического дефекта разорванность также претерпевает изменения — речь становится более фрагментарной, в ней выявляются и приобретают все большее значение стереотипии.

Особенно легко разорванность выявляется в письменной речи больных. Очевидно, это объясняется тем, что письменная речь является более сложным образованием (в ее осуществлении участвует большее количество звеньев функциональной системы речи) и относительно позже приобретаемой в онтогенезе формой речевого общения. Нередко разорванность в письме сопровождается симптомами нарушения моторного компонента письма, обращают на себя внимание витиеватая манерность почерка, склонность больного к довольно стереотипным украшениям, завитушкам, какое-то особое тонирование элементов букв. Так, буква исполняется без нажима, тонкими линиями, а отдельные ее компоненты удваиваются параллельными линиями и т. п.

Разорванность не является стабильным симптомом. Степень ее выраженности у больного может меняться, и без лечения она может исчезать при спонтанной ремиссии. Еще более явной стала ее обратимость в связи с применением в психиатрической практике нейролептических средств. Курабельность разорванности под влиянием этих препаратов подтверждает мнение о том, что этот вид патологии мышления не обусловлен, как думали раньше, органически-деструктивными изменениями.

Приводим пример разорванности мышления.

«Ей-богу, убью первого озверелого бандита святого Владимира из Киевского монастыря и, ей-богу, убью озверетого бандита священника Николая из города Чебоксарского собора. Христа ради, прекратите насмерть отравлять меня, будущего святого Василия Ананьевича Кафтанника (имя, отчество и фамилия не принадлежат больному!) со своей будущей семьей Александр, Варвара и Екатерина и четыре из детдома как Мокеев Михаил Егорович регент русского хора наизусть на четырех голосах этих вышеуказанных озверелых святых бандитов Владимира и Николая живьем сжечь миллиард святых крестов» (далее три страницы заполнены крестиками).

Здесь помимо разорванности отмечается и стереотипное повторение отдельных выражений, оборотов, представлений.

По степени выраженности разорванность также не является однородным психопатологическим феноменом. Начальные проявления разорванности мы видим в соскальзывании мысли, проявляющемся при переходах от одного представления к другому вне естественных логических связей. При нерезкой выраженности расстройств мышления соскальзывания носят эпизодический характер и обнаруживаются на фоне формально правильных суждений. Так, больная шизофренией в письме задает целый ряд вопросов, совершенно оторванных от реальной ситуации и резонерских по своей постановке, отражающих совершенно необъяснимый переход от одного понятия к другому:

«Кто я? Кто ты? Кто они? Кто мы? Что такое счастье? Почему растет трава? Зачем нужно солнце? Где находится луна? Почему она жидкая? Я хотела сказать — вода. Спаси меня, пожалуйста, если ты знаешь, что такое вечность. Что бы еще такое спросить?»

Крайняя степень разорванности обычно определяется как «словесный салат» («словесная окрошка»), речь при этом состоит из совершенно бессмысленного набора ничем не связанных слов и стереотипии. Неправомерно отождествление «словесной окрошки» с шизофазией.

Шизофазия — своеобразное проявление мыслительно-речевых расстройств при шизофрении, близкое к разорванности. Ее феноменологическое и клинико-нозологическое положение до сих пор остается дискуссионным. Е. Kraepelin (1913) считал, что шизофазия — особая форма шизофрении, при которой речевая бессвязность, разорванность и совершенно непонятная речь контрастируют с упорядоченностью, известной доступностью и относительной интеллектуальной и аффективной сохранностью больных, их несколько лучшей, чем при других формах заболевания, работоспособностью. Характерны повышенная речевая активность, «речевой напор», «наплыв слов». Еще более выражен, чем при разорванности, симптом монолога, характеризующийся поистине речевой неистощимостью и совершенным отсутствием потребности в собеседнике. Нередко монолог возникает даже без предшествующей обращенной к больному речи собеседника. Симптом монолога обычно рассматривается как проявление аутистической позиции больного шизофренией, утрачивающего всякую потребность в общении с окружающими. Ф. И. Случевский (1975) подчеркивает, что многоречивость больных шизофазией не зависит от степени общего психомоторного возбуждения. Описаны единичные случаи своеобразного проявления шизофазии только в письме (шизография). Так же, как и разорванность, шизофазия часто обнаруживается в письменной речи раньше, чем в устной.

М. О. Гуревич (1949), придерживаясь в основном концепции Е. Kraepelin о шизофазии как о редкой, недостаточно еще изученной форме шизофрении, в то же время отмечает возможность ее развития в хронической стадии шизофрении, когда она сменяет другие синдромы, чаще кататонические. М. Ш. Вроно (1959) рассматривает шизофазию как вариант течения параноидной шизофрении, тогда как разорванность, по его мнению, является признаком кататонического расстройства мышления.

Представляется наиболее аргументированной точка зрения А. С. Кронфельда (1940), считавшего, что разорванность и шизофазию сближает наличие так называемого динамического компонента (психомоторно-кататонических динамизмов), играющего важную роль в формировании клинической картины заболевания. Синдром шизофазии А. С. Кронфельд понимал как результат кататонической активности речевой моторики при шизофреническом распаде мышления. К психомоторно-кататоническим динамизмам относятся персеверации и стереотипии, шперрунги, манерность, негативизм, итерации, автоматизмы. Однако одних психомоторно-кататонических расстройств недостаточно для возникновения синдрома шизофазии. Для этого необходимо наличие шизофренического распада мышления, включающего по А. С. Кронфельду, диссоциацию мышления, динамическое влияние шизофренического аффекта, параноидных структур.

Шизофазия редко встречается в психиатрической практике, особенно в последние годы, что можно связать с патоморфозом клинической картины заболевания вследствие широкого применения нейролептических средств. По данным Ф. И. Случевского (1975), разорванность мышления (автор пользуется термином «атактическое мышление») отмечалась у 27,5 % наблюдаемых им больных, а шизофазия — только у 4 %.

Явления соскальзывания и разорванности мышления обнаруживаются при клиническом обследовании больного и в условиях патопсихологического эксперимента. Б. В. Зейгарник (1962) указывает, что выявить соскальзывание можно лишь у сравнительно сохранных больных, когда оно еще не перекрывается более грубыми расстройствами мышления. Патопсихологически соскальзывание определяется как временное снижение уровня мыслительной, деятельности — верно выполняя какое-либо задание, адекватно о чем-либо рассуждая, больной внезапно сбивается с правильного хода мыслей по ложной, неадекватной ассоциации, часто по «слабому», «латентному» признаку, а затем вновь способен продолжать рассуждение последовательно, но не исправляя допущенной ошибки. При этом обычно степень трудности выполняемого задания не имеет значения (В. М. Блейхер, 1965). Следует отметить, что при исследовании мышления у больных шизофренией мы сталкиваемся с неприменимостью к ним обычно складывающейся у психиатра или психолога шкалы трудности, сложности выполняемых заданий. И это естественно, так как, создавая для себя такую шкалу, мы руководствуемся главным образом трудностью этих заданий для психически здоровых и лиц, обнаруживающих интеллектуальную недостаточность различной степени. У больных шизофренией с присущими им нарушениями избирательности объектов мыслительной деятельности (признаков предметов и явлений, мнестического запаса) эти критерии оказываются совершенно иными, их нельзя анализировать как понятные.

Обнаруживаемые при психологическом исследовании у больных шизофренией соскальзывания не связаны с усталостью, не обусловлены повышенной истощаемостью. Они не поддаются коррекции в процессе исследования. Даже после объяснения, как следовало бы выполнить задание, больной по-прежнему отстаивает свое решение, приводя резонерские, паралогические мотивировки.

Разорванность мышления рассматривается как проявление патологии его целенаправленности (А. А. Перельман, 1957; Б. В. Зейгарник, 1962). Б. В. Зейгарник видит в разорванности крайнюю степень разноплановости, заключающейся в том, что суждения больного о каком-нибудь явлении протекают в разных плоскостях, как бы в разных руслах. Помимо играющего важную роль в диагностике разорванности отсутствия понятных связей между отдельными элементами высказываний больного Б. В. Зейгарник считает значимыми такие критерии, как независимость речи больного от присутствия собеседника (уже упоминавшийся симптом монолога), отсутствие логики, невозможность обнаружить в речи больного объект мысли, незаинтересованность его во внимании собеседника. Наличием перечисленных моментов и объясняется то, что речь больного при разорванности перестает выполнять функцию общения и становится совершенно непонятной окружающим.

мышление разорванное — это… Что такое мышление разорванное?

мышление разорванное
расстроенное М., характеризующееся нарушением внутренних логических связей, скачкообразностью, соединением разнородных, не связанных по смыслу элементов или, наоборот, разрывом цельности мыслей и цепи ассоциаций, вторжением в них неологизмов.

Большой медицинский словарь. 2000.

  • мышление примитивное
  • мышление резонерствующее

Смотреть что такое «мышление разорванное» в других словарях:

  • МЫШЛЕНИЕ РАЗОРВАННОЕ — мышление, характеризующееся первичным нарушением логической последовательности ассоциаций. При нем отсутствует связь между отдельными мыслями, понятиями и представлениями …   Судебная патопсихология (термины книги)

  • Мышление разорванное — наиболее тяжёлая степень фрагментации словесно логического мышления при шизофрении с бессмысленным и как бы случайным сочетанием понятий при известной степени синтаксической сохранности речи. Согласно Б.В.Зейгарник (1962) разорванность мышления… …   Энциклопедический словарь по психологии и педагогике

  • Мышление — Опосредованное – основанное на раскрытии связей, отношений, опосредований – и обобщенное познание объективной реальности (Рубинштейн С.Л., 1940). М. – это отображение существенных связей и отношений между объектами действительности. Мыслительное… …   Толковый словарь психиатрических терминов

  • Мышление атактическое — (греч. ataxia беспорядок, отсутствие координации) термин П.А.Останкова (1927), обозначает характерную для больных шизофренией утрату способности к последовательному, целенаправленному и контролируемому мышлению, насколько об этом можно судить по… …   Энциклопедический словарь по психологии и педагогике

  • Разорванность — См. Мышление разорванное, Речевая разорванность …   Толковый словарь психиатрических терминов

  • Разорванность мышления — нарушение смысловых связей между членами предложения при сохранности грамматического построения фразы. * * * – см. Мышление разорванное …   Энциклопедический словарь по психологии и педагогике

  • Шизография — (шизо греч. grapho – писать) – проявление разорванности мышления в письменной речи пациентов. См. Мышление разорванное …   Энциклопедический словарь по психологии и педагогике

  • Шизофазия — (от греч. schizo – разорванность и phasis – речь). Отсутствие смысловой связи в речи при правильном грамматическом ее построении, отражающее разорванность мышления у больных шизофренией (см.). * * * (шизо греч. phasis речь) – термин E.… …   Энциклопедический словарь по психологии и педагогике

  • ПАТРИСТИКА — (лат. patres отцы) направление философско теологической мысли 2 8 вв., связанное с деятельностью раннехристианских авторов Отцов Церкви. Семантико аксиологические источники оформления П. античная философия (общерациональный метод и конкретное… …   История Философии: Энциклопедия

  • Расстройства ассоциативного процесса — общее и неточное название нарушений процессов мышления. * * * Ускорение мышления характеризуется ускоренным течением ассоциативных процессов; мысли очень быстро сменяют друг друга, их настолько много, что больные, несмотря на довольно быструю… …   Энциклопедический словарь по психологии и педагогике

Расстройства мышления

Выделяют расстройства мышления по форме (нарушения ассоциативного процесса) и по содержанию (сверхценные идеи, бред, навязчивости).


Нарушения ассоциативного процесса

Ускорение мышления выражается в ускоренном течении ассоциативных процессов; мысли очень быстро сменяют друг друга, их так много, что больные, несмотря на очень быструю («пулеметную») речь, все-таки не успевают их высказывать. Внешне такая речь больных может напоминать шизофазию (разорванную речь), однако если ее записать, допустим, на магнитофон, то потом можно найти в ней определенный смысл, чего нет при шизофазии.

Для патологически ускоренного течения ассоциативных процессов характерна также отвлекаемость: мышление больного становится поверхностным, склонным к моментальному переключению; все, что попадает в поле зрения такого больного, тут же привлекает его внимание, занимает его мысли, дает новое направление его идеям. Крайняя степень отвлекаемости выражается в скачке идей (fuga idearum), когда мысли больных, молниеносно сменяя друг друга, переключаются с одного предмета на другой так быстро, что уже трудно бывает уловить в них какой-нибудь общий смысл.

Замедление мышления характеризуется бедностью ассоциаций, замедленным течением ассоциативного процесса, заторможенностью его. Больные с такими явлениями жалуются, что у них «часами не бывает в голове никаких мыслей», «ничего не приходит в голову». На вопросы они обычно отвечают очень лаконично, односложно, иногда только словами «да» или «нет», часто после очень долгой паузы, когда у спрашивающего уже может создаться впечатление, что больной не расслышал или не понял вопроса. Сами больные в таком состоянии говорить не начинают, ни к кому ни за чем не обращаются.

Обстоятельность мышления заключается в чрезвычайной вязкости, тугоподвижности мыслительных процессов; больным очень трудно переключиться с одной темы на другую, они застревают на самых незначительных деталях, им все кажется важным, нужным — каждая мелочь, каждый штрих; они не могут выделить главного, основного, существенного.

Больная эпилепсией, желая сообщить врачу об очередном припадке, описывает свое состояние следующим образом: «Так вот, когда я встала, то пошла умываться, полотенца еще не было, его, наверное, Нинка-гадюка взяла, я ей это припомню. Пока я полотенце искала, уж на завтрак надо было идти, а я еще и зубы не чистила, мне няня говорит: «Иди скорее», а я ей про полотенце, тут как раз и упала, а что потом было, не помню».

Патологическая обстоятельность мышления характеризуется очень малой продуктивностью, подчас же вообще непонятно, что больной хотел сказать, какой смысл имела его длинная витиеватая речь (лабиринтное мышление).

Персеверация мышления (лат. perseveratio — настойчивость, упорство) — патологическое застревание, задержка на одних и тех же представлениях, что клинически выражается в повторении (иногда очень длительном) одних и тех же фраз или слов. Чаще всего такие больные могут правильно ответить только на первый вопрос врача, а затем уже однообразно повторяют тот же ответ или части его.

Больного, страдающего тяжелой формой церебрального атеросклероза, спрашивают, где он лечится. Больной отвечает: «В больнице имени Соловьева». — «Сколько времени вы здесь?» — «Больница Соловьева». — «Ваша специальность до болезни?» — «Больница Соловьева». -«Чем вы сегодня занимались?» — «Больница Соловьева».

Вербигерация (лат, verbum — слово + gero — веду, совершаю) — речевая стереотипия — бессмысленное, нередко ритмическое повторение одних тех же слов, реже — фраз или их обрывков.

Паралогичное мышление характеризуется отсутствием в мышлении логической связи; выводы, которые делает больной в таких случаях, не только не закономерны, но часто совершенно нелепы: «Я заболела шизофренией, потому что в детстве мало ела манной каши» или «Я хочу спать, а потому научите меня, пожалуйста, музыке».

Резонерство — склонность к пустым рассуждениям, когда, как говорят, «очень много слов и мало мыслей». Такое мышление характеризуется бесплодностью, отсутствием конкретности, целенаправленности: «Вы видите, как это важно, мне бы хотелось сказать и отметить, что это очень важно, важность значительная, это надо отметить, вы же не будете думать, что это не важно».

Разорванность мышления (шизофазия) выражается в отсутствии связи между отдельными мыслями или даже отдельными словами. Речь такого больного может быть совершенно непонятной, лишенной всякого смысла, и поэтому ее нередко называют словесной окрошкой, словесным салатом.

Паралогичное мышление, резонерство и разорванность мышления наиболее характерны для шизофрении.

Бессвязность мышления (инкогерентность), инкогерентное мышление; лат. in — частица отрицания + cohaerentia — сцепление, связь) характеризуется полной хаотичностью, бессмысленностью мышления, речь состоит из набора отдельных слов, никак между собой не связанных: «Чудо, чудо… жили-были… ах, как холодно… день, пень, лень… до свидания…». Инкогерентность может напоминать разорванное мышление, но главное отличие в том, что разорванное мышление возникает на фоне ясного сознания, инкогеренция же — всегда следствие помрачения сознания (обычно по типу аментивного синдрома, аменции).

Расстройства мышления по содержанию

Сверхценные идеи (гиперквантивалентные идеи: гр. hyper — над, сверх + лат. quantum — сколько + valenti -сила) — мысли, возникающие в связи с какими-то действительными фактами или событиями, но приобретающие для человека особую значимость, определяющие все его поведение. Характеризуются большой эмоциональной насыщенностью, выраженным эмоциональным подкреплением. Например, человек, действительно пишущий стихи и, может быть, удостоившийся за это когда-то похвалы, начинает думать, что он поэт необыкновенный, чрезвычайно талантливый, гениальный, и вести себя соответствующим образом. Непризнание же его окружающими расценивает как происки недоброжелателей, зависть, непонимание и в этом своем убеждении он уже не считается ни с какими реальными фактами.

Такие сверхценные идеи собственной исключительности могут возникать и по поводу других чрезвычайно переоцениваемых способностей: музыкальных, вокальных, писательских. Может переоцениваться и собственная склонность к научной деятельности, изобретательству, реформаторству. Возможны сверхценные идеи физического недостатка, недоброжелательного отношения, сутяжничества.

Человек, в действительности имеющий небольшой косметический недостаток, например слегка оттопыренные уши, считает, что это — трагедия всей его жизни, что окружающие к нему из-за этого плохо относятся, что все его неудачи — только в связи с этим «уродством». Или человека кто-то действительно обидел, и он после этого ни о чем другом уже не может думать, все его помыслы, все его внимание направлены только на это, он уже и в самых безобидных поступках окружающих и даже в их доброжелательных действиях видит только одно — желание ущемить его интересы, вновь обидеть его. То же может касаться и сутяжничества (кверулянства; лат. querulus — жалующийся) — склонности к бесконечным жалобам, рассылаемым во всевозможные инстанции, причем число этих инстанций все возрастает, так как в конечном итоге каждая инстанция (например, газета, суд и т. д.), куда вначале жаловался такой сутяга, не признавшая его «правоты», сама становится объектом очередной жалобы.

Сверхценные идеи особенно характерны для психопатических личностей.

Бредовые идеи (бред) — неправильные умозаключения, ошибочные суждения, ложная убежденность. От обычных человеческих заблуждений (например, от суеверия -убежденности в существовании ведьм, колдунов, «нечистой силы») или от неправильного предположения о недоброжелательном отношении окружающих бред отличается следующим:

  1. всегда возникает на болезненной основе, это всегда симптом болезни;
  2. человек полностью убежден в достоверности своих ошибочных идей;
  3. бред не поддается никакой коррекции, никакому разубеждению со стороны;
  4. бредовые убеждения имеют для больного чрезвычайную значимость, так или иначе они влияют на его поведение, определяют его поступки.

Просто заблуждающийся человек (например, в силу недостатка знаний или особенностей воспитания верящий в «нечистую силу») при настойчивом разубеждении может отказаться от своих заблуждений, равно как и человек, по тем или иным причинам думающий о плохом к нему отношении окружающих. Если же это бред, допустим, бред околдования или бред преследования, то никакими доводами, никакими фактическими доказательствами этого больного разубедить не удастся. Пока он болен, он непоколебимо будет верить в то, что «испорчен нечистой силой», или в то, что окружающие его «жестоко преследуют».

По клиническому содержанию (по теме бреда) все бредовые идеи с известной долей схематизма можно разделить на три большие группы: бредовые идеи преследования, бредовые идеи величия и бредовые идеи самоуничижения (депрессивный бред).

Мышление

Опосредованное — основанное на раскрытии связей, отношений, опосредований — и обобщенное познание объективной реальности [Рубинштейн С.Л., 1940]. М. — это отображение существенных связей и отношений между объектами действительности. Мыслительное отображение специфично в силу его обобщенности и опосредованности, что позволяет М. выйти за рамки непосредственно данного. М. является высшей формой познавательной деятельности человека, оно включает в себя синтез и анализ, обобщение и отвлечение, способность к абстрагированию и выделению конкретных признаков, различение существенного и несущественного. Познавательная деятельность протекает на двух уровнях психического отражения: первый — это те связи и отношения, обобщения, опосредования, которые доступны чувственному познанию; второй связан с проникновением в причинно-следственные зависимости, не лежащие на поверхности, недоступные чувственному. Таковы уровни образа и мысли, между которыми есть свои переходные звенья. Специфические симптомы и синдромырасстройства мышления определяются клинически и патопсихологически; их квалификация играет важную роль в дифференциальной диагностике психических нарушении. М. АБСТРАКТНОЕ. М., оперирующее сложными отвлеченными понятиями и умозаключениями, позволяющее мысленно вычленить и превратить в самостоятельный объект рассмотрения отдельные стороны, свойства или состояния предмета, явления. Такое вычлененное и самостоятельное свойство является абстракцией, лежащей в основе процессов обобщения и образования понятий. Выделение содержательных, обладающих относительной самостоятельностью, абстракций соответствует теоретическому М., способному к созданию рационалистических схем, тогда как формальные абстракции вычленяют свойства предмета, не существующие сами по себе и независимо от него, и соответствуют эмпирическому уровню М. М. АМБИВАЛЕНТНОЕ (лат. ambi — с обеих сторон, valens — сильный). Характеризуется одновременным сосуществованием взаимоисключающих, противоположных тенденций, противоречащих друг другу мыслей. В основе его лежит выделенная E. Bleuler [1911] амбивалентность (см.). М. АРХАИЧЕСКОЕ оперирует устаревшими понятиями и представлениями, свойственными человеку на давних этапах развития и нередко связанными с древними мифами. Широко включает в себя суждения, основанные на предрассудках и заблуждениях. Примером М.а. являются архаические формы бреда (см.). М. АТАКТИЧЕСКОЕ (греч. ataxia — беспорядок, отсутствие координации) [Останков П.А., 1927]. Определение характерных для шизофрении расстройств мышления. Характеризуется паралогическими построениями. Речь больных лишена смыслового значения и недоступна пониманию окружающих, при внешне правильном ее грамматическом построении. Больные часто употребляют неологизмы, количество которых может быть столь значительно, что их речь носит характер неоглоссии. Большинством исследователей атактическое мышление понимается как шизофреническая разорванность мышления, однако Ф.И. Случевский [1976] считает эти понятия неравнозначными и, наряду с атактическим мышлением, выделяет в разорванности синдром шизофазии. М. АУТИСТИЧЕСКОЕ (греч. autos — сам). Патологическое мышление, протекающее по законам аутистической логики (см. Аутизм), когда суждения обусловлены преимущественно миром внутренних переживаний больного, его эмоциями и установками и недостаточно соотносятся с реальностью, оторваны от действительности. Син.: М. дереистическое (лат. de — устранение, отрицание чего-либо, res — вещь). М. БЕССВЯЗНОЕ характеризуется потерей способности образования ассоциаций, фрагментарностью. Отдельные образы, восприятия, понятия не связываются между собой. Невозможно образованиедаже наиболее простых, механических ассоциаций по сходству и смежности во времени и пространстве. Грубо нарушена целенаправленность мышления. Происходит утрата мыслительной задачи, М. не отражает реальную окружающую действительность. Высокая истощаемость психических процессов. Речь состоит из хаотического набора слов, обрывков предложений. М.б. наблюдается при острых экзогенных психозах. Син.: астеническая, адинамическая ассоциативная атаксия [Осипов В.П., 1923], астеническая спутанность [Случевский Ф.И., 1975], М. инкогеррентное. М. ВЯЗКОЕ. Одна из форм инертного М. Харктеризуется обстоятельностью, склонностью к детализации, неумением отделить основное от второстепенного, тугоподвижностью, невозможностью выйти из определенного круга представлений и переключиться на что-то другое. М.в. отличается ригидностью, недостаточнойлабильностью. Сочетается с общей прогрессирующей олигофазией. Наиболее типично для эпилептического слабоумия. М. ГОЛОТИМИЧЕСКОЕ. См. М. голотимное. М. ГОЛОТИМНОЕ. (греч. golos — весь, целиком, thymos — чувство, настроение). М., обусловленное доминирующим аффективным фоном, например, манией или депрессией. Син.: Блейлера голотимное (голотимическое) мышление. М. ДЕРЕИСТИЧЕСКОЕ. См. М. артистическое. М. ДВОЙНОЕ. Разновидность разорванности М. Больной как бы отстранение воспринимает собственные мысли, отчуждаясь от них. Проявление психического автоматизма. М. ЗАМЕДЛЕННОЕ. Характеризуется замедлением темпа течения мыслительных процессов, уменьшением количества идей, представлений, малой подвижностью. Происходит как бы застревание на одной мысли (моноидеизм). Страдает направленность М. — больному трудно довести рассуждения до конца. Часто сочетается с другими проявлениями брадипсихизма, проявляющимися в особенностях речи, моторики, аффективных реакций. Наблюдается при депрессивных состояниях, но и вне связи с аффективными гипотимическими явлениями может быть при постэнцефалитическом паркинсонизме (при поражении подкорковых образований лобных отделов и ствола Мозга) и при шизофрении, сочетаясь с мутизмом и эмоционально-волевыми изменениями, бедностью побуждений. Син.: М. заторможенное. М. ЗАТОРМОЖЕННОЕ. См. М. замедленное. М. ИНЕРТНОЕ. Группа синдромов расстройств мышления, основной признак которых — недостаточная подвижность психических процессов. К М.и. относятся М. вязкое, М. персевераторное и М. со стереотипиями. М. ИНКОГЕРРЕНТНОЕ. См. М. бессвязное. М. КАТАТИМИЧЕСКОЕ. См. М. кататимное. М. КАТАТИМНОЕ (греч. katathymeo — падать духом, унывать). М., обусловленное наличием аффективно заряженных комплексов представлений (см. Кататимия, Бред кататимический). Наблюдается при параноических развитиях. Син.: Майера кататимное (кататимическое) мышление. М. КОНКРЕТНОЕ. М., оперирующее конкретными понятиями. Патологическим является в тех случаях, когда вся мыслительная деятельность определяется, ограничивается образованием конкретных понятий, суждений, не являющихся этапом на пути к М. абстрактному. В этих случаях говорят о недостаточности уровня протекания мыслительной деятельности, слабоумии. М. МАГИЧЕСКОЕ. Разновидность М. архаического. Характерны фантазии, суеверныепредставления о каких-то сверхестественных магических силах. М. НАСИЛЬСТВЕННОЕ характеризуется непроизвольным возникновением в сознании больного чуждых ему по содержанию мыслей. Наблюдается при синдроме Кандинского-Клерамбо. М. ОБРАЗНОЕ оперирует наглядными чувственными представлениями. М. ОБСТОЯТЕЛЬНОЕ. См. М. вязкое. М. ПАРАЛОГИЧЕСКОЕ (греч. paralogos — противный разуму, неразумный). М., дефектное в своих предпосылках, доказательствах, иногда в причинных соотношениях. Характерна «кривая логика» при хороших интеллектуально-мнестических данных. Патологическая склонность к паралогизмам. Паралогизм — неправильное, ложное рассуждение, логическая ошибка в умозаключении, происшедшая непреднамеренно и являющаяся следствием нарушений законов и правил логики [Кондаков Н.И., 1975]. М.п. у психически больных объясняется в соответствии с законом партиципации идентификацией двух объектов мышления при частичном совпадении их признаков [Domarus E., 1923, 1924, 1927; Заимов К., 1973, 1981, 1988]. Наблюдается при шизофрении, параноических развитиях. М. ПЕРСЕВЕРАТОРНОЕ. Разновидность М. инертного. Характеризуется склонностью к застреванию в сознании больного каких-либо мыслей, представлений, образов, слов или фраз, вне зависимости от изменения ситуации и нарушения цели деятельности. При этом ослаблена цель мыслительной деятельности. Наблюдается в рамках грубой органической патологии головного мозга (при выраженном церебральном атеросклерозе, старческом слабоумии, болезни Альцгеймера, болезни Пика). М. ПРИМИТИВНОЕ. М., оперирующее примитивными, конкретными суждениями при недоступности обобщения, абстрагирования, бедное логическими операциями. Наблюдается при олигофрении. М. РАЗОРВАННОЕ. Рассматривается как наиболее выраженное расстройство мышления при шизофрении. Проявляется неправильным, необычно-парадоксальным сочетанием представлений. Отдельные понятия вне всякой логической связи нанизываются друг на друга, мысли текут вразброд. Сопровождается разорванностью речи — семантической диссоциацией при известной синтаксической сохранности. При резкой степени выраженности разорванности страдает и грамматический строй речи («словесный салат», «словесная окрошка»). По Б.В. Зейгарник [1962], разорванность является крайней степенью разноплановости — суждения больного о каком-нибудь явлении протекают в разных плоскостях, как бы в разных руслах. Характерен симптом монолога — речевая неистощимость при отсутствии потребности в собеседнике. М. РЕЗОНЁРСКОЕ (фр. raisonner — рассуждать). Характеризуется склонностью к пустым, бесплодным, основанным на поверхностных формальных аналогиях рассуждениям. Проявляется в неадекватном реальной ситуации мудрствовании, многословности и банальности суждений. Цель мыслительной деятельности отодвигается на задний план, а на передний выдвигается тенденция к рассуждательству. При шизофрении резонерство обусловлено присущими заболеванию особенностями личностно-мотивационной сферы. Наблюдается оно также при эпилепсии, олигофрении и ряде органических заболеваний головного мозга, где чаще всего носит характер компенсаторного и протекает на фоне интеллектуальной недостаточности. М. СИМВОЛИЧЕСКОЕ. М., оперирующее сложными символами образов и понятий, личностно значимых для больного, но нередко недоступными для окружающих. Отличается неповторимым своеобразием и отражает аутистическую позицию больного. В понимании М.с. придается значение характерному для больных шизофренией сосуществованию прямого и переносного смысла понятий в мыслительных процессах [Попов Е.А., 1949]. М. СКАЧКООБРАЗНОЕ. М., характеризующееся значительно выраженной неустойчивостью внимания, нестабильностью установок и постоянным изменением цели мыслительных процессов. Наблюдается как при функциональной психической патологии (маниакальная фаза МДП со скачкой идей), так и при некоторых органических поражениях головного мозга (хорея Гентингтона). М. СО СТЕРЕОТИПИЯМИ. М., протекающее со склонностью к повторению одних и тех же актов психической деятельности. Мыслительная деятельность больного утрачивает всякий смысл, не связана с решением какой-либо задачи. Стереотипии не связаны с предшествовавшей психической деятельностью, чужды прежним мыслительным заданиям; они существуют длительно и не изменяются под влиянием специально создаваемого врачом в беседе с больным переключения модуса его деятельности. Наблюдается при органических поражениях головного мозга (например, стоячие обороты и симптом грамофонной пластинки при болезни Пика) и при шизофрении, главным образом, кататонической (вербигерация). М. УСКОРЕННОЕ. Характеризуется нарушениями динамики мыслительных процессов, лабильностью суждений. Отмечается быстрое, ускоренное течение ассоциаций, поверхностность суждений, обычно малая умственная продуктивность. Типичны явления недостаточности внимания; при их значительной выраженности наблюдается М. скачкообразное. Крайне резкое ускорение мышления — вихревая маниакальная спутанность. В силу ускоренности течения ассоциаций происходит легкая утрата объекта рассуждения. Наблюдается при маниакальной стадии МДП, а также при маниоформных состояниях шизофренического и экзогенно-органического происхождения. М. ФАБУЛИРУЮЩЕЕ (лат. fabula — повествование, история). Характеризуется отсутствием адекватной действительности фабулы, присущим нормальному мышлению последовательным развитием событий, рассказами о вымышленных событиях, выдумками. Правильнее говорить о конфабулирующем М. Наблюдается при органических поражениях головного мозга, протекающих как с заместительными, так и с непродуктивными конфабуляциями (пресбиофрения, болезнь Альцгеймера), при истерии (в структуре истерических фантазмов), при бредоподобных фантазиях, являющихся одной из форм психогенных реакций, при парафренных синдромах шизофренического и инволюционного генеза. М. ФАНТАЗИРУЮЩЕЕ [Varendonck L., 1922]. Состояние «грез наяву», возникающее в периоды мечтательной рассеянности. Направленность мышления определяется аффективноокрашенными воспоминаниями и желаниями. Характерна скачкообразность мышления. Протекает в форме допущений и возражений, вопросов и ответов. Наблюдаются включения, близкие к галлюцинаторным, типа иллюзий и галлюцинаций воображения. Такого рода состояния непроизвольного мышления протекают при постоянно меняющемся уровне сознания. М. ШИЗОФРЕНИЧЕСКОЕ. Обобщающее понятие, включающее в себя все присущие шизофрении виды расстройств мышления (аутистическое, амбивалентное, резонерское, паралогическое и т.д.). М. ЯНУСА (Янус в мифологии древних римлян бог времени, начала и конца, входов и выходов, изображался с двумя лицами, обращенными в противоположные стороны). Сосуществование одновременно противоположных и противоречащих друг другу мыслей, понятий, образов. Понятие неоднородное, может быть отнесено к шизофрении (амбивалентность мышления), неврозам (см. Невротическая антитеза). По A. Rothenberg [1971], характерно для творческого мышления. М-ЭХО. Основной показательэхоэнцефалоскопии, ультразвуковой сигнал, отраженный от медиальных структур мозга. При объемных процессах в головном мозге величина М-эха будет больше в пораженном полушарии, при атрофических — меньше (при условии асимметричности поражения).

Нарушение мышления у взрослых — лечение в ДокторНейров в Москве

Нарушения мышления, возникающие в результате негативного воздействия на нервную систему (ЧМТ, инсульт, ишемия головного мозга, токсическое воздействие, онкология).

Чаще всего характеризуются снижением способности пациента к анализу информации, невозможности правильно классифицировать то, или иное событие, продуктивно разрешить ту, или иную жизненную задачу. Мышление такого пациента становится «приземленным», «конкретным», пациенты перестают понимать переносный смысл фраз, перестают оперировать абстрактными понятиями.

Проявление нарушений мышления

Все это характеризуется «снижением операции обобщения». Пациенты испытывают выраженные сложности с объединением отдельных предметов, феноменов и понятий в группы по ведущему признаку, а так же сложности с выделением этого ведущего признака, необходимого для правильного умозаключения. Так, например, на вопросы типа «что общего у тигра и слона?», пациент с органической патологией головного мозга ответит, что «у них есть четыре лапы», либо «они живут в Африке», тогда как нормативным ответом на подобный вопрос будет — «они животные». Разумеется, выраженность подобного снижения может быть разной, глубина нарушений выясняется после тщательной диагностики, сбора анамнеза и анализа состояния человека до и после заболевания.

При работе с подобными пациентами используют методики на классификацию понятий, поиск отличий, исключение лишнего, подбор аналогий, интерпретацию пословиц, поиск последовательностей и т.д.

Еще одним видом нарушения мышления может быть «искажение операции обобщения». Такое нарушение возникает не только при органических поражениях головного мозга и часто встречается при таких расстройствах как депрессии и психозы. Такие пациенты начинают мыслить своеобразно, используя «какую-то свою» логику. При сохранной возможности построения правильных умозаключений, они предпочитают делать выводы исходя из собственных, субъективно значимых предпосылок. Так, при ответе на вопрос «что общего у тигра и слона?», такой пациент скажет, что «у них общее желание сбежать из зоопарка», или «они не любят пить морскую воду».

Диагностика и лечение

Занятия по восстановлению мышления проводит нейрореабилитолог или нейропсихолог, под контролем лечащего врача. На этапе диагностики оценивается общее соматическое и психическое состояние пациента, в случае необходимости, назначается медикаментозное лечение, рассчитывается оптимальная для пациента нагрузка.

В зависимости от данных диагностики, характера и степени выраженности нарушений, пациенту назначаются занятия с использованием индивидуально подобранных методик и элементов когнитивного тренинга.

разорвано внутри? | Психология сегодня

«Я, другие: понимание»

Источник: Kaspar Lunt / Pixabay

Психотерапия дает человеку большую свободу мысли, более богатый способ существования в мире и более приятные отношения с другими. Но как и каким способом? Один из подходов — разрешение внутреннего конфликта.

Внутренний конфликт лежит в основе состояния человека и того, как разум работает как в отношении болезни, так и здоровья. Вопрос в том, как человек справляется со своими внутренними конфликтами и в какой степени эта борьба мешает повседневной жизни и кем каждый из нас может стать.Бывают моменты, когда внутренний конфликт может быть ответом на старые способы существования в мире и оторванность от текущей реальности. Это может помешать нам развиваться и предотвратить удовольствие, которое приходит от самопознания и осознания. Если внутренний конфликт интенсивен, он может истощить внутреннюю энергию и ослабить личность. Это может подорвать его чувство целостности или целостности. Разговорная терапия решает эти проблемы во многом.

1. Вербализация. Английский философ Дж.Л. Остин сказал, что слова делают вещи. Разговорная терапия как можно точнее выражает вещи словами посредством свободных ассоциаций или высказываний того, что приходит в голову. Непростой подвиг. Несмотря на то, что невербальное общение актуально и порой показательно, вербализация мыслей и чувств является основным направлением.

Ход мыслей предоставляет врачу информацию для размышлений о том, как речь движется к определенным переживаниям, а также от них. Артикуляция пациента предоставляет данные наблюдения и дает важную информацию о ранее необъяснимых эмоциях и поведении.

2. Совместное участие. Пациент — соучастник терапевтического предприятия. Как сообщается в работе психоаналитика Фреда Буша, врач возвращает или повторно представляет вербализованные данные, фактически говоря: «Вы представили это, и мы можем видеть то-то и то-то». Таким образом, терапевт «объективизирует» мысли пациента, отдаляя его или ее от чувственного переживания слов, позволяя пациенту стоять вне их.

Представляя ассоциации пациента как данные, на основании которых можно сформулировать определенные вопросы, терапевт объективизирует то, что переживается в первую очередь эмоционально.Вместе диада начинает думать о собственном мыслительном процессе пациента. Это также помогает выявить и назвать внутренние конфликты пациента.

3. Внутренний конфликт. Когда вербализация во время сеанса останавливается, возникает сопротивление , термин, который Фрейд использовал для обозначения того, как вербальный и невербальный материал блокирует доступ к бессознательному. Сами по себе сопротивления часто бессознательны. Таким образом, такой момент в терапии предполагает внутреннее напряжение или борьбу. Часто сопротивление осознанию собственных чувств может иметь огромное влияние на жизнь.Хотя конфликт в психическом функционировании охватывает широкий спектр явлений, задача состоит в том, чтобы понять работу и происхождение таких конфликтов. Ниже приводится пример того, как внутренний конфликт становится экстернализованным или переносится на внешнюю реальность. Это обычное дело.

Буш рассказывает, как одна пациентка использовала первые сеансы лечения, чтобы представить свои мысли в очень организованной и структурированной форме, как если бы ее жизнь была «серией рассказов» с началом, серединой и концом.В то время как моменты были подвижными, рассказы казались схематичными и непредсказуемыми. Содержание материала имело отношение к тому, как пациентка чувствовала себя контролируемой требованиями работы и семьи и насколько она хотела времени для себя. Когда терапевт указал на затрудненное качество вербализаций, пациентка согласилась и рассказала о том, как свободные ассоциации пугали ее и чувствовали себя опасными. Она смогла распознать свое беспокойство, когда столкнулась с перспективой собственного свободного мышления. По словам Буша, «ее ассоциации затем переросли в ситуации, когда она чувствовала себя неконтролируемой (например.ж., ярость на младшую сестру, сыпь, появившуюся у нее при первом свидании, и т. д.). Затем я мог бы указать ей, что темой сеанса, возмущением внешнего контроля, может быть экстернализация внутренней проблемы, ее страх потери контроля и, как следствие, жесткая узда, которую ей нужно держать в себе ».

Полезно размышлять не только о содержании или о чем говорит пациент, но и о том, как он или она говорит. Уникальный подход пациентки к свободным ассоциациям продемонстрировал ее внутренний конфликт.Ее слова сами по себе раскрывали тему, но пациентка до сих пор не могла рассматривать конфликт как внутри себя. Еще одно изменение в терапии — это возросшая способность рассматривать мысли и чувства как продукт собственного разума, а не как нечто возникающее из внешнего мира.

4. Самоотражение. Разговорная терапия приводит не столько к искоренению внутренних конфликтов, сколько к изменению того, как человек думает об этих внутренних конфликтах. Со временем человек может по-новому взглянуть на свое мышление.Повышается способность к самонаблюдению и анализу. Мысли легче перетекают между переживающими аспектами самого себя и рефлексивными способностями, и человек может сознательно понять и выразить конфликт в более полной степени.

Итак, что меняется, так это то, как человек думает о своих собственных мыслях, в частности о его или ее способности видеть внутренний конфликт, когда он действует, а также о лежащих в основе предполагаемых угрозах, таких как критика или унижение, которые приводят к сдерживанию или тенденциям к самоказанию.Вместо того, чтобы быть унесенным эмоцией, человек, проходящий терапию, развивает способность распознавать, отступать от нее и размышлять о ее значении.

«Способность наблюдать собственный мыслительный процесс — это довольно позднее развитие в жизни, и оно не всегда доступно пациенту, вовлеченному в конфликт», — пишет Буш. На продвинутых стадиях лечения пациент может также наблюдать свои собственные наблюдения о чувствах и переживаниях, как очевидных, так и тонких, конкретных и абстрактных, реальных и фантазированных.

Этот момент размышления наступает ретроспективно — только после прилива эмоций или некоторого отыгрывания, но постепенно рефлексия наступает быстрее и отыгрывание уменьшается.

Еще одно изменение, которое происходит с помощью терапии: вместо того, чтобы быть подавленным, появляется повышенная терпимость и понимание собственных эмоций и знание того, откуда они берутся. Пациент видит, что его или ее чувства не такие уж страшные или постыдные. Их признают и часто понимают как реакцию на более ранние времена, иногда как механизм выживания из детства, который изжил себя.Пациент развивает способность жить своими эмоциями, а не избегать их или жить ими в неконтролируемых проявлениях отыгрывания.

5. Облегчение симптомов. Слово симптом означает разделение и предполагает разрыв между тем, что человек испытал, и тем, что он или она знает об этом опыте. Симптом — это признак конфликта мышления. Это включает разрыв между сознательной и бессознательной частями ума. Это способ выражения конфликта, который Фрейд понимал как подавленное ментальное содержание за поверхностью осознания.Такое поведение может принимать форму зависимости от психоактивных веществ, компульсивного секса или психосоматических расстройств, таких как расстройство пищевого поведения. Подобные действия сдерживают тревогу и дают мгновенное облегчение эмоциональной боли.

Благодаря развитию способности к наблюдению исполнение уступает место размышлению. Обменивая такие переживания, а также связанные с ними чувства и фантазии словами, терапия создает опыт движения через разрыв, сшивая разрыв между сознанием и сознанием, между этими различными частями разума.Поскольку о конкретном поведении или образце реакции можно думать и владеть им, а не действовать, психическая энергия, питающая симптомы, со временем трансформируется или ослабевает. Расширение способности размышлять и понимать внутренний конфликт приводит к облегчению симптомов.

Разговорная терапия — это метод научения слушать себя. Больше, чем клиницист, делающий тайные знания о жизни или умственных способностях пациента — цель состоит в том, чтобы показать пациенту самого себя. Это освобождает пациента от доступа к собственному разуму.

__________________

Следуйте за мной в Twitter: www.twitter.com/mollycastelloe

разорванных цитат (26 цитат)

«Ой, упомяни это! Если я буду штурмовать, у вас есть искусство плакать. «

» Mr. Рочестер, я должен покинуть тебя «

» На сколько, Джейн? В течение нескольких минут, пока вы разглаживаете волосы, которые немного растрепались; и вымыть лицо — что выглядит возбужденным? »

« Я должен покинуть Адель и Торнфилд. Я должен расстаться с тобой на всю жизнь: я должен начать новое существование среди странных лиц и странных сцен.»

» Конечно: я же сказал, что стоит. Я преодолеваю безумие расставания со мной. Вы имеете в виду, что должны стать частью меня. Что касается нового существования, то все в порядке: ты еще будешь моей женой: я не женат. Вы будете миссис Рочестер — как виртуально, так и номинально. Я буду держать тебя в покое, пока живы мы с тобой. Вы поедете в то место, которое у меня есть на юге Франции: в белоснежную виллу на берегу Средиземного моря. Там вы проживете счастливую, охраняемую и самую невинную жизнь.Не бойтесь, что я хочу ввести вас в заблуждение — сделать вас своей любовницей. Почему ты покачал головой? Джейн, ты должна быть разумной, или, по правде говоря, я снова сойду с ума ».

Его голос и рука дрожали: его большие ноздри расширились; его глаза горели: я все еще осмеливался говорить.

« Сэр, ваша жена жива: это факт, признанный вами сегодня утром. Если бы я жила с тобой так, как ты хочешь, я была бы твоей любовницей: говорить иначе софистично — ложно.

«Джейн, я не мягкий человек — ты забываешь это: я недолговечный. ; Я не крутой и бесстрастный.Из жалости ко мне и к себе, потрогай мой пульс, почувствуй, как он пульсирует, и — берегись! »

Он обнажил запястье и протянул мне: кровь покидала его щеку и губы, они росли Я был в ярости; я был огорчен со всех сторон. Разбудить его так глубоко, сопротивлением, которое он так ненавидел, было жестоко: уступить не могло быть и речи. Я сделал то, что люди делают инстинктивно, когда они доведены до крайности, — искал помощь тому, кто выше человека: слова «Боже, помоги мне!» невольно сорвались с моих уст.

«Я дурак!» воскликнул мистер Рочестер внезапно. «Я все время говорю ей, что я не женат, и не объясняю ей почему. Я забываю, что она ничего не знает о характере этой женщины или об обстоятельствах моего адского союза с ней. О, я уверен, что Джейн согласится с я во мнении, когда она знает все, что я знаю! Просто возьми меня за руку, Джанет, — чтобы у меня было свидетельство осязания, а также зрения, чтобы доказать, что ты рядом со мной — и я в нескольких словах покажу тебе реальное состояние дела.Вы можете меня послушать? »

« Да, сэр; на несколько часов, если хочешь.
— Шарлотта Бронте, Джейн Эйр

Разрыв между двумя способами мышления


Дорогие друзья!

Среди общих черт люди должны разрываться между два образа мышления.

Апостол Павел был прав: «Я обнаружил, что делаю то, что я не хочу делать, и не делаю того, что хочу делать ». (Римлянам 7.15)

Петр и раннехристианская община разделились на две части. указания относительно обращенных из язычников: сделать так, чтобы они стали евреями раньше они стали христианами… или нет?

И у Иисуса тоже были моменты разрыва.Должен ли он вылечить дочь сирофиникийки или нет? И помните, как он молился в Гефсиманский сад: «Отец, если возможно, дай чашу сия пройти мимо меня, но не моя воля, а твоя да будет ». (Луки 22.42)

Мы с вами разрываемся между тем, что мы хотим, и тем, что нам нужно. Мы хотим, чтобы времена COVID закончились, но нам нужно их пережить и, надеюсь, выйти целыми, верными Богу и нашим близким, верными нашей стране, наша церковь.

Так же, как мы разрываемся между тем, что мы хотим, и тем, что нам нужно, мы разрываемся между тем, что хотим сейчас, и тем, что мы взяли на себя давно.Это сложный вопрос. Каждый из нас меняется и растет в жизни. Вкусы меняются, опыт меняет нас. Трудно или заманчиво не уважать обязательства, которые мы взяли на себя в прошлом. Надеюсь, что мы хотим и что мы стремятся к тому же, но нужно потрудиться, чтобы повторить нашу решимость выполнять эти обязательства.

А еще есть люди, которых раздирает любовь / ненависть отношения с церковью. Перед смертью один хороший друг сказал мне: «Я не покинули Церковь. Церковь оставила меня.«Ему было больно говорить это, но он поверил этому. Он имел в виду, что, в его понимании, церковь не приветствовала новые вопросы и понимание жизни, которые пережило наше время. Он больше не чувствовал себя как дома в церкви, которая не принимала его в своих личных новизна и новизна этих времен.

Мой друг не нашел постоянного дома в церкви в своей последние дни, но он продолжал искать и приветствовать истину. Он продолжал находить дом во Христе, в Котором он признал Путь, Истину и Жизнь.Христос — больше, чем Церковь, — сказал он. Он обнаружил, что правда находится где-то посередине. двусмысленность и парадокс.

Для некоторых из нас разрываться между двумя способами мышления. единственный способ двигаться вперед.

Давайте не будем судить друг друга слишком строго.

Вместо этого, поскольку мы разрываемся между двумя способами мышления в жизни, обратимся к Богу, Кроткому Возмутителю довольных и Неумолимый Утешитель бедствующих. «Обними меня крепче, — помолимся, — в своем объятия милосердия и исцеления.”

~ Сестра Джоан Собала

«Мой город мечты» рассказывает о семье, разлученной Холокостом.

Диктор: «Вот почему мы пишем», подкаст Университета Лесли. В каждом выпуске мы предлагаем вам беседы с авторами из сообщества Лесли, чтобы поговорить о книгах, писательстве и писательской жизни.

Тони Эприле: Привет. Я Тони Эприл. Я писатель, и я преподаю на факультете художественной литературы в университете Лесли с низким уровнем резидентуры, MFA.И мне очень приятно представить мою бывшую студентку и взять у нее интервью, Лизу Грюнберг, которая написала прекрасную книгу под названием « Мой город мечты, мемуары». И один действительно интересный аспект этих мемуаров — это мемуары с множеством художественных аспектов.

Как и Лиза, я выросла с родителем, которому пришлось бежать из Европы. В моем случае моя мать — немецкая еврейка и уехала в Южную Африку. Те из нас, у кого были родители, которые спаслись от Холокоста или бежали от Холокоста, растут с смесью побуждений помнить, и в то же время никто не хочет рассказывать вам истории, потому что к ним так больно возвращаться и посмотрите на.Итак, вы должны знать об этой истории и помнить эту историю, в то время как на самом деле никто не хочет вам об этом рассказывать.

Так что, возможно, Лиза, вы могли бы рассказать нам немного о процессе написания книги, потому что я думаю, что одна из наиболее эффективных вещей в вашей книге — это то, как вы, а не только представляете историю своего отца и его покойной сестры, но вы также приглашаете читателя в весь процесс раскрытия этих воспоминаний и этой истории, которые во многих отношениях очень неохотно высвобождаются или даже недоступны.

Лиза Грюнберг: Спасибо, Тони. Я думаю, что то, что вы сказали, полностью перекликается с моим опытом с моим отцом, который бежал из Вены в 1939 году в возрасте 18 лет. Когда я рос, дело не в том, что он не рассказывал мне о том, что произошло, или что я не знал, что его родители были убиты или что его сестра исчезла, когда ей было 15 лет в 1941 году. Дело не в том, что я не знал, что многие из его семьи были убиты или были вынуждены бежать.

Просто, когда он рассказывал мне о детстве в Вене, он действительно говорил об этом как о прекрасном.И они с моей матерью, которая не была еврейкой, вернулись в Вену и много раз приезжали туда в качестве туристов. Который, когда я начал исследовать книгу, я обнаружил, что большинство выживших венцев не вернулись.

Итак, оглядываясь назад, становится ясно, что мой отец подавил множество худших воспоминаний того времени, а также свою печаль от того, что узнал о том, что случилось с его семьей после окончания войны. Но он всегда — то, что запомнилось мне, и то, чем он был до старости, — это истории, которые он рассказывал снова, и снова, и снова.И я думаю, что лучше всего это выразить цитатой из песни того времени, с которой начинаются его незаконченные мемуары, где он говорит: «Вена, Вена, только ты всегда будешь городом моей мечты, несмотря на трудности, которые пережила моя семья, и времена. когда не хватало денег на еду ». Я чувствую, что у меня было очень счастливое детство, и больше всего я был влюблен в Вену.

Только в старости, точнее в конце 90-х, когда мой отец страдал от болезни Паркинсона, у него начались воспоминания.И, оглядываясь назад, я думаю, что некоторые из них были спровоцированы раскрытием природы убийства его родителей. Он думал, что их депортировали в Терезиенштадт, а затем отправили в Освенцим, но он обнаружил, когда австрийцы обнародовали новые документы, что они действительно были депортированы в Беларусь, в Минск, и что они были доставлены на грузовике на поля смерти, где их толкали, расстреливали или бросали в братскую могилу и хоронили.

Те немногие люди, которые пережили депортацию в Малый Тростинец, те немногие, кто выжил, выжили, прыгнув в могилу и выбравшись позже.Поэтому ему начали сниться кошмары о том, что его похоронили заживо. И у него также начались воспоминания, только когда я был в комнате, о событиях, которые произошли во время аншлюса, когда немцы прибыли в Австрию, а также когда после Хрустальной ночи. Некоторые из этих эпизодов были действительно ужасающими, и многие из них я не мог понять, потому что он говорил по-немецки, на котором никогда не говорил, когда я рос.

Итак, со временем стало ясно, что его сестра каким-то образом и память его сестры как-то запутались со мной.И он часто смешивал наши имена, и когда я разговаривал с ним после этих эпизодов, стало ясно, что он не помнил о ней, хотя семейные письма показали, что они были на самом деле очень, очень близки. И, наконец, всплыло ее имя, Миа. Именно тогда я начал серьезно думать о том, что происходит.

Тони: Насколько молоды вы были, когда впервые столкнулись с этим отождествлением вашего — того, что ваш отец имел между вами и Миа? Я полагаю, вы сказали, что он часто называл ее по имени?

Лиза: Он называл ее по моему имени, просто Лиза, или по имени моей кузины, то есть Майя.Так что это вроде …

Тони: Хорошо.

Лиза: Но он часто называл ее «моя сестра». Но на самом деле, если я вспомню, он редко говорил о ней. И когда он описывал ее, это всегда были эти расплывчатые вещи, которые на самом деле были описанием меня. Итак, она была умной. Она была хорошенькой. У нее было хорошее чувство юмора.

Так что я не думаю, что это было до тех пор, пока не появилось ее имя. И я снимал его на видео за год до его смерти. Мне действительно было трудно заставить его продолжать работу по описанию этих недостающих историй и недостающих частей истории.Я внезапно понял, что в его генеалогическом исследовании и в его мемуарах она не упоминается, кроме того, что она исчезла. У него есть страницы о людях, погибших до войны, но у него нет отдельной страницы для нее или для его брата, который уехал в Палестину на детском транспорте в 38-м году.

Итак, на самом деле только за год до его смерти, так что в 2004 году, когда я делал эти записи, я сказал: «Просто расскажи мне что-нибудь о ней», что мне стало ясно. Он сказал, и он действительно плакал: «Я не помню о ней.«

Тони: Это почти как если бы самый важный человек на фотографии, семейная фотография, был представлен с пустым контуром. Я думаю, опять же, потому что твоему отцу было так больно думать о том, что с ней случилось, что он подавил это. Но затем бремя памяти ложится на вас. Наследие передается вам. И я думаю, что вы решите это в письме, найдя доступ к ее голосу.

Интересно, не могли бы вы немного рассказать о том, как вы перешли от попыток изучить фактические очертания ее личности и некоторую расплывчатость описаний ее отца к тому, чтобы действительно чувствовать себя комфортно или, по крайней мере, иметь возможность жить в ней. Голос Мии.Что, это так интересно, потому что он … как будто он, по сути, видел ее в тебе большую часть твоей жизни, и вот ты здесь. То был переводчиком, то теперь тем голосом.

Lisa: Я думаю, что изначально все это происходило, когда много, и это в книге, много происходило с моей семьей. В частности, моя младшая дочь, которая тогда была больна. Я боролась с депрессией, и я врач. Я действительно не верю в сверхъестественное, но верю. У меня были ужасные проблемы с бессонницей, и в то время это было также после 11 сентября.

Я начал просыпаться посреди ночи только с этим чувством ужаса, и я не мог снова заснуть, мне пришлось вставать. И я никогда не был писателем, но записывал эти слова. И на самом деле ее первые слова в книге — это слова, которые пришли мне в голову, которые я записал, как будто кто-то говорил со мной. Так что это был странный опыт для человека, который а) не религиозен и на самом деле я не верю в призраков и тому подобное, но я верю —

Тони: Вы можете отнести это к эпигенетическим, если это сделает его более научным.

Лиза: [смеется] Да, я думаю, я действительно думаю, что есть часть унаследованного горя или утраты, которая действительно встроена в ваши хромосомы. Я думаю, что у большинства людей есть наследие, в котором родители, бабушки и дедушки сильно пострадали. И я думаю, что многие люди несут с собой кусочки горя, которые в некотором роде заложены в их сущность.

Но я действительно не хотел слышать ее голос, честно говоря, и я действительно не собирался быть писателем. И я думаю, когда мы встретились, я был в программе на год.Я взяла один курс английского языка на подготовительную степень, и мне нравилось читать, но я действительно не знала, как писать. Но фрагменты, которые пришли мне от нее, остались в книге дословно. Потому что я думаю, что они в чем-то отличались от меня.

Тони: Они чисты, и у них есть драйв. Я был наставником Лизы, а иногда и мучителем.

Лиза: [смеется]

Тони: И гм —

Лиза: Да, я ему это сказала… что, давай посмотрим, «хорошо» было действительно высшим комплиментом.Иногда, знаете, я говорил: «Просто брось мне кость. Просто скажи, что все в порядке».

Тони: [смеется] Ну, это наследство моей семьи.

Лиза: Верно, верно!

Тони: Итак, мы все их передаем.

Лиза: [смеется]

Тони: Но я помню, как — то, что вы делали, чтобы попытаться написать — взяться за эту историю, и написание этой книги было на ранних стадиях, просто кружилось вокруг, потому что там так много, так много неизвестного.А также, действительно означало каждое описание и каждое исследование сдирало слой плоти. Я бы получал от вас письма, которые на самом деле были длиннее, чем образец письма.

[смех]

Я просто помню, как подумал, это огромная задача. Я думаю, что одна из замечательных особенностей готового продукта здесь — это много храбрости, это смелая книга. В исследовании этого прошлого есть много храбрости, которую иногда держали на расстоянии вытянутой руки, а затем внезапно просто пихали вам в лицо.

А также, исследуя влияние различных вещей, происходящих в вашей собственной жизни, в вашей собственной семье. Особенно с депрессией, особенно с вашей дочерью. Я думаю, что происходит, когда вы включаете это в исследование. Итак, вы предлагаете читателю разными способами поделиться процессом.

Lisa: Я думаю, что люди, которые знают меня и читали эту книгу, на самом деле очень напуганы ее личным характером. В то время, в то время, когда я писал, я ходил на эти семинары в Лесли, и они говорили: «Тебя нет на странице.Вы не на странице. «Я действительно очень рассердился, потому что я чувствовал, что если бы я был мужчиной, неужели я действительно должен был так много терпеть?

Теперь, когда это сделано, мне это нравится, и моя семья в основном меня простила. В частности, мне пришлось запустить его со своими дочерьми, чтобы убедиться, что они могут жить с тем, что было на странице. И они были очень щедры на это. И они понимают, что на самом деле книга о них, но они уходят на второй план после первой трети.

Тони: Интересно, насколько иначе была бы написана эта книга, если бы ее написал мужчина. Я надеюсь, что держусь на этой странице, но я действительно думаю, что многое из того, о чем вы здесь пишете, также касается женщин.

Я не уверен, что у меня есть прямой вопрос по этому поводу, но мне любопытно, как вы сами исследуете Миа и эту историю, как рассказывается личная история, особенно стертая история женщин.

Лиза: Я думаю, что понимаю Миа и других женщин в книге, и себя, во многом это основано на этих письмах.Итак, у Миа есть особый голос в письмах, и я не переводил их, вернул перевод ее писем. И их было много с 39 по 41 год, в самом начале 41 года. Я получил их только через месяц после смерти отца, и поэтому о любой путанице, которая у меня возникла в отношении событий или того, как все произошло, его не было рядом, чтобы спросить.

Так что я думаю, что некоторые из ее голоса действительно были сказаны этими письмами. Она определенно возрастает с 12 до 14 лет, и это полно восклицательных знаков и строк под разными вещами.И у меня нет стороны моего отца в разговоре или его брата Ури, который был в то время в Израиле, поэтому некоторые письма адресованы ему.

Я думаю, что письма после января 1941 года были уничтожены. Мой отец сказал мне, что у него есть пачка писем в Красный Крест. В конце концов, в 1940 году он был интернирован британцами. Они боялись шпионов, и его отправили фактически в лагерь для военнопленных в Канаде, где он находился в тюрьме до конца 41-го, то есть на пару лет. И в то время они писали на стационарных аппаратах Красного Креста.Я не могу найти ни одного из этих писем, поэтому не знаю, уничтожил ли он их или они где-то спрятаны. Я просто никогда не мог их найти.

Тони: Не могли бы вы прочитать нам одно из писем Миа.

Лиза: Я могла бы.

Тони: Поскольку этот голос такой мощный и важный.

Lisa: Итак, цитата из первого письма, которое встречается в книге. Поэтому я цитирую ее письма только после смерти отца в рассказе. Это первое письмо ее брату Ури.Ури было 15 лет, когда он один на детском транспорте поехал в Палестину. Это первое письмо к нему в 1938 году, то есть 16 октября после того, как нацисты захватили Австрию или Австрию с радостью аннексировали вместе с Германией. Это было в марте 38-го. И это перед Хрустальной ночью, то есть в начале ноября 38-го.

«Дорогой Ури Пунци, ваши письма очень интересны. Надеюсь, что скоро получу сертификат. Затем я тоже поеду в Палестину. Такое путешествие на корабле должно быть действительно классным! Я пошел в sicha [дискуссионная группа] Мой гид ( madricha) — Ирма Корпер.Может, ты ее знаешь? Она ужасно милая. Мы пели, танцевали хору и играли. Теперь я должен задать вам много вопросов. Состоит ли кибуц из одного дома или из нескольких домов? Есть ли сады и поля? Примерно сколько человек в кибуце? Какого им возраста? Где ты работаешь? Иммунизация повредила? У тебя есть друзья? Как их зовут? И вот, готово! Много-много Бусси »

И мой папа в скобках заключил «поцелуи от твоего маленького Пунци».

Мой папа делает заметку.Он действительно перевел для меня несколько писем. Во всяком случае, он говорит, что это были их прозвища. Ури был «Большим Пунци», а она — «Маленьким Пунци», и он понятия не имел, что это значит.

Тони: И есть что-то совсем другое, написание письма, которое, как вы знаете, должно пройти какую-то цензуру или чью-то …

Лиза: Да.

Тони: И как передать эти семейные секретные коды. Часто это делают мелочи.Замечательно, что мы слышим здесь ее голос, даже если это не ее голос в письмах, а затем мы получаем ее голос, который вы воссоздаете.

Lisa: Я думаю, что происходит следующее: когда я — думаю, когда я созрел как писатель, а также по мере того, как я путешествовал после, — в 2006 году я совершил свою первую поездку в Вену. Затем снова в 2007 году в Вену и в Магдебург, куда, по мнению отца, ее отправили. Я думаю, когда я начинаю собирать документы, на которых на самом деле есть ее имя, а это было много документов о депортациях, о том, как нужно было обращаться с евреями.

Больше семейных писем, потому что мой папа стал своего рода — и фотографиями — мой отец стал своего рода хранилищем, когда он был жив. Дети всех этих выживших не знали, что делать со всем этим, что у них было, поэтому они отправили его ему. Поэтому, когда я прошел через его офис после его смерти, там было всего тонны фотографий и писем.

Итак, я пытаюсь вплести их в последнюю треть истории, которая на самом деле была названа оригинальной историей: Searching For Mia или Finding Mia .Я изменил это и расскажу об этом позже, но просто чтобы рассказать историю Миа. Я действительно стараюсь интегрироваться в этом возрасте, двигаясь вперед. Затем я чередую ее рассказ со своим. Ее история рассказана от первого лица, а моя — в прошедшем времени.

И поскольку я встречаю различных выживших и родственников моего отца, которые выжили, и людей, которые могли знать ее, но в конечном итоге не смогли ее опознать. Я пытаюсь взять кусочки из этого и включить в художественную литературу. Что касается меня, читающего это, я чувствую, что это правда, но это, конечно, неправда.Но я уверен, что это мемуары. Я пишу ее историю по ходу дела, поэтому я думаю, что это ясная предпосылка, что я становлюсь писателем. Это фрагменты ее истории. Но в моей голове это правда.

Думаю, вы, наверное, испытали то же самое и с художественной литературой, потому что знаете этих персонажей. Даже мне пришлось переставить воспоминания моего отца, чтобы они имели ясный смысл в первой части книги. Даже сейчас это закрепилось в моей голове как истина.

Тони: Происходит одно: вы обрабатываете те истории, которые возникают по какой-то причине.Одна история могла произойти в 1938 году, другая — в 1934 году, и вы услышите историю 1938 года раньше, чем историю 1934 года. Часть вашей работы как писателя состоит в том, чтобы превратить весь этот беспорядок в связность.

Лиза: Верно, и вы всегда говорили мне о структуре.

Тони: Кто это? [смеется]

Lisa: Здесь что-то со структурой. Вы ведете меня в комнату, а потом я должен выйти через ту же дверь.Как будто не продвигается вперед. Думаю, я был в ловушке этого долгого времени.

Тони: Теперь, когда вы прошли через болезненный процесс, вы говорите: «Я так рад, что сделал это?» Вы когда-нибудь говорили: «Почему я сделал это с собой?»

Лиза: Нет. Я так благодарна. Я должен сказать, что когда я, наконец, опубликовал статью в Plowshares, это был отрывок из этой книги, который действительно для меня инкапсулировал — это было не столько обо мне, сколько о другом родственнике, который был помещен в психиатрическую больницу. в 1942 г. и там умер.Ее признание там было написано Виктором Франклом, написавшим Man’s Search For Meaning.

Это действительно происходит из того же места, что и — я начал эту книгу как Searching For Mia , но книга действительно, как сказал мой друг, который хорошо меня знает, это действительно история любви. Это действительно о том, чтобы потерять любовь моего отца и найти ее. Речь идет о том, чтобы ясно видеть своего мужа и мою семью, и как я благодарна за это. Думаю, это награда за книгу.Тот факт, что книга у меня в руках, меня просто поражает, что она сделана. Я вообще-то перечитал, и это неплохо. Может, даже ладно.

Тони: Это действительно нормально.

[смех]

Я могу сказать, что это красивая книга и красиво рассказана. Более чем в порядке.

[смех]

Я должен сказать, что внешний вид книги прекрасен и так много добавляет к … Передняя обложка великолепна. Фотографии и документы очень сильны, и это помогает, опять же, читатель проходит через небольшой процесс исследования.Когда вы смотрите на эти документы, вы сразу чувствуете себя как дома и чувствуете себя очень реальным, когда вы смотрите на эти документы в чистом виде.

Опять же, это то, что я испытал на себе. У меня есть документ, который моя мать получила от начальника полиции Франкфурта, и в нем говорится, что она не нищая, никогда не была преступницей и никогда не арестовывалась. Ей тогда 16 лет, она была школьницей, и в нем перечислено все, что свидетельствует о том, что она не грабила людей на улице и не была карманником.

Lisa: [смеется] Я имею в виду более мягкую историю, когда мы переехали в Соединенные Штаты из Канады. Я родился в Оттаве. Моя мама была канадской, и мои родители познакомились там. Когда мне было 10 или 12 лет, мне пришлось отказаться от канадского гражданства в США. Хотя на самом деле от него никогда не отказывались, это было на стороне США, вам просто нужно было сказать это. Они спросили меня, женат ли я, и мне было 10 или 12 лет. Тоже мой брат, на три года старше меня. Потом они сказали мне, что я должен отказаться от верности королеве.

Я слышал о королеве только тогда, когда моя мать говорила с нами о манерах за столом. Что, если бы там была королева? А потом, что, если бы там сидел президент Кеннеди, что нас всех просто взбесило, абсурдность этого, но в любом случае.

Тони: Теперь вы можете положить локти на стол за ужином, и все в порядке.

[смех]

Лиза: Нет, не когда я с мамой, которой 98 лет.

Тони: Это немного сложный вопрос.Есть ли вопрос, который вы хотели бы задать своему отцу?

Лиза: Так много всего. Я думаю, что человек, о котором я всегда хотел узнать, — это Сьюзи. У них были ближайшие соседи, Харбанд с двумя детьми, Полом и Сьюзи. Сьюзи была младшей сестрой, и о ней писали в письмах. Она была примерно моего возраста, может, на год моложе. Мой отец в своих произведениях, генеалогии и кратких мемуарах описывает ее как своего рода пилюлю. На самом деле, слово моей матери, и что она всегда подходила и нюхала его вещи, и была этой яркой искрой.

Когда я читаю письма, на самом деле есть письма от Пола Харбанда моему дяде. Пол и его мать, которая была христианкой, сбежали из США в 39-м году, но в письмах нет упоминания о Сьюзи. Я вписал Сюзи в художественный рассказ, потому что она была забавным персонажем и кем-то, кого запомнил мой отец. Она исчезает из истории, потому что в сегодняшней истории, которую я рассказываю, я обнаружил, что она не была сестрой Пола.

Я экстраполировал всю эту идею, что ее забрали родственники-христиане, и они были пойманы и раньше делили время со мной и ее семьей в Вене.Я узнал, что на самом деле она не сестра, и поэтому заставил ее исчезнуть из вымышленной истории. Я обнаружил, что нашел Сьюзи из другой семьи. Я не знаю, была ли она родственницей моих родителей или родственницей Харбандов, но она отправилась на Кубу на Сент-Луисе, лодке, которую повернули обратно. Кто-то уехал на Кубу, кто-то добрался до США, а затем их отправили обратно в Европу. Я не знаю, что с ней случилось, и я действительно надеюсь, что она появится.

Тони: Может, она прочитает книгу.[смеется]

Lisa: Может быть, она прочитает книгу, или кто-то из ее детей прочитает книгу, и они найдут связь. Я прошу ее взглянуть на письма и также объяснить — ему было ясно, что она уехала в Магдебург. Он думал, что она уехала в лагерь в Магдебурге, а затем, когда эти документы пришли от австрийцев в конце 90-х, она была в списке депортации вместе с его родителями.

Произошла путаница. Было много документов, в которых говорилось, что она не участвовала в этой депортации, она была в другом, но были также записи, что мой дядя участвовал в этой депортации, и он уже уехал в Палестину.Была эта путаница, и после его смерти стало ясно, что он пытался выяснить, что произошло, но в конце концов он был убежден, что она была с его родителями.

Он не мог понять, как она попала в Германию и как вернулась в Вену, и именно об этом во многом и рассказывается в последней части книги, обо всех этих различных вещах, которые могли с ней случиться, вероятно, конец. с тем, что, вероятно, случилось с ней. Я действительно до тех пор, пока не отследил ее до Магдебурга в Германии, питал надежду, что действительно смогу найти ее где-нибудь за железным занавесом, что она каким-то образом сошла с ума, или попала в лечебницу, или что-то в этом роде, или все еще жива.

Я действительно хотел бы спросить его, откуда он взял информацию о том, что она поехала в Магдебург, потому что я думаю, что письма пропали. Он сказал, что его отец написал ему, что ее послали туда. Другое дело, что мой отец снова и снова повторял, что его отец не позволил ей уйти, потому что он был оптимистом. Вы читаете письма, и становится ясно, что они хотели, чтобы она ушла, и они просили моего отца помочь им вытащить ее, и она тоже просила его.

Тони: Сколько ему было лет, когда она его спрашивала, я думаю, ему было …

Лиза: 18.

Тони: 18 и в лагере для военнопленных или перед лагерем для военнопленных?

Лиза: Нет, в 18 лет он работал на сионистской ферме в Англии, пытаясь попасть в Палестину, а затем в 40-м был арестован. Многие из этих писем остались без внимания, потому что он был арестован, поэтому письма не доходили до него в течение нескольких месяцев.

Тони: Он, вероятно, изо всех сил пытался заработать на жизнь и просто выжить самому.

Лиза: Если вы подумаете о том, кем вы были в 18 лет, а его брату было 16 в то время, когда она ему писала … Мой отец очень вежливый и сдержанный человек, чтобы пойти в дверь и попытаться найти кого-нибудь спонсировать ее, это много.Потом его арестовали, и он мало что мог сделать.

Я думаю, он умер, думая, что должен был что-то сделать. Я думаю, именно поэтому он застыл в памяти, что его отец слишком долго держал ее, что тоже верно. Что также было правдой, я думаю, у нее действительно был шанс выбраться, но о ней позаботились бы христиане в Англии, и я думаю, что он не хотел этого делать.

Тони: Что ж, только представьте, что отправляете своего ребенка в неизвестность, вы должны действительно убедиться, что мир, в котором вы живете, слишком опасен.Я думаю, что одна из причин, по которой людей поймали так поздно, заключается в том, что я не знаю, правильное ли слово оптимизм, но думаю, что это превратится в погромы раньше, или раньше был антисемитизм. В конце концов, это пройдет, и они просто слишком долго думали об этом.

Lisa: Все они тоже были ветеранами Первой мировой войны. Они сражались за Германию в Первую мировую войну. Все мой дед, его братья, братья моих бабушек получали пенсии.

Тони: Как федералы.

Лиза: Пенсии солдатам до тех пор, пока они не уехали или были депортированы.

Тони: Об этом очень больно думать. Я знаю, что у нас в течение многих лет был железный класс, первоклассный со времен Первой мировой войны, который дядя моей матери заработал как один из еврейских летных асов, сражавшихся с британцами. Это напоминание о том, что это был мир, который очень долгое время выглядел совершенно нормально, как мы думаем о мире, в котором мы живем, но сейчас, возможно, нет.

Лиза: [смеется]

Тони: Но мы привыкли думать об этом как о нормальном.

Лиза: Думаю, да. В ящиках моего отца лежат фотографии дальнего родственника, который был маленьким ребенком в костюме кайзера.

Тони: Замечательно.

[смех]

Лиза: Я думаю, они действительно чувствовали себя частью … Они были гражданами.

Я думаю, что вся эта идея вины выжившего неверна.Я действительно думаю, что у людей, переживших подобные вещи, нет языка, чтобы выразить эмоции, которые они испытывают. Это проявляется в чем-то более приятном, например, в вине, когда я думаю, что это, возможно, ближе к ужасу.

Тони: Да. Возвращение к тому, с чем вы занимаетесь, и очень открыто и вдумчиво в книге, что является вашей собственной депрессией. Вы видите, что это связано с ужасом вашего отца, или с этим трудно даже разобраться?

Лиза: Думаю, сравнивать сложно.Это все равно, что сказать, что мой отец выжил, но если я говорю в общинах выживших, у меня были люди, которые встали и говорили о Терезиенштадте, а люди, которые были в Освенциме, вставали и говорили: «Терезиен, Терезиен. Это загородный клуб. ”

Тони: [смеется]

Лиза: Опыт моего отца, он выжил. Он всегда говорил это, как этот счастливый герой, путешествующий один и просто удачливый. Я думаю, что если вы перейдете от первого ко второму поколению к третьему поколению здесь, в U.С, у вас часто возникают проблемы с поиском голоса, потому что ваша история — это не так уж и много. Вот с чем я боролся в книге. Депрессия — это сложно, но это не похоже на Холокост. Я действительно чувствую, что унаследовал что-то вроде большой пустоты, которую постоянно пытался разгадать.

Тони: Это прекрасный способ выразиться.

Лиза: Справа. Думаю, в конце книги я подошел к тому, чтобы сказать, что это не пустота или пустота. Я думаю, это тоска по вещам, которые ты потерял, и людям — это чувство связи.Опять же, я думаю, что об этом трудно сказать слово. Да, я думаю, что усвоил эту историю, и это много, независимо от того, запрограммирован ли я на депрессию в любом случае, но я действительно думаю, что это ее часть. Это определенно его часть.

Думаю, с тех пор я боролся с тем, что иногда нам грустно. Это не обязательно означает, что мы будем грустить месяцами, месяцами или месяцами. Я думаю, иногда тебе следует грустить.

Тони: Да. Хорошо. [смеется]

Лиза: [смеется]

Тони: Я буду.

[смех]

Тони: Я знаю, что вы упомянули ранее, что одна из вещей учителя письма, я бы сказал, это не на странице. [смеется]

Лиза: Да.

Tony: Теперь он на странице, так что, может быть, сейчас самое время, чтобы вы прочитали что-нибудь из этой действительно прекрасной книги, и аудитория сможет прочувствовать ваши слова на странице.

Lisa: Я собираюсь прочитать отрывок из вымышленного голоса Миа.Как думал мой отец, и именно в письмах других членов семьи она отправилась в Магдебург или в то, что они называют Старым Рейхом, старым Рейхом, то есть Германией, в мае 1941 года. Еврейская школа при организации «Молодежная алия» для детей, планирующих поехать в Палестину.

Эта школа действовала в первом районе до мая 1941 года, когда она была закрыта. Я вложил в эту историю историю о ней за день до ее отъезда, когда она идет на встречу со своим возлюбленным.

У меня есть роман с Мией с неназванным человеком, и они идут, чтобы встретиться на реке Дунай, в Донове, как она называет это, где мой отец плавал со своими двоюродными братьями, однажды попал в течение и чуть не умер наезд на мост. Я рассказываю историю моего отца Миа.

«Бульвары второго района пусты, но я их все равно избегаю. Я иду на север и запад, определяя путь через узкие улочки и переулки к полям вдоль широкого Донау. Высокая трава шелестит, и он стоит рядом со мной, густые волосы сбиваются с его худого лица.У него на левой щеке синяк, и я вижу, как под ним подергивается мышца. Когда солнце поднимается, пушистые волосы на его лице блестят. Позади него течет река, как спина ленивой змеи. Я натягиваю платье через голову и наклоняюсь, чтобы расстегнуть туфли. Складываю платье и кладу рядом со стволом дуба.

Я расстегиваю медальон с фотографиями братьев внутри и кладу его себе в ботинок. Я подхожу к нему в трусах, чувствуя на руках влажный воздух. Я расстегиваю его рубашку и помогаю стянуть ее, не сводя глаз с его, складываю рубашку и кладу ее вместе с платьем.Он садится в высокую траву и рвет ботинки. Его легкие втягивают кожу между ребрами.

Он снова встает, я беру его за руку и веду к воде. Наши ноги проваливаются в грязь, и река кружится вокруг нас. Он кладет руки мне на лицо, затем целует меня в лоб, а затем спускается к моим губам. Его язык сладкий и соленый. Я откидываюсь назад, обвиваю ноги вокруг его талии и улыбаюсь небу.

Его рука движется под моим комбинезоном и вдоль вогнутой поверхности моего живота.Река поднимает меня, и я ослабляю хватку. Я на мгновение зависаю рядом с ним. «Миа», — плачет он, когда я ускользаю.

Звук моего имени будит меня, как будто ото сна я переворачиваюсь, вскидываю руки и пытаюсь схватить его протянутые руки, но течение утаскивает меня. Я немного борюсь, но у меня нет сил, которые были у меня, когда я плавал здесь с моими братьями. Я плыву за поворот, и звук моего имени становится звуком волн, бьющих о берега. Я ложусь и позволяю себе плыть к центру реки.Облака накатывают на меня, и голод и время уходят.

Я как птица, пойманная в теплом восходящем потоке, подвешенная над небесным океаном. Здания выстраиваются у кромки воды. Солнце движется за облаком, и воздух вокруг меня дрожит. Я чувствую, что мост Рейха приближается ко мне, и я падаю к нему, как будто спиной на землю. Если я врежусь в один из контрфорсов, я мгновенно умру, но если я пройду через арки, то Водоворот затянет меня и утонет.

Я встаю и иду по воде.Солдаты выбегают на мост. Я целюсь в каменную стену между арками, затем ложусь и закрываю глаза. Голоса солдат надо мной кричат: «Это женщина, женщина». Я снова открываю глаза и вижу их лица, выстроенные в линию, смотрящие через перила. Я вижу балки моста и прохожу сквозь них. С другой стороны, похмелье на лицах, открытый рот. Вес воды сметает меня, и кажется, что их головы перевернуты вверх ногами, а затем они исчезают, когда меня тянет вниз и далеко вниз.«

Тони: Спасибо. Это было прекрасно. В книге много таких потрясающих историй. Спасибо, Лиза Грюнберг. Я снова очень рекомендую пойти и прочитать My City of Dreams , A Memoir.

Лиза: Спасибо.

Диктор: Спасибо, что слушали «Почему мы пишем». Для получения дополнительной информации о Лизе Грюнберг и ее дебютной книге «Мой город мечты» посетите нашу страницу подкастов. Ссылка находится в примечаниях к выставке.На следующей неделе у нас будет мастер-класс по творческому письму с известным молодым писателем Джейсоном Рейнольдсом.

Дорогая Эбби! Я пишу, потому что разорвана.

Дорогая Эбби: Я пишу, потому что разорвана. Моя свекровь недавно вышла на пенсию и хочет подарить акции всем своим внукам. Однако мой муж отказывается принимать их от имени нашего сына. Мы также не передали нам подарки на ее свадьбу и детский душ. (Оба были чеками.) Мы просто оставили их, потому что я чувствовал, что это правильно.

Однако в этом случае я буду признателен и с радостью приму акции. Ее подарок должен был оплатить высшее образование моего сына. Мой муж считает, что мы не можем принять все, что он дает. Я думаю, что он упрям, не думает о своем сыне и позволяет своему эго встать на пути. Что Вы думаете об этом?

Думая о будущем

Dear Thinking: Почему я думаю, что вы пропустили важный абзац (или два) в своем письме? Тот, который описывает сложные отношения вашего мужа с его матерью.Эти отношения должны быть отделены от ее отношений с внуком.

Она была щедра на свадьбу и подарки для душа. (Чеки, вероятно, должны быть уничтожены в этот поздний срок, потому что они больше не могут быть обналичены.) Что касается подарка акций, которые она хочет передать вашему сыну, я не вижу рациональной причины, по которой их не следует принимать, признавать и сохранять в использоваться по назначению. Позиция вашего мужа по этому поводу иррациональна и не будет служить никакой другой цели, кроме как наказать мальчика — и вас обоих.

Дорогая Эбби: Моя 29-летняя дочь только что самостоятельно переехала из спальни, которую она занимала с 7 месяцев, в красивое место. Она встречается с «Беном» пять лет. Она помогла Бену и осталась с ним. Несмотря на то, что у Бена нет степени, моя дочь помогла ему улучшить его потенциал, и теперь у него есть лицензии и он получает хорошо оплачиваемую работу.

Когда он познакомился с моей дочерью, он жил со своей мамой. Моя дочь подтолкнула его к тому, чтобы получить собственное место, и помогла ему украсить.Бен на восемь лет старше ее, и у него есть 9-летняя дочь от предыдущих отношений, с которой моя дочь ладит.

Полагаю, поскольку у родителей есть ожидания в отношении своих детей, я подумал, что к настоящему времени можно было бы поговорить об их будущем. Они с Беном все еще вместе, но я не знаю, к чему это приведет. Он мне нравится, и у меня прекрасные отношения с дочерью. Я не хочу вторгаться в ее личную жизнь. Что я могу сделать, чтобы заставить их двигаться в будущее?

Заботливый папа в Нью-Джерси

Дорогой папа: Вы, конечно, можете поговорить со своей дочерью, но как бы сильно вы ее ни любили, это не ваше путешествие.Это ее и Бена. Не будь водителем на заднем сиденье. Они наслаждаются настоящим, а будущее позаботится о себе само.

«Дорогая Эбби» написана Эбигейл Ван Бюрен, также известной как Жанна Филлипс, и основана ее матерью Полин Филлипс. Свяжитесь с дорогой Эбби на сайте www.DearAbby.com или P.O. Box 69440, Лос-Анджелес, Калифорния

.

Как не разрываться на разные мнения | Колин Чжан | Лучший совет

Часто мы просто ищем информацию, которая согласуется с нашим существующим мнением

Когда я гуглию «Хонда против Тойоты», я не обязательно ищу новую информацию, но ищу доказательства, подтверждающие то, во что я уже верю — что Хонда лучший выбор бренда.

Мы все это делаем. Осознав эту психологию, мы можем понять, чего хочет наше подсознание, просто обращая внимание на то, как мы реагируем на различные детали.

Например, если вы не уверены, пойти ли в суши-ресторан или стейк-хаус на предстоящий день рождения, проведите небольшое исследование и спросите, есть ли у вас предложения. О каком ресторане вас больше всего интересует? Обычно это не 50/50, иначе вы бы уже приняли решение, потому что это беспроигрышная ситуация.

Но у вас нет, а это значит, что у вас есть сомнения относительно того, чего вы действительно хотите. Возможно, вы беспокоитесь о своей девушке, которая не является большой поклонницей суши, поэтому вам нужно найти отличную причину, чтобы оправдать свой выбор суши вместо стейка.

Легко поддаться влиянию других, когда ты не знаешь, что ты стоишь.

Это похоже на то, что сказал Малкольм Икс: «Если ты не стоишь чего-то, ты влюбляешься во все».

Это не могло быть более правдой. Одна из основных причин, по которой вы сомневаетесь, заключается в том, что вы еще не полностью приняли себя.Вы знаете, что художник, но сегодня общество руководствуется бизнесом.

Все ваши друзья, родственники и знакомые проявляют такую ​​страсть к деньгам, и вы не можете не присоединиться к ним. Они кажутся более уверенными в том, кто они есть, чем вы в себе. Итак, вы читаете все эти книги о том, как разбогатеть и посещаете семинары по предпринимательству, вместо того, чтобы заниматься тем, что действительно движет вами.

Есть то, что вы хотите, и есть то, чего хочет общество.

Поэтому очень важно развивать чувство доверия к себе и не поддаваться влиянию внешнего шума.

Вы не любите ошибаться

Мы делаем ошибки регулярно и обязательно.

Но вы презираете это чувство. Поэтому вы предпочитаете прислушиваться к советам другого, а не полагаться на собственную интуицию, потому что в вашей неудаче есть кто-то виноват.

Вполне нормально ошибаться, даже если это происходит постоянно, именно так мы учимся на самом деле .

Не стыдно ошибаться, стыдно не иметь собственного мнения.

Стань ментально независимым с практикой

С самого рождения тебя воспитывали, чтобы опереться на других, от родителей дома до учителей в школе.К тому времени, как вы вырастете, вы станете созависимым от своих друзей и значимых других. Некоторые научились думать самостоятельно, но многие — нет.

Мой лучший друг в колледже ходил на курс под названием «Думать самостоятельно». Я предлагаю всем школам заниматься, потому что это необходимо. Меня действительно раздражает, когда все ученики слепо делают заметки в классе и поднимают руки на вопросы здравого смысла. Они так взволнованы тем, что принадлежат.

Но учить мыслить противоречиво само по себе.

Психическая независимость должна быть реализована только на .

  • Копайте глубже, чтобы найти свою собственную политическую точку зрения, вместо того, чтобы вам промывать мозги в семье
  • Занимайте смелую позицию в классе, даже если это означает идти против большинства
  • Идите по жизненному пути, который вас волнует, вместо того, чтобы следовать обычным путем
  • Читайте и наблюдайте за другими, вырабатывайте собственное отношение к миру
  • Думайте больше. Слишком много людей проводят свое время исключительно в толпе, делая то, что делают все остальные

Чтобы развить собственное мышление, нужно время и сознательные усилия.Как только вы это сделаете, вы почувствуете уверенность в себе.

«Мозг Fox News»: познакомьтесь с семьями, раздираемыми токсичным кабелем. Новости | Жизнь и стиль

Я люблю свою маму. Она один из самых добрых и милых людей, которых вы когда-либо встречали, и я был бы никем без нее. Я никогда не слышал, чтобы она говорила плохое слово о ком-либо, не говоря уже о чем-нибудь откровенно ужасном, вроде того, что, например, можно услышать от Такера Карлсона или Шона Хэннити. Но я знаю, к моему большому разочарованию, что она много лет смотрела их по телевизору.Мы с мамой договорились больше не говорить о политике. Мне слишком трудно смириться с когнитивным диссонансом между этой прекрасной женщиной, которая находит что-то привлекательным в самых ксенофобных мужиках на телевидении. Я не хочу об этом думать.

Оказывается, есть много семей по всей стране, которые имеют похожую договоренность или, что еще хуже, когда люди вообще перестали разговаривать с родственниками, которые, по их мнению, были украдены Fox News.

Чтобы быть ясным, Fox News не изобрела превосходство белых и расизм в сердце Америки, но канал определенно усилил их.Также важно отметить, что «Мои родители смотрели плохой телевизор и получили от него расизм» — это явно гораздо менее серьезная проблема, чем быть человеком, чья жизнь подвергается риску из-за того, что продвигает Fox News. От этого не легче увидеть, как кто-то, кто вам дорог, скатывается в близорукий пузырь правой пропаганды.

Я упомянул идею потерять семью из-за мозга Fox News на днях в Твиттере, и неудивительно, что у многих людей были свои собственные похожие истории. Я попросил некоторых из них поделиться своими ощущениями.

Вот подборка историй, которыми поделились люди.


Когда я рос, мой отец был единственным человеком, которого я знала, который научил меня критически мыслить и изучать темы, прежде чем я о них заговорил. Но прямо перед выборами 2008 года он превратился в машину для разговоров на Fox News, говоря какую-то ужасную хрень, о которой я даже не подозревал, он верил. Когда я давал ему понять, где он это слышал и откуда он знал, что это правда, он просто отключался.

Может быть, он всегда был таким, но ему не хватало выхлопной камеры, чтобы сказать вслух, что он думает.Я никогда не узнаю. Это просто отстой, потому что я знаю, что люди, которых он так ненавидит, в основном такие же люди, как и я.

Да, он расист. Раньше я бы так не подумал, но, полагаю, он всегда был под поверхностью. Как и многие люди, я думаю, что старость и избранная им форма СМИ заставили его чувствовать себя в большей безопасности, говоря что-то вслух.

Могу только предположить, что они больше не узнают окружающий мир. Вместо того чтобы признать, что дела обстоят именно так, они отступили в своем страхе перед «другим», который почти всегда оказывается кем-то, кто не является белым.


После того, как был избран Обама, я подумал, что мой отец свернул за угол — он сказал, что перестал слушать разговоры по радио, особенно Раша Лимбо, во время долгой поездки на работу, потому что, по его словам, Лимбо ушел с ума.

Я не смотрю Fox News, потому что, конечно, это искажает вашу психику, но, должно быть, тон изменился после того, как был избран Трамп. Мой отец постепенно стал еще более ксенофобным и злым, чем раньше.

Моя жена и я беспокоимся о том, чтобы позволить нашей дочери остаться с нашими родителями, потому что их ядовитый гнев и негодование постепенно становятся их идентичностью.Я ненавижу то, что Fox News сделала почти со всеми в моей семье. Это абсолютный яд, и я думаю, что хуже всего то, что есть люди, которые думают, что уничтожение морали и совести нескольких поколений стоит еще нескольких долларов. Я категорически отказываюсь верить, что такие люди, как Хэннити, не знают, что делают.

Хотел бы я что-нибудь сделать, но у кого есть время или силы, чтобы бороться с этим?


Меня воспитывала сильная мать-феминистка, выступающая за выбор, которая теперь рассказывает мне «милые истории», происходящие в «Пятерке» (дневное шоу Fox), любит Трампа и считает, что аборт должен быть незаконным через шесть недель.

Я вырос в доме, где мы открыто говорили о политике. Сейчас его заметно нет в наших разговорах. На самом деле она сказала, что надеется, что моя дочь, которой четыре года, вырастет консервативной. Когда я сказал «абсолютно нет», она казалась действительно сбитой с толку.

Я скажу, что всякий раз, когда она проводит время с моими друзьями из меньшинства, она, кажется, временно смягчается в отношении расистских вещей, затем она возвращается в Техас и смотрит несколько часов Fox, и все возвращается к «нормальному».


Я почти не хожу домой — дважды за последние три года, только на Рождество, — потому что моя семья и друзья сломали мозг Фокса.Я позвонил на День Благодарения, чтобы поздороваться, когда мой отец назвал Обаму словом на букву N во время звонка, ни по какой причине.

Я не совсем уверен, когда это началось, поскольку я не живу дома с 2002 года. Он медленно нарастал, но разрыв, вероятно, начался примерно в 2008 году, когда я был волонтером у Обамы. Больше всего стало жарко, когда моя мама пошла на митинг Трампа в Фениксе перед выборами 2016 года.

Мы почти договорились больше не говорить о политике, но иногда моя мама говорит мне такие вещи, как «Бретт Кавано невиновен, потому что женщины всегда лгут о том, что их изнасиловали.«В конце концов, я просто перестал звонить и отвечать на сообщения.

Не могу сказать, что все это проистекает из Fox News, но это происходит в доме почти круглосуточно, и я не могу себе представить, что это не фактор. Но, вероятно, у меня был мозг MSNBC, когда я был там, так как я работал по восемь часов в день, а потом смотрел Мэддоу и Хейса, когда вернулся домой.


Я потерял дядю из мозгов Фокса. Он был учителем средней школы в небольшом городке на севере штата Нью-Йорк, входил в совет профсоюза учителей и был большим рабочим.Выйдя на пенсию, он начал думать, что профсоюзы созданы для ленивых людей, и много говорил о том, как правительство раздает бесплатные вещи иммигрантам, которые приезжают сюда нелегально. Пару недель назад мы говорили о моем студенческом долге, и он сказал, что если я буду нелегалом, правительство позаботится об этом за меня.

Я спросил его, почему он думает, что это правда, и сказал ему, что я думал, что они просто посадили их в клетки, но он просто закатил глаза и начал говорить о другом. В большинстве случаев мы больше не разговариваем так много, потому что это того не стоит ни для одного из нас.


Мои родители недавно приехали навестить меня в Лос-Анджелесе из моего родного города в Иллинойсе. Это самые милые, самые теплые, отзывчивые и щедрые люди на земле, но за последние несколько лет я заметил отчетливые симптомы отравления мозга Fox News.

Во время их поездки мы просто болтали и болтали, когда мой папа без всякой подсказки сказал: «Говорят, здесь, в южной Калифорнии, много мексиканцев». Ага, папа. На самом деле это была Мексика, поэтому я думаю, что некоторые люди мексиканского происхождения могли остаться здесь.Потом вмешивается моя мама: «О, конечно, они только что подошли». Подразумевается, что все они перелезли через стену, и, не считая того, что большинство семей жили здесь в течение нескольких поколений, произошли от людей, которые мигрировали сюда в поисках лучшей жизни, как и наши собственные предки.

Это действительно немного похоже на то, что вы потеряли любимого человека из-за отравления Fox News. Трудно, когда светящаяся призма, через которую мы смотрим на тех, кого мы любим, разбивается вдребезги, и нет возможности снова собрать их образ.


Fox News не сломал моих родителей, но что меня беспокоит не менее тревожным, так это то, что даже родители, которые никогда не смотрели Fox News, могут повторять свои тезисы, как мои. Моя мама — иммигрантка из Венесуэлы, и на днях она начала говорить о том, что беженцы являются чрезмерным бременем для нашей системы здравоохранения и почему это плохо. Она образованный человек, никогда не смотрела Fox News! Отчасти потому, что она всегда была одной из тех, кто «я иммигрировал правильно, », так что нетрудно переубедить ее на этом фронте.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *