Содержание

Биография Зигмунда Фрейда — РИА Новости, 06.05.2016

Необходимость зарабатывать деньги не позволила ему остаться на кафедре, он поступил сначала в Физиологический институт, а затем в Венскую больницу, где работал врачом.

В 1885 году Фрейд получил звание приват-доцента, и ему была предоставлена стипендия для научной стажировки за границей.

В 1885-1886 годах стажировался в Париже у врача-психиатра Жана-Мартена Шарко в клинике Сальпетриер. Под влиянием его идей пришел к мысли, что причиной психонервных заболеваний могут быть ненаблюдаемые динамические травмы психики.

По возвращении из Парижа Фрейд открыл частную практику в Вене, где использовал метод гипноза для лечения больных. Поначалу метод казался эффективным: за первые несколько недель Фрейд добился моментального исцеления нескольких больных. Но вскоре появились и неудачи, и он разочаровался в гипнотической терапии.

Фрейд обратился к изучению истерии и внес в эту область значительный вклад, связанный с использованием свободной ассоциации (или «разговорной терапии»). Результаты его совместного с австрийским врачом Йозефом Брейером исследования истерических явлений и проблем психотерапии были опубликованы под названием «Исследования истерии» (1895).

В 1892 году Фрейд разработал и использовал новый терапевтический метод — метод настояния, ориентированный на постоянное понуждение пациента к воспоминанию и воспроизведению травматических ситуаций и факторов. В 1895 году он пришел к выводу о принципиальной неправомерности отождествления психического и сознательного и о значимости изучения неосознаваемых психических процессов.

С 1896 года по 1902 год Зигмунд Фрейд разработал основы психоанализа. Он обосновал новаторскую динамическую и энергетическую модель психики человека, состоящей из трех систем: бессознательного — предсознательного — сознательного.

Впервые понятие «психоанализ» он использовал в статье об этиологии неврозов, опубликованной на французском языке 30 марта 1896 года.

Психоаналитический способ лечения больных, разработанный Фрейдом, заключается в анализе по определенным правилам спонтанно возникающих у больного ассоциаций по поводу какого-либо элемента его душевной жизни (метод свободных ассоциаций), толковании сновидений, а также различных ошибочных действий (оговорок, описок, забывания и т.п.) с целью вычленения с помощью психоанализа истинных (бессознательных) причин этих явлений и доведения этих причин до сознания больного.

Результатом обобщения психоаналитических исследований Фрейда этого периода явились опубликованные в начале XX века классические работы «Толкование сновидений» (1900), «Психопатология обыденной жизни» (1901), «Остроумие и его отношение к бессознательному» (1905) и др.

Причинами многих неврозов у пациентов Фрейда в то время были различные сексуальные проблемы, поэтому Фрейд обратился к исследованиям сексуальности и ее развития в детстве. С тех пор развитие сексуальности Фрейд ставил в центр всего психического развития человека («Три очерка по теории сексуальности», 1905) и пытался объяснить им такие явления человеческой культуры, как искусство («Леонардо да Винчи», 1913), особенности психологии первобытных народов («Тотем и табу», 1913) и др.

В 1902 году Фрейд стал профессором Венского университета.

В 1908 году (вместе с Эйгеном Блейлером и Карлом Густавом Юнгом) основал «Ежегодник психоаналитических и психопатологических исследований», в 1910 году — Международную психоаналитическую ассоциацию.

В 1912 году Фрейд основал периодическое издание «Международный журнал по медицинскому психоанализу».

В 1915-1917 годах он читал лекции по психоанализу в Венском университете и готовил их к изданию. Тогда же вышли из печати его новые работы, где он продолжил свои исследования тайн бессознательного.

В январе 1920 года Фрейду было присвоено звание ординарного профессора Венского университета.

В 1920-х годах ученый разрабатывал новые проблемы психоанализа: он пересматривал учение о влечениях («По ту сторону принципа удовольствия», 1920), выделяя «влечения к жизни» и «влечения к смерти», предложил новую модель строения личности (Я, Оно и Сверх-Я), распространял идеи психоанализа на понимание практически всех сторон общественной жизни.

В 1927 году опубликовал книгу «Будущее одной иллюзии» — психоаналитическую панораму прошлого, настоящего и будущего религии, трактуя последнюю в статусе навязчивого невроза. В 1929 году издал одну из наиболее философических своих работ «Беспокойство в культуре». В ней Фрейд описал теорию, согласно которой не Эрос, либидо, воля и человеческое желание сами по себе выступают предметом творчества мыслителя, а совокупность желаний в состоянии перманентного конфликта с миром культурных установлений, социальными императивами и запретами, олицетворенными в родителях, разнообразных авторитетах, общественных идолах и т.д. В 1939 году Фрейд опубликовал книгу «Моисей и монотеизм», посвященную психоаналитическому осмыслению философских и культурологических проблем.

В 1930 году Фрейд был удостоен Литературной премии им. Гёте. Он был избран почетным членом Американской психоаналитической ассоциации, Французского психоаналитического общества, Британской Королевской медико-психологической ассоциации.

В 1938 году после захвата Австрии фашистской Германией Фрейд эмигрировал в Великобританию.

В 1923 году у Фрейда был диагностирован рак челюсти, вызванный его пристрастием к сигарам. Операции по этому поводу проводились постоянно и мучили его до конца жизни. Летом 1939 года состояние здоровья Зигмунда Фрейда начало ухудшаться, и 23 сентября того же года он умер.

Труды Фрейда оказали колоссальное воздействие на ранее существовавшие представления о человеке и его мире, и положили начало формированию новых представлений и психологических теорий.

В Санкт-Петербурге, Вене, Лондоне, и Пршиборе есть музеи им. Фрейда. Памятники Фрейду установлены в Лондоне, Пршиборе, Праге.

Зигмунд Фрейд был женат на Марте Бернейс (Martha Bernays), в семье было шестеро детей. Самая младшая дочь Анна (1895-1982) стала последовательницей отца, основала детский психоанализ, систематизировала и разрабатывала психоаналитическую теорию, внесла значительный вклад в теорию и практику психоанализа в своих трудах.

Материал подготовлен на основе информации РИА Новости и открытых источников

Возобновление работы музея Зигмунда Фрейда

© Hertha Hurnaus/Sigmund Freud Privatstiftung

Спустя 18 месяцев работ по ремонту и реконструкции дом, расположенный по самому известному адресу Вены, снова открыл свои двери посетителям. Помещения, в которых жил и работал Фрейд, стали выставочным объектом в недавно отреставрированном музее. Этот новый музей позволит нам по-новому взглянуть на отца-основателя психоанализа. Мы уверены, Фрейду бы понравилось.

Берггассе 19, Вена, Альзергрунд. Тот, кто отправляется по следам Зигмунда Фрейда, обязательно приходит сюда – в место, где зародился психоанализ. И точно так же, как его пациенты более 100 лет назад, и сегодня стоит внизу у двери и звонит в звонок всемирно известного профессора. Уже при входе становится ясно: музей Зигмунда Фрейда – это не обычный дом-музей. Это место, по сей день хранящее дух Фрейда. Но оно также служит в качестве напоминания о потере культуры и человечности в условиях террористического нацистского режима.

Показать альтернативный текст

Видео о Зигмунде Фрейде и его музее на улице Берггассе 19.

Почти половину столетия, с 1891 по 1938 годы, Зигмунд Фрейд жил и работал в этом классическом доходном доме венской эпохи расцвета грюндерства. В эти годы семья то и дело переезжала на разные этажи здания. Здесь были созданы его великие работы («Толкование сновидений«, «О психоанализе», «Я и Оно» и многие другие). Именно здесь, в приемной его кабинета, проходили встречи Психологического общества по средам (первый кружок психоанализа). Улица Берггассе 19 была и остается родиной Зигмунда Фрейда и его наследием. После аншлюса Австрии к нацистской Германии Фрейд в июне 1938 года был вынужден бежать и провел последний год своей жизни в Лондоне. Страдающий тяжелым онкологическим заболеванием, с помощью своего друга-врача он покончил с собой с помощью большой дозы морфия. Фрейду было 83 года.

Музей Зигмунда Фрейда 2.0 в 2020 году

Впервые со дня основания музея в 1971 году теперь посетителям станут доступны для осмотра все частные комнаты Фрейда. В ходе модернизации выставочные площади были увеличены почти вдвое. На территории площадью около 550 м² можно познакомиться с жизнью великого психоаналитика в небывалом масштабе.

Новое фойе служит в качестве отправной точки посещения: кроме билетной кассы там также находятся музейный магазин и кафе. Бывший первый кабинет Фрейда в бельэтаже отныне будет использоваться для презентации

коллекции произведений современного искусства музея. Поднявшись в мезонин, вы можете отправиться в частные комнаты (налево) или в кабинет (направо). Не забудьте нажать на звонок! Бельэтаж оформлен под знаком науки: там находится «Библиотека психоанализа» с более чем 40 000 произведений и архив Зигмунда Фрейда. Вторая, новая лестничная клетка стала ареной для демонстрации собственной истории дома. Так, квартиры дома использовались нацистами в качестве квартир для сбора евреев. В общей сложности вплоть до своей окончательной депортации здесь были размещены 79 человек.

Освободить пространство для комнат

Жизнь семьи Фрейд воссоздана на основе исторических фотографий, посетители имеют возможность узнать, как использовались комнаты. И именно эти комнаты находятся в центре музейного посещения. Полы, двери, дверные ручки, гардероб, лестничная клетка, взгляд в зеленый внутренний дворик. Посетители музея Зигмунда Фрейда в буквальном смысле идут по следам Фрейда. Сохранившаяся в оригинальном виде структура пространства позволяет аутентично погрузиться в место работы Зигмунда Фрейда.

Три новые постоянные выставки, одна художественная презентация в выставочном зале по адресу Берггассе 19 и одна тематическая выставка знакомят с многослойным культурным наследием Фрейда – они посвящены его жизни и творчеству, развитию психоанализа в теории и практике и его значению для общества и искусства. В центре внимания – история дома на улице Берггассе 19, а также непростые судьбы всех его обитателей с 1880 года по сегодняшний день.

«Кушетка» Франца Веста (1989) – © Hertha Hurnaus/Sigmund Freud Privatstiftung «Avido» Пира Паоло Кальцолари (1968) – © Oliver Ottenschläger

Галерея

«Кушетка» Франца Веста (1989) – © Hertha Hurnaus/Sigmund Freud Privatstiftung «Avido» Пира Паоло Кальцолари (1968) – © Oliver Ottenschläger

Фрейд Contemporary

Наряду с оригинальными объектами, картинами и фотографиями, связанными с жизнью и работой Зигмунда Фрейда, музей также располагает собственной коллекцией концептуального искусства. Инициатором художественной коллекции в середине 1990-х годов стал американский концептуальный художник Джозеф Кошут. В первом кабинете Фрейда в бельэтаже можно увидеть работы таких всемирно известных художников, как Джон Балдессари, Пир Паоло Кальцолари, Сьюзан Хиллер, Илья Кабаков или Франц Вест.

Музей Зигмунда Фрейда

Berggasse 19
1090 Vienna
  • Цены
    • Бесплатные аудиогиды на немецком, английском, французском, итальянском, испанском и русском языках.
  • Часы работы
    • Ср., 11:00 — 18:00
    • Чт., 11:00 — 18:00
    • Пт., 11:00 — 18:00
    • Сб., 10:00 — 18:00
    • Вс., 10:00 — 18:00
  • Безбарьерная среда

«Если хочешь вынести жизнь, готовься к смерти» – Weekend – Коммерсантъ

В этом году исполняется 100 лет «По ту сторону принципа удовольствия» — самой мрачной книге Зигмунда Фрейда, в которой он разбирался с неврозами, навязчивыми состояниями, меланхолией и депрессией и изучал бессознательное влечение к смерти. К юбилею перечитали этот и другие труды отца психоанализа и выяснили, что оптимизма в них вообще мало


1
Прежде чем диагностировать у себя депрессию и заниженную самооценку, убедитесь, что вы не окружены идиотами.

«Оговорки»


2
У вас есть иллюзия личной психической свободы, и вы не хотите от нее отказаться. Мне очень жаль, но в этом я самым серьезным образом расхожусь с вами во мнениях.

«Введение в психоанализ»


3
Весьма примечательно, что нам никогда не приходит в голову рассматривать печаль как болезненное состояние и обратиться к врачу для ее лечения, хотя она влечет за собой серьезные отступления от нормального поведения в жизни.

«Семейный роман невротиков»


4
Культурный человек возможность счастья променял на гарантированную безопасность.

«Я и Оно»


5
Жизнь, как она нам дана, слишком тяжела для нас, она нам приносит слишком много боли, разочарований, неразрешимых проблем. Для того чтобы вынести такую жизнь, мы не можем обойтись без средств, дающих нам облегчение. Пожалуй, имеется три рода таких средств: сильное отвлечение, позволяющее придавать меньшее значение нашим несчастьям; заменители удовлетворения, уменьшающие их бремя; наркотики, делающие нас нечувствительными к ним. Без чего-либо подобного не обойтись.

«Недовольство культурой»


6
Агрессия, не нашедшая выхода, означает тяжелое повреждение; все выглядит так, как будто мы должны разрушить другое и других, чтобы не разрушить самих себя, чтобы обезопасить себя от стремления к саморазрушению. Действительно печальное открытие для моралиста!

«Введение в психоанализ»


7
Когда меланхолик с повышенной самокритикой изображает себя мелочным, эгоистичным, неискренним, несамостоятельным человеком, всегда стремившимся только к тому, чтобы скрыть слабости своего характера, он, вероятно, достаточно близок к тому, что нам известно о самопознании, и мы лишь спрашиваем себя, почему нужно сначала заболеть, чтобы подобная истина стала доступной.

«Семейный роман невротиков»


8
Если хочешь вынести жизнь, готовься к смерти.

«Мы и смерть»


9
Знаю, что вы много слышали о чувстве неполноценности, которое характеризует как раз невротиков. Оно проявляется, в частности, в так называемой художественной литературе. Писатель, употребивший словосочетание «комплекс неполноценности», считает, что этим он удовлетворяет всем требованиям психоанализа и поднимает свое творение на более высокий психологический уровень. В действительности искусственное словосочетание «комплекс неполноценности» в психоанализе почти не употребляется.

«Лекции по введению в психоанализ»


10
Различие между неврозом и здоровьем существует только днем, но не распространяется на жизнь во сне.

«Введение в психоанализ»


11
Невроз заменяет в наше время монастырь, в который обычно удалялись все те, которые разочаровывались в жизни или которые чувствовали себя слишком слабыми для жизни.

«Психология бессознательного»


12
Инфузория умирает, предоставленная сама себе, естественной смертью вследствие несовершенства в устранении своих собственных продуктов обмена веществ; но, может быть, и высшие животные умирают в основном вследствие такого же недостатка.

«Проблемы метапсихологии»


13
Психоаналитик, от которого требуют, чтобы он взялся за лечение жены или ребенка друга, должен быть готов к тому, что чем бы это предприятие ни кончилось, оно будет стоить дружбы. Но он все же должен принести эту жертву.

«Техника психоанализа»


14
Сильный эгоизм защищает от болезни, но, в конце концов, необходимо начать любить для того, чтобы не заболеть, и, наоборот, остается только заболеть, когда вследствие собственной несостоятельности человек лишается возможности любить.

«Очерки по психологии сексуальности»


15
Чрезвычайно поучительно видеть, как с подъемом настроения снижаются претензии на остроумие.

«Остроумие и его отношение к бессознательному»


16
От влюбленности недалеко до гипноза. Соответствие обоих очевидно. То же смиренное подчинение, уступчивость, отсутствие критики как по отношению к гипнотизеру, так и по отношению к любимому объекту.

«По ту сторону принципа удовольствия»


17
Гениталии не проделали вместе со всем человеческим телом развития в сторону эстетического совершенствования, они остались животными, поэтому и любовь в основе своей и теперь настолько же животна, какой она была испокон веков.

«Очерки по психологии сексуальности»


18
Любовные влечения с трудом поддаются воспитанию, их воспитание дает то слишком много, то слишком мало.

«Очерки по психологии сексуальности»


19
Нарциссический рубец является наиболее живым элементом в часто встречающемся у невротиков чувстве неполноценности.

«По ту сторону принципа удовольствия»


20
Возможности нашего счастья ограничиваются уже нашей конституцией. Куда меньше трудностей с испытанием несчастья.

«Недовольство культурой»


80 лет назад в Лондоне скончался Зигмунд Фрейд

23 сентября 1939 года в Лондоне, куда ему пришлось бежать из Третьего рейха, скончался всемирно известный психоаналитик Зигмунд Фрейд, подвергнувшийся репрессиям со стороны нацистов из-за своего учения о психоанализе и еврейского происхождения. Его люто ненавидел и Иосиф Сталин, с подачи которого для официальной советской науки Фрейд в начале 1930-х превратился в «главного преступника».

Зигмунд Фрейд родился 6 мая 1856 года в австрийском Фрайберге (ныне Пршибор в Чехии) в семье торговца шерстью и сукном. Не имея в силу своей родословной большого выбора будущей профессии, он поступил на медицинский факультет и, наделенный педантичностью и чувством ответственности, с отличием постиг врачебное дело.

Фрейд наиболее известен как основатель психоанализа, оказавшего влияние на психологию, медицину, социологию, антропологию, литературу и искусство XX века. Его воззрения на природу человека были новаторскими для своего времени и на протяжении всей жизни психолога не прекращали вызывать резонанс и критику в научном сообществе.

Среди достижений Фрейда наиболее важными являются разработка таких терапевтических методик, как метод свободных ассоциаций и толкование сновидений, выделение специфических фаз психосексуального развития личности, создание теории эдипова комплекса, обнаружение функционирующих в психике защитных механизмов, психологизация понятия «бессознательное», открытие переноса и контрпереноса, разработка трехкомпонентной структурной модели психики.

Сегодня всем хорошо знакомо такое понятие, как оговорка по Фрейду: в начале XX века психолог предположил, что ошибки, совершаемые человеком в речи и действиях, — это показатель неосознанных желаний.

По его предположению, исследуя подобные действия, можно проникнуть в тайны бессознательного, разобраться в скрытых внутренних конфликтах и стремлениях человека, которые были подавлены. Доказывая свою теорию, Фрейд приводил многочисленные примеры из собственной жизни, жизни своих друзей и близких.

Согласно Фрейду, подобные «ошибочные действия» имеют место в тех случаях, когда «Оно» начинает превалировать над «Сверх-Я» и, как следствие, оказывает решающее влияние на поступки и проявления «Я». Такие ситуации обычно происходят в состоянии психического напряжения, либо при быстрой речи или письме. Данный феномен отражает «бессознательное» человека.

Не менее важное место в своей деятельности Фрейд уделял толкованию сновидений.

«При психологической проверке сновидение оказывается первым звеном в ряду аномальных психических образований, из которых другими звеньями – истерическими фобиями, навязчивыми и бредовыми представлениями – врач должен заниматься по практическим соображениям. Кто не умеет объяснить себе возникновение образов сновидений, тот тщетно будет пытаться понять фобии, навязчивые и бредовые идеи и то, каким образом можно на них терапевтически повлиять», — констатировал он.

В дореволюционный период идеи Фрейда нашли отклик среди части русских ученых, имевших возможность ознакомиться с теоретическим и клиническим психоанализом.

Правда, с самого начала вторжения психоаналитических идей в русскую психологию и психиатрию учение Фрейда о сексуальной этиологии неврозов и бессознательной деятельности человека вызывало неоднозначную реакцию. Однако устойчивый интерес к психиатру сохранялся и в советский период.

Одним из самых известных пациентов Фрейда был русский публицист Сергей Панкеев. В отрочестве этому человеку приснился сон о серых волках, молча сидящих на ветвях орехового дерева и посылающих ему сообщения глазами. Он стал истерически бояться изображений лесных животных, постоянно крича, что волк придет и съест его.

Фрейд полагал, что волки во сне — это ключ к тому, что происходит в психике Панкеева. Животные, по мнению комментаторов Фрейда, в сновидениях часто подменяют отца. Идея открытых окон и хищных волков, ждущих и наблюдающих — явный признак подавленной сексуальной фантазии, в которой отец является хищником, а мальчик — жертвой. Описанию болезни Панкеева Фрейд посвятил книгу «Из истории одного детского невроза». Своего пациента в целях сохранения анонимности медик называл в работах «Человек-волк».

Судьба сводила Фрейда и с куда более знаменитым выходцем из Российской империи Львом Троцким – будущим вторым человеком в раннем советском государстве, а до революции – бедным, но энергичным эмигрантом в Вене. Собственно, один из крупнейших специалистов по проблеме неврозов и известный неврастеник, наверное, не могли пройти мимо друг друга.

Троцкий увлекся идеями Фрейда и, придя к власти в России с большевиками, дал добро на проведение психоаналитических экспериментов.

Труды Фрейда активно переводились на русский язык. В Петрограде была организована специальная аналитическая группа для детей с невротическими расстройствами. Одно из столичных высших учебных заведений занималось подготовкой психоаналитиков.

Открывались детские интернаты, в которых организовывалось «свободное половое развитие детей». Так, в 1921 году при непосредственном участии Троцкого и Фрейда был учрежден Детский дом-лаборатория «Международная солидарность», основной целью которого было создание «нового человека». Эксперименты проводились на психоаналитических принципах.

Главным условием этого воспитания было абсолютное исключение родителей из процесса. Впрочем, опасение высокопоставленных родителей за свои чада все же взяло верх, и в 1925 году Дом ребенка был закрыт с формулировкой «неудавшийся эксперимент».

Исаак Дойчер, автор трехтомной биографии революционера, писал: «Троцкий занимался вопросами психоанализа глубоко и систематически и поэтому знал недостатки этого метода».

«Попытка объявить психоанализ «несовместимым» с марксизмом и попросту повернуться к фрейдизму спиной слишком проста или, вернее, простовата. Но мы ни в коем случае не обязаны и усыновлять фрейдизм. Это рабочая гипотеза, которая может дать и, несомненно, дает выводы и догадки, идущие по линии материалистической психологии», — отмечал многогранный председатель Реввоенсовета.

Однако к середине 1920-х годов – одновременно с отстранением Троцкого от власти и его последующим падением – психоанализ оказался вытеснен из среды официальной науки. Наиболее остро противоречия между сторонниками и противниками Фрейда проявились в ходе дискуссии о возможности объединения психоанализа с марксизмом.

А к началу 1930-х, не в последнюю очередь из-за близости к Троцкому, Фрейд превратился в «преступника №1» для советских психологов, работавших на государство. В значительной степени такому повороту способствовала личная неприязнь к психоанализу – или, скорее, к фигуре Троцкого – нового властелина Иосифа Сталина. Отныне теории Фрейда понимались в СССР исключительно как «грязные слова, ассоциирующиеся с сексуальной развращенностью». Для официальной идеологии фрейдизм был неприемлем еще по одной причине: психоанализ рассматривал индивида изолированно, не учитывая его связи с обществом.

«Уже в 1930 году всякая активность советского психоаналитического движения была остановлена, и с этого момента упоминать фрейдистскую теорию разрешалось лишь в плане осуждения.

Как и очень многие другие перспективные культурные тенденции, вызванные самой революцией, психоанализ был вырван с корнем и уничтожен сталинским террором»,

— резюмировал Фрэнк Бреннер в своей книге «Бесстрашная мысль: психоанализ в Советском Союзе».

С приходом к власти в Германии нацистов работы Фрейда были запрещены, а психоаналитическая ассоциация — распущена. Как и многие другие персоны еврейского происхождения, начиная с Альберта Эйнштейна, Фрейд подвергся дискриминации по этническому признаку. Наиболее тяжелый период в его жизни настал после проведенного нацистами аншлюса Австрии.

После ареста дочери Анны и допроса в гестапо престарелый Фрейд с трудом смог перебраться в Англию, хотя власти Третьего рейха требовали с него в качестве «откупа» значительную сумму, которой психоаналитик не располагал. В изгнании Фрейд страдал от болезни: не в силах терпеть мучения, он уговорил своего доктора Макса Шура «помочь ему умереть».

После смерти Фрейда 23 сентября 1939 года горячие споры вокруг психоанализа и самого ученого не прекратились — напротив, они разгорелись с новой силой. Противоречивость в оценках вклада Фрейда в науку наблюдается и по сей день.

Жак Лакан — Работы Фрейда по технике психоанализа. читать онлайн

Прервать молчание Мэтр может чем угодно — сарказмом или пинком ноги.

Именно так, согласно технике дзэн, поступает в изыскании смысла буддистский учитель. Искать ответ на их вопросы надлежит самим ученикам. Учитель не преподает excathedra уже готовую науку, он преподносит ответ в тот самый момент, когда ученики готовы его найти.

Такое обучение отказывается от всякой системы. Оно открывает мысль в движении — мысль, тем не менее, готовую к системе, поскольку в ней необходимым образом представлен аспект догматический. Мысль Фрейда более, чем какая-либо открыта пересмотру. Ошибочно сводить ее к избитым фразам. Каждое понятие живет у него собственной жизнью. В этом как раз и состоит диалектика.

Одни из этих понятий оказывались в какой-то момент нужны Фрейду чтобы дать ответ на вопрос, поставленный ранее в других терминах, и уловить их значимость можно лишь поместив их вновь в соответствующий контекст.

Однако одной историей, историей мысли, нам тут не обойтись. Недостаточно, сказать, что Фрейд появился в век сциентизма, ведь с «Толкованием сновидений» (на французском «Науки снов») вводится нечто совершенно особой природы, нечто, обладающее конкретной психологической плотностью, а именно, смысл.

Вычитывать что-то в снах — с точки зрения сциентизма, Фрейд возвращается к наиболее архаической мысли. Затем он вновь обращается к каузальному объяснению. Но толкование сновидений всегда целиком погружает нас в область смысла. Речь здесь идет о субъективности человека в его желаниях, в его отношениях к окружению, к другим, к самой жизни.

Наша задача — заново ввести регистр смысла, регистр, который и сам нужно поместить на подобающий ему уровень.

Брюкке, Людвиг, Гельмгольц, Дюбуа-Реймон установили нечто вроде принятой веры — все приводимо к физическим силам, притяжению и отталкиванию. Задав себе такие посылки, исследователь не ищет оснований выходить за их пределы. Если Фрейд вышел за эти рамки, то потому, что его посылки были иными. Он решился придать значение тому, что происходило с ним самим — противоречиям собственного детства, невротическим расстройствам, собственным снам. И поэтому Фрейд предстает нам, как и любой другой человек, в окружении случайных подробностей своей частной жизни — смерти, женщины, отца.

Все это представляет собой возвращение к истокам и вряд ли заслуживает названия науки. Психоанализ подобен искусству хорошего мясника, с умением разделывающего тушу животного, разделяя суставы с наименьшим сопротивлением. Известно, что для каждой структуры существует свойственный ей способ концептуализации. Но поскольку на этом пути возникают осложнения, то многие предпочитают придерживаться монистического понятия логического выведения мира. Тут-то и возникает путаница.

Весьма уместно заметить, что расчленение мы производим не с помощью ножа, а с помощью понятий. Понятия обладают особого рода реальностью. Они не возникают из человеческого опыта — иначе бы они были уже готовыми. Первые наименования вытекают из самих слов, они являются инструментами для очерчивания вещей. Всякая наука, таким образом, долго остается во тьме, стесненная обыденным языком.

Сперва нам приходится прибегать к помощи такого чрезвычайно неудовлетворительного инструмента, как закостеневший в обыденной речи язык. И время от времени случаются вдруг резкие изменения — например, от «воспламеняющегося» (флогистона) к кислороду. Ведь Лавуазье одновременно с его открытием флогистона привносит качественное понятие кислород. Трудность коренится в том, что ввести символы, математические или другие, можно лишь с помощью обыденного языка, поскольку необходимо объяснить, для чего они служат. Тогда поневоле оказываешься на определенном уровне человеческого обмена, в нашем случае — это уровень терапевта. То же самое было и с Фрейдом, несмотря на его отпирательства. Но как показал Джонс, он с самого начала дал себе аскетический зарок не заходить далеко в область спекулятивного мышления, ккоторому от природы был весьма склонен. Он подчинил себя дисциплине фактов, лаборатории. Он отошел от некачественного языка.

Рассмотрим теперь понятие субъекта. Вводя такое понятие, вводят самого же себя. Человек, который говорит с вами, — это человек из ряда других: он пользуется некачественным языком. И тогда замешанным оказываешься ты же сам.

И поэтому Фрейд с самого начала осознает, что продвинется в анализе невротиков лишь в том случае, если будет анализировать себя самого.

Возрастающая важность, приписываемая сегодня контрпереносу, означает признание того факта, что в анализе пациент не остается один. В нем участвуют двое — и только двое.

Феноменологически, аналитическая ситуация является некоторой структурой, то есть тем, с помощью чего могут быть выделены и изолированы определенные феномены. Другая же структура, структура субъективности, позволяет людям думать, будто они понятны сами себе.

То, что человек является невротиком, может послужить ему на пользу как аналитику, как послужило это на пользу самому Фрейду. Подобно господину Журдену с его прозой, мы создаем смысл, противоречие смыслу и бессмыслицу. Оставалось лишь найти здесь линии структуры. В упоении, Юнг тоже открывает в символах снов и религий некоторые присущие человеческому роду архетипы. Это также структура, но отличная от аналитической.

Детерминизм, свойственный аналитической структуре, был введен Фрейдом. Отсюда двусмысленность, которую находят в его произведениях повсюду. Взять например, сон — это желание или признание желания? А эго, с одной стороны, является как бы пустым яйцом, поверхность которого дифференцируется посредством контакта с миром восприятия, с другой — именно от него мы слышим при каждой встрече слова «нет» или «меня», «я», а также безличные формы, оно говорит о других и выражает себя в различных регистрах.

Мы будем следовать технике искусства диалога. Как хорошему мяснику, нам нужно знать, какие мы встретим сочленения и сопротивления.

Сверх-Я является законом, лишенным смысла, однако опирается лишь на язык. Когда я говорю: «Ты. пойдешь направо», я хочу позволить другому согласовать свой язык с моим. Я думаю о том, что происходит у него в голове в тот момент, когда я с ним говорю. Это усилие для нахождения согласия устанавливает свойственную языку коммуникацию. Это ты настолько основополагающе, что оно выступает до сознания. Ведь и цензура, являющаяся интенциональной, делает, тем не менее, свой ход в игре прежде сознания, она действует предупредительно. «Ты» — это не сигнал, но отнесенность к другому, это приказ и влюбленность.

Читать дальше

«Человек Моисей и монотеистическая религия» (примечание к переводу работы З. Фрейда).

Когда в моем переводе вышло «Будущее одной иллюзии»  [ 1 ]   Фрейда, трактат, объявляющий религию невротической фантазией, некоторые православные стали присматриваться ко мне с удивлением, если не хуже. Зачем возвращаться сейчас снова к автору, как известно, примитивному, устарелому, несерьезному, ненаучному? Именно по этим параметрам предпочитает теперь списывать Зигмунда Фрейда со счетов просвещенная вера, не пускаясь в спор, явно ниже ее достоинства, с его скандальным безбожием. Для меня здесь отношение к Фрейду — индикатор, жесткий, но тем более надежный. Не задуматься вместе с ним о качестве нашего подозрительно бархатистого Бога, не остаться после этого навсегда благодарным «психоаналитику» за его грубую работу трубочиста — значит беречь еще блаженную слепоту, хорошо если честную, и стоять еще в глухой обороне перед той стихией, «грозовым океаном» (Грэм Грин), каким оказывается неподслащенная религия, когда к ней относятся всерьез.

Теперь я на свою голову перевожу вдобавок еще и последний трактат Фрейда «Человек Моисей и монотеистическая религия»  [ 2 ]  , или, как он назван в англоязычном мире, «Моисей и монотеизм» (уже переведенный на русский язык недавно в Израиле, но я об этом не знал). От объяснений, почему я это делаю, мне уже не отвертеться. «Эта книга невероятно плоха… Не выйди она из-под пера Зигмунда Фрейда, она едва ли увидела бы когда-нибудь свет»  [ 3 ]  . Обстоятельства ее написания — на фоне немецких и русских событий 1930-х гг., под угрозой оккупации Австрии, вскоре осуществившейся, затем под британским покровительством — изложены в ее тексте, переплетены с ее темами.

Казалось бы, Фрейд тут выступает прежним разоблачителем религии, как в «Тотеме и табу» (1912), по крайней мере сам так заявляет, — но на деле он другой. О переломе предвещала уже явная оборванность, незаконченность (словно человек посреди разговора вдруг замолк, задумавшись о другом) «Будущего одной иллюзии». По Эриху Фромму, к середине 1930-х годов с Фрейдом происходит огромная перемена. В работе «Зачем война?» (1933) он убеждает культурное общество делать всё возможное для поощрения эмоциональных связей между людьми, ищет отношения к другому как к драгоценному объекту без сексуальной цели, любви к ближнему как к самому себе, т.е. идентификации с ним. «Фрейд, враг религии, которую он называл иллюзией, мешающей человеку достичь зрелости и независимости, теперь повторяет основополагающие заповеди, встречающиеся во всех великих человечных религиях»  [ 4 ]  .

Вовсе не так, что старый безбожник ослаб (глубокая старость, изгнание, рак ротовой полости) и пошел на компромисс. Нет, презрение к иллюзиям, которыми человечество прикрывает то, что с ним по-настоящему происходит, даже обострилось, зоркость к нервным маскирующим конструкциям, за которыми оно прячется от себя, возросла. Но в «либидо», вулканической энергии, от которой всё в человеческой истории, открылась неожиданная сторона. Первозданное влечение расщепилось на два, совершенно несовместимых, и рядом с поблекшим вдруг половым влечением возвысилась привязанность более строгого рода, единая со страхом, вернее, с ужасом, по существу непреодолимая, сама всё безусловно определяющая для человеческого существа, нечто подобное экстатической религиозности. Доисторический ужас — не функция полового влечения; наоборот, либидо в смысле привычной эротики теперь ютится на задворках первобытного страха, почти уже не смея претендовать на самостоятельность.

В повороте от психоанализа к мистическому богословию — важность последней работы Фрейда. Ср. его последнюю записку, найденную на столе покойного: «Мистика, темное самовосприятие царства, простирающегося за пределами Я»  [ 5 ]  . Происходит нечто вроде обратного пересчета психоанализа на величины религиозно-мистического опыта.

В качестве научной египтологии эта работа — «псевдоисторическое гадание». Но «в качестве проповеди — это возрождение еврейского хасидизма и христианского мистицизма… Фрейд, еврей-атеист, стал благодаря этому одним из отцов современной католической и протестантской богословской антропологии»  [ 6 ]  . Египтологические «допущения» (вся историческая реконструкция тут строится на «презумпциях») останутся гипотезой. Не в них суть трактата, автор которого чувствует гораздо более прочную почву под ногами, чем несколько изученных им исследований. Мы поэтому отказались от удвоения авторских примечаний, обозначенных звездочками, пронумерованными переводческими и издательскими примечаниями и внесли нужные уточнения и отсутствующие у самого Фрейда указания на источники непосредственно в его текст. Не отвлекаясь на «аппарат», удобнее следить за мыслью Фрейда-богослова, противника не веры, а, по выражению одного из его исследователей, тощего религиозного пустословия, в котором больше атеизма, чем веры, и которому «Фрейд выкрикнул в лицо великое слово: Ты не должен призывать имени Господа всуе»  [ 7 ]  .

Мы знали Фрейда как переводчика человеческой культуры, религии, искусства на эсперанто психоанализа. Теперь, когда его темой стал создатель центрального библейского Пятикнижия, можно было подумать, что самой Библии, прикасаться к которой Фрейд до сих пор избегал, намеренно предпочитая для целей своего анализа материал греческого мифа, предстоит перевод на язык проницательного и трезвого рационализма. Произошло другое. Библейский Моисей оказался у него непереводимым, а открывшееся через него отношение человека к божественному Отцу — ключом к пониманию психоаналитического эсперанто. Библия ускользнула от научно-рациональной транскрипции. Она оказалась укоренена в живом предании, которое в свою очередь тянется от прадревности, чья реконструкция обнаруживает нестареющую стихию, властно вторгающуюся в современность. Первенство живого предания над писанием утверждается Фрейдом с неменьшей энергией, чем у Августина, говорившего, что он и Евангелию не поверил бы, не вели ему того Церковь, понятая как непрерывно продолжающаяся от ее основателя традиция. Конструкции Фрейда факультативны для него самого, но его «предыстория» — не гипотеза, не конструкт, а пружина человеческой истории, вернее, вихрь, который задевает нас и сегодня независимо от усилий, прилагаемых современностью для ухода от древнего огня.

Христианское причастие, съедение плоти Первочеловека, есть повторение тотемной трапезы, каннибализма, радостно догадываются «свободомыслящие» атеисты — и попадают в ловушку, выбраться из которой с честью уже редко кому удается. Фрейд тоже бесстрашно заходит в нее, но спасается не смиренным склонением перед чашей причастия, не неохотным признанием «этической ценности» Церкви, а вглядыванием в прадревность. Что то был за «первобытный человек», какие страсти правили тем «дикарем»? Откуда ни с чем не соразмерный ужас перед тотемным животным или перед праотцем, лидером первобытной орды? Откуда ни с чем не сравнимый страх? В самом деле, у обреченной курицы его нет, хотя угроза ей от хозяйки больше, чем инфанту первобытной орды — от Хозяина. Природа древнего ужаса вовсе не объяснена. Фрейд снова и снова возвращается к нему и наконец видит поразительную вещь. Этот страх абсолютен, безусловен, т.е. не вытекает из реальных обстоятельств, т.е. необъясним, т.е. первичен. Фрейд одновременно и поражается наивности современного «каннибализма», совершаемого каждодневно в открытых храмах, — и убеждается, что ничего более основного, исходного, «объясняющего» в человеческом существе, глубже ужасающей привязанности к Отцу мы не найдем.

Еврейство, с которым в конце концов почтительно отождествляет себя Фрейд, велико в его глазах именно тем, что не разменяло того первобытного ужаса-благоговения на мелкую монету, не извлекло его понапрасну наружу из тайников. Еврей — носитель могучего «бессознательного», не собирающегося разоружаться. Фрейд «анализирует» бессознательное, но кончает его восстановлением во всей нерушимой, неприступной силе. Фрейдовское аналитическое вглядывание в недра психики не увидит там ничего прочнее и первичнее благоговейной, ужасающей привязанности к Отцу. Фрейдовское «воспоминание» раннего опыта человечества (похожее на платоновское воспоминание идей) ничего весомее раннего потрясающего отношения к Отцу не вспомнит.

Люди убили Праотца. Этот факт почему-то бесспорен, и люди обречены теперь без конца о нем вспоминать. Правда совершившегося убийства для Фрейда — раньше всех доказательств; наоборот, что-то доказать или показать в современном человеке можно только ею. Почему Праотец должен был быть таким страшным, таким размашисто-свирепым, беспредельным? Почему он должен был быть для первобытного человека именно всем, — настолько, что после его убийства остались только осколки прежней, бесспорной, жуткой цельности существования в непрестанном страхе? Люди ее не выдержали, они убили Отца. Их уделом стала жалкая беспомощность рассудка. Они расстались с мощью, ушедшей теперь в бессознательное, которое до сих пор одно только еще и живо древней распоясанностью Господина. Непреходящее, надолго вперед запасенное значение Фрейда в том, что он восстановил среди слащавого христианского и послехристианского гуманистического мира понимание жути первобытного Отца, заставил почувствовать, как на самом деле сковывает человека то, что античность еще знала под именем «страха Божия».

А как же «любовь к Отцу»? Она есть, и она неотделима от страха, но она не только другая, чем «либидо», а прямо противоположна «либидо». Шлагбаум между одной и другой привязанностью кладется запретом инцеста — еще одной дровней реалией, рационально обосновать которую не удается. О запрете инцеста ничего не знают животные. Характерным образом инцест не считается юридически преступлением в современных культурных обществах. Запрет тут глубже физиологии, юриспруденции, социальной целесообразности. Этим запретом охраняется неприступность Отца, нарушаемая в случае инцеста. Отец — безусловно Другой. Посягательство на его неприступность воспрещается той же иррациональной, необъяснимой силой, которая создала институт Отца. В этой связи можно было бы заметить, что норма именования по отчеству, существующая, похоже, только в России, внедряет у нас институт Отца в каждодневный быт так, как это не делается больше нигде в мире; точно так же, по «принципу» амбивалентности, наша матерная брань, основная и самая распространенная формула которой уничтожает отцовство (произносящий ее объявляет себя одновременно занявшим место отца и заведомо не берущим на себя ответственность отца), тоже оказывается исключительной особенностью России и окружает институт Отца жутью.

Реалия запрета на инцест, только что упомянутые нами реалии русского «отчества» как обязательного у нас для полного именования человека и нашего «мата» выразительнее всякого теоретизирования кладут непереходимую границу между либидо, сладкой привязанностью к партнеру, и ужасающей привязанностью к Отцу. Богословам, привыкшим запросто упоминать рядом с «любовью к Богу» «любовь к человеку», следовало бы задуматься о непереходимой пропасти между двумя любовями. Праотец и запрет — две вещи нераздельные настолько, что бессмысленно говорить, праотцом ли создан запрет или запретом — праотец. «Не видна причина запрета», говорит Фрейд, и заставляет задуматься о том, что она и в принципе не может и не должна быть видна; что тут мы прикасаемся к беспричинному. Мы не знаем почему — мы не видим этого в животном мире, — но любовь к Отцу и всему, что идет от Отца, к матери, сестре, брату должна быть другой, чем та, которая некогда связала отца с матерью. Я, родившийся, во всяком случае не первый. Есть первое меня. Я тех прав не имею, и вздумать иметь их не могу иначе, как только сам дерзко замахнувшись на роль отца — т.е., иными словами, упрочивая тот самый институт, против которого восстал, т.е. воплощая в самой себе стихию ужаса, благоговения, страха. Так или иначе я оказываюсь не один. Другой, Отец, или, в случае моей дерзкой заносчивости, само Отцовство, до которого я рискнул дотянуться, опередили меня. Я с самого начала привязан к отношению, которого не избирал, в котором впервые увидел себя собой.

Говоря о неумолимом хозяине первобытной орды, Фрейд, как может, восстанавливает правду того Отца, страх перед которым — не игрушечный, не искусственный, а прохватывающий до костей, пробирающий до спазма. Кто нас породил, тот нами распоряжается вполне. От этой правды мы можем только спрятать голову в песок. Он, не мы, был в начале. Он — первый, мы — маленькие и всегда останемся детьми. Осмелимся сказать, что Фрейд, похоже, только один во всем XX веке еще помнит, что такое настоящий страх, от страха перед которым богословие раскрасило себя в розовые тона. Фрейд имеет потому право издеваться над исследователями, с высоты Бога заранее считающими, что проблемы мира решены.

Праотец первобытной орды был окружен в свои «прадревние» времена страхом. Первое «переживание» раннего члена орды было таким важным, что навсегда въелось в человеческое существо. Страх немедленного уничтожения перед лицом свирепой, непомерной, нескованной жесткости, не смягченной обстоятельствами или просто природой. Такой Отец, с таким размахом, почему-то всегда заранее уже был. Иначе говоря, религиозный феномен с самого начала всегда уже был. Ранний Отец врезался в душу навсегда, прежде всего, прочнее всего. Этим он и навсегда реабилитирован как первореальность. Тот Отец вытеснил эмпирического отца настолько, что до сих пор сквозь образ эмпирического отца, обычно совсем не лютого (отец самого Фрейда был мягким человеком) просвечивает жестким излучением прообраз Праотца. Снова и снова по какой-то причине, давно уже без реального обоснования, происходит это совмещение образов. И как эмпирическому отцу суждено попасть в водоворот того прадревнего отношения, так прогресс в религии происходит только путем возвращения к неразбавленному, детскому ужасу-преклонению перед первым Отцом. Он, страшный, действующий наотмашь, всё равно всех желаннее; в нем одном успокоение.

Безусловность, абсолют — вот слово, которым Фрейд невзначай описывает неисчерпаемую глубину чувств ребенка к Родителю, возвращающуюся потом лишь отчасти в религиозном экстазе.

Присутствует ли ранний экстатический ужас в рационализме самого Фрейда? Он присутствует тут как бездна «бессознательного», которая диктует постоянное умное усилие, и не любое, а именно вглядывающееся в сторону бездны, разбирающее ее.

В конце трактата развертывается величественная и заставляющая о многом задуматься картина того, как в столетия, решающие для позднейшей европейской истории, чувство вины охватило все средиземноморские народы. Историческое человечество движется под Богом, под тенью раннего ужаса, который никуда не делся и никуда исчезнуть не может. Фрейд тут поднимается до библейской эпики. Только через такое восприятие истории человечества богословие имеет шанс возвратиться к своей основе. Тема и достоинство книги Фрейда — в этом возвращении к гневному невыносимому Богу, который не дает к себе, неприступному, приблизиться таким же легким образом, каким человек приближается к любимым земным вещам.

«Разве вы не знаете, — сказал о себе однажды Фрейд, — что я дьявол? Всю свою жизнь мне приходилось играть роль дьявола, чтобы другие могли из материалов, которые я притаскивал, строить прекраснейшие храмы»  [ 8 ]  . Что его отношение к храму могло быть и более интимным, говорит другая его запись: «Мне часто кажется, что я унаследовал всю страсть предков, защищавших свой Храм, как если бы и я тоже мог радостно отдать свою жизнь за великое дело»  [ 9 ]  .

7.6.1991

Психоанализ. Методы работы в психоанализе

Новости

Главная \ Психоанализ. Методы работы в психоанализе

ПСИХОАНАЛИЗ — направлении психологии, основанное в конце XIX века австрийским психиатром и психологом Зигмундом Фрейдом.   

Психоанализ в классическом виде представляет собой работу, подразумевающую частоту встреч 4-5 иногда 6 раз в неделю. Пациент при этом принимает положение лёжа на кушетке, а психоаналитик находится у изголовья кушетки таким образом, чтобы пациент его не видел или видел небольшую часть его одежды, тела. Психоаналитик имеет возможность видеть пациента, а пациент его нет.                                                                                   

Первоначально психоанализ возник как метод изучения и лечения истерических неврозов. Результаты    психотерапевтической практики, а также анализ различных явлений нормальной психической жизни — сновидений, ошибочных действий, остроумия — были проинтерпретированы Фрейдом как результат действия общих психологических механизмов.

     Основной предпосылкой психоанализа является разделение психики на сознательное и бессознательное. Поведение и мышление человека предопределяют бессознательные влечения, уходящие корнями в травмирующие переживания детства или вступающие в столкновение с существующими в обществе нравственными и культурными нормами.   Так возникают внутрипсихические конфликты. Разрешение этих конфликтов осуществляется путем вытеснения из сознания «дурных», но естественных влечений и желаний. Вытесненные из сознания влечения и желания не исчезают бесследно.   Они загоняются в глубины человеческой психики и так или иначе, рано или поздно дают знать о себе, вызывая напряжения.

Процесс психоанализа состоит в изучении и реорганизации личности; делается это для того, чтобы индивид мог хранить свои напряжения с меньшими затруднениями, пока не придет время их снять.   Необходимо сделать подсознательное сознательным и привести под наблюдение неудовлетворенные напряжения.   Считается, что для того, чтобы полностью провести этот процесс, он должен длиться, по меньшей мере, год и составлять от трех до шести сеансов в неделю каждый продолжительностью около часа. Если исследование длится менее года, то эффективное проведение процесса почти невозможно.

 

 

 

Основные методы работы, которые используются в психоанализе это:

 

  1. метод свободных ассоциаций;

  2. метод толкования сновидений;

  3. метод интерпретации.

 

 

 

МЕТОД СВОБОДНЫХ АССОЦИАЦИЙ.


Метод свободных ассоциаций (от лат. associatio — соединение, присоединение) — исследовательский, диагностический и терапевтический прием психоанализа З. Фрейда.   Основан на использовании феномена ассоциативности мышления для познания глубинных (преимущественно бессознательных) психических процессов и явлений и применения полученной информации для коррекции и лечения функциональных расстройств психики, посредством осознания пациентами причин, источников и характера их проблем. Особенностью Методом свободных ассоциаций является совместная, осознанная и целенаправленная борьба психоаналитика (врача, психотерапевта) и пациента против состояния психического дискомфорта или (и) заболевания.

Пример свободных ассоциаций психоаналитика на тему психотерапии, психоанализа.

Свободные ассоциации психоаналитика на тему «В чем заключается помощь психолога, психотерапевта»

Метод свободных ассоциаций — метод исследования психического, разработанный в психоанализе. Пациент говорит обо всем, что ему приходит в голову, не обращая внимание на то, насколько это пристойно, обыденно или фантастично.

«Свободные ассоциации — это высказывние всех, без разбора, мыслей, которые приходят в голову — либо отправляясь от какого-то элемента (слова, числа, образы сновидения, представления), либо самопроизвольно.» (Ж.Лапланш, Ж.-Б.Понталис «Словарь по псхоанализу»)

Фрейд предложил отказаться от контролирующей роли сознания при наблюдении за психическими процессами. По его мнению, сознание отсекает возникающие на периферии мысли и образы ещё до того, как они попадут в поле внимания анализирующего субъекта, тем не менее, при анализе душевных движений именно эти мысли и образы могут оказаться наиболее важными.

Фрейд стал использовать метод свободных ассоциаций. Он предлагал расслабиться на кушетке и говорить все, что приходит им в голову, каким бы абсурдным, неприятным или непристойным оно не представлялось с точки зрения обыденных стандартов.   Когда это происходило, оказывалось, что мощные эмоциональные влечения уносили неконтролируемое мышление по направлению к психическому конфликту. Фрейд утверждает, что первая случайная мысль содержит как раз то, что нужно, и представляет собой забытое продолжение воспоминания.


МЕТОД ТОЛКОВАНИЯ СНОВИДЕНИЙ.

По Фрейду, с помощью сновидения открывается наличие интенсивной психической жизни в глубинах мозга. Анализ сновидения заключается в том, что в нём отыскивают скрытое содержание, деформированную бессознательную истину, которая таится в каждом сновидении. Чем оно запутаннее, тем больше значимость скрытого содержания для человека.

Это явление на языке психоанализа называется сопротивлениями, и они проявляются даже тогда, когда видевший сон отказывается от толкования ночных образов, населяющих его ум. С помощью сопротивлений бессознательное устанавливает барьеры для собственной защиты.
Они отделяют бессознательное от сознательного мира, делают бессознательное неясным или деформируют беспокойные мысли. Сновидение выражает тайные желания посредством символов. У ребенка различия между явным содержанием и скрытым менее заметны. Тайные мысли, преобразуясь в символы, становятся приемлемы для сознания, что позволяет им преодолеть цензуру. Проявление бессознательного в форме сновидения — это одна из великих тайн.

Интерпретировать сновидение означает выявить его смысл. Фрейд решил обрабатывать сновидения как симптомы болезней и применять для этого тот же метод, что и для анализа, т.е. метод свободной ассоциации. Фрейд замечает, что для правильного применения этого метода не следует рассматривать сновидение как нечто единое целое, потому что такое «расследование» ведет в никуда.   Напротив, при рассмотрении сновидения нужно брать элемент за элементом, фрагмент за фрагментом и применять правило ассоциаций. Сновидение для Фрейда представляет не только объект, достойный научного интереса, но ещё и средство глубже познать самого себя и других, обнаруживая скрытое содержание, которое прячется за внешним.

Пример толкования сновидений

МЕТОД ИНТЕРПРЕТАЦИИ.

Интерпретация является основным, наиболее важным инструментом аналитика. И в свободных ассоциациях и в толковании сновидений психоаналитик использует интерпретации.   Так что же это такое — интерпретация.

Интерпретация (от лат. interpretatio — посредничество) -1) истолкование, объяснение, разъяснение смысла, значения чего-либо; 2) творческое раскрытие какого-либо художественного произведения, определяющееся идейно-художественным замыслом и индивидуальными особенностями актера, режиссера, музыканта и т.п. Интерпретировать — истолковывать, раскрывать смысл чего-нибудь, объясняя.

Свободные ассоциации — своего рода фантазии пациента наяву, это полет мысли, своего рода творческий процесс; сон — это тоже фантазии, мечты, грезы; рисунки — это результат творческой, фантазийной деятельности человека. И свободные ассоциации, и сны, и рисунки, и какой-либо другой продукт творческой деятельности человека являются непосредственным объектом для интерпретации.  

Интерпретации в психоанализе — это перевод важной значимой информации о человеке с бессознательного уровня на сознательный. В процессе психотерапевтической работы напряжения в человеке снижаются, а, следовательно — исчезают симптомы заболевания, которые возникают в результате вытеснения «негативной» информации на бессознательный уровень.

 

Консультации по скайпу, психотерапевт психоаналитической школы Беляева Татьяна.

BBC — История — Зигмунд Фрейд

Зигмунд Фрейд © Фрейд был австрийским неврологом и основателем психоанализа, который создал совершенно новый подход к пониманию человеческой личности. Он считается одним из самых влиятельных и противоречивых умов 20-го века.

Сигизмунд (позже измененный на Зигмунда) Фрейд родился 6 мая 1856 года во Фрайберге, Моравия (ныне Прибор в Чешской Республике).Его отец был купцом. Семья переехала в Лейпциг, а затем поселилась в Вене, где получил образование Фрейд. Семья Фрейда была еврейкой, но сам он не практиковал.

В 1873 году Фрейд начал изучать медицину в Венском университете. После окончания он работал в Венской больнице общего профиля. Он сотрудничал с Йозефом Брейером в лечении истерии, вспоминая болезненные переживания под гипнозом. В 1885 году Фрейд отправился в Париж в качестве ученика невролога Жана Шарко.По возвращении в Вену в следующем году Фрейд занялся частной практикой, специализирующейся на нервных расстройствах и расстройствах мозга. В том же году он женился на Марте Бернейс, от которой у него было шестеро детей.

Фрейд разработал теорию, согласно которой люди обладают бессознательным, в котором сексуальные и агрессивные импульсы находятся в постоянном конфликте за превосходство с защитой от них. В 1897 году он начал интенсивный анализ самого себя. В 1900 году была опубликована его основная работа «Толкование снов», в которой Фрейд анализировал сновидения с точки зрения бессознательных желаний и переживаний.

В 1902 году Фрейд был назначен профессором невропатологии Венского университета и занимал эту должность до 1938 года. Хотя медицинский истеблишмент не соглашался со многими его теориями, вокруг Фрейда начала собираться группа учеников и последователей. В 1910 году была основана Международная психоаналитическая ассоциация, президентом которой стал Карл Юнг, близкий соратник Фрейда. Позже Юнг порвал с Фрейдом и разработал свои собственные теории.

После Первой мировой войны Фрейд тратил меньше времени на клинические наблюдения и сосредоточился на применении своих теорий в истории, искусстве, литературе и антропологии.В 1923 году он опубликовал «Эго и Ид», в котором предложил новую структурную модель разума, разделенную на «Ид», «эго» и «суперэго».

В 1933 году нацисты публично сожгли ряд книг Фрейда. В 1938 году, вскоре после аннексии Австрии нацистами, Фрейд вместе с женой и дочерью Анной уехал из Вены в Лондон.

У Фрейда был диагностирован рак челюсти в 1923 году, и он перенес более 30 операций. Он умер от рака 23 сентября 1939 года.

Работа сновидений — Толкование снов

Сновидения следуют своей собственной логике, которую Фрейд называет «работой сновидений».

«Задача толкования сновидений — разгадать то, что соткано сновидениями». Зигмунд Фрейд

Работа сновидения — это бессознательное шифрование, преобразующее скрытое содержание в явное содержание.

Таким образом, работа по толкованию сновидения следует за работой сновидения в обратном порядке, от явного содержания к скрытому.

Работа сновидений — это то, что позволяет мечтам избежать цензуры. Это также то, что придает сновидениям особую форму.

Фрейд называл работу сновидения «сущностью сновидения». Он написал:

«По сути, сны — это не что иное, как особая форма мышления. Эту форму создает работа сновидений ».


Фрейд определил четыре аспекта работы сновидения.

Конденсация

В каком-то смысле это слово говорит само за себя. Несколько элементов мечты (темы, изображения, фигуры, идеи и т. Д.) Объединены в один.

Конденсация наблюдается в:

  • Два изображения, наложенные одно на другое: «Лицо, которое я увидел во сне, было одновременно лицом моего друга и моего дяди.”
  • Общая черта двух или более разрозненных элементов: Гитлер и Ганди были вегетарианцами.
  • Обработка слов или имен: «Я slad to see you go» сочетает в себе «грустный» и «радостный»

Конденсация — это причина, по которой нет четкого однозначного соответствия между элементами явного и скрытого содержимого.

Именно поэтому манифестное содержимое намного компактнее, чем скрытое. Один фрагмент сновидения может нести в себе несколько скрытых мыслей сновидения, даже противоречащих друг другу.

Рабочий объем

Фрейд заметил, что важные вещи в скрытом содержании часто представляются кажущимися незначительными в явном содержании, и наоборот.

Может показаться, что сон об одном, но мысли сновидения могут показать, что на самом деле он был о другом.

Из-за этого феномена Фрейд сказал, что относительная важность элементов сновидения может подвергнуться смещению на . Эмоция, связанная с одной идеей или опытом, отделяется от нее и присоединяется к другой.

Вторичная ревизия

Хотя многие сны кажутся «бессмысленными», многие другие кажутся вполне связными и логичными.

Фрейд говорит, что функция вторичного пересмотра состоит в том, чтобы создать видимость повествовательной связности: он «заполняет пробелы в структуре сновидения клочьями и пятнами».

Как следует из названия, вторичная ревизия происходит в конце процесса построения сновидения и может в основном рассматриваться как приложение сознательных мыслительных процессов к материалу сновидения.

Это может быть связано со склонностью эго пытаться замалчивать несоответствия, заставляя вещи казаться имеющими смысл.

Соображения относительно представительства

Сновидения работают в образах, поэтому абстрактные мысли, которые могут лежать в основе сновидения, необходимо превратить в живописный и конкретный язык, прежде чем их можно будет использовать во сне.

Это одна из причин, по которой Фрейд сравнивал сны с головоломками с картинками, такими как ребусы.

Этот механизм иногда можно наблюдать, когда мы описываем наши сны.Когда мы возвращаем изображения в слова, мы понимаем, что изображения в первую очередь представляли слова.

Фрейд говорит, что этот процесс «психологически наиболее интересен». Это требует огромного уровня изобретательности, на которую немногие из нас способны в бодрствующей жизни.


Эти механизмы тоже работают вне снов.

Их можно наблюдать в искусстве, музыке, литературе, шутках, оговорках и при формировании симптомов.

Их широкое применение — возможно, одна из причин, почему Фрейд считал сны «королевской дорогой» к бессознательному.

Зигмунд Фрейд | Институт психоанализа

Зигмунд Фрейд был основателем психоанализа и за свою чрезвычайно продуктивную и выдающуюся карьеру разработал новаторские теории о природе и работе человеческого разума, которые оказали неизмеримое влияние как на психологию, так и на западную культуру. в целом.

Сигизмунд Шломо Фрейд родился 6 мая 1856 года в семье евреев, Амалии и Якоба Фрейдов, в части Австро-Венгерской империи, ныне находящейся в Чешской Республике.Когда Зигмунду было три года, Фрейды переехали в Вену. Он преуспел в учебе, развивая страсть к литературе, языкам и искусствам, которые глубоко повлияли на его представления о человеческом разуме. Фрейд очень заинтересовался медицинскими и научными исследованиями и продолжил изучать медицину в Венском университете. Во время учебы Фрейд особенно увлекся неврологией, а затем обучался невропатологии в Венской больнице общего профиля. В 1885 году Фрейд поехал в Париж, чтобы учиться в больнице Сальпетриер у Жана-Мартена Шарко, известного невролога, изучающего гипноз и истерию.Фрейд был глубоко тронут работой Шарко, и по возвращении в Вену он начал использовать гипноз в своей клинической работе с пациентами.

На основе этих экспериментов с гипнозом и в сотрудничестве со своим коллегой Йозефом Брейером Фрейд разработал новый вид психологического лечения, основанный на том, что пациент говорит все, что приходит на ум — воспоминания, мечты, мысли, эмоции, — а затем анализирует эту информацию в чтобы облегчить симптомы пациента. Позже он назовет этот процесс «свободной ассоциацией».Ранние попытки Брейера и Фрейда использовать это новое «лекарство с помощью разговоров» дали многообещающие результаты (особенно в знаменитом случае с «Анной О.»). За год до женитьбы на своей невесте Марте Бернейс Фрейд опубликовал «Исследования истерии» (1895 г.) с Брейером. первая «психоаналитическая» работа. В этой книге Фрейд и Брейер описали свою теорию о том, что симптомы истерии были символическими репрезентациями травмирующих и часто сексуальных воспоминаний. К 1896 году Фрейд отказался от гипноза и начал использовать термин «психоанализ» для обозначения этого нового клинического метода и лежащих в его основе теорий.В следующем году Фрейд приступил к самоанализу, который он считал необходимым и как средство расширения и проверки своей теории разума, и как упражнение в честности и самопознании. Это самоисследование привело его к тому, что он основал свою теорию и теорию Брейера о том, что невроз был вызван ранней травмой, и существенно развил свои идеи о детской сексуальности и подавлении. В ближайшие годы и десятилетия клиническая работа Фрейда с его пациентами, в том числе знаменитыми «Дора», «Человек-крыса» и «Маленький Ганс», останется основой и стержнем его работы и предоставит жизненно важный материал для его постоянное продвижение и уточнение его теории разума.

В 1899 году Фрейд опубликовал «Толкование снов». В этой, одной из самых важных своих работ, он описал сны как форму исполнения желаний и утверждал, что: «Толкование снов — это королевский путь к познанию бессознательной деятельности разума». В его формулировке сны были результатом попытки бессознательного разрешить конфликты или выразить желания, которые в нашем сознании не могут быть признаны. Он видел в предсознательном уме своего рода цензор или телохранителя, позволяющий только неугрожающим мыслям проникать в сознание.Согласно Фрейду, во сне эта цензура ослабевает, и запретные желания могут стать видимыми для нашего спящего разума, хотя и в какой-то символической маскировке или коде. Фрейд считал, что эти символы снов было непросто интерпретировать, часто они воплощали сразу несколько значений. Также в «Толковании снов» Фрейд представил, возможно, свою самую известную концепцию Эдипова комплекса, и именно здесь он впервые наметил свою топографическую модель разума. Между 1901 и 1905 годами Фрейд продолжал разрабатывать и расширять свою модель психологии человека и написал еще две очень важные работы.В «Психопатологии повседневной жизни» он представил идею «фрейдистских» оговорок и «словесных мостов», а в «Трех очерках теории сексуальности» он изложил свои ранние размышления о психосексуальном развитии и детской сексуальности.

К началу двадцатого века идеи Фрейда вызвали интерес у нескольких коллег в Вене. В 1902 году группа врачей и психиатров сформировала Психологическое общество по средам, которое каждую неделю собиралось в квартире Фрейда на Берггассе, 19.Первоначальная группа состояла из венских врачей Фрейда, Вильгельма Штекеля, Альфреда Адлера, Макса Кахане и Рудольфа Рейтлера. К 1906 году группа выросла до шестнадцати членов, включая Карла Юнга и Отто Ранка, которые впоследствии стали очень влиятельными психоаналитическими мыслителями. В этот момент группа решила переименовать и утвердиться в Венском психоаналитическом обществе. Фрейд и Карл Юнг быстро стали близкими коллегами и друзьями, очарованные и воодушевленные возможностями психоанализа.В 1909 году они вместе с венгерским аналитиком Шандором Ференци отправились в США, где Фрейд прочитал серию психоаналитических лекций. Именно после этих американских лекций известность и влияние Фрейда начали расти далеко за пределы венского медицинского сообщества. Американские психологи и неврологи были вдохновлены новыми идеями Фрейда, и через несколько лет были основаны Нью-Йоркское психоаналитическое общество и Американская психоаналитическая ассоциация.

Через год после начала Первой мировой войны, в возрасте шестидесяти лет, Фрейд прочитал «Вводные лекции по психоанализу» в Венском университете.В них он изложил ключевые постулаты психоаналитической теории, которые он развивал в течение последних двух десятилетий, включая свои идеи подавления, свободных ассоциаций и либидо. Лекции были опубликованы два года спустя и стали его самым популярным изданием. Через год после окончания войны, в 1919 году, Фрейд исследовал солдат, травмированных своим боевым опытом. Он не особо подробно писал о психологическом ущербе, нанесенном войной, но, тем не менее, это существенно повлияло на его мышление, например, в его концепциях принуждения к повторению и инстинкта смерти.

В 1920 году Фрейд пережил личную трагедию, когда его дочь Софи умерла от гриппа, выпотрошившего уже пострадавшую от войны Европу. Ей было всего двадцать семь лет, когда она умерла, беременная и мать двоих детей. Три года спустя Фрейд также потеряет сына Софи Хайнерле, своего внука, в возрасте четырех лет. Он написал в письме: «Я почти никогда не любил человека, тем более ребенка, так сильно, как его». Он сказал, что никогда не испытывал такого горя. В год смерти Софи Фрейд опубликовал «За пределами принципа удовольствия», статью, в которой представил свои концепции принуждения к повторению и инстинкта смерти и основывался на его более раннем описании функции и действия сновидений.Именно в этой работе он пересмотрел свою теорию о том, что человеческое поведение почти полностью определяется сексуальными инстинктами, вместо этого изображая психику в состоянии конфликта между противоположностями: творческим, стремящимся к жизни, сексуальным Эросом; и разрушительный, смертоносный Танатос. В формулировке Фрейда инстинкт смерти был выражением фундаментального биологического стремления вернуться в неодушевленное состояние. Эта новая теория не была хорошо воспринята большинством его коллег-аналитиков в Вене, хотя со временем она оказала большое влияние на мышление нескольких выдающихся психоаналитических мыслителей, особенно Жака Лакана и Мелани Кляйн.

В 1923 году Фрейд опубликовал свою важную статью «Эго и ид». Здесь он далее развил и разъяснил свою модель человеческого разума, представив свою формулировку «Суперэго-Эго-Ид», чтобы заменить структуру «сознательное-предсознательное-бессознательное», описанную в «Толковании снов». В этом году Фрейд также обнаружил предраковое образование на своей челюсти, несомненно, вызванное его регулярным и обильным потреблением сигар. Тем не менее он обнаружил, что не может отказаться от них, и сравнил свою зависимость от них со своим навязчивым коллекционированием древностей.Позже опухоль переросла в рак и, в конечном итоге, стала причиной его смерти шестнадцатью годами позже.

По приглашению Лиги Наций и ее Международного института интеллектуального сотрудничества в Париже в 1932 году Альберт Эйнштейн инициировал обмен письмами (для последующей публикации) с Фрейдом по поводу войны и того, как ее можно избежать. Эйнштейн и Фрейд познакомились несколькими годами ранее в Берлине и очень интересовались работой друг друга. Всего через год после этого эпистолярного обмена в 1933 году Гитлер был избран канцлером Германского рейха.В 1930 году Фрейду была присуждена премия Гете за его вклад в психологию и немецкую литературную культуру, но в январе 1933 года нацисты, получившие новые полномочия, захватили книги Фрейда, среди многих других психоаналитических и еврейских работ, и публично сожгли их в Берлине. Нацисты описали это разрушение как действие: «[A] обретает разрушающее душу прославление инстинктивной жизни для благородства человеческой души!» Между тем комментарий Фрейда по поводу этих варварских действий был более ироничным: «Какого прогресса мы добиваемся.В средние века меня бы сожгли. Теперь они довольны сожжением моих книг ».

По мере того, как нацисты получали власть и территорию, а их политика становилась все более вопиющей дискриминационной, Фрейд продолжал писать и практиковать в Вене. По мере того как шли 1930-е годы, друзья и коллеги поощряли его рассмотреть возможность отъезда из Вены, но даже после аншлюса в марте 1938 года и последовавших за этим проявлений антисемитской жестокости он не проявлял желания двигаться. Эрнеста Джонса очень беспокоила эта решимость остаться в месте, которое становилось все более опасным для евреев, и он прилетел в Вену вскоре после аннексии, решив убедить Фрейда переехать в Великобританию.В конце концов Фрейд согласился, и после долгих финансовых и политических переговоров с гестапо со стороны Джонса и других он и его дочь Анна уехали в Лондон в июне 1938 года. Они переехали в 20 Maresfield Gardens в Хэмпстеде (ныне Музей Фрейда). , где Фрейд продолжал писать и лечить пациентов, несмотря на болезненное развитие рака челюсти. В Лондоне Фрейд работал над своими последними книгами «Моисей и монотеизм» и неполным «Очерком психоанализа». Его посетили Сальвадор Дали — страстный приверженец — его коллега, венский писатель Стефан Цвейг, Вирджиния и Леонард Вульф, а также Х.Г. Уэллс.

К осени 1939 года прогрессирование рака Фрейда причиняло ему сильную боль, и к этому моменту он был признан неоперабельным. Он попросил своего врача и друга Макса Шура усыпить его высокой дозой морфия, и он умер 23 сентября 1939 года, вскоре после начала Второй мировой войны. Его тело кремировали в крематории Golders Green. Эрнест Джонс и Стефан Цвейг выступили на его похоронах.

Элеонора Собридж Бертон 2015

Щелкните здесь, чтобы увидеть веб-публикации Фрейда по политическим вопросам в сфере политики

Вы можете узнать больше о Зигмунде Фрейде, посетив наш онлайн-курс «Вводные лекции».

Зигмунд Фрейд — Музей Сальвадора Дали

Руководство по библиотеке Зигмунда Фрейда

Зигмунд Фрейд, родившийся в семье евреев в 1856 году в Австрийской империи, повсеместно признан одним из самых влиятельных и авторитетных мыслителей двадцатого века и отцом психоанализа. После окончания Венского университета он начал свою медицинскую карьеру в Венской больнице общего профиля, сосредоточив свои исследования на анатомии головного мозга, затем в частной практике, специализирующейся на «нервных расстройствах», и в конечном итоге привел к его самому значительному вкладу — концепции бессознательного. .Психоаналитическая теория личности Фрейда утверждает, что человеческое поведение является результатом взаимодействия трех составляющих элементов разума: ид, эго и суперэго. Главный акцент теории Фрейда состоит в том, что бессознательный разум контролирует поведение в большей степени, чем люди подозревают, подтверждая, что цель психоанализа — сделать бессознательное сознательным. Фрейд считал, что изучение сновидений — самый легкий путь к пониманию бессознательной деятельности ума.

Связь Сальвадора Дали с Зигмундом Фрейдом хорошо задокументирована, начиная с его чтения Толкование снов , которое Дали считал одним из «главных открытий» своей жизни. Хорошо разбираясь в теориях Фрейда об оценке подсознания на предмет сюрреалистического и художественного вдохновения, Дали считал сны и воображения центральными в человеческой мысли. В 1938 году он наконец встретил Фрейда, который признал техническое мастерство Дали, в своем лондонском доме, сделав набросок Портрет Зигмунда Фрейда , который висит в последнем доме психоаналитика в Хэмпстеде, Англия.Наряду с другими сюрреалистами, он использовал идеи Фрейда об анализе сновидений в качестве источника для своих картин, чтобы развить свой знаменитый стиль сочетания точного реализма с подобными сновидениям изображениями, как показано в Сон, вызванный полетом пчелы вокруг граната за минуту до этого. Пробуждение (1944 г.). Дали объяснил картину как способ «впервые выразить образы, обнаруженные Фрейдом типичного сновидения».

Многие шедевры Дали отражают сюрреалистическое, бессознательное, мечтательное качество, например, Постоянство памяти (1931), в котором говорится о том, что наше подсознательное бессознательное присутствует в том, что мы делаем в нашей повседневной жизни, и обладает большей властью. над нами эти рукотворные объекты подсознательного мира.В обширных работах Дали есть множество интерпретаций психологии Фрейда как фиксации, комплексов и психосексуального развития. Чтобы проиллюстрировать это, несколько картин и визуальных произведений демонстрируют все его инстинкты и использование идей Фрейда для подражания его личности, страхам и сексуальным навязчивым идеям. Например, Le Grand Masturbateur и Spectre of Sex-Appeal классифицируются психологами как репрезентации его фантазий и страхов, таких как секс, его отец, животные и многое другое.Хотя взгляды и работы Дали находились под глубоким влиянием психоанализа Фрейда и были погружены в него, ему удалось выработать свой собственный нетрадиционный подход и технику мышления и представления искусства.

Источники в библиотеке музея Дали:

Фрейд, Зигмунд. Леонардо да Винчи и воспоминания о его детстве . W.W. Нортон, 1989 г. .

Эта книга представляет собой первое устойчивое, хотя и неформальное, предприятие Фрейда в биографию с психоаналитической точки зрения.Это подробная реконструкция эмоциональной жизни Леонардо с самых ранних лет, прослеживающая один путь, по которому может идти гомосексуальное развитие. Том остается одним из самых увлекательных и умозрительных произведений всех сочинений Фрейда.

  • Телефонный номер: ND 623 .L5 F819 1989

Фрейд, Зигмунд. Моисей и единобожие . Винтажные книги, 1967

В этом томе отражены комментарии Фрейда по различным аспектам религии, в частности его объяснения некоторых характеристик еврейского народа в его отношениях с христианами.Основываясь на обширном изучении легенды о Моисее, Фрейд приходит к поразительному выводу, что Моисей был египтянином, принесшим из своей родной страны религию, которую он передал евреям. Фрейд развивает свою общую теорию монотеизма, раскрывая связь между иудаизмом и христианством.

  • Телефонный номер: BS 580 .M6 F7 1967

Фрейд, Зигмунд. Толкование снов . Oxford University Press, 1999.

.

Впервые опубликованная в 1899 году, эта авторская работа является создателем таких концепций, как Эдипов комплекс и идеи, которая сейчас считается само собой разумеющейся, что нашей повседневной жизнью управляют не только сознательные решения, но и бессознательное давление.Хотя эта книга положила начало новой практике психоанализа, ее наиболее стойкое влияние было на наше социальное и культурное мировоззрение, на то, как мы интерпретируем литературу и искусство, а также на язык. Перевод Джойс Крик — первый, основанный на оригинальном тексте, который отражает легкость и темп стиля Фрейда, освобожденный от жаргона и викторианских переработок знаменитой версии Джеймса Стрейчи.

  • Телефонный номер: BF 1078 .F72 1999

Мольнар, Майкл. Дневник Зигмунда Фрейда 1929-1939 . Скрибнер, 1992.

Опубликованный впервые полностью, этот объемный документ представляет собой исчерпывающий обзор последнего десятилетия жизни Фрейда. Дневник углубляется в основные темы этого периода: мучительная битва Фрейда с раком; рост нацизма в Австрии и политические потрясения в Европе, которые привели к его изгнанию в Англию; его растущая зависимость от Анны, его дочери, и продолжающийся упадок его сил.Эта запись представляет собой проницательный моментальный снимок и интроспективный взгляд на последние годы Фрейда, дополненный сотнями фотографий, никогда ранее не публиковавшихся.

  • Телефонный номер: BF 109 .F74 A3 1991

Гей, Питер. Читатель Фрейда . Нортон, 1989.

Этот сборник наиболее влиятельных трудов Фрейда является первым однотомным трудом, в котором отражены его широкие идеи как ученого, гуманиста, врача и философа.В эту коллекцию включен пятьдесят один текст, охватывающий всю карьеру Фрейда от ранних историй болезни до его исследований сновидений, эссе о сексуальности и до его поздних работ, таких как Civilization and its Discontents . Тщательно отобранные Гейом подборки дают полную панораму мысли Фрейда с четким введением к избранным, направляя читателя в путешествие по каждой работе.

  • Телефонный номер: BF 173 .F6255 1989

Супренант, Селин. Фрейд: Путеводитель для озадаченных . Континуум, 2008.

Эта книга из серии Continuum о мыслителях, писателях и предметах — дань уважения мысли Фрейда и представляет собой идеальный путеводитель по важным и сложным идеям этой ключевой фигуры двадцатого века. Руководство знакомит с некоторыми фундаментальными фрейдистскими концепциями и темами, а также исследует способы их пересечения с проблемами философии и теории литературы. Эта презентация представляет собой убедительную и надежную дорожную карту для некоторых из наиболее важных дискуссий, связанных с конкретными психоаналитическими концепциями и их применением за пределами клинической области.

  • Телефонный номер: BF 173 .F85 S795 2008

Фрейд, Зигмунд. Леонардо да Винчи — Исследование психосексуальности . Рэндом Хаус, 1947.

Это исследование Леонардо да Винчи считается самым известным анализом Фрейда, дополненным содержательным, интерпретирующим введением. Эта работа включает в себя информацию обо всех доступных элементах жизни да Винчи, которого многие считают самой выдающейся личностью эпохи Возрождения.Используя все свои ресурсы, Фрейд дал представление о психосексуальной эволюции детства да Винчи и о том, как это может привести к другим психологическим состояниям.

  • Телефонный номер: ND 623 .L5 F8 1947a

Бэдкок, Кристофер. Эссенциальный Фрейд . Бэзил Блэквелл, 1988.

Этот том представляет собой введение в темы и концепции, характеризующие вклад психоанализа Фрейда не только в психологию, но и в современный взгляд на мир.Полная и увлекательная научная трактовка психоанализа представлена ​​в ясных и простых терминах с доступом к реальным словам Фрейда. Используя примеры из повседневной жизни, читатель получает возможность бросить вызов нескольким уничижительным критикам учения Фрейда.

  • Телефонный номер: BF 173 .B147 1988

Хайн, Хэнк. Настойчивость и память — новые критические взгляды на Дали к столетию . Музей Сальвадора Дали, 2004 год.

В марте 2004 года Музей Сальвадора Дали организовал конференцию, чтобы предоставить форум для взглядов на творчество Дали. Два поколения кураторов и писателей вникали в главные вопросы о значении искусства Дали, его эволюции, его отношении к творчеству других и его наследии. Участники конференции предложили новые перспективы Дали в отношении сюрреализма и психоанализа, а также в отношении каталонского мистицизма, Марселя Дюшана, абстрактного экспрессионизма, а также перформанса и концептуального искусства среди других тем.

  • Телефонный номер: ND 813 .D3 P47 2004

Аппиньянези, Ричард и Зарате, Оскар. Фрейд для начинающих . Пантеон, 1979.

.

Формат этой книги в мультяшном стиле предлагает прекрасное введение во все, что вам нужно знать о Фрейде и его открытии психоанализа, включая неврозы, либидо, эго и ид. С его подходом к книге комиксов, том документирует жизнь Фрейда из мира Вены конца девятнадцатого века до его раннего опыта в науке и работы в качестве терапевта с его теориями о бессознательном, сновидениях, Эдиповом комплексе и сексуальности.Здесь все — семья, друзья, враги, пациенты — поскольку творческое искусство и дополнительный, исследующий текст упрощают суть Фрейда, не упрощая его.

  • Телефонный номер: BF 173 .F85 A63c 1979

Фрейд, Зигмунд. Об убийстве, трауре и меланхолии . Пингвин, 2005.

Шон Уайтсайд перевел и составил четыре произведения Фрейда — «Тотем и табу», «Своевременные размышления о войне и смерти», «Скорбь и меланхолия», «Почему война?». Все эти эссе были написаны на фоне жестокого конфликта и растущего расизма в Европе, исследуя основные силы современных неврозов и войн.Во введении Мод Эльман раскрывается суть работ Фрейда о войне, задаваясь вопросом, почему человечество причиняет себе убытки и как общество реагирует на потери, особенно через нарушения памяти.

  • Телефонный номер: BF 109 F74 A43 2005

Фрейд, Зигмунд. Цивилизация и ее недовольство . Дувр, 1994.

Это выдающееся исследование исследует вину, которая возникает, когда наши личные потребности и желания вступают в конфликт внутри общества, и средства правовой защиты, используемые для их разрешения.Эти чувства вины входят в число строительных блоков цивилизации, сохраняя в определенных пределах агрессивные и эгоистичные инстинкты человечества и позволяя обществу функционировать. Фрейд глубоко анализирует многие способы, которыми мы справляемся с чувством вины, будь то в искусстве, в науке, в алкоголе и наркотиках.

  • Телефонный номер: BF 173 .F682 1994

Фрейд, Зигмунд. Толкование снов . Эйвон, 1965.

Перевод Джеймса Стрэчи основополагающей работы Фрейда по психоанализу считался окончательным и включал в себя все изменения, дополнения и исключения, которые он сделал за 30 лет.Подробные комментарии и тщательные перекрестные ссылки позволяют читателю ясно понять развитие мыслительного процесса Фрейда. Считается, что эта работа произвела революцию в образцах мышления и научных исследований двадцатого века.

  • Телефонный номер: BF 1078 .F713 1965

Фрейд, Зигмунд. За пределами принципа удовольствия . Нортон, 1961.

Это эссе является частью стандартного издания Полных психологических работ Зигмунда Фрейда под общей редакцией Джеймса Стрейчи и является единственным переводом на английский язык, утвержденным самим Фрейдом.Обоснованно прогрессируя, Фрейд обрисовал основные психоаналитические концепции, такие как вытеснение, свободные ассоциации и либидо. Эта работа 1920 года знаменует собой важный поворотный момент в теоретическом подходе Фрейда.

  • Телефонный номер: BF173 .F65 1961

Фрейд, Зигмунд. Тотем и табу. Нортон, 1950.

Хотя эссе было широко признано как одно из впечатляющих культурных работ Фрейда, когда оно было впервые опубликовано в 1913 году, оно вызвало возмущение. «Тотем и табу», как тщательное, так и заставляющее задуматься, остается наиболее полным исследованием самых известных тем Фрейда.Семья, общество, религия — все это здесь анализируется и кладется на диван.

  • Телефонный номер: BF733 .F7135 1950

Фрейд, Зигмунд. Заблуждения, мечты и другие очерки . Бикон Пресс, 1956.

Этот том состоит из четырех эссе о грезах, стихах, сказках и т. Д. Как возможном материале сновидений, включая полный текст короткого романа У. Дженсена «Градива», который анализируется в заглавном эссе. Работа Фрейда — его первая попытка явно и систематически сосредоточиться на литературе и эстетике.Фрейд анализирует роль сновидений и заблуждений в рассказе Дженсена.

  • Телефонный номер: BF173 .F6255 1956

Автор Ира Пиллер


О музее Дали
Музей Дали, расположенный в самом сердце живописного центра Санкт-Петербурга, штат Флорида, хранит беспрецедентную коллекцию из более чем 2400 работ Сальвадора Дали, в том числе почти 300 картин маслом, акварелей и рисунков, а также более 2100 гравюр, фотографий и т. Д. постеры, текстиль, скульптуры и предметы искусства.Некоммерческая миссия музея — заботиться о своей коллекции и делиться ею на местном и международном уровне — основана на приверженности образованию и поддерживается культурой благотворительности.

Отель Dalí признан международным гидом Мишлен с трехзвездочной оценкой; был назван AOL Travel News «одним из лучших зданий, которые стоит увидеть в своей жизни»; и назван одним из десяти самых интересных музеев мира по версии Architectural Digest. Само здание представляет собой произведение искусства, в том числе геодезический стеклянный пузырь, получивший название «Загадка», с 1062 треугольными стеклянными панелями, достойная дань уважения наследию инноваций и преобразований Сальвадора Дали.Исследуйте Дали в любое время с помощью бесплатного приложения «Музей Дали», доступного в Google Play и App Store. Музей Дали расположен на бульваре Уан Дали, Санкт-Петербург, Флорида 33701.

От человека к обществу — Зигмунд Фрейд: конфликт и культура

По мере того, как Фрейд расширял сферу своих исследований, включив в нее основные вопросы о моральной и политической жизни, он вдохновил интеллектуалов и художников вынести его теории о конфликте, желании и бессознательном в новые области.Многим казалось, что эти теории открывают многообещающие новые возможности для понимания успехов и неудач современного общества. Другие думали, что эти пути ведут прямо к обману — или еще хуже. Первая часть этого раздела посвящена профессиональному расширению психоанализа и критической реакции на это расширение. Затем выставка исследует теории общества Фрейда, от его размышлений о его происхождении до его взглядов на современный мир. Жестокие кризисы, потрясшие мир в конце жизни Фрейда, являются предметом заключительной части этого раздела.

Расширение и критика

Стремительное распространение психоанализа на протяжении жизни самого Фрейда, с первых дней его существования в Венском обществе по средам до основания Международной психоаналитической ассоциации, сопровождалось и оспаривалось столь же энергичной критикой. Поскольку он стремился защитить свои идеи с помощью институционализации и теоретической ортодоксии, Фрейд иногда относился к аналитикам, с которыми он не соглашался, как к диссидентам или даже еретикам.По мере того, как психоанализ быстро распространился в медицине (особенно в Соединенных Штатах) и в других формах терапии, социальных науках, искусстве, литературе и популярной культуре, критика идей и практик Фрейда не отставала. Перед лицом противоречий Фрейд не забывал создавать и контролировать свое интеллектуальное наследие. Он пытался сделать это в своих трудах об истоках его собственных концепций и движения, которое он основал.

Ранняя организация

В 1902 году небольшая группа врачей, писателей и критиков начала собираться по вечерам в среду в доме Фрейда, чтобы обсудить его идеи и планы.Эти встречи положили начало Венскому психоаналитическому обществу. По мере роста организации Фрейд создал внутренний круг преданных последователей, так называемый «комитет».

«Комитет»: (сидят слева направо) Фрейд, Шандор Ференци и Ханс Сакс (стоят) Отто Ранк, Карл Абрахам, Макс Эйтингон и Эрнест Джонс. Берлин, 1922 г. Беккер Маас, фотостудия. Отдел эстампов и фотографий.Библиотека Конгресса (124) (LC-USZ62-119779)

Добавьте этот элемент в закладки: //www.loc.gov/exhibits/freud/freud03.html#obj124

Нет ни одного исследования, на которое можно было бы с уверенностью указать и сказать: «Это окончательное подтверждение того или иного фрейдистского представления».

Х.Дж. Айзенк и Г.Д. Уилсон, 1973

Прибытие в Америку

Фрейд и его коллеги приехали в Массачусетс в 1909 году, чтобы прочитать лекцию об их новых методах понимания психических заболеваний.Фрейд читал лекции на немецком языке по заметкам, а затем опубликовал эти лекции для широкой аудитории. Среди присутствующих были некоторые из самых важных интеллектуальных фигур страны, такие как Уильям Джеймс, Франц Боас и Адольф Мейер. Это должна была быть единственная поездка Фрейда в Соединенные Штаты.

Добавьте этот элемент в закладки: //www.loc.gov/exhibits/freud/freud03.html#obj116

Фрейд — единственный живой человек за пределами баптистской церкви, который продолжает серьезно относиться к человеку.

Зельда Фицджеральд, 1932

Психоанализ выходит на международный уровень

Через несколько лет после визита в Соединенные Штаты была основана Международная психоаналитическая ассоциация. Фрейд назначил Карла Юнга своим преемником, который возглавил Ассоциацию, и отделения были созданы в крупных городах Европы и других местах. Регулярно проводились собрания или конгрессы для обсуждения теории, терапии и культурного применения новой дисциплины.

Добавьте этот элемент в закладки: //www.loc.gov/exhibits/freud/freud03.html#obj123

Вы можете быть лаканианцами; что касается меня, я фрейдист.

Жак Лакан, н.д.

Вернуться к началу

Психоаналитическая пресса

Издательское подразделение Международной психоаналитической ассоциации распространяло основные работы Фрейда, а также брошюры, клинические дискуссии и очерки о культурной жизни различных психоаналитиков.Эти публикации обсуждались не только в психологических журналах, но и в основных газетах и ​​журналах по всему миру.

  • Sigm. Фрейд Гезаммельте Шрифтен. [Собрание сочинений Фрейда]. 1924. Избранные рекламные объявления и публикации Международного Психоаналитического Издательства. Музей Зигмунда Фрейда, Вена (146a)

  • Д-р Э. Хитчманн и д-р Э. Берглер.Die Geschlechtskälte der Frau. [Фригидность женщины] 1934. Избранные рекламные объявления и публикации Международного психоаналитического издательства. Музей Зигмунда Фрейда, Вена (146d)

  • Вера Шмидт. Psychoanalytische Erziehung в Sowjetrussland. [Психоаналитическое образование в Советской России]. Лейпциг: 1924. Избранные рекламные объявления и публикации Международного психоаналитического издательства. Музей Зигмунда Фрейда, Вена (146 г)

Добавьте этот элемент в закладки: // www.loc.gov/exhibits/freud/freud03.html#obj146a

Гринвич-Виллидж прошел через радикализм, лицензию, фрейдизм, свободную любовь и синтетический джин — и покончил со всем этим.

Перо, 1921

Конфликт и распад

Некоторые из наиболее творческих коллег Фрейда по психоанализу не довольствовались тем, что просто были последователями, и разработали различные идеи, которые, по мнению основателя, не соответствовали его собственным.Альфред Адлер и Карл Юнг, например, преуменьшили значение сексуальности в пользу других бессознательных сил. Фрейд столкнулся с противоречиями внутри психоаналитического движения и критиков из различных областей медицины, гуманитарных и социальных наук.

Добавьте этот элемент в закладки: //www.loc.gov/exhibits/freud/freud03.html#obj131

Я так что предпочитаю Юнга, не так ли? Он намного более духовный.

Уолдо Франк, Холидей, 1923

Похоже, что анализ был третьей из тех «невозможных» профессий, в которых можно быть вполне уверенным в неудовлетворительных результатах.Два других, гораздо более старых, — это воспитание детей и управление народами.

Зигмунд Фрейд, 1937

Я все еще в основном фрейдист.

Бенджамин Спок, 1989

Создание наследства

Помимо вводных объяснений психоанализа, Фрейд опубликовал отчеты о его теоретическом развитии и росте как движения. Он был озабочен созданием институциональной основы психоанализа, которая сохранится после его смерти, и формированием интеллектуального наследия на будущее.

  • «Некоторые элементарные уроки психоанализа», написанные для Британской энциклопедии. Голографическая рукопись, 1926 г. Отдел рукописей. Библиотека Конгресса (141)

  • «Автобиографический этюд». Переплетенная голографическая рукопись, 1925 г. Отдел рукописей. Библиотека Конгресса (140)

  • «Очерк психоанализа». Голографическая рукопись, 1938 г.Отдел рукописей. Библиотека Конгресса (143)

Добавьте этот элемент в закладки: //www.loc.gov/exhibits/freud/freud03.html#obj141

Как автобиографическое письмо в бездне неопределенного самоанализа может породить всемирный институт?

Жак Деррида, 1980

Каждый час, каждый день. . . есть люди, которые не могут забыть имя, оговориться или впасть в депрессию; кто не может начать любовную интригу или прекратить брак, не задаваясь вопросом, в чем может быть «фрейдистская» причина.

Альфред Казин, 1947

Кто может быть психоаналитиком?

По мере роста движения вопрос о том, кто может стать психоаналитиком, приобрел экономическую и интеллектуальную актуальность. В этой работе Фрейд возражал против того, чтобы медицинская степень была предпосылкой для психоаналитического обучения. Суть обучения — это сам анализ.

Добавьте этот элемент в закладки: // www.loc.gov/exhibits/freud/freud03.html#obj137

Вернуться к началу

Истоки

Фрейд видел, что общество создает механизмы, обеспечивающие социальный контроль человеческих инстинктов. Он думал, что в основе этих контролирующих механизмов лежит запрет на инцест. Он также предположил, что это табу возникло из-за вины, проистекающей из убийства могущественного патриарха: после того, как тиранический отец убит, сыновья продолжают следовать патриархальному диктату, по которому они всегда жили.Для Фрейда прошлое — это не то, что может полностью перерасти ни индивид, ни общество, а то, что остается жизненно важной и часто разрушительной частью существования. Акцент на том, что прошлое живо в настоящем, является центральной темой психоаналитических подходов к человеку и обществу.

Эволюция и наследование

В своих трудах о происхождении общества Фрейд объединил свои собственные теории психологического конфликта с дарвиновскими взглядами на то, как древние люди жили в организованных группах.Фрейд свободно заимствовал из современной антропологии. Он даже принял идеи, которые уже утратили научную достоверность, такие как представление о том, что мы физически наследуем аспекты опыта наших предков.

Добавьте этот элемент в закладки: //www.loc.gov/exhibits/freud/freud03.html#obj160

[Первоначальные] этапы всегда можно восстановить; первобытный ум в самом полном смысле этого слова нетлен.

Зигмунд Фрейд, 1915

Болезнь человека в конечном итоге вызвана и поддерживается болезнью его цивилизации.

Герберт Маркузе, 1955

Научная ценность книги Фрейда [ Групповая психология ], вероятно, состоит в том, что если и есть что-то, то это reductio ad absurdum словесных объяснений общества.

Американский журнал социологии, 1924

В начале было дело

В этой работе Фрейд намеревался дать отчет о табу на инцест и о запретах в целом.Он руководствовался идеей, что группы запрещают только то, чего на самом деле хотят отдельные люди. По его словам, за законами, которые структурируют человеческое общество, стоит ужас инцеста, а за этим ужасом — желание инцеста и убийственная способность действовать в соответствии с этим желанием.

Объекты из глубин

Фрейд был очарован древними предметами — как если бы они были свидетелями самых глубоких импульсов человечества, охваченных тысячелетиями цивилизационного процесса. Присутствие этих объектов, казалось, говорило ему о далеком, но все еще активном прошлом.

Добавьте этот элемент в закладки: //www.loc.gov/exhibits/freud/freud03.html#obj154

Эдипово видение демонстрирует отчетливую патриархальную предвзятость: оно сводит политику к деятельности отцов и сыновей, а женщин — к роли пассивных объектов мужских желаний.

Хосе Бруннер, 1998

Вернуться к началу

Следуй за лидером

Вопросы, которые Фрейд задавал о группах, являются основополагающими для всей политической философии: почему люди следуют за лидерами и почему люди отвергают некоторые из своих желаний, чтобы жить вместе? Обсуждение этих вопросов привело Фрейда к мысли, что жизнь в обществе неизбежно нарушает некоторые из наших основных желаний.

Добавьте этот элемент в закладки: //www.loc.gov/exhibits/freud/freud03.html#obj158

Наука — это не иллюзия. Но было бы иллюзией предполагать, что мы можем получить где-нибудь еще то, что он не может нам дать.

Зигмунд Фрейд, 1927

Проблемы культуры

Фрейд понимал культуру, как он понимал сны и симптомы, как выражение желаний, находящихся в конфликте друг с другом и с обществом.Он думал, что религия, искусство и наука могут быть очень полезными. Но он подчеркнул, что культура — это продукт импульсов, которым отказано в более прямом сексуальном или агрессивном удовлетворении. Если эти культурные практики не могут облегчить конфликты в самом сердце человеческой психики, каковы же тогда, спрашивал Фрейд, последствия для человека? Если формы социальной жизни не удовлетворяют основные психологические потребности, каковы же тогда последствия для общества этих неудовлетворенных желаний? Это оставалось для Фрейда жизненно важными вопросами об отношениях между нашей цивилизацией и нами самими.

Артефакты и архаика

Фрейд, возможно, преувеличил, сказав, что он больше читал археологию, чем психологию, но он был глубоко поглощен археологическими исследованиями и артефактами из других культур. После смерти отца Фрейд начал собирать артефакты, проводя собственный самоанализ. На протяжении всей оставшейся жизни он становился все более привязанным к этим объектам, которые, казалось, одновременно вызывали размышления и стимулировали удовольствие.

Добавьте этот элемент в закладки: //www.loc.gov/exhibits/freud/freud03.html#obj162

Книга [Будущее иллюзии] свидетельствует о том, что гений экспериментальной науки не обязательно сочетается с гением логики или обобщающей силой.

Т.С. Элиот, 1928

Стремление к религии

Для Фрейда религия была примитивной попыткой разобраться с пугающими реальностями мира и невозможностью удовлетворить наши основные желания.По его мнению, религия была ответом на этот страх и тоску. Он думал, что любовь к отцу и страх перед ним находят символическое выражение в основных религиозных традициях.

Добавьте этот элемент в закладки: //www.loc.gov/exhibits/freud/freud03.html#obj172

[Как видим] варвару легко быть здоровым; для цивилизованного человека задача трудная.

Зигмунд Фрейд, 1938

Искусство лиц

Глядя на портреты известных художников и ученых в Национальном портрете в Лондоне, Фрейд искал на их лицах признаки их характера.Он восхищался культурными достижениями как творческими преобразованиями или сублимациями основных желаний. Интересно, остались ли следы этих преобразований на лицах портретов?

«Леонардо да Винчи и воспоминания о его детстве». Голографическая рукопись, 1910 г. Отдел рукописей. Библиотека Конгресса (164)

Добавьте этот элемент в закладки: // www.loc.gov/exhibits/freud/freud03.html#obj164

Таким образом, Фрейд разрушает гуманистические надежды на то, что высокая культура сама по себе может заменить религию в качестве источника морального контроля.

Филип Рифф, 1966

Искусство понимания

Фрейд неоднократно возвращался в своих произведениях к библейским рассказам об Иосифе и Моисее. Фрейд объясняет, что Моисей Микеланджело одновременно сердится на неверность своих последователей и жаждет одарить их великим даром, который он получил на горе Синай.Представление Микеланджело этой амбивалентности, кажется, спровоцировало собственное мнение Фрейда о своем месте в психоаналитическом движении.

Добавьте этот элемент в закладки: //www.loc.gov/exhibits/freud/freud03.html#obj168

Я никогда не сомневался в том, что религиозные феномены следует понимать только на основе знакомых нам индивидуальных невротических симптомов.

Зигмунд Фрейд, 1939

Вернуться к началу

ФРЕЙД: СЕКРЕТНЫЕ ДОКУМЕНТЫ ОТКРЫВАЮТ ГОДЫ БОРЬБЫ

События конца жизни Фрейда дали необычный постскриптум.

Письма, которые, по словам доктора Массона, он нашел в столе Фрейда в садах Маресфилд в Лондоне, последнем доме Фрейда, показывают, как Фрейд и его окружение стремились заблокировать Ференци, экспериментального будапештского аналитика, которого мастер иногда называл «дорогим сыном». ‘от публикации в 1932 году статьи, которая восходит к теории соблазнения Фрейда. По его словам, эксперименты Ференци, вызывающие все более споры среди его коллег-фрейдистов, включали поцелуи и другие физические контакты с его пациентами в попытке создать атмосферу любви для анализа.

Фактически, в неопубликованном письме 1910 года Ференци рассказал Фрейду о сне, в котором он видел Фрейда обнаженным, что, по словам доктора Массона, Ференци «считал символом его бессознательных гомосексуальных наклонностей и« стремления к абсолютной взаимной открытости ».

Далее Ференци предположил, что Фрейд охраняет «экстраординарную тайну». Фрейд, согласно доктору Массону, не возражал и предложил неопубликованный ответ: Вы, вероятно, думаете, что у меня есть секреты совсем другие, чем те, которые я знаю. зарезервировали для себя, или вы полагаете, что (мой секрет) связан с особым горем, тогда как я чувствую себя способным справиться со всем и доволен большей независимостью, которая возникает в результате преодоления моей гомосексуальности », — доклад Ференци,

, «Смешение языков между взрослым и ребенком», «обвинение» в «травме, в частности, в сексуальной травме», в качестве «патогенного агента» и утверждении: «даже дети уважаемых высокопоставленных пуританских семей становятся жертвами настоящего насилуют гораздо чаще, чем можно было подозревать.«

» «Ему нельзя разрешить давать бумагу», — писал Фрейд Максу Эйтингону, президенту Международной психоаналитической ассоциации, в неопубликованном письме от 29 августа 1932 года.

Ференци доставил статью в Висбаден, но позже, в другом неопубликованном письме, Фрейд утверждал, что действовал в собственных интересах Ференци: «Я не хотел терять надежду, что в дальнейшей работе вы сами поймете техническую неверность ваших результатов». Фрейд добавил: «Я больше не верю, что вы исправитесь, как я исправлялся поколение назад.

Эрнест Джонс в своей официальной трехтомной биографии Фрейда рассказывает о беспокойстве Фрейда и его соратников по поводу неортодоксальной техники Ференци и того, что они называли его ухудшением психического и физического состояния. Но Джонс, как говорит доктор Массон, не упомянул более разоблачающие свидетельства, подробно изложенные в частных письмах. 12 сентября 1932 года Фрейд написал Джонсу: «Смена направления Ференци, безусловно, вызывает большое сожаление, но в этом нет ничего травмирующего. В течение последних трех лет я наблюдал его растущее отчуждение, его недоступность для предупреждений о неправильности его техники и, что, вероятно, наиболее решительно, личную неприязнь ко мне, для которой я, конечно, давал даже меньше поводов, чем в более ранних случаях. .

Исторический контекст сочинений Зигмунда Фрейда

Пять лекций по психоанализу и Цивилизация и ее недовольство относятся к двум отдельным фазам мысли Фрейда — мысли, которая постоянно менялась, расширялась, пересматривалась и в котором столько же разрывов, сколько и непрерывностей. Оба текста написаны с точки зрения психоанализа Фрейда; каждое из них отражает общие исторические, философские и научные движения, в которых оказался Фрейд, когда он разрабатывал психоанализ.

Австрия второй половины XIX века по Фрейду характеризовалась еще более строгой формой викторианской сексуальной морали, чем Англия, чья сексуальная нежность и фригидность часто изображаются в карикатурном виде. Однако такая строгая сексуальная мораль не мешала викторианцам говорить о сексуальности.

Даная Густава Климта, 1907. (Wikimedia Commons) Работа Климта визуально отражает многие темы, которые волновали Фрейда в Вене на рубеже веков. Большой городской профессиональный средний класс — буржуазия — был сильно озабочен моральными вопросами сексуальности, особенно в отношении женщин и детей.Считалось, что их сексуальные интересы и сексуальные знания естественно ограничены; однако в случае исключений эти интересы и знания тщательно регулировались. Предполагалось, что молодые женщины будут целомудренными до замужества; а частные сексуальные эксперименты детей и подростков — например, мастурбация — усердно подавлялись. Кроме того, растущее понимание половых заболеваний, таких как сифилис, создало в общественном сознании связь между сексуальной распущенностью и катастрофическими эпидемиями.Сексуальность не только должна регулироваться личной моралью или бдительностью семьи, но, поскольку она может затронуть все население, является политической и социальной проблемой.

В то же время развивалась зарождающаяся область сексологии. Ряд медицинских исследователей, таких как Хэвлок Эллис и Ричард фон Краффт-Эбинг, которых знал Фейд и которые публично прокомментировали одну из самых ранних работ Фрейда, дали подробные и скрупулезные отчеты о формах и разновидностях сексуального поведения и идентичности, независимо от их редкости. или явная извращенность.Они также пытались связать факты о сексуальности с другими фактами, которые не имели очевидного отношения к сексуальности; они спрашивали, например, как сексуальность связана с классом или как сексуальность связана с преступностью.

Таким образом, конец девятнадцатого века характеризовался интересным сочетанием тенденций: личное, семейное и политическое регулирование сексуальности, с одной стороны, и распространение научных работ, показывающих, как эта проблематичная сексуальность, тем не менее, имеет надежную защиту. с другой стороны, обширное место в человеческой природе.Это созвездие послужило для Фрейда благоприятным контекстом для развития своих теорий. Фрейд описал, как всевозможные необычные или «извращенные» сексуальные желания доминируют над умом — у детей, у взрослых невротиков, но также и у нормальных взрослых. Фрейд также показал, как разум оказывается в безвозвратном конфликте со своей собственной сексуальностью: как он боится своей сексуальности и пытается избежать и устранить ее, или, что наиболее важно, как он пытается забыть ее или вывести из сознательного осознания. Для Фрейда это означало, что необычная, «извращенная» сексуальность постигла своеобразную судьбу.Регулируемое моралью, удаленное от сознательного осознания, но все еще очень существующее, оно стало «бессознательным»: больше не находясь под контролем осознанного и произвольного выбора человека, оно проявлялось в непроизвольных действиях человека, таких как ошибки и промахи. языков, а также при психических патологиях, таких как навязчивая идея, паранойя, истерия и беспокойство.

Психоанализ Фрейда разделил разум между тем, что он сознательно признает, и тем, во что он вкладывается бессознательно. Это разделение имело философские прецеденты в девятнадцатом веке.Немецкие идеалисты Иммануил Кант и Г.В.Ф. Гегель утверждал, что разум имеет совершенно прозрачный доступ и полный контроль над своими собственными мыслями, а также над действиями, которые эти мысли предполагают. В ответ на идеи идеалистов другие философы, особенно Артур Шопенгауэр и Фридрих Ницше, разработали радикально иную концепцию разума. По их мнению, мысли и действия не находятся под сознательным и преднамеренным контролем человека. Скорее, они возникают из воли, желаний и тела человека, которые человек не осознает и которые человек не может сознательно контролировать.Мысль и действие проистекают из источника, который является не «я», а скорее безличной, дикой силой, лежащей в основе нашего существа, но радикально отличной от того, чем мы себя представляем. Постулат Фрейда о бессознательном мышлении и его утверждение о том, что страдающие психической патологией думают и совершают действия, чей источник бессознательный, можно рассматривать как продолжение этого движения против немецкого идеализма.

Идея о том, что мысль и действие могут иметь своим источником нечто иное, чем «я», — что-то дикое и неизвестное нам, — также находилась под влиянием теории, которую Фрейд горячо подтверждал и неукоснительно применял, и которую почти каждый новаторский мыслитель в девятнадцатый век принял для своих целей: теорию эволюции Дарвина.Основное утверждение теории эволюции Дарвина состоит в том, что биологические структуры, управляющие жизнью современных организмов, имеют своим источником биологические структуры, управляющие жизнью организмов, существовавших в архаическом прошлом. В случае с людьми это говорит о том, что биологические структуры, обнаруженные у примитивных людей, живших тысячи лет назад, все еще действуют в современных людях. Многие теории Фрейда можно рассматривать как расширение этой идеи. Сексуальные желания, проявляющиеся в психических патологиях и продолжающие оказывать влияние даже на самых цивилизованных людей, не проистекают из настоящих интересов, забот и решений человека.Скорее, они являются наследием архаической истории человеческого вида и истории, над которой, очевидно, человек не имеет никакого сознательного контроля. Вдобавок для Фрейда и на гораздо более локальном уровне сексуальные желания взрослого также можно понимать как наследство его или ее личного архаичного прошлого — сексуальных желаний его или ее детства, над которыми, опять же, он или она не осуществлять никакого сознательного контроля.

Фрейд во время своего визита в Университет Кларка в США, 1909 год.Спереди слева направо: Зигмунд Фрейд, Г. Стэнли Холл, К. Г. Юнг; Сзади: Авраам А. Брилл, Эрнест Джонс, Шандор Ференци. (Викискладе)

Использование биологической теории для объяснения психологических явлений указывает на еще одну особенность теорий Фрейда, типичную для девятнадцатого века: использование в психологии научных парадигм, которые не присущи психологии, а другим научным дисциплинам. Например — и это особенно очевидно в самой ранней, так и не завершенной работе Фрейда, его проекте научной психологии, — Фрейд понимает разум как систему, в которой дискретные количества энергии увеличиваются и уменьшаются, а общее количество энергии в системе остается постоянным, а также системой, в которой для обеспечения этого постоянства количество энергии может перемещаться из одной части системы в другую.Здесь Фрейд применяет модели, взятые из физики, и особенно открытия в термодинамике девятнадцатого века, к деятельности разума. Готовность Фрейда применять модели из физики к разуму дополнительно объясняет его убежденность в том, что психологические события так же открыты для полного причинного и детерминированного объяснения, как и события, которые объясняют естественные науки, такие как физика, химия и биология.

Мысль Фрейда вовлечена не только в исторические течения, в которых она развивалась; у него также есть своя история.Фрейд Пять лекций был написан в 1909 году как серия лекций, которые должны были быть прочитаны в Университете Кларка в Соединенных Штатах. (Известный анекдот — возможно, неправда — что Фрейд, прибыв в Америку, сказал: «Мы несем им чуму»). Этот текст представляет собой краткое изложение основных идей, которые Фрейд развил в первый период своей мысли: значение конфликта между цензурирующим сознанием и сексуальными желаниями, связанными с воспоминаниями, которые из-за их цензуры становятся вытесненными и бессознательными; роль детской сексуальности в определении содержания этих подвергнутых цензуре воспоминаний и желаний и, в частности, роль Эдипова комплекса — сексуального желания ребенка к родителю противоположного пола и соперничающей агрессии по отношению к родителю того же пола; особое место сновидений как ключа или «королевской дороги» к расшифровке бессознательных воспоминаний и желаний; и необходимость терапевтической практики интерпретаций, в которой симптомы психической патологии могут быть приняты как знаки, скрытым значением которых являются эти воспоминания и желания.

В последующие годы мысль Фрейда приняла новые направления, руководствуясь новыми открытиями. Цивилизация и ее недовольство , опубликованное в 1930 году, опирается на них. Фрейд разработал вторую топологию или структурную теорию разума: разум разделен на три различных агента, суперэго — хранилище моральных идеалов человека, но также источник моральной самокритики человека и, что особенно важно, источник вины лица; эго — «я» или «я» человека, которое отвечает за восприятие реальности, организует мысли в единое целое, а также регулирует действия так, чтобы они соответствовали моральным требованиям и желаниям человека; и id — место бессознательных желаний и воспоминаний человека.Вдобавок — и примечательно, что это произошло после Первой мировой войны — новый акцент делается на психологической роли агрессии и смерти. Фрейд предложил дуалистическую теорию влечений, согласно которой сила эроса , или любви, находится в конфликте с силой танатоса , или смерти: разрушительной, агрессивной силой, которая направлена ​​на других людей, но также к самому человеку.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.