Содержание

Идентификация (психология) — это… Что такое Идентификация (психология)?

Эта статья — о сравнительно пассивном защитном механизме. О защитном механизме, включающем в себя бессознательное манипулирование см. Проективная идентификация.

Идентифика́ция (лат. identificāre — отождествлять) — частично осознаваемый психический процесс уподобления себя другому человеку или группе людей. В ряде случаев может относиться к механизмам психологической защиты.[1]

Описание

Идентификацию разграничивают от её более примитивного аналога интроекции по тому признаку, что идентификация в той или иной степени всегда осознаётся: хотя сам процесс идентификации остаётся бессознательным, выбор объектов идентификации вполне осознаваем и поддаётся субъективному контролю.

Как защитный механизм

Защитная форма идентификации — это представление о ком-то, как о продолжении себя. Наиболее часто это встречается у родителей, воспринимающих таким образом своих детей. С одной стороны идентифицируясь с ними, родитель как бы приписывает себе молодость и достижения ребёнка, а с другой стороны к этому обычно добавляется проекция на ребёнка собственных желаний, целей и потребностей. Подобное отношение к другим особенно характерно при выраженном нарциссизме.

Кроме того, такой процесс как «идентификация с агрессором» хотя и является по сути скорее интроекцией агрессора[2], может быть частично осознан и тогда его правильнее относить к защитной форме идентификации.

Как адаптивный процесс

Идентификация лежит в основе нормальных попыток стать похожим на другого человека или группу людей, перенять значимые черты. В таком виде она присутствует с раннего детства и постепенно развивается от примитивного желания «вобрать в себя», до более сложных, эффективных и субъективно контролируемых форм. Идентификация способствует установлению глубокой эмоциональной связи с другим человеком или группой людей, ощущению причастности, единения с ними.

Таким образом, могут быть переняты не только черты и особенности характера, но и нормы, ценности, образцы, что проявляется в форме конформизма.[1]

Адаптивная (приспособительная) сила идентификации может значительно варьироваться, в зависимости от того, кто и когда выбран в качестве объекта идентификации. Идентификация, повышающая социализацию на одном жизненном этапе, может снижать её на другом: если в школьном возрасте идентификация с соседским драчуном может способствовать повышению социального статуса, то во взрослом возрасте вероятнее обратный эффект.[3]

Сознательная и бессознательная идентификация может давать возможность «вставать на чужое место» — погружаться, переноситься в поле, пространство, обстоятельства другого человека, что способствует глубокому его пониманию.[1]

Идентификация также лежит в основе формирования идентичности (концепция Эрика Эриксона).

Литература

Примечания

Идентификация (психология) — это.

.. Что такое Идентификация (психология)?
Эта статья — о сравнительно пассивном защитном механизме. О защитном механизме, включающем в себя бессознательное манипулирование см. Проективная идентификация.

Идентифика́ция (лат. identificāre — отождествлять) — частично осознаваемый психический процесс уподобления себя другому человеку или группе людей. В ряде случаев может относиться к механизмам психологической защиты.[1]

Описание

Идентификацию разграничивают от её более примитивного аналога интроекции по тому признаку, что идентификация в той или иной степени всегда осознаётся: хотя сам процесс идентификации остаётся бессознательным, выбор объектов идентификации вполне осознаваем и поддаётся субъективному контролю.

Как защитный механизм

Защитная форма идентификации — это представление о ком-то, как о продолжении себя. Наиболее часто это встречается у родителей, воспринимающих таким образом своих детей. С одной стороны идентифицируясь с ними, родитель как бы приписывает себе молодость и достижения ребёнка, а с другой стороны к этому обычно добавляется проекция на ребёнка собственных желаний, целей и потребностей. Подобное отношение к другим особенно характерно при выраженном нарциссизме.

Кроме того, такой процесс как «идентификация с агрессором» хотя и является по сути скорее интроекцией агрессора[2], может быть частично осознан и тогда его правильнее относить к защитной форме идентификации.

Как адаптивный процесс

Идентификация лежит в основе нормальных попыток стать похожим на другого человека или группу людей, перенять значимые черты. В таком виде она присутствует с раннего детства и постепенно развивается от примитивного желания «вобрать в себя», до более сложных, эффективных и субъективно контролируемых форм. Идентификация способствует установлению глубокой эмоциональной связи с другим человеком или группой людей, ощущению причастности, единения с ними. Таким образом, могут быть переняты не только черты и особенности характера, но и нормы, ценности, образцы, что проявляется в форме конформизма.[1]

Адаптивная (приспособительная) сила идентификации может значительно варьироваться, в зависимости от того, кто и когда выбран в качестве объекта идентификации.

Идентификация, повышающая социализацию на одном жизненном этапе, может снижать её на другом: если в школьном возрасте идентификация с соседским драчуном может способствовать повышению социального статуса, то во взрослом возрасте вероятнее обратный эффект.[3]

Сознательная и бессознательная идентификация может давать возможность «вставать на чужое место» — погружаться, переноситься в поле, пространство, обстоятельства другого человека, что способствует глубокому его пониманию.[1]

Идентификация также лежит в основе формирования идентичности (концепция Эрика Эриксона).

Литература

Примечания

Идентификация (психология) — это… Что такое Идентификация (психология)?

Эта статья — о сравнительно пассивном защитном механизме. О защитном механизме, включающем в себя бессознательное манипулирование см. Проективная идентификация.

Идентифика́ция (лат. identificāre — отождествлять) — частично осознаваемый психический процесс уподобления себя другому человеку или группе людей. В ряде случаев может относиться к механизмам психологической защиты.[1]

Описание

Идентификацию разграничивают от её более примитивного аналога интроекции по тому признаку, что идентификация в той или иной степени всегда осознаётся: хотя сам процесс идентификации остаётся бессознательным, выбор объектов идентификации вполне осознаваем и поддаётся субъективному контролю.

Как защитный механизм

Защитная форма идентификации — это представление о ком-то, как о продолжении себя. Наиболее часто это встречается у родителей, воспринимающих таким образом своих детей. С одной стороны идентифицируясь с ними, родитель как бы приписывает себе молодость и достижения ребёнка, а с другой стороны к этому обычно добавляется проекция на ребёнка собственных желаний, целей и потребностей. Подобное отношение к другим особенно характерно при выраженном нарциссизме.

Кроме того, такой процесс как «идентификация с агрессором» хотя и является по сути скорее интроекцией агрессора[2], может быть частично осознан и тогда его правильнее относить к защитной форме идентификации.

Как адаптивный процесс

Идентификация лежит в основе нормальных попыток стать похожим на другого человека или группу людей, перенять значимые черты. В таком виде она присутствует с раннего детства и постепенно развивается от примитивного желания «вобрать в себя», до более сложных, эффективных и субъективно контролируемых форм. Идентификация способствует установлению глубокой эмоциональной связи с другим человеком или группой людей, ощущению причастности, единения с ними. Таким образом, могут быть переняты не только черты и особенности характера, но и нормы, ценности, образцы, что проявляется в форме конформизма.

[1]

Адаптивная (приспособительная) сила идентификации может значительно варьироваться, в зависимости от того, кто и когда выбран в качестве объекта идентификации. Идентификация, повышающая социализацию на одном жизненном этапе, может снижать её на другом: если в школьном возрасте идентификация с соседским драчуном может способствовать повышению социального статуса, то во взрослом возрасте вероятнее обратный эффект. [3]

Сознательная и бессознательная идентификация может давать возможность «вставать на чужое место» — погружаться, переноситься в поле, пространство, обстоятельства другого человека, что способствует глубокому его пониманию.

[1]

Идентификация также лежит в основе формирования идентичности (концепция Эрика Эриксона).

Литература

Примечания

Идентификация (психология) — это… Что такое Идентификация (психология)?

Эта статья — о сравнительно пассивном защитном механизме. О защитном механизме, включающем в себя бессознательное манипулирование см. Проективная идентификация.

Идентифика́ция (лат. identificāre — отождествлять) — частично осознаваемый психический процесс уподобления себя другому человеку или группе людей. В ряде случаев может относиться к механизмам психологической защиты.[1]

Описание

Идентификацию разграничивают от её более примитивного аналога интроекции по тому признаку, что идентификация в той или иной степени всегда осознаётся: хотя сам процесс идентификации остаётся бессознательным, выбор объектов идентификации вполне осознаваем и поддаётся субъективному контролю.

Как защитный механизм

Защитная форма идентификации — это представление о ком-то, как о продолжении себя. Наиболее часто это встречается у родителей, воспринимающих таким образом своих детей. С одной стороны идентифицируясь с ними, родитель как бы приписывает себе молодость и достижения ребёнка, а с другой стороны к этому обычно добавляется проекция на ребёнка собственных желаний, целей и потребностей. Подобное отношение к другим особенно характерно при выраженном нарциссизме.

Кроме того, такой процесс как «идентификация с агрессором» хотя и является по сути скорее интроекцией агрессора[2], может быть частично осознан и тогда его правильнее относить к защитной форме идентификации.

Как адаптивный процесс

Идентификация лежит в основе нормальных попыток стать похожим на другого человека или группу людей, перенять значимые черты. В таком виде она присутствует с раннего детства и постепенно развивается от примитивного желания «вобрать в себя», до более сложных, эффективных и субъективно контролируемых форм. Идентификация способствует установлению глубокой эмоциональной связи с другим человеком или группой людей, ощущению причастности, единения с ними. Таким образом, могут быть переняты не только черты и особенности характера, но и нормы, ценности, образцы, что проявляется в форме конформизма.[1]

Адаптивная (приспособительная) сила идентификации может значительно варьироваться, в зависимости от того, кто и когда выбран в качестве объекта идентификации. Идентификация, повышающая социализацию на одном жизненном этапе, может снижать её на другом: если в школьном возрасте идентификация с соседским драчуном может способствовать повышению социального статуса, то во взрослом возрасте вероятнее обратный эффект.

[3]

Сознательная и бессознательная идентификация может давать возможность «вставать на чужое место» — погружаться, переноситься в поле, пространство, обстоятельства другого человека, что способствует глубокому его пониманию.[1]

Идентификация также лежит в основе формирования идентичности (концепция Эрика Эриксона).

Литература

Примечания

Как понять партнера по общению: механизмы восприятия и понимания

Автор: Лидия Ивaнoвнa Чepнышoвa, кандидат философских наук, профессор, преподаватель кафедры философии факультета управления Академии бюджета и казначейства Министерства финансов РФ.

 

В ситуациях межличностного взаимодействия требуется не просто категоризация воспринимаемого, но и глубокое понимание партнера по общению: его актуального, эмоционального состояния, намерений, отношения к нам для установления доверительных отношений в процессе общения или совместной деятельности.

Психологическими механизмами восприятия и понимания при межличностном общении являются идентификация, эмпатия и рефлексия и аттракция.

 

Наиболее простой способ понимания другого человека обеспечивается идентификацией — уподоблением себя ему. При идентификации человек как бы ставит себя на место другого и определяет, как он действовал бы в подобных ситуациях. Методика американского психолога Дейла Карнеги, изложенная им в книге «Как оказывать влияние на людей», основана на механизме идентификации.

Очень близка к идентификации эмпатия, т.е. понимание на уровне чувств, стремление эмоционально откликнуться на проблемы другого человека. Ситуация другого человека не столько продумывается, сколько прочувствуется. Основоположник гуманистической психологии Карл Роджерс определял эмпатическое понимание как «умение войти внутрь личного мира значений другого человека и увидеть, правильно ли мое понимание». В синтезтехнологии разработана техника «вчувствования», которая помогает развить эмпатию, или способность чувствовать эмоциональные состояния другого человека и активно выражать это свое понимание.

Критерий успешности «вчувствования» — физическое ощущение погружения в тело партнера по общению, ощущение органичности его реакций, предугадывание его реакций и слов, телесное чувство невозможности для партнера по общению говорить или делать что-либо другое. Прямое следствие этого — исчезновение раздражения, барьера и непонимания мотивов поведения или действий партнера по общению.

 

Попутным подготовительным упражнением для освоения «вчувствования» являются отзеркаливание выражения лица собеседника, подстройка по телу (позе, жестам, движению, дыханию и ритмам) и копирование походки.

В технике «вчувствования» работают не только глаза, но и вся тонкая чувствительность тела. Эта техника основывается на том, что человек воспринимает другого человека не только глазами и органами чувств, но и всеми своими чувствами, пронося через доверие или сомнения, окрашивая радостью или тревогой, проживая происходящее всем своим телом.

Самое точное понимание того, как другой видит и переживает происходящее, возможно тогда, когда удается ощутить его переживания через свое тело. Попробуйте представить, что тело другого человека становится вашим телом. У вас вот это тело, этот нос, эти губы, на вашей голове вот эта прическа, вот так моргают глаза, а лоб привычно собирается в такие морщинки. Это ваша грудь и сейчас вы ею дышите — именно так. Вы каждое утро просыпаетесь с этим лицом и телом, с ним вы выходите на улицу, с таким выражением лица встречаете людей, и это происходит каждый день.

Для оптимизации общения техника «вчувствования» дает многое:

  • создает комфортный внутренний фон в общении, при котором возникает ощущение понимания партнера и повышение интереса к нему;
  • формирует взаимное ощущение контакта;
  • обеспечивает получение ценной информации о внутреннем состоянии собеседника, его чувствах и желаниях;
  • позволяет чувствовать, как будет развиваться ситуация, на основе чего появляется возможность предугадывать слова и действия партнеров по общению.

 

С точки зрения характеристики общения как идентификация, так и эмпатия требуют решения еще одного вопроса: как будет тот, другой, т.е. партнер по общению, понимать меня.

 

Процесс понимания друг друга опосредован процессом рефлексии. В социальной психологии под рефлексией понимается осознание действующим индивидом того, как он воспринимается партнером по общению. Это уже не просто знание другого, но знание того, как другой понимает меня.

Общение как рефлексивный процесс был описан еще в конце XIX в. Дж. Холмсом. Исследуя общение двух субъектов, Холмс показал, что в этой ситуации наличествуют не два, а шесть субъектов. Он выделил ситуацию общения неких условных Джона и Генри. Какие субъекты включены в общение?

Дж. Холмс выделил три позиции Джона и три позиции Генри:

(1) Джон, каков он есть сам по себе
(2) Джон, каким он сам себя видит
(3) Джон, каким его видит Генри

(1) Генри, каков он есть сам по себе
(2) Генри, каким он сам себя видит
(3) Генри, каким его видит Джон

Впоследствии Г. Ньюком и Ч. Кули усложнили ситуации:

(4) Джон (Генри), каким ему представляется его образ в сознании Генри.

Г.М. Андреева представляет следующую общую модель рефлексии.

Есть два субъекта общения: А и Б. Между ними устанавливаются коммуникации:

А →→→ Б и Б →→→ А

Кроме того, у А и Б есть представление о самих себе: А-А1, а Б-Б2, а также представление о другом: у А-Б2, у Б-А2.

Взаимодействие в процессе общения осуществляется следующим образом: А (в качестве А1) обращается к Б2, Б реагирует (в качестве Б1) на А2. Насколько это близко к реальным А и Б, еще надо исследовать, ибо ни А, ни Б не знают, что имеют несовпадающие с реальностью А1, Б1, А2, Б2, и при этом между А и А2, Б и Б2 нет каналов коммуникации.

Успех общения будет максимальным при минимальном разрыве в линии А-А1-А2 и Б-Б1-Б2. Если выступающий (А) имеет неверное представление о себе (А1), о слушателях (Б2) и главное о том, как его воспринимают слушатели (А2), то его взаимопонимание с аудиторией будет исключено.

Приближение всего этого комплекса представлений друг другу — сложный процесс, требующий специальных усилий.

Особый круг проблем межличностного восприятия возникает в связи с включением в этот процесс специфических эмоциональных регуляторов. Люди не просто воспринимают друг друга, но и формируют определенные отношения друг к другу, на основе которых рождается целая гамма чувств — от взаимного неприятия партнера по общению до взаимной симпатии и даже любви.

 

Специфическим механизмом понимания партнера по общению, формирующемся на эмоциональной основе, является межличностная аттракция. Аттракция (от аttract — притягивать, привлекать) — это процесс формирования привлекательности человека, результатом чего является формирование межличностных отношений.

Составляющие взаимной привлекательности — симпатия и притяжение.

Симпатия — это эмоциональная положительная установка на объект. При взаимной симпатии эмоциональные положительные установки партнеров по общению друг на друга создают состояние удовлетворения взаимодействием.

Притяжение связано с потребностью человека быть рядом с другим человеком. Притяжение часто, но не всегда связано с переживаемой симпатией. Симпатия и притяжение могут иногда проявляться независимо друг от друга. В том случае, когда они достигают максимального своего значения и совпадают, можно уже говорить о межличностной аттракции.

Существует ряд приемов, способствующих формированию аттракции, к которым относят обращение к партнеру по общению по имени, улыбку, искусство говорить комплименты, готовность терпеливо выслушать партнера и т. д. Конечно, эти приемы являются необходимым элементом вежливости, но в деловом общении мало быть «дамой приятной во всех отношениях», по выражению Гоголя. Аттракция в деловом общении формируется скорее на сходстве жизненных позиций, высоком уровне профессионализма деловых партнеров, их доверии друг другу.

 

Только практические современные знания и навыки. Изучите эти практические курсы по психологии или учитесь чему хотите по абонементу, со скидкой.

8. Взаимопонимание в деловом общении (идентификация, эмпатия, рефлексия).

Основными механизмами познания другого человека в процессе общения являются идентификация, эмпатия и рефлексия.

Идентификация (от лат. тождественность) отражает простой эмпирический факт, что одним из самых простых способов понимания другого человека является уподобление ему себя. Это, разумеется, не единственный способ, но в реальных ситуациях взаимодействия люди пользуются таким приемом, когда предположение о внутреннем состоянии партнера по общению строится на основе попытки поставить себя на его место.

Эмпатия (от греч. сопереживание) — это способность к постижению эмоционального состояния другого человека в форме сопереживания. Только в этом случае имеется в виду не рациональное осмысление проблем другого человека, а, скорее, эмоциональный отклик на его проблемы. Эмоциональная природа эмпатии проявляется именно в том, что ситуация другого человека не столько «продумывается», сколько «прочувствуется»

рефлексия

Рефлексия — попытка одного партнера детально представить и пережить то, как его воспринимает другой.

1. Процесс самопознания субъектом внутренних психических актов и состояний. Предполагает особое направление внимания на деятельность собственной души, а также достаточную зрелость субъекта. У. детей ее почти нет, и у взрослого она не разовьется, если он не проявит склонности к размышлению над самим собой и не направит специального внимания на свои внутренние процессы.

2. Как механизм взаимопонимания — осмысление субъектом того, какими средствами и почему он произвело или иное впечатление на партнера по общению.

Понятие рефлексии возникло в философии и означало процесс размышления индивида о происходящем в его собственном сознании. Декарт отождествлял рефлексию со способностью индивида сосредоточиться на содержании своих мыслей, абстрагируясь от всего внешнего, телесного. Локк разделил ощущение и рефлексию, трактуя ее как особый источник знания — внутренний опыт, в отличие от внешнего, основанного на свидетельствах органов чувств.

Эта трактовка рефлексии стала главной аксиомой психологии интроспективной. В таких представлениях преломилась реальная способность человека к самоотчету об испытываемых им фактах сознания, само-анализу собственных состояний психических.

Рефлексия в психологии социальной выступает в форме осознания действующим субъектом — лицом или общностью — того, как они в действительности воспринимаются и оцениваются другими индивидами или общностями. Она — не просто знание или понимание субъектом самого себя, но и выяснение того, как другие знают и понимают «рефлектирующего», его личностные особенности, эмоциональные реакции и когнитивные представления. Когда содержанием последних выступает предмет деятельности совместной,развивается особая форма рефлексии — отношения предметно-рефлексивные.

9. Перцептивный аспект общения в деловой сфере.

Восприятие, перцепция (от лат. perceptio) — чувственное познание предметов окружающего мира, субъективно представляющееся непосредственным.

Перцептивный аспект общения — это восприятие одним партнером другого. Оно зависит от личностных качеств воспринимающего, от его жизненного опыта, моральных установок, ситуаций и т.д

Перцептивный аспект общения — это восприятие одним партнером другого. Оно зависит от личностных качеств воспринимающего, от его жизненного опыта, моральных установок, ситуаций и т.д.

Необходимо знать следующие особенности перцепции: идентификация, стереотипизация, рефлексия, обратная связь, эмпатия.

Идентификация — это уподобление себя другому, когда представление о внутреннем состоянии партнера вырабатывается на основе попытки поставить себя на его место.

Стереотипизация — это восприятие партнера на основе некого стереотипа, т.е. прежде всего как представителя определенной социальной группы.

Рефлексия — попытка одного партнера детально представить и пережить то, как его воспринимает другой.

Обратная связь — это осмысление ответных реакций партнера по общению.

Эмпатия — это эмоциональный отклик на поведение и высказывание партнера.

Применение метода подражания основывается на склонности людей к групповым психологическим состояниям. Образно это выразил Аристотель, говоря, что люди отличаются от других живых существ тем, что в высшей степени склонны к подражанию, и первые познания человек приобретает посредством подражания. На последнее хотелось бы обратить внимание. Подражание как сознательное или бессознательное имитирование чьих-то действий, манеры поведения и мышления, широко распространено в жизни, в том числе и в деловой практике.

Более сложным является метод внушения. Это приведение путем слова или каким-то другим способом в определенное психологическое состояние (настроение, впечатление, действия) другого лица при отвлечении его волевого внимания и сосредоточения.

Отличие внушения от подражания состоит в том, что при подражании достижение цели обеспечивается наглядной выразительностью источника информации или повышенной привлекательностью исходящей от него информации. Здесь эффект образа — основа восприятия информации. А при внушении достижение цели определяется непосредственным эмоциональным воздействием, главный заряд которого несет слово.

В коммуникационном общении убеждение, внушение и подражание применяются как взаимосвязанная система методов. Руководитель призван умело их использовать во время проведения рабочих собраний, различных публичных встреч, совещаний.

Как бы ни был профессионально подготовлен руководитель, он обязан постоянно совершенствовать свою технологию общения с людьми как на массовом, так и на индивидуальном уровне. В этой связи найти свой стиль в общении с людьми — важное условие успеха. Назовем факторы, влияющие на выбор стиля коммуникационного общения:

Во-первых, состав аудитории. Здесь полезно принимать во внимание все то, что характеризует ее культурно-образовательные, национальные, возрастные, психологические и профессиональные качества. Различные аудитории предполагают специфические подходы к достижению наилучшего коммуникационного воздействия.

Во-вторых, на выбор стиля общения значительное влияние оказывают содержание и характер материала выступления. Например, в выступлении, в котором рассматриваются актуальные вопросы профессиональной деятельности, недопустим авторитарный тон, безаппеляционность высказываний. Необходимо больше проявлять доверия людям, советоваться с ними в процессе выступления. Здесь допустим доверительный обмен мнениями, открытое желание взаимно обогатиться знаниями — надежный вариант коммуникационного общения.

В-третьих, выбор стиля во многом зависит от объективной самооценки выступающим своих личностно-деловых качеств, его научной компетенции в области проблем, о которых он говорит. Важно не переоценивать и не занижать свою научно-экономическую и практическую подготовленность. Следует самокритично оценивать свои коммуникабельные качества. Выступающему следует серьезно задумываться над техникой общения, иметь привычку контролировать себя в процессе общения.

Существуют такие стили коммуникационного общения: менторский — поучительный, назидательный; одухотворяющий — возвышающий людей, вселяющий в них веру в свои духовные силы и личностные качества; конфронтационный — вызывающий у людей желание возражать, не соглашаться; информационный — ориентированный на передачу слушателям определенных сведений, восстановление в их памяти каких-то знаний.

Следует стремиться всячески освободиться от менторского общения. Остерегаться, чтобы с профессиональными успехами у руководителя не появились нотки поучающего общения. Не должно быть позы, какого — либо проявления своего интеллектуального превосходства над людьми, игнорирования их реакций на излагаемый материал.

Современные люди сдержанно относятся к информационному общению. Они хотят обмена мыслями, утверждения себя в научном понимании реальных факторов, выработки собственных убеждений. Не случайно сейчас популярно одухотворяющее общение. В процессе его люди проникаются очарованием прелести интеллектуального общения. У них актуализируется потребность в совершенствовании своего духовного мира. Одухотворяющее общение — наглядный показатель высокой культуры коммуникационного общения.

Конфронтационная манера общения в ряде случаев необходима. Бывают пассивные аудитории или аудитории, которые, как говорят, ничем не удивишь. Бывают темы выступления, которые не вызывают у людей по самым разным причинам живого интереса. Конфронтационная манера общения используется как прием активизации внимания людей, втягивания их в обсуждение проблемы. Конфронтационная манера коммуникационного общения наиболее предрасполагает к возникновению дискуссий, к противоборству различных точек зрения.

2.2 Механизмы взаимопонимания

Основными механизмами взаимопонимания в процессе общения являются идентификация, эмпатия, рефлексия, каузальная атри­буция и стереотипизация.

Идентификация и эмпатия. Идентификация — это способ понимания другого человека через осознанное или бессозна­тельное уподобление его характеристикам самого субъекта.

Термин «идентификация», буквально обозначающий отож­дествление себя с другим, выражает установленный в ряде экспе­риментальных исследований тот эмпирический факт, что одним из самых простых способов понимания другого человека является уподобление себя ему. Это, разумеется, не единственный спо­соб, но в реальных ситуациях взаимодействия люди пользуются таким приемом, когда предположение о внутреннем состоянии партнера строится на основе попытки поставить себя на его место. В этом плане идентификация выступает в качестве одного из механизмов познания и понимания другого человека. Существует много экспериментальных исследований самого процесса иденти­фикации и выяснения его роли в процессе общения. В частности, установлена тесная связь между идентификацией и другим, близ­ким по содержанию явлением — явлением эмпатии.

Описательно эмпатия также определяется как особый спо­соб понимания другого человека. Только здесь имеется в виду не рациональное осмысление проблем другого человека, а скорее стремление эмоционально откликнуться на его проблемы. Эм­патия должна быть противопоставлена пониманию в строгом смысле этого слова: слово «понимание» используется в данном случае лишь метафорически; эмпатия есть аффективное «пони­мание». Эмоциональная ее природа проявляется как раз в том, что ситуация другого человека, партнера по общению, не столько «продумывается», сколько «прочувствуется». Механизм змпатии в определенных чертах сходен с механизмом идентификации: и там, и здесь присутствует умение поставить себя на место другого, взглянуть на вещи с его точки зрения. Однако взгля­нуть на вещи с чьей-то точки зрения не обязательно означает отождествить себя с этим человеком. Если я отождествляю себя с кем-то, это значит, что я строю свое поведение так, как строит его этот «другой». Если же я проявляю к нему эмпатию, я просто принимаю во внимание линию его поведения (отношусь к ней сочувственно), но свою собственную могу строить совсем по-другому. И в том, и в другом случаях налицо будет «принятие в расчет» поведения другого человека, но результат наших совмес­тных действий будет различным: одно дело — понять партнера по общению, встав на его позицию, действуя с ним заодно, другое дело — понять его, приняв в расчет его точку зрения, даже сочувствуя ей, но действуя по-своему. И тот и другой аспекты важны, и тот и другой имеют определенную экспериментальную тенденцию своего исследования в социальной психологии.

Рефлексия.С точки зрения характеристики общения оба рассмотренных варианта требуют решения еще одного вопроса: как будет тот, «другой», т. е. партнер по общению, понимать меня. От этого будет зависеть наше взаимодействие. Иными словами, процесс понимания друг друга «осложняется» явле­нием рефлексии. Под рефлексией здесь понимается осознание индивидом того, как он воспринимается партнером по общению. Это уже не просто знание или понимание другого, но знание того, как другой понимает меня, своеобразный удвоенный процесс зеркальных отражений друг друга, глубокое, последовательное взаимоотражение, содержанием которого является воспроиз­ведение внутреннего мира партнера, причем в этом внутреннем мире в свою очередь отражается мой внутренний мир. Отсюда следует, что в процессах общения идентификация и рефлексия выступают в единстве.

Каузальная атрибуция. Как отмечалось ранее, содержание межличностного восприятия зависит от характеристик, как субъек­та, так и объекта восприятия потому, что всякое восприятие есть и определенное взаимодействие двух участников этого процесса, причем взаимодействие, имеющее две стороны: оценивание друг друга и изменение каких-то характеристик друг друга благодаря самому факту своего присутствия. В первом случае взаимодей­ствие можно констатировать по тому, что каждый из участников, оценивая другого, стремится построить определенную систему поведения. Если бы каждый человек всегда располагал полной, научно обоснованной информацией о людях, с которыми он всту­пает в общение, то он мог бы строить тактику взаимодействия с ними с безошибочной точностью. Однако в повседневной жизни индивид, как правило, не имеет подобной точной информации, что вынуждает его приписывать другим причины их действий и поступков. Причинное объяснение поступков другого человека путем приписывания ему чувств, намерений, мыслей, и мотивов поведения, называется каузальной атрибуцией (от лат. causa — причина, atributio — приписываю). Приписывание осуществля­ется либо на основе сходства поведения воспринимаемого мира с какими-то другими образцами, имевшимися в прошлом опыте субъекта восприятия, либо на основе анализа собственных мо­тивов, предполагаемых в аналогичной ситуации (и в этом случае может действовать механизм идентификации). Но так или иначе возникает целая система способов приписывания (атрибуций). Исследование каузальной атрибуции получило широкое развитие в западной социальной психологии (Г.Келли, Э. Джонс, К. Дэвис, Д. Кенноуз, Р. Нисбет, Л. Стрикленд и др.).

Если на первых порах исследований атрибуции речь шла лишь о приписывании причин поведения другого человека, то позже стали изучаться способы приписывания более широкого класса характеристик: намерений, чувств, качеств личности. Мера и степень приписывания в процессе межличностного вос­приятия зависит от двух показателей: от степени уникальности или типичности поступка и от степени его социальной «желатель­ности» или «нежелательности». В первом случае имеется в виду тот факт, что типичное поведение есть поведение, предписанное ролевыми образцами, и потому оно легче поддается интерпрета­ции. Напротив, уникальное поведение допускает много различных интерпретаций и. следовательно, дает простор приписыванию его причин и характеристик. Точно так же и во втором случае: под социально «желательным» понимается поведение, соответс­твующее социальным и культурным нормам и тем сравнительно легко и однозначно объясняемое. При нарушении таких норм (социально «нежелательное» поведение) диапазон возможных объяснений расширяется. Этот вывод близок рассуждению С. Л. Рубинштейна о свернутости процесса познания другого человека в обычных условиях и его «развернутости» в случаях отклонения от принятых образцов.

В других работах было показано, что характер атрибуций зависит и от того, выступает ли субъект восприятия сам участ­ником какого-либо события или его наблюдателем. В этих двух различных случаях избирается разный тип атрибуции. Г. Келли выделил три таких типа: личностную атрибуцию (когда причи­на приписывается лично совершающему поступок), объектную атрибуцию (когда причина приписывается тому объекту, на кото­рый направлено действие) и обстоятельственную атрибуцию (ког­да причина совершающегося приписывается обстоятельствам). Было выявлено, что наблюдатель чаще использует личностную атрибуцию, а участник склонен в большей мере объяснить совер­шающееся обстоятельствами. Эта особенность отчетливо прояв­ляется при приписывании причин успеха и неудачи: участник действия «винит» в неудаче преимущественно обстоятельства, в то время как наблюдатель «винит» за неудачу, прежде всего, са­мого исполнителя. Особый интерес также представляет и та часть теорий атрибуции, которая анализирует вопрос о приписывании ответственности за какие-либо события, что тоже имеет место при познании человеком человека.

Было также установлено, что этот процесс определяется особенностями субъекта восприятия: одни люди склонны в боль­шей мере в процессе межличностного восприятия фиксировать физические черты, и тогда «сфера» приписывания значительно сокращается, другие — воспринимают преимущественно психо­логические характеристики других людей, и в этом случае откры­вается особый «простор» для приписывания. Выявлена также зависимость приписываемых характеристик от предшествующей оценки объектов восприятия. В одном из экспериментов регист­рировались оценки двух групп детей, даваемые субъектом вос­приятия. Одна группа была составлена из «любимых», а другая— из «нелюбимых» детей. Хотя «любимые» (в данном случае более привлекательные) дети делали (намеренно) ошибки в исполнении задания, а «нелюбимые» выполняли его корректно, воспринима­ющий приписывал положительные оценки «любимым», а отрица­тельные — «нелюбимым».

Правда, наряду с этим в теориях каузальной атрибуции уделяется внимание и идее контрастных представлений, когда «плохому» человеку приписываются отрицательные черты, а сам воспринимающий оценивает себя по контрасту как носителя самых положительных черт.

В качестве разновидности механизма каузальной атрибу­ции можно рассматривать механизм стереотипизации. Стереотипизация — классификация форм поведения и интерпретация их причин путем отнесения к уже известным или кажущимся известными явлениям, т. е. отвечающим социальным стереотипам. Стереотип в данном контексте — это образ человека, который ис­пользуется как штамп. Стереотипизация может складываться как результат обобщения личного опыта субъектом межличностного восприятия, к которому присоединяют сведения, почерпнутые из книг, кинофильмов, средств массовой информации, высказы­ваний знакомых, учителей и т. д. При этом эти знания могут быть не только сомнительными, но и вовсе ошибочными. Между тем, сформировавшиеся на их основе стереотипы межличностного восприятия очень часто используются как якобы выверенные эталоны понимания других людей.

Одним из распространенных стереотипов является ант­ропологический стереотип, основанный на увязке физических характеристик человека с его психологическими особенностями. А. А. Бодалев получил в этом отношении очень интересные данные: из 72 опрошенных им людей относительно того, как они восприни­мают черты других людей, 9 ответили, что квадратный подбородок— признак сильной воли, 17 — что большой лоб — признак ума, 3 — отожествляют жесткие волосы с непокорным (жестким) характером, 16 — полноту — с добродушием, для 2 — толстые губы— символ сексуальности, для 5 — малый рост — свидетельство властности, для 5 — красота — признак глупости, для 1 человека близко посаженные друг к другу глаза означают вспыльчивость.

Широкое хождение имеют этнонациональные стереоти­пы, в которых психологическая оценка опосредована его при­надлежностью к той или иной расе, нации, этнической группе.

Простейшие примеры: «немец-педант», «темпераментный южа­нин». Это примеры нейтральных стереотипов. Однако этнические стереотипы несут в себе и социальную оценку. В современной России широкое распространение получил стереотип о «лицах кавказской национальности» как потенциальных преступниках, грабителях и убийцах.

Определенное место в межличностном восприятии занима­ют и экспрессивно-эстетические стереотипы, которые определя­ются зависимостью оценки человека от внешней привлекатель­ности человека «эффект красоты»: чем более привлекательной кажется внешность оцениваемого, тем более позитивными лич­ностными чертами он наделяется. Причем под внешней привлека­тельностью подразумевается и физическая красота, и привлека­тельность в одежде, в манере двигаться, выражать эмоции и т. д. В эксперименте с фотографиями А. Миллера испытуемые оцени­вали красивых как более уверенных в себе, счастливых, искрен­них, уравновешенных, энергичных, любезных, находчивых, более богатых духовно, чем «некрасивых».

Впервые термин «социальный стереотип» был введен У. Липпманом в 1922 г., и для него в этом термине содержался негативный оттенок, связанный с ложностью и неточностью представления. В более же широком смысле слова стереотип — это некоторый устойчивый образ какого-то явления или человека, которым пользуются как известным «сокращением» при взаимодействии с этим явлением. Стереотипы в общении, возникающие, в част­ности, при познании людьми друг друга, имеют и специфическое происхождение, и специфический смысл. Как правило, стереотип возникает на основе достаточно ограниченного прошлого опыта, в результате стремления строить выводы на базе ограниченной информации. Очень часто стереотип возникает относительно групповой принадлежности человека, например, принадлежности его к какой-то профессии. Тогда ярко выраженные профессио­нальные черты у встреченных в прошлом представителей этой профессии рассматриваются как черты, присущие всякому пред­ставителю этой профессии («все учительницы назидательны», «все бухгалтеры — педанты» и т. д.). Здесь проявляется тенденция «извлекать смысл» из предшествующего опыта, строить заключе­ния по сходству с этим предшествующим опытом, не смущаясь его ограниченностью.

Стереотипизация в процессе познания людьми друг друга может привести к двум различным следствиям. С одной сторо­ны, это приводит к определенному упрощению процесса познания другого человека; в этом случае стереотип не обязательно несет

на себе оценочную нагрузку: в восприятии другого человека не происходит «сдвига» в сторону его эмоционального принятия или неприятия. Остается просто упрощенный подход, который хотя и не способствует точности построения образа другого, заставляет заменить его часто штампом. Во втором случае стереотипизация приводит к возникновению предубеждения. Если суждение стро­ится на основе прошлого ограниченного опыта, а опыт этот был негативным, всякое новое восприятие представителя, например, той же самой группы окрашивается неприязнью. Возникновение таких предубеждений зафиксировано в многочисленных экспе­риментальных исследованиях, но естественно, что они особенно отрицательно проявляют себя не в условиях лаборатории, а в ус­ловиях реальной жизни, когда могут нанести серьезный вред не только общению людей между собой, но и их взаимоотношениям. Особенно опасными являются этнические стереотипы, когда на основе ограниченной информации об отдельных представителях каких-либо этнических групп строятся предвзятые выводы отно­сительно всей группы.

Среди механизмов межличностного восприятия заметную роль играют так называемые «эффекты».

Эффект первичности. Суть его состоит в том, что первое впечатление о человеке, первая по порядку личностная информа­ция, полученная о нем воспринимающим лицом, способна оказать более сильное и достаточно устойчивое влияние на формирование его образа. Иногда это явление называют эффектом ореола. Если, например, первое впечатление о другом человеке в силу сложив­шихся обстоятельств оказалось положительным, то на его основе в дальнейшем формируется положительный образ данного чело­века, который становится в дальнейшем своеобразным фильтром (ореолом), пропускающим в сознание воспринимающего только ту информацию о воспринимаемом, которая согласуется с первым впечатлением. Если, напротив, первое впечатление почему-то оказалось отрицательным, то в сознание воспринимающего попа­дает лишь та информация о воспринимаемом, которая по преиму­ществу отрицательна. Такое происходит, по крайней мере, на пер­вых порах межличностного общения данных людей. Поскольку обстоятельства встречи этих людей могут оказаться самыми раз­ными, случайно зависящими от обстановки, настроения, состоя­ния этих людей и многого другого, то их первое впечатление друг о друге может оказаться (и чаще всего оказывается) неправиль­ным. Однако если первая личностная информация о человеке оказалась правильной, тогда этот эффект играет положительную роль, способствует быстрой и эффективной преднастройке людей в общении друг с другом.

Эффект новизны — противоположен эффекту первичнос­ти. Он касается не первого, а последнего по порядку из получен­ных впечатлений о человеке. Та информация, которая в -памя­ти отложилась последней по порядку, также способна оказать сильное влияние на последующее восприятие и оценку данного человека (за исключением первого впечатления). Над последними по порядку сведениями о другом человеке индивид может пораз­мыслить, спокойно обдумать и взвесить их. Они как бы заменяют, вытесняют из памяти то, что было раньше известно о данном человеке и в текущий момент времени выходит на первый план. Эффект первичности и эффект новизны своим возникновением обязаны, в частности, уже упомянутому закону долговременной памяти, согласно которому лучше всего запоминается то, что было вначале и в конце.

Особый круг проблем межличностной перцепции возни­кает в связи с включение в этот процесс специфических эмо­циональных регуляторов. Люди не просто воспринимают друг друга, но формируют друг по отношению к другу определенные отношения. На основе сделанных оценок рождается разнообраз­ная гамма чувств — от неприятия того или иного человека до симпатии, даже любви к нему. Область исследований, связанных с выявлением механизмов образования различных эмоциональ­ных отношений к воспринимаемому человеку, поручила назва­ние исследования аттракции. Буквально аттракция — привле­чение, но специфический оттенок в значении этого слова в рус­ском языке не передает всего содержания понятия «аттракция». Аттракция — это и процесс формирования привлекательности какого-то человека для воспринимающего, и продукт этого процесса, т. е. некоторое качество отношения. Эту многознач­ность термина особенно важно подчеркнуть и иметь в виду, ког­да аттракция исследуется не сама по себе, а в контексте тре­тьей, перцептивной, стороны общения. С одной стороны, встает вопрос о том, каков механизм формирования привязанностей, дружеских чувств или, наоборот, неприязни при восприятии другого человека, а с другой стороны — какова роль этого явле­ния (и процесса, и «продукта» его) в структуре общения в целом, в развитии его как определенной системы, включающей в себя и обмен информацией, и взаимодействие, и установление взаимо­понимания.

Включение аттракции в процесс межличностного воспри­ятия с особой четкостью раскрывает ту характеристику чело­веческого общения, которая уже отмечалась выше, а именно тот факт, что общение всегда есть реализация определенных отношений (как общественных, так и межличностных). Аттракция связана преимущественно с этим вторым типом отношений, реа­лизуемых в общении.

Исследование аттракции в социальной психологии — срав­нительно новая область. Возникновение этой области исследова­ний связано с ломкой определенных предубеждений. Долгое вре­мя считалось, что сфера изучения таки феноменов, как дружба, симпатия, любовь, не может быть областью научного анализа, ско­рее, это область искусства, литературы и т. д. До сих пор встреча­ется точка зрения, что рассмотрение этих явлений наукой натал­кивается на непреодолимые препятствия не только вследствие сложности изучаемых явлений, но и вследствие различных воз­никающих здесь этических затруднений.

Однако логика изучения межличностного восприятия за­ставила социальную психологию «принять» и эту проблематику, и в настоящее время насчитывается довольно большое количество экспериментальных работ и теоретических обобщений в этой об­ласти. Рассмотрим подробней феномен аттракции.

Идентификация с помощью мультимедийных символов — Связь

Введение

Одно из преимуществ коммуникации, особенно массовой коммуникации, заключается в том, что она позволяет нам быть частью многих событий, к которым наше непосредственное окружение не предоставляет доступа. Мы можем познакомиться со многими местами, событиями, достопримечательностями и звуками через общение с другими людьми и средствами массовой информации. Детали этих переживаний рассказываются в историях, но мы можем испытать их более полно, приняв точку зрения главных героев, которые в них участвовали.Взгляд персонажа позволяет нам увидеть мир его или ее глазами, почувствовать его чувства и принять цели персонажа. Это позволяет аудитории вызывать эмоциональные и сочувственные ответы, которые создают более значимый медиа-опыт. Это называется «отождествлением с персонажем», что означает принятие личности персонажа и опосредованное переживание событий изнутри этой личности. Идентификация происходит в основном в повествовательных текстах, которые приглашают зрителей принять точку зрения персонажей, в отличие от жанров, которые напрямую обращаются к членам аудитории или каким-либо иным образом напоминают зрителям или читателям о себе.Однако идентификация, возможно, может происходить в не описательных текстах, таких как спорт, реалити-шоу или игровые шоу, где люди становятся эмоционально вовлеченными и могут потерять себя в персонаже или игроке, принимая его или ее точку зрения, цели и эмоции. Однако важно отметить, что идентификация — это один из нескольких способов взаимодействия аудитории с медийными личностями, и поэтому ее следует отличать от парасоциального взаимодействия, поклонения, имитации или социального сравнения. Идентификация требует, чтобы аудитория забыла о своей позиции в качестве зрителей и взяла на себя роль персонажа или игрока и, по крайней мере, на мгновение почувствовала себя частью действия.Поскольку идентификация усиливает эмоциональные реакции на рассказы, расширяет кругозор человека, создавая новое понимание, и обеспечивает доступ ко многим новым переживаниям, это ключевой компонент развлечения. Принимая перспективу и личность персонажа, люди также удаляются от своей повседневной рутины и повседневной жизни, что является еще одной важной частью развлечения. Таким образом, идентификация является важнейшим компонентом вовлечения аудитории в теле- и радиосериалы, фильмы и видеоигры, и было показано, что она также является важным условием воздействия, которое эти средства массовой информации оказывают на их аудиторию.Делясь точками зрения и создавая новое понимание, человек развивает более глубокое и значимое общение. Таким образом, желание создать идентификацию считается важным в риторике и убедительной коммуникации, а также в изучении развлечений. В этой библиографии будет представлено множество источников, в которых обсуждаются классические источники по идентификации, даются более современные концептуальные определения и исследуются причины и последствия идентификации, включая ее роль в исследованиях медиа-эффектов.В эту библиографию включены источники, проливающие свет на идентификацию, как определено выше, независимо от того, используют ли сами источники термин идентификация . За прошедшие десятилетия определения эволюционировали, а различия стали более точными, но многие ранние ученые изучали идентификацию под разными терминами. В то же время ученые из различных субдисциплин коммуникации, а тем более из других дисциплин, часто используют другие термины для обсуждения схожих явлений, но, тем не менее, их работа важна.

Классические источники

Термин идентификация использовался для описания психологического процесса, прежде чем он стал широко используемым понятием в исследованиях СМИ. Прежде всего, психоаналитическая теория рассматривала идентификацию (мужского) ребенка со своим отцом как решающую стадию психосексуального развития, как описано у Зигмунда Фрейда в его Очерках психоанализа (Freud1989 [первоначально опубликовано в 1940 году]). Возможно, лучшее описание идентификации с психоаналитической точки зрения дано в Wollheim 1974, в котором основное внимание уделяется объяснению природы идентификации как воображаемого процесса.Эриксон 1968 видел идентификацию с другими людьми как типичную для подростков, способ для них экспериментировать или «примерить» различные идентичности и социальные роли как часть формирования собственной самоидентификации. Основываясь на Фрейде, Адорно и др. 1950 утверждал, что неспособность завершить этот этап связана с развитием авторитарной личности. Беттельхейм 1976 использовал понятие идентификации для обозначения того, как заключенные принимают мировоззрение своих захватчиков как средство выживания.Burke 1950 обсуждает попытку говорящего создать идентификацию среди своих слушателей как цель эффективной риторики и как способ для говорящих создать эмоциональную связь со своей аудиторией и убедить ее. Кельман 1961 утверждал, что существует три уровня убеждения, высшим из которых является идентификация, с помощью которого членов аудитории не только убеждают делать то, что их просят, но и принимают убедительное сообщение как свое собственное. Хотя эти классические источники сильно различаются, все они рассматривают идентификацию как относящуюся к слиянию точек зрения и идентичностей, и все видят большое значение в этом процессе.

  • Адорно, Теодор. W., Эльза Френкель-Брунсвик, Дэниел Дж. Левинсон и Р. Невитт Сэнфорд. 1950. Авторитарная личность . Нью-Йорк: Харпер.

    Авторы определили авторитаризм как черту личности. Они представили теорию и множество исследований, пытающихся объяснить корни того, почему такая черта развивается у некоторых людей, и они утверждали, что это происходит из-за неполной идентификации с отцом, которая оставляет человека незащищенным и чрезмерным стремлением к социальному порядку. и послушание.

  • Беттельхайм, Бруно. 1976. Использование чар: значение и важность сказок . Нью-Йорк: Кнопф.

    Автор, будучи узником концентрационных лагерей Второй мировой войны, заметил, что заключенные не только соблюдали правила тюрьмы, потому что их заставляли, но также часто приходили к рассмотрению правил, норм, взглядов и верований. их похитители как обычно. Другими словами, они усвоили мировоззрение нацистов, и это помогло им выжить в среде, в которой они не могли контролировать свою жизнь.

  • Берк, Кеннет. 1950. Риторика мотивов . Беркли: Univ. Калифорнийской прессы.

    Берк продолжил греческую традицию в своем исследовании риторики и утверждал, что говорящий должен вызывать у слушателей чувство сходства и, таким образом, «отождествлять свои пути со своими» (стр. 55). Идентификация определяется как со-субстанциальность, и Берк утверждал, что для того, чтобы ритор был успешным, он или она должны заставить аудиторию не только понять и принять сообщение, но и поделиться своими мотивами.

  • Эриксон, Эрик. 1968. Идентичность, молодежь и кризис . Нью-Йорк: Нортон.

    Эриксон рассказал о процессе развития у подростков самоидентификации. Этот процесс включает в себя опробование различных моделей поведения, стилей одежды и речи, идентичностей и личностей, чтобы увидеть, как они себя чувствуют и как на них реагируют другие. Последовательные идентификации позволяют детям, подросткам и, наконец, взрослым усвоить черты, поведение и установки, которые становятся частью их личности.

  • Фрейд, Зигмунд. 1989. Очерк психоанализа . Перевод Дж. Стрэчи. Нью-Йорк: Нортон.

    Оригинальная работа опубликована в 1940 году. В этой работе Фрейд описал свой психоаналитический подход и психосексуальную теорию развития. Фрейд рассматривал идентификацию как механизм, с помощью которого дети справляются с эдиповым комплексом, принимая отцовскую идентичность, и с помощью которого родители становятся частью личности. Это понятие идентификации лежит в основе большей части более поздних работ по идентификации исследователей СМИ.

  • Кельман, Герман К. 1961. Процессы изменения мнения. Общественное мнение ежеквартально 25.1: 57–78.

    DOI: 10.1086 / 266996

    Кельман предложил теорию изменения мнения, направленную на понимание отношения как предшественника поведения. Один из трех процессов, предложенных Кельманом для объяснения изменения отношения, — это отождествление аудитории с говорящим. Когда оратор достаточно привлекателен и убедителен, чтобы заставить аудиторию идентифицироваться с ним или с ней, предлагаемые установки перенимаются аудиторией и становятся их собственными.

  • Воллхейм, Ричард. 1974. Идентификация и воображение. В Фрейд: Сборник критических эссе . Под редакцией Р. Воллхейма, 172–195. Нью-Йорк: Анкор / Даблдей.

    Работа Воллхейма важна, потому что, хотя он продолжил фрейдистскую традицию, он расширил наше понимание идентификации и отличил его от подражания. Как и Фрейд, Волльхейм рассматривал идентификацию как чисто воображаемый и внутренний процесс, тогда как подражание — это внешний и поведенческий процесс.Идентификация, согласно Воллхейму, похожа на театральную роль другого человека, которую мы сами пишем на основе нашего понимания другого. То есть идентификация — это слияние идентичности одного человека с идентичностью другого.

Пользователи без подписки не могут видеть полный контент на эта страница. Пожалуйста, подпишитесь или войдите.

Что вам нужно знать: идентификация — связь

Идентификация — это ключевой термин в современной риторической теории, который описывает фундаментальный процесс
использования символов для преодоления внутренних разделений между людьми.Это важно для понимания возрастающей сложности процесса социального влияния как нелинейного, иногда непреднамеренного и потенциально невербального. В этой статье мы исследуем переход от старой риторики к новой, концепции идентификации и консубстанциальности, а также три стратегии идентификации.

Теория

или старая риторика до 20-го века была убеждением, концепцией, которая подчеркивала преднамеренный дизайн сообщений риторами, когда они пытались убедить аудиторию.Среди старой риторики — определение доступных средств убеждения Аристотелем, а также средневековый акцент на достоверности религиозных текстов, эпистемология 18 века и ораторское движение начала 19 века. Общим знаменателем старой риторики был упор на преднамеренное создание влияния

«Идентификация», по словам Кеннета Берка, его основного автора, — это термин, который ассоциируется с современной риторикой, потому что он признает сложность взаимодействий, которые могут не иметь единственного идентифицируемого ритора, направляющего сообщение определенной известной аудитории.Для современных теоретиков идентификация позволяет бессознательному или незапланированному значению влиять на многих людей разными способами. В отличие от традиционной риторики, это удаляет из уравнения намерение и планирование. Итак, если интересы A совпадают с интересами B, они отождествляются друг с другом, даже если A и B не идентичны. В той степени, в которой А и В отождествляются друг с другом, они стали единосущными. Для Берка консубстанциальность — это способ действовать вместе, делиться ощущениями, идеями, взглядами и подходами к жизни.Это позволяет людям преодолеть, хотя и временно, присущее им биологическое разделение и разделение, созданное социальными иерархиями. И именно через консубстанциальность достигается идентификация.
Литтлджон, Стивен В. и Карен А. Флосс. (2009). Энциклопедия теории коммуникации. США: SAGE.178-179

Penanggungjawab насках:

Гейес Махесту
Эдвина Аю Кустиаван

Куигли

Куигли «Идентификация» как ключ Термин в риторической теории Кеннета Берка

Брук Л.Куигли
Мемфисский университет

В Риторика мотивов (1969), Кеннет Берк выбирает «идентификацию» в качестве ключевого термина, чтобы отличить его риторическая перспектива из традиции, характеризуемой термином «убеждение». Как он осторожно отмечает, его сосредоточенность на идентификации не означает, что он отвергает традиционный фокус на убеждении; его вклад — аксессуар к традиционному фокусу, и он использует обе концепции в своем собственном мышлении. Берк видит, что взаимодействия в нашем современном мире в некотором роде «сложнее», чем можно понять, рассматривая только убеждение как явные, преднамеренные действия, которые ритор направляет к определенному, известная аудитория.Следующее обсуждение предлагает краткое определение некоторых элементы концепции «идентификации» Берка и описывает несколько способов этот термин расширяет наше традиционное понимание «убеждения».

Берк объясняет идентификацию как процесс, который имеет фундаментальное значение для человеческого существования и общения. Он утверждает что потребность в идентификации возникает вне разделения; люди рождаются и существуют как биологически отдельные существа и поэтому стремятся идентифицировать через общение, чтобы преодолеть обособленность.Мы знаем об этом биологическое разделение, и мы признаем дополнительные типы разделения на основе социального класса или положения. Мы испытываем неоднозначность бытия отделены, но отождествляются с другими одновременно: мы «оба соединены и разделены, одновременно являясь отдельной субстанцией и единосущной с другой ». (Берк, 1969, стр. 21).

Берк предполагает, что мы не только обособленности, но движимы духом порядка, иерархии и чувства виноваты в различиях между собой и другими (занимающими разные позиции в социальной иерархии) и о нашей неизбежной неспособности всегда поддерживайте порядок, авторитет и иерархию.Как утверждает Берк, «Идентификация утверждается с серьезностью именно потому, что существует разделение. Удостоверение личности компенсирует разделение »(Burke, 1969, стр. 22). Чтобы преодолеть наше разделение и наша вина, мы ищем способы, которыми наши интересы, отношения, ценности, опыт, восприятие и материальные свойства делятся с другими, или может показаться, что им поделились. Эти примеры «перекрытия» делают нас «единосущными». с остальными. Мы постоянно стремимся быть связанными с определенными людьми или группы (а не другие), занимают определенное положение в иерархии социальных отношения, и избавиться от вины, которую мы несем.

По мнению Берка, человеческая потребность для идентификации предоставляет богатый ресурс для тех, кто хочет присоединиться к нам или, что более важно, убедить нас. Человеческий агент Берка отдельный и виновен, «движим духом совершенства» и в этом непростом состоянии таким образом, «доступный» искусству тех, кто пытается овладеть влиянием во благо или во зло. Ключевой частью письменной миссии Берка является что мы понимаем процессы, с помощью которых мы строим социальную сплоченность через наше использование языка.Его цель — научиться понимать, в каких точках мы используем и злоупотребляем языком, чтобы затуманить наше видение, создать путаницу, или оправдать различные и всегда присутствующие склонности к конфликтам, войне и разрушение — или наши одинаково присутствующие склонности к сотрудничеству, миру и выживание. Таким образом, Берк видит в таких процессах, как идентификация, разработка повседневных мирских процессов социальной жизни, а также более значительный выбор, который может привести к разрушению нашей корпорации или спасение.

Концепция идентификации Берка необходимо рассматривать в контексте его понимания языка как символическое действие. Люди — актеры. Использование языка — это один из способов действовать в мире, и для нас действовать, используя язык, является нашей самой определяющей характерная черта. По самой своей природе мы существа, которые откликаются на символы, и используют символы и злоупотребляют символами. Люди действуют, используя язык, является целенаправленным и передает наши взгляды. Именно из этого понимания что Берк определяет риторику как «использование слов людьми агенты для формирования отношения или побуждения к действиям других агентов-людей.»(Берк, 1969, стр. 41). С этой точки зрения идентификация включает в себя как минимум три типа процессов или состояний: 1) процесс присвоения имени чему-либо (или кого-то) в зависимости от конкретных свойств; 2) процесс ассоциирования с другими и отмежевание от других — предполагая, что люди (и идеи или вещи) разделяют или не разделяют важные общие качества; и 3) продукт или конечный результат идентификации — состояние консубстанции с остальными. Это процесс ассоциации, при котором люди убеждают других или самих себя, что они разделяют важные общие качества, что находится в центре внимания настоящего обсуждения.

Берк описывает наиболее очевидные случай ассоциирующего типа убеждения в традиционных терминах, как форма явного дизайна: «спикер убеждает аудиторию, используя стилистические идентификации; его действие убеждения может иметь целью вызвать аудитория отождествляет себя с интересами говорящего … »(1969, п. 46). Примеры преднамеренных попыток идентификации Берка включают: политик, который в разговоре с фермерами сказал: «Я сам был фермером», (1969, стр.xiv) или «поцелуй младенца» способы политика целовать женщин на своих младенцев »(Берк, 1966, стр. 302). Используя точку зрения Берка, Чейни (1983) исследовал способы, которыми организации стремятся установить такие общие общайтесь напрямую с сотрудниками через информационные бюллетени. Чейни также смотрит на два типа стратегий идентификации, обсуждаемых Бёрком, которые менее прямой: идентификация по антитезису, когда говорящий способствует идентификации со слушателем в силу «врага» и говорящий, и слушатель в общем; и идентификация с помощью «предполагаемого мы», когда говорящий использует такие ссылки, как «мы», что в значительной степени остается незамеченным, но позволяет говорящий, чтобы сгруппировать партии, у которых мало общего.

В этой статье несколько измерений понимания Бёрком идентификации на основе общих оснований. со ссылкой на общественный резонанс после смерти принцессы Дианы в Август 1997 года. На момент ее смерти люди в Англии, США, и в других местах были взяты интервью в рамках недели беспрецедентного телевидения покрытие. Многие, кто делились воспоминаниями о ней, особенно молодые женщины, комментировали способами, которые предполагали, что они отождествляли себя с принцессой Дианой на разных этапах в ее общественной жизни.Однако многие женщины и мужчины были удивлены их собственный ответ горя или беспокойства, не осознав, пока ее внезапный смерть, что они чувствовали значительную связь с ней. Отчасти их ответ предполагает, что они отождествляли себя с ней так, как не осознавали (Куигли, 1998). Используя точку зрения Берка на идентификацию, мы можем исследовать некоторые из менее очевидных способов, которыми люди могли идентифицировать себя с принцессой Диана, чтобы указать возможные пути анализа, которые могут помочь объяснить ее явно широкая привлекательность.Перспектива Берка также позволяет нам учитывать что идентификация в современном обществе может происходить через средства массовой информации и может вовлекать большую и разрозненную аудиторию.
Идентификация по форме. Согласно по словам Берка, «многие чисто формальные модели могут пробудить отношение к сотрудничеству ожидания в нас «. (Burke, 1969, стр. 58). Как только мы уловим тенденцию форма, она приглашает к участию. Так обстоит дело с формами, такими как тропы и фигурки, а также может иметь место с более крупными формами, такими как рассказ или миф.Идентификация с принцессой Дианой, возможно, значительно облегчилась в очень знакомой мифической форме — истории малоизвестной молодой девушки, которая встречает принца и находит, что ее жизнь изменилась. Многочисленные репортеры новостей и многие люди, опрошенные во время смерти принцессы Дианы назвал ее «сборник рассказов» или «сказку» о романах и свадьбах. Несмотря на то эти люди не сказали, что они действительно верят в такую ​​историю, некоторые показали, что в то время они были вовлечены в празднование.Это возможно, эти и другие лица, особенно молодые женщины, идентифицированы с принцессой и королевской семьей и, возможно, надеялись, на каком-то уровне, что знакомая и сильная история окажется правдой. Берк бы чтобы мы были в поисках таких приглашений, чтобы идентифицировать себя через знакомые и привлекательные формы.

Идентификация как в полубессознательном состоянии.

В процессах, «не полностью преднамеренных, но не бессознательных», говорящий может использовать язык и другие символы, связанные с богатством, классом или аудиторией участник может идентифицировать себя с такими нюансами богатства, не осознавая полностью этого (Burke, 1969).Точка зрения Берка предполагает, что мы рассматриваем влияние сообщений, которые мы не собираемся отправлять или не сознательно намерены прислушаться. Такие возможности полусознательной идентификации могут быть ожидается, что произойдет, особенно когда существует «тайна», возникающая в результате иерархическое отчуждение, как в отношениях между членами королевской семьи. и простолюдины. «Тайна возникает там, где разные виды существ находятся в общении. Странность есть, но есть и возможность общение »(Берк, 1969, стр.115).

По словам Берка, одного современника термин, который мы могли бы использовать для описания тайны, — это «гламур», и это, безусловно, Термин часто используется в связи с принцессой Дианой. Вовремя королевскую свадьбу, люди могли узнать по присутствию Например, униформа, знаки отличия, экипаж и зрелище мероприятия. В последующие годы принцессу Диану часто считали гламурной и красивой. общественный образ жизни. Не задумываясь об этом, многие, возможно, определили с принцессой во время свадьбы и в другое время частично, через символы богатства, класса и гламура, которые добавляли смысла отчуждения и тайны, но приглашенного причастия.

Идентификация через уговоры.

Берк предполагает, что существенная часть идентификации происходит через самоубийства; мы способствуем социальной сплоченности посредством наших бесчисленных отождествления, частично путем убеждения самих себя. В некоторых случаях процесс убеждения не завершен, пока мы не будем действовать риторически (Берк, 1969). Картина индивидуального сознания Берка — одна из шумный и спорящий парламент, в котором могут подняться разные фракции по важности в разное время.Какая бы фракция ни отвечала время может убедить с помощью тщательно подобранного языка (в том числе целенаправленно расплывчатый, неточный язык), другие члены, составляющие сложный себя, тем самым «завершая» процесс убеждения, начатый вне личности. Сообщалось, что во время смерти принцессы Дианы она часто объект критики в британской прессе, но простые люди » веры «с ней. Перед лицом как положительных, так и отрицательных новостных сообщений, те, кто сохранил веру, возможно, рационализировали свой выбор внутренними способами это усиливало их отождествление с ней.

Идентификация через обыденное и повторяющееся.

Хотя нам, очевидно, выгодно сосредоточиться на разовых мероприятиях, такие как особенно важное или эффективное выступление, мы также можем извлечь выгоду из изучение менее важных, повторяющихся сообщений, с которыми мы можем идентифицироваться. В нашей насыщенной СМИ среде мы постоянно получаем сообщения это не просто обыденно, но иногда раздражает и неприятно. В виде Берк заявляет: «И часто мы должны думать о риторике не с точки зрения некоторых один конкретный адрес, но в качестве общей совокупности идентификационных данных, которые должны их убедительность гораздо больше банального повторения и скучного ежедневного подкрепления чем исключительное риторическое мастерство.»(Берк, 1969, стр. 26). Он не стал бы заставляют нас игнорировать или отвергать такую ​​скучную и вездесущую плату за проезд. В их шоке после смерти принцессы Дианы некоторые люди отметили, что она стала как член их семьи в том, что она была ежедневным присутствием, появляясь через газеты и телевидение. Возможно, что люди, особенно британцы, отождествлявшиеся с ней во многих мелочах, когда она стала часть ткани повседневной жизни.

Идентификация через представление.

Еще один способ идентификации — это опосредованный обмен в роль лидера или представителя (Burke, 1973). Многие люди брали интервью о Принцесса Диана сказала, что они чувствовали связь с ней в ее различных ролях как молодая невеста, мать, светская львица, мать-одиночка и крестоносец. Как она «выросла» в своей роли, хотя временами она делала это неловко, многие, кто следил за ее деятельностью, чувствовал, что она представляет их и их страну. В описывая свою продолжающуюся работу в благотворительных организациях и по разным причинам после нее развод, ее часто описывали как «посланницу доброй воли».» Так было независимо от того, была ли она в чужой стране или в гостях. хоспис против СПИДа в ее собственной стране. Это были места, где обычные люди не идти, и она была замечена идущей вместо них. Те, кто отождествляют себя с ней как тип лидера, возможно, также чувствовали, что они участвовали в ее преобразованиях — от застенчивая молодая девушка и гламурная светская львица, от декоративной королевской особи до преданной крестоносец. Она смогла изменить свою личность, и другие, возможно, чувствовали, отождествляя себя с ней, они тоже могли. Возможность трансформации это интересная перспектива, и для многих будет привлекательным приглашением к идентификации.Таким образом, принцесса Диана могла представлять других через ее очень заметный образ жизни и работа, а также благодаря ее способности преобразовать себя.

Очевидно, что взгляд Берка на идентификация намного шире, чем несколько обсуждаемых здесь измерений. Однако эти размеры предлагают краткий обзор возможностей для изучения идентификация как иное, чем прямая и преднамеренная стратегия, используемая ритор, чтобы убедить аудиторию. Берк призывает нас смотреть на процессы полусознательные, менее очевидные, приземленные и репрезентативные, процессы, которые приглашают нас к сотрудничеству в идентификации и преобразовании.Понимание Берка заставляет нас задавать расширенный набор вопросов, когда пытаясь объяснить такие события, как подавляющая общественная реакция на принцессу Смерть Дианы. Хотя ссылка на процессы идентификации не может объяснить все аспекты привлекательности общественного деятеля, это, безусловно, один важный проспект для изучения. Для такого исследования Берк предоставил дополнительные инструменты, которые могут помочь нам понять убеждение как сложный и богатый явление.

Список литературы

Берк, К.(1966). Язык как символическое действие: Очерки жизни, литературы и метода . Беркли: Калифорнийский университет Press.

Берк, К. (1969). Риторика Мотивы . Беркли: Калифорнийский университет Press. (Оригинальная работа опубликована 1950)

Берк, К. (1973). Философия литературной формы: Этюды символического действия . (3-е изд.). Беркли, Калифорния: Калифорнийский университет Press.

Чейни Г. (1983). Риторика идентификация и изучение организационной коммуникации. Ежеквартально Журнал речи , 69, 143-158.

Куигли Б. (1989). Формы идентификации очевидно в публичной реакции на смерть принцессы Дианы. Документ представлен на Конвенция Ассоциации связи южных штатов, Сан-Антонио, Техас.





оценок сотрудников внутренней коммуникации и ее влияние на идентификацию на разных уровнях организации

РЕЗЮМЕ Организациям необходимо участие сотрудников через голосовое поведение в условия обмена информацией, мнениями и генерации ценных идей в их рабочие места.Такое конструктивное голосовое поведение увеличивает организационную эффективность на рабочем месте. Таким образом, цель данного исследования — разработать прогнозирующая модель голосового поведения сотрудников на основе антецедентов голоса (расширение прав и возможностей лидерства, способность к организационному обучению, отношения с руководитель, удовлетворенность работой, доверие организации, идентификация организации и общение) по избранным частным высшим учебным заведениям (PHLEI) на Филиппинах. Был использован поперечный дизайн, и участники были выбраны с использованием удобный метод выборки.Данные были собраны из 7PHLEI в Кавите. область. Из 650 разосланных анкет вернули только 440. Описательный статистика, t-критерий, односторонний дисперсионный анализ, корреляция Пирсона и анализ путей были используется для ответа на исследовательские вопросы исследования. Используя корреляцию Пирсона, это исследование показало, что существует сильная положительная корреляция между независимыми переменными (расширение прав и возможностей руководства, способность к организационному обучению, отношения с руководителем, удовлетворенность работой, организационное доверие, организационная идентификация и коммуникация) и зависимая переменная (поведение голоса) при p = 0.01. Используя описательную статистику, Исследование показало, что пол не имеет существенных различий по всем параметрам. На Напротив, есть существенные различия в удовлетворенности работой между женатыми и женатыми. не состоящие в браке участники, указывающие на то, что состоящие в браке люди более удовлетворены своими рабочие места. Кроме того, возраст и уровень образования показали существенные различия по все независимые переменные, но не на поведение голоса. Точно так же разные слои менеджеры понимают голосовое поведение иначе, чем их управленческая иерархия растет.Кроме того, есть существенные различия по всем переменным в отношении годам службы. Это исследование показало, что все независимые переменные объясняют 33% вариативность модели при расширении прав и возможностей лидерства оказалась лучшим прогнозом переменная модели. Таким образом, это исследование достигло своей цели в разработке прогнозирующая модель голосового поведения сотрудников для PHLEI на Филиппинах. Ожидается, что модель инициирует участие сотрудников путем обмена конструктивная информация, идеи, предложения, мнения, навыки и опыт для организационный рост.Практическое значение для практиков и Рекомендации для дальнейших будущих исследований даны в области исследования.

Исследовательский центр Келлера | Университет Бэйлора

Марлен Нил, доктор философии, Линьцзюань Рита Мен, доктор философии, и Сен Эйприл Юэ, кандидат наук

На динамичном рынке изменения неизбежны для обеспечения долгосрочной устойчивости организации. При проактивном подходе успешные организационные изменения могут послужить активом, приносящим творческих лидеров отрасли и явным конкурентным преимуществом.Однако для менеджеров и сторонников перемен очень неприятно обнаруживать, что более 70% программ преобразований терпят неудачу. 1 Принимая во внимание такую ​​устрашающую статистику, управление изменениями обычно рассматривается как сложное мероприятие, которое часто снижает положительную ценность организационных изменений.

Чтобы внести свой вклад в растущее понимание управления изменениями и коммуникации, наша команда провела исследование с особым вниманием к отношениям и поведенческим реакциям сотрудников на попытки изменения.Мы эффективно определили два ключевых фактора, которые заслуживают внимания руководства в контексте управления изменениями: коммуникационный климат и организационная идентификация.

Определение коммуникационного климата и организационная идентификация

Хороший коммуникационный климат и надежная организационная идентификация среди сотрудников могут повысить вероятность того, что ваша организация преуспеет в своих инициативах по изменениям, что позволит вам оставаться в числе 30% успешных программ изменений.Коммуникационный климат формально определяется как «восприятие сотрудниками качества взаимоотношений и коммуникации в организации». 2,3 На эти представления влияет качество и объем общения на рабочем месте, который воспринимают сотрудники. 4,5,6 Во-вторых, организационная идентификация указывает на степень, в которой сотрудники определяют себя по характеристикам, которые они приписывают своей организации. 7,8 Когда сотрудники имеют высокую организационную идентичность, они, вероятно, будут вести себя позитивно, что поддерживает интересы их организации, что также служит «поддержанию их позитивной самооценки, основанной на их членстве в организации.” 9

Наши исследования и выводы

Наша исследовательская группа получила ответы на вопросы опросов от более чем 1000 сотрудников фирм различных отраслей, каждая из которых в настоящее время претерпевает значительные организационные изменения (или претерпела в последние два года). Используя эти данные, наша команда проверила семь гипотез и получила семь статистически значимых результатов в поддержку наших гипотез.

Во-первых, прошлые исследования демонстрируют четкую связь между аффективной (или эмоциональной) приверженностью сотрудника своей организации и способностью справляться с организационными изменениями. 10,11 Основанная на этом исследовании, наша первая гипотеза была направлена ​​на установление связи между эмоциональной приверженностью сотрудников переменам и их ощутимой поведенческой поддержкой изменений. Эта поведенческая поддержка включала в себя такие действия, как дополнительные часы работы, чтобы помочь отстаивать изменения и отстаивание достоинств этих изменений перед своими друзьями и коллегами. Анализ подтвердил эту взаимосвязь, подтвердив, что сотрудники, приверженные ценности и положительным результатам организационных изменений, также с большей вероятностью поддержали инициативу изменения своими поведенческими действиями.

Затем мы оценили влияние благоприятного климата общения на эмоциональную приверженность сотрудников переменам и их поведенческую поддержку. В частности, наша вторая и третья гипотезы предполагали, что сотрудники будут предлагать свою приверженность и поддержку в обмен на открытую, честную, взаимную и привлекательную коммуникационную атмосферу. Эмпирические данные показывают, что коммуникационный климат, определяемый открытостью в общении и вовлеченностью сотрудников в процесс принятия решений об изменениях, будет способствовать как эмоциональной приверженности, так и поведенческой поддержке организационных изменений.В конечном счете, этот открытый климат обеспечивает легитимность и поощряет позитив, которые работают вместе, повышая вероятность того, что усилия по изменениям увенчаются успехом.

Кроме того, существующие исследования показывают, что открытая, доверчивая откровенность облегчает информационный поток, а вовлечение сотрудников в процесс управления изменениями создает чувство принадлежности и собственности во время процесса изменений. 12 Таким образом, наша четвертая гипотеза предлагает коммуникативный климат положительно влияет на организационную идентификацию сотрудников.Как мы и предполагали, данные убедительно свидетельствуют о том, что сильный коммуникационный климат в организации создает у сотрудников чувство принадлежности и прочных связей с организацией.

Наши пятая и шестая гипотезы предполагают, что организационная идентификация положительно влияет на эмоциональную приверженность сотрудников переменам и их поведенческую поддержку. Наше исследование убедительно подтверждает это утверждение, в частности, что, когда сотрудники ощущают отождествление с организацией и принадлежность к ней, они, вероятно, поверит в ценность организационных изменений и предложат поддержку их усилиям.

Наконец, наша команда осознала наличие положительной обратной связи между климатом общения и организационной идентификацией. Мы обнаружили, что, сталкиваясь с открытой и расширяющей возможности средой, сотрудники с большей вероятностью будут твердо идентифицировать себя со своей организацией, что вызывает дальнейшую приверженность и сотрудничество. Этот вывод предполагает, что организационная идентификация действует как частичный посредник в объяснении того, как коммуникационный климат влияет на сотрудников, побуждая их поддерживать изменения.

Создание климата для открытого общения и улучшение организационной идентификации

Результаты нашего исследования поддерживают открытый и активный коммуникационный климат, который создает организационную идентификацию, что положительно влияет на эмоциональную приверженность сотрудников переменам и их поведенческую поддержку. Но как менеджеры способствуют созданию такой среды? Самым важным соображением является признание того, что сотрудники являются активными участниками процесса изменений — они больше, чем пассивные получатели. 13,14 Таким образом, менеджеры должны заранее учитывать эмоциональные сбои и сбои в процессах, с которыми сотрудники могут столкнуться, столкнувшись с изменениями. Предлагается внимательно сообщить об изменениях и попытаться уменьшить беспокойство или неуверенность, вызванные изменениями. Более того, общение на рабочем месте должно быть открытым и прозрачным; сотрудники должны чувствовать, что их голоса слышны; и сотрудникам нужна широкая возможность свободно озвучивать потенциальные проблемы, не опасаясь последствий. Кроме того, менеджеры должны проявлять откровенность во всех взаимодействиях, что будет способствовать искреннему, надежному и последовательному общению между вертикальными и горизонтальными организационными разрозненными структурами.В частности, эту открытую среду можно создать с помощью собраний муниципалитета, встреч с пропуском уровня, программ посланников для сотрудников, политики открытых дверей и комитетов по культуре. Наконец, хотя организационная идентификация будет усилена этими позитивными инвестициями в коммуникационный климат, идентификация сотрудников может быть дополнительно улучшена за счет использования языка мы / мы, общности, общности и сплоченности.

Последствия для недвижимости

Неудивительно, что успех брокерской компании в сфере недвижимости и ее агентов подвержен колебаниям макроэкономики и текущему геополитическому климату в целом.Успех организации в беспрецедентные времена испытаний зависит от изменений и адаптации. Наше исследование показывает, что активное создание атмосферы открытого общения и надежной организационной идентификации повысит эмоциональную и поведенческую реакцию сотрудников на изменения. Затем, когда перед вашей организацией предстоят перемены, сотрудники будут доверять руководству и поддерживать его как в эмоциональном, так и в поведенческом плане.

Чтобы создать благоприятный климат для общения и сильную организационную идентичность, наше исследование рекомендует действия, которые отстаивают подход заинтересованных сторон.Налаживание отношений с заинтересованными сторонами имеет важное значение для развития долгосрочных, заинтересованных и преданных отношений и успеха. Во-вторых, здоровый коммуникационный климат создает открытую, доверительную атмосферу сотрудничества и участия. Эта среда способствует творчеству, критическому мышлению и командной работе — характеристикам, которые жизненно важны для успеха агента по недвижимости. Наконец, открытая и расширяющая возможности среда позволяет процветать отношениям на рабочем месте, повышая общий оптимизм сотрудников, который внешне отражается во взаимодействии с потенциальными клиентами.Таким образом, ответ очевиден: коммуникационный климат и организационная идентификация служат универсальными ключами к успешным организационным изменениям, ключами, открывающими двери для любых изменений, независимо от формы, в которой они представлены.

. . . . . . . . . . . . . . . . . . .

Рекомендуемая литература

Нил, Марлен С., Линджуан Рита Мен и Сен Эйприл Юэ (2019), «Как коммуникационный климат и организационная идентификация влияют на изменение», Корпоративные коммуникации: международный журнал , 25 (2), 281-298.

. . . . . . . . . . . . . . . . . . .

Список литературы

  1. Дейли, Финбарр, Пол Тиг и Филип Китчен (2003), «Изучение роли внутренней коммуникации во время организационных изменений», Корпоративные коммуникации: Международный журнал , 8 (3), 153-162.
  2. Бартельс, Йос, Ад Пруин, Менно де Йонг и Инге Джустра (2007), «Множественные уровни организационной идентификации и влияние воспринимаемого внешнего престижа и коммуникационного климата», Журнал организационного поведения , 28 (2), 173- 190.
  3. Goldhaber, Джеральд (1993), организационные коммуникации, Brown and Benchmark, Dubuque.
  4. Макмиллан, Келли и Саймон Альбрехт (2010), «Измерение структур социального обмена в организациях», Коммуникационные методы и меры , 4 (3), 201-220.
  5. Джонс, Элизабет, Бернадетт Уотсон, Джон Гарднер и Синди Галлуа (2004), «Организационная коммуникация: вызовы нового века», Международная ассоциация коммуникации , 54 (4), 722-750.
  6. Пинкус, Дж. Дэвид (1986), «Удовлетворенность общением, удовлетворенность работой и эффективность работы», Исследование человеческого общения , 12 (1), 395-419.
  7. Даттон, Джейн, Джанет Дукерич и Селия Харкуэйл (1994), «Организационные образы и идентификация участников», Administrative Science Quarterly , 39 (2), 239-263.
  8. Ли, Ын-Сок, Тэ-Юн Пак и Бонджин Ку (2015), «Идентификация организационной идентификации как основы отношения и поведения: метааналитический обзор», Психологический бюллетень , 141 (5), 1049-1080 .
  9. Мишель, Александра, Ральф Стегмайер и Карлхайнц Зоннтаг (2010), «Я чешу тебе спину — ты царапаешь мою. Имеют ли значение процессуальная справедливость и организационная идентификация для сотрудничества сотрудников во время перемен? » Журнал управления изменениями , 10 (1), 41-59.
  10. Элиас, Стивен (2009), «Приверженность сотрудников во времена перемен: оценка важности отношения к организационным изменениям», Journal of Management , 35 (1), 37-55.
  11. Мейер, Джон и Натали Аллен (1991), «Трехкомпонентная концептуализация организационных обязательств», Обзор управления человеческими ресурсами , 1 (1), 61-89.
  12. Men, Рита и Шеннон Боуэн (2017), Excellence in Internal Communication Management, Business Expert Press, Нью-Йорк, Нью-Йорк.
  13. Аугустссон, Ханна, Энн Рихтер, Хенна Хассон и Ульрика фон Тиле Шварц (2017), «Необходимость двойной открытости для изменений: продольное исследование, оценивающее влияние открытости сотрудников на содержание и процесс организационных изменений на результаты вмешательства», Журнал прикладной поведенческой науки , 53 (3), 349-368.
  14. Коттер, Джон и Леонард Шлезингер (2008), «Выбор стратегии перемен», Harvard Business Review , 57 (2), 106-114.

. . . . . . . . . . . . . . . . . . .

Об авторах

Марлен Нил, доктор философии, APR, научный сотрудник PRSA
Ассистент профессора и директор программы для аспирантов, Университет Бэйлора
Научные интересы доктора Марлен Нил (доктор философии — Техасский университет в Остине) включают этику в связях с общественностью, управление связями с общественностью , интегрированное общение, этика в рекламе и внутреннее общение с сотрудниками.Ее исследования публиковались в ведущих академических журналах, включая Corporate Communications: An Internal Journal, Journal of Current Issues & Research in Advertising, Public Relations Journal, Journal of Media Ethics, и Public Relations Review, и другие. Д-р Нил также является соавтором PR-женщин с влиянием: преодоление этических проблем и проблем лидерства и Этика по связям с общественностью: старшие специалисты по связям с общественностью говорят нам, как говорить и сохранять свою работу. Д-р Нил принимает активное участие в работе престижного общества по связям с общественностью Америки, ранее занимая должность председателя Юго-Западного округа, в Комитете по назначениям PRSA и в качестве советника факультета отделения PRSSA Университета Бэйлора. До своей академической карьеры д-р Нил работала в некоммерческих и государственных структурах по связям с общественностью.

Linjuan Rita Men, PhD, APR
Доцент, Департамент связей с общественностью, Университет Флориды
Dr.Научные интересы мужчин (доктор философии — Университет Майами) включают внутреннюю коммуникацию, коммуникацию лидерства, измерение и оценку, управление отношениями / репутацией, новые технологии и предпринимательские коммуникации. Ее исследования публиковались в ведущих академических журналах, включая Communication Research, New Media and Society, Journal of Public Relations Research, Public Relations Review, Corporate Communications: An Internal Journal, и Management Communication Quarterly, и других.Кроме того, доктор Мен является ведущим автором книги «Стратегические коммуникации для стартапов и предпринимателей в Китае». Доктор Мен получил премию Ketchum за выдающиеся достижения в области исследований по связям с общественностью в 2010 году, является трехкратным стипендиатом Артура У. Пейджа, а также получил более 20 национальных и международных наград за научные работы и исследования, а также многие другие академические награды. До своей академической карьеры доктор Мэн работала специалистом по маркетинговым коммуникациям в Alibaba Group в Китае и аналитиком-исследователем в Ketchum.

Сен Эйприл Юэ, кандидат наук
Инструктор и студент-исследователь, Университет Флориды
Исследовательские интересы г-жи Юэ (кандидат наук — Университет Флориды) включают внутренние связи с общественностью, коммуникацию с руководством, управление организационными изменениями и управление взаимоотношениями . Ее исследования публиковались в ведущих академических журналах, включая Journalism & Mass Communication Quarterly, Internal Journal of Business Communication, Public Relations Review, Public Relations Journal, и Corporate Communications: An Internal Journal, и другие.Г-жа Юэ получила несколько студенческих наград за свои исследовательские отчеты, в том числе премию Бетси Планк за исследовательскую работу, премию Университета Бригама Янга за лучшую этику и премию Школы коммуникации Университета Майами за лучшую студенческую работу.

Раздел 27 Связь 0553 Идентификация систем связи — Физические объекты

1 Общий

1,1

Объем работ

1.1,1

Подрядчик несет ответственность за ознакомление с положениями, содержащимися в настоящем документе, а также с другими разделами данной спецификации, применимыми к завершению установки.

1.1.2

Работа, охватываемая настоящим Разделом, должна включать предоставление рабочей силы, оборудования, расходных материалов, материалов и тестирование, если не указано иное, а также выполнение следующих операций, признанных необходимыми для установки, завершения и маркировки всей телекоммуникационной инфраструктуры, как описано на чертежах. и / или требуется этими спецификациями.

1,2

Содержание чертежей и спецификаций

1.2.1

Эти спецификации вместе с прилагаемыми к ним чертежами предназначены для отображения требований к установке, необходимых для поддержки этого проекта.

1.2.2

Подрядчик должен предоставить материалы, показанные и / или требуемые на чертежах, но не упомянутые в спецификациях, или наоборот, которые необходимы для установки и поддержки описанных работ, независимо от того, требуются ли они для обоих.

1.2.3

Подрядчик должен предоставить дополнительное оборудование и материалы, необходимые для завершения систем, включенных в этот контракт, независимо от того, указаны они или не показаны на чертежах.

1,3

Связь

1.3.1

Purdue ожидает, что A / E Record будет работать совместно с представителями Purdue Telecommunication для решения конкретных технических проблем и требований Владельца.

1.3.2

Все вопросы, отклонения, комментарии, касающиеся интерпретации, содержания и / или использования рекомендаций, должны быть отправлены в письменной форме руководителю проекта для утверждения.

1.3.3

Никакие отклонения от этого руководства не должны вноситься в проект без письменного разрешения менеджера проекта и представителя Purdue Telecommunications.

2 товаров

2,1

Этикетки для медных, оптоволоконных и коаксиальных вертикальных кабелей в TR

2.1.1

Panduit # T050X000VPC-BK, высота 0,5 дюйма, черные буквы на белой виниловой ленте или аналог, утвержденный владельцем.

2,2

Этикетки для горизонтальных медных, оптоволоконных и коаксиальных кабелей на TR и за лицевыми панелями

2.2,1

Panduit # S100X150VAC, ширина 1,0 дюйма, длина 1,5 дюйма, белая, печать на виниловой этикетке или аналогичная, одобренная владельцем.

2,3

Телефонные ярлыки на 110 блоков в ТР

2.3.1

Panduit # T038X000VPC-BK, высота 0,38 дюйма, черные буквы на белой виниловой ленте или аналог, утвержденный владельцем.

2,4

Наклейки на лицевую панель в месте расположения PIC

2.4.1

Panduit # T038X000VPC-BK, высота 0,38 дюйма, черные буквы на белой виниловой ленте или аналог, утвержденный владельцем.

2,5

Наклейки на патч-панели в ТР

2.5.1

Panduit # C061X030FJC, ширина 0,61 дюйма, высота 0,30 дюйма, однопортовый идентификатор, белый, клейкая, полиолефиновая этикетка или аналог, одобренный владельцем.

3 Исполнение

3,1

Маркировка всех горизонтальных кабелей

3.1.1

Кабели должны быть маркированы самоклеящейся маркировочной лентой, этикеткой Panduit LS8 или одобренной Владельцем системой одинаковой маркировки.

3.1.1.1

Размер букв и цифр должен быть не менее 5/16 дюйма в высоту и 1/8 дюйма в ширину.

3.1.2

Горизонтальные кабели передачи голоса и данных на концах кабелей BDF / IDF должны иметь маркировку с указанием оконечной нагрузки на противоположном конце кабелей.

3.1.2.1

Это должно включать расположение комнаты и обозначение домкрата.

3.1.2.2

Поместите этикетку на видимую часть кабеля в пределах 12 дюймов от точки заделки для облегчения идентификации после заделки.

3.1.2.3

Все надписи на лицевой панели должны быть нанесены слева направо, сверху вниз.Определенная голосовая линия всегда должна быть помечена последней в серии, если только ТВ-разъем не присутствует, и в этом случае голосовой разъем должен предшествовать ТВ-разъему.

Примеры:

  • На конце BDF / IDF 4-парные кабели данных для 1-го места в комнате 1137 будут иметь маркировку: 1137-A и 1137-B.

  • На конце BDF / IDF 4-парный голосовой кабель для 1-го места в комнате 1137 будет иметь маркировку: 1137-1

3.1.3

Горизонтальные кабели для передачи голоса и данных в комнатах. Кабели должны иметь маркировку на расстоянии 1–3 дюйма от концевой заделки следующим образом:

BDF / IDF TR room # — room # — Джек

3.1.3.1

Этикетки должны быть видны после снятия крышки выпускного отверстия.

3.1.3.2

Для комнат с несколькими расположениями розеток идентификация будет начинаться с первой розетки слева от главного входа в комнату и продолжаться по часовой стрелке по комнате.

3.1.4

Горизонтальные волоконно-оптические кабели на конце BDF / IDF должны иметь маркировку с указанием оконечной нагрузки на противоположном конце кабелей.

3.1.4.1
На этикетке

должно быть указано расположение в помещении, тип волокна («S» для одномодового, «M» для многомодового) и обозначение разъема.

3.1.4.2

Поместите этикетку на видимую часть кабеля в пределах 12 дюймов от точки заделки для облегчения идентификации после заделки.

Примечание. Волокно маркировано парами. (Синие и оранжевые нити будут рассматриваться как гнездо «А»)

3,1,5

Горизонтальные оптоволоконные кабели в комнатах должны иметь маркировку 4 дюйма от концевой заделки следующим образом:

BDF / IDF Telecom room # — room # FO (S или M) — Джек

3.1.6

Этикетка должна быть видна после снятия крышки выпускного отверстия.

3.1.7

Для комнат с несколькими расположениями розеток идентификация будет начинаться с первой розетки слева от главного входа в комнату и продолжаться по часовой стрелке по комнате.

Примечание. Волокно маркировано парами. (Синие и оранжевые нити будут рассматриваться как гнездо «А»)

3,2

Кабели CATV

3.2.1
Кабели

CATV на BDF / IDF должны иметь маркировку на каждом конце с информацией, указывающей оконцовку противоположного конца кабелей.

3.2.1.1

Это должно включать кабельную систему, номер комнаты и номер кабеля на противоположном конце.

3.2.1.2

Поместите этикетку на видимую часть кабеля на расстоянии 12 дюймов от конца кабеля для облегчения идентификации после заделки.

В конце ИДФ горизонтальный кабель из комнаты будет иметь маркировку: TV236SE-1.

3.2.2
Кабели кабельного телевидения

в комнатах должны иметь маркировку 4 дюйма от концевой заделки следующим образом:

BDF / IDF TR room # — TVroom # — Jack

  • Пример: 285S-TV236SE-1.Это должно быть видно, сняв крышку выпускного отверстия. Для помещений с несколькими расположениями розеток идентификация будет начинаться с первой розетки слева от главного входа в комнату и продолжаться по часовой стрелке по комнате.

3,3

Номера комнат, используемые для маркировки PIC, должны содержать только предшествующие нули, если перед нулями стоит буквенный символ. Важно отметить тире и косую черту в схемах маркировки.

3,4

Маркировка медного вертикального кабеля

3.4,1

Все переходные кабели должны быть промаркированы самоклеящейся маркировочной лентой, этикеткой Panduit LS8 или одобренной Владельцем системой одинаковой маркировки.

3.4.2

На BDF и IDF медные переходные кабели должны иметь маркировку на каждом конце с информацией, указывающей на оконцовку противоположного конца кабелей. Это должно включать аббревиатуру здания, номер кабеля и расположение комнаты.

3.4.2.1

Поместите этикетку на видимую часть кабеля рядом с клеммной колодкой для облегчения идентификации после заделки.

  • Пример: LYLE имеет BDF TR, комната B036, и IDF TR, комната 1006.

На конце IDF первый кабель будет иметь маркировку: LYLE01-B036

На конце BDF первый кабель должен быть помечен: LYLE01-1006

Примечание: Несколько переходных кабелей между BDF и IDF должны быть помечены как один и тот же кабель. например Кабели стояка FS01 состоит из (2) 100-парных кабелей (FS01, 1-100; FS01, 101-200). Этикетка кабеля вместе с количеством пар должна быть нанесена на каждом конце монтажных блоков.

3,5

Маркировка волоконно-оптических кабелей

3.5.1

Все оптоволоконные переходные кабели должны иметь маркировку на каждом конце с указанием информации:

3.5.2

Тип волокна должен быть указан на передней части корпуса волокна: SMF для одномодового волокна; MMF для многомодового волокна.

3.5.3

Перед нанесением маркировки уточните номер кабеля у представителя службы поддержки ИТ-инфраструктуры Purdue.

  • Пример: В помещении BDF B098A, PHYS (Physics): PHYS01-FOM226 = первый 12-жильный многомодовый вертикальный оптоволоконный кабель до помещения 226 IDF.

  • Пример: В помещении BDF B098A, PHYS (Physics): PHYS01-FOS226 = первый 12-жильный одномодовый вертикальный оптоволоконный кабель до помещения 226 IDF.

3,6

Медный стояк, 110 блоков для маркировки

3.6.1

В BDF и IDF переходные кабели голосовой связи оканчиваются на соответствующих 110 блоках. Обозначьте только 1-ю и последнюю пары в каждом ряду из 110 блоков. Поместите номер кабеля стояка на этикетку блока проводов в центре этикетки.

3.7

Маркировка коаксиального кабеля (CATV)

3.7.1

На BDF и IDF райзерные кабели CATV должны иметь маркировку на каждом конце с информацией, указывающей на окончание противоположного конца кабелей.

3,8

Горизонтальная маркировка из 110 блоков (критические схемы)

3.8.1

В IDF горизонтальные голосовые кабели оканчиваются на соответствующих блоках S110, причем пары на блоках помечены в порядке возрастания номеров комнат.

3.8,2

Все горизонтальные кабели из одной комнаты должны быть заделаны в последовательном порядке на блоках S110. На одиночных 4-парных кабелях будет указано расположение комнаты и обозначение разъема. например 1113-1 = одинарный голосовой разъем в комнате 1113.

3.8.3

Размер букв и цифр на этикетках для 110 клеммных колодок должен быть не менее 3/8 дюйма в высоту.

3.8.4

Маркировка горизонтальной коммутационной панели (данные)

3,8,5

В IDF горизонтальные кабели данных заканчиваются на соответствующих патч-панелях, при этом гнезда на панелях помечены в порядке возрастания номеров комнат.

3,8,6

Все горизонтальные кабели из одной комнаты должны быть заделаны в последовательном порядке на коммутационных панелях.

3.8.7

Размер букв и цифр на этикетках патч-панелей должен быть не менее 3/32 дюйма в высоту и 1/16 дюйма в ширину.

3,9

Маркировка горизонтальной коммутационной панели (данные)

3.9.1

В IDF горизонтальные кабели данных заканчиваются на соответствующих патч-панелях, при этом гнезда на панелях помечены в порядке возрастания номеров комнат.

3.9.2

Все горизонтальные кабели из одной комнаты должны быть заделаны в последовательном порядке на коммутационных панелях.

3.9.3

Размер букв и цифр на этикетках патч-панелей должен быть не менее 3/32 дюйма в высоту и 1/16 дюйма в ширину.

  • Пример: Одиночные 4-парные кабели будут помечены местоположением комнаты и обозначением разъема, например 1137-A = одинарный разъем для передачи данных в комнате 1137.

3,10

Маркировка на лицевой панели

3.10,1

В комнатах гнезда будут маркированы на лицевых панелях с помощью пластиковой вставки, закрывающей печатную идентификационную бирку с номером комнаты и надлежащим обозначением гнезда, как показано ниже. Пожалуйста, свяжитесь с представителем Purdue ITIS для уточнения перед маркировкой, если возникнут вопросы:

3.10.2

Обозначение домкрата

Гнезда данных = от A до ZZ
Традиционные голосовые и критические схемы = от 1 до 999.

Примеры:

3.10.3

Размер букв и цифр на этикетках лицевых панелей должен быть не менее 3/8 дюйма в высоту.

3.10.4

В комнатах оптоволоконные разъемы будут маркированы на лицевых панелях с помощью пластиковой вставки, закрывающей печатную идентификационную бирку с номером комнаты и надлежащим обозначением разъема, как показано ниже:

3.10.5

Обозначение домкрата

Волокно = от A до ZZ.

Примеры:

  • 1195FOM-A = 1-й многомодовый оптоволоконный разъем в комнате 1195
  • 1195FOM-B = 2-й многомодовый оптоволоконный разъем в комнате 1195
  • 1195FOM-AA = 27-й многомодовый оптоволоконный разъем в помещении 1195
  • 1195FOM-AB = 28-й многомодовый оптоволоконный разъем в помещении 1195.
3.10.6

В комнатах коаксиальные гнезда будут обозначены на лицевых панелях с помощью пластиковой вставки, закрывающей печатную идентификационную бирку с номером комнаты и надлежащим обозначением гнезда следующим образом:
Обозначение гнезда: TVrm # -1

  • Пример: TV236SE-1, 1-й коаксиальный разъем в комнате 236SE

3,11

Маркировка для волоконно-оптических коробок на стене

3.11.1

Все настенные оконечные коробки для волоконно-оптических кабелей должны иметь маркировку с информацией о кабеле на внутренней стороне дверцы оконечной коробки для волоконно-оптических кабелей с использованием этикетки производителя.

3,12

Маркировка корпуса оптоволоконного корпуса на раме оборудования

3.12.1

Все кожухи оптоволоконной рамы оборудования должны иметь маркировку с информацией о кабеле на панели для маркировки под корпусом с использованием ярлыка производителя.

3.12.2

Вся маркировка кадров должна быть согласована с представителем Purdue по ИТ-инфраструктурным службам до размещения наклеек

3,13

PIC точки беспроводного доступа

3.13.1

На конце BDF / IDF PIC, установленные для горизонтальных кабелей данных точек беспроводного доступа (AP), должны быть помечены информацией, указывающей на оконцовку противоположного конца кабелей.Это должно включать расположение комнаты и обозначение гнезда.

3.13.1.1

Поместите этикетку на видимую часть кабеля в пределах 12 дюймов от точки заделки для облегчения идентификации после заделки.

3.13.1.2

Размер букв и цифр должен быть не менее 5/16 дюйма в высоту и 1/8 дюйма в ширину.

3,13,2

В комнатах горизонтальные кабели должны иметь маркировку 4 дюйма от окончания со следующим: BDF / IDF TR room # — room #AP — Jack

Примечание: PIC WAP должны быть помечены в каждой комнате, начиная с A / B.Эти PIC не попадают в буквенно-цифровой порядок обычных PIC в той же комнате.

3,14

Установки специальной маркировки

3.14.1

Подрядчик отвечает за то, чтобы связаться с представителем Purdue по услугам ИТ-инфраструктуры, чтобы Purdue могла предоставить инструкции по маркировке телефонов лифтов, пожарной сигнализации, телефонов ETS, оптоволоконных PIC и других специальных цепей. Отсутствие связи с представителем Purdue по ИТ-инфраструктуре для разъяснения требований к маркировке может привести к повторной маркировке за счет подрядчика.Предоставление RFI необходимо для документального подтверждения того, что был установлен контакт с представителем Purdue по ИТ-инфраструктуре.

3,14,2

Ведомственные кабели, по которым данные распределяются в одной комнате, а не от BDF или IDF, должны иметь следующую маркировку:

3.14.2.1

В шкафу или корпусе удаленного оборудования горизонтальные кабели данных заканчиваются на соответствующих патч-панелях, при этом гнезда на панелях помечены в алфавитном порядке.

3.14.2.2

В розетках идентификация будет начинаться с первой емкости слева от главного входа в комнату и продолжаться по часовой стрелке по комнате.

  • Пример: одиночный 4-парный кабель будет помечен обозначением разъема. DPT-A = один разъем для передачи данных в комнате. DPT-B = следующий домкрат в комнате. Поместите этикетку на видимую часть кабеля в пределах 4 дюймов от заделки, а также соответствующие метки на этикетке лицевой панели.

3.14,3

Кабели ведомства должны быть маркированы иначе, чем кабели, идущие из телекоммуникационной комнаты, чтобы их можно было легко идентифицировать. Свяжитесь с представителем Purdue по обслуживанию ИТ-инфраструктуры для получения инструкций по специальной маркировке и подключению патч-панелей как минимум за 48 часов до начала маркировки.

3,14,4

PIC выше потолка для приложений, отличных от точек беспроводного доступа, которые расположены выше 6 ‘AFF, должны быть помечены как комната №AC — Джек и комната # — Джек

Примечание: PIC выше потолка должны быть помечены в каждой комнате, начиная с A / B.Эти PIC не попадают в буквенно-цифровой порядок традиционных PIC данных в той же комнате.

3,15

PIC Re-labeling

3,15,1

Подрядчик несет ответственность за перемаркировку всех существующих PIC, которые были перемещены или изменены. Это включает, помимо прочего, любые PIC с комнатами, в которых номер комнаты был изменен в рамках строительного проекта. Это также включает все оконечное оборудование (110 блоков, патч-панели, кабели и лицевые панели).

3,15,2

Все изменения маркировки PIC должны соответствовать рекомендациям, изложенным в этом разделе.

3,15,3

Существующая идентификация должна быть записана и представлена ​​вместе с исполнительной документацией.

3,15,4

Старые ярлыки на кабелях, лицевой панели и / или патч-панели должны быть полностью удалены и аккуратно заменены новыми ярлыками, когда PIC требует повторной маркировки.

Эффекты передачи описаний неопределенностей при идентификации опасностей, характеристике рисков и защите от рисков

Abstract

Неопределенность — ключевой вопрос для любой оценки риска.Следовательно, это также создает серьезные проблемы для информирования о рисках. Многие руководства рекомендуют сообщать о неопределенностях в оценке рисков, ожидая, что аудитория оценит такое раскрытие информации. Однако эмпирические данные о влиянии отчетности о неопределенности немногочисленны и неубедительны. Поэтому на основе примеров потенциальных рисков для здоровья электромагнитных полей (ЭМП) было проведено три эксперимента, в которых анализировалось влияние передачи неопределенностей отдельно для идентификации опасностей, характеристики рисков и защиты от рисков.Установки были направлены на изучение того, как отчетность и объяснение неопределенности влияет на зависимые переменные, такие как восприятие риска, воспринимаемая компетентность оценщиков рисков и доверие к управлению рисками. В каждом из трех экспериментов использовался план 2×2 с первым фактором, представляющим описание неопределенности (как используется в публичных спорах о влиянии на здоровье, связанное с ЭМП) или описывающим условия достоверности; и второй фактор, объясняющий причины неопределенностей (указывая на пробелы в знаниях) или не объясняющий их.Результаты исследования показывают, что качественные описания неопределенностей, касающиеся идентификации опасностей, снижают уверенность в профессиональной компетентности оценщиков. Напротив, количественное описание неопределенности в характеристике риска — в отношении величины риска — не влияет ни на одну из зависимых переменных. Что касается защиты от рисков, на доверие к предельным значениям воздействия не влияет качественная информация о неопределенности. Однако качественное описание неопределенности относительно адекватности защиты усиливает опасения.Кроме того, объяснение этой неопределенности приводит к ухудшению понимания текста.

Образец цитирования: Wiedemann P, Boerner FU, Freudenstein F (2021) Влияние передачи описаний неопределенностей на идентификацию опасностей, характеризацию рисков и защиту от рисков. PLoS ONE 16 (7): e0253762. https://doi.org/10.1371/journal.pone.0253762

Редактор: Мичио Мураками, Медицинский факультет Медицинского университета Фукусимы, ЯПОНИЯ

Поступило: 26 ноября 2020 г .; Одобрена: 12 июня 2021 г .; Опубликован: 13 июля 2021 г.

Авторские права: © 2021 Wiedemann et al.Это статья в открытом доступе, распространяемая в соответствии с условиями лицензии Creative Commons Attribution License, которая разрешает неограниченное использование, распространение и воспроизведение на любом носителе при условии указания автора и источника.

Доступность данных: Все соответствующие данные находятся в рукописи и вспомогательных информационных файлах.

Финансирование: Проект финансировался Немецким агентством радиационной защиты (BFS). Всю доступную информацию о проекте можно найти в DORIS — Digitales Online Repositorium und Informations-System> http: // nbn-resolving.de / urn: nbn: de: 0221-201008173025.

Конкурирующие интересы: Авторы заявили, что никаких конкурирующих интересов не существует.

Введение

Интерес исследователей риска к концептуализации и работе с неопределенностью растет [1–6]. Один из важных вопросов — как сообщить о неопределенностях оценки риска лицам, принимающим решения, и общественности. Решающее значение имеет то, следует ли и в какой степени сообщать о неопределенностях и как это может повлиять на восприятие сообщаемых рисков [7].С нормативной точки зрения кажется очевидным, что о неопределенностях следует сообщать [8]. В своем справочнике по характеристике рисков Агентство по охране окружающей среды США (US EPA) [9] подчеркивает, что прозрачность является главной ценностью. Отсюда следует, что описание неопределенностей является важным критерием для хорошей характеристики риска. Другие научные сообщества также поддерживают эту точку зрения. Например, исследователи глобального изменения климата подчеркивают необходимость информирования политиков, заинтересованных сторон и широкой общественности о существующей неопределенности за пределами научного сообщества [10] и предложили некоторые стандарты передачи информации о неопределенности [5].

Обычно широко распространено предположение, что сообщение о неопределенности оказывает положительное влияние на завоевание доверия и повышение общественного доверия, как это видно из руководящих принципов ВОЗ по информированию о вспышках [11, стр.2]. Многие социологи поддерживают эту точку зрения [12–14] или видят лишь незначительные побочные эффекты [5]. Однако другие считают, что сообщение о неопределенностях может вызвать недоверие к науке [15, 16]. Отсюда следует, что вопрос о том, следует ли и как сообщать о неопределенностях, все еще не решен.

Сообщение неопределенностей

Далее мы сосредоточимся на трех менее решаемых вопросах передачи информации о неопределенности: (1) Имеет ли значение, к какому аспекту оценки риска относится неопределенность? (2) Существенна ли перформативная цель сообщения о неопределенности, т.е.е., направлены ли сообщения на усиление или ослабление восприятия риска? (3) Каковы последствия объяснения неопределенности?

В спорах о воздействии на здоровье химических веществ, а также других агентов, таких как неионизирующее излучение, одним из ключевых вопросов является инструментализация неопределенности. Оказывает ли агент вредный эффект для здоровья или нет? Этот вопрос иногда сильно оспаривается, а неопределенность используется для усиления или ослабления опасений. Аналогичным образом, численные оценки риска используются для того, чтобы усилить или преуменьшить обеспокоенность общественности путем выделения неопределенностей или сосредоточения внимания на наихудших сценариях.То же самое относится и к мерам по управлению рисками, о чем свидетельствуют разногласия по поводу предельных значений стоимости и мер предосторожности [17]. В отношении этих трех вопросов мы можем обобщить замечание Пола Словича [18] и сказать, что опасности, риски и меры управления — это поля битвы. Поэтому нас интересует, как нормативные допущения, такие как прозрачность информирования о рисках, включая неопределенность отчетности, могут повлиять на отношение и убеждения широкой общественности. Эти идеи могут стать первым шагом в развитии лучшего информирования о рисках, особенно о том, как реагировать на убедительное использование неопределенностей в манипулятивных целях.

Фокус описания неопределенностей при оценке риска.

Что касается рисков, можно выделить три основных эталонных типа неопределенности: во-первых, неопределенность, относящаяся к идентификации опасности (есть ли опасность?), Во-вторых, неопределенность в характеристике риска (насколько высок риск?), И в-третьих, неопределенность в управление рисками (Достаточно ли предложенной защиты от рисков?) (см. NRC 1994 [19]). Далее эти три типа неопределенностей будут описаны более подробно на примерах оценок риска электромагнитного поля (ЭМП).При этом мы сосредотачиваемся на том, как описываются эти неопределенности.

Описание неопределенности при идентификации опасности.

Различие между опасностью и риском является фундаментальным для оценки риска. Опасность означает «неотъемлемое свойство агента или ситуации, способное вызвать неблагоприятные эффекты, когда организм, система или (под) популяция подвергаются воздействию этого агента» [20, с. 12], в то время как риск относится к «вероятности неблагоприятного эффекта в организме, системе или (под) популяции, вызванного при определенных обстоятельствах воздействием агента» [20, с.13].

Во многих случаях неясно, представляет ли вещество опасность. Следовательно, необходимо описать неопределенность, связанную с опасностями. В принципе, есть два варианта. Неопределенность можно количественно оценить или охарактеризовать качественно, то есть с помощью словесных фраз, таких как «вещество, вероятно, канцерогенно для человека» или аналогичных хеджирующих фраз. Далее мы сосредоточимся только на таких словесных описаниях неопределенности относительно опасностей, которые используются, например, Международным агентством по изучению рака (IARC) [21].

Приведем один пример: может ли воздействие радиочастотных электромагнитных полей (RF EMF) от сотовых телефонов ниже предельных значений вызвать неблагоприятные последствия для здоровья, такие как рак, не может быть доказано вне разумных сомнений. Неудивительно, что IARC классифицировал ЭМП РЧ и КНЧ (чрезвычайно низкой частоты) как потенциально канцерогенные для человека, поскольку некоторые данные подтверждают причинно-следственную связь. Однако IARC подчеркивает также, что предвзятость, искажающие факторы и случайность не могут быть исключены с достаточной уверенностью [21].Неопределенность, как ясно показывает этот пример, относится здесь к идентификации опасности.

Насколько нам известно, исследования по передаче информации о неопределенности лишь частично сосредоточены на неопределенных опасностях. Однако есть исследования по интерпретации словесных описаний неопределенности, которые предлагают некоторые возможности и идеи для изучения описания неопределенности при идентификации опасностей [см. 1]. Субъективное значение словесного выражения с использованием вероятностных или частотных показателей, таких как «вероятно», «часто», «возможно» или «часто», различается от человека к человеку [22]. Кроме того, непрофессиональное понимание категорий вербальной неопределенности не обязательно соответствуют предполагаемому заявлению экспертов.Фишер и Юнгерманн [23] продемонстрировали, что числовые эквиваленты словесных ярлыков для непрофессионалов (редко, иногда и часто) отличаются от числового определения, данного Немецким агентством здравоохранения для этих ярлыков.

Описание неопределенности характеристики риска.

Неопределенность может относиться к характеристике риска, то есть к оценке величины риска. Это означает, что существование опасности доказано (идентификация опасности), но величина связанного риска не может быть однозначно определена.Этот тип неопределенности обозначается доверительными интервалами с нижней и верхней границами оценок риска.

Johnson и Slovic [24] показали, что представление диапазона оценок риска увеличивает восприятие риска по сравнению с точечными оценками, обычно средним значением. Хан и его коллеги сделали аналогичный вывод [25]. В другом исследовании восприятия и суждения о неопределенностях в оценке риска Джонсон и Слович [24] отметили, что верхний предел доверительных интервалов рассматривается как наиболее надежная оценка.Исследование Вискузи [26] подтвердило этот вывод. Lofstedt et al. [27] обнаружили смешанные эффекты. Глентон и др. [28] отмечают, что непрофессионалам сложно понять доверительные интервалы, т. Е. Они в основном игнорируют или неправильно понимают эти интервалы.

Джонсон [29] показал, что множество атрибутов выраженной неопределенности этого типа неопределенности обычно объясняется социальными факторами (прежде всего, личным интересом и предполагаемой некомпетентностью экспертов). Когда эксперты представляют неопределенность в отношении своих оценок риска, респонденты чаще дают отрицательные объяснения (например, недостаточные знания, преднамеренный обман).

Dieckmann et al. [30] исследовали влияние раскрытия информации о неопределенности в прогнозах на лиц, принимающих решения, и обнаружили несколько положительных эффектов. Лица, принимающие решения, оценивали прогнозы разведки с диапазонами как более полезные по сравнению с прогнозами, основанными на точечных оценках, если вероятность прогнозируемого события была высокой.

В недавнем исследовании Howe et al. [31] относительно восприятия воздействия изменения климата на повышение уровня моря, авторы обнаружили, что информирование о полном диапазоне возможных последствий (наилучший и наихудший сценарий) повысило признание сообщения о «повышении уровня моря». .Однако, когда адресаты сообщения «полного диапазона» были проинформированы о том, что существующие неопределенности не могут быть полностью определены количественно, эти положительные эффекты исчезли.

Кажется, что нет явного эффекта от представления количественной неопределенности по диапазонам. Может быть, поможет эвристика в области численного познания. Во-первых, мы утверждаем, что в восприятии дальности левое число имеет существенный эффект привязки, аналогично эффекту левой цифры [32]. Мы предполагаем, что наша склонность читать слева направо приводит к приданию большего веса левому числу двух чисел, представляющих диапазон.Второй вариант объяснения другой оценки оценки диапазона по сравнению с точечной оценкой относится к эффекту привязки, который описывает влияние начального числа на восприятие впоследствии заданных чисел [33]. Поэтому мы постулируем, что добавление более низкой оценки случаев лейкемии к заданному большему количеству случаев снизит восприятие риска.

Неуверенность в адекватности защиты от рисков.

Наконец, неопределенности могут относиться к управлению рисками. Они касаются вопроса о том, предусмотрены ли меры по управлению рисками (например,g., установленные предельные значения) являются достаточными или не предотвращают вред. Например, можно утверждать, что наиболее уязвимые люди, такие как дети, беременные женщины или люди, страдающие хроническими заболеваниями, нуждаются в дополнительной защите, которая не обеспечивается установленными ценностными пределами.

Влияние информирования о неопределенности относительно адекватности мер по управлению рисками, насколько нам известно, является малоисследованной темой. Большинство исследований пределов или стандартов воздействия исследуют, почему люди доверяют или не верят этим защитным мерам.Лишь в нескольких исследованиях изучалась неопределенность защиты здоровья от пределов воздействия. Видеманн и Шютц [17] проанализировали влияние раскрытия информации о неопределенности в отношении сообщений о защите от рисков, добавив или не добавив короткий абзац о научной неопределенности относительно безопасности существующих пределов воздействия. Они обнаружили, что выражение неуверенности в достаточности защиты от рисков не влияет на восприятие риска. В исследовании репликации Wiedemann et al. [34] снова не обнаружили никакого воздействия на восприятие риска и доверие к общественной защите.

Перформативная цель коммуникации неопределенности

Информация о неопределенности может быть оформлена по-разному и, следовательно, использоваться для разных целей. Его можно использовать для того, чтобы вызвать опасения и опасения или уменьшить их. Другими словами, его перформативная сила может иметь совершенно противоположные цели.

Что касается идентификации опасности, неопределенность может использоваться либо для того, чтобы поставить под сомнение существование опасности, либо для того, чтобы выразить озабоченность тем, что опасность может существовать. Что касается характеристики риска, можно использовать неопределенность, чтобы предположить, что риск может быть низким («нет убедительных доказательств того, что существует существенный риск»).Неопределенности также можно использовать для продвижения мнения о том, что риск может быть довольно высоким («нельзя исключать даже более высокие риски»). Кроме того, в отношении управления рисками неопределенность может применяться для демонстрации того, что защита от рисков недостаточна. Однако неопределенность также может быть использована для утверждения, что защита от рисков гарантируется, путем аргументации того, что риски, лежащие в основе мер защиты, являются неопределенными.

Объяснение неопределенности

Психологические исследования предлагают широкий спектр взглядов на типы, форматы и функции объяснений в повседневном мышлении людей [35].Одна из идей заключается в том, что объяснения обеспечивают интерпретирующий контекст, который формирует понимание проблемы или события. Следовательно, можно предположить, что объяснение неопределенности может повлиять на восприятие и оценку неопределенности. Например, участники исследования Morss et al. [36] предпочитали прогнозы погоды, в которых неопределенность объяснялась, а не прогнозы, указывающие на неопределенность без объяснения причин.

Однако эффект объяснения может зависеть от того, как объясняются неопределенности.Исследования Смитсона [37, 38] показали, что неопределенность более терпима, если она является продуктом неточности, чем если она вызвана противоречивыми научными взглядами.

Что касается оценок риска, есть два варианта объяснения неопределенностей. Во-первых, объяснение неопределенности может относиться к недостатку знаний (эпистемической неопределенности). Во-вторых, неопределенность может быть объявлена ​​внутренней, то есть вызванной случайным изменением или стохастическим поведением системы, генерирующей риск [39].Это различие в объяснении неопределенности имеет значение, поскольку эпистемическая неопределенность может использоваться для обвинения оценщика в некомпетентности. Однако оценщика риска нельзя обвинять в стохастической неопределенности [40].

Однако неизвестно, как навыки счета [41], санитарная грамотность [42] и грамотность в отношении рисков [43] влияют на понимание объяснений неопределенности. Такое ограниченное понимание затрудняет выдвижение гипотезы о том, как объяснение неопределенности может повлиять на восприятие риска, воспринимаемую компетентность оценщиков и доверие к управлению рисками.Поэтому мы воздерживаемся от формулирования гипотезы и вместо этого отдаем предпочтение исследовательскому подходу к объяснению неопределенности.

Исследовательские вопросы и гипотезы

На основании обсужденной выше литературы мы вывели следующие гипотезы:

Имеет значение, связана ли неопределенность с идентификацией опасностей, характеристикой риска или управлением рисками.

Усиливает ли информация о неопределенностях в идентификации опасностей восприятие риска, зависит от перформативной силы неопределенности.Если в исходной информации (нет выявленных неопределенностей) указано, что опасность существует, раскрытие неопределенности при идентификации опасности, которая вызывает сомнения в существовании опасности, может уменьшить опасения и восприятие риска.

Если неопределенности относятся к величине риска, выраженной диапазоном случаев заболевания (нижний предел по сравнению с верхним пределом расчетных случаев лейкемии у детей) по сравнению с точечной оценкой, которая указывает только верхний предел предполагаемых случаев лейкемии, то информация о неопределенности должна указывать на нижний предел. страхи и восприятие риска.Это потому, что люди, которые получают информацию о диапазоне, получили дополнительный якорь, который снизит их восприятие.

Если неопределенности относятся к адекватности защиты от рисков посредством управления рисками, т. Е. Если сообщается, что защита может не быть установлена, опасения и риски должны возрасти по сравнению с информацией о защите от рисков без неопределенностей.

Метод

Мы провели три эксперимента, каждый из которых касался определенного аспекта сообщения о неопределенности:

  • Описание неопределенности относительно идентификации опасности (R1)
  • Описание неопределенности относительно характеристики риска (R2)
  • Описание неопределенности относительно адекватности защиты от рисков посредством управления рисками (R3)

Три эксперимента следовали одному и тому же факторному плану 2×2 между субъектами.Первый фактор U относится к информации о неопределенности (информация о неопределенности по сравнению с отсутствием информации о неопределенности). Второй фактор E относится к объяснению неопределенности (наличие объяснения по сравнению с отсутствием объяснения неопределенности).

Фактор U и Фактор E вводятся в действие с помощью различных текстовых модулей. (см. текстовые модули S1 – S3). В таблице 1 суммированы основные характеристики экспериментального варианта.

В R1 (идентификация опасности), в описании неопределенности R1 говорится, что влияние воздействия РЧ ЭМП на благополучие не доказано, но вероятно.Исходная информация, используемая для оценки влияния информации о неопределенности на зависимые переменные, предполагает наличие такого вредного воздействия.

В R2 (характеристика риска) описание неопределенности сообщает о диапазоне потенциальных случаев детской лейкемии из-за воздействия ЭМП от высоковольтных линий электропередачи. Базовая информация, используемая для оценки влияния информации о неопределенности на зависимые переменные, относится к точечной оценке, указывающей только верхнюю границу оценки диапазона.

В R3 (управление рисками) Описание неопределенности в R3 сообщает, что защита здоровья не может быть окончательно гарантирована. Исходная информация, используемая для оценки влияния информации о неопределенности на зависимые переменные, предполагает, что защита установлена.

Все текстовые модули, использованные в экспериментах, основаны на примерах реальных коммуникаций, используемых органами здравоохранения и федеральными агентствами радиационной защиты в Германии, Швейцарии или США.S. Однако исходные тексты были упрощены, чтобы соответствовать уровню знаний участников (см. Таблицу S1, где представлена ​​небольшая подборка примеров из органов и агентств общественного здравоохранения).

Зависимые переменные измеряются по пяти различным 7-балльным шкалам Лайкерта (см. Приложения S1 и S2) с акцентом на: (1) Насколько понятен текст? (2) Является ли информация о риске ясной и недвусмысленной? (3) Вызывает ли текст сомнения в профессиональной квалификации оценщиков? (4) Как вы думаете, какова величина риска, описанного в тексте? (5) Вы думаете, что текст вызывает опасения? В эксперименте R3 мы использовали дополнительную шкалу Лайкерта, измеряющую доверие к защите от рисков (верите ли вы, что предельные значения воздействия защищают здоровье?).

На момент сбора данных исследование социальных наук не должно было быть одобрено этическим комитетом исследовательского центра в Юлихе. Поскольку рассматриваемое исследование представляло собой экспериментальную установку в области социальных наук, участникам предлагалось только читать различные информационные тексты без информации о потенциальном физическом или психологическом вреде, в то время не требовалось никакого этического одобрения.

Образец

Для экспериментов мы обратились к студентам социальных и гуманитарных факультетов Технического университета Дрездена, Боннского университета и RWTH Ахена в Германии.В таблице 2 показаны дальнейшие характеристики этого образца. Распределение субъектов исследования по уровням лечения в трех экспериментах было рандомизировано, чтобы уменьшить влияние возможных искажающих факторов. Рандомизация проводилась с помощью генератора случайных чисел, который распределял испытуемых по четырем экспериментальным уровням лечения. Участников попросили принять участие в исследовании после посещения лекции. У них спросили устное согласие, и они могли уйти в любое время. После эксперимента испытуемые провели подведение итогов.Опыты проводились при личной встрече. Вместо информационного листа участника было предоставлено описание исследования и информация о том, какое участие в исследовании было задействовано. Студенты должны были прочитать краткий текст и заполнить анкету из 5 пунктов, что заняло около 5 минут. Участники могли отказаться от участия и выйти из исследования в любое время. Согласие было получено неявно (посредством участия и завершения опроса) как свидетельство готовности участников участвовать в исследовании.После эксперимента участникам был проведен разбор полетов по случаю РЧ ЭМП.

Статистика

Для каждого из трех экспериментов R1, R2 и R3 мы вычислили MANOVA 2×2 с бутстрэппингом, чтобы изучить влияние двух факторов «неопределенность» (U) и «объяснение» (E) на пять зависимых переменных. Статистический анализ проводился с помощью SPSS 27. Групповые различия с p <0,05 были отмечены как статистически значимые. Мы использовали процедуру Бонферрон-Холмса для настройки множественного тестирования [44].В случаях, когда требования MANOVA не выполнялись, мы применяли тест Велча. Исходный набор данных предоставляется как набор данных S1.

Результаты

Влияние описания неопределенности информации, касающейся идентификации опасности (R1)

Эксперимент R1 касается потенциальных рисков ухудшения самочувствия, вызванных воздействием ЭМП на сотовые телефоны. Описание неопределенности сообщило, что влияние воздействия РЧ ЭМП на благополучие не доказано, но вероятно. Исходная информация, с которой сравнивалось описание неопределенности, сообщала, что отрицательные эффекты были доказаны.

Таблица 3 информирует о влиянии экспериментальной вариации на пять зависимых переменных, предоставляя средние значения и соответствующие доверительные интервалы.

Как видно из таблицы 3, понятность текстовых модулей оценивается как высокая. То же самое касается ясности данной информации. Однако здесь более низкие баллы для условий неопределенности (U1E0, U1E1) очевидны. Сомнения в технической компетентности экспертов, проводивших идентификацию опасностей, находятся в среднем диапазоне.Интересно, что восприятие риска не особенно повышено, а уровень страха довольно низкий.

Двухфакторный MANOVA (факторы «неопределенность» и «объяснение») по пяти зависимым переменным показал, что дисперсии ошибок не являются однородными, как оценивается с помощью теста Левена (p <0,05). Поэтому мы вычислили для каждого фактора тест Велча по пяти независимым переменным. Для фактора «неопределенность» тест дал следующие результаты: есть статистически значимое влияние на переменные «ясность информации» и «сомнения в профессиональной квалификации оценщиков» (F (1,101) = 16.04, p <0,0001, η 2 = 0,131 и F (1,105) = 10,07, p <0,002, η 2 = 0,087). Когда неопределенность относится к идентификации опасности («Воздействие РЧ-ЭМП может вызвать пагубные последствия для здоровья»), информация считается менее ясной по сравнению с информацией, указывающей, что РЧ-ЭМП оказывает вредное воздействие на здоровье. Кроме того, информация о неопределенности вызывает больше сомнений в профессиональной компетентности оценщиков риска по сравнению с информацией об идентификации опасностей без раскрытия неопределенности (информация: «Воздействие РЧ ЭМП может вызвать пагубные последствия для здоровья»).Все остальные переменные не показывают статистически значимых эффектов. На рис. 1 показано влияние данной качественной информации о «неопределенности» на зависимые переменные.

Рис. 1. Влияние описания неопределенности на идентификацию опасности (факторная неопределенность) (R1).

Средние значения (с 95% доверительным интервалом) зависимых переменных (измеренные по 7-балльной шкале Лайкерта) для двух уровней фактора «неопределенность — U0: нет информации о неопределенности, U1: информация о неопределенности).Примечание: чем выше балл по шкале Лайкерта, тем выше значение зависимой переменной.

https://doi.org/10.1371/journal.pone.0253762.g001

Тест Велча на «объяснение» второго экспериментального фактора не указывает на какое-либо существенное влияние на зависимые переменные. Однако, что касается фактора «объяснение», нас в первую очередь интересует, влияет ли объяснение неопределенности в идентификации опасностей на пять зависимых переменных. Поэтому мы ограничили наш анализ соответствующим подмножеством данных, т.е.е., на двух экспериментальных группах U1E0 (без объяснения неопределенности) и U1E1 (объяснение неопределенности). Поскольку тест Левена показал, что дисперсии неоднородны, мы применили тест Велча, который не дал статистически значимых эффектов (для всех зависимых переменных применяется: F (1,54) = 2,144, p> 0,151). Другими словами, объяснение неопределенности идентификации опасностей (объяснение того, почему используется фраза хеджирования «вероятно») посредством информирования о пробелах в знаниях не оказало статистически значимого влияния на пять зависимых переменных.

Наши гипотезы о том, что описание неопределенности в идентификации опасностей ЭМП снижает восприятие риска и страха, не подтверждается нашими выводами. Однако мы смогли показать, что информация о неопределенности вызывает сомнения в профессиональных компетенциях экспертов, проводивших оценку, и снижает понятность данной информации. Кроме того, объяснение неопределенности ссылкой на пробелы в знаниях не имело статистически значимого влияния на зависимые переменные.

Влияние описания неопределенности на характеристику риска (R2)

Эксперимент R2 касался потенциальных рисков ухудшения самочувствия, вызванных воздействием ЭМП на линии электропередач. Описание неопределенности дает информацию о диапазоне (нижняя и верхняя оценка) потенциальных случаев детской лейкемии из-за воздействия ЭМП. Базовая информация, с которой сравнивалось описание неопределенности, относилась к точечной оценке, указывающей только верхнюю границу оценки диапазона.

Таблица 4 показывает, что средние баллы за понятность текста и ясность информации о рисках оцениваются как довольно средние. То же самое относится к сомнениям в профессиональной компетентности оценщиков рисков. Кроме того, средние баллы за сомнения в профессиональной компетентности оценщиков, восприятие риска и возбуждение страха почти все ниже средних точек шкалы, что указывает на низкую обеспокоенность.

Для проверки наших гипотез о влиянии информирования о неопределенности и объяснения неопределенности в характеристике риска мы вычислили двухфакторный MANOVA с пятью зависимыми переменными.Тест Левена показал однородность дисперсии ошибок (p> 0,05). Существует также однородность ковариаций, оцениваемая с помощью теста Бокса (p = 0,168).

MANOVA не выявил статистически значимых эффектов как неопределенности, так и объяснения факторов (для всех зависимых переменных применяется: F (1,109) = 1,701, p> 0,5). Также отсутствуют статистически значимые эффекты взаимодействия (для всех зависимых переменных применяется: F (1109) = 3,36, p> 0,7). Результаты показывают, что нет никаких различий, независимо от того, предоставлена ​​ли информация о неопределенности (т.д, полный диапазон оценок) или нет (т. е. только верхний предел оценочного числа случаев лейкемии у детей), и даны ли объяснения неопределенности или нет. Это никак не влияет на субъективную оценку понятности и однозначности информации. Точно так же он не влияет на субъективную оценку величины риска или на чувство страха, а также не ставит под сомнение профессиональную компетентность оценщиков риска.

Остается отметить, что наши результаты не подтверждают нашу гипотезу о раскрытии неопределенности в отношении характеристики риска. Предоставление нижнего и верхнего оценочного числа случаев лейкемии — по сравнению с информированием только о верхней оценке — снизило восприятие риска и страх. Кроме того, объяснение неопределенностей ссылкой на пробелы в знаниях при характеристике риска не имело статистически значимого влияния на зависимые переменные.

Эффекты описания неопределенности в отношении защиты посредством управления рисками (R3)

Эксперимент R3 касается потенциальных рисков детской лейкемии из-за воздействия ЭМП на сотовые телефоны.Описание неопределенности свидетельствует о том, что охрана здоровья не может быть окончательно гарантирована. Исходная информация, с которой сравнивалось описание неопределенности, свидетельствует о том, что защита установлена.

В таблице 5 представлена ​​информация о средних значениях зависимых переменных для четырех уровней обработки эксперимента R3. Обратите внимание, что для этой настройки была добавлена ​​дополнительная переменная с надписью «доверие к защите от рисков». Средства понятности текста находятся выше середины шкалы, но ясность информации несколько ниже и сосредоточена около середины шкалы.То же самое верно и для баллов по шкалам, относящимся к «сомнению в профессиональной компетентности», «восприятию риска» и «доверию к защите от рисков». Только средства для возбуждения страха явно ниже середины шкалы.

Для проверки наших гипотез о влиянии информирования и объяснения неопределенности в отношении защиты от рисков мы вычислили двухфакторный MANOVA с шестью зависимыми переменными. Тест Левена показал однородность дисперсии ошибок (p> 0,05). Также наблюдалась однородность ковариаций, оцененная с помощью теста Бокса (p = 0.103).

Что касается факторной неопределенности, наши данные указывают на статистически значимое влияние на возбуждение страха (см. Рис. 2). Если неуверенность в защите посредством управления рисками представлена ​​в качественном формате, то текст вызывает больше опасений (F (1,114) = 4,6, p <0,05, частичное η 2 = 0,039). Что касается всех других зависимых переменных, мы не наблюдали каких-либо статистически значимых эффектов (все p> 0,05). В частности, представление неопределенности в отношении защиты посредством управления рисками не влияет на восприятие риска и доверие к защите от рисков в отношении установленных лимитов величины подверженности, а также не усиливает сомнения в профессиональной квалификации специалистов по оценке рисков.

Рис. 2. Влияние описания неопределенности на защиту посредством управления рисками (факторная неопределенность) (R3).

Средние (с 95% доверительным интервалом) зависимых переменных (измеренных по 7-балльной шкале Лайкерта) для двух уровней фактора «неопределенности» — U0: нет информации о неопределенности, U1: информация о неопределенности. Примечание: чем выше оценка по шкале Лайкерта, тем выше значение зависимой переменной.

https://doi.org/10.1371/journal.pone.0253762.g002

Факторное объяснение дает только один статистически значимый результат, относящийся к понятности текста (см. рис. 3). Если меры по управлению рисками объясняются, независимо от того, предоставляется ли информация о неопределенности, понятность текста снижается (F (1,114) = 14,435, p <0,001, частичное η 2 = 0,034).

Рис. 3. Влияние объяснения неопределенности на защиту посредством управления рисками (факторное объяснение) (R3).

Средние значения (с 95% доверительным интервалом) зависимых переменных (измеренные по 7-балльной шкале Лайкерта) для двух уровней «объяснения» фактора — U1E0: неопределенность, без объяснения, U1E1: неопределенность, объяснение, N.Б .: Чем выше оценка по шкале Лайкерта, тем выше значение зависимой переменной.

https://doi.org/10.1371/journal.pone.0253762.g003

Поскольку нас, прежде всего, интересуют эффекты объяснения неопределенности, мы сравнили только набор данных U1E0 и U1E1 как подмножество. ANOVA дал один статистически значимый результат. Если неуверенность в защите рисков посредством управления рисками объясняется указанием пробелов в знаниях, понятность текста снижается (F (1,47) = 5,005, p <0.05, η 2 = 0,097). На все остальные зависимые переменные данное объяснение не повлияло.

Подводя итог, можно сказать, что результаты эксперимента R3 показывают, что качественная характеристика неопределенности в отношении защиты посредством управления рисками с использованием пределов воздействия ЭМП приводит к статистически значимому усилению возбуждения страха. Однако не было усиленных сомнений по поводу защиты здоровья от установленных пределов воздействия ЭМП. Таким образом, результаты эксперимента R3 не подтверждают нашу гипотезу, которая ожидала увеличения восприятия риска и возбуждения страха.Кроме того, объяснение неопределенности ссылкой на пробелы в знаниях статистически значимо повлияло только на понятность текста, который уменьшился в размере.

Обсуждение

Впервые в этом исследовании отдельно проанализировано влияние описаний неопределенностей на идентификацию опасностей, характеризацию рисков и управление рисками на примерах из дебатов по ЭМП. Что касается идентификации опасностей, мы сосредоточились на воздействии ЭМП от линий электропередач и использовали качественные термины для описания неопределенности.Информация о неопределенности подчеркнула, что пагубные последствия воздействия ЭМП на благополучие не установлены, но вероятны. В условиях «уверенности» испытуемые были проинформированы о том, что эти пагубные эффекты установлены.

Результаты эксперимента R1 не подтвердили нашу гипотезу о том, что описание неопределенности, которое ставит под сомнение существование опасности, уменьшит восприятие риска и возбуждение страха. Возможное объяснение состоит в том, что неспециалисты, такие как участники нашего исследования, не делают различий между эффектами, которые вероятны, и теми, которые подтверждены.Более того, предыдущие убеждения могут влиять на возникновение риска и страха, которое маскирует ожидаемые эффекты [45].

Особого интереса заслуживает влияние на воспринимаемую компетентность оценщиков. Информация о неопределенности в отношении идентификации опасностей может быть ошибочно принята за признак некомпетентной оценки. Этот результат противоречит другим исследованиям, в которых обнаружен положительный эффект раскрытия неопределенности [46]. Однако наши результаты согласуются с данными van der Bles et al. [47].Они обнаружили, что вербальное сообщение о неопределенности подрывает доверие людей к данной числовой информации по сравнению с контрольным условием (отсутствие информации о неопределенности) и сообщением о числовой неопределенности.

Кроме того, у нас выяснилось, что сообщение о неопределенности вербальными средствами делает информацию менее понятной. Это понятно, если учесть, что сообщение о неопределенности увеличивает сложность, и большинство непрофессионалов обычно предпочитают простые, четкие оценки [см. 48].

Качественная характеристика неопределенности, которая используется IARC [21], EFSA [49] и другими агентствами, ответственными за идентификацию опасностей, создает некоторые проблемы, касающиеся предполагаемой профессиональной компетенции.Однако дальнейшие исследования должны уточнить, компенсируется ли потеря доверия к этим компетенциям приобретением общественного доверия благодаря открытости и прозрачности информирования о рисках.

В эксперименте R2 мы обратились к проблеме детской лейкемии, которая наиболее актуальна в дебатах о пагубных последствиях воздействия ЭМП через линии электропередач. Сосредоточившись на характеристике риска, мы использовали количественное описание неопределенности. В условиях неопределенности участники исследования были проинформированы о том, что от 100 до 2400 случаев детской лейкемии в год можно отнести к выбросам ЭМП от линий электропередач.При условии уверенности испытуемые были проинформированы только о верхней границе оценки диапазона, то есть воздействие ЭМП могло вызвать во всем мире 2400 случаев детской лейкемии в год. Что наиболее важно, наши результаты показывают, что неопределенность отчетности по диапазонам не оказывает статистически значимого влияния на какие-либо зависимые переменные по сравнению с точечной оценкой, которая представляет собой верхнюю границу оценок. Возможно, отсутствие влияния на восприятие риска и страх вызвано смещением негативности [50], т.е.е. тенденцией уделять больше внимания информации худшего случая. Другими словами, наши результаты можно объяснить смещением в сторону увеличения. Однако также возможно, что предвзятость подтверждения повлияла на наши выводы. Респонденты, которые уже считают, что ЭМП причиняет вред, обычно предпочитают информацию, которая соответствует их убеждениям (см. Kunda [51], для общего обсуждения), в нашем случае — оценку наихудшего случая.

Эксперимент R3 касается защиты здоровья в связи с потенциальными рисками воздействия ЭМП от сотовых телефонов.Здесь мы описали неопределенность качественными терминами. В условиях неопределенности испытуемые были проинформированы о том, что предельные значения защитят людей от научно доказанных рисков, вызванных электромагнитными полями. Однако они также были проинформированы о том, что нельзя окончательно решить, обеспечивают ли предельные значения также достаточную защиту от возможных, но не научно доказанных, долгосрочных последствий для здоровья. При условии достоверности эта дополнительная информация не была предоставлена,

Наша гипотеза о том, что неуверенность в адекватности управления рисками усиливает восприятие риска и страх, нашла лишь частичное подтверждение.В условиях неопределенности статистически значимо увеличивался только страх. Вопреки нашим ожиданиям, неопределенность не повлияла на доверие к адекватности мер по управлению рисками.

Более того, объяснение неопределенности практически не имело эффекта, за одним исключением. Объяснение неуверенности в защите здоровья снижает понятность текста, поскольку добавляет к тексту большую сложность. Кроме того, наши результаты не подтверждают предположение, что объяснение неопределенности в идентификации опасностей указанием пробелов в знаниях негативно оценивается неспециалистами.

Тем не менее, мы рекомендуем нашим читателям рассмотреть наши выводы по объяснению неопределенности в оценке риска с некоторыми оговорками. Во-первых, тема «объяснение» — это широкая область, в которой участвуют различные исследовательские сообщества, например, лингвистика, когнитивная психология и педагогические науки. В нашем эксперименте мы имеем дело только с крошечным аспектом, объясняющим неопределенности в идентификации рисков, описании рисков и управлении рисками. Во-вторых, даже в этой узкой области наши пояснительные текстовые модули, хотя и основаны на пояснениях, данных организациями, отвечающими за радиационную защиту в немецкоязычных странах, могли быть структурированы по-другому по формулировке, длине и сложности.В-третьих, наша формулировка подтолкнула участников исследования к тому, чтобы приписать неопределенность нехватке экспертных знаний оценщиков риска. Вполне возможно, что приписывание неопределенности сложности могло привести к другому результату.

Таким образом, наши результаты ограничены выбранными модулями. Из-за этого отсутствие влияния объяснения неопределенностей ни в коем случае не следует воспринимать как должное. Другие текстовые модули могли дать другие результаты. По нашему мнению, необходимы дополнительные исследовательские исследования, прежде чем эффекты объяснения неопределенности могут стать темой экспериментальных исследований, основанных на гипотезах.

Ограничения

Наши выводы имеют несколько ограничений. Прежде всего следует избегать предвзятости к поспешным обобщениям. Наши результаты связаны с конкретным вопросом — потенциальными рисками для здоровья, связанными с ЭМП, конкретными операциями и специальной выборкой довольно хорошо образованных субъектов.

Кроме того, может иметь значение выбор конечных точек работоспособности. Например, конечная точка, которая использовалась в эксперименте R1 (идентификация опасности), относилась к ухудшению самочувствия, т.е.е., головные боли. С другой конечной точкой, например, с раком мозга, эксперимент мог бы дать другие результаты.

Кроме того, мы предполагаем, что исследование неопределенности в оценке риска требует сосредоточения внимания на межличностных различиях. Похоже, что особые характеристики целевых групп требуют большего внимания, особенно грамотность в отношении рисков и умение считать. Приведу один пример: передача диапазонов может привести к совершенно разному восприятию. В зависимости от априорных убеждений и установок люди могут предпочесть либо нижнюю, либо верхнюю границу диапазона в качестве наилучшей оценки риска.Пока нет основанных на доказательствах рекомендаций по решению этой проблемы.

Кроме того, наши результаты не исключают, что информирование о неопределенности в управлении рисками может снизить доверие к защите здоровья. Более эффективное описание последствий для здоровья отсутствия защиты, например, возможных раковых заболеваний, могло бы привести к усиленному восприятию риска.

Результаты объяснений второго фактора в лучшем случае предварительные, так как они связаны с выбранной операционализацией наших текстовых модулей.Кроме того, можно критиковать использование непроверенных шкал восприятия риска. Этот вопрос обсуждался в Wilson et al. [52] и является широко известным явлением в области исследования восприятия риска. Однако до сих пор не существует стандартизированной шкалы для измерения интуитивного восприятия риска.

Выводы

Наши эксперименты позволяют сделать несколько выводов о неопределенностях в отчетности. Они показывают, что информирование о неопределенностях не всегда является средством повышения доверия и достоверности.Научные скептики и активисты с определенной политической программой могут использовать неопределенность для распространения недоверия к науке, в первую очередь, когда неопределенность относится к идентификации опасностей. Специалисты по информированию о рисках должны осознавать, что признание неопределенности — палка о двух концах. Непрофессионалы могут объяснить это отсутствием профессиональных знаний.

Дальнейшие исследования должны быть сосредоточены на вопросах когнитивных ресурсов и предшествующих убеждений. Он должен быть сосредоточен на том, как получатели интерпретируют конкретный социальный контекст, в котором предоставляется информация, и как когнитивные ресурсы получателя, мотивация обрабатывать информацию и их прежние убеждения влияют на интерпретацию информации о неопределенности.Эти проблемы могут быть решены с помощью теорий двойного процесса, разработанных в отношении суждений и принятия решений [53]. Получатели могут понимать одну и ту же информацию по-разному в зависимости от того, обрабатывается ли информация с помощью детального или эвристического познания. Более того, предшествующие убеждения формируют интерпретацию неопределенностей в оценке риска. Эту проблему можно решить с помощью теорий, объясняющих, как мотивированные рассуждения влияют на суждения и мнения об информации о неопределенности [54].

Наконец, мы хотели бы подчеркнуть важность перформативной цели информирования о неопределенности.Имеет огромное значение, используется ли неопределенность, чтобы вызвать опасения и недоверие к науке, или честно сообщить об ограничениях доказательных знаний. При дальнейших исследованиях этой теме следует уделять больше внимания. Новые исследования могут извлечь уроки из анализа политизации науки [16], который сосредоточен на том, как неопределенность используется для подрыва доверия к науке.

Ссылки

  1. 1. Wiedemann PM, Boerner FU и Repacholi MH. Понимают ли люди классификацию IARC 2B радиочастотных полей сотовых телефонов? Биоэлектромагнетизм.2014; 35 (5): 373–78. pmid: 24737130
  2. 2. Шпигельхальтер Д. Коммуникация рисков и неопределенностей. Анну. Rev. Stat. Прил. 2017; 4: 31–60.
  3. 3. Лофстедт Р., Баудер Ф. Анализ неопределенности, основанный на фактах: что нам теперь делать в Европе? Точка зрения. Журнал исследований рисков. 2017. pmid: 29348731
  4. 4. Янсен Т., Клаассен Л., ван Полл Р., ван Камп I, Timmermans DRM. Устранение неопределенных рисков для информирования о рисках: концептуальный обзор литературы по гигиене окружающей среды.Риски, опасности и кризисы в государственной политике. 2018. 9 (1) 4–38.
  5. 5. ван дер Блес AM, ван дер Линден S, Freeman ALJ, Mitchell J, Galvao AB, Zaval L, et al. Сообщение о неуверенности в фактах, цифрах и науке. Королевское общество «Открытая наука». 2019; 6 (5): 181870. pmid: 31218028
  6. 6. Скиннер Д., Рокс С., Поллард С., Дрю Г. Выявление неопределенности в оценках экологического риска: разработка новой типологии 2 и ее значение для характеристики риска.Оценка рисков для человека и окружающей среды: Международный журнал. 2014. 20 (3): 607–640.
  7. 7. Маркон MPL, Лемир Л. Реакции общественности на сообщения о рисках, сообщающие о различных источниках неопределенности: экспериментальный тест. Оценка рисков для человека и окружающей среды: Международный журнал. 2013. 19 (4) 1102–1126.
  8. 8. Фишхофф Б. Неуверенность в общении: выполнение обязанности информировать. Выпуски Sci. Technol. 2012: 28,63–70.
  9. 9. Агентство по охране окружающей среды США.Справочник Совета по научной политике по характеристике рисков 2000 г. [цитируется в апреле 2020 г.] Доступно по адресу: https://www.epa.gov/sites/production/files/2015-10/documents/osp_risk_characterization_handbook_2000.pdf.
  10. 10. Mastrandrea MD, Mach KJ, Plattner G. et al. Руководство IPCC AR5 по последовательному учету неопределенностей: общий подход всех рабочих групп. Изменение климата. 2011; 108, 675. Доступно по ссылке: https://doi.org/10.1007/s10584-011-0178-6.
  11. 11.Всемирная организация здоровья. Рекомендации ВОЗ по информированию о вспышках болезней. Женева: Всемирная организация здравоохранения; 2005.
  12. 12. Холмс Б.Дж., Генрих Н., Хэнкок С., Лесту В. Общение с общественностью во время кризисов в области здравоохранения: опыт и мнения экспертов. Журнал исследований рисков. 2009. 12 (6): 793–807.
  13. 13. Вибек В. Коммуникационная неопределенность: модели коммуникации и роль науки в оценке прогресса в достижении экологических целей. Журнал экологической политики и планирования.2009. 11 (2): 87–102.
  14. 14. Гросс М. Общение с незнанием и развитие пост-горных ландшафтов. Научное общение. 2007. 29 (2): 264–70.
  15. 15. Орескес Н., Конвей Э.М. Торговцы сомнениями: как горстка ученых скрыла правду от табачного дыма до глобального потепления. Лондон: Bloomsbury Press; 2010.
  16. 16. Больсен Т., Дракман Дж. Н. Противодействие политизации науки. Журнал связи. 2015; 65: 745–769.
  17. 17. Видеманн П.М., Шютц Х. Принцип предосторожности и восприятие риска: экспериментальные исследования в области ЭМП. Перспективы гигиены окружающей среды. 2005. 113 (4): 402–405. pmid: 15811829
  18. 18. Слович П. Доверие, эмоции, секс, политика и наука: изучение поля битвы при оценке риска. Анализ риска. 1999. 19 (4): 689–700. pmid: 10765431
  19. 19. Национальный научно-исследовательский совет. Наука и суждение в оценке рисков. Вашингтон, округ Колумбия: The National Academies Press.1994. https://doi.org/10.17226/2125.
  20. 20. Всемирная организация здравоохранения, Международная программа по химической безопасности и Организация экономического сотрудничества и развития. Терминология оценки рисков. Женева: Всемирная организация здравоохранения; 2004. Доступно по адресу: https://apps.who.int/iris/bitstream/handle/10665/42908/9241562676.pdf?sequence=1&isAllowed=y
  21. 21. Международное агентство по изучению рака. Неионизирующее излучение, Часть 2: Радиочастотные электромагнитные поля, Монография МАИР по оценке канцерогенных рисков для людей.Лион: Международное агентство по изучению рака; 2013. 102. Доступно по адресу: https://publications.iarc.fr/Book-And-Report-Series/Iarc-Monographs-On-The-Identification-Of-Carcinogenic-Hazards-To-Humans/Non-ionizing-Radiation. -Часть-2-Радиочастотные-Электромагнитные-Поля-2013
  22. 22. Будеску Д. В., Брумелл С., Пор Х. Х. Улучшение информирования о неопределенности в отчетах межправительственной группы экспертов по изменению климата. Psychol Sci. 2009. 20 (3): 299–308. pmid: 19207697
  23. 23.Фишер К., Юнгерманн Х. Редко возникающие головные боли и редко встречающаяся слепота: редко = редко? Значение словесных частотных ярлыков в конкретных медицинских контекстах. Журнал принятия поведенческих решений. 1996; 9: 153–172.
  24. 24. Johnson BB, Slovic P. Представление неопределенности в оценке риска для здоровья: начальные исследования ее влияния на восприятие риска и доверие. Анализ риска. 1995. 15 (4): 485–94. pmid: 7480948
  25. 25. Хан PKJ, Klein WMP, Lehman TC, Massett H, Lee SC, Freedman AN.Ответы непрофессионалов на сообщения о неопределенности в отношении оценок риска рака. Принятие медицинских решений. 2009. 29 (3): 391–403. pmid: 19470720
  26. 26. Viscusi WK. Алармистское решение с расходящейся информацией о риске. Экономический журнал. 1997; 107: 1657–70.
  27. 27. Лофстедт Р., Маклафлин М., Осман М. Анализ неопределенности: результаты эмпирического пилотного исследования. Примечание исследования. Журнал исследований рисков. 2017. pmid: 29348731
  28. 28. Глентон С., Сантессо Н., Розенбаум С., Нильсен Э.С., Рейдер Т., Чаппони А. и др.Представление результатов Кокрановских систематических обзоров потребительской аудитории: качественное исследование. Принятие медицинских решений. 2010. 30 (5): 566–77. pmid: 20643912
  29. 29. Джонсон ББ. Дополнительные заметки о реакции общества на неопределенность рисков и науки. Анализ риска. 2003. 23 (4): 781–9. pmid: 12926570
  30. 30. Дикманн Н.Ф., Мауро Р., Слович П. Эффекты представления неточных вероятностей в прогнозах разведки. Анализ риска. 2010. 30 (6): 987–1001. pmid: 20409043
  31. 31.Хоу Л.К., Макиннис Б., Кросник Дж., Марковиц Е.М., Соколов Р. Признание неопределенности влияет на общественное признание прогнозов климатологов. Изменение климата природы. 2019; 9863–867.
  32. 32. Манодж Т., Морвиц В. Мудрый пенни и глупый фунт: эффект левой цифры в познании цен. Журнал потребительских исследований. 2005; 32 (1): 54–64, https://doi.org/10.1086/429600
  33. 33. Th Mussweiler., Englich G., Strack F. Эффект привязки. В: Pohl R F (Eds.) Когнитивные иллюзии. Хов и Нью-Йорк: Psychology Press, 2004; 183–200.
  34. 34. Видеманн П., Тельманн А., Груч М., Шютц Х. Влияние мер предосторожности и раскрытие научной неопределенности на восприятие риска ЭМП и доверие. Журнал исследований рисков. 2006; 9 (4): 361–72.
  35. 35. Кейл ФК. Объяснение и понимание. Annu Rev Psychol. 2006. 57: 227–254. pmid: 16318595
  36. 36. Морсс Р. Э., Демут Дж. Л., Лазо Дж. К. Сообщение о неопределенности в прогнозах погоды: обзор U.С. Паблик. Погода и прогнозирование. 2008. 23 (5): 974–91.
  37. 37. Смитсон М. Неприятие конфликта: предпочтение двусмысленности против конфликта в источниках и доказательствах. Организационное поведение и процессы принятия решений людьми. 1999. 79 (3): 179–98. pmid: 10471360
  38. 38. Смитсон М. Вероятностные суждения при двусмысленности и конфликте. Фронт. Psychol. 2015; 6: 674. pmid: 26042081
  39. 39. Фокс ЧР, Юлкюмен Г. Различение двух измерений неопределенности. В: Brun W, Kirkebøen G, Montgomery H.редакторы. Очерки суждения и принятия решений. Осло: 2011. Доступно по адресу: Universitetsforlaget. https://www.stat.berkeley.edu/~aldous/157/Papers/Fox_Ulkumen.pdf
  40. 40. Ülkümen G, Fox CR, Malle B. Два измерения субъективной неопределенности: подсказки из естественного языка. Журнал экспериментальной психологии: Общие. 2016; 145 (10): 1280–1297. pmid: 27442037
  41. 41. Гарсия-Ретамеро Р., Собков А., Петрова Д., Гарридо Д., Трачик Дж. Счисление и грамотность в отношении рисков: чему мы научились на данный момент? Испанский журнал психологии.2019; 22 (E10). pmid: 30892170
  42. 42. Соренсен К., Ван ден Бруке С., Фуллам Дж. И др. Медицинская грамотность и общественное здоровье: систематический обзор и интеграция определений и моделей. BMC Public Health. 2012; 12:80. pmid: 22276600
  43. 43. Cokely ET, Galesic M, Schulz E, Ghazal S, Garcia-Retamero R. Измерение грамотности в отношении рисков: Берлинский тест на умение считать. Суждение и принятие решений. 2012; 7: 25–47.
  44. 44. Hemmerich W. Statistik Guru: Rechner zur Adjustierung des α-Niveaus.2016 г. Доступно по адресу https://statistikguru.de/rechner/adjustierung-des-alphaniveaus.htm, 25.01 2020 г.
  45. 45. Тальманн А., Видеманн П. Убеждения и эмоциональность в оценке рисков. Журнал исследований рисков. 2006; 9: 453–466.
  46. 46. Дженсен Дж., Покхарел М., Шерр С., Кинг А., Браун Н., Джонс С. Информирование общественности о неопределенной науке: как количество и источник неопределенности влияют на фатализм, обратную реакцию и перегрузку. Анализ риска. 2016; 37 (1): 40–51. pmid: 26973157
  47. 47.ван дер Блес А., ван дер Линден С., Фриман А., Шпигельхальтер Д. Влияние сообщения о неопределенности на доверие общества к фактам и цифрам. Труды Национальной академии наук. 2020; 117. pmid: 32205438
  48. 48. Джонсон Б.Б., Слович П. Взгляды на неопределенность в оценке риска для здоровья, связанного с окружающей средой. Журнал исследований рисков. 1998; 1 (4): 261–79.
  49. 49. Европейское агентство по безопасности пищевых продуктов, Харт А., Максим Л., Зигрист М., фон Гетц Н., да Круз К., и другие. Руководство по сообщению о неопределенности в научных оценках. Журнал EFSA. 2019; 17 (1): e05520. pmid: 32626067
  50. 50. Розин П, Ройзман Е.Б. Смещение негативности, преобладание негативности и заражение. Обзор личности и социальной психологии. 2001. 5 (4): 296–320.
  51. 51. Кунда З. Аргументы в пользу мотивированных рассуждений. Психологический бюллетень. 1990. 108 (3): 480–498. pmid: 2270237
  52. 52. Уилсон Р.С., Цвикл А., Уолпол Х. Разработка широко применяемой меры восприятия риска.Анализ риска. 2019; 39 (4): 777–791. pmid: 30278115
  53. 53.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *