прагматика — это… Что такое прагматика?

        ПРАГМАТИКА (от греч. pragma — дело, действие) — область исследований, в которой изучаются отношения знаков к субъектам, которые их производят и интерпретируют. Термин «П.» был введен в конце 30-х гг. 20 в. Ч.У Моррисом для обозначения одного из трех разделов семиотики (наряду с синтактикой и семантикой). Однако сам прагматический аспект существования знаковых систем (в том числе и языка) был впервые тщательно рассмотрен Ч.С. Пирсом в конце 19 в.

        Пирс (как и Моррис, во многом следовавший его идеям) считал прагматическую составляющую основной для определения сущности знака. Знак становится таковым не благодаря своим физическим свойствам, а вследствие определенного употребления его в сообществе. Поэтому как способ построения знаковых конструкций (синтаксис), так и отношение знаков к обозначаемым объектам (семантика) являются лишь средством для выполнения знаками их основной функции: обеспечивать коммуникацию между людьми. Согласно Пирсу, познание представляет собой процесс опосредования реальности знаками. Необходимость опосредования возникает потому, что познавательная деятельность осуществляется не изолированным субъектом (как то пытается представить философская традиция, идущая от Декарта), а сообществом, которое в своих совместных действиях вырабатывает общее представление о мире. Процесс познания состоит в продуцировании и интерпретации знаков (преимущественно языковых; подробнее см.
Семиозис). Истина,
как утверждает Пирс, не есть соответствие суждений некоему объективному положению дел. Она представляет собой консенсус, достигнутый в рамках сообщества. Иными словами, истина является не семантическим (как это представляется, например, у А. Тарского), а прагматическим понятием.

        В течение нескольких десятилетий после Пирса, несмотря на широкий интерес к тематике, связанной с языком и знаковыми системами, прагматическая проблематика почти не затрагивалась исследователями. Большинство работ в области семиотики, лингвистики и философии языка ориентировались на синтактико-семантический подход. Всплеск интереса к П. (главным образом, языковой) возник уже во второй половине 20 в. Первыми значительными событиями, свидетельствовавшими об этом, были, во-первых, поздние работы Л. Витгенштейна, а во-вторых, теория

речевых актов Дж. Остина.

        В концепции Витгенштейна можно видеть абсолютизацию прагматического аспекта языка (хотя сам Витгенштейн и не использует термин «П.»). В этом смысле характерен предложенный им тезис: «Значение языкового выражения есть его употребление». Язык существует не для называния предметов и не для выражения ментальных состояний. Он предоставляет людям возможность совместной деятельности, подчиненной определенным правилам. Всякий языковой знак есть своего рода фигура в «языковой игре», в чем-то подобная шахматной фигуре. Шахматный король есть некоторый знак, но смысл этого знака определяется только правилами его использования в рамках игры. Вне употребления он ничего не обозначает (ничего не значит). Важной особенностью философии Витгенштейна является своего рода элиминация субъективного фактора употребления языка. Языковое поведение есть
игра
по правилам, разделяемым сообществом. Все, что связано с языком, имеет исключительно публичный характер. Говорение на языке есть публично интерпретируемое событие, смысл которого определяется общими правилами, а не состоянием сознания говорящего.         Теория речевых актов представляет собой иную линию исследования прагматического аспекта языка. В ней также признается, что основным в языке является его прагматическая, коммуникативная функция. Не отрицая роли разделяемых сообществом правил, эта теория вводит в рассмотрение такие характеристики, как намерение говорящего, коммуникативная цель и т.д. Иными словами, согласно теории речевых актов, употребление языка во многом зависит от сознания субъекта языковой деятельности (подробнее см.
Речевой акт, «Речевые акты»).
В американской философии языка поворот в сторону П. связан, с одной стороны, с традицией философского прагматизма, идущей от У Джеймса и Дж. Дьюи, а с другой — с критическим освоением синтактико-семантических идей логического позитивизма. У Ван О. Куайн разработал холистическую концепцию, согласно которой наделение языковых выражений значением происходит только в рамках целостной теории, выбор которой осуществляется сообществом на основании чисто прагматических критериев. Этот холизм Куайн дополняет тезисом об онтологической относительности, согласно которому соответствие выражений языка некоторым объектам можно охарактеризовать лишь в терминах другого (фонового) языка. Тем не менее Куайн стремится ввести в свой прагматический холизм некий элемент психологизма, утверждая, что в конечном счете любой язык выступает как средство концептуализации исходных чувственных данных. Чувственный опыт возникает в результате соприкосновения с «подлинной» реальностью и состоит, прежде всего, в «возбуждении нервных окончаний». Таким образом, наряду с прагматически обусловленным и публично значимым языком, существенным моментом познания, по Куайну, являются психические или даже физиологические состояния субъекта. Д. Дэвидсон, ученик Куайна, стремится более последовательно выдерживать прагматическую линию. Он видит слабость позиции Куайна именно в попытке апеллировать к исходной реальности чувственных ощущений, замечая, что всякий чувственный опыт может существовать лишь в форме, обусловленной некоторой концептуальной схемой. Мы всегда имеем дело только с концептуализированной реальностью. Наделение языковых выражений значением происходит в рамках коммуникации и является результатом согласия участников коммуникации (см.:
Дэвидсон Д.
Об идее концептуальной схемы // Аналитическая философия. Избранные тексты. М.,1993. С. 144—158).

        Особая роль прагматического измерения языка в познании и рациональной деятельности вообще отмечается в философских концепциях, разрабатываемых немецкими философами Ю. Хабермасом и К.-О. Апелем. Общей чертой, отличающих их от большинства других исследователей, занятых проблемами языковой П., является своеобразный абсолютизм. Этот абсолютизм, выразившийся, в частности, и в названиях их концепций («универсальная П.» у Хабермаса и «трансцендентальная П.» у Апеля), состоит в поиске всеобщих (универсальных или трансцендентальных) норм коммуникации, присущих всякому человеческому общению. Хабермас исходит при этом из понятий «отчуждения» (понятого близко к Марксу) и «жизненного мира» (во многом сходного с гуссерлевским). Рационализированные и объективированные коммуникативные схемы, постоянно навязываемые человеку обществом, противопоставляются первичным коммуникативным образцам жизненного мира. Хабермас при этом постоянно имеет в виду некий социальный проект, направленный на устранение этого противоречия и освобождение человека от власти объективированных (отчужденных) схем (подробнее см.

«Теория коммуникативного действия», Действие коммуникативное).

        Апель строит свою трансцендентальную П., исходя из концепций коммуникативного сообщества Пирса и языковых игр Витгенштейна. Одним из важнейших понятий его философии является «трансцендентальная языковая игра». Смысл его состоит в том, что всякий человек, включенный в то или иное сообщество и ведущий, соответственно, какие-либо языковые игры, способен к коммуникации с любым другим человеком, включенным в другое сообщество, языковые игры которого, возможно, крайне далеки от первого. Насколько различными ни были бы их коммуникативные принципы, они все равно в состоянии найти некую общность и установить взаимопонимание. Поэтому все люди, коль скоро они говорят на языке, принадлежат к некоему идеальному сообществу, включенному в потенциальную языковую игру, которая актуализируется в виде различных частных языковых игр. Важной чертой трансцендентальной П. Апеля является обращение к

герменевтике, как необходимому аспекту П. Употребление языковых знаков сопряжено с пониманием, с интерпретацией выраженных в них свидетельств. Герменевтический момент особенно важен потому, что идеальное языковое сообщество не ограничено лишь ныне живущими людьми, способными к непосредственному общению. Коммуникация захватывает всех, кто когда-либо пользовался языком и оставил какие-либо интерпретируемые свидетельства о себе. Поэтому ведение языковых игр сопряжено с постоянной актуализацией письменной и устной традиций.

        Апель также уделяет существенное внимание анализу научного познания, указывая на взаимодополнительность двух его аспектов: объективного исследования и научной коммуникации. Объективное исследование подразумевает субъект-объектные отношения и в принципе хорошо описывается классической (восходящей к Декарту) философией науки. Однако абсолютизация этого аспекта ведет к тому, что Апель называет «методическим солипсизмом»: представлению о познании как о деятельности изолированного (трансцендентального) субъекта, выражающего свои научные результаты на некоем персональном языке. Научное познание, согласно Апелю, предполагает общение между учеными, состоящее в постоянной интерпретации сообщений и свидетельств, оставляемых разными исследователями. Эта интерпретация неотъемлема от процесса научного исследования, результаты которого с необходимостью обусловлены коммуникативными нормами сообщества

(Апепь К.-О. Трансформация философии. М., 2001).

        Г.Б. Тутнер

Энциклопедия эпистемологии и философии науки. М.: «Канон+», РООИ «Реабилитация». И.Т. Касавин. 2009.

epistemology_of_science.academic.ru

1. Понятие прагматики — Что такое прагматика? — Теория прагматики средств массовой коммуникации — Теория прагматики

Историю термина «прагматика» (греч. «прагма» – дело, действие) принято вести от Ч.Морриса, выделившего в семиотике, теории знаковых систем, область прагматики наряду с областями семантики и синтактики [Morris 1938].   Как любая наука, прагматика имеет свой объект, предмет, субъект и метод исследования. Объектом исследования прагматики может быть речевой акт, слово, текст или совокупность текстов. Позже термин «прагматика» стал употребляться в языкознании, но не получил в среде лингвистов однозначного толкования.

Прагматика понималась как наука об употреблении языка [Leech 1983], наука о языке в контексте, или наука о контекстуальности языка как явления [Parret 1980], исследование языка (или любой другой системы коммуникации) с точки зрения преследуемых целей, различных способов их достижения и условий, при которых эти цели достигаются [Parisi 1981], теория интерпретации речевых актов [Searl 1968; Grice 1975, 1981], изучение языковых средств, служащих для обозначения различных аспектов интеракционального контекста, в котором выражается пропозиция [Motsch 1980]. В отечественной лингвистике прагматика также понимается как теория, изучающая прагматические параметры литературной коммуникации [Арутюнова 1981], а также текста в его динамике, соотнесенного с «я» творящего текст человека [Степанов 1981, 1985].

Прагматика рассматривается как «значение минус условия истинности» [Gazdar 1981]; это область изучения тех аспектов значения, которые не охватываются семантической теорией [Levinson 1983]. Прагматика понимается как теория речевого воздействия [Киселева 1978]. Назначение прагматики видится в изучении языка как орудия общественной практики человека [Сусов 1974].

Т. ван Дейк считает, что в компетенцию прагматики входит выявление систем, характеризующих языковую форму, значение и деятельность [Dijk 1981]. По мнению Т. ван Дейка, в наиболее теоретизированном и абстрагированном понимании прагматика призвана осуществлять спецификацию (теоретически допустимых) условий (теоретически допустимой) пригодности (теоретически допустимых) структур высказывания. К эмпирическим задачам теории прагматики относится разработка когнитивной модели производства, понимания, запоминания речевых актов, а также модели коммуникативного взаимодействия и использования языка в конкретных социокультурных ситуациях [Dijk 1981: 260].

Серьезная трудность заключена во взаимоопределении понятий прагматики и семантики. По мнению Г.В.Колшанского: «…Любое речевое образование есть результат понятийной обработки какого-либо познавательного акта, что неизбежно и придает любому осмысленному высказыванию когнитивный характер, относимый обычно к семантике в широком смысле слова. В этом плане вполне понятно устремление лингвистов не отрывать фактор прагматического функционирования языка в целом от его содержательного характера и включать, таким образом, прагматику лишь как компонент в единую семантику языковых коммуникативных единиц» [Колшанский 1985: 175].

Как бы ни были разнообразны варианты определения прагматики, основным в них можно считать то, что они исходят из схемы Ч.Морриса. Одним из свойств знака является отношение между знаком и его пользователем – человеком. Человеческий фактор признается в качестве ведущего понятия прагмалингвистики [Арутюнова 1981; Булыгина 1981; Гак 1982; Степанов 1981, 1985 и другие]. Прагматика изучает все те условия, при которых человек использует языковые знаки. При этом под условиями пользования понимаются условия адекватного выбора и употребления языковых единиц с целью достижения конечной цели коммуникации – воздействия на партнера.

В современных исследованиях прагматики все большее значение приобретает субъект деятельности, который в прагматике понимается как «абстрактный индивид (виртуальный коммуникант), являющийся носителем комплекса характеристик: психологических, социальных, географических, национально-культурных и т.д.» [Багатурия 2004: 4]. Эта возрастающая роль субъекта определяет выбор методов исследования предмета прагматики. Если рассматривать прагматику как науку, изучающую язык с точки зрения «использующего его человека в аспекте выбора языковых единиц, ограничений на их употребление в социальном общении и эффекта воздействия на участников коммуникации» [Crystal 1985: 240], следует отнести эту науку к категории практических, основанных на индуктивных методах познания действительности.

Деятельность по передаче человеком знакового сообщения изучается прежде всего как процесс коммуникации – всем циклом научных дисциплин, изучающих коммуникацию, и первые трудности в выделении собственно предмета прагматики возникают именно в этом отношении. Как считает В.Г.Колшанский: «Прагматика как отрасль, изучающая отношение человека к языковому знаку, вообще теряет свой смысл по той причине, что отношение к знаку не может выявляться в языке помимо пользования самим языком, что и является по определению коммуникацией» (выделено нами – А.Ш.) [Колшанский 1985: 131].

Нередко прагматику определяют посредством акцентуации на отдельном аспекте процесса коммуникации, а именно – на воздействии или коммуникативном воздействии: «…Независимо от определения прагматического аспекта языка, лейтмотивом остается, как правило, идея о воздействии на поведение человека с помощью вербальных средств речевых актов» [там же: 139].  В настоящее время коммуникативное воздействие понимается достаточно широко. Например, Ю.К.Пирогова выделяет «…Воздействие на сознание путем выстраивания рациональной аргументации (убеждение), или воздействие на сознание через эмоциональную сферу, или воздействие на подсознание (суггестия), воздействие с помощью вербальных (речевое) или невербальных средств» [Пирогова 2001: 541]. Речевое воздействие в лингвистике изучается в связи с социальной стороной речевого общения [Федорова 1991: 46-50]. В теории речевой коммуникации речевое общение представляется в виде двухуровневого образования, включающего социологический и коммуникативный уровни. Под содержанием коммуникативного уровня понимается обмен информацией между собеседниками, а содержание социологического уровня предполагает социальное взаимодействие участников коммуникации, то есть их влияние на поведение, образ мыслей и чувства друг друга. Речевое воздействие определяется как речевая форма социального воздействия говорящего на слушающего в процессе общения [там же: 46].

Нам представляется, что выделение предмета прагматики текста СМК не может целиком строиться на понятии «воздействие». Ряд материалов СМК действительно имеет цель воздействовать на знания, отношения и намерения адресата, цель добиться нужной для адресанта оценки определенного объекта – например, в рекламе или в призыве проголосовать на выборах. Однако в текстах СМК можно найти и другие цели, например, ведущую цель «развлечь» или увлечь реципиента (привлечь его внимание). В этом случае издание удовлетворяет психическую потребность субъекта в развлечении, стимулируя потенциального покупателя приобретать все новые и новые выпуски развлекательных материалов издания. Так, в материалах «желтой» прессы в субъекте-реципиенте инициируются те состояния, за которые тот готов платить: страх, удивление, негодование, умиление и другие. Аналогичным образом художественно-публицистические тексты апеллируют к «чувству прекрасного», пониманием которого, с достаточной степенью вероятности, обладает аудитория этих текстов. В подобных случаях оснований говорить о «воздействии на знания, отношения и намерения адресата…» примерно столько же, сколько в случае трансляции по каналу СМК футбольного матча. Можно ли в развлекательных или в художественно-публицистических материалах найти признаки коммуникативного воздействия? В широком смысле, безусловно, можно. При этом мы рискуем опять вернуться к всеобъемлющим определениям (в данном случае – понятия воздействия) и потерять предмет исследования, необходимый нам для реализации в первую очередь методических задач. Например, по мнению Г.Г.Матвеевой: «…Воздействие, или управление поведением, является целью всякого (выделено нами – А.Ш.) общения. Общение – это социальная ориентация, в которой реализуется приспособительная функция человека. Она сводится к функциональным регулирующим целям. Цели эти имеют прямое и непрямое воздействие. При последнем тоже происходит управление, например при информировании, при выражении оценки, отношения, на основании которых тоже может быть принято решение о регуляции поведения» [Матвеева 1984: 44].

На наш взгляд, недопустимо смешивать понятия воздействия и пафоса СМК. Как отмечает Ю.В.Рождественский: «…Пафос массовой информации состоит в том, чтобы сделать сообщения о событиях (в принципе, не касающихся получателя) интересными для него, так чтобы он стал вовлеченным в эти события духовно. Поэтому массовая информация подбирает сообщения о событиях и комментирует их так, чтобы ее материалы вызывали интерес. Это достигается вызыванием эмоций, любознательности, страха и сострадания. Цель формирования такой эмоции состоит в том, чтобы включить получателя информации в массовые действия» [Рождественский 1997: 593].

В свою очередь, под воздействием «в нужном для адресанта направлении» правильнее понимать такое воздействие, которое строится вокруг конкретного объекта действительности. При этом адресант добивается вполне определенной мысли, эмоции или линии поведения адресата по отношению к этому объекту действительности.

Таким образом, понятие коммуникативного воздействия на практике эффективнее связывать с теми текстами СМК, содержание которых призвано сформировать картину мира реципиента, понимание им действительности в отношении избранного объекта или группы объектов. Как мы покажем в дальнейшем, данные тексты можно сгруппировать по общим целям: они могут быть направлены на убеждение, побуждение или рекламирование. В этих случаях (текстах) прагматика текста СМК связана с воздействием, однако как понятие имеет под собой собственную предметную реальность. Доказательством этого может служить, например, прагматика текстов СМК с ведущими целями по информированию или развлечению аудитории, не имеющих явно выраженного потенциала воздействия.

Рассмотрим другую возможность в определении предмета прагматики. Допустим, исследование прагматических характеристик языковых знаков возможно в самой системе языка. Естественным развитием подобной логики становится выделение в качестве предмета исследования определенного лингвистического материала, единиц языка, имеющих узко прагматическую направленность.

Такие единицы выделяет Л.А.Киселева: «…Прагмемы – единицы разных уровней языка, обладающие прагматической заданностью: они предназначены для регуляции человеческого поведения. К ним относятся прежде всего те языковые единицы, которые отражают явления эмоционально-волевой сферы психики адресата и через нее – его интеллектуальной сферы (путем эмоционального внушения, заражения, убеждения) с целью регуляции его поведения. Это те единицы, которые принадлежат к ядру прагматического поля (например эмоциональные, эмоционально-оценочные и побудительные междометия, а также эмоционально-оценочные слова типа отвратительный, чудный, голубчик, прелесть и т. п.)» [Киселева 1978: 106].

Подобное направление исследования критикуется, в основном, за изолированность рассмотрения языковых единиц, за невыраженность связи знака с реципиентом. Как отмечает В.Н.Комиссаров:  «…Нельзя привести никаких доказательств того, что так называемые эмоциональные слова (типа приводимых в подобных работах – безобразный, восхитительный и т.д.) непосредственно обращены к чистой психике, минуя нормальное интеллектуальное восприятие подобных единиц, имеющих очевидное понятийное содержание, относящееся к разряду так называемых оценочных как продукта мыслительной деятельности человека» [Комиссаров 1990: 140–141].

Выделив отдельную область в сфере языка (ведь язык, в отличие от речи, имеет абстрактную и системную сущность), исследователь получает необходимую системность, логику и предсказуемость функций тех или иных знаков и отношений между ними, прямо вытекающие из системности и логики языка как явления. Однако в рамках данного подхода исследователь вынужден вскрывать отношения между знаками (в рамках системы языка), а никак не отношения между знаком и реципиентом, – из чего исходит определение прагматики. Таким образом, выделение предмета прагматики в самой системе языка, в выделении особых языковых знаков, на наш взгляд некорректно.

Итак, определим нашу собственную позицию в исследовании предмета прагматики: исследованию подлежит скорее не прагматический аспект языка, а прагматический аспект конкретного текста, входящего в совокупность текстов, в нашем случае – СМК. В совокупности текстов СМК необходимо выделить авторские интенции, имеющие устойчивый характер, повторяющиеся уровни воздействия и, безусловно, языковые средства, успешно реализующие установленный комплекс целей и задач. Фактор успешности языкового знака в условиях реализации комплекса целей и задач конкретного текста позволяет оставаться в рамках отношения «знак – реципиент», а не ограничиваться  сугубо абстрактными отношениями  знаков в системе языка.

Сама по себе логика выделения предмета прагматики в зависимости от сферы употребления текста (в социальной практике) не нова. Как пишет Г.В.Колшанский: «…Если понимать под прагматикой речевого общения достижение какой-либо цели – практической, теоретической, физической, интеллектуальной и т. д., то можно в какой-то степени говорить о характеристике использования человеком языкового знака, но только, видимо, в смысле «успешно» или «неуспешно» была осуществлена коммуникативная цель. Такой успех вербальной коммуникации может быть определен как для индивидуального речевого акта, так и в целом для некоторого социального коллектива. Вопрос о целесообразности разработки критериев «прагматической успешности» речевого акта может быть решен только в чисто прикладном плане и применительно к конкретным областям языкового общения человека» (выделено нами – А.Ш.) [Колшанский 1985: 149].

 

pragmatica.ucoz.ru

Речи прагматика — это… Что такое Речи прагматика?


Речи прагматика
— практика речи, способы выражения того, что индивид намерен сказать, сделать или сообщить. Для этого он использует различные речевые акты: 1. декларатив (вердиктив,оператив, акт-установление, то есть констатацию какого-то факта, вызывающее к жизни некие новые обстоятельства для слушающего), 2. директив (прескриптив, то есть предписание что-либо сделать), 3. комиссив (то есть принятие на себя неких обязательств), 4. репрезентатив (сообщение о происшедшем), 5 экспрессив (выражение эмоционального состояния) и мн.др. (вопросы, просьбы, советы, укоры и т.д.). В возрасте 3-5 лет дети обычно овладевают множеством повседневных речевых актов. У пациентов с психическими расстройствами эта сторона речи может существенно страдать в силу нарушения психического развития (умственная отсталость, ранний детский аутизм и др.) или психологической регрессии.

Энциклопедический словарь по психологии и педагогике. 2013.

  • Речи органы
  • Речи развитие

Смотреть что такое «Речи прагматика» в других словарях:

  • ПРАГМАТИКА — (греч. этимол, см. прагма). Основательное, всестороннее знание дела. Словарь иностранных слов, вошедших в состав русского языка. Чудинов А.Н., 1910. ПРАГМАТИКА [Словарь иностранных слов русского языка

  • ПРАГМАТИКА — (древнегр. pragmatos действие) раздел семиотики, изучающий соотношение знаков и их пользователей в конкретной речевой ситуации. Можно сказать, что П. это семантика языка в действии. Впервые о П. писал Чарлз Сандерс Пирс в ХIХ в., а ее основные… …   Энциклопедия культурологии

  • ПРАГМАТИКА — (от греч. pragma – действие, дело). Раздел лингвистики, изучающий функционирование языковых образований в речи, – отношение между высказыванием, говорящими и контекстом (ситуацией). Теоретические основы П. были заложены лингвистами философами Б.… …   Новый словарь методических терминов и понятий (теория и практика обучения языкам)

  • Прагматика — (от греч. πρᾶγμα, род. п. πρᾶγματος  дело, действие)  область исследований в семиотике и языкознании, в которой изучается функционирование языковых знаков в речи. Термин «прагматика» введён в конце 30‑х гг. 20 в. Ч. У. Моррисом как название… …   Лингвистический энциклопедический словарь

  • Прагматика — Не следует путать с Прагматизм.     …   Википедия

  • ПРАГМАТИКА — (pragmatics) раздел лингвистики, занимающийся изучением языка в контексте. Прагматика стремится описывать систематическое изменение в выборе и составлении лингвистических вопросов, являющихся результатом социальной среды. Это, следовательно,… …   Большой толковый социологический словарь

  • прагматика — 1. Один из планов или аспектов исследования языка, выделяющий и исследующий единицы языка в их отношении к тому лицу или лицам, которые пользуются языком. 2. Раздел языкознания, изучающий функционирование языковых знаков в речи и отношение между… …   Толковый переводоведческий словарь

  • Художественный стиль речи, или художественно-изобразительный, художественно-беллетристический — – один из функциональных стилей (см.), характеризующих тип речи в эстетической сфере общения: словесных произведений искусства. Конструктивный принцип Х. с. р. – контекстуальный перевод слова понятия в слово образ; специфическая стилевая черта –… …   Стилистический энциклопедический словарь русского языка

  • Развитие речи —     Лингвистика …   Википедия

  • ЛИНГВИСТИКА УСТНОЙ РЕЧИ — область языкознания, бурно развивюшаяся в 1960 1970 е гг. До этого устная речь не считалась самостоятельным лингвистическим объектом, обладающим своими нормами, а лишь противопоставлялась письменной речи как отсутствие нормы или как антинорма. В… …   Энциклопедия культурологии


psychology_pedagogy.academic.ru

Прагматика — это… Что такое Прагматика?

        раздел (точнее, аспект) семиотики (См. Семиотика), посвященный рассмотрению и изучению отношения субъектов, воспринимающих и использующих какую-либо знаковую систему (её «интерпретаторов»), к самой знаковой системе. Основополагающие идеи П. идут от Ч. Пирса, в дальнейшем существенный вклад в неё внесли Ч. Моррис (которому принадлежит и сам термин «П.») и др. учёные. В отличие от синтактики (См. Синтактика), изучающей чисто структурные отношения между правильно построенными выражениями знаковой системы (безотносительно к их возможным интерпретациям, хотя, быть может, и имея их в виду), и семантики (См. Семантика), внимание которой сосредоточено как раз на этих интерпретациях, П. изучает свойства и отношения какой-либо знаковой системы невыразимыми средствами самой этой знаковой системы; к ним относятся, например, стилистические характеристики языка, обеспечивающие наиболее успешное («адекватное») восприятие сообщений, характеристики допустимой сжимаемости текста, сохраняющей его понятность, критерии оптимальности структуры такого сжатого текста («реферата» на исходный текст), индивидуальные «разрешающие» способности интерпретаторов. Т. о., П. предполагает максимальный учёт свойств и возможностей человеческого интеллекта и сама претендует на выявление условий, обеспечивающих успешную работу по моделированию этих свойств и возможностей. Конкретизируя это, можно упомянуть о направлениях и научных исследованиях, в которых приложение прагматических представлений и идей представляется весьма перспективным, а зачастую приводит и к непосредственным практическим выходам. Это относится к проблемам эвристического программирования, машинного перевода (См. Машинный перевод) (с очень трудной задачей автоматического распознавания омонимии (См. Омонимия)), автоматического реферирования, разработки информационно-поисковых систем и специальных языков для них, разработки языков для космических коммуникаций (т. н. Lincos — lingua cosmica голландского математика Х. Фройденталя) и ко всему разнообразному кругу задач, встающих при проектировании и построении всякого рода «роботов», — задач, для решения которых оказывается явно недостаточно привлечения (помимо средств конкретных наук) одних лишь синтаксических и семантических соображений. Прагматические соображения широко привлекаются и в такой типично «умозрительной» области, как разработка оснований математики и математической логики (См. Логика) (работы голландских математиков Г. Маннури и Д. ван Данцига, а также т. н. ультраинтуиционизм; см. Аксиоматический метод). В то же время П. широко пользуется материалом, почерпнутым из данных психологии (в частности, инженерной психологии), этологии (науки о поведении животных), социальной психологии (См. Социальная психология), лингвистики и др. наук (и, в свою очередь, оказывает на них воздействие).

         Лит.: Карнап Р., Значение и необходимость, пер. с англ., М., 1959; Логика и методология науки. IV Всес. симпозиум, Киев, июнь 1965, М., 1967, с. 56—67; Вычислительные машины и мышление, пер. с англ., М., 1967; Интегральные роботы. Сб. ст., пер. с англ., М., 1973; Нильсон Н., Искусственный интеллект, пер. с англ., М., 1973: Ajdukiewicz К., Logika pragmatyczna, Warsz., 1965; Morris Ch. W., Foundations of the theory of signs, ChL, 1938; Russell B., An inquiry into meaning and truth, N. Y., [1940]; Martin R. М., Toward a systematic pragmatics, Arnst., 1959; Peirce Ch. S., Collected papers, 2 ed., v. 5, 6, Camb. (Mass.), 1960.

dic.academic.ru

8.3. О понятии прагматических языковых значений

8.3. О понятии прагматических языковых значений

Термин «прагматика» был введен в конце 30-х гг. XX в. американским семиотиком Ч. Моррисом как название одного из трех разделов семиотики, изучающего отношение знаков к их интерпретаторам. Затем этот термин стал употребляться для обозначения области лингвистических исследований, направленных на изучение функционирования языковых знаков в речи, особенно под влиянием логико-философских теорий речевых актов Дж. Остина, Дж. Р. Серла, 3. Вендлера и др., теорий прагматических значений П. Грайса, теорий референции П. Стросона, Л. Линского и др. Такое понимание прагматики языковых знаков отразилось в «Лингвистическом энциклопедическом словаре» (автор словарной статьи Н.Д. Арутюнова): «Прагматика… – область исследований в семиотике и языкознании, в которой изучается функционирование языковых знаков в речи» [Арутюнова 1990: 389]. Подобным же образом определяет задачи прагматического подхода к языковым знакам В.Г. Гак в энциклопедии «Русский язык»: «Прагматика… – раздел языкознания, изучающий функционирование языковых образований в речи – отношение между высказыванием, говорящими и контекстом (ситуацией) в аспекте человеческой деятельности… Если семантика отвечает на вопрос, что говорит человек, а синтактика – как он говорит, то прагматика дает ответ на вопрос – зачем (или почему) он так говорит. Изучая языковые факты непосредственно в их употреблении, прагматика сближается с психологией, социологией, этнолингвистикой, культурологией. Прагматика касается как интерпретации высказываний, так и выбора их формы в конкретных условиях. Основные проблемы, изучаемые в прагматике, – структура и классификация актов речи и интерпретация высказываний [Гак 1997: 360]. Следовательно, с этой точки зрения прагматика языковых знаков обнаруживается в актах речи и связана с говорящим субъектом, адресатом, их взаимодействием в коммуникации и с ситуацией общения: с целями высказывания, их косвенными смыслами (типа: Здесь дует или Мне холодно = просьба закрыть дверь в комнате. Вернитесь, наденьте пальто – Мне будет жарко = не надену), референцией говорящего, его отношением к тому, что он высказывает, воздействием на адресата, формами и стилями речевого общения (информационный диалог, дружеская беседа, спор и др.), межличностными отношениями участников общения, информативностью адресата и т.д. (см. перечень аспектов прагматического изучения языковых знаков в словарной статье [Арутюнова 1990: 389– 390]). Несомненно, что прагматическое изучение языка в речи позволяет глубоко понять и объяснить реальное употребление языка, что отвечает этимологическому значению термина «прагматика» (от греч. pragma — «действие, дело») и стало ассоциироваться у ряда исследователей с понятием «прагматизма» (полезности, успешности, воздействия) речевых актов.

Таким образом, языковая прагматика в интерпретации Н.Д. Арутюновой и В. Г. Гака является прежде всего прагматикой речи, сближаясь с функциональным изучением языка в речи, и неясна в своих границах в связи с неясностью ее отличия от языковой семантики: как разграничить «что говорит человек» (семантику) и «зачем (или почему) он так говорит» (прагматику)? Разве, например, косвенные смыслы предложений, обычно относимые к языковой прагматике, не являются косвенной семантикой предложений, или вопросительные предложения, также обычно относимые к языковой прагматике, не выражают грамматической семантики предложений?

Более адекватным представляется понимание прагматики языка, высказанное Ю.С. Степановым, Ю.Д. Апресяном и Е.В. Падучевой. Они связывают прагматику языка с проявлением эгоцентризма говорящего и отражением этого эгоцентризма в самой языковой системе.

Так, по справедливому замечанию Ю.С. Степанова, определение прагматики как «раздела семиотики, изучающего отношение использующего знаковую систему к самой системе» [Философская энциклопедия 1967: 338], приводит к тому, что игнорируется фиксация отношения говорящего к языковым знакам в самой знаковой системе языка, см. [Степанов 1998: 379—380]. Вместе с тем эта фиксация является одним из основных измерений языковых знаков, для которого термин «прагматика», по мнению Ю.С. Степанова, не подходит. Поэтому он предлагает заменить его термином «дектика» (букв, «могущий вместить или принять в себя») как отражающим присвоение говорящего языка в момент – и на момент – речи, имея в виду координату «Я – здесь – сейчас» (см. Там же). Думается, что этот термин вряд ли удачен в связи с его фонетической близостью с термином «дейксис», и можно не отказываться от уже привычного термина «прагматика», но понимать его в широком значении как выражающего проявление в семантике языка и речи эгоцентризма говорящего, поскольку отсылка к говорящему составляет сущность прагматики языковых знаков как в системе языка, так и в употреблении их в речи.

Ю.Д. Апресян под языковой прагматикой понимает «закрепленное в языковой единице (лексеме, аффиксе, граммеме, синтаксической конструкции) отношение говорящего: 1) к действительности, 2) к содержанию сообщения, 3) к адресату» и подчеркивает, что речь идет не об оценке, свободно творимой говорящим в речи, а лишь о той готовой, лексикализованной или грамматикализованной оценке, которая встроена непосредственно в содержательную сторону языковых единиц и имеет, тем самым, постоянный статус в языке» [Алресян 1995, II: 136]. Следовательно, Ю.Д. Апресян не исключает, что языковая прагматика может быть не только системно-языковой, но и речевой.

Е.В. Падучева также считает, что прагматика сводится к отношению языковых знаков к говорящему, и видит искусственность в проведении границы между прагматикой и семантикой языка, определяя лингвистическую прагматику как «некоторую область семантики… которая изучает языковые элементы… в семантике которых отсылка к говорящему играет ключевую роль» [Падучева 1996:223]. Более того, она полагает, что «языковые значения прагматичны в принципе: с человеком, с речевой ситуацией связаны в языке не какие-нибудь особо выделенные экспрессивные элементы, а вообще значение подавляющего большинства слов и грамматических единиц. Заведомо связана с прагматикой и референция: в естественных языках нет кванторов или референциальных операторов, как в логических; есть слова типа какой-то, кое-какой, некоторый, некто – с массой прагматических компонентов, таких, как известность/неизвестность говорящему; среднее, с точки зрения говорящего, число или количество (ср. некоторое недовольство = «не большое и не маленькое»; кое-какие данные — «данные в среднем количестве»). Следовательно, отношением языка к пользователю нельзя пренебречь даже в самом грубом приближении. Значения, выразимые через условия истинности, неразрывно связаны в естественных языках с прагматическими значениями. Таким образом, граница между семантикой и прагматикой размывается» [Там же: 222].

Из рассмотренных точек зрения на сущность прагматики языковых знаков следует, что она, во-первых, уже не противопоставляется семантике языковых знаков, а является ее особой разновидностью, отражающей «эгоцентрический фактор» в семантической системе языка,

и, во-вторых, носит и речевой характер, во многом зависимый от системных прагматических значений и созначений (коннотаций), в связи с чем можно говорить о собственно-прагматических и коннотативно-прагматических языковых значениях. И те и другие прагматические значения могут быть лексическими, словообразовательными и грамматическими.

В целом прагматика языковых знаков предстает в двух типах – в системно-языковой прагматике и речевой – и заключается в проявлении в передаваемой языковой информации позиции и точки зрения говорящего, его коммуникативных интересов, ориентации в мире – отсылки к сознанию его «Я» в ситуации общения, что и составляет содержание понятия лингвистического эгоцентризма. Таким образом, прагматику языковых знаков можно определить как отражение эгоцентризма говорящего в семантической системе языка и речи. При этом прагматические значения языковых единиц не всегда совпадают с прагматическими значениями речевых актов. Как замечает Ю.Д. Апресян, «во многих случаях иллокутивная функция высказывания не маркируется никакими собственно языковыми средствами, а восстанавливается адресатом на основании экстралингвистических знаний – об устройстве мира в целом, о текущей ситуации, о постулатах кооперативного общения. Так, императивное высказывание Поставьте, пожалуйста, вещи сюда интерпретируется как предложение (приглашение) в ситуации приема гостя и как требование в ситуации таможенного досмотра. Та же зависимость прагматической интерпретации от ситуации прослеживается и в других типах высказываний; ср. Все люди смертны (простое утверждение или утешение). Я буду там в семь часов (обещание или предсказание)» [Апресян 1995, I: 138—139]. Разумеется, разную прагматическую интерпретацию одних и тех же высказываний учитывает прежде всего говорящий, в чем проявляется его речевой эгоцентризм в условиях общения.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

culture.wikireading.ru

Прагматика — это… Что такое Прагматика?

        раздел (точнее, аспект) семиотики (См. Семиотика), посвященный рассмотрению и изучению отношения субъектов, воспринимающих и использующих какую-либо знаковую систему (её «интерпретаторов»), к самой знаковой системе. Основополагающие идеи П. идут от Ч. Пирса, в дальнейшем существенный вклад в неё внесли Ч. Моррис (которому принадлежит и сам термин «П.») и др. учёные. В отличие от синтактики (См. Синтактика), изучающей чисто структурные отношения между правильно построенными выражениями знаковой системы (безотносительно к их возможным интерпретациям, хотя, быть может, и имея их в виду), и семантики (См. Семантика), внимание которой сосредоточено как раз на этих интерпретациях, П. изучает свойства и отношения какой-либо знаковой системы невыразимыми средствами самой этой знаковой системы; к ним относятся, например, стилистические характеристики языка, обеспечивающие наиболее успешное («адекватное») восприятие сообщений, характеристики допустимой сжимаемости текста, сохраняющей его понятность, критерии оптимальности структуры такого сжатого текста («реферата» на исходный текст), индивидуальные «разрешающие» способности интерпретаторов. Т. о., П. предполагает максимальный учёт свойств и возможностей человеческого интеллекта и сама претендует на выявление условий, обеспечивающих успешную работу по моделированию этих свойств и возможностей. Конкретизируя это, можно упомянуть о направлениях и научных исследованиях, в которых приложение прагматических представлений и идей представляется весьма перспективным, а зачастую приводит и к непосредственным практическим выходам. Это относится к проблемам эвристического программирования, машинного перевода (См. Машинный перевод) (с очень трудной задачей автоматического распознавания омонимии (См. Омонимия)), автоматического реферирования, разработки информационно-поисковых систем и специальных языков для них, разработки языков для космических коммуникаций (т. н. Lincos — lingua cosmica голландского математика Х. Фройденталя) и ко всему разнообразному кругу задач, встающих при проектировании и построении всякого рода «роботов», — задач, для решения которых оказывается явно недостаточно привлечения (помимо средств конкретных наук) одних лишь синтаксических и семантических соображений. Прагматические соображения широко привлекаются и в такой типично «умозрительной» области, как разработка оснований математики и математической логики (См. Логика) (работы голландских математиков Г. Маннури и Д. ван Данцига, а также т. н. ультраинтуиционизм; см. Аксиоматический метод). В то же время П. широко пользуется материалом, почерпнутым из данных психологии (в частности, инженерной психологии), этологии (науки о поведении животных), социальной психологии (См. Социальная психология), лингвистики и др. наук (и, в свою очередь, оказывает на них воздействие).

         Лит.: Карнап Р., Значение и необходимость, пер. с англ., М., 1959; Логика и методология науки. IV Всес. симпозиум, Киев, июнь 1965, М., 1967, с. 56—67; Вычислительные машины и мышление, пер. с англ., М., 1967; Интегральные роботы. Сб. ст., пер. с англ., М., 1973; Нильсон Н., Искусственный интеллект, пер. с англ., М., 1973: Ajdukiewicz К., Logika pragmatyczna, Warsz., 1965; Morris Ch. W., Foundations of the theory of signs, ChL, 1938; Russell B., An inquiry into meaning and truth, N. Y., [1940]; Martin R. М., Toward a systematic pragmatics, Arnst., 1959; Peirce Ch. S., Collected papers, 2 ed., v. 5, 6, Camb. (Mass.), 1960.

dic.academic.ru

Прагматика — Большая советская энциклопедия

Прагма́тика

(от греч. prágma, родительный падеж prágmatos — дело, действие)

раздел (точнее, аспект) семиотики (См. Семиотика), посвященный рассмотрению и изучению отношения субъектов, воспринимающих и использующих какую-либо знаковую систему (её «интерпретаторов»), к самой знаковой системе. Основополагающие идеи П. идут от Ч. Пирса, в дальнейшем существенный вклад в неё внесли Ч. Моррис (которому принадлежит и сам термин «П.») и др. учёные. В отличие от синтактики (См. Синтактика), изучающей чисто структурные отношения между правильно построенными выражениями знаковой системы (безотносительно к их возможным интерпретациям, хотя, быть может, и имея их в виду), и семантики (См. Семантика), внимание которой сосредоточено как раз на этих интерпретациях, П. изучает свойства и отношения какой-либо знаковой системы невыразимыми средствами самой этой знаковой системы; к ним относятся, например, стилистические характеристики языка, обеспечивающие наиболее успешное («адекватное») восприятие сообщений, характеристики допустимой сжимаемости текста, сохраняющей его понятность, критерии оптимальности структуры такого сжатого текста («реферата» на исходный текст), индивидуальные «разрешающие» способности интерпретаторов. Т. о., П. предполагает максимальный учёт свойств и возможностей человеческого интеллекта и сама претендует на выявление условий, обеспечивающих успешную работу по моделированию этих свойств и возможностей. Конкретизируя это, можно упомянуть о направлениях и научных исследованиях, в которых приложение прагматических представлений и идей представляется весьма перспективным, а зачастую приводит и к непосредственным практическим выходам. Это относится к проблемам эвристического программирования, машинного перевода (См. Машинный перевод) (с очень трудной задачей автоматического распознавания омонимии (См. Омонимия)), автоматического реферирования, разработки информационно-поисковых систем и специальных языков для них, разработки языков для космических коммуникаций (т. н. Lincos — lingua cosmica голландского математика Х. Фройденталя) и ко всему разнообразному кругу задач, встающих при проектировании и построении всякого рода «роботов», — задач, для решения которых оказывается явно недостаточно привлечения (помимо средств конкретных наук) одних лишь синтаксических и семантических соображений. Прагматические соображения широко привлекаются и в такой типично «умозрительной» области, как разработка оснований математики и математической логики (См. Логика) (работы голландских математиков Г. Маннури и Д. ван Данцига, а также т. н. ультраинтуиционизм; см. Аксиоматический метод). В то же время П. широко пользуется материалом, почерпнутым из данных психологии (в частности, инженерной психологии), этологии (науки о поведении животных), социальной психологии (См. Социальная психология), лингвистики и др. наук (и, в свою очередь, оказывает на них воздействие).

Лит.: Карнап Р., Значение и необходимость, пер. с англ., М., 1959; Логика и методология науки. IV Всес. симпозиум, Киев, июнь 1965, М., 1967, с. 56—67; Вычислительные машины и мышление, пер. с англ., М., 1967; Интегральные роботы. Сб. ст., пер. с англ., М., 1973; Нильсон Н., Искусственный интеллект, пер. с англ., М., 1973: Ajdukiewicz К., Logika pragmatyczna, Warsz., 1965; Morris Ch. W., Foundations of the theory of signs, ChL, 1938; Russell B., An inquiry into meaning and truth, N. Y., [1940]; Martin R. М., Toward a systematic pragmatics, Arnst., 1959; Peirce Ch. S., Collected papers, 2 ed., v. 5, 6, Camb. (Mass.), 1960.

Источник: Большая советская энциклопедия на Gufo.me


Значения в других словарях

  1. прагматика — ПРАГМАТИКА, и, ж. В семиотике, языкознании: направление, изучающее отношения между средствами языка и теми, кто этими средствами пользуется; само такое отношение. | прил. прагматический, ая, ое. Толковый словарь Ожегова
  2. прагматика — орф. прагматика, -и Орфографический словарь Лопатина
  3. прагматика — ПРАГМАТИКА -и; ж. [от греч. pragmatikos — дельный, деловой] Лингв. Раздел семиотики, изучающий отношения между средствами языка и теми, кто ими пользуется; сами эти отношения. ◁ Прагматический, -ая, -ое. П-ие представления о языке. Толковый словарь Кузнецова
  4. прагматика — прагматика I ж. Раздел семиотики, изучающий отношения между знаковыми системами и теми, кто их использует. II ж. 1. Совокупность условий, сопровождающих употребление языкового знака. 2. Раздел языкознания, изучающий условия использования говорящими языковых знаков. Толковый словарь Ефремовой
  5. прагматика — -и, ж. Раздел семиотики, изучающий свойства знаковой системы, которые возникают в результате отношения к ней пользующихся ею людей. [От греч. πραγματικός — дельный, деловой] Малый академический словарь
  6. ПРАГМАТИКА — ПРАГМАТИКА — раздел семиотики, в котором изучаются отношения субъектов, воспринимающих и использующих какую-либо знаковую систему, к самой знаковой системе. Основные идеи выдвинул Ч. Пирс, развиты Ч. Моррисом (ввел самый термин). Большой энциклопедический словарь
  7. прагматика — ПРАГМАТИКА и, ж. pragmatique adj.<, лат. pragmaticus <�гр. pragmatikos < pragma действие, практика. То же что, прагматическая санкция. Королева венгерская в дозволении тех двух преимуществ супругу противно прагматике поступила. 1741. Словарь галлицизмов русского языка
  8. прагматика — (др.-греч. πраγματίκoς деловой) П. текста – информация об интенциях, намерениях автора текста. Словарь лингвистических терминов Жеребило
  9. прагматика — 1. Один из планов или аспектов исследования языка, выделяющий и исследующий единицы языка в их отношении к тому лицу или лицам, которые пользуются языком. Толковый переводоведческий словарь
  10. ПРАГМАТИКА — ПРАГМАТИКА — англ. pragmatic; нем. Pragmatik. Направление семиотики, изучающее отношение между знаковыми системами и теми, кто ими пользуется; совокупность факторов, определяющих использование языка его носителями. Социологический словарь
  11. прагматика — сущ., кол-во синонимов: 2 лингвопрагматика 1 утилитаризм 4 Словарь синонимов русского языка
  12. прагматика — Прагма́т/ик/а. Морфемно-орфографический словарь

gufo.me

Отправить ответ

avatar
  Подписаться  
Уведомление о