Содержание

7 мифов о шизофрении, в которые давно не надо верить

Благодаря кино нам кажется, будто мы знаем о шизофрении всё. Ну, по крайней мере, многое. Это впечатление обманчиво.

1. Шизофрения — это раздвоение личности

Измотанный и жуткий герой Джека Николсона в кубриковском «Сияния», из которого — ещё вчера интеллигентного писателя и ответственного отца — вдруг начинает лезть психопат-убийца. Супергерой Халк — то застенчивый улыбчивый ботаник, то тупой зелёный гигант. Смотришь на этих «доктора Джекила и мистера Хайда» и думается, будто с шизофренией всё понятно. Нет, не всё.

Шизофрения не раздвоение личности (для буквоедов: психический сбой, разделяющий личность человека на несколько, называется диссоциативным расстройством личности, это совсем другое нарушение). Речь о расщеплении сознания.

Человек чувствует себя собой, единственным и неделимым. Но при этом, например, несмотря на образованность верит, что по ночам его мозг перепрограммируют инопланетяне. Или что любящие и заботящиеся о нём родственники вот уже много лет каждый день подсыпают в его пищу яд. В сознании шизофреника нарушены логические связи, поэтому в его голове легко уживаются противоречащие друг другу идеи.

2. Шизофреники склонны к насилию и вообще опасны

За такой стереотип тоже надо сказать спасибо массовой культуре.

На самом деле шизофреники по большей части натуры нерешительные и пассивные. Это связано с упомянутыми выше нарушениями логических связей. Больному человеку сложно выстроить даже коротенький план агрессии.

Нет, шизофреники (как, впрочем, и абсолютно все люди) способны на непредсказуемые поступки и вспышки ярости. Однако это кратковременные эпизоды, которые чаще всего связаны не с психическим заболеванием, а с сопутствующими расстройствами (например, злоупотреблением алкоголем или наркотиками) либо же глубокими психическими травмами.

3. Шизофрения может развиться из-за сильного стресса

Не совсем. Шизофрения — это психическое заболевание, к развитию которого приводит не одна, а множество совпавших причин

:

  • генетическая предрасположенность;
  • воздействие вирусов;
  • индивидуальные особенности мозга и некие сбои в его развитии;
  • недостаток питания до рождения;
  • проблемы во время родов;
  • психосоциальные факторы.

Плохое обращение в детстве, как и стрессы во взрослой жизни, не являются самостоятельными спусковыми крючками психического расстройства. Заболеть может лишь тот, кто к этому предрасположен.

4. Шизофрения передаётся по наследству

Хоть генетика и играет роль в развитии нарушения, однако учёные ещё не установили, какую именно. Действительно, шизофрения иногда передаётся из поколения в поколение. Но это нельзя назвать жёстким правилом.

Бывает, что шизофрению диагностируют у пациента, в чьей семейной истории нет ни намёка на психические расстройства. Или, напротив, болезнь обходит стороной человека, казалось бы, обречённого — имеющего многочисленных родственников-шизофреников.

Исследователи полагают , что существуют гены и их комбинации, которые при тех или иных условиях могут увеличить риск развития шизофрении. Однако нет конкретного гена, который однозначно вызывал бы заболевание.

5. Люди с шизофренией глупее, чем остальные

У страдающих от этого расстройства действительно есть определённые проблемы с логикой, концентрацией внимания, памятью. Так что классический IQ у них может быть (но не обязательно будет) низковат. Однако уровень умственного развития не ограничивается только рациональной частью. Видов интеллекта — множество, и по совокупности талантов шизофреники могут дать фору многим здоровым.

Достаточно вспомнить, например, нобелевского лауреата, математика и экономиста Джона Форбса Нэша — создателя легендарной теории игр. Или выдающегося танцора и хореографа Вацлава Нижинского. Или художника Винсента Ван Гога. Или Филипа К. Дика — писателя-фантаста, по книгам которого были сняты блокбастеры «Бегущий по лезвию бритвы» и «Вспомнить всё». Диагноз не помешал им достичь успеха и сделать внушительный вклад в развитие науки и культуры.

6. Люди с шизофренией ленивы и неопрятны

Да, среди шизофреников есть те, кому сложно заботиться о себе: следить за гигиеной или, положим, подбирать рациональный гардероб. Однако это не значит, что такие люди ленивы. Им просто иногда нужна помощь в вещах, которые другим кажутся обыденными.

7. Шизофрения не лечится

Действительно, лекарства против шизофрении наука пока не придумала. Но разработаны довольно эффективные терапевтические и медикаментозные методы коррекции.

По данным авторитетного медицинского интернет-ресурса WebMD, при грамотной и своевременной терапии около 25% тех, кому ставили диагноз «шизофрения», полностью восстанавливаются. Ещё 50% наблюдают значительное улучшение симптомов, что позволяет им жить нормальной, полноценной и продуктивной жизнью.

Читайте также 🧐

Передается ли шизофрения по наследству?

Практически каждый из нас отлично знает о том, что такое заболевание, как шизофрения, оказывает значительное влияние на личность человека, из-за чего происходит его деградация. Это достаточно тяжелое заболевание, механизм распространения которого до конца не изучен. На текущий момент, достоверно неизвестно, передается ли шизофрения по наследству, и если да, то по какой именно линии родства это происходит.

При помощи использования удобной ссылки https://mind-control.ru/peredaetsya-li-shizofreniya-po-nasledstvu/, можно в считанные мгновения посетить специализированный ресурс mind-control.ru и получить максимальный объем полезной, а также проверенной информации о вышеупомянутом заболевании.

Особенности проявления

Многочисленные ученые утверждают, что если в семье имелись родственники, страдающие шизофренией, то уровень подверженности данному заболеванию у их потомков существенно увеличивается. Статистика говорит о том, что около 2% всех людей больны какой-либо формой шизофрении. И страдающие данным заболеванием фиксируются различные нарушения ЦНС.

Это связано в большей степени с поражением мозговых тканей не только токсическими, но и аутоиммунными процессами. Благодаря пристальному и постоянному изучению особенностей развития данного заболевания, можно сделать вывод, что причиной возникновения шизофрении в любой ее форме может служить нарушение импульсной передачи генов.

Дополнительные сведения

На просторах ресурса, который уже был указан ранее, можно с легкостью найти специальную схему того, по каким именно родственным линиям может передаться шизофрения. Так, например, если в семье больны оба родителя, то их дети находятся в группе риска. Скорее всего, они также будут страдать шизофренией, которая передалась им по наследству.

Чаще всего данная психическая патология передается по мужской линии, так как именно у мужчин подобное расстройство может проявиться намного раньше, нежели у женщин. Помимо этого не следует упускать из виду и то, что заболевание может проявить себя после какого-либо негативного события, оказывающего крайне негативное влияние на психику человека.

Шизофрения передается по наследству: механизм наследования и риски

Шизофрения — одна из самых сложных психиатрических патологий, сложность которой обусловлена неясной этиологией и непредсказуемостью течения. Точные причины ее возникновения неизвестны. Ученые говорят лишь о факторах, которые повышают вероятность ее развития. Наследственность — один из них. Узнаем, действительно ли шизофрения передается по наследству и как это происходит. 

Мнения ученых

В литературе, посвященной шизофрении, встречаются разные данные относительно ее причин. Существуют даже отдельные теории, в рамках которых ученые проводят свои исследования и пытаются подтвердить или опровергнуть те или иные гипотезы. Некоторые из них:

  • Дофаминовая. Повышенная выработка дофамина, мелатонина и серотонина приводит к появлению у человека бреда и галлюцинаций.
  • Инфекционная. Хронические вирусные заболевания, а также стрептококковые, стафилококковые и туберкулезные инфекции снижают иммунитет и вызывают нарушения со стороны психики.
  • Нейрогенетическая. Дефект мозолистого тела, соединяющего левое и правое полушария, приводит к нарушению согласованной работе мозга.
  • Экологическая. Загрязнение окружающей среды негативно сказывается на развитие эмбриона, вызывает нехватку витаминов и в конечном итоге повышает вероятность развития психиатрических патологий.

  • Психоаналитическая. К возникновению болезни могут привести плохие отношения с деспотичным отцом или строгой матерью, холодная атмосфера в семье и т.д.
  • Эволюционная. Увеличение интеллектуальных способностей, обусловленное техническим прогрессом, не совпадает с природными возможностями мозга. Природа пытается адаптироваться к изменениям, но иногда терпит поражение.
  • Травматическая. Нарушения психики могут вызвать различные виды травм, в том числе послеродовая и операционная.
  • Генетическая. Если в семье есть хотя бы один больной шизофренией. вероятность ее развития у других повышается.

При этом разногласия могут быть в рамках каждой из перечисленных теорий.

Некоторые ученые заявляют о существовании 74 или даже 100 генов, которые являются виновниками шизофрении, другие исследователи более сдержанны в своих выводах, считая, что точные данные по этому вопросу еще только предстоит выявить.

В целом, медики нашли набор генов, которые могут отразится на работе головного мозга. Но провести прямую связь между ними и шизофренией достаточно сложно. Этот не тот случай, когда исследователи взяли ДНК, изучили его, разложили гены на доминантные и рецессивные и нашли точную цепочку, которая повлияла на развитие заболевания. В любом случае вывод о генетической обусловленности будет предположением, а не точным научным фактом.

Сегодня существует 3 основных подхода к изучению наследственных факторов шизофрении:

  • Генетический, необходимый для изучения различий в структуре генов.
  • Фармакогенетический, позволяющий правильно использовать терапию, назначить подходящие препараты и снизить побочные эффекты.
  • Исследование генеза, направленное на изучение этиологии заболевания.

Помимо исследований в рамках генетики шизофрении, которые не всегда подтверждают гипотезы, в распоряжении ученых есть статистика, которая свидетельствует о том, что генетические факторы следует изучать обязательно.

Статистические данные

В целом, шизофрения выявляется примерно у 0,5-1% людей, то есть не более чем у одного человека из 100. Что касается рисков заболевания и процентного соотношения, то они представлены следующим образом:

  • 1% — первый случай в семье.
  • 2% — болен дядя/тетя, племянник или двоюродный брат/сестра.
  • 5% — болезнь была у прабабушки или у прадедушки.
  • 5% — от патологии страдает родной брат/сестра.
  • 10% — больны брат или сестра либо родственники 1-3 линии.
  • 10% — диагноз был поставлен бабушке или дедушке.
  • 20% — патология есть у папы или у мамы.

При этом вероятность развития патологии у ребенка от двух родителей-шизофреников составляет 45-60%. Среди близнецов статистика следующая: 13-17% — у дизиготных, 47-48% — у монозиготных.

Как видно, чем ближе степень родства, тем больше риск возникновения заболевания. Однако утверждать на 100%, что у двух родителей с шизофренией, ребенок будет страдать от этой патологии, неправильно. Вероятность есть, но не такая высокая, как полагают многие.

Родственники больных

Согласно современным генетическим исследованиям, генетически предопределяются не только конкретные патологии, но различные аспекты личности, например высокий уровень тревожности или, напротив, чрезмерное спокойствие и застенчивость. Также могут наследоваться склонность к агрессии, настороженность, чувствительность к критике и способность реагировать на новые обстоятельства.

Получить подобные данные позволяют исследования однояйцевых близнецов, которые воспитываются в разных условиях. Даже при разном воспитании прослеживаются общие черты характера и темперамента. Причем это касается даже любви к риску и приключениям.

В целом, генетический фактор играет важную роль при таких патологиях, как шизофрения и аутизм. Также он подлежит пристальному изучению при анализе различных аффективных расстройств и гиперактивности. При этом ученые находят не только поведенческие сходства, но и биохимические с иммунологическими.

Это значит, что состав крови, количество лимфоцитов и другие биологические показатели у пациентов с шизофренией во многом совпадают с аналогичными данными у их родственников, даже если последние и не имеют психиатрических расстройств.

Ученые предлагают рассматривать 3 категории родственников, у которых в семье есть пациенты с шизофренией:

  • Люди с шизоидными чертами — замкнутостью, одиночеством, сосредоточенностью на внутреннем, а не на внешнем мире.
  • Лица с шизоидными чертами и с выраженным эмоциональным дефектом.
  • Личности с шизоидными чертами с аффективными расстройствами (биполярная смена фаз, сезонные депрессии и пр.).

Статистика показывает, что порядка 20-30% родственников людей с шизофренией первой степени родства жалуются на определенные симптомы. В данном случае диагноза нет, а потому говорят о так называемых «спектральных расстройствах». Симптоматика достаточно слабая и больше свидетельствует о замкнутости, ранимости и низком эмоциональном интеллекте. Они наблюдаются и у многих шизофреников, особенно перед началом приступа.

Когнитивные способности родственников пациентов

Среди родственников больных шизофренией, если говорить о когнитивной (познавательной) сфере, наблюдаются следующие закономерности:

  • Измененная скорость психомоторики.
  • Нарушение зрительной и кратковременной вербальной памяти.
  • Неустойчивость внимания.
  • Необычность формирования суждений (абстрактность).
  • Трудности в организации плана действий.
  • Сложность копирования изображений.

Но это относится не ко всем родственникам. Большинство людей либо не имеет этих признаков, либо компенсирует их достаточной интеллектуальной активностью. Однако исключать наличие данных закономерностей при анализе неправильно.

Структурные изменения мозга

Другой вид исследований затрагивает структурно-функциональные изменения мозга, которые регистрируются у родственников больных шизофренией. В частности, речь идет о таких особенностях:

  • Расширение третьего и боковых желудочков.
  • Уменьшение таламуса.
  • Нарушение моторики глазных мышц.

Эти данные получают с помощью вживления электродов, тестов на антисаккады (движения глаз за предметом), электрофизиологического и других исследований.

Влияние мужской линии

У мужчин шизофрения проявляется раньше и сопровождается более явными признаками. Поэтому врачам важно понимать, наследуется ли она чаще от отца, чем от матери. В целом, наблюдаются такие закономерности:

  • Мужчины склонны к заболеванию психиатрическими патологиями уже в детстве или юношестве.
  • Подобные болезни у них быстро прогрессируют.
  • Толчком к развитию заболевания или приступа может стать незначительный фактор.
  • Мужчины, в принципе, более подвержены нервно-психическим перегрузкам.

Однако практика показывает, что несмотря на все эти факты шизофрения зачастую наследуется именно от женщины. Но из-за выраженности симптомов складывается впечатление, что мужчины страдают от данного психоза чаще. Это приводит к формированию стереотипа о мужском характере заболевания. Но в реальности женщины болеют им не реже, просто первые признаки появляются позже — примерно через 6 лет.

Кроме того, есть другие факторы, которые повышают риск развития шизофрении. Среди них — алкоголизм и наркомания, которые чаще наблюдаются именно у представителей сильного пола. Также мужчины реже обращаются к врачам, а потому патология долгое время прогрессируют без какого-либо врачебного вмешательства в этот процесс.

Все эти факторы повышают риск развития психического заболевания. Однако это не значит, что оно переходит именно от отца к сыну. Хотя и такую возможность исключать не следует. Просто механизм передачи заболевания все равно остается неизвестным.

Влияние женской линии

Риск получить шизофрению по женской линии, то есть от матери, в 5 раз выше, чем от отца. Но механизм передачи, как и во всех остальных ситуациях, неизвестен. Ученые располагают лишь конкретными клиническими случаями. Поэтому сказать точно, будут у женщины с шизофренией дети шизофрениками или нет, невозможно. Хотя все-таки придется исключить другие риски, чтобы снизить процент вероятности.

Существует предположение, что женщина может быть носителем хромосомной мутации, которая станет причиной развития шизофрении у ее ребенка. При этом сама она может и не болеть. Так, например, часто бывает с дальтонизмом, который чаще выявляется у мужчин, но передается ген этого заболевания зачастую именно от женщин.

Провоцирующим фактором к возникновению шизофрении может стать инфекционная или респираторная болезнь, перенесенная матерью во время вынашивания плода. Также в этот период опасны токсикоз и употребление алкоголя. Они, в принципе, негативно сказываются на состоянии эмбриона. Оказывается, что есть риск и поражения мозга, которое может впоследствии вызвать шизофрению.

В данном контексте важно рассмотреть социальные причины патологии, которые связаны с женщиной. Речь идет о тяжелых условиях развития ребенка и отсутствии полноценной заботы о нем. Но в любом случае шизофрения становится следствием множества причин, в число которых следует включить биохимические патологии, органические поражения головного мозга и пр.

Как повлиять на гены

Итак, наследование рассматриваемой патологии — это предположение, которое точно не подтверждено научными данными. Генетическая обусловленность рассматривается в качестве одного из провоцирующих факторов. На сегодняшний день нет выявленного гена, который бы точно приводил к данному заболеванию. В большинстве случаев речь идет о наборе генов, которые гипотетически могут стать толчком к развитию шизофрении.

Но является ли сама предрасположенность, когда в анамнезе родственников есть такой диагноз, «бомбой замедленного действия»? Стоит ли человеку, у которого бабушка, мама или сестра страдают/страдали от этого недуга, постоянно проверять свое психическое здоровье?

Рассмотрим пример с алкоголизмом. Точных его причин тоже не назовет ни один врач. Всегда есть группа факторов, несмотря на то, что многие исследователи утверждают, что нашли ген данной болезни. Даже если это и так, воздействовать на него не представляется возможным.

Более того, алкоголизм почти на 50% обусловлен окружением. Если есть еще и генетическая предрасположенность, то этот процент становится чуть выше. Но повлиять на это, то есть предотвратить болезнь, можно только путем воздействия на социальные факторы: не посещать места, где много пьют, вести здоровый образ жизни, приходить на консультации к психологу и т.д.

Практически во всех случаях должен произойти толчок для того, чтобы неправильные гены себя проявили. Если же этого провоцирующего фактора не будет, возможно, человек даже с большим набором генов, гипотетически вызывающих шизофрению, проживет спокойную жизнь без каких-либо намеков на психиатрические расстройства.

Приведем еще один пример, напрямую связанный с рассматриваемой болезнью. Представим однояйцевых близнецов, гены которых одинаковые. Если у одного из них возникает шизофрения, то риск заболеть ею вторым составляет менее 50%. Это значит, что есть и другие причины, которые не имеют отношения к наследственности.

Отсутствие предрасположенности

Порядка 10% пациентов с шизофренией не имеют генетической предрасположенности. По крайней мере, выявить ее не получается ни у одного из родственников в нескольких поколениях. Врачи могут изучить анамнезы всей родни, какие только будут предоставлены. Не факт, что признаки расстройства психики будут найдены, в принципе.

Это значит, что люди, которые гипотетически никогда не должны заболеть, согласно сторонникам генетической теории, также рискуют столкнуться с этой патологией. Причем 10% больных, о которых говорит статистика, достаточно высокий показатель.

Другие факторы риска

Людям, которые имеют родственника-шизофреника, рекомендуется исключить другие факторы риска. Если Вы являетесь носителем генов, вызывающих шизофрению, стоит подстраховаться и принять все возможные меры для предотвращения патологии. Часть факторов риска была описана выше в разделе теорий и гипотез. Перечислим психологические и социальные причины. В числе первых:

  • Замкнутость, сосредоточенность на своем внутреннем мире.
  • Пассивность, подозрительность, упрямство.
  • Склонность к пространным рассуждениям.
  • Сложность в формулировке мыслей.
  • Неадекватность эмоциональных реакций.

В последнем пункте речь идет о ситуациях, когда неважные события сильно задевают человека, а серьезные трагедии не вызывают никакого эмоционального отклика. Эти симптомы могут свидетельствовать о склонности человека к шизофрении. При их наличии у ребенка следует показать его психологу или психиатру.

К социальным факторам, под которыми понимается влияние окружающей среды, относятся:

  • Некомфортные условия проживания — перенаселенность города, большое количество человек в квартире. Все это приводит к высокому уровню стресса.
  • Социальный статус. Если он низкий, а у человека нет хорошей работы и заработка, вероятность возникновения психозов повышается.
  • Негативные отношения в семье. Речь идет о конфликтах, чрезмерной враждебности, подозрениях, постоянной критике и пр.

Причины шизофрении можно перечислять практически бесконечно: алкоголизм, наркомания, сексуальное или иное насилие, травмы и т.д. К тому же стоит понимать, что данная патология многообразна. Она принимает самые разные формы — приступообразной, параноидной, вялотекущей и пр. Некоторые пациенты с таким диагнозам живут обычной жизнью, а другие умирают или становятся недееспособными.

Однако во всех случаях рекомендуется начать лечение как можно раньше. Чтобы это сделать, нужно вовремя обнаружить первые признаки. Большая роль в этом отводится родственникам, чьими стараниями зачастую и получается привести человека на первое обследование.

Основные симптомы

Симптоматика определяется типом и формой болезни. Однако есть ряд признаков, которые характерны почти для всех разновидностей данной патологии:

  • Открытость мыслей. Человеку кажется, что все его размышления доступны окружающим.
  • Проблемы с мышлением. Зачастую шизофреники склонны к пространным рассуждениям. При этом они постоянно сбиваются, путаются и не могут полноценно сформулировать то, что хотят донести окружающим.
  • Бред. Больному кажется, что его мыслями, действиями и чувствами управляет кто-то посторонний.
  • Галлюцинации и псевдогаллюцинации. Последние отличаются от первых тем, что человек не идентифицирует образы, голоса, звуки и запахи с реально существующими предметами и объектами.
  • Эмоциональные нарушения. Как правило, больные имеют склонность к апатии и патологическим переживаниям.

Есть и менее явные признаки, которые называются отрицательными (негативными) симптомами, свидетельствующими о снижении психической активности:

  • безинициативность;
  • снижение памяти и внимания;
  • быстрая утомляемость;
  • утрата интереса к чему-либо;
  • заторможенность или отсутствие мимики;
  • замкнутость и склонность к одиночеству;
  • невозможность получать удовольствие от жизни.

У взрослых наблюдаются утрата коммуникационных способностей, профессиональная непригодность и суицидальное поведение. У детей можно заметить следующие признаки заболевания:

  • Необъяснимый страх. Ребенок отказывается идти в комнату или подходить к тому или иному месту, кричит, упирается и устраивает истерики без видимой на то причины. Нередко дети с таким диагнозом рассказывают истории о страшных существах и даже показывают места, где они находятся.
  • Странные фантазии. Во время рассказов о героях фильмов или комиксов ребенок настолько погружается в свою роль, что не может из нее выйти в течение длительного времени.
  • Снижение интеллекта. Он становится менее внимательным, плохо запоминает новую информацию, у него падает успеваемость в школе.
  • Странные действия. Ребенок постоянно оглядывается, прислушивается или все время говорит шепотом. Не исключено, что он слышит голоса и не понимает, что они находятся только в его голове.
  • Неадекватные эмоции. Выражает их несоразмерно ситуации. Плачет, смеется, радуется или огорчается, когда на это нет объективных причин.
  • Проявления жестокости. Ребенок становится более агрессивным, реже общается со сверстниками, у него наблюдается склонность к насилию над животными или игрушками.

Некоторые из этих признаков в той или иной форме можно встретить и у здоровых детей с плохим воспитанием. Важно не оставлять их без внимания, так как шизофрения, которая началась рано, приводит к более тяжелым последствиям, чем та же патология, возникшая у взрослого человека.

Когда проявляется

Медицинская практика показывает, что с возрастом риск развития шизофрении снижается. Согласно статистике, болезнь проявляется со следующей частотой:

  • 10-20 лет — 17%.
  • 20-30 лет — 39%.
  • 30-40 лет — 26%.
  • 40-50 лет — 14%.

Если говорить точнее, то сначала риск становится все выше и выше. Так продолжается примерно до 30 лет. Впоследствии вероятность заболеть намного меньше. Однако проявиться она может как через несколько лет после рождения, так и в преклонном возрасте. Риск меньше, но он все равно существует.

Что делать

Итак, шизофрения может быть врожденной (наследственной) и приобретенной. Точные причины не сможет назвать ни один доктор. При наличии генетической предрасположенности бояться всю жизнь болезни не стоит. Однако по возможности следует убрать другие факторы риска.

Шизофрения полностью не лечится. Но это не значит, что можно оставить ее без внимания или, напротив, отчаяться. Во многих случаях врачам удается навсегда или на долгие годы купировать симптомы заболевания. Главное — начать лечение сразу, чтобы не допустить серьезного поражение личности или полное ее разрушение.

Наука не стоит на месте. Возможно, через 10-20 лет ученые найдут способ полностью избавить человека от этого опасного недуга. Однако повернуть вспять болезнь можно только в том случае, если нездоровая личность не вытеснила реальную. При серьезном шизофреническом дефекте человек утрачивает дееспособность. Есть вероятность летального исхода.

Источники:

  • vsepromozg.ru
  • arbat25.ru
  • medweb.ru
  • 24health.by
  • psyholic.ru
  • vertclinic.ru

ФГБНУ НЦПЗ. ‹‹Психиатрия››

Не подлежит никакому сомнению, что наследственность является одним из самых значительных факторов в этиологии нервных и душевных заболеваний, но необходимо с самого начала указать, что по этому вопросу даже и в медицинских кругах существует много недоразумений и заблуждений. Обычно очень преувеличивается роль наследственного отягощения и слишком упрощенно понимается связанный с ним вопрос о вырождении. Поэтому желательно более или менее полное освещение всех данных, относящихся к этой проблеме.

Повседневный опыт указывает, что в семьях душевнобольных очень много членов с различными заболеваниями нервной системы, в том числе алкоголиков, припадочных и больных собственно психозами.

То же самое впечатление получается при отбирании сведений о родственниках пациентов психиатрических больниц. Это и создает впечатление, что психоз развивается обязательно на почве тяжелой наследственности, ведущей к вырождению. При этом забывается однако, что в тех же семьях имеется очень большое количество и таких людей, которые доживают до глубокой старости, никогда не обнаруживая признаков душевного расстройства. Для более точного выяснения вопроса оказалось необходимым исследовать наследственность и у здоровых, что и было выполнено некоторыми психиатрами. При этом брались большие количества людей, не страдавших психозами, изучалась их наследственность и сравнивалась с наследственностью того же количества больных, находящихся в психиатрических больницах.

Так как каждый человек, будучи в данный момент здоровым, всегда может заболеть душевным расстройством, то из населения брались люди, достигшие известного возраста, примерно 50 лет, когда опасность душевного расстройства, если раньше никогда не наблюдалось его признаков, хотя и не исключается вполне, но все же не особенно велика. Работы, слеланные по этому методу московским психиатром В. В. Воробьевым и А. С. Щоломовичем из клиники проф. В. П. Осипова, показали очень несущественную разницу в наследственном отягощении у здоровых и у душевнобольных. В первом случае они оказались равными приблизительно 50 %, во втором—60 %. Эти цифры не дают точного представления о положении дела, так как в этих работах психозы брались всей массой без учета их характера в каждом отдельном случае. Между тем в смысле наследственного отягощения они представляют очень существенные отличия. Во многих случаях психозы развиваются преимущественно под влиянием экзогенных моментов, и в таких случаях роль наследственности не так велика. Это относится например к инфекционным психозам, к прогрессивному параличу помешанных. С другой стороны, для маниакально-депрессивного психоза С. А. Сухановым и П. Г. Ганнушкиным наследственное отягощение найдено равным приблизительно 92 %. Такие же большие цифры дает шизофрения. Таким образом при работе по этому суммарному методу складываются величины совершенно разного значения, и для выяснения роли наследственного отягощения берутся также и такие данные, которые к нему имеют очень малое отношение, а в части случаев может быть даже и никакого. Естественно, что в результате получается ничего не говорящая «средняя», приблизительно одинаковая как у пациентов психиатрических больниц, так и среди населения. Кроме того понятия «здоровый» и «больной»—такие относительные, что провести различие между ними, особенно когда берутся большие количества, так как статистика требует больших цифр, очень трудно. Большее значение имеют работы по изучению наследственности, когда статистические данные собираются согласно поправке, предложенной Димом и Коллером, именно когда принимаются во внимание и регистрируются только собственно психозы и притом только в прямых восходящих поколениях.

При этом конечно получаются абсолютно небольшие цифры, но разница в процентах между больными и здоровыми получается очень большая. Наследственное отягощение в первом случае оказывается в 8 раз большим, чем во втором. Все же ввиду изложенного цифры, даваемые методом массовой статистики, имеют лишь небольшое и притом главным образом ориентировочное значение. Несомненно большую ценность имеет индивидуальное обследование отдельных родов и семей—метод, довольно давно разрабатываемый немецким психиатром Зоммером.

Учение о наследственности в психиатрии получило определенную и строго научную базу в принципах менделизма, в свете которого стали более ясны и прежде накопленные факты и приобрело особенное значение изучение отдельных родов.

Ввиду того что рассмотрение каких бы то ни было вопросов наследственности в психиатрии в настоящее время немыслимо вне применения данных менделизма, от которого заимствована и ставшая общеупотребительной самая терминология, необходимо сделать небольшую экскурсию в эту область.

Как известно, законы наследственности, установленные Менделем, были выведены им из данных, полученных при скрещивании рас гороха. На примере скрещиваний цветовых разновидностей какого-либо растения легко изучить основные законы Менделя. При скрещивании красной и белой разновидности некоторых видов растений в первом поколении получаются растения, имеющие только розовые цветы. Во втором поколении получаются растения с красными, белыми и розовыми цветами. При этом между количествами растений, обладающих цветами той или иной окраски, имеются определенные отношения, именно—1/4 красных, 1/4 белых и 2/4 розовых. В дальнейшем красные и белые растения дают потомства исключительно с красными или с белыми цветами, а розовые растения в следующем поколении дают снова по 1/4 красных и белых и 2/розовых, причем такие отношения продолжаются и во всех следующих поколениях. У некоторых других видов растений во втором поколении получается не гибридный цвет, а цвет одного из скрещивающихся растений. Например при скрещивании разновидности гороха с зелеными и желтыми стручками в первом поколении получаются растения исключительно с зелеными стручками, во втором — 3/с зелеными и 1/4 с желтыми. Аналогично первому примеру 1/3 зеленых (т. е. 1/4 общего числа растений) и все желтые дают в дальнейшем сплошь растения с стручками того же цвета, а остальные 2/3 зеленых (т. е. 2/4 общего числа растений) дают в последующих поколениях такую же картину расщепления.

Как видно из обоих вышеприведенных примеров, независимо от того, «смешиваются» ли признаки родителей у потомства (розовые цветы) или целиком воспроизводится признак одного из родителей (зеленые стручки), ни один из исходных наследственных признаков (красные и белые цветы, желтые стручки) вовсе не исчез и в дальнейших поколениях все они вновь проявляются в неизменном виде. Таким образом некоторые основные положения остаются во всех случаях и носят характер определенных закономерностей. Первое заключается в том, что признак, образовавшийся из смешения разных двух других, например розовый цвет в первом примере, при образовании половых клеток расщепляется на свои первоначальные составные части.

Второе положение, очень важное для менделизма, это то, что первоначальные признаки имеют тенденцию повторяться в неизмененном виде, хотя временно они могут быть подавлены другими признаками или вступить в гибридные отношения с ними.

Третье — это постоянство порядка смешения и численных отношений для каждого признака. Сколько бы экземпляров одних и тех же растении ни брать и через сколько бы поколении ни прослеживать результаты скрещиваний, явления остаются одни и те же и всегда они могут быть выражены в точных математических формулах.

При этом, как видно из приведенных примеров, различные признаки в смысле своего проявления оказываются далеко не равноценными. Одни проявляются полностью, остаются без изменения во всех поколениях и имеют тенденцию подавлять другие; таков например зеленый цвет во втором случае (у гороха). Признакам этого рода присвоено название доминирующих или доминантных. Некоторые же признаки часто подавляются, как бы покрываются другими, исчезая в отдельных поколениях совершенно. Это признаки рецессивные. Крайне важно, что один и тот же по внешнему виду признак, например зеленый цвет во втором примере, может быть разного происхождения, иметь различную наследственную основу. Он может быть, так сказать, чистым, т. е. происходить от соединения одинаковых доминантных признаков, или может быть результатом смешения или подавления другим признаком, т. е. происходить от соединения доминантного и рецессивного признаков. В последнем случае он в скрытом виде заключает в себе свойства подавленного (рецессивного) признака, которые могут выявиться в потомстве.

Значение новых данных, установленных Менделем, тем более велико, что они находятся в полном соответствии с биологическими основами наследственности и очень существенно дополняют их. Как известно, носителями наследственных свойств являются хромосомы ядра.

Количество хромосом у каждого вида растений и животных всегда одно и то же. Так как число признаков, которыми характеризуется даже самое простое растение, значительно больше, чем число хромосом, то нужно думать, что с каждой из последних связывается передача потомству целого ряда признаков. Это вполне удовлетворительно объясняет тот факт, что признаки имеют тенденцию передаваться по наследству не изолированно, а целыми группами, соответственно чему появление одного признака в потомстве, например высокого роста, сопровождается и рядом других. С этим связан и принцип корреляции, часто выступающий при наследовании различных видов одаренности. Известно например, что музыкальная талантливость очень часто передается вместе с большими математическими способностями.

Особенно ясно можно видеть это на одном явлении, довольно часто имеющем место в патологии. Бывают случаи, когда какое-нибудь болезненное явление передается только определенному полу. Например гемофилия определенно передается по наследству, однако болеют ею исключительно мужчины, причем последние передают ее по наследству только своим дочерям, которые сами остаются совершенно здоровыми, так как у них признак подавляется доминантным. Последние же передают его как сыновьям, так и своим дочерям, однако по указанным причинам болеют только первые. В этих случаях болезненный признак передается вместе с признаком пола через одну и ту же хромосому. Как принимают, передача пола происходит через посредство особой хромосомы (Х-хромосомы), имеющейся как в отцовских, так и материнских клетках. Для понимания явлений наследственности и в особенности для объяснения разнообразия комбинаций признаков, обнаруживающихся в потомстве, большое значение имеет процесс редукции хромосом. Отцовские и материнские хромосомы, прежде чем соединиться, подвергаются продольному расщеплению, причем половина всех образовавшихся таким образом хромосом удаляется из данной половой клетки. Так как каждая клетка является носительницей наследственных свойств как отца, так и матери, то считают, что при образовании зачатковой клетки могут получиться все возможные отношения.

Каждая клетка и отца и матери, каждая зигота, несет в себе как бы 2 составные части, носительницы свойств той и другой стороны, или, как говорят, состоит из 2 гамет. При оплодотворении и образовании зародыша в процессе расщепления хромосом и соединения отцовского и материнского хроматина может получиться так, что соединяются хромосомы аналогичные, т. е. несущие одни и те же наследственные зачатки или же отличающиеся по ряду признаков, заключенных в них. В потомстве таким образом могут получиться так называемые гомозиготы (в первом случае) и гетерозиготы (во втором случае), характеризующиеся определенными сочетаниями признаков, унаследованных с отцовской и материнской стороны.

В действительности явления наследственности еще значительно сложнее, чем можно судить по уже приведенным данным. Конечно и у растений дело не ограничивается одним или двумя какими-нибудь признаками, а всегда налицо большое количество их, причем все они передаются по наследству, или, иными словами, приходится наблюдать не моно- и дигибридные, а полигибридные явления. Сложность увеличивается еще и потому, что приходится считаться с признаками не только отца и матери, но и всех предшествующих поколений. Признаки, одинаковые по своему существу, могут быть выражены с различными степенями интенсивности, поэтому при наследственной передаче возможно суммирование их, или гомомерия — выражение одного итого же явления в различных степенях, находящихся между собой в определенных количественных отношениях. Этим отчасти можно объяснить появление в потомстве какого-нибудь как будто нового, резко выдающегося признака, например очень большого роста или талантливости, которые при ближайшем рассмотрении оказываются только усилением того, что наблюдалось и у предков. Кроме того, имеет место появление совершенно новых признаков, и для объяснения таких случаев принимается принцип мутации де Фриза. Такого рода явления нередко наблюдаются при культивировании дикорастущих растений и разведении животных; сюда относится например происхождение домашних белых кур от диких кур с пестрым оперением.

Нужно думать, что при этом вследствие каких-то неизвестных причин происходит изменение наследственных факторов, какие-нибудь резкие отклонения в механизме образования и обмена хромосом. Полагают, что большую роль при этом могут играть внешние факторы.

По некоторым новым данным процесс мутации является как бы случайной модификацией генов под влиянием внешних моментов, может быть связанной с химическими изменениями. Мутации в обыкновенных условиях наблюдаются в единичных отдельных случаях, так как генный аппарат хорошо защищен, но глубоко проникающий рентген дает возможность наблюдать эти мутации в массовом масштабе. Американскому исследователю Меллеру принадлежит заслуга установления этого факта на мушке Drosophila, у которой под влиянием рентгенизации констатировано резкое усиление наклонности к появлению различных мутаций в строении среди потомства. Эти мутации передаются по наследству. Это обстоятельство однако не является доказательством возможности наследственной передачи приобретенных признаков. Этот вопрос долгое время был предметом ожесточенных споров между биологами и еще недавно разрешался положительно в духе ламаркизма. В особенности врачи склонны были всецело встать на эти позиции в надежде путем изменения окружающей среды сравнительно быстро освободиться от болезней и улучшить самую природу человека.

Современные генетики отрицают наследственную передачу приобретенных признаков, и факты, которые могли бы говорить в пользу ламаркизма, объясняют с точки зрения новых точно установленных данных. В свете их не приходится признавать какой-нибудь иной наследственной передачи кроме той, которая вполне соответствует менделевским закономерностям.

Вместе с тем оказалось, что принцип мутации не есть что-то такое, что можно противопоставить менделизму в качестве какой-то совершенно иной наследственности: мутации подчиняются определенным закономерностям, зависящим от изменений тех же хромосом, что и вышеописанные процессы, лежащие в основе менделевской передачи признаков по наследству. Большое значение для понимания явлений наследственности имеет появление новых генов, факторов, передающихся по наследству, и изменение их. Этим путем получаются совершенно новые, не встречавшиеся ранее мутации (геновариации).

Изложенные данные имеют большое значение для понимания наследственной передачи нервных явлений.

У человека все отношения конечно гораздо сложнее и более трудны для анализа. Нельзя никак поэтому сказать, чтобы все в этой области было в достаточной степени ясно, и это несмотря на то, что вопросы, имеющие отношение собственно к психиатрической наследственности, разрабатываются не только отдельными крупными учеными, но и целыми обществами и специальными институтами; они же были предметом рассмотрения на специальных генетических съездах.

В смысле изучения с точки зрения менделизма явлений наследственности при психозах много сделано немецкими психиатрами Рюдином и Гофманом, а в последнее время Люксембургером.

Исследователям здесь с самого начала пришлось натолкнуться на очень трудный вопрос, что собственно менделирует: самый ли психоз в целом или отдельные его признаки. Попытки рассматривать психоз в целом как отдельный признак такого же порядка, как зеленый и желтый цвет стручков гороха, скоро должны были убедить, что дело обстоит гораздо сложнее. Для установления моно-, ди- или полигибридности, доминантности или рецессивности пользовались особыми формулами, для каждого из этих случаев, устанавливаемых на основании численных отношений между отдельными группами потомства, характеризующимися наличностью или отсутствием определенного признака. При этом оказалось возможным установить особый тип для некоторых психозов, выделяющихся своей яркой наследственностью, например маниакально-депрессивного психоза, шизофрении и некоторых других. В первом случае наследственные взаимоотношения можно объяснить, предполагая наличность двух главных признаков, которые передаются в порядке доминирования. Соответственно этому в семьях маниакально-депрессивных больных наблюдаются обычно не единичные случаи заболевания, а несколько, иногда—целый ряд их. Особенно важно при этом, что кроме вполне выраженных форм с резким возбуждением или сильной тоской можно найти большое количество таких членов семьи, которым свойственны более пли менее значительные колебания настроения, приступы тоскливости или особенной взвинченности и подъема. Так как на эти состояния с полным основанием смотрят как на легкие формы того же маниакально-депрессивного психоза, то оказывается, что самое существенное для него, именно колебания настроения, широко распространено в семье, доминирует над другими явлениями. Это же заболевание может служить примером прямой и гомологической наследственности. Довольно часто можно видеть этот психоз, хотя бы в неодинаково интенсивно выраженной форме у деда, отца и у кого-либо из внуков, так что приходится думать о передаче его по прямой линии. Он при этом передается без изменений в своем существе; может варьировать интенсивность маниакального возбуждения или тоскливости, но структура психоза сохраняется через целый ряд поколений.

В отличие от этого гомологического типа при гетерологическом типе, хотя наследственная передача психоза и несомненна, форма его не остается одной и той же. Например от родителей-эпилептиков могут родиться дети с очень большой возбудимостью в характере, но без припадков. Примером рецессивной и непрямой наследственности может служить и шизофрения. Ее генеалогическая структура представляет большую сложность и не может до сих пор считаться выясненной с полной определенностью. Количество различных генов здесь гораздо более значительно. Некоторые принимают наличие двух генов, передающихся в порядке доминирования, и одного в рецессивном. Вследствие этого наклонность к шизофрении может долгое время оставаться в скрытом, латентном состоянии; иногда она выявляется благодаря каким-либо другим факторам, иногда же не обнаруживается в течение всей жизни. В то же время такого человека нельзя считать абсолютно здоровым и гарантированным от заболевания той же шизофренией. Во-первых, он сам может заболеть при неблагоприятных внешних условиях, во-вторых, он, оставаясь как будто здоровым, может быть передатчиком шизофрении от дедов внукам. Выражаясь генетическим языком, фенотипически он остается здоровым, но несет в себе гены болезни. Это отличие фенотипа и генотипа очень ясно можно себе представить из анализа формул наследственности, построенных исходя из менделевских принципов. Генотипом называется сумма всех наследственных признаков данного организма, проявляющихся или заметным образом или скрытым. Фенотипом называется сумма всех признаков данного индивидуума, которые можно непосредственно наблюдать, как они образовались в результате взаимодействия, с одной стороны, эндогенных моментов, с другой—внешних, экзогенных факторов. При этом взаимоотношения между той и другой группой факторов очень различны; при одинаковых наследственных генах внешняя картина может быть очень различна и наоборот—одно и то же по внешнему виду явление может иметь неодинаковую генотипическую структуру. Например зеленый цвет стручков гороха во втором примере в 1/случаев является чистым, неизменяемым в следующих поколениях, а в 2/з он имеет смешанную структуру и при дальнейшем скрещивании дает расщепление. В связи с этим понятно, почему при шизофрении, как и вообще при наследственной передаче по рецессивному типу, она оказывается не прямой, а идет по боковым линиям, например ею болеют брат деда и его внук, дядя и племянники, двоюродные братья, но почти никогда отец или мать и кто-нибудь из детей. Чтобы яснее представить различие между обоими типами, можно воспользоваться сравнением двух таблиц наследственности, относящихся к маниакально-депрессивному психозу (рис. 15) и шизофрении (рис. 16).

 


Рис. 15. Схема наследственности при маниакально-депрессивном психозе.


Рис. 16. Схема наследственности при шизофрении.

 

Изучение наследственных взаимоотношений при психозах резко затрудняется тем, что почти никогда не бывает, чтобы в какой-нибудь семье, прослеженной через ряд поколений, наблюдалось только одно заболевание. Обычно их наблюдается несколько, а иногда даже значительное количество различных форм. Возможно сочетание нескольких душевных заболеваний у одного и того же больного. При этом однако наблюдение показывает, что в каждой семье наблюдаются не все психозы, какие только вообще существуют, а лишь некоторые, определенные. То же самое имеет место по отношению к нескольким заболеваниям у одного и того же человека. Определенные психозы комбинируются как в том, так и другом случае с определенными же психозами. Такая наклонность известных психозов встречаться вместе с точки зрения менделевских принципов находит себе объяснение в том же, о чем мы говорили по поводу передачи потомству сочетаний и нормальных признаков, например музыкальности и математической одаренности; именно как и там, нужно думать, что наиболее важные для этих заболеваний признаки передаются через одни и те же хромосомы.

К этому нужно добавить, что через те же хромосомы может передаваться и наклонность к определенным соматическим заболеваниям. Этим объясняется, что в семьях, в которых часто заболевают каким-нибудь психозом, нередко наблюдается и частая заболеваемость именно определенными соматическими процессами. Например в семьях шизофреников очень распространен туберкулез, в семьях больных с маниакально-депрессивным психозом—подагра, артериосклероз, отчасти рак.

Трудности разработки учения о наследственности в психиатрии увеличиваются еще и потому, что психоз не только не может приравняться к одному отдельному признаку, который и менделирует, но его даже трудно свести к 2 или 3. Даже в этих случаях нелегко бывает проследить наследственную передачу генов и вывести определенные формулы для численных отношений отдельных групп потомства с различными признаками. В действительности же психоз всегда состоит из большого количества отдельных признаков, которые все склонны передаваться по наследству соответственно установленным Менделем законам отдельно или иногда комбинируясь вместе. Основным признаком нужно считать характер реагирования на внешние условия и соответственно этому его главным образом и нужно иметь в виду при изучении наследственных взаимоотношений. Этот признак, представляя существенное отличие при разных психозах, для каждого из них представляет нечто постоянное. Это постоянство остается также при наследственной передаче.

Изучение явлений наследственности с новых точек зрения, открываемых учением Менделя, дало возможность правильнее разобраться и в самых основных вопросах. Прежде наследственность представлялась чем-то неопределенным, аморфным. Предполагалось, что передается не самый психоз и не наклонность к нему, а предрасположение к психозам вообще, так что различные психозы, наблюдавшиеся в семье или ряде поколений, передаваясь по наследству, образуют какую-то недифференцированную, неопределенную массу, из которой в потомстве может получиться все, что угодно. Между тем согласно 2-му положению Менделя признаки, передаваясь по наследству, обнаруживают ясную тенденцию сохраняться в первоначальном виде, хотя временно могут быть подавлены другими признаками и вступить с ними в отношения гибридности. Вследствие этого, нужно думать, передается самый психоз как таковой или наклонность именно к нему. Явления гетерологической наследственности возможны, но в известных пределах. Иногда психоз передается не сам по себе как таковой, а в измененной форме, но все-таки в такой, что преемственная связь может быть установлена с полной ясностью» Например в потомстве шизофреников могут быть вообще слабоумные, равно как и наоборот. Между врожденным слабоумием и шизофренией, равно как и эпилепсией, существует несомненное внутреннее сродство, почему и возможна замена в ряде поколений одного из этих заболевании другим. При этом нужно иметь в виду, что в этих случаях нельзя решение вопроса просто понимать в смысле возникновения одного психоза на почве другого; они сами по себе имеют общие корни и возникают на одной и той же материнской почве.

Для оценки этого явления имеют большое значение частью уже рассмотренные данные генетики, частью некоторые другие. При одной и той же генной структуре возможны среди потомства большие различия в психозах, причем здесь могут играть роль поражение зачатка, вообще какие-либо вредные влияния среды или изменения в личности, связанные с возрастом. За вторую возможность говорит тот факт, что у однояйцовых близнецов при одной и той же генной структуре, но живущих в разных условиях, психозы могут протекать с большими отличиями. О влиянии возраста говорят явления, которые считаются проявлением смены доминант, примером которой может служить наблюдаемый в некоторых случаях переход циклоидных черт характера в шизоидные. Правда, некоторые авторы думают, что здесь полиморфизм зависит не от изменения действия одних и тех же генов, а имеет место параллельное существование различных генов, выявляющихся в различные периоды жизни. Рюдин думает, что в некоторых случаях идиотия, с одной стороны, и старческое слабоумие, с другой, могут быть проявлениями одной и той же генной структуры. Нужно учесть во всяком случае, что и при заболеваниях, развивающихся на почве наследственного предрасположения, последнее не бывает единственной причиной, а налицо имеются и другие факторы, благодаря которым оно и может быть реализовано в определенную болезнь. С другой стороны, полиморфизм, отмечающийся несомненно в клинических формах психозов, все же не является безграничным.

Клиническое изучение показывает, что с точки зрения наследственных взаимоотношений психозы могут быть сведены к трем группам, как бы образуют три круга, внутри каждого из которых отдельные болезненные формы образуют между собой известное сходство, обусловленное родством в генной структуре. Эти круги—циркулярный или маниакально-депрессивный, шизофренический и эпилептический.

При всей важности положений, установленных Менделем, ими одними как таковыми нельзя объяснить всех фактов, относящихся к наследственной передаче психозов. С их точки зрения легко можно понять появление в потомстве только того, что, хотя и в несколько иной форме, имеется у предков, но трудно объяснить появление совершенно новых явлений. Если рассматривать в качестве такового психоз, то трудно представить себе вообще его первое явление в истории человеческого рода. В таких случаях больше приходится думать о принципе мутации, причем те же схемы чередования наследственных признаков, те же закономерности, установленные Менделем, позволяют более или менее удовлегворительно разобраться в сущности всех явлений. Если психоз можно было бы приравнять к одному какому-нибудь признаку, который, менделируя, остается в конце концов неизмененным, то одной наследственной передачей его было бы объяснить невозможно; аналогично появлению белого оперения в потомстве пестрых кур (мутация) его можно было бы свести на действие внешних факторов. Психическая жизнь каждого человека представляет очень сложное целое с большим количеством отдельных явлений и типов реакций на внешние моменты. Количество сочетаний генов, унаследованных от предков, необычайно велико. При этом отдельные признаки не только складываются вместе; они не образуют механической смеси, а оказывают друг на друга самые различные влияния. Как мы уже говорили, возможно суммирование отдельных признаков одинакового значения, дающего в результате резкую выраженность его в потомстве. Таким путем возможно объяснить появление одного какого-нибудь выдающегося признака, например большого роста, длинного носа, общей или частичной одаренности. Имеет значение, что некоторые признаки, как можно считать доказанным, обладают способностью усиливать другие, связанные с ними.

Если к этому прибавить, что каждый признак может быть изменен под влиянием окружающей среды, действие которой начинается еще во внутриутробной жизни, с момента зачатия, то легко представить себе огромное количество самых различных сочетаний, некоторые из них настолько уклоняются от обычных, средних картин, что должны считаться патологией.

К этому нужно добавить, что к действию унаследованных моментов присоединяется действие различных вредных факторов, например отравления алкоголем, на зародыш с самого начала его развития. Все это делает ясным, что развитие психоза обусловлено не одним наследованием болезненных свойств родителей, а также вредными моментами окружающей среды.

Изложенные данные позволяют правильно подойти к ответу на вопрос о сущности вырождения. Это название применяется не всегда в одинаковом смысле, и самое понятие существовало задолго до того, как оно появилось в медицине и в частности в психиатрии. Зоологи и ботаники употребляли его для обозначения тех изменений, которые наблюдаются у культивируемых в искусственных условиях породах, когда они оставляются без ухода и предоставляются сами себе. Животные и растения при этом теряют свои приобретенные свойства, которыми они резко отличаются от своих прародителей, и возвращаются в свое прежнее состояние. Порода, как говорили в таких случаях, «вырождается». О вырождении говорили также историки и антропологи по отношению к отдельным расам и народам, переживавшим после расцвета своей культуры и мощи периоды упадка и иногда полного исчезновения с горизонта истории. Предполагалось, что в жизни расы аналогично жизни отдельного индивидуума имеется известная цикличность с постепенным ростом, приводящим к максимальному развитию всех сил, расцвету во всех отношениях и последующим ослаблением, угасанием и гибелью. Указывали на примеры Египта, Греции, Рима. При этом совершенно не учитывалась роль внешних моментов, например войн с вновь появившимися народами и других причин, ведущих к истощению и физическому ослаблению и уничтожению. В психатрии термин «вырождение» стал применяться со времени Мореля [(Morel (1809—1873)]; именно в смысле ухудшения нервно-психического здоровья от поколения к поколению, обусловленного наследственным отягощением. Морель думал о каком-то процессе, который вследствие внутренних причин вел к упадку и полному уничтожению рода. Эти причины сводились исключительно к роли наследственности и играли роль какого-то фатума, тяготеющего над родом и приводящего его к гибели. Морелем была составлена особая схема нарастания явлений деградации в сменяющих друг друга поколениях: 1-е поколение—нервные болезни и распущенность поведения, 2-е—припадки падучей болезни, инсульты, истерия и алкоголизм, 3-е—самоубийство, психозы и умственная отсталость, 4-е—врожденные уродства, идиотизм и прекращение рода.

Несомненно случаи с таким прогрессирующим упадком и вымиранием целых родов существуют. Для примера можно указать на известные в истории роды римских императоров Цезарей и Клавдиев, в которых за рядом выдающихся талантливых деятелей в последующих поколениях можно было видеть субъектов неустойчивых, сумасбродов и прямо слабоумных.

Учение о вырождении разрабатывалось главным образом французскими психиатрами, особенно Маньяном. Стал общеупотребительным термин «дегенерант» или «дегенерат» для обозначения субъектов из семей с тяжелым наследственным отягощением, самым характерным для них стали считать общую неуравновешенность, дисгармонию психического развития, странности в поведении. Со стороны интеллекта как самое существенное отмечали односторонность, неравномерное развитие отдельных способностей, иногда можно констатировать слабоумие, но оно не было обязательным явлением. Маньян указал даже на существование большой группы дегенерантов не только с достаточным, но даже хорошим, хотя всегда односторонним интеллектом. Иногда при этом может быть известная одаренность и даже талантливость. Маньян создал для таких случаев понятие «высших дегенерантов» и относил к ним многих поэтов и художников Это морель-маньяновское учение о вырождении было в России воспринято Н Н Баженовым, который развил его особенно в части; касающейся высших дегенерантов, и считал возможным говорить не только о дегенерации, но и о прогенерации, рассматривая высших дегенерантов как не вполне удавшиеся попытки природы создать новый, более совершенный тип человека. Этот новый тип, возникая на болезненной почве, остается незавершенным, носящим на себе печать слабости и дисгармонии, но ему свойственны проблески талантливости и даже гениальности и на него нельзя смотреть исключительно с точки зрения регресса.

Французскими же психиатрами было развито учение о дегенеративных психозах — заболеваниях, наблюдающихся в семьях, по отношению к которым наличие большого количества душевнобольных дает право говорить о вырождении.

Помимо более легкой наклонности к заболеванию психозами характерно, что последние сами по себе отличаются некоторыми особенностями и атипичным течением. Как на характерную особенность дегенерантов французские психиатры указывали на частое развитие у них кратковременных заболеваний вспышным бредом, так называемых бредовых вспышек дегенерантов. За последние десятилетия в связи с тем, что преобладающее значение получили взгляды немецких психиатров, особенно Крепелина, меньше внимания уделяют вопросам дегенерации и дегенеративным психозам.

В последнее время в связи с тенденцией к сужению и ограничению понятия шизофрении интерес к дегенеративным психозам опять возрос.

В связи с характерной чертой для психиатрического мышления Крепелина — уйти от чисто симптоматического толкования клинических картин — им была создана новая нозологическая единица — раннее слабоумие, к которому, следуя примеру Крепелина, стали относить случаи, ранее считавшиеся за различные заболевания, в том числе и дегенеративные психозы. Раннее слабоумие, развивающееся действительно у субъектов с резко выраженным наследственным отягощением, при широком понимании его рамок, заслонило собой в глазах психиатров учение о дегенерации. Так как оно благодаря отнесению к нему самых различных картин не всегда одинакового происхождения утратило внутреннее единство и стало сборной группой, объединяемой некоторыми, не всегда существенными признаками, то в общей массе стало тонуть и то ценное, что было в учении о дегенерации и дегенеративных психозах.

За последние 10 лет в связи с этим прежнее раннее слабоумие, ставшее еще более широким понятием у Блейлера, давшим ему и новое название шизофрении, подверглось расчленению с выделением из него того, что было верного в учении о нем, от различных не имеющих к нему прямого отношения наслоений. При этом оказалось, что во многих случаях можно говорить об особых дегенеративных психозах, не имеющих никакого отношения к раннему слабоумию. Но это не было возвращением к прежним взглядам Мореля и Маньяна, так как психиатрия не могла не учесть накопленного за это время клинического опыта и новых точно установленных данных наследственности. Вместо прежнего всеобъемлющего понятия о вырождении: как о каком-то роке, тяготеющем над родом, обреченным на гибель, и в отличие от вырождения биологов и антропологов стали говорить о дегенерации как чисто медицинском понятии. Прежде всего в морелевское учение были внесены две существенные поправки. Факты, на которые опирался Морель, действительно могут иметь место, но они не имеют такого значения, которое им приписывалось. Во-первых, нельзя говорить о вырождении как о чем-то неизбежно ведущем к упадку и гибели; во-вторых, неверно, что если это и бывает, то в этом виновата только наследственность. Не может считаться верной и вышеприведенная схема Мореля, по которой через 4 поколения род приходит к своему упадку и гибели. Имея в виду вышеприведенные данные наследственности, понятно, что при накоплении в семье болезненных признаков они имеют больше шансов передаться потомству. Опасность увеличивается, если количество болезненных признаков велико как в семье отца, так и у матери; при этом может произойти их суммирование, дающее резко-выраженные отклонения в сторону патологии в потомство. Но все же роль этого момента не следует преувеличивать. Даже при наличии расстройства у обоих родителей дети не обязательно рождаются слабоумными или заболевают психозами впоследствии. Что касается неврозов, нервной неустойчивости, то они вопреки схеме Мореля сами по себе никогда не ведут к душевным заболеваниям в потомстве. Коротко говоря, прогрессирующее ухудшение нервно-психического здоровья от поколения к поколению может иметь место, но оно не носит такого исключительного характера и объясняется различными моментами. Полного согласия взгляда исследователей по этому вопросу не имеется. Бумке считает невероятным и недоказанным ухудшение основных свойств, передаваемых по наследству, только из внутренних причин. С другой стороны, Гофман склонен признать возможность вырождения в известном смысле. Он указывает на существование семей, в которых наблюдается прогрессирующее ухудшение от поколения к поколению, в частности обращая внимание на относительную частоту шизофрении у детей циркулярных родителей Более вероятно, что одной передачей болезненных признаков от предков потомству нельзя объяснить прогрессирующий упадок и гибель. Как мы видели, при маниакально-депрессивном психозе наследственное отягощение так велико, как едва ли может быть при другом каком-либо психозе за исключением шизофрении, и в то же время именно здесь никогда не бывает ни прогрессирующего упадка интеллекта ни гибели рода в силу внутренних причин. Никаких явлений вырождения в морелевском смысле не бывает даже в том случае, если заболевания этим психозом часты как в роду отца, так и матери. Нужно иметь в виду, что, как видно из менделевских схем, потомству передаются признаки не только отца и матери, но и других предков; в связи с этим и душевнобольной отец или мать кроме своих болезненных признаков могут передавать потомству скрытые у них здоровые задатки, тенденцию к здоровью, которая у детей или внуков может взять верх над болезненными зачатками. Можно думать, что здоровье, с одной стороны, и душевная болезнь—с другой, могут рассматриваться как доминирующий и рецессивный признак. Здоровье—это то, что является доминирующим принципом в жизни, и то, что стремится подавить болезнь Это в особенности сказывается, если болезненным признакам одной стороны противопоставляется полное здоровье другой. Роль этого оздоровляющего фактора никогда не нужно забывать при объяснении явлений наследственности и дегенерации. Другая поправка, которую теперь приходится делать к прежним концепциям вырождения, заключается в большой роли внешней среды, которая совершенно не учитывалась Морелем. Прогрессирующее ухудшение в ряду поколений действительно может иметь место, но помимо сгущения наследственных факторов оно имеет своей причиной вредное действие на родителей таких моментов, как алкоголизм, сифилис и другие инфекции. В этих случаях потомство может оказаться больным не вследствие передачи им по наследству каких-нибудь болезненных генов, а в результате вредного действия на образовавшийся уже зародыш (так называемая бластофтория).

Следует строго различать эти два разные понятия. В семьях больных с маниакально-депрессивным психозом или шизофренией дети рождаются с зачатками той или другой болезни вследствие наследования соответствующих генов. Это будет наследственная передача в собственном смысле. Но если дети рождаются слабоумными потому, что родители страдали алкоголизмом или у кого-нибудь из них был сифилис, это будет совершенно другой случай. На первый взгляд как будто нет существенной разницы, так как и здесь имела место какая-то передача от родителей детям, но механизм ее совершенно иной, более грубый и сводящийся к заболеванию самого зародыша.

Существенное значение для потомства имеют характер внешних моментов, время их действия и большая или меньшая тяжесть. Для понимания явлений дегенерации важно также, что не все заболевания родителей в одинаковой мере могут быть причиной передачи потомству болезненных генов. Так, можно считать доказанным, что нервность, приобретенная родителями вследствие каких-нибудь внешних причин, как и вообще приобретенные признаки, не передается потомству так, как это имеет место по отношению к эндогенным психозам. Обычно имеет место комбинированное действие обоих моментов: и наследственного отягощения и поражения зачатка, и при известной интенсивности их могут наблюдаться и прогрессирующее ухудшение и вымирание.

При наличии ухудшения нервно-психического здоровья от поколения к поколению считают вполне обоснованным и теперь говорить о дегенерации, дегенеративности.

Помимо тех поправок к прежнему учению о вырождении, о которых мы уже говорили, еще в одном отношении имеется существенное отличие от прежних концепций. Прежняя дегенерация была чем-то аморфным, недифференцированным, представляла нечто вроде сплава, в составлении которого участвуют признаки, относящиеся к самым различным психозам. Соответственно этому предполагалось, что дегенеративность предрасполагает ко всяким душевным заболеваниям вообще без различия их характера. Закономерность в неизменяемости первоначальных признаков, установленная Менделем, заставляет думать, что передается предрасположение к определенным заболеваниям, а не к психозам вообще. Поэтому можно говорить о различных типах дегенерации в зависимости от характера лежащих в основе ее моментов. О ней можно говорить по отношению к маниакально-депрессивным семьям, в младших поколениях которых нередко можно встретить неустойчивых, легко возбудимых субъектов с наклонностью к колебаниям настроения, иногда к навязчивым состояниям. Иной более грубый тип можно наблюдать в семьях шизофреников. У «дегенерантов» в этих случаях помимо обычных черт дисгармонии психического склада, общей неуравновешенности, странностей в поведении отмечаются моральные недочеты и различные изменения со стороны интеллекта. Одним словом полиморфизм, которым было окрашено прежнее учение о вырождении, теперь принимается с большими ограничениями.

Иначе теперь приходится смотреть и на значение так называемых признаков дегенерации. Собственно психические признаки, вышеперечисленные явления психической неустойчивости, дисгармонии и теперь оцениваются таким же образом, но отношение к так называемым физическим признакам совершенно иное. Ими считали вообще признаки неправильного строения всего тела или отдельных его частей—большой или слишком малый рост, иными словами, гигантизм или инфантилизм, чрезмерно большие или слишком малые размеры головы—макро- или микроцефалию, различные неправильности в форме ее—очень высокий череп—башенный череп, или оксицефалию, череп, который при рассматривании сверху напоминает форму лодки,— скафокефалию, череп с чрезмерно выраженными лобными и теменными буграми, причем соответственно положению стреловидного шва наблюдается вдавление, так что голова приобретает известное сходство с ягодицами (caput natiformis). Прежде обращали внимание на особый затылочный тип строения черепа, характеризующийся узким лбом и очень широким затылком. Этот тип некоторые авторы (Мануврие) считали характерным для душевнобольных и преступников. Справедливо, что поскольку узкий лоб может указывать на слабое развитие лобных долей, такой череп действительно можно нередко встретить в патологических случаях, например при вышеупомянутой микроцефалии, но вообще нельзя считать его типическим для душевнобольных, равно как и преступников. Приблизительно такую же форму представляет так называемый треугольный череп, тригоноцефалия (таким череп кажется при рассматривании сверху), причем один угол соответствует очень узкому, как бы остроконечному, лбу, а два других—теменным буграм (рис. 17). К дегенеративным признакам относят также крайние степени брахи и долихоцефалии.


РИС. 17. Тригоноцефалический череп сверху.

 

Имея в виду более или менее принятое мнение, что теперешние поколения европейцев образовались из смешения аборигенов этой части света с долихоцефалическим строением и пришедших из Азии брахицефалов, можно думать, что крайние выражения того или другого типа являются своего рода атавистическими признаками. Такое же значение имеют различные отклонения от правильного строения лица. Прежде всего в этом отношении обращают внимание на взаимоотношение между лицевой и черепной частью черепа, на большее или меньшее выстояние вперед лица, особенно нижней челюсти, на так называемый прогнатизм. Степень прогнатизма, как известно, точнее всего может быть выражена в величине лицевого угла, который оказывается тем меньше, чем прогнатизм больше. Как видно на прилагаемой схеме, лицевой угол европейца больше, чем у бушмена, и еще больше, чем у обезьян (рис. 18). При таких условиях имеются известные основания относить к признакам вырождения и резкий прогнатизм.


Рис. 18. Различные стенки прогнатизма у обезьяны и человека.

 

Из различных частей лица более всего внимания уделяется ушным раковинам, вариации форм которых действительно очень велики. Как об особенном, дегенеративном ухе говорят о неправильной сморщенной форме ушных раковин, оттопыренных ушных раковинах (рис. 19).


Рис 19 Неправильное, частью несимметричное строение черепа в лица у оли-гофренов; оттопыренная ушная раковина у мальчика справа.

 

Дегенеративным признаком считают также приращенную ушную мочку, когда кожа последней, не делая никакого изгиба кверху, непосредственно переходит в кожу щеки. Приращение ушных мочек—довольно частое явление не только у душевнобольных. Заслуживает внимания, что проф. Г. И. Россолимо констатировал корреляции между ним и предрасположением к туберкулезу. «Дегенеративное» ухо нередко называют также морелевским ухом. Говорят также о вильдермутовском ухе, равно как описывают различные другие вариации, виды «дегенеративного» уха. При собирании признаков дегенерации всегда отыскивают так называемый дарвиновский и сатиров бугорки. Первый—бугорок в задневерхнем углу раковины, в нерезко выраженной форме—представляет очень постоянный признак у совершенно здоровых людей; реже он встречается в качестве более значительного возвышения (рис. 20).


Рис. 20. Несимметричность в строении лица олигофрена, одна ушная раковина больше другой и на ней ясно выступает дарвиновский бугорок.

 

Сатиров бугорок—остроугольное возвышение в середине верхнего края раковины—представляет сравнительно нередкий признак. При оценке различных изменений ушных раковин нужно иметь в виду также, что ухо может быть обезображено вследствие каких-нибудь приобретенных изменений, например благодаря кровоизлияниям под надхрящницу на почве травмы, например у больных параличом помешанных иногда наблюдается резкое обезображение уха—так называемая отематома.

Такое же внимание уделяется области глаза; здесь в качестве аномалий развития можно наблюдать неправильное положение глазниц, слишком близкое или очень далекое одна от другой, иногда несимметричность в их положении и конфигурации. К признакам дегенерации относят встречающуюся иногда кожную складку с внутренней стороны глазницы—эпикантус, неправильности в форме зрачка, иногда дефекты в радужной оболочке, неодинаковую окраску ее в обоих глазах. Форма носа подвержена очень большим вариациям и в норме, и здесь не выделено каких-либо «дегенеративных» признаков. Очень часты аномалии в строении зубов, которым также приписывается значение признаков дегенерации. Аномальным может быть позднее их появление и неправильность в порядке смены молочных зубов постоянными. Отмечают неправильности в их расположении, очень большие или слишком малые размеры их (макро- и микродонтию), выемки на режущем крае, в особенности резцы с поперечными выемками на передней поверхности (гетчинсоновские зубы). В прежнее время всегда обращали внимание, является ли небо слишком высоким или низким или узким. Такие аномалии развития, как расщепление мягкого и твердого неба (волчья пасть), заячья губа, конечно заслуживают внимания и должны быть отмечаемы.

Иногда дело не в отдельных бросающихся в глаза признаках, а в общем типе строения лица, которое в целом представляется необычным, непропорциональным, негармоничным. Иногда лицо по всему складу кажется принадлежащим человеку какой-то другой расы. Как о монголоидном типе лица говорят, если наблюдаются широкие скулы, узкие, косо поставленные» глазные щели, толстый язык, покрытый особыми трещинами и складками слизистой оболочки (lingua scrotalis — напоминает кожу мошонки). (Фотография монголоида дана в главе о монголизме.) Аномалиям развития могут подвергнуться и другие части тела и отдельные ткани. Может быть не вполне правильное сформирование костей. Как о дегенеративном признаке говорят о ладьевидной лопатке, если внутренний край последней не выпуклый и не ровный, а вогнутый, что легко установить ощупыванием или даже на глаз, если путем соответствующего положения руки добиться того, что она несколько отойдет от туловища (рис. 21).


Рис. 21. Ладьевидная лопатка.

 

Сходство с лодкой такая лопатка представляет при рассматривании ее сзади, особенно если вообразить, что вся она повернута на 90 градусов. Гревс считал такую лопатку характерной для наследственного сифилиса; это едва ли верно, но в качестве дегенеративного признака вообще она несомненно заслуживает внимания. Кроме непропорциональной величины конечностей иногда может наблюдаться недоразвитие отдельных костей, особенно мелких костей запястья, аномалии в строении пальцев, например шестипалость. Могут представить различные аномалии положение пальцев и их взаимная величина. Большие пальцы на ногах могут быть поставлены несколько обособленно от других, напоминая большие пальцы обезьян; с другой стороны, большие пальцы на руках могут быть менее обособлены от других, чем то бывает обычно. Мизинцы иногда по величине бывают равны указательным. В области кистей и стоп могут быть и другие аномалии, например образование широкой кожной складки между пальцами, напоминающей плавательную перепонку животных; изредка наблюдается срастание пальцев между собой (синдактилия) (рис. 22).


Рис. 22. Синдактилия.

 

Иногда все ногти, срастаясь вместе в одну массу, образуют что-то вроде копытца (рис. 23).


Рис. 23. Сросшиеся пальцы, причем срослись также и ногти, образовав как бы копытце.

 

Это может быть как на руках, так и на ногах. Довольно часты различные аномалии в росте и распределении волос. На голове может быть не один завиток, как бывает обычно, а два. Помимо нахождения волос в обычных местах они могут иногда покрывать все тело или некоторые места, где их в норме не бывает, например ушные раковины.

Таким образом число признаков, относимых к дегенеративным стигматам, необычайно велико, и мы перечислили только наиболее часто встречающиеся или такие, которым придавалось особенное значение. В настоящее время их также регистрируют, но с меньшим рвением, и во всяком случае из наличия или отсутствия их не делают особенных выводов. Это вполне понятно, если обратить внимание на причину их возникновения. Едва ли вообще бывают такие случаи, которые можно трактовать как возврат к далекому прошлому, как проявление атавизма в собственном смысле. В том ограниченном смысле, какой придается ему теперь, он никогда не представляет прямого возврата к какой-то определенной фазе развития в отдаленном прошлом. Это есть результат комбинированного действия наследования различных признаков от всех предшествующих поколений и пороков развития, обусловленных какими-нибудь вредными моментами, действующими на самый зародыш или уже после рождения на развивающийся организм. При этом роль этих экзогенных факторов даже перевешивает эндогению. Например причины частых аномалий в строении черепа, которым как раз придается очень большое значение, часто заключаются в преждевременном срастании отдельных швов, зависящем в свою очередь от тех или других нарушений биологических процессов, главным образом от поражения эндокринных желез. Преждевременное срастание какого-нибудь шва ведет к приостановке роста черепа в направлении, перпендикулярном к шву, например раннее зарастание стреловидного шва ведет к долихоцефалии, венечного и затылочного швов—к брахицефалии. При зарастании вертикально расположенных швов или их частей череп будет расти преимущественно вверх. В случае зарастания шва с одной какой-либо стороны естественно, что возникает более или менее резкая асимметрия. Конечно нельзя исключить и роли эндогенных моментов, но она обычно стоит на первом месте только в случаях резко выраженных аномалий развития. Например микроцефалия как таковая есть результат задержки развития в чистом виде, вызванной тяжелой эндогенией. Форма черепа иногда может быть прямым результатом рахита, в особенности четырехугольная голова с резко выдающимися лобными и теменными буграми и ягодичная форма черепа. Она может быть изменена также вследствие воспалительных процессов, например на почве сифилиса. Теперь, когда мы знаем, что каждый лишний сантиметр роста или грамм веса, рост мозга, костей, волос и всех органов находятся в тесной зависимости от деятельности желез внутренней секреции, мы не можем происхождение различных аномалий сводить только к передаче по наследству соответствующих генов и забывать, что они могут быть прямым последствием вредных экзогенных моментов, действующих на развивающийся организм с момента зачатия. Естественно поэтому, что так называемые признаки дегенерации можно встретить у очень большого количества лиц, до глубокой старости не обнаруживающих никаких расстройств в нервно-психической сфере. Поверочные исследования физических признаков дегенерации в здоровом населении обнаружили еще меньшую разницу в этом отношении сравнительно с пациентами психиатрических больниц, чем то было обнаружено по отношению к наследственному отягощению. В особенности нельзя придавать значение какому-нибудь отдельному признаку. Наличие большого количества аномалий должно естественно навести на мысль о необходимости тщательного обследования случая и выяснения причин его происхождения. В особенности это относится к очень большим отклонениям в ту или другую сторону размеров и формы головы. Им нужно придавать значение не потому, что в них можно видеть какие-нибудь проявления атавизма, вырождения или выявления каких-нибудь генов, а потому, что они обычно зависят от каких-либо болезненных процессов, от которых могло пострадать и развитие мозга. Например очень маленькие размеры черепа могут стоять в связи с известной гипоплазией мозга и следовательно с известной степенью дебильности интеллекта или по крайней мере его ограниченности. Исследования, поставленные по этому вопросу, показали, что в среднем, если речь идет о сравнительно больших цифрах, высокому и выше среднего стоящему интеллекту соответствует большой череп, и наоборот, низкий интеллект чаще всего скрывается под маленьким черепом. Но это не может считаться абсолютным правилом, и например знаменитый математик Гаусс имел очень маленький череп и небольшой мозг. Также и очень большие черепа подозрительны в смысле возможности какого-нибудь вызвавшего их болезненного процесса, например водянки, туберозного склероза или какого-либо иного заболевания, связанного с увеличением массы мозга за счет разрастания глии. Крайние степени брахидолихоцефалии или оксицефалии также могут стоять в связи с какими-нибудь болезненными процессами, но и здесь могут быть исключения. Например Кант и Шопенгауэр были брахицефалами, и в то же время никто не станет подозревать у них наличия каких-либо явлений, свидетельствующих о вырождении или указывающих на какие-либо процессы, ведущие к деградации.

Таким образом те признаки, которые раньше оценивались как ясные указания на наличие вырождения, должны тщательно изучаться и теперь, но им нужно придавать совершенно иное значение. В прежнее время констатирование тех или других признаков этой группы у пациента считалось достаточным для заключения, что его заболевание развилось на дегенеративной почве, и эта дегенерация бралась за основу для составления представления о сущности психоза в этом случае. Мы обращаем на них должное внимание при обследовании каждого случая и теперь, но, констатируя их, смотрим на эти признаки как на аномалии, вариации нормального развития. Их значение, с одной стороны, заключается в том, что они могут быть, так сказать, сигнальными признаками каких-нибудь болезненных процессов, могущих отразиться на строении и функционировании. Еще важнее то обстоятельство, что аномалии развития, физические признаки дегенерации по прежней терминологии, мы изучаем вместе с физическим строением вообще, с особенностями соматических типов сложения.

Шизофрения передается по наследству? — Новости 33

Все мы наслышаны о шизофрении. Однако всерьез о ней мало кто думает. Но всё-таки: может ли «шиза» передаваться по наследству? Как вообще человек может получить такое заболевание? А если какой-нибудь близкий родственник будущего мужа/жены — шизофреник, не может ли это повлиять на здоровье будущего ребенка?

Дело в том, что эти опасения имеют под собой реальную основу. Шизофрения действительно может передаваться по наследственной линии любому потомку. В древности семьи, в которых был хотя бы один сумасшедший, считались проклятыми, никто не хотел с ними родниться.

Сегодня существует такое якобы научное мнение, что шизофрения передается ровно через поколение. То есть от деда — к внуку, от бабушки — к внучке. При этом приводятся какие-то расчеты и статистики, которые показывают долю вероятности получения заболевания именно по женской линии, либо только по мужской. Однако серьезно к таким данным относиться не следует. Уже известно, что человек, у которого на многие поколения назад не было «шизанутых» родственников, всё равно может получить расстройства личности. Причем риск равен 1% из 100.

А уже если существует какой-нибудь родственник с данным заболеванием, то риск увеличивается до 6-10%. В редких случаях шизофрения наблюдается у одного из разнояйцевых близняшек. Тогда у второго риск получения того же диагноза увеличивается до 17%.

Разумеется, каждый человек, который знает, что когда-то где-то какой-нибудь его родственник страдал шизофренией, будет волноваться: а вдруг завтра и он сам попадет в руки коварного наследственного заболевания? Однако даже в 21 веке предсказать развитие наследственных пороков невозможно. Нет никакой гарантии, что человек будет страдать от шизофрении, даже если оба его родителя больны. И наоборот — человек получит такой диагноз из-за того, что его далекая тетка на склоне лет стала психически неуравновешенной.

Однако почему шизофрения развивается в одних семьях и не трогает другие? Ученые считают, что всё дело в имунной системе человека. К тому же есть ряд генов, которые и располагают к появлению психических заболеваний.

Катерина Ларина

Шизофрения не передается с генами: что еще важно знать родителям о ментальном здоровье детей

В последние годы подростков, которые регулярно наблюдаются у врача-психиатра, проходят терапию и принимают лекарства, стало гораздо больше. Возросла и тревожность родителей по поводу ментального здоровья детей. О том, с чем это связано и как принять психиатрический диагноз, мы поговорили с руководителем Клиники психиатрии и психотерапии Европейского медицинского центра Натальей Ривкиной.

Полезная рассылка «Мела» два раза в неделю: во вторник и пятницу

Психиатрия «большая» и «малая»

Проблемы, которыми занимаются психиатры, условно можно разделить на невротические состояния, являющиеся реакцией на кризисные моменты, и «большую психиатрию», которая работает с расстройствами, имеющими биологическую природу: депрессиями, биполярным расстройством, обсессивно-компульсивным расстройством (ОКР) или расстройствами шизофренического спектра.

Также мы часто сталкиваемся с пограничными личностными расстройствами, которые могут сильно мешать нормальной адаптации человека.

С невротическими состояниями в нашей практике мы сталкиваемся чаще всего, поскольку дети особенно уязвимы для стрессов и переживают за достаточно короткий промежуток времени сразу несколько серьезных кризисных периодов.

К заболеваниям, которыми занимается «большая психиатрия», приводит целый комплекс факторов. Долгое время считалось, что психические расстройства связаны с особенностями воспитания в семье или взаимоотношениями в социуме, но с конца 70-х годов прошлого века их стали называть биопсихосоциальными. Доказано, что к их возникновению приводит врожденная предрасположенность, аналогичная предрасположенности к гипертонии или к диабету. Но если гипертония и диабет начинают проявлять себя в среднем после 45 лет, то психические расстройства — в возрасте от 14 до 23–25 лет, то есть первые их симптомы станут видны, когда ребенок еще живет в родительской семье.

Эффективное лечение психических расстройств требует назначения лекарств одновременно с проведением социальной реабилитации и психотерапией. Они эффективно работают вместе.


«Дремлющая» болезнь

Психические расстройства имеют достаточно большой продромальный период. Поясню это на примере гриппа: за день-два до скачка температуры вы чувствуете усталость и слабость, болит голова, и ничего не хочется делать. Вы еще не больны, но вирус уже начинает постепенно себя проявлять. Это и называют продромальным периодом. При психических расстройствах такой период может длиться 4–5 лет и начаться в раннем подростковом возрасте, а более явные симптомы проявятся лет в 14–15. Ребенку будет труднее учиться и общаться, он может стать более конфликтным и замкнутым. Да, родители скажут, что подобные симптомы можно найти у любого подростка, это правда. Но чтобы отличить поведенческие проблемы или признаки пубертатного периода от симптомов болезни, нужно считывать сигналы, которые должны серьезно вас насторожить. Их несколько.

  • Нарушение сна. Нередко подросток, который всю ночь сидит в социальных сетях или смотрит сериалы, делает это не потому, что сильно увлечен, а потому что не может уснуть. Если вы наблюдаете подобное на протяжении месяца и больше, обсудите это со специалистом.
  • Резкие смены настроения. Да, случается со всеми, каждый может хлопнуть дверью или бросить в ответ на просьбу что-то грубое. Но если ребенок выдает подобную реакцию там, где раньше ее не случалось (например, всегда разгружал по вашей просьбе посудомойку, и вдруг — отказ), если происходят резкие немотивированные смены настроения, это повод для консультации со специалистом.
  • Замкнутость. Нежелание общаться с родными и друзьями, отстраненность — еще один сигнал, на который стоит обратить внимание.

Важно! Чтобы свидетельствовать о возможном психическом расстройстве, все описанные симптомы должны присутствовать в комплексе достаточно длительное время: несколько недель. Если такое происходит, чтобы не пропустить ранние признаки психических расстройств, имеет смысл обсудить ситуацию с психиатром. Наблюдение и мониторинг — это единственная возможность при необходимости вовремя начать лечение и предупредить развитие болезни.

В ЕМС психиатры и психологи тесно работают с врачами других направлений: терапевтами, кардиологами, диетологами, неврологами, — что позволяет проводить комплексную оценку состояния здоровья ребенка и эффективно лечить психические заболевания как амбулаторно, так и в условиях стационара. Диагностическая база Европейского медицинского центра позволяет психиатрам быть наиболее объективными и точными в установлении диагноза.

Родители должны знать, что в продромальный период ребенок более уязвим в отношении стресса. Если он попадает в ситуацию более высоких нагрузок (например, отправляется на учебу за границу или просто переходит в новую школу), это может послужить триггером для развития болезненного состояния.


Что такое «пограничное личностное расстройство»?

Это особенность психоэмоционального развития, которая может привести к тяжелым дезадаптациям. Часто она проявляется в возрасте 11–14 лет, когда у подростков появляются выраженные протестные формы поведения или, напротив, замкнутость и отстраненность. Им становится сложно буквально все: адаптироваться к любой среде, учиться, выстраивать отношения.

Пограничное личностное расстройство — это формирующиеся черты характера, которые затрудняют социальную адаптацию ребенка. Родителям рядом с таким подростком важно наблюдать и поддерживать его, не обесценивая чувства. Не сводить общение дома к призывам «сядь за уроки» и «убери свою комнату», «не груби». Активное внимание важно для того, чтобы не пропустить проявления у ребенка аутоагрессии (самоповреждения), очевидных суицидальных наклонностей и вовремя обратиться за квалифицированной помощью.


«А что, если это шизофрения? Доктор, это навсегда?»

До сих пор в профессиональной среде идут дискуссии о том, стоит ли использовать термин «шизофрения» в медицинской практике. Отношение к заболеванию оказалось настолько стигматизированным, что этого невозможно изменить, не меняя терминологию. Поэтому мы говорим «психические расстройства шизофренического спектра». Это целая группа заболеваний (их около двадцати) с различными прогнозами и методами лечения. Диагноз «расстройство шизофренического спектра» вовсе не означает социально плачевный исход. Шансы человека с подобным диагнозом жить совершенно нормальной жизнью более чем высоки.

Не генетическая болезнь. Если вашему ребенку поставлен диагноз «расстройство шизофренического спектра», не нужно задаваться вопросом, кто виноват. Такие расстройства не передаются с генами от мамы, папы, бабушки или дедушки. Более того, на развитие заболевания не может повлиять и поведение родителей или какие-то педагогические просчеты. Ни тяжелый развод, ни даже акты насилия в семье не могут стать ее «детонатором». Они наверняка приведут к реакциям на стресс или к невротическим состояниям, но не к шизофрении.

Шизофренические расстройства можно контролировать. В этом отношении они ничем не отличаются от других хронических болезней и имеют гораздо больше шансов для контроля. Их течение связано с особенностью выработки нейромедиаторов, что по своей природе очень похоже, например, на гипертонию, при которой есть проблемы с выработкой веществ, которые переносят импульсы. При расстройствах шизофренического спектра приблизительно то же самое происходит в головном мозге. То есть биологическая болезнь, на самом деле, не самая «плохая» в медицине в смысле возможностей для ее контроля и прогноза. А психиатрия сейчас такая же точная наука, как и любая другая область медицины, в плане возможностей диагностирования и подбора терапии.


Три вопроса, которые помогут родителям

Как объяснить ребенку, что ему необходим визит к психиатру?

Если мы хотим добиться результата от этой встречи, визит к врачу должен быть осознанным, то есть ребенок должен понимать, с каким специалистом предстоит встреча и чем он занимается. Не нужно бояться открыто это обсуждать, ведь чаще всего ребенок сам прекрасно понимает, что нуждается в помощи и что она должна прийти со стороны. Можно проговорить моменты, которые беспокоят вас, но не в плане «у тебя одни двойки, с этим нужно что-то делать». Можно сказать: «Я вижу, что ты за многое тревожишься и не справляешься с делами», «Меня беспокоит, что тебе тяжело заснуть и трудно просыпаться», «У тебя есть сложности, которые трудно с нами обсуждать».

Как помочь родителям с принятием психиатрического диагноза?

Существуют специальные индивидуальные и групповые реабилитационные программы именно для родителей, которые должны хорошо понимать, в чем причины психических расстройств, как они проявляются, что характерно для течения болезни, какие есть этапы. И в первую очередь родители должны понимать, что в возникновении болезни ребенка нет их вины.

Нужно ли говорить о психиатрическом диагнозе в школе?

Это личный выбор семьи. В том случае, если у ребенка начались серьезные проблемы с учебой из-за нарушения концентрации внимания или он испытывает сложности с общением (поведением) и нужна дополнительная поддержка, важно обсудить это с учителем в том объеме, который вы считаете нужным.

Но если ребенок учится в зарубежной школе, отправляется в учебную поездку или лагерь, учителя или кто-то из персонала должны будут следить за приемом лекарств. По правилам контроль должны осуществлять взрослые.

Мы не стараемся выделять психиатрию в какую-то особую категорию заболеваний. Если ваш ребенок болел гастритом, то вы сообщите школьному повару и учителю о том, что ему можно есть, а что нельзя. Есть медицинские показания, которые важно соблюсти, — педагоги точно должны знать именно об этом.

За помощь в подготовке материала благодарим нашего стажера Анастасию Широкову

Наследственность шизофрении от отца ᐈ Наследственность шизофрении по женской и мужской линии

Los Angeles, US, 90101, Bukowski

Анапа, РФ, 353450, Рашидова

Гагарин, РФ, 215010, Турчин

Одесса, UA, 65003, Гриневич

Геленджик, РФ, 353460, Рудько

Павловск, РФ, 196620, Санина

Kaunas, LT, 48101, Adamkute

Калининград, РФ, 236004, Кудрявцев

Абакан, РФ, 655012, Гаева

Екатеринбург, РФ, 620141, Червец

Hamburg, DE, 21149, Dietmar

Калуга, РФ, 248011, Зайцева

Tel Aviv, IL, 61231, Granovich

Саратов, РФ, 410031, Варданян

Курск, РФ, 305044, Лобанов

Plovdiv, BG, 4000, Vaganov

Всеволожск, РФ, 188640, Шепелева

Затайск, РФ, 649002, Карубин

Киев, UA, 03150, Величко

Ставрополь, РФ, 355020, Гузеева

Елец, РФ, 399788, Патршев

Taldykorgan, KZ, 040001, Jamaev

Архангельск, РФ, 163060, Журбин

Махачкала, РФ, 367015, Керимов

Энгельс, РФ, 413123, Житковский

Томск, РФ, 634031, Смирнов

Los Angeles, US, 90101, Bukowski

Анапа, РФ, 353450, Рашидова

Гагарин, РФ, 215010, Турчин

Одесса, UA, 65003, Гриневич

Геленджик, РФ, 353460, Рудько

Павловск, РФ, 196620, Санина

Kaunas, LT, 48101, Adamkute

Калининград, РФ, 236004, Кудрявцев

Абакан, РФ, 655012, Гаева

Екатеринбург, РФ, 620141, Червец

Hamburg, DE, 21149, Dietmar

Калуга, РФ, 248011, Зайцева

Tel Aviv, IL, 61231, Granovich

Саратов, РФ, 410031, Варданян

Курск, РФ, 305044, Лобанов

Plovdiv, BG, 4000, Vaganov

Всеволожск, РФ, 188640, Шепелева

Затайск, РФ, 649002, Карубин

Киев, UA, 03150, Величко

Ставрополь, РФ, 355020, Гузеева

Елец, РФ, 399788, Патршев

Taldykorgan, KZ, 040001, Jamaev

Архангельск, РФ, 163060, Журбин

Махачкала, РФ, 367015, Керимов

Энгельс, РФ, 413123, Житковский

Томск, РФ, 634031, Смирнов

Los Angeles, US, 90101, Bukowski

Анапа, РФ, 353450, Рашидова

Гагарин, РФ, 215010, Турчин

Одесса, UA, 65003, Гриневич

Геленджик, РФ, 353460, Рудько

Павловск, РФ, 196620, Санина

Kaunas, LT, 48101, Adamkute

Калининград, РФ, 236004, Кудрявцев

Абакан, РФ, 655012, Гаева

Екатеринбург, РФ, 620141, Червец

Hamburg, DE, 21149, Dietmar

Калуга, РФ, 248011, Зайцева

Tel Aviv, IL, 61231, Granovich

Саратов, РФ, 410031, Варданян

Курск, РФ, 305044, Лобанов

Plovdiv, BG, 4000, Vaganov

Всеволожск, РФ, 188640, Шепелева

Затайск, РФ, 649002, Карубин

Киев, UA, 03150, Величко

Ставрополь, РФ, 355020, Гузеева

Елец, РФ, 399788, Патршев

Taldykorgan, KZ, 040001, Jamaev

Архангельск, РФ, 163060, Журбин

Махачкала, РФ, 367015, Керимов

Энгельс, РФ, 413123, Житковский

Томск, РФ, 634031, Смирнов

Шизофрения: MedlinePlus Genetics

Шизофрения — это заболевание головного мозга, классифицируемое как психоз, что означает, что оно влияет на мышление, самоощущение и восприятие человека. Расстройство обычно проявляется в позднем подростковом или раннем взрослом возрасте.

Признаки и симптомы шизофрении включают ложное восприятие, называемое галлюцинациями. Слуховые галлюцинации голоса являются наиболее частыми галлюцинациями при шизофрении, но у пострадавших также могут возникать галлюцинации видений, запахов или осязательных (осязательных) ощущений.Твердо укоренившиеся ложные убеждения (заблуждения) также характерны для шизофрении. Например, пострадавшие люди могут быть уверены, что они являются определенной исторической фигурой или что против них замышляют заговор или что они контролируются другими.

Люди с шизофренией часто теряют способность функционировать в школе, на работе и в социальных сетях. Также могут возникать расстройства мышления и концентрации, неадекватные эмоциональные реакции, беспорядочная речь и поведение, а также трудности с личной гигиеной и повседневными задачами.Люди с шизофренией могут иметь пониженное выражение лица и анимацию (плоский аффект), а в некоторых случаях перестать реагировать (кататонический). Злоупотребление психоактивными веществами и суицидальные мысли и действия часто встречаются у людей с шизофренией.

Определенные двигательные проблемы, такие как тремор, лицевые тики, ригидность и необычно медленное движение (брадикинезия) или неспособность двигаться (акинезия), часто встречаются у людей с шизофренией. В большинстве случаев это побочные эффекты лекарств, назначенных для контроля над заболеванием.Тем не менее, у некоторых пораженных людей перед началом лечения медикаментами наблюдаются нарушения движений.

У некоторых людей с шизофренией наблюдается легкое нарушение интеллектуальной функции, но шизофрения не связана с теми же типами физических изменений в головном мозге, которые происходят у людей с деменцией, такой как болезнь Альцгеймера.

Психотические расстройства, такие как шизофрения, отличаются от расстройств настроения, включая депрессию и биполярное расстройство, которые в первую очередь влияют на эмоции.Однако часто эти нарушения возникают вместе. Лицам, у которых проявляются явные признаки как шизофрении, так и расстройства настроения, часто ставят диагноз шизоаффективное расстройство.

Является ли шизофрения наследственной? Не так много, как мы думали

Шизофрения — тяжелое психотическое расстройство, которым страдает около 1 процента населения.

Передается ли шизофрения по наследству? Хотя это явно передается в семье, у большинства людей, у которых есть родственники, братья или сестры или родители, болеющие шизофренией, это расстройство не разовьется.Другая хорошая новость заключается в том, что оценки его наследственности снижаются.

За прошедшие годы исследователи обнаружили, что вероятность того, что один из близнецов заболеет шизофренией, если другой — от 44 до 87 процентов. Чаще всего упоминается 81 процент.

И анализ записей 2012 года для всех жителей Дании показал, что шанс заболеть шизофренией, если один из родителей заболел, составлял 67 процентов.

Однако риск может быть ниже.В отчете Консорциума по генетике семейного исследования шизофрении в США за 2014 год, в котором участвовало почти 300 семей, сделан вывод о том, что риск шизофрении в нуклеарной семье составляет всего 31 процент. Стратегия группы заключается в выявлении эндофенотипов — специфических симптомов, связанных с генами. В 2014 году группа объявила, что нашла 12 таких маркеров. В 2016 году сообщалось еще о 13.

Связывание симптомов с генами имеет важное значение, потому что симптомы могут сильно отличаться от одного пациента к другому, в зависимости от различных генов, а также других факторов.

Большинство людей начинают проявлять симптомы в подростковом возрасте или в начале двадцатых годов, но в некоторых случаях они появляются в возрасте сорока лет или позже. Одно исследование показало, что у этих пациентов семейная история болезни была слабее. Пациенты чаще были женского пола и имели другие болезни и стрессы, например, безработицу.

Скорее всего, сочетание нескольких небольших вариаций генов увеличивает риск появления симптомов. Ученые знают, что такие переживания, как инфекции в утробе матери или стресс в детстве, влияют на результат.

Например, ребенок с семейным анамнезом шизофрении, которому также пренебрегают, с большей вероятностью станет апатичным, потеряет интерес к своим обычным занятиям и, возможно, проведет в постели большую часть дня. Если ею не пренебречь, она может слышать голоса и проявлять другие симптомы, но не станет апатичной.

Небольшая делеция в области 22 хромосомы, называемой 22q11, по-видимому, способствует небольшому проценту случаев; у этих пациентов также могут быть проблемы с сердцем, иммунной системой и волчьей пастью.

Каковы симптомы шизофрении? Некоторые люди слышат голоса или могут иметь видения, запахи или тактильные ощущения. Они также могут иметь заблуждения. Больной шизофренией может верить, что он Иисус или что им управляют инопланетяне.

Злоупотребление психоактивными веществами, суицидальные мысли и попытки самоубийства более распространены в этой группе, чем в широкой публике.

Люди, страдающие шизофренией, иногда становятся «плоскими» — с немногими выражениями лица — или даже полностью невосприимчивыми.У них могут развиться проблемы с движением, иногда как побочный эффект лекарств. У них также может быть депрессия и биполярное расстройство, а также диагностировано шизоаффективное расстройство.

Члены семей больных шизофренией могут получить информацию и поддержку через Национальный альянс по психическим заболеваниям и онлайн-форумы.

Версия этой истории опубликована на сайте Your Care Everywhere.

Унаследована ли шизофрения от матери или отца?

Исследования давным-давно пришли к выводу, что шизофрения в некотором роде передается генетически.Фактически, Национальный институт психического здоровья обнаружил, что наличие у родственника диагноза шизофрения может повысить ваши шансы получить диагноз шизофрения на 10 процентов. Существует безошибочная связь между наследственной генетической структурой, переданной от ваших родителей, и развитием шизофрении, но из какой стороны семьи происходит шизофрения?

Генетика передается от ваших матери и отца

Люди — это результат объединения ДНК матери и отца для создания уникального человека.Хромосомы передаются от родителей к детям через сперматозоиды и яйцеклетки, причем каждая хромосома определяет, какие гены ребенок унаследует с каждой стороны. Некоторые гены, по-видимому, чаще передаются по наследству от одной стороны семьи. Например, одна популярная теория гласит, что облысение по мужскому типу происходит по материнской линии. При таких серьезных заболеваниях и расстройствах, как шизофрения, важно понимать, передают ли мать или отец гены, ответственные за шизофрению.

Шизофрению сложно пригвоздить генетически

Одна из самых сложных частей в определении того, унаследована ли шизофрения от матери или отца, заключается в том, что ученым трудно различить гены, по которым возникла болезнь. Фактически, исследование показало, что шизофрения — это на самом деле восемь различных генетических расстройств. Исследование также пришло к выводу, что факторы окружающей среды могут быть почти так же важны, как и генетические факторы в развитии расстройства.

Риск шизофрении, если ваш родитель — шизофреник

Неопределенность, связанная с генетической структурой шизофрении, очевидна в данных, связанных с рисками развития шизофрении на основании члена семьи, страдающего этим расстройством. В то время как родители и дети имеют половину общих генов, вероятность того, что у ребенка от шизофренического родителя разовьется шизофрения, составляет всего 6%. Другой пример — риск развития шизофрении у обоих однояйцевых близнецов.Однояйцевые близнецы в основном имеют одинаковый генетический состав, но если один из них болен шизофренией, риск развития заболевания у близнеца составляет всего 48%.

Окружающая среда играет большую роль в развитии шизофрении

Все эти примеры служат доказательством важности факторов окружающей среды в развитии шизофрении. Хотя генетика явно играет роль в развитии шизофрении, факторы окружающей среды также играют большую роль. Некоторые факторы окружающей среды, которые могут увеличить риск шизофрении, включают употребление наркотиков, сильный стресс, родовые осложнения и воздействие свинца во время беременности.

Исследование шизофрении в Центрах Synergy Research, Сан-Диего

Независимо от того, как развилась шизофрения или от кого она передалась, если у вас диагностирована шизофрения, важно как можно скорее получить лечение. В исследовательских центрах Synergy в Сан-Диего мы используем передовые исследования, чтобы предоставить людям лучшее на рынке лечение шизофрении. В настоящее время мы проводим клинические испытания шизофрении, чтобы найти новые и более эффективные способы лечения этого расстройства, и в настоящее время ищем участников.Если вам поставили диагноз шизофрения и вы ищете бесплатное лечение, обратитесь в центры Synergy Research Centre сегодня. Звоните (888) 539-0282 сегодня.

13,7: Космос и культура: NPR

Многие болезни заразны. Вам следует, например, избегать чихания соседей и мыть руки после ухода за больным ребенком.

А как же психическое заболевание?

Идея о том, что тревога, аутизм или большая депрессия могут передаваться через контакт, может показаться безумной — и, вероятно, так оно и есть.Мы многого не знаем о происхождении психических заболеваний, но механизмы, выявленные до сих пор, указывают на другие направления.

Тем не менее мы знаем, что эмоции людей могут влиять на эмоции окружающих — явление, известное как «эмоциональное заражение», и что определенные симптомы психических расстройств, такие как переедание, иногда могут распространяться среди сверстников. Мы также знаем, что многие люди придерживаются научно необоснованных взглядов на передачу. Например, некоторые люди считают, что реципиенты трансплантата могут приобретать личные характеристики своих доноров, и эта точка зрения не имеет серьезной научной поддержки.

Итак, некоторые люди считают, что психических расстройств могут быть заразными? И если да, то влияет ли это убеждение на их готовность взаимодействовать с людьми, у которых диагностированы эти расстройства?

Недавняя статья Джессека Марш и Линдзи Шанкс, опубликованная в журнале Memory & Cognition , предлагает ответы «да» и «да». Многие из их участников согласились с тем, что психические расстройства могут передаваться от одного человека к другому, и взгляды отдельных людей на возможность передачи расстройства убедительно предсказывают их готовность взаимодействовать с человеком, страдающим этим расстройством.

В своем первом исследовании Марш и Шанкс попросили 45 студентов-бакалавров ответить на вопросы о 12 различных психических расстройствах, которые варьировались от злоупотребления алкоголем и СДВ (синдром дефицита внимания) до шизофрении и генерализованного тревожного расстройства. По каждому из них участников попросили оценить, насколько вероятно, что, по их мнению, кто-то заразится этим расстройством при тесном контакте с человеком, у которого оно было, с оценкой по шкале от нулевой до 100-процентной вероятности.

Рейтинги сильно различались по расстройствам: самые высокие средние оценочные показатели передачи были связаны с злоупотреблением алкоголем (56 процентов), анорексией (35,7 процента), большим депрессивным расстройством (32,2 процента) и ипохондрией (30,6 процента). Расстройствами с наименьшей оценочной частотой передачи были расстройство Туретта (4,2 процента), аутизм (5,3 процента), шизофрения (7,4 процента) и биполярное расстройство (11,2 процента).

Участники ответили на ряд дополнительных вопросов, в том числе на то, насколько они готовы взаимодействовать с кем-то с каждым расстройством.Например, они оценили свое согласие с такими утверждениями, как «Я был бы готов работать с человеком с анорексией» или «Я считаю, что кто-то с шизофренией опасен».

Центральный результат исследования заключался в следующем: готовность людей взаимодействовать с кем-то с данным расстройством лучше всего предсказывалась их верой в коммуникабельность этого расстройства, с другими убеждениями — например, в отношении психологической основы расстройства и степени его распространения. которые человек может контролировать симптомы, которые он проявляет, играя гораздо меньшую роль.Второй эксперимент помог установить, что эта прогнозирующая связь была на самом деле причинной: действительно, убеждения о коммуникативности вызвали разное отношение к личному взаимодействию.

Но как именно люди думали, что передача психического заболевания от одного человека к другому действительно происходит?

Последующее исследование с участием 122 студентов бакалавриата более глубоко исследовало представления людей о задействованных механизмах. Считалось, что такие заболевания, как ветряная оспа и грипп, передаются через физический контакт в относительно короткие сроки (например,g., чихание или касание того же предмета). Но наиболее распространенные механизмы передачи психических заболеваний связаны с социальными взаимодействиями и, как правило, считаются действующими в гораздо более длительном масштабе — ближе к годам, чем к минутам.

Неудивительно, однако, что ответы участников не содержали подробностей. Например, один участник объяснил, что генерализованное тревожное расстройство может передаваться, потому что «тревога человека исчезнет». Что касается злоупотребления алкоголем, участник объяснил: «Если вы тусуетесь с кем-то, кто все время пьёт, вы скоро тоже будете много пить.»

Люди, страдающие психическими заболеваниями, сталкиваются с различными проблемами, часто включая стигму и социальную изоляцию. Результаты этих новых исследований помогают выявить один фактор, который может способствовать обоим: убеждения людей о передаче психического заболевания от одного человека к другому. другой

Дело в том, что эти представления о передаче почти наверняка ложные . Это может показаться разочаровывающим, но это также оставляет место для надежды: надежды на то, что небольшое образование может иметь большое значение.

Таня Ломброзо — профессор психологии Калифорнийского университета в Беркли. Она пишет о психологии, когнитивной науке и философии, время от времени делая набеги на воспитание детей и веганство. Вы можете быть в курсе того, что она думает, в Twitter: @TaniaLombrozo

Генетика шизофрении | The New Yorker

Зимой 2012 года я поехал из Нью-Дели, где я вырос, в Калькутту, чтобы навестить моего двоюродного брата Мони. Мой отец сопровождал меня как проводник и товарищ, но он был угрюмым и задумчивым человеком, погруженным в личные страдания.Он младший из пяти братьев, а Мони — его первенец, племянник — сын старшего брата. С 2004 года Мони, которому сейчас пятьдесят два, содержится в лечебнице для душевнобольных («сумасшедший дом», как его называет мой отец) с диагнозом шизофрения. Его постоянно купают нейролептики и седативные средства, а обслуживающий персонал наблюдает, купает и кормит его в течение дня.

Мой отец никогда не принимал диагноз Мони. На протяжении многих лет он вел одинокую кампанию против психиатров, которым поручено заботиться о его племяннике, надеясь убедить их, что их диагноз был колоссальной ошибкой или что сломанная психика Мони каким-то образом вылечится.Он посетил это учреждение в Калькутте дважды — один раз без предупреждения, надеясь увидеть преобразованную Мони, живущую втайне нормальной жизнью за решетчатыми воротами. Но эти визиты были для него не просто доброжелательной любовью. Мони — не единственный член семьи, страдающий психическим заболеванием. Двое из четырех братьев моего отца страдали от различных распутных мыслей. Безумие было среди мукерджи на протяжении поколений, и, по крайней мере, часть нежелания моего отца принять диагноз Мони заключается в мрачном подозрении, что что-то из болезни может быть похоронено в нем, как токсичные отходы.

Раджеш, третий брат моего отца, когда-то был самым многообещающим из мальчиков Мукерджи — самым проворным, самым харизматичным, вызывающим наибольшее восхищение. Но летом 1946 года, в возрасте двадцати двух лет, он начал вести себя странно, как будто в его мозгу споткнулся провод. Самым очевидным изменением в его личности было непостоянство: хорошие новости вызывали безудержные вспышки радости; плохие новости повергли его в безутешное отчаяние. К той зиме синусоида психики Раджеша сузилась по частоте и увеличилась по амплитуде.Мой отец вспоминает изменившегося брата: временами боязливый, безрассудный по отношению к другим, спускающийся и поднимающийся по крутым склонам настроения, раздражительный одно утро и вне себя от радости на следующее утро. Когда Раджеш получил известие об успешной сдаче экзаменов в колледже, он в приподнятом настроении исчез во время двухдневной экскурсии, якобы «тренировался» в борцовском лагере. Когда он вернулся, у него был жар и галлюцинации, и вскоре он умер от пневмонии. Только годы спустя, когда я учился в медицинской школе, я понял, что Раджеш, вероятно, страдал от острой маниакальной фазы.Его психическое расстройство было результатом почти учебного случая биполярного расстройства.

Ягу, четвертый из братьев и сестер моего отца, переехал к нам в Дели в 1975 году, когда мне было пять лет, а ему сорок пять. Его разум тоже падал. Высокий и худощавый, со слегка диким взглядом в глазах и копной спутанных заросших волос, он напоминал бенгальца Джима Моррисона. В отличие от Раджеша, болезнь которого обнаружилась в его двадцатилетнем возрасте, Ягу беспокоился с подросткового возраста. Социально неуклюжий, отстраненный от всех, кроме бабушки, он не мог ни работать, ни жить один.К 1975 году в его голове были видения, фантазии и голоса, которые говорили ему, что делать. Он все еще был способен на необычайные всплески нежности — когда я случайно разбил любимую венецианскую вазу дома, он спрятал меня в своем постельном белье и сообщил моей матери, что у него припрятаны «кучи денег», которых достаточно, чтобы купить замену на «тысячу». вазы. Но этот эпизод был симптоматическим: даже его любовь ко мне расширила ткань его психоза и конфабуляции.

В отличие от Раджеша, Ягу был официально поставлен диагноз.В конце 1970-х врач в Дели обследовал его и определил, что у него шизофрения. Но никаких лекарств не прописали. Вместо этого Ягу продолжал жить дома, наполовину спрятавшись в комнате моей бабушки. (Как и во многих других индийских семьях, с нами жила моя бабушка.) На протяжении почти десяти лет она и мой отец поддерживали хрупкое перемирие, когда Ягу жил под ее опекой, ел в ее комнате и носил одежду, которую она шила для него. Ночью, когда Ягу был поглощен своими страхами и фантазиями, она уложила его спать, как ребенка, положив руку ему на лоб.Она была его няней, его домработницей, его единственным другом и, что более важно, его общественным защитником. Когда в 1985 году умерла моя бабушка, Ягу присоединился к религиозной секте в Дели и через десять лет исчез до своей смерти.

Мы тоже потеряли связь с Мони. Он курсировал между школами и бросил колледж. Командиры в его голове стали сильнее и настойчивее. В 2004 году он был избит группой головорезов, якобы за то, что он помочился в сквере. (Внутренний голос проинструктировал его: «Писай сюда, писай сюда.Зимой того же года, после очередного срыва с галлюцинациями и шипящими внутренними голосами, он был помещен в лечебницу в Калькутте.

Когда мы с отцом посетили Мони в 2012 году, я не видел его почти два десятилетия. Несмотря на это, я ожидал узнать его. Но человек, которого я встретил в комнате для свиданий, так мало походил на мою память о моем кузене, что — если бы его слуга не подтвердил имя — я легко мог бы встретить незнакомца. Он постарел не по годам. Его речь, когда-то бурная и быстрая, была нерешительной и прерывистой; слова возникли с неожиданной неожиданной силой, как если бы он выплевывал кусочки еды, которые были ему в рот.

Однако самой запоминающейся чертой его болезни была не буря в его разуме, а затишье в его глазах. Слово moni означает «драгоценный камень» на бенгальском языке, но в обычном использовании оно также относится к чему-то невыразимо прекрасному: сияющим иголкам света в каждом глазу. Но именно этого не хватало в Мони. Двойные точки света в его глазах потускнели и почти исчезли, как будто кто-то мелкой кистью закрасил их в серый цвет.

То, что шизофрения передается по наследству, было очевидно даже тому, кто первым определил болезнь.В 1911 году Ойген Блейлер, швейцарско-немецкий психиатр, опубликовал книгу, в которой описал серию случаев мужчин и женщин, обычно в возрасте от 20 до 30 лет, чьи мысли начали путаться и деградировать. «В этой болезни ассоциации теряют свою непрерывность», — писал Блейлер. «Нити между мыслями разорваны». Психотические видения и параноидальные мысли вспыхнули из ниоткуда. Некоторые пациенты «чувствуют себя слабыми, их дух ускользает, они никогда не переживут этот день. В их головах рост.Их кости стали жидкими; их сердца превратились в камень. . . . Жена пациента не должна использовать яйца в кулинарии, иначе у него вырастут перья ». Блейлер отметил, что его пациенты часто оказывались в ловушке между колеблющимися эмоциональными состояниями, не имея возможности выбирать между двумя радикально противоположными видениями. «Ты дьявол, ты ангел, ты дьявол, ты ангел», — сказала одна женщина своему возлюбленному.

«Фунт за фунт, я самый успешный охотник, которого я знаю».

Блейлер пытался найти объяснение загадочным симптомам, но имелся только один, казалось бы, общий элемент: у больных шизофренией, как правило, были родственники первой степени родства, которые также были шизофрениками.У него не было инструментов, чтобы понять механизм наследственности. Слово «ген» было придумано всего за два года до того, как Блейлер опубликовал свою книгу. Представление о том, что психическое заболевание может передаваться из поколения в поколение с помощью единых, неделимых факторов — совокупностей информации, передаваемой через семьи, — показалось бы большинству современников Блейлера безумием само по себе. Тем не менее, Блейлер был удивительно прозорливым в отношении сложной природы наследования. «Если кто-то ищет« наследственность », его почти всегда можно найти», — писал он.«Мы не сможем ничего сделать с этим даже позже, если только один фактор наследственности не будет разбит на множество наследственных факторов по определенным признакам».

В шестидесятых годах прошлого века догадка Блейлера была подтверждена исследованиями близнецов. Психиатры определили, что, если однояйцевый близнец был шизофреником, у другого близнеца вероятность развития болезни составляла от 40 до 50 процентов — в 50 раз выше, чем риск для населения в целом. К началу двухтысячного периода крупные популяционные исследования выявили прочную генетическую связь между шизофренией и биполярным расстройством.История некоторых семей, описанных в этих исследованиях, очень похожа на мою: один брат или сестра страдает шизофренией, другой — биполярным расстройством, а племянник или племянница также страдает шизофренией.

«Исследования близнецов прояснили две важные особенности шизофрении и биполярного расстройства», — сказал мне Джеффри Либерман, психиатр из Колумбийского университета, изучающий шизофрению в течение тридцати лет. «Во-первых, было ясно, что существует не один ген, а десятки генов, вызывающих шизофрению, каждый из которых, возможно, оказывает небольшое влияние.И, во-вторых, даже если вы унаследовали весь набор генов риска, как однояйцевые близнецы, у вас все равно может не развиться болезнь. Очевидно, были и другие триггеры или подстрекатели, участвовавшие в избавлении от болезни ». Но хотя эти исследования установили, что шизофрения имеет генетическую основу, они ничего не показали о природе задействованных генов. «Для врачей, пациентов и семей в сообществе шизофрении генетика стала абсолютной загадкой», — сказал Либерман. «Если бы мы знали идентичность генов, мы бы нашли причины, а если бы мы нашли причины, мы могли бы найти лекарства.

В 2006 году международный консорциум психиатров-генетиков начал геномное исследование шизофрении, надеясь продвинуть поиск соответствующих генов. Это было одно из крупнейших и наиболее строгих исследований в истории болезни с участием 3322 пациентов и 3587 человек из контрольной группы. Исследователи просмотрели почти семь тысяч геномов, чтобы найти вариации в сегментах генов, которые коррелируют с шизофренией. Эта стратегия, называемая «ассоциативным исследованием», не позволяет точно определить ген, но обеспечивает общее местоположение, где может быть обнаружен ген, связанный с заболеванием, например, карта сокровищ с большим «X», нацарапанным в углу генома.

Результаты, опубликованные в 2009 году (и обновленные в 2014 году) в журнале Nature , были удручающим подтверждением догадки Блейлера о множественных наследственных факторах: более сотни независимых сегментов генома были связаны с шизофренией. «Существует множество мелких общих генетических эффектов, разбросанных по геному», — сказал один исследователь. «Здесь задействовано множество различных биологических процессов». Некоторые из предполагаемых виновников имели биологический смысл — хотя и смутно. Были гены, связанные с передатчиками, которые передают сообщения между нейронами, и гены молекулярных каналов, которые перемещают электрические сигналы вверх и вниз по нервным клеткам.Но самая неожиданная ассоциация связана с сегментом гена на хромосоме 6. Эта область генома, называемая областью MHC, несет сотни генов, обычно связанных с иммунной системой.

«Обнаружение сегмента MHC было настолько странным и поразительным, что вам пришлось сесть и обратить внимание», — сказал мне Либерман. «Это было наиболее убедительное доказательство того, что что-то в иммунной системе может иметь какое-то отношение к шизофрении. Намеки на наличие иммунологической ассоциации и раньше были, но с этим было невозможно спорить.Это вызвало бесконечный интересный вопрос: какова связь между генами иммунного ответа и шизофренией? »

Либерман вытащил из бумаги цифру, чтобы проиллюстрировать силу ассоциации. Один из методов построения результатов исследования ассоциации генов называется манхэттенским графиком, на котором высота столбца соответствует степени риска заболевания. На графике шизофрении сегмент хромосомы 6 возвышался над всеми другими претендентами — примерно вдвое выше, чем у большинства других генных сегментов, несущих риск.Регион MHC, центральное хранилище большинства генов нашей иммунной системы, был похож на одинокий небоскреб, возвышающийся над горизонтом недавно построенного мегаполиса.

Дели моего детства был малоэтажным городом. В шестидесятые годы мой отец, поднявшись по карьерной лестнице в японской транснациональной компании (это было глупо; он говорил на непонятном английском, а его менеджеры не понимали ни одного), построил себе приличный двухэтажный дом. дом, вдали от двухкомнатной квартиры в Калькутте, где он жил со своими четырьмя братьями и матерью после раздела.Он считал, что этот дом станет его билетом в устойчивую респектабельность среднего класса, но художник-дислексик из района, нанятый по дешевке, чтобы нарисовать « MUKHERJEE» у входной двери, к нескончаемому огорчению моего отца полностью перевернул эту схему. буква «J», так что ее хвост загибался вправо, как у греческого τ. Это несоответствующее письмо оставалось там на протяжении большей части моего детства — неприятная реклама миру, что не все в доме вполне нормально выровнено.

Воспоминание: это 1981 или 1982 год, мне одиннадцать или двенадцать.Мой отец вернулся из командировки. Это один из тех жарких дней, когда кажется, что потолочные вентиляторы просто рассеивают тепло по комнате. Его ждут двое наших соседей. Воздух кажется напряженным от тревоги.

Мой отец входит в гостиную, и мужчины разговаривают с ним несколько минут. Их голоса повышаются, а слова резче. Я могу различить неровные контуры большинства предложений даже сквозь стены соседней комнаты, где я должен делать домашнее задание.Ягу занял у обоих этих мужчин деньги — небольшие суммы, но достаточно, чтобы привезти их к нам в дом и потребовать выплаты. Он сказал одному из мужчин, что ему нужны деньги на лекарства (ему никогда не прописывали), а другому, что они нужны ему, чтобы купить билет на поезд до Калькутты, чтобы навестить других своих братьев (такая поездка не планировалась; было бы невозможно для Jagu путешествовать в одиночку). «Тебе следует научиться управлять им», — говорит один из мужчин.

Мой отец молча слушает, но я чувствую, как мениск ярости поднимается в нем, покрывая его горло желчью.Он идет к стальному шкафу, где мы храним домашние деньги, и приносит их мужчинам, стараясь не считать банкноты. Они должны оставить сдачу себе.

К тому времени, как мужчины уйдут, я знаю, что будет кровоподтек. С инстинктивной уверенностью животных, которые бегут в гору перед цунами, наш повар покинул кухню, чтобы вызвать мою бабушку. Напряжение между моим отцом и Ягу нарастало в течение некоторого времени: поведение Ягу дома было особенно разрушительным в последние недели — и этот эпизод, похоже, довел моего отца до некоторой степени.Треснул хрупкий лак высокого качества.

Он заходит в комнату Ягу и стаскивает его с кровати. Ягу отчаянно воет, как ребенок, которого наказывают за проступок, которого он не понимает. Мой отец бледный, пылающий гневом, опасный. Он толкает Ягу через комнату. Для него это немыслимый акт насилия; он никогда не поднимал руки. Моя мама плачет на кухне. Я смотрю, как сцена перерастает в уродливое крещендо из-за штор в гостиной, как будто смотрю фильм в замедленной съемке.

(PDF) Половые различия в семейной передаче шизофрении

825

СЕКС И СЕМЕЙНАЯ ШИЗОФРЕНИЯ

1988). Генетический анализ должен учитывать важность

пола пробанда и родственника при установлении

образцов родственников и интерпретации результатов. По крайней мере,

, наши результаты подчеркивают важность

дифференциальной возрастной корректировки оценок риска заболеваемости

по полу, учитывая, что возраст начала (и оценки риска заболеваемости

) для мужчин-шизофреников и

женщин значительно различаются.Наконец, наши результаты имеют значение

для интерпретации результатов исследований высокого риска

шизофрении. Если женщины, скорее всего,

происходят из семей с более чем одним шизофреником

диафрагмальным членом и, по определению, исследования высокого риска

включают такие семьи, то результаты этих исследований

могут дать некоторое представление о влиянии пол

о передаче расстройства.

Половые различия в семейной передаче

шизофрении также следует понимать в свете

других значимых эффектов секса на шизофрению

, обнаруженных в предыдущем исследовании.Возможно, шизофреники

мужчин с низким риском шизофрении имеют ранний возраст

начала, более слабый предморбидный анамнез, больший дефицит

симптомов, больше перинатальных осложнений и

дифференциальных нейрокогнитивных и структурных нарушений мозга,

аномалий женского тела. У

также может быть более слабая реакция на нейролептики и на

более слабое течение расстройства, чем у женщин-шизофреников,

, как было обнаружено в предыдущем исследовании.Наша текущая работа

показала, что ряд из этих факторов

встречаются вместе и идентифицируют подтип шизофрении для

, мужчины подвержены более высокому риску, чем женщины (Goldstein

и др., 1990). Работа в Великобритании (Murray et al., 1988,

,

, 1989) также предполагает, что несколько из этих

факторов встречаются вместе, хотя они не изучали роль пола.

Таким образом, секс может быть бесценным инструментом для выделения

подтипов шизофрении.Значительные эффекты секса

при шизофрении могут быть связаны с факторами, присущими

мужчине или женщине, такими как эффекты эстрогена

(Seeman, 1985) и различия в развитии мозга

или такие вещи, как перинатальный com

пликаций, по которым мужчины подвержены более высокому риску, чем

женщин. В любом случае пол может дать

важных ключей к пониманию этиологической гетерогенности

шизофрении и, возможно, к разработке

методов лечения, которые могут зависеть от пола.

Благодарности

Поддержка этой работы была предоставлена ​​грантом Национального института психического здоровья

, № Mh52604. Авторы хотели бы, чтобы

поблагодарила Дебору Кэтт за подготовку рукописи.

Ссылки

A @ esaic * r @ Psya1tamICAssociATioN (1980) Диагностическая и статистическая

Manua! мании! Расстройства (3-е изд.) (DSM-III). Вашингтон,

Округ Колумбия: APA.

™ (1987) Diagnostic and Statistica! Manua! психических расстройств

(3-е издание, пересмотренное) (DSM-III-R).Вашингтон, округ Колумбия: АПА.

АНГЕРМЕЙЕР, М. C., GoLDrrslN, J.M. & Kuam @ i, L. (1989) Пол

различия в шизофрении: повторная госпитализация и выживание в сообществе

Психологическая медицина, 19, 365–382.

BELLODI, L., Bussoiriu, C., SCORZA-SMERALDI.R., Ci a! (1986)

Семейное исследование шизофрении; поисковый анализ соответствующих

факторов. Бюллетень по шизофрении, 12, 120–128.

CROW, T. J. (1988) Половые хромосомы и психоз: случай

псевдоавтосомного локуса.Британский журнал психиатрии, 153,

675–683.

E @ icoi-r, J., Sprrzm, R. L., Fwss, 3. L., ci a! (1976) Глобальная шкала оценки

(GAS): процедура для измерения общей степени тяжести психических расстройств

. Archives of General

Psychiatry, 33, 766–771.

ФИГЕР, Дж. П., Рорнрис, Э., Гам, С. Б. и др.! (1972) Диагностические критерии

для использования в психиатрических исследованиях. Архив общей психиатрии

, 26, 57–63.

FISCHER, M. (1973) Генетические факторы и факторы окружающей среды при шизофрении

phrenia.Acta PsychiatricaScandinavica (приложение 283).

FLOR-HENRY, P. (1978) Пол, полушарная специализация и

психопатология. SocialScienceMedicine, 12, 155-162.

GESCHWIND, N. И ГАЛАБУРДА, А. М. (1985) Церебральная латерализация:

биологических механизмов, ассоциаций и патологий. I. A.

гипотеза и программа исследования. Архив неврологии,

42, 428–459.

G11-RELMAN-KLEIN, R. & KLEIN, D. F. (1969) Premorbid asocial

Регулировка и прогноз при шизофрении. Журнал

Psychiatric Research, 7, 35–53.

ГОЛДШТЕЙН, 3. М. (1988) Гендерные различия в течении

шизофрении. Американский журнал психиатрии, 145,

684–689.

— & LINK, B.G. (1988) Пол и проявление шизики

ophrenia. Журнал психиатрических исследований, 22, 141-155.

— , TsuAi @ o, M. T. & FARAONE, S. V. (1989) Пол и

шизофрения: значение для понимания гетерогенности

болезни. Psychiatry Research, 28, 243–253.

â € ”¿, SANTANOELO, S. L., SIMPSON, 3. C., et al! (1990) Роль пола

в выявлении подтипов шизофрении: подход латентного класса

. Бюллетень по шизофрении (в печати).

Go1-rEsM @ tN, I. I. & ЩИТЫ, 3. (1972) Шизофрения и генетика:

Точка наблюдения за близнецами.Нью-Йорк: Academic Press.

™ & SHIELDS, 1. (1982) Шизофрения: Эпигенетическая головоломка.

Кембридж: CambridgeUniversityPress.

ГУР, р. Э., НАШ, Р. С., СКОЛЬНИК, Б. Э., у а! (1985) Функции мозга

при психических расстройствах.III. Регионарная церебральная кровь

у больных шизофренией без лечения. Archives of General

Psychiatry, 42, 329–334.

ГУЗ, С. Б., КЛОНИНГЕР, К. Р., М @ zTiN, Р. Л. и др.! (1983) Последующее наблюдение и семейное исследование шизофрении

.Архив

Общая психиатрия, 40, 1273–1276.

КЕНДЛЕР, К. С., ГРУЕНБЕРО, А. M. & Tsu @ G, M. T. (1985)

Психиатрическая болезнь у родственников первой степени шизофреника и

пациентов контрольной группы. Архив общей психиатрии, 42,

770–779.

KEINOLEN, E. (1968) Эпидемиологическое клиническое исследование близнецов

шизофрении. В «Передаче шизофрении» (ред.

,

, Д. Розенталь и С. Кети). Оксфорд: Pergamon Press.

Lea, E. 1. (1980) StatisticalMethods for SurvivalDataAnalysis.

Калифорния: Публикация для обучения на протяжении всей жизни.

ЛЕВИН, Р. 3. (1988) Пол и шизофрения. В Справочнике

Schizophrenia, vol. 3, Нозология, эпидемиология и генетика.

(реклама M. 1. Tsuang & J. C. Simpson). Амстердам: Elsevier

Press.

-, BURBACH, D. & MEL17ER, H. Y. (1984) Влияние диагностических критериев

на соотношение мужчин и женщин с шизофренией.

Американский журнал психиатрии, 141, 84-87.

LEwIS, S. W. (1989) Врожденные факторы риска шизофрении.

Психологическая медицина, 19, 5–13.

Генетика шизофрении: обзор JSTOR

Абстрактный

Исследования семей, близнецов и усыновления дали убедительные доказательства того, что гены играют важную роль в шизофренических состояниях. Однако эти традиционные подходы не могут раскрыть ничего о том, каким образом гены влияют на это заболевание, за исключением того, что семейная распространенность шизофрении слишком мала, чтобы соответствовать классическому менделевскому способу передачи.Новые молекулярно-биологические методы предлагают прекрасные возможности для идентификации хромосомных локусов генетических заболеваний, но эффективность этих методов зависит от менделевского распределения исследуемого признака. Мы показываем, как психологические методы могут сыграть решающую роль в обеспечении доступности этих новых биологических методов для изучения шизофрении путем расширения фенотипа (шизофрении) за счет включения ассоциированного поведения, которое соответствует модели передачи по основным локусам.

Информация о журнале

Psychological Science, ведущий журнал Ассоциации психологических наук, является одним из ведущих журналов в своей области, с рейтингом цитируемости / импакт-фактором, который помещает его в 10 ведущих психологических журналов мира.В журнале публикуются авторитетные статьи, представляющие интерес, по всем разделам научной психологии, включая поведенческие, клинические, когнитивные, нейронные и социальные науки. Помимо этих полноформатных статей, Psychological Science также предлагает краткие обзоры новых исследовательских разработок.

Информация об издателе

Сара Миллер МакКьюн основала SAGE Publishing в 1965 году для поддержки распространения полезных знаний и просвещения мирового сообщества.SAGE — ведущий международный поставщик инновационного высококачественного контента, ежегодно публикующий более 900 журналов и более 800 новых книг по широкому кругу предметных областей.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *