Прагматизм и его представители — Мегаобучалка

Название этого философского учения произошло от греческого слова πράγμα ( родительный падеж πράγματος — дело, действие). Прагматизм возник в 70-х гг. XIX в. в США. Его главными представителями были Чарльз Сандерс Пирс (1839-1914), Уильям Джемс (1842-1910), Джон Дьюи (1859-1952).В прагматизме нашли отображение некоторые аспекты социального идеала американской (западной) культуры.

Прагматизм выдвинул программу реконструкции философии. Философия должна быть не размышлением о первых началах бытия и познания (как это считалось со времени Аристотеля), а общим методом решения тех проблем, которые встают перед людьми в различных жизненных ситуациях, в процессе их практической деятельности, протекаю-щей в непрерывно меняющемся мире. Прагматисты утверждали, что их метод позволяет принципиально по-новому подойти ко всем философским проблемам, выяснить их подлинный смысл. Философия должна заниматься «человеческими проблемами», не созерцать и копировать внешнюю реальность, а помогать человеку в решении встающих перед ним жизненных задач.

Пирс рассматривает мышление как вид приспособительной деятельности организма; приспособительная функция мышления противопоставляется познавательной. Мышление и познание в целом рассматривается Пирсом как деятельность, направленная исключительно на регулирование отношений между организмом и средой, на выработку оптимальных приспособительных реакций. Мышление принимается за работу тогда, когда возникает сомнение, препятствующее действию, — начинается поиск способа восстановить верование, готовность или привычку действовать:

«Деятельность мысли возбуждается раздражением, вызванным сомнением, и прекращается, когда верование достигнуто; таким образом, достижение верования есть единственная функция мысли».

Человек вырабатывает различные типы действий и привычек. Эти привычки, будучи осознанными, образуют веру. Пирс говорит не о знании, а о вере, понимая под ней привычку и готовность действовать в определенной ситуации определенным образом. Вере противопоставляется сомнение.



В силу различных обстоятельств состояние веры может нарушиться и смениться состоянием сомнения, равнозначным приостановке действия. В противоположность вере сомнение — беспокойное и неприятное состояние, и мы стремимся как можно скорее освободиться от него. Процесс познания Пирс понимает как переход от сомнения к вере (верованию).

Является ли верование отражением явлений? Пирс считает, что верование или мнение не имеют ничего общего с истиной. «Мы можем вообразить, что этого нам недостаточно и что мы стремимся не просто к мнению, а к истинному мнению. Но подвергните эту фантазию испытанию, и она окажется беспочвенной. Ибо стоит только достигнуть твердого верования, как мы будем полностью удовлетворены, независимо от того, будет ли верование истинным или ложным». Способ, которым достигается верование, не имеет значения. Таким образом, вопрос об истинности или ложности (в традиционном понимании) идеи, верования, мнения снимается и подменяется вопросом об их способности преодолевать сомнение и тем самым приносить нам психологическое удовлетворение. Человек (в том числе и ученый) стремится не к истинному знанию, а лишь к устойчивому верованию.

Чтобы верование было устойчивым, его по возможности должны разделять все члены общества. «Проблема состоит в том, как закрепить веру не только в индивидууме, но и в сообществе». Для закрепления верования используются методы: а) упорства (отвергать критику), б) авторитета, в) априорный. В истории эта проблема часто разрешалась методом авторитета, когда некоторая организация предписывала людям совокупность обязательных для них верований, преследуя и наказывая инакомыслящих. Пирс одобряет этот метод. «Для массы людей и не существует, может быть, лучшего метода, чем этот». Результаты научного исследования, признанные коллективом ученых, должны исключить возможность сомнения у людей. В итоге Пирс заменяет объективное знание социально принятым верованием.

Наши идеи, будучи, по мнению Пирса, некоторыми знаками, имеют определенное значение. Казалось бы, наиболее естественно искать значение в отношении идеи к объекту. Но это неприемлемо для Пирса. Он ищет значение в отношении понятия к субъекту, в том, что понятие значит для субъекта. Значение сводится к совокупности практических действий. «Рассмотрите, каковы практические следствия, которые, как мы считаем, могут быть произведены объектом нашего понятия. Понятие о всех этих следствиях есть полное понятие объекта».

Так называемый принцип Пирса утверждает, что наша идея какой-нибудь вещи есть идея ее чувственных последствий. Иначе говоря, если рассмотреть, какие практические последствия могут быть произведены объектом познания, то понятие обо всех этих последствиях будет полным понятием об объекте. Понятие об объекте достигается рассмотрением всех практических следствий, вытекающих из действий с этим объектом.

У. Джемс (1842-1910) с самого начала своей философской деятельности стремился разрешить противоречие между распространением естественнонаучного знания и религиозной верой. Он считал, что человеческая жизнь невозможна без религии, самые основы которой все более подрываются развитием науки. Джемс называет материализм «мрачным, тяжелым, похожим на кошмар мировоззрением». Джемс говорит о «плюралистической Вселенной», для которой характерен великий «жужжащий беспорядок», в которой царит случай и постоянно возникает новое. Не существует такой точки, с которой Вселенную можно было бы охватить и выразить в одной логически последовательной системе.

Джемс считал, что религия нужна человеку для того, чтобы чувствовать себя в большей безопасности в ненадежной, полной случайностей Вселенной; религия нужна как источник дополнительных сил для жизненной борьбы. Каким бы ни было зло, человек знает: раз Бог есть, в мире будут гармония и порядок, «где есть Бог, там трагедия только временна и частична». Вовсе необязательно мыслить Бога всемогущим и бесконечным; важно, чтобы при необходимости Бог оказался поблизости и дал человеку силы для осуществления его планов.

Характерно, что сам Джемс никогда не утверждал, что Бог существует. Он говорил о том, что религиозное чувство и переживание играет огромную роль в жизни людей. А поскольку вера в Бога имеет важные последствия для человеческой жизни, то люди вправе считать объект веры реальным. «Мысль истинна постольку, поскольку вера в нее выгодна для нашей жизни… Если окажется, что религиозные идеи имеют ценность для действительной жизни, то они будут истинны в меру своей пригодности для этого».

Джемс говорит о «вере к воле». «Мы имеем право верить на свой риск в любую гипотезу, которая достаточно жива, чтобы повлиять на нашу волю.Джемс предполагает, что воля абсолютно свободна и способна избрать любую альтернативу.

Вера в Бога выгодна. Если я верую в религиозную гипотезу, а она окажется ложной, то я ничего не потеряю и не буду в худшем положении, чем атеист. Если же она окажется истинной, то я буду в выигрыше, так как обеспечу себе спасение. Какой же смысл из-за неверия или сомнения «лишиться своего единственного шанса остаться в выигрыше?»

В связи с верой Джемс говорит о человеческой жизни. Наша жизнь зависит от нас самих, от нашей веры в возможность ее улучшения. Жизнь каждого человека такова, какой он ее сделал. Поэтому человеку не следует жаловаться; нужно верить в удачу и действовать: чем сильнее вера, тем больше шансов на успех.

Джемс развивает прагматическую установку Пирса, понимая истину как успешность или работоспособность идеи, как ее полезность для достижения той или иной цели, которую ставит и к осуществлению которой стремится человек. Приведем несколько характерных высказываний Джемса. «Мысль истинна постольку, поскольку вера в нее выгодна для нашей жизни». «Истина какого-либо состояния означает именно этот процесс выгодного вождения… Когда какой-нибудь элемент опыта… внушает нам истинную мысль, то это означает лишь, что мы позже или раньше сумеем с помощью этой мысли войти в конкретную обстановку опыта и завязать с нею выгодные связи». Эти связи различны: производственные, бытовые, научные, религиозные. Важно лишь одно: они должны вести к сохранению и улучшению нашей жизни. «Вся задача философии должна была бы состоять в том, чтобы указать, какая получится для меня и для вас определенная разница в определенные моменты нашей жизни, если бы была истинной та или иная формула мира». С точки зрения Джемса, цель философии состоит в том, чтобы помогать человеку в движении к каким-то целям. Истина ведет нас от одной части опыта к другой, более нам желательной.

Джемс предложил метод улаживания разногласий и споров путем выявления практических последствий каждого учения, их сопоставления и оценки. «Какая получится для кого-нибудь практическая разница, если принять за истинное именно это мнение, а не другое? Если мы не в состоянии найти никакой практической разницы, то оба противо-положных мнения означают, по существу, одно и то же, и всякий дальнейший спор здесь бесполезен».

Обратимся к спору между материализмом и идеализмом. Согласно Джемсу, мате-риализм указывает на неизбежный крах всего в будущем, гибель Земли и человечества. С этой перспективой не может смириться ни один думающий человек. Идеализм, признаю-щий существование вечного духовного начала, родственного человеческого духу, открывает надежду на спасение. Ясно, какой выбор следует сделать.

Для человека главный вопрос заключается не в том, каков окружающий мир сам по себе, а в том, как наилучшим образом устроиться в нем, чтобы «чувствовать себя как дома во Вселенной» — вот главный мотив философии Джемса. «Мы требуем от Вселенной такого характера, который соответствовал бы нашим эмоциям и активным стремлениям». Из непосредственно данного нам мира мы выбираем группы ощущений (называемые вещами), представляющие для нас интерес, необходимые для осуществления наших целей. Так каждый человек создает себе свой особый мир. Аналогичным образом о мире говорит английский прагматист Шиллер: «Бесполезно определять его посредством того, чем он был первоначально или чем он является отдельно от нас… Он есть то, что мы из него сделали». Вопрос о том, откуда берутся ощущения, Джемс считает принципиально неразрешимым и не подлежащим обсуждению.

Согласно Джемсу, функция мышления состоит преимущественно в выборе средств для осуществления наших планов и намерений. Создаваемые им идеи имеют инструмен-тальное значение. «Теории представляют собой не ответы на загадки… Теории становятся орудиями». Поэтому и оцениваться они должны так же, как и любые другие орудия: по их эффективности и пригодности для достижения тех или иных целей. «Истина» и «истинный» — это те слова, которыми мы обозначим идеи, оказавшиеся полезными в ходе нашего опыта. Хотя обычно понятия истины и блага отличаются, для прагматиста «истина — это разновидность благого, а не отличная, как это обыкновенно думают, от благого и соподчиненная с ним категория. Истинным называется все то, что оказывается благим в области убеждений».

Идеи Пирса и Джемса в XX в. были продолжены Джоном Дьюи. Дьюи предложил вариант прагматизма, получивший название инструментализма.

Дьюи считает, что философия возникла на базе социальных стрессов и напряжений. Ее задача — способствовать улучшению жизни людей. Чтобы добиться этого, нужно проанализировать понятие опыта. Основное понятие философии Дьюи — опыт.

Опыт, согласно Дьюи, включает все, что может стать предметом нашего сознания или нашего воздействия. Опыт охватывает всю человеческую жизнь.

«Опыт включает сновидения, нездоровье, болезнь, смерть, труд, войну, смятение, двусмысленность, ложь и заблуждение, он включает трансцендентные системы, равно как и эмпирические; магию и суеверие так же, как науку».

«Ценность понятия опыта для философской рефлексии состоит в том, что оно обозначает как поле, солнце, облако и дождь, семена и урожай, так и человека, который трудится, составляет планы, изобретает, пользуется вещами, страдает и наслаждается. Опыт обозначает все, что переживается в опыте, деятельность и судьбу человека».

Дьюи говорил, что опыт связан с риском. Человек же стремится к устойчивости, достоверности, абсолютизации. Дьюи выступал против любых резких разграничений, абсолютов. Он, в частности, был против разделения философии на материализм и идеализм. Это разделение сложилось на основе идущего из древности разделения умственного и физического труда. Сформировались два типа людей: люди, занятые физическим трудом (им свойствен лишь низший вид познания, познание чувственных вещей), и люди образованные, занятые умственным трудом (для них характерно познание идеи). Сегодня нет оснований для противопоставления умственного и физического труда, а поэтому устарело и противопоставление материализма и идеализма.

В наше время основная задача философии, науки и научного метода заключается в наилучшем приспособлении человека к среде, в обеспечении успешного человеческого действия. «Человек боится потому, что он существует в страшном, ужасном мире. Мир полон риска и опасен». Поэтому нужно выработать мировоззрение, дающее человеку возможность жить в неустойчивом и полном опасностей мире. Задача науки — планировать будущее и находить средства для его осуществления.

Конечно, у ученых есть стремление к бескорыстному знанию, но оно вторично и является производным от основной деятельности — способствовать приспособлению к среде. Теории имеют «инструментальное» значение. Теории, идеи — интеллектуальные инструменты, позволяющие разрешить проблемы, возникающие в результате опыта. Дьюи предложил «прагматический» метод, включающий в себя:

♦ ощущения затруднения;

♦ формулировку проблемы;

♦ выдвижение гипотезы для решения проблемы;

♦ выведение следствий из гипотезы;

♦ экспериментальную проверку следствий.

Теории, идеи признаются истинными в той мере, в какой они оказываются успешными. Мерило истинности теории — ее практическая эффективность-в ситуации, данной в опыте. «Истина определяется как полезность».

Дьюи говорит, что в прошлом философы понимали познание как некоторое изменение в познающем субъекте (не было знания, а затем оно появилось), с точки же зрения инструментализма «знание… есть направленное изменение внутри мира». Познание изменяет существование предмета, и в этом его главная функция.

При решении проблем, особенно социальных, опасно руководствоваться заранее установленными конечными целями или идеалами. Так, в этике «каждая моральная ситуация является уникальной и имеет свое незаменимое благо». Например, заповедь: «Не убий» не имеет абсолютного характера (в частности, она неприменима в ситуации защиты от бандита). Правда, Дьюи признает, что существуют все же общие ценности, такие как здоровье, богатство, честь и доброе имя, дружба и т. д.

Для прагматизма в целом характерно убеждение в том, что все объекты познания формируются нашими познавательными усилиями в ходе решения возникающих жизненных задач. Мышление — не отражение действительности, а средство приспособления организма к окружающей среде с целью успешного действия. Мышление — преодоление сомнения, являющегося помехой для действия (Пирс), выбор средств, необходимых для достижения цели (Джемс), или же для решения «проблематической ситуации» (Дьюи). Идеи, понятия и теории — лишь инструменты, орудия или планы действия. Истинность идеи, теории определяется ее полезностью. Например, религия может быть полезна в определенных ситуациях, следовательно, она истинна.

 

megaobuchalka.ru

Прагматизм — это… Что такое Прагматизм?

Позитивизм Огюст Конт
Основные понятия
Верификация, Опыт, Факт

Индукция, Конвенционализм
Теорема о неполноте
Тезис Дюэма — Куайна
Метаязык

Тексты
Основные начала

Логико-философский трактат

Течения
Эмпириокритицизм, Махизм

Венский кружок, Неопозитивизм
Львовско-варшавская школа

Люди
Конт, Тэн, Милль, Спенсер

Мах, Авенариус
Пуанкаре, Дюэм, Рассел
Шлик, Карнап, Гедель, Нейрат
Витгенштейн

Прагматизм (от др.-греч. πράγμα, родительный падеж πράγματος — «дело, действие») — философское течение, базирующееся на практике, как критерии истины и смысловой значимости. Его происхождение связывают с именем американского философа XIX века Чарльза Пирса, который первым сформулировал «максиму» прагматизма. Далее прагматизм развивался в трудах Уильяма Джемса, Джона Дьюи и Джорджа Сантаяны. Среди основных направлений прагматизма известны инструментализм, фаллибилизм, антиреализм, радикальный эмпиризм, верификационизм и др.

Внимание к прагматизму существенно выросло во второй половине XX века с появлением новой философской школы, которая сосредоточилась на критике логического позитивизма, опираясь на собственную версию прагматизма. Это были представители аналитической философии Уиллард Куайн, Уилфрид Селларс и др. Их концепция была затем развита Ричардом Рорти, позже перешедшим на позиции континентальной философии и критикуемым за релятивизм. Современный философский прагматизм после этого разделился на аналитическое и релятивистское направления. Кроме них существует также неоклассическое направление, в частности, представленное работами Сьюзан Хаак (англ.).

Прагматизм в исторической науке — термин, употребляемый с довольно различными значениями. Впервые прилагательное «прагматический» (греч. πραγματικός) применил к истории Полибий, назвавший прагматической историей (греч. πραγματική ίστορία) такое изображение прошлого, которое касается государственных событий, причём последние рассматриваются в связи с их причинами, сопровождающими их обстоятельствами и их следствиями, а само изображение событий имеет целью преподать известное поучение.

Прагматик — последователь, сторонник прагматизма, как философской системы. В бытовом смысле прагматик — это человек, который выстраивает свою систему поступков и взглядов на жизнь в аспекте получения практически полезных результатов. «То, во что для нас лучше верить — истинно», — утверждал основатель прагматизма В. Джемс[2].

Прагматизм как философское течение ХХ века

История

В качестве философского течения прагматизм возник в последние десятилетия XIX века. Основы философской концепции прагматизма были заложены Чарльзом Пирсом.

Прагматизм становится популярным с 1906 года, когда последователь Пирса Уильям Джеймс прочел курс общедоступных лекций, которые были изданы под этим названием.

Третьим виднейшим представителем прагматизма был Джон Дьюи, развивший собственный вариант прагматизма, получивший название инструментализм

Эпистемология прагматизма

Ранний прагматизм находился под сильным влиянием дарвинизма. Аналогичного образа мышления ранее придерживался Шопенгауэр: идеалистическое представление о действительности, полезное для организма, может сильно отличаться от самой действительности. Прагматизм, однако, уходит от этой идеалистической концепции, разделяя познание и прочие действия на две независимые сферы деятельности. Поэтому прагматизм признает существование абсолютной и трансцендентной истины над познавательной деятельностью, которая стоит за действиями организма по поддержанию своей жизни. Таким образом появляется некая экологическая составляющая познания: организм должен иметь представление об окружающей его среде. Понятия «реальное» и «истинное» в этом аспекте считаются терминами процесса познания и не имеют смысла вне этого процесса. Прагматизм, следовательно, признает существование объективной реальности, хотя и не в обычном строгом смысле этого слова (который был назван Патнемом метафизическим).

Хотя некоторые высказывания Уильяма Джемса подавали повод считать прагматизм одной из теорий субъективного идеализма, та точка зрения, что верования делают реальность истинной, у философов-прагматиков не нашла широкой поддержки. В прагматизме ничто полезное или практичное не является обязательно истинным, так же как и то, что в какой-то краткий момент помогает организму выжить. Например, вера в то, что обманывающая супруга остается верна, помогает ее обманутому мужу лучше себя чувствовать в данный момент, но определенно не поможет ему в долгосрочной перспективе, если таковая вера не соответствует истине.

Концепция истины

По Джемсу, высказанная истина не является окончательной, мы вместе с объективной реальностью «создаём» истины. Отсюда следуют две ее особенности: 1) истина изменчива и 2) истина зависит от концептуальной схемы, в которую мы ее помещаем.

Изменчивость истины

Среди философов-прагматиков нет единого мнения о том, могут ли верования из истинных превращаться в ложные и наоборот. Для Джемса верования не являются истинными до тех пор, пока они не подтверждены в процессе верификации. Он считал, что предположения становятся истиной, если они в течение длительного времени доказывают свою полезность для конкретной личности. Противоположный процесс не является фальсификацией, просто вера выбывает из употребления. Ф.Шиллер прямо заявлял: «Если я хочу узнать, как попасть домой, правильным будет любой ответ, который поможет мне решить поставленную задачу. Если позже у меня будет другая задача, тот же ответ может оказаться ложным. Вместе с изменением задачи и способов ее решения меняются и свойства истины».

Пирс не был согласен с тем, что одно и то же утверждение может быть истинным для одного человека и ложным для другого. Он требовал привязывать теоретические утверждения к практической верификации (то есть к проверке), а не к текущим задачам и нуждам. По Пирсу, истина есть конечный результат (а не любой промежуточный результат) исследования некоторым сообществом (обычно научным). Дьюи в целом соглашался с определением Пирса, но также характеризовал истину как некоторую ценность. Если нечто истинно, то это одновременно означает, что оно надежно, и на истину можно всегда положиться, так как она не меняется в зависимости от ситуации. Как Пирс, так и Дьюи связывали определение истины с гарантированной проверяемостью. Патнем также развивал идею идеального эпистемологического оправдания истины. О взглядах Джемса и Шиллера он заявлял:

Истина не может быть просто разумно приемлемой по одной основной причине; предполагается, что она является частью утверждения, которое не может быть ложным, в то время как оправданность со временем может быть утрачена. Заявление «Земля — плоская», возможно, было приемлемым 3000 лет назад, но в наше время оно неприемлемо. Кроме того, нельзя сказать, что 3000 лет назад Земля БЫЛА плоской, т.к. она не меняла своей формы[3].

Рорти также выступал против мнения Джемса и Шиллера:

Истина, конечно, является абсолютной, заявления «верно для тебя, но не для меня» или «справедливо для твоей культуры, но не моей» туманны и неопределенны. Таково же выражение «верно когда-то, но не сейчас»… Джемс мог бы лучше сказать, что фраза типа «лучше верить в то и это» эквивалентна термину «оправданно», а не «истинно»[4].

Концептуальная относительность

Точно так же вызывает разногласия идея о зависимости истины от принятой концепции. Джемс и Шиллер утверждали, что мы делаем истину в процессе верификации, с чем другие философы-прагматики не соглашаются. Но практически все они согласны в том, что истина может быть выражена только в рамках некоторой концепции, вне которой она теряет смысл.

До тех пор, пока мы не договоримся о том, что означают термины «объект», «существование» и т.п., вопрос «сколько существует объектов» не имеет никакого смысла. Но как только мы решили, как использовать указанную терминологию, ответ на заданный вопрос в рамках принятой концепции или ее «версии», как говорил Нельсон Гудман, более не является предметом «соглашений» [5].

Ф.Шиллер для пояснения своих идей о «производстве» истины использовал аналогию со стулом: так же как столяр делает стул из подручных материалов, ничего не создавая из ничего, истина является трансформацией нашего опыта, но это не значит, что мы вольны создавать воображаемую реальность по своему произволу.

Основные принципы прагматизма

В основе прагматизма лежит следующая максима: «Примем во внимание, какой практический эффект может быть связан с данным объектом, и наше понимание этого объекта будет состоять в совокупности наших знаний о его практических приложениях»[6].

Первичность практики

Прагматик исходит из основной предпосылки о способности человека теоретизировать, что является неотъемлемой частью его интеллектуальной практики. Теория и практика не противопоставляются как разные сферы деятельности; напротив, теория и анализ являются инструментами или «картами» для поиска правильного пути в жизни. Как утверждал Дьюи, не следует разделять теорию и практику, скорее можно разделять интеллектуальную практику и тупую, неинформированную практику. Он же говорил о Уильяме Монтегю, что «его деятельность состояла не в практическом применении ума, а в интеллектуализации практики»[7]. Теория — это абстрактное представление непосредственного опыта и, в свою очередь, непременно должна обогащать опыт своей информацией. Таким образом, организм, ориентирующийся в окружающей среде, — основной предмет исследования для прагматизма.

Против материализации теорий и концепций

В своей работе «Поиск определенности» Дьюи критиковал философов, принимающих категории (ментальные или физические) как данность, на том основании, что они не понимают номинальную сущность любых концепций, изобретаемых человеком для решения тех или иных задач. Это приводит к метафизической или концептуалной путанице. Среди примеров можно перечислить абсолютное бытие гегельянцев или идею о том, что логика, как абстракция, производная от конкретного мышления, не имеет с последним ничего общего. Д. Л. Гильдебранд суммировал эту проблему следующим образом: «Ощутимое невнимание к специфическим функциям познания ведет к тому, что и реалисты, и идеалисты формулируют знание, которое проецирует продукт абстракции на опыт.»[8]

Натурализм и антикартезианство

Философы-прагматики всегда стремились реформировать философию, привнеся в нее научный метод. Они критикуют как материалистов, так и идеалистов за попытки представить человеческое знание как нечто большее, чем может дать наука. Такие попытки подразделяются, в основном, на феноменологию, восходящую к философии Канта, и теории соответствия знания и истины (то есть что знание соответствует объективной реальности). Первых прагматики осуждают за априоризм, а вторых — за то, что соответствие принимается за факт, не подвергаемый анализу. Прагматики вместо этого стремятся объяснить, преимущественно психологически и биологически, как соотносятся между собой субъект и объект познания, и как это соотношение сказывается на реальности.

Пирс в работе «Исправление веры» (1877 г.) отрицал роль интроспекции и интуиции в философском исследовании. Он считал, что интуиция может привести к ошибкам в рассуждениях. Интроспекция также не создает доступа к работе ума, поскольку «Я» — это концепция, производная от наших отношений с окружающим миром, а не наоборот[9]. К 1903 г. он также пришел к выводу, что прагматизм и эпистемология не являются производными от психологии, а то, что мы на самом деле думаем, отличается от того, что мы должны думать. В этом отношении его взгляды существенно отличаются от философии остальных прагматиков, которые больше привержены к натурализму и психологизму.

Рорти в работе «Философия и отражение природы» также критиковал попытки философов науки выкроить пространство для эпистемологии, независимое или даже превосходящее пространство эмпирических наук. Куэйн в «Натурализованной эпистемологии» (1969 г.) подверг критике «традиционную» эпистемологию и ее картезианскую мечту об абсолютной определенности. Он заявлял, что на практике эта мечта оказалась несбыточной, а в теории — ложной, поскольку привела к разделению эпистемологии и научного исследования.

Примирение антискептицизма и фаллибилизма

Антискептицизм возник в современном академическом сообществе как реакция на учение Декарта о том, что основой философского исследования является сомнение, наличие которого подтверждает факт существования сомневающегося. Прагматизм, в основе которого также лежит сомнение в достоверности человеческого знания, лежит вполне в русле старой традиции скептицизма.

Тем не менее, Патнем считает, что основной задачей американского прагматизма является примирение антискептицизма и фаллибилизма. Хотя все человеческое знание неполно, и нет никакой возможности когда-либо взглянуть на мир глазами всеведущего Бога, совсем не обязательно становиться на позиции глобального скептицизма. В свое время Пирс настаивал, что Декарт был не совсем прав, и сомнение не может быть создано или фальсифицировано с целью провести философское исследование. Сомнение, как и вера, должно быть оправданным. Оно происходит вследствие столкновения с некоторыми упрямыми фактами бытия (которые Дьюи называл «ситуацией»), подрывающими нашу веру в существующее положение вещей. Исследование поэтому становится рационально самоконтролируемым процессом возвращения к пониманию ситуации или, по крайней мере, попыткой вновь поверить в то, что такое понимание достигнуто.

Когда говорят о прагматической истории, обыкновенно имеют в виду или особенно выдвигают вперёд одно из трёх: или чисто политическое содержание истории (государственные дела), или способ исторического изложения (установление причинной связи), или, наконец, цель исторического изображения (поучение). Вот почему термин Прагматизм и страдает некоторой неопределённостью.

Центральным пунктом Прагматизма можно считать изображение именно человеческих действий в истории, хотя бы и не исключительно политических и не ради поучения, но такое, в котором разыскиваются прежде всего их причины и следствия, то есть мотивы и цели действующих лиц. В этом смысле прагматическая история отличается от культурной, которая занимается не событиями, складывающимися из человеческих деяний (res gestae), а состояниями общества в материальном, умственном, нравственном и общественном отношениях, и связывает между собой отдельные факты не как причины и следствия, а как различные фазисы в развитии той или другой формы. С этой точки зрения исторические факты могут быть разделены на прагматические (события и человеческие поступки, их составляющие) и культурные (состояния общества и формы быта), и историческая связь может быть либо прагматическая (причинная), либо эволюционная.

Согласно с таким пониманием, прагматизмом в истории следует называть исследование или изображение причинной связи, существующей между отдельными поступками отдельных исторических деятелей или между целыми событиями, в которых действующими лицами являются не только единицы, но и целые группы, например, политические партии, общественные классы, целые государства и т. п. Такое понимание не будет противоречить определению, данному Полибием и большинством историков, употреблявших термин прагматизм.

Во всяком случае, прагматизм интересуется действующей в истории личностью, её мотивами и намерениями, её характером и страстями, одним словом, её психологией, которая должна объяснять её поступки: это — психологическая мотивация исторических событий. Причинность, царящая в мире явлений, проявляется в разных областях этого мира различным образом, вследствие чего и появляется необходимость специальных исследований причинности (напр., причинности в уголовном праве). В области истории этот вопрос разработан очень мало (см. Н. Кареев, «Сущность исторического процесса и роль личности в истории», СПб., 1890).

Теория прагматической истории должна была бы исследовать, как порождаются одни события другими, вызываясь разными переменами в волевой сфере действующих лиц под влиянием действия на них тех или других событий, которые сами, в последнем анализе, суть лишь какие-либо поступки. Прагматическая история отличается от последовательной именно проникновением во внутренний мир людей, с целью не только рассказать событие, но и представить его непосредственное действие на мысли и чувства современников, а также показать, как само оно сделалось необходимым ввиду существования у людей, его совершивших, тех или других мотивов и намерений. Ср. Е. Bernheim, «Lehrbuch der historischen Methode» (1894).

См. также

Примечания

  1. Мапельман В.М., Пенькова Е.М. История философии
  2. 1 2 Иван Кузнецов, http://ufn.ru/ru/articles/1960/4/a/ с. 9.
  3. Hilary Putnam Reason, Truth and History. 1981, p. 55.
  4. Richard Rorty Rorty Truth and Progress: Philosophical Papers. Volume 3. 1998, p. 2.
  5. Keya Maitra. On Putnam. 2003, p. 40.
  6. Peirce, The Collected Papers of Charles Sanders Peirce (CP) v. 5, para. 2, 1878/1902).
  7. Michael Eldridge. Transforming Experience: John Dewey’s Cultural Instrumentalism. 1998, p. 5.
  8. David L. Hildebrand. Beyond Realism & Anti-Realism. 2003.
  9. Cornelis De Waal. On Pragmatism. 2005, pp. 7-10.

Литература

  • Франк С.Л. Прагматизм как гносеологическое учение. — В сб.: Новые идеи в философии. СПб, 1913, сб. 7, с. 115—157.
  • Мельвиль Ю. К. Чарльз Пирс и прагматизм. М., 1968.
  • Кирющенко В.В. Язык и знак в прагматизме. СПб.: Издательство Европейского университета в Санкт-Петербурге, 2008. — 199 с. — ISBN 978-5-94380-069-6.
  • Baldwin, James Mark (ed., 1901—1905), Dictionary of Philosophy and Psychology, 3 volumes in 4, Macmillan, New York, NY.
  • Dewey, John (1900—1901), Lectures on Ethics 1900—1901, Donald F. Koch (ed.), Southern Illinois University Press, Carbondale and Edwardsville, IL, 1991.
  • Dewey, John (1910), How We Think, D.C. Heath, Lexington, MA, 1910. Reprinted, Prometheus Books, Buffalo, NY, 1991.
  • Dewey, John (1929), The Quest for Certainty: A Study of the Relation of Knowledge and Action, Minton, Balch, and Company, New York, NY. Reprinted, pp. 1-254 in John Dewey, The Later Works, 1925—1953, Volume 4: 1929, Jo Ann Boydston (ed.), Harriet Furst Simon (text. ed.), Stephen Toulmin (intro.), Southern Illinois University Press, Carbondale and Edwardsville, IL, 1984.
  • Dewey, John (1932), Theory of the Moral Life, Part 2 of John Dewey and James H. Tufts, Ethics, Henry Holt and Company, New York, NY, 1908. 2nd edition, Holt, Rinehart, and Winston, 1932. Reprinted, Arnold Isenberg (ed.), Victor Kestenbaum (pref.), Irvington Publishers, New York, NY, 1980.
  • Dewey, John (1938), Logic: The Theory of Inquiry, Henry Holt and Company, New York, NY, 1938. Reprinted, pp. 1-527 in John Dewey, The Later Works, 1925—1953, Volume 12: 1938, Jo Ann Boydston (ed.), Kathleen Poulos (text. ed.), Ernest Nagel (intro.), Southern Illinois University Press, Carbondale and Edwardsville, IL, 1986.
  • James, William (1902), «Pragmatic and Pragmatism», 1 paragraph, vol. 2, pp. 321—322 in J.M. Baldwin (ed., 1901—1905), Dictionary of Philosophy and Psychology, 3 volumes in 4, Macmillan, New York, NY. Reprinted, CP 5.2 in C.S. Peirce, Collected Papers.
  • James, William (1907), Pragmatism, A New Name for Some Old Ways of Thinking, Popular Lectures on Philosophy, Longmans, Green, and Company, New York, NY.
  • James, William (1909), The Meaning of Truth, A Sequel to ‘Pragmatism, Longmans, Green, and Company, New York, NY.
  • Lundin, Roger (2006) From Nature to Experience: The American Search for Cultural Authority Rowman & Littlefield Publishers, Inc.
  • Peirce, C.S., Collected Papers of Charles Sanders Peirce, vols. 1-6, Charles Hartshorne and Paul Weiss (eds.), vols. 7-8, Arthur W. Burks (ed.), Harvard University Press, Cambridge, MA, 1931—1935, 1958. Cited as CP vol.para.
  • Peirce, C.S., The Essential Peirce, Selected Philosophical Writings, Volume 1 (1867—1893), Nathan Houser and Christian Kloesel (eds.), Indiana University Press, Bloomington and Indianapolis, IN, 1992.
  • Peirce, C.S., The Essential Peirce, Selected Philosophical Writings, Volume 2 (1893—1913), Peirce Edition Project (eds.), Indiana University Press, Bloomington and Indianapolis, IN, 1998.
  • Putnam, Hilary (1994), Words and Life, James Conant (ed.), Harvard University Press, Cambridge, MA.
  • Quine, W.V. (1951), «Two Dogmas of Empiricism», Philosophical Review (January 1951). Reprinted, pp. 20-46 in W.V. Quine, From a Logical Point of View, 1980.
  • Quine, W.V. (1980), From a Logical Point of View, Logico-Philosophical Essays, 2nd edition, Harvard University Press, Cambridge, MA, 1980.
  • Ramsey, F.P. (1927), «Facts and Propositions», Aristotelian Society Supplementary Volume 7, 153—170. Reprinted, pp. 34-51 in F.P. Ramsey, Philosophical Papers, David Hugh Mellor (ed.), Cambridge University Press, Cambridge, UK, 1990.
  • Ramsey, F.P. (1990), Philosophical Papers, David Hugh Mellor (ed.), Cambridge University Press, Cambridge, UK.
  • Douglas Browning, William T. Myers (Eds.) Philosophers of Process. 1998.
  • John Dewey. Donald F. Koch (ed.) Lectures on Ethics 1900—1901. 1991.
  • Daniel Dennett. Postmodernism and Truth. 1998.
  • John Dewey. The Quest for Certainty: A Study of the Relation of Knowledge and Action. 1929.
  • John Dewey. Three Independent Factors in Morals. 1930.
  • John Dewey. The Influence of Darwin on Philosophy and Other Essays. 1910.
  • John Dewey. Experience & Education. 1938.
  • Cornelis De Waal. On Pragmatism. 2005.
  • Abraham Edel. Pragmatic Tests and Ethical Insights. In: Ethics at the Crossroads: Normative Ethics and Objective Reason. George F. McLean, Richard Wollak (eds.) 1993.
  • Michael Eldridge. Transforming Experience: John Dewey’s Cultural Instrumentalism. 1998.
  • David L. Hildebrand. Beyond Realism & Anti-Realism. 2003.
  • David L. Hildebrand. The Neopragmatist Turn. Southwest Philosophy Review Vol. 19, no. 1. January, 2003.
  • William James. Pragmatism, A New Name for Some Old Ways of Thinking, Popular Lectures on Philosophy. 1907.
  • William James The Will to Believe. 1896.
  • George Lakoff and Mark Johnson. Philosophy in the Flesh : The Embodied Mind and Its Challenge to Western Thought. 1929.
  • Todd Lekan. Making Morality: Pragmatist Reconstruction in Ethical Theory. 2003.
  • C.I. Lewis. Mind and the World Order: Outline of a Theory of Knowledge. 1929.
  • Keya Maitra. On Putnam. 2003.
  • Joseph Margolis. Historied Thought, Constructed World. 1995.
  • Louis Menand. The Metaphysical Club. 2001.
  • Hilary Putnam Reason, Truth and History. 1981.
  • W.V.O. Quine. Two Dogmas of Empiricism. Philosophical Review. January 1951.
  • W.V.O. Quine Ontological Relativity and Other Essays. 1969.
  • Richard Rorty Rorty Truth and Progress: Philosophical Papers. Volume 3. 1998.
  • Stephen Toulmin. The Uses of Argument. 1958.
  • William Egginton (Mike Sandbothe Eds.) The Pragmatic Turn in Philosophy. Contemporary Engagement between Analytic and Continental Thought. 2004.
  • Mike Sandbothe. Pragmatic Media Philosophy. 2005.
  • Gary A. Olson and Stephen Toulmin. Literary Theory, Philosophy of Science, and Persuasive Discourse: Thoughts from a Neo-premodernist. Interview in JAC 13.2. 1993.
  • Susan Haack. Vulgar Rortyism. Review in The New Criterion. November 1997.
  • Pietarinen, A.V. Interdisciplinarity and Peirce’s classification of the Sciences: A Centennial Reassessment // Perspectives on Science, 14(2), 127—152 (2006). vvv

Ссылки

dic.academic.ru

ПРАГМАТИЗМ — это… Что такое ПРАГМАТИЗМ?

    ПРАГМАТИЗМ (от греч. πράγμα — дело, действие) — течение американской мысли, в котором фактор практики используется в качестве методологического принципа философии. Возникло в 1870-х гг., оформилось в 1-й пол. 20 в. и как тенденция сохранилось во 2-й половине. С прагматизмом связано творчество разных по своей стилистике мыслителей — Ч. С. Пирса, У.Джеймса, Дж.Дьюи, Дж. Мила, натуралистов, прагматических аналитиков, неопрагматистов. Сторонники прагматизма были в Великобритании (Ф. Шиллер) и других странах.

    Термин “прагматизм” впервые употребил Кант в “Критике практического разума”, в американскую философию его ввел Пирс. В статье “Как сделать наши понятия ясными” (1878) он писал: “Рассмотрим, какие последствия, которые предположительно могли бы иметь практическое значение, присущи объекту нашего понятия. Тогда наше представление об этих последствиях есть все, что составляет понятие объекта” (Peirce С. S. Selected Writtings. N. Y, 1968, p. 124). Пирс не придавал прагматическому методу общефилософское значение: область его применения была ограничена научными понятиями и той практикой, которая имеет^место внутри научного сообщества, когда нужно оговаривать смыслы употребляемых понятий и процедуры исследования.     У. Джеймс заимствовал идею прагматического метода у Пирса и, соединив ее с утилитаризмом Дж. С. Милля, использовал для решения экзистенциальных, гносеологическихих, этических, религиозных вопросов (Пирс протестовал против столь широкого толкования прагматизма и, чтобы дистанцироваться от Джеймса, обозначал свою позицию термином “прагматицизм”). Под “прагматическим методом” Джеймс имел в виду сопряжение понятий и идей с верованиями, с их работоспособностью в “потоке опыта” индивида или, как он говорил, по их “наличной стоимости” в том или ином контексте. В критерии эффективности он видел способ решения (или снятия) философских проблем и улаживания философских споров. Прагматический подход призван был отсеять надуманные проблемы от важных, прояснить, какие объекты следует принимать за существующие, а какие нет, а также снять вопрос об истине как соответствии реальности. Теории должны оцениваться не по их отражательной способности (на чем настаивают сторонники корреспондентской теории истины), а рассматриваться как верования, которые в одном потоке опыта являются ложными, ав другом могут оказаться истинными. Понятия “истина”, “благо”, “правильное” используются в опыте функционально и адаптивно, поэтому Джеймс не видел оснований для противопоставления суждений истины и суждений ценности. ““Истинное”… это способ нашего мышления, соответствующий обстоятельствам (expedient), также как “правильное” — это наш соответствующий обстоятельствам способ поведения” (Джеймс У. Прагматизм. СПб., 1910, с.222).     Творчество английского прагматиста Ф. К. Шиллера посвящено применению принципов прагматизма к логике и гуманизму (Studies of Humanism. L, 1930). Он воспринял умонастроение джеймсовского варианта прагматизма, усилив его антропологические и персоналистические мотивы: опыт, возражал он Джеймсу, не является нейтральным, его содержание составляют цели, потребности, эмоции человека. Свидетельством истинности того или иного суждения являются вытекающие из его принятия благоприятные и полезные для нас последствия. Однако не все, что работает, является истинным, а только то, что служит познавательным, моральным и гуманистическим целям.

    Прагматизм Дьюи роднит с прагматизмом Джеймса борьба с умозрениями спекулятивной метафизики, апелляция к эмпиризму здравого смысла, антидуализм и антифундаментализм, отказ от противопоставления суждений факта и ценностных суждений, а также преимущественное внимание в теории познания к проблеме обоснования знания. Вместе с тем Между этими двумя мыслителями имеются существенные различия. Прагматизм Джеймса антропологичен, психологичен и экзистенциален, прагматизм Дьюи более объективистский и сциентистский. Дьюи в большей мере использовал в своей философии историцистские подходы и дарвиновские идеи естественного отбора и приспособления к среде.

    Дьюи не придерживался методологического монизма. Предложенная им организмическая и процессуальная трактовка опыта предполагала применение гибких и разнообразных методов— функциональных, операциональных, экспериментальных, прагматических, контекстуальных, являющихся разновидностями философской критической рефлексии. Доминантной в философии Дьюи была не столько идея прагматизма, сколько идея контекстуализма. Прагматический метод рассматривался как составная часть исследования, которое состоит в превращении неопределенной или проблемной ситуации в ситуацию определенную, целостную, поддающуюся разрешению. Цель исследования — решение — достигается путем мыслительных экспериментов и естественного отбора наиболее эффективных и практичных гипотез. “Практичный”, или “прагматичный”, — это правило соотнесения понятий, гипотез, выводов с вытекающими из них последствиями. Последствия могут быть разными, как практически-прикладными, так и эстетическими, моральными, воображаемыми (см.: DeweyJ. Essays in Experimental Logic. Chi., 1916, Ch. XIII). Выступив против гегелевского объективизма и кантовского гносеологизма и формализма, против “пассивно-отражательных” и “сущностных” концепций познания, Дьюи отверг понятие “объективная истина” и критиковал корреспондентные теории истины. Истину следует понимать операционально и инструментально как принятое “верование” (Belief) в рамках того или иного контекста. “Верование” предпочтительнее “Истины”, поскольку открывает простор для сомнения и критики. В отличие от Джеймса, Дьюи проявлял больше понимания необходимости интерсубъекгивного удостоверения практических последствий и прибегал к термину “подтвержденное утверждение” в смысле удовлетворительного соглашения между разными субъектами относительно того, во что следует верить. Прагматизм, контекстуализм, экспериментализм во многом несли отпечаток социал-реформизма Дьюи и одновременно служили методологическими ориентирами в его социально-политических воззрениях.

    Дж. Мид понимал “прагматизм” прежде всего в смысле деятельностного и контекстуального подхода к проблемам. В отличие от Пирса, не интересовавшегося социальной философией, и Джеймса, для которого она была на периферии его интересов, у Мида, как и у Дьюи и С. Хука, она была одной из центральных. Он более детально, чем Дьюи, исследовал понятие “социальность”, сделав его ключевым в своих философских построениях (Mead G. The Philosophy of the Act. Chi., 1938). Потребность в познании возникает из необходимости разрешения конкретной проблемной ситуации, детерминирующей смыслы высказываний, познавательные инструменты и предполагаемые результаты. Представления об истинном, должном, благом проникнуты социальностью, диктуются практическими задачами и формируются в сообществах людей. В прагматизме Мида социальность приобрела значение универсального принципа, действующего не только на уровне человека, но и на всех уровнях природы.

    Хотя прагматисты (Дьюи и Мид) в рамках инструментализма обращались к проблематике логики научного исследования, они специально не занимались интерпретацией формальных систем (исключением, пожалуй, является Ч. Моррис), вне их интересов остались технические проблемы языка и значения (это не относится к Пирсу).     “Лингвистический” поворот, совершенный в США аналитически ориентированными философами, вытеснил классический прагматизм с авансцены академической жизни. Однако многие характерные для прагматической традиции подходы сохранились, они были реинтерпретированы и получили дальнейшее развитие в философском натурализме (Хук, Э. Нагель, Э. Эйдел, С. Лампрехт, Дж. Рэндилл, Э. Крикорян и др.), а также в прагматическом анализе, в различных синтетических прагматистско-позитивистских и неопрагматистских концепциях.     Наиболее активным защитником американской прагматической и натуралистической традиции был Хук. В ранний период творчества, находясь под сильным влиянием марксизма (позднее он стал интеллектуальным лидером США в критике ленинско-сталинской разновидности марксизма и коммунизма), он попытался соединить прагматизм Дьюи с Марксовым пониманием практики. Социал-реформистски истолкованный прагматизм он применял к политическим, этическим и образовательным проблемам. Позднее Хук занимался оснащением прагматической критической рефлексии техникой логического анализа. Обратившись к экзистенциальным проблемам и критикуя пессимистические теории, высвечивающие трагический смысл жизни. Хук противопоставлял им оптимизм и мелиоризм прагматизма.     Одним из видных представителей прагматической ветви аналитической философии был У. вин О. Куайн. Для Куайна, как и для всей постпозитивистской философии, характерно переведение всех философских вопросов на языковой и интертеоретический уровень. Вопрос о существовании каких-либо объектов можно ставить только в каркасе языка теории, постулирующей их существование. Впервые эта идея была высказана Р. Карнапом, Куайн усилил ее холистский и прагматический аспекты: как логические, так и эмпирические предложения должны проверяться не ситуативно, как это было у Дьюи, а как части целостной теоретической системы, в рамках которой они имеют свой смысл. Речь может идти только об оправдании всей системы, а оно может быть только прагматическим (Quine W. van О. Wird and Object. Cambr. (Mass) — N.Y-L.,1960).

    Другой представитель прагматического анализа — M. Уайт по ряду важных вопросов был близок Куайну, но в отличие от него более широко толковал область применения прагматических критериев и выступал за синтез прагматизма и неопозитивизма (White M. Toward Reunion in Philosophy. N. Y, 1963). Уайт критиковал неопозитивистов за проведение жестких границ между различными областями философского знания и обосновывал внутреннюю связь онтологии, логики и этики: между суждениями факта и суждениями ценности нет дихотомии, поскольку и в фактуальных суждениях наличествует этический элемент. Любые прагматические процедуры проверки знания сродни этическим процедурам, и понятие “истина” несет на себе этическую нагрузку.

    Философ-аналитик Д.Дэвидсон считает, что, несмотря на свой релятивизм, Куайн озабочен, как в свое время Дьюи и Мид, проблемой реализма, т. е. наши концептуальные схемы (языки) относятся к опыту (природе, реальности, чувственным данным). Язык (и концептуальные схемы) у него выступает чем-то третьим между сознанием и нейтральной реальностью. Дэвидсон предложил вообще отбросить идею языка как посредника между сознанием и природой. Языковые конвенции имеют отношение не к отражению реальности, а к социальной коммуникации. От понятия “истина” можно не отказываться, однако его нужно перевести из плоскости верификации в плоскость коммуникации. В духе Дьюи он утверждает, что истина строится не на основе общезначимого критерия, а на принципе доверия носителям другого языка и других концептуальных схем (ДэвидсонД. Об идее концептуальной схемы.— В кн.: Аналитическая философия. Избр. тексты. М., 1993, с. 144—158).     О благоразумии старого прагматизма говорит X. Патнэм. Потратив огромные усилия на обоснование с помощью аналитической техники референциальной теории значения и “естественного реализма”, а затем, разочаровавшись в результатах собственных изысканий, он предлагает категорию “истина” заменить старыми прагматическими понятиями “пригодность”, “приспособленность” (fitness).     В отличие от философов-аналитиков, выбирающих из прагматического наследия отдельные созвучные им идеи, Р. Рорти предлагает по-новому посмотреть на все творчество Джеймса и Дьюи с точки зрения их вклада.в постмодернизм. Ницшеанские мотивы у Джеймса, идеи историцизма и перманентной реконструкции у Дьюи, их общее неприятие кантовско-декартовской гносеологической традиции и явный антифундаментализм подготовили почву для постмодернизма (RortyR. Consequences of Pragmatism. Minneapolis, 1982). Рррти предложил постмодернистский вариант неопрагматизма, в котором провозглашается отказ от философии как теоретической деятельности и придание ей статуса “литературной критики”. Идеологию объективизма и истины, доминировавшую в западной культуре, он предлагает заменить этноцентристской идеологией солидарности с мнениями и прагматическими верованиями сообщества.

    Лит.: ЭберМ. Прагматизм. СПб., 1911; Франк С• Л. Прагматизм как гносеологическое учение.— В сб.: Новые идеи в философии. СПб, 1913, сб. 7, с. 115—157; Мелъвилъ Ю. К. Чарльз Пирс и прагматизм. М., 1968; Макеева Л. Б. Философия X. Патнэма. М., 1996; ЮлинаН. С. Постмодернистский прагматизм Ричарла Рорти. Долгопрудный, 1998; Д/ооле Е. С. American Pragmatism: Peirce, James and Dewey. N. Y, 1961.

    Н.С.Юлина

    В эпике, согласно Джеймсу, нужно различать три направления исследований, или три вопроса: (а) психологический (в котором рассматривается происхождение моральных понятий), (б) метафизический (в котором рассматривается значение моральных понятий), (в) казуистический (в котором выясняется критерий блага и зла в их конкретных проявлениях и вытекающих отсюда обязанностей). В вопросе о происхождении моральных понятий Джеймс в полемике с утилитаризмом, социальным утопизмом и эволюционизмом утверждал наличие в человеческой природе врожденной склонности к идеальному (в отличие от приятного и полезного) ради него самого. В вопросе о природе моральных понятий он исходил из того, что их содержание и сам факт их существования обусловлены наличием “чувствующего существа” — человека, способного отличать благо от зла, исходя из своих предпочтений и независимо от внешних обязанностей; иными словами, моральный мир — это порождение субъективного сознания человека. Соответственно нет и никаких обязательств самих по себе, но только как соответствующих требованиям, формулируемым чувствующим и желающим существом. Т. о., моральные понятия (“хороший”, “дурной”, “обязательство”) не обозначают “абсолютных сущностей” и не отражают умозрительных самоутверждающихся законов, но являются объектами чувства и желания. “Этический мир” развивается на основе существования живых сознаний, “составляющих суждения о добре и зле и предъявляющих друг другу требования”; “этическая республика” существует независимо от того, есть или нет на свете Бог. По поводу наиболее сложного вопроса—о критерии блага Джеймс признает, что невозможно построить такую этическую систему, которая вмещала бы все мыслимые на земле блага: между идеалом и действительностью всегда существует разлад, устраняемый лишь ценой жертвы части идеала. Поэтому во избежание скептицизма и дог     матизма моральный философ должен принять в качестве руководящего принципа этики следующее; “постоянное удовлетворение возможно большего числа требований”; в силу чего наилучшим признается поступок, ведущий к наилучшему целому при наименьшем количестве жертв. В рамках казуистического анализа этика, по Джеймсу, может быть подобной естественной науке, т. е. позитивному, эмпирическому и постоянно меняющемуся знанию; но в этом смысле философия морали невозможна.     Характерной особенностью прагматистского подхода, как он был развит в этике Дьюи, является рассмотрение моральных проблем в терминах конкретных и специфических ситуаций. Соответственно под должным и правильным понимается поведение, ведущее в данной конкретной ситуации к наибольшему благу как для других людей, так и для самого действующего лица, под добром — то, что отвечает требованиям, задаваемым ситуацией, а моральная задача человека усматривается в обеспечении наибольшей полноты блага в ситуации конфликтующих требований. Каждая моральная дилемма, по Дьюи, уникальна, и конкретное соотношение реализованных и попранных идеалов, возникающее из каждого отдельного решения, всегда представляет собой мир, для которого еще не было прецедента и для поведения в котором еще не создано правило; моральное правило формулируется в каждой конкретной ситуации заново. В морали речь идет не об определении “подлинной ценности” в противовес “ложной ценности”, но об определении такой линии поведения, при которой были бы по возможности учтены все включенные в ситуацию ценности; более того, ценность является таковой не в силу своей подлинности, в отличие от ложности, а в силу того, что она существует (Д. Мид). Такого рода ситуационизм, или контекстуализм, подвергался критике за то, что не оставлял места для накопления морального опыта; на что Дьюи отвечал, что обобщенные представления о целях и ценностях существуют в таких же формах, что и любые общие идеи, и используются в качестве интеллектуальных инструментов в суждениях относительно конкретных случаев по мере их возникновения; как инструменты они создаются и испытываются в их применимости к этим случаям.     В “Этике”, написанной Дьюи совместно с Дж. Тафтсом (1908), и в течение десятилетий остававшейся одной из наиболее популярных в США книг по моральной философии, вводится различие между “рефлективной” (reflective) и “обычной” (customary) моралью. Под первой понимаются те идеи и правила, которые возникают в процессе решения моральных проблем в конкретных ситуациях; под второй — те общие моральные цели и принципы, которые формируются на основе повторяющихся ситуаций и которые могут рассматриваться в качестве “операционального a priori”, каждый раз проверяемого и подтверждаемого в новых возникающих ситуациях принятия моральных решений. Этические идеи Дьюи получили приложение в политической теории, в частности в учении о “демократии как моральной концепции”, и в теории воспитания, в частности морального воспитания.

    В 1960—70-е гг. прагматизм утратил свои позиции в философии; однако с конца 1980-х гг. он получил “второе дыхание” как американская параллель постницшеанских новаций в европейской философии (Д. Деннет, X. Патнэм, Р. Рорти). Лит.: Dewey J„ Tufts}. И. Ethics. Carbondale, 1985; Morris CA. The Pragmatic Movement in American Philosophy. N.Y., 1970.

    P. Г. Апресян

Новая философская энциклопедия: В 4 тт. М.: Мысль. Под редакцией В. С. Стёпина. 2001.

dic.academic.ru

3. Прагматизм

Прагматизм – это течение в современной философии, представители которого считают практическую полезность знания источником опасности и подчеркивают, что философия есть способ решения человеческих проблем.

Основными представителями этого направления являются американские философы Ч.Пирс (1839-1914), Ч.Джемс (1862-1910), Дж. Дьюи (1859-1952).

Принципы прагматизма оказали существенное влияние на общий стиль американского мышления и практики, в том числе и политики.

4. Постпозитивизм

С конца 50 – начала 60-х годов ЧЧ века неопозитивизм как философское направление в исследовании науки стал терять свое влияние. Ему на смену пришел «четвертый позитивизм», или постпозитивизм, который пересмотрел проблематику философии, ее роль в науке и обществе, методы научного исследования. К числу его виднейших представителей относятся К.Поппер, И.Лакатос, Т.Кун, Дж.Агацци.

Главной проблемой постпозитивизма является развитие, динамика научного знания.

Позитивисты:

  • Заявляют о взаимопроникновении эмпирического и теоретического знания;

  • Стремятся опереться на историю науки;

  • Отказываются от куммулятивизма в понимании развития научного знания;

  • Отказываются проводить жесткие границы между научным знанием и философией;

  • Признают обусловленность науки внешними факторами, социальными и культурными.

5. Критический рационализм

Критический рационализм – это направление в современной философии, занимающееся выработкой некой «чистой» модели рациональности, верной для всех и во все времена. Он является одним из ведущих течений в постпозитивизме и наиболее ярко представляет эту стадию в разработке проблем методологии научного познания. Его основателем считается английский философ К.Поппер (1902-1988).

С точки зрения критического рационализма, предметом изучения являются не высказывания, а наука как целостная, динамичная развивающаяся система. Научное знание является целостным по своей природе, его нельзя разбить на отдельные высказывания или на независимые друг от друга уровни. В научном знании философские концепции тесно «переплетаются» и взаимосвязаны с собственно научными концепциями.

Поппер исходил из предпосылки, что законы науки не выражаются аналитическими суждениями и в то же время не сводимы к наблюдениям. Науке нужен принцип фальсификации, т.е. опровержения неистинности.

Фальсификация – принципиальная опровержимость любого утверждения, относящегося к науке.

К.Поппер утверждал, что истинным можно считать такое высказывание, которое не опровергнуто опытом.

Для Поппера принцип фальсификации – это способ эмпирической проверки, а определенная установка науки на критический анализ содержания научного знания, на постоянную необходимость критического пересмотра всех его достижений. Наука – это постоянный динамический процесс, в котором непрерывно происходят какие-то изменения.

Существенный вклад в разработку идей критического рационализма внесли также Т.Кун, И.Лакатос, П.Фейерабанд.

6. Экзистенциализм

Экзистенциализм – это иррационалистическое направление в современной философии, возникшее в начале ХХ века и стремившееся постигнуть бытие как непосредственную нерасчлененную целостность субъекта и объекта

Предшественниками экзистенциализма считаются датский философ и теолог XIX века Кьеркегор («бытие дает страх и отчаяние») и немецкий философ Ф.Ницше («освободить жизнь от подавляющего гнета разума»).

Экзистенциализм возник в начале ХХ века в России (Бердяев, Шестов), после первой мировой войны получил распространение в Германии (Хайдеггер, Ясперс, Бубер), а во время второй мировой войны перешел во Францию (Сартр, Камю, Марсель). Известно два направления экзистенциализма – религиозное (К.Ясперс, Г.Марсель) и атеистическое (М.Хайдеггер, Ж.П.Сартр, А.Камю).

Среда распространения экзистенциализма – творческая интеллигенция: поэты, писатели, художники, приверженцы экспрессионизма в искусстве.

Экзистенция в переводе с латинского означает «существование». Само это существование понимается в экзистенциализме как непосредственное единство субъекта и объекта, направленность субъекта вовне, открытость перед иным и движение к этому иному. В религиозном варианте экзистенциализма этим иным является Бог, к нему движется личность в своей свободе.

В атеистическом варианте иное выступает как ничто, это означает, что человек спонтанно самосоздает себя, осуществляя свою свободу. Перед человеком открывается бездна последствий, и он вынужден сделать свой выбор. Осуществляя его, человек творит свободу. Он ответственен за свой выбор прежде всего перед собой, совсем нелегко постоянно нести это бремя ответственности, сознавая, что «созидая» себя, ты тем же самым творишь других людей и мир в целом.

Экзистенция человека – это нечто вроде его души. Экзистенция неуловима и не может быть познана: чем больше ее изучаешь, тем труднее ее понять. В силу своей иррациональности человек никогда не знает, чего он хочет; он не может понять себя и других и вследствие этого всегда одинок. Жизнь человека полна трагизма.

Экзистенциалистская концепция человека имеет субъективно-идеалистический характер: мир таков, каков человек, каковы его субъективные переживания. Различают «неподлинное» существование человека, когда он находится в зависимости от внешних условий природы и общества, и «подлинное» существование человека, когда он освобождается от внешних условий и ему открывается его экзистенция. Это так называемые «пограничные ситуации»: перед лицом смерти, страдания, чувство глубокой вины и раскаяния, религиозного экстаза, душевное заболевание. Лишь в пограничной ситуации человек обретает истинную свободу, выбирает сам свои поступки и действия.

Одиночество человека в мире ощущается им как страх перед лицом Ничто, которое только и может открыть человеку бытие, привести его к свободе.

Понятия «здесь-бытие», «бытие-В-мире», «бытие-К-смерти» и др., введенные немецким экзистенциалистом М.Хайдеггером для характеристики бытия человека, позволили сблизить позиции онтологии, гносеологии и философской антропологии.

studfile.net

ПРАГМАТИЗМ — Новая философская энциклопедия

ПРАГМАТИЗМ (от греч. πραγμα – дело, действие) – течение американской мысли, в котором фактор практики используется в качестве методологического принципа философии. Возникло в 1870-х гг., оформилось в 1-й пол. 20 в. и как тенденция сохранилось во 2-й половине. С прагматизмом связано творчество разных по своей стилистике мыслителей – Ч.С.Пирса [ПИРС], У.Джеймса [ДЖЕЙМС], Дж.Дьюи, Дж.Мида, натуралистов, прагматических аналитиков, неопрагматистов. Сторонники прагматизма были в Великобритании (Ф.Шиллер [ШИЛЛЕР]) и других странах.

Термин «прагматизм» впервые употребил Кант в «Критике практического разума», в американскую философию его ввел Пирс. В статье «Как сделать наши понятия ясными» (1878) он писал: «Рассмотрим, какие последствия, которые предположительно могли бы иметь практическое значение, присущи объекту нашего понятия. Тогда наше представление об этих последствиях есть все, что составляет понятие объекта» (Peirce С.S. Selected Writtings. Ν. Υ., 1968, p. 124). Пирс не придавал прагматическому методу общефилософское значение: область его применения была ограничена научными понятиями и той практикой, которая имеет место внутри научного сообщества, когда нужно оговаривать смыслы употребляемых понятий и процедуры исследования.

У.Джеймс заимствовал идею прагматического метода у Пирса и, соединив ее с утилитаризмом Дж.С.Милля, использовал для решения экзистенциальных, гносеологических, этических, религиозных вопросов (Пирс протестовал против столь широкого толкования прагматизма и, чтобы дистанцироваться от Джеймса, обозначал свою позицию термином «прагматицизм»). Под «прагматическим методом» Джеймс имел в виду сопряжение понятий и идей с верованиями, с их работоспособностью в «потоке опыта» индивида или, как он говорил, по их «наличной стоимости» в том или ином контексте. В критерии эффективности он видел способ решения (или снятия) философских проблем и улаживания философских споров. Прагматический подход призван был отсеять надуманные проблемы от важных, прояснить, какие объекты следует принимать за существующие, а какие нет, а также снять вопрос об истине как соответствии реальности. Теории должны оцениваться не по их отражательной способности (на чем настаивают сторонники корреспондентской теории истины), а рассматриваться как верования, которые в одном потоке опыта являются ложными, а в другом могут оказаться истинными. Понятия «истина», «благо», «правильное» используются в опыте функционально и адаптивно, поэтому Джеймс не видел оснований для противопоставления суждений истины и суждений ценности. ««Истинное»… это способ нашего мышления, соответствующий обстоятельствам (expedient), так же как «правильное» – это наш соответствующий обстоятельствам способ поведения» (Джеймс У. Прагматизм. СПб., 1910, с. 222).

Творчество английского прагматиста Ф.К.Шиллера посвящено применению принципов прагматизма к логике и гуманизму (Studies of Humanism. L., 1930). Он воспринял умонастроение джеймсовского варианта прагматизма, усилив его антропологические и персоналистические мотивы: опыт, возражал он Джеймсу, не является нейтральным, его содержание составляют цели, потребности, эмоции человека. Свидетельством истинности того или иного суждения являются вытекающие из его принятия благоприятные и полезные для нас последствия. Однако не все, что работает, является истинным, а только то, что служит познавательным, моральным и гуманистическим целям.

Прагматизм Дьюи роднит с прагматизмом Джеймса борьба с умозрениями спекулятивной метафизики, апелляция к эмпиризму здравого смысла, антидуализм и антифундаментализм, отказ от противопоставления суждений факта и ценностных суждений, а также преимущественное внимание в теории познания к проблеме обоснования знания. Вместе с тем между этими двумя мыслителями имеются существенные различия. Прагматизм Джеймса антропологичен, психологичен и экзистенциален, прагматизм Дьюи более объективистский и сциентистский. Дьюи в большей мере использовал в своей философии историцистские подходы и дарвиновские идеи естественного отбора и приспособления к среде.

Дьюи не придерживался методологического монизма. Предложенная им организмическая и процессуальная трактовка опыта предполагала применение гибких и разнообразных методов – функциональных, операциональных, экспериментальных, прагматических, контекстуальных, являющихся разновидностями философской критической рефлексии. Доминантной в философии Дьюи была не столько идея прагматизма, сколько идея контекстуализма. Прагматический метод рассматривался как составная часть исследования, которое состоит в превращении неопределенной или проблемной ситуации в ситуацию определенную, целостную, поддающуюся разрешению. Цель исследования – решение – достигается путем мыслительных экспериментов и естественного отбора наиболее эффективных и практичных гипотез. «Практичный», или «прагматичный», – это правило соотнесения понятий, гипотез, выводов с вытекающими из них последствиями. Последствия могут быть разными, как практически-прикладными, так и эстетическими, моральными, воображаемыми (см.: Dewey J. Essays in Experimental Logic. Chi., 1916, Ch. XIII).

Выступив против гегелевского объективизма и кантовского гносеологизма и формализма, против «пассивно-отражательных» и «сущностных» концепций познания, Дьюи отверг понятие «объективная истина» и критиковал корреспондентные теории истины. Истину следует понимать операционально и инструментально как принятое «верование» (Belief) в рамках того или иного контекста. «Верование» предпочтительнее «Истины», поскольку открывает простор для сомнения и критики. В отличие от Джеймса, Дьюи проявлял больше понимания необходимости интерсубъективного удостоверения практических последствий и прибегал к термину «подтвержденное утверждение» в смысле удовлетворительного соглашения между разными субъектами относительно того, во что следует верить. Прагматизм, контекстуализм, экспериментализм во многом несли отпечаток социал-реформизма Дьюи и одновременно служили методологическими ориентирами в его социально-политических воззрениях.

Дж.Мид понимал «прагматизм» прежде всего в смысле деятельностного и контекстуального подхода к проблемам. В отличие от Пирса, не интересовавшегося социальной философией, и Джеймса, для которого она была на периферии его интересов, у Мида, как и у Дьюи и С.Хука, она была одной из центральных. Он более детально, чем Дьюи, исследовал понятие «социальность», сделав его ключевым в своих философских построениях (Mead G. The Philosophy of the Act. Chi., 1938). Потребность в познании возникает из необходимости разрешения конкретной проблемной ситуации, детерминирующей смыслы высказываний, познавательные инструменты и предполагаемые результаты. Представления об истинном, должном, благом проникнуты социальностью, диктуются практическими задачами и формируются в сообществах людей. В прагматизме Мида социальность приобрела значение универсального принципа, действующего не только на уровне человека, но и на всех уровнях природы.

Хотя прагматисты (Дьюи и Мид) в рамках инструментализма обращались к проблематике логики научного исследования, они специально не занимались интерпретацией формальных систем (исключением, пожалуй, является Ч.Моррис), вне их интересов остались технические проблемы языка и значения (это не относится к Пирсу).

«Лингвистический» поворот, совершенный в США аналитически ориентированными философами, вытеснил классический прагматизм с авансцены академической жизни. Однако многие характерные для прагматической традиции подходы сохранились, они были реинтерпретированы и получили дальнейшее развитие в философском натурализме (Хук, Э.Нагель, Э.Эйдел, С.Лампрехт, Дж.Рэндилл, Э.Крикорян и др.), а также в прагматическом анализе, в различных синтетических прагматистско-позитивистских и неопрагматистских концепциях.

Наиболее активным защитником американской прагматической и натуралистической традиции был Хук. В ранний период творчества, находясь под сильным влиянием марксизма (позднее он стал интеллектуальным лидером США в критике ленинско-сталинской разновидности марксизма и коммунизма), он попытался соединить прагматизм Дьюи с Марксовым пониманием практики. Социал-реформистски истолкованный прагматизм он применял к политическим, этическим и образовательным проблемам. Позднее Хук занимался оснащением прагматической критической рефлексии техникой логического анализа. Обратившись к экзистенциальным проблемам и критикуя пессимистические теории, высвечивающие трагический смысл жизни, Хук противопоставлял им оптимизм и мелиоризм прагматизма.

Одним из видных представителей прагматической ветви аналитической философии был У. ван О.Куайн. Для Куайна, как и для всей постпозитивистской философии, характерно переведение всех философских вопросов на языковой и интертеоретический уровень. Вопрос о существовании каких-либо объектов можно ставить только в каркасе языка теории, постулирующей их существование. Впервые эта идея была высказана Р.Карнапом, Куайн усилил ее холистский и прагматический аспекты: как логические, так и эмпирические предложения должны проверяться не ситуативно, как это было у Дьюи, а как части целостной теоретической системы, в рамках которой они имеют свой смысл. Речь может идти только об оправдании всей системы, а оно может быть только прагматическим (Quine W. van О. Word and Object. Cambr. (Mass) – N.Y.–L., 1960).

Другой представитель прагматического анализа – M.Уайт по ряду важных вопросов был близок Куайну, но в отличие от него более широко толковал область применения прагматических критериев и выступал за синтез прагматизма и неопозитивизма (White M. Toward Reunion in Philosophy. N. Y., 1963). Уайт критиковал неопозитивистов за проведение жестких границ между различными областями философского знания и обосновывал внутреннюю связь онтологии, логики и этики: между суждениями факта и суждениями ценности нет дихотомии, поскольку и в фактуальных суждениях наличествует этический элемент. Любые прагматические процедуры проверки знания сродни этическим процедурам, и понятие «истина» несет на себе этическую нагрузку.

Философ-аналитик Д.Дэвидсон [ДЭВИДСОН]считает, что, несмотря на свой релятивизм, Куайн озабочен, как в свое время Дьюи и Мид, проблемой реализма, т.е. наши концептуальные схемы (языки) относятся к опыту (природе, реальности, чувственным данным). Язык (и концептуальные схемы) у него выступает чем-то третьим между сознанием и нейтральной реальностью. Дэвидсон предложил вообще отбросить идею языка как посредника между сознанием и природой. Языковые конвенции имеют отношение не к отражению реальности, а к социальной коммуникации. От понятия «истина» можно не отказываться, однако его нужно перевести из плоскости верификации в плоскость коммуникации. В духе Дьюи он утверждает, что истина строится не на основе общезначимого критерия, а на принципе доверия носителям другого языка и других концептуальных схем (Дэвидсон Д. Об идее концептуальной схемы. – В кн.: Аналитическая философия. Избр. тексты. М., 1993, с. 144–158).

О благоразумии старого прагматизма говорит X.Патнэм. Потратив огромные усилия на обоснование с помощью аналитической техники референциальной теории значения и «естественного реализма», а затем, разочаровавшись в результатах собственных изысканий, он предлагает категорию «истина» заменить старыми прагматическими понятиями «пригодность», «приспособленность» (fitness).

В отличие от философов-аналитиков, выбирающих из прагматического наследия отдельные созвучные им идеи, Р.Рорти [РОРТИ]предлагает по-новому посмотреть на все творчество Джеймса и Дьюи с точки зрения их вклада в постмодернизм. Ницшеанские мотивы у Джеймса, идеи историцизма и перманентной реконструкции у Дьюи, их общее неприятие кантовско-декартовской гносеологической традиции и явный антифундаментализм подготовили почву для постмодернизма (Rorty R. Consequences of Pragmatism. Minneapolis, 1982). Рорти предложил постмодернистский вариант неопрагматизма, в котором провозглашается отказ от философии как теоретической деятельности и придание ей статуса «литературной критики». Идеологию объективизма и истины, доминировавшую в западной культуре, он предлагает заменить этноцентристской идеологией солидарности с мнениями и прагматическими верованиями сообщества.

Литература:

1. Эбер М. Прагматизм. СПб., 1911;

2. Франк С.Л. Прагматизм как гносеологическое учение. – В сб.: Новые идеи в философии. СПб, 1913, сб. 7, с. 115–157;

3. Мельвиль Ю.К. Чарльз Пирс и прагматизм. М., 1968;

4. Макеева Л.Б. Философия X.Патнэма. М., 1996;

5. Юлина Н.С. Постмодернистский прагматизм Ричарда Рорти. Долгопрудный, 1998;

6. Moore E.С. American Pragmatism: Peirce, James and Dewey. N. Y., 1961.

H.С.Юлина

В этике, согласно Джеймсу, нужно различать три направления исследований, или три вопроса: (а) психологический (в котором рассматривается происхождение моральных понятий), (б) метафизический (в котором рассматривается значение моральных понятий), (в) казуистический (в котором выясняется критерий блага и зла в их конкретных проявлениях и вытекающих отсюда обязанностей). В вопросе о происхождении моральных понятий Джеймс в полемике с утилитаризмом, социальным утопизмом и эволюционизмом утверждал наличие в человеческой природе врожденной склонности к идеальному (в отличие от приятного и полезного) ради него самого. В вопросе о природе моральных понятий он исходил из того, что их содержание и сам факт их существования обусловлены наличием «чувствующего существа» – человека, способного отличать благо от зла, исходя из своих предпочтений и независимо от внешних обязанностей; иными словами, моральный мир – это порождение субъективного сознания человека. Соответственно нет и никаких обязательств самих по себе, но только как соответствующих требованиям, формулируемым чувствующим и желающим существом. Т.о., моральные понятия («хороший», «дурной», «обязательство») не обозначают «абсолютных сущностей» и не отражают умозрительных самоутверждающихся законов, но являются объектами чувства и желания. «Этический мир» развивается на основе существования живых сознаний, «составляющих суждения о добре и зле и предъявляющих друг другу требования»; «этическая республика» существует независимо от того, есть или нет на свете Бог. По поводу наиболее сложного вопроса – о критерии блага Джеймс признает, что невозможно построить такую этическую систему, которая вмещала бы все мыслимые на земле блага: между идеалом и действительностью всегда существует разлад, устраняемый лишь ценой жертвы части идеала. Поэтому во избежание скептицизма и догматизма моральный философ должен принять в качестве руководящего принципа этики следующее: «постоянное удовлетворение возможно большего числа требований»; в силу чего наилучшим признается поступок, ведущий к наилучшему целому при наименьшем количестве жертв. В рамках казуистического анализа этика, по Джеймсу, может быть подобной естественной науке, т.е. позитивному, эмпирическому и постоянно меняющемуся знанию; но в этом смысле философия морали невозможна.

Характерной особенностью прагматистского подхода, как он был развит в этике Дьюи, является рассмотрение моральных проблем в терминах конкретных и специфических ситуаций. Соответственно под должным и правильным понимается поведение, ведущее в данной конкретной ситуации к наибольшему благу как для других людей, так и для самого действующего лица, под добром [ДОБРО] – то, что отвечает требованиям, задаваемым ситуацией, а моральная задача человека усматривается в обеспечении наибольшей полноты блага в ситуации конфликтующих требований. Каждая моральная дилемма, по Дьюи, уникальна, и конкретное соотношение реализованных и попранных идеалов, возникающее из каждого отдельного решения, всегда представляет собой мир, для которого еще не было прецедента и для поведения в котором еще не создано правило; моральное правило формулируется в каждой конкретной ситуации заново. В морали речь идет не об определении «подлинной ценности» в противовес «ложной ценности», но об определении такой линии поведения, при которой были бы по возможности учтены все включенные в ситуацию ценности; более того, ценность является таковой не в силу своей подлинности, в отличие от ложности, а в силу того, что она существует (Д.Мид). Такого рода ситуационизм, или контекстуализм, подвергался критике за то, что не оставлял места для накопления морального опыта; на что Дьюи отвечал, что обобщенные представления о целях и ценностях существуют в таких же формах, что и любые общие идеи, и используются в качестве интеллектуальных инструментов в суждениях относительно конкретных случаев по мере их возникновения; как инструменты они создаются и испытываются в их применимости к этим случаям.

В «Этике», написанной Дьюи совместно с Дж.Тафтсом (1908), и в течение десятилетий остававшейся одной из наиболее популярных в США книг по моральной философии, вводится различие между «рефлективной» (reflective) и «обычной» (customary) моралью. Под первой понимаются те идеи и правила, которые возникают в процессе решения моральных проблем в конкретных ситуациях; под второй – те общие моральные цели и принципы, которые формируются на основе повторяющихся ситуаций и которые могут рассматриваться в качестве «операционального a priori», каждый раз проверяемого и подтверждаемого в новых возникающих ситуациях принятия моральных решений. Этические идеи Дьюи получили приложение в политической теории, в частности в учении о «демократии как моральной концепции», и в теории воспитания, в частности морального воспитания.

В 1960–70-е гг. прагматизм утратил свои позиции в философии; однако с конца 1980-х гг. он получил «второе дыхание» как американская параллель постницшеанских новаций в европейской философии (Д.Деннет, X.Патнэм, Р.Рорти).

Литература:

1. Dewey J., Tufts J.H. Ethics. Carbondale, 1985;

2. Morris Ch. The Pragmatic Movement in American Philosophy. N. Y., 1970.

P.Г.Апресян

Источник: Новая философская энциклопедия на Gufo.me


Значения в других словарях

  1. прагматизм — орф. прагматизм, -а Орфографический словарь Лопатина
  2. Прагматизм — Термин, употребляемый в исторической науке с довольно различными значениями. Слово «прагматический» (по-гречески πραγματιχός) происходит от πραγμα, что значит деяние, действие и т. Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона
  3. прагматизм — -а, м. 1. Субъективно-идеалистическое течение в современной буржуазной философии (преимущественно американской), признающее истиной не то, что соответствует объективной действительности, а то, что дает практически полезные результаты. Малый академический словарь
  4. прагматизм — ПРАГМАТИЗМ -а; м. [от греч. pragma (pragmatos) — дело, действие] 1. Направление в философии, признающее истиной лишь то, что даёт практически полезные результаты. Толковый словарь Кузнецова
  5. ПРАГМАТИЗМ — (от греч. pragma — дело, действие) — 1) П., прагматическая история, — такой этап в развитии исторического познания, при к-ром историк, не ограничиваясь простым ист. описанием, дает объяснение ист. событиям, усматривая однако их причины преим. Советская историческая энциклопедия
  6. прагматизм — ПРАГМАТ’ИЗМ, прагматизма, мн. нет, ·муж. (от ·греч. pragma — действие) (филос., научн.). 1. Субъективно-идеалистическое течение в философии, разновидность махизма, отрицающее объективное существование истины, признающее единственным критерием практику… Толковый словарь Ушакова
  7. прагматизм — Прагматизма, мн. нет, м. [от греч. pragma – действие] (филос., науч.). 1. Субъективно-идеалистическое течение в философии, разновидность махизма, признающее единственным критерием практику… Большой словарь иностранных слов
  8. прагматизм — прагматизм I м. Направление в философии, согласно которому объективность истины отрицается, истинным же признается лишь то, что дает практически полезные результаты. II… Толковый словарь Ефремовой
  9. прагматизм — Прагматизм, прагматизмы, прагматизма, прагматизмов, прагматизму, прагматизмам, прагматизм, прагматизмы, прагматизмом, прагматизмами, прагматизме, прагматизмах Грамматический словарь Зализняка
  10. ПРАГМАТИЗМ — ПРАГМАТИЗМ (от греч. pragma — дело, действие) — англ. pragmatism; нем. Pragmatismus. Направление в философии, признающее истиной лишь то, что дает практически полезные результаты. Социологический словарь
  11. ПРАГМАТИЗМ — ПРАГМАТИЗМ (от греч. pragma, род. п. pragmatos — дело, действие) — философское учение, трактующее философию как общий метод решения проблем, которые встают перед людьми в различных жизненных ситуациях. Большой энциклопедический словарь
  12. прагматизм — ПРАГМАТИЗМ (от греч. pragma — дело, действие) — течение американской мысли, в котором фактор практики (работоспособности, эффективности, проверяемости) используется в качестве методологического критерия оценки идей, гипотез, политических теорий… Энциклопедия эпистемологии и философии науки
  13. прагматизм — Прагмат/и́зм/. Морфемно-орфографический словарь
  14. Прагматизм — (от греч. prágma, родительный падеж prágmatos — дело, действие) субъективно-идеалистическое философское учение. Возникло в 70-х гг. 19 в. в США и получило наибольшее распространение в… Большая советская энциклопедия
  15. Прагматизм — (греч. pragma, pragmatos действие, практика) разновидность позитивизма, признающая единственным критерием истинности идей, теорий и т.п. их полезность: в медицине игнорирует объективную природу механизма развития болезни. Медицинская энциклопедия
  16. прагматизм — сущ., кол-во синонимов: 6 осторожность 30 прагматичность 7 практичность 21 приземленность 10 утилитаризм 4 утилитарность 6 Словарь синонимов русского языка
  17. ПРАГМАТИЗМ — ПРАГМАТИЗМ (греч. pragma — дело, действие) — философское учение, рассматривающее действие, целесообразную деятельность в качестве наиболее яркого свойства человеческой сущности. Представителями П. являлись Пирс (автор термина), Джемс, Дьюи (версия… Новейший философский словарь
  18. прагматизм — ПРАГМАТИЗМ, а, м. 1. Направление в философии, отрицающее необходимость познания объективных законов действительности и признающее истиной лишь то, что даёт практически полезные результаты. Толковый словарь Ожегова

gufo.me

прагматизм — это… Что такое прагматизм?

ПРАГМАТИ́ЗМ -а; м. [от греч. pragma (pragmatos) — дело, действие]

1. Направление в философии, признающее истиной лишь то, что даёт практически полезные результаты.

2. Направление в исторической науке, ограничивающееся изложением исторических событий в их внешней связи и последовательности, без вскрытия объективных законов исторического развития.

3. Поведение, деятельность, образ мыслей, отражающие практические, утилитарные интересы; практицизм. Отличаться прагматизмом. Научный, житейский п. П. во взглядах, в подходе к чему-л.

Прагмати́ческий (см. 1.П.). Прагмати́чный; Прагмати́чность (см.).

* * *

прагмати́зм

(от греч. prágma, род. п. prágmatos — дело, действие), философское направление, видящее в практической деятельности предпосылку и конечную цель познания и сущностную характеристику человека. В прагматизме понятия и теории рассматриваются как инструменты, орудия в решении практических задач, этика — как средство организации жизнедеятельности человеческого сообщества; истина толкуется как практическая полезность. Прагматизм возник в 70-х гг. XIX в. в США; основные идеи высказал Ч. Пирс, доктрину разрабатывали У. Джемс, Дж. Дьюи, Ф. К. С. Шиллер, Дж. Г. Мид.

* * *

ПРАГМАТИЗМ

ПРАГМАТИ́ЗМ (от греч. pragma, род. п. pragmatos — дело, действие), философское учение, трактующее философию как общий метод решения проблем, которые встают перед людьми в различных жизненных ситуациях. Объекты познания, с точки зрения прагматизма, формируются познавательными усилиями в ходе решения практических задач; мышление — средство для приспособления организма к среде с целью успешного действия; понятия и теории — инструменты, орудия; истина толкуется в прагматизме как практическая полезность. Возник в 70-х гг. 19 в. в США; основные идеи высказал Ч. Пирс, доктрину разрабатывали У. Джемс, Дж. Дьюи, Ф. К. С. Шиллер, Дж. Г. Мид.

Энциклопедический словарь. 2009.

dic.academic.ru

ПРАГМАТИЗМ • Большая российская энциклопедия

ПРАГМАТИ́ЗМ (от греч. πρᾶγμα, род. п. πράγματος – де­ло, дей­ст­вие), те­че­ние амер. фи­ло­со­фии, рас­смат­ри­ваю­щее че­ло­ве­че­ское мыш­ле­ние, на­уч­ное и фи­ло­соф­ское по­зна­ние как фор­мы дея­тель­но­сти, на­прав­лен­ные на дос­ти­же­ние прак­тич. ре­зуль­та­та. Осн. идеи П. бы­ли выска­за­ны Ч. С. Пир­сом в 1870-х гг., но лишь в нач. 20 в. бла­го­да­ря ра­бо­там У. Джейм­са и Дж. Дьюи он по­лу­чил ши­ро­кую из­вест­ность и при­зна­ние в фи­лос. со­об­ще­ст­ве. По­ми­мо США, П. имел сто­рон­ни­ков в Ве­ли­ко­бри­та­нии (Ф. К. С. Шил­лер), Ита­лии (Дж. Па­пи­ни), Гер­ма­нии (Х. Фай­хин­гер) и др. стра­нах.

Ро­ж­де­ние П. свя­за­но с дея­тель­но­стью «Ме­та­фи­зи­че­ско­го клу­ба», соз­дан­но­го в Кем­брид­же (Мас­са­чу­сетс) по ини­циа­ти­ве Ч. С. Пир­са (1872). Об­ви­нив всю преж­нюю фи­ло­со­фию в идеа­лиз­ме и от­ры­ве от жиз­ни, Пирс и его еди­но­мыш­лен­ни­ки (Ч. Райт, О. Холмс, Ф. Эб­бот) вы­дви­ну­ли про­грам­му «ре­кон­ст­рук­ции» в фи­ло­со­фии и уни­вер­си­тет­ском об­ра­зо­ва­нии. Фи­ло­со­фия, ут­вер­жда­ли они, долж­на быть не раз­мыш­ле­ни­ем о пер­вых на­ча­лах бы­тия и по­зна­ния, чем она счи­та­лась со вре­мён Пла­то­на, но об­щим ме­то­дом ре­ше­ния эк­зи­стен­ци­аль­ных про­блем. Мыш­ле­ние – сред­ст­во при­спо­соб­ле­ния че­ло­ве­ка к при­род­ной и со­ци­аль­ной сре­де; идеи, ги­по­те­зы, тео­рии – суть ин­ст­ру­мен­ты и пла­ны дей­ст­вий. Этот би­хе­вио­ри­ст­ский под­ход со­став­ля­ет фун­да­мент гно­сео­ло­гии и эти­ки праг­ма­тиз­ма.

Со­глас­но Ч. С. Пир­су, по­ве­де­ние че­ло­ве­ка оп­ре­де­ля­ет­ся со­во­куп­но­стью ус­той­чи­вых мне­ний или ве­ро­ва­ний (beliefs), ко­то­рые при­об­ре­та­ют­ся в жиз­нен­ном опы­те. Со­стоя­ние, про­ти­во­по­лож­ное ве­ро­ва­нию, – со­мне­ние вы­зы­ва­ет не­же­ла­тель­ную за­мин­ку в дей­ст­вии. Це­лью ис­сле­до­ва­ния яв­ля­ет­ся уст­ра­не­ние этой за­мин­ки (пе­ре­ход от со­мне­ния к ве­ре). Из че­ты­рёх спо­со­бов «за­кре­п­ле­ния ве­ро­ва­ния» (ме­то­да упор­ст­ва, ав­то­ри­те­та, ап­ри­ор­ных ос­но­ва­ний и на­уч.-экс­пе­рим. ис­сле­до­ва­ния) са­мым на­дёж­ным, по мне­нию Пир­са, яв­ля­ет­ся ме­тод нау­ки, т. к. он не ос­тав­ля­ет про­сто­ра для ин­ди­ви­дуаль­но­го про­из­во­ла. Ис­ти­на – это «ве­ро­ва­ние, ко­то­ро­му су­ж­де­но по­лу­чить окон­ча­тель­ное со­гла­сие тех, кто за­нят ис­сле­до­ва­ни­ем». Под­чёр­ки­вая со­ци­аль­ный ха­рак­тер ис­ти­ны, ко­то­рая вы­сту­пает «ре­гу­ля­тив­ной иде­ей» в по­зна­нии, Пирс ука­зы­вал на не­из­беж­ную по­гре­ши­мость и не­окон­ча­тель­ность на­уч. тео­рий, ра­бо­чих ги­по­тез и па­ра­дигм (прин­цип «фал­ли­би­лиз­ма»): «По­пы­тай­тесь ве­ри­фи­ци­ро­вать лю­бой за­кон при­ро­ды, и вы об­на­ру­жи­те, что чем бо­лее точ­ны ва­ши на­блю­де­ния, тем оп­ре­де­лён­нее бу­дут они по­ка­зы­вать бес­по­ря­доч­ные от­кло­не­ния от за­ко­на» (Collected papers of Ch. S. Peirce. Camb. (Mass.), 1960. Vol. 6. P. 37). Зна­че­ние по­ня­тий, ко­то­ры­ми опе­ри­ру­ет нау­ка, со­глас­но Пир­су, це­ли­ком ис­чер­пы­ва­ет­ся по­след­ст­вия­ми их при­ме­не­ния. «Мак­си­му П.» Пирс фор­му­ли­ру­ет так: «Рас­смот­рим, ка­кие след­ст­вия прак­ти­че­ско­го ха­рак­те­ра мо­гут про­из­во­дить­ся, как мы по­ла­га­ем, объ­ек­том на­ше­го по­ня­тия; зна­ние (conception) обо всех этих след­ст­ви­ях бу­дет на­шим пол­ным зна­ни­ем об объ­ек­те» (Ibid. Vol. 5. P. 258).

Вы­шед­шая в 1907 кни­га уче­ни­ка и по­сле­до­ва­те­ля Ч. С. Пир­са У. Джейм­са «Праг­ма­тизм: но­вое на­зва­ние для не­ко­то­рых ста­рых ме­то­дов мыш­ле­ния» (в рус. пер. 1910) сыг­ра­ла важ­ную роль в раз­ви­тии П. В ос­но­ве фи­лос. про­ти­во­стоя­ния ме­та­фи­зи­ков-идеа­ли­стов («лю­дей прин­ци­пов») и эм­пи­ри­ков-ма­те­риали­стов («лю­дей фак­тов») Джеймс ус­мат­ри­вал раз­ли­чие двух пси­хо­ло­гич. ти­пов – «мяг­ко­го» и «жё­ст­ко­го» тем­пе­ра­мен­тов. Как ме­тод «ула­жи­ва­ния фи­ло­соф­ских спо­ров» П. пред­став­ля­ет со­бой via media – «сред­ний, при­ми­ряю­щий путь фи­ло­со­фии» ме­ж­ду ин­тел­лек­туа­лиз­мом и сен­суа­лиз­мом. Ис­ход­ным для Джейм­са яв­ля­ет­ся по­ня­тие опы­та, ох­ва­ты­ваю­щее всё, что со­став­ля­ет ак­ту­аль­ное со­дер­жа­ние че­ло­ве­че­ской жиз­ни: ощу­ще­ния и их от­но­ше­ния, со­стоя­ния пси­хи­ки, идеи и ве­ро­ва­ния. Са­ма ре­аль­ность в ко­неч­ном счё­те ото­жде­ст­в­ля­ет­ся с опы­том, «по­то­ком жиз­ни» (ра­ди­каль­ный эм­пи­ризм). При­ни­мая оп­ре­де­ле­ние ис­ти­ны как «со­от­вет­ст­вия с дей­ст­ви­тель­но­стью», од­на­ко на­стаи­вая на не­воз­мож­но­сти раз­де­ле­ния объ­ек­тив­но­го и субъ­ек­тив­но­го фак­то­ров в че­ло­ве­че­ском по­зна­нии, Джеймс по­ла­гал, что вся­кая идея, ко­то­рая по­мо­га­ет нам тео­ре­ти­че­ски или прак­ти­че­ски опе­ри­ро­вать с из­вест­ной ре­аль­но­стью и це­ле­со­об­раз­но воз­дей­ст­во­вать на неё, в дос­та­точ­ной ме­ре ей «со­от­вет­ст­ву­ет». Ис­ти­на – лишь ро­до­вое на­зва­ние для всех ви­дов ра­бо­чих цен­но­стей в опы­те, «то, во что нам бы­ло бы луч­ше ве­рить» (James W. Prag­matism. L., 1907. P. 24). Та­кая ин­тер­пре­та­ция П., раз­вёр­ну­тая Джейм­сом в цик­ле пуб­лич­ных лек­ций 1906–07, не встре­ти­ла по­ни­ма­ния у Пир­са, ко­то­рый вско­ре от­ка­зал­ся от тер­ми­на «П.» и на­звал свою фи­лос. кон­цеп­цию «праг­ма­ти­циз­мом».

В раз­ра­бот­ке «ин­ст­ру­мен­та­ли­ст­ской» тео­рии экс­пе­ри­мен­таль­но-ло­гич. ис­сле­до­ва­ния Дж. Дьюи це­ли­ком опи­ра­ет­ся на идеи Ч. С. Пир­са и У. Джейм­са. «Со­мне­ние», ко­то­рое у Пир­са но­си­ло в зна­чит. сте­пе­ни субъ­ек­тив­ный ха­рак­тер, транс­фор­ми­ру­ет­ся у Дьюи в «про­бле­ма­ти­че­скую» (эк­зи­стен­ци­аль­но не­оп­ре­де­лён­ную) си­туа­цию, а по­ня­тие «ве­ро­ва­ние» с его пси­хо­ло­гич. кон­но­та­ция­ми за­ме­ня­ет­ся тер­ми­ном «обос­но­ван­ное ут­вер­жде­ние» (warranted assertion). «Ис­сле­до­ва­ние про­из­во­дит эк­зи­стен­ци­аль­ное пре­об­ра­зо­ва­ние и ре­кон­ст­рук­цию ма­те­риа­ла опы­та… с це­лью пре­вра­ще­ния не­оп­ре­де­лён­ной про­бле­ма­ти­че­ской си­туа­ции в оп­ре­де­лён­ную, твёр­до ре­шён­ную» (Dewey J. Logic: the theory of inquiry. N. Y., 1938. P. 159). Идеи по­лез­ны, ко­гда они обос­но­ван­ны, «под­хо­дят» к не­ко­то­рой про­бле­ма­тич. си­туа­ции, как ключ под­хо­дит к зам­ку, по­мо­гая ре­шить за­да­чу. Дьюи счи­тал воз­мож­ным рас­про­стра­не­ние на­уч. ме­то­да на са­мые раз­ные об­лас­ти че­ло­ве­че­ской дея­тель­но­сти, вклю­чая эти­ку, по­ли­ти­ку и ре­ли­гию. Он от­вер­гал «миф» об уни­вер­саль­ной мо­ра­ли: «ка­ж­дая мо­раль­ная си­туа­ция яв­ля­ет­ся уни­каль­ной и име­ет своё не­за­ме­ни­мое бла­го» (De­wey J. Reconstruction in philosophy. Boston, 1957. P. 163). Об­щие по­ло­же­ния эти­ки, как и нау­ки, суть ги­по­те­зы, от­ра­жаю­щие ре­зуль­та­ты опы­та и за­даю­щие на­прав­ле­ние дей­ст­ви­ям. Объ­ек­тив­ны те мо­раль­ные прин­ци­пы, нор­мы и цен­но­сти, ко­то­рые де­ла­ют воз­мож­ным «ра­зум­ное ру­ко­во­дство на­шим по­ве­де­ни­ем в жиз­ни». Со­ци­аль­но-фи­лос. и этич. воз­зре­ния Дьюи ока­за­ли влия­ние на праг­ма­тич. на­ту­ра­лизм С. Ху­ка и ин­те­рак­цио­низм Дж. Г. Ми­да.

К сер. 1940-х гг. П. был вы­тес­нен с аван­сце­ны ака­де­мич. жиз­ни США ана­ли­ти­че­ской фи­ло­со­фи­ей, од­на­ко на фо­не кри­зи­са по­след­ней в 1960-е гг. на­ме­ти­лось воз­ро­ж­де­ние ин­те­ре­са к амер. клас­си­ке. В 1956 вы­шла в свет кн. М. Уай­та «Toward reunion in philosophy» с кри­ти­кой «эпи­сте­мо­ло­гич. фор­ма­лиз­ма» и при­зы­вом к «вос­ста­нов­ле­нию един­ст­ва в фи­ло­со­фии» – но­во­му син­те­зу по­зи­ти­виз­ма и П. Эта про­грам­ма бы­ла от­час­ти реа­ли­зо­ва­на в кон­цеп­ци­ях У. Ку­ай­на и У. Сел­лар­са. С 1965 стал вы­хо­дить ж. «Transactions of the Ch. S. Peirce Society», с ко­то­рым со­труд­ни­ча­ли С. Ро­зен­таль, Дж. Мак­дер­мотт, Р. Сли­пер, Дж. Смит, С. Ха­ак и др. Соз­дан­ное в 1974 Об-во по про­дви­же­нию амер. фи­ло­со­фии (Society for the Advancement of American Philosophy) не­ма­ло спо­соб­ст­во­ва­ло по­пу­ля­ри­за­ции идей праг­ма­тиз­ма.

Но­вей­ший этап раз­ви­тия П. (с 1980-х гг.) свя­зан с твор­че­ст­вом Р. Рор­ти, Х. Пат­нэ­ма, Р. Брэн­до­ма и ря­да др. ав­то­ров. Рор­ти вы­сту­пил с кри­ти­кой «фун­да­мен­та­лиз­ма» (foundationa­lism) – фи­лос. ве­ры в су­ще­ст­во­ва­ние ка­ких-то ус­той­чи­вых ме­та­фи­зич. ос­но­ва­ний, «пер­вых на­чал». Со­глас­но Рор­ти, ис­ти­на – пус­тое по­ня­тие, «ком­пли­мент», ко­то­рым мы на­гра­ж­да­ем ги­по­те­зы и идеи, по­мо­гаю­щие нам «справ­лять­ся» с ре­аль­но­стью и взаи­мо­дей­ст­во­вать с др. людь­ми. «Обос­но­ва­ние зна­ния не есть во­прос об осо­бом от­но­ше­нии ме­ж­ду идея­ми (или сло­ва­ми) и объ­ек­та­ми, но ис­клю­чи­тель­но де­ло раз­го­во­ра, со­ци­аль­ной прак­ти­ки» (Rorty R. Philosophy and the mirror of nature. Princeton, 1979. P. 170). Ре­зуль­та­том ис­сле­до­ва­ния ока­зы­ва­ет­ся по­это­му лишь кол­лек­тив­ное зна­ние, ос­но­ван­ное на вза­им­ном до­ве­рии и со­гла­сии со­бе­сед­ни­ков.

Х. Пат­нэм, гл. оп­по­нент Р. Рор­ти из праг­ма­ти­стов, от­вер­га­ет та­кую ре­ля­ти­вист­скую вер­сию П., на­стаи­вая на не­сво­ди­мо­сти ис­ти­ны к со­гла­ше­нию, а объ­ек­тив­но­сти – к «со­ли­дар­но­сти». По­зи­ция куль­тур­ных ре­ля­ти­ви­стов, по мне­нию Пат­нэ­ма, в кор­не про­ти­во­ре­чит фал­ли­би­ли­ст­ской ус­та­нов­ке П. – го­тов­но­сти кри­ти­че­ски пе­ре­смат­ри­вать об­ще­при­ня­тые идеи, «уза­ко­нен­ные» док­три­ны и мак­си­мы, что от­нюдь «не оз­на­ча­ет не­об­хо­ди­мо­сти со­мне­вать­ся во всём и сра­зу, а пред­по­ла­га­ет ре­ши­мость под­верг­нуть со­мне­нию лю­бое су­ж­де­ние или ве­ро­ва­ние при на­ли­чии дос­та­точ­ных ос­но­ва­ний» (Putnam H. Pragmatism: an open question. Oxf., 1995. Р. 21). Со­мне­ния ну­ж­да­ют­ся в обос­но­ва­нии (justification) ни­чуть не мень­ше, чем убе­ж­де­ния. Мож­но быть, сле­до­ва­тель­но, фал­ли­би­ли­стом и ан­ти­скеп­ти­ком од­но­вре­мен­но; осоз­на­ние это­го Пат­нэм счи­та­ет «глав­ной ин­туи­ци­ей» праг­ма­тиз­ма.

По­ле­ми­ка ме­ж­ду Р. Рор­ти и Х. Пат­нэ­мом име­ла зна­чит. ре­зо­нанс и сти­му­ли­ро­ва­ла ин­те­рес к «но­во­му» П. Как фи­лос. на­прав­ле­ние амер. П. пред­став­лен се­го­дня кон­цеп­ция­ми Н. Ре­ше­ра («ме­то­до­ло­ги­че­ский» П.), Р. Брэн­до­ма («ин­фе­рен­циа­лизм»), Р. Берн­стай­на («прак­сео­ло­ги­че­ский» П.), Дж. Мар­го­ли­са («праг­ма­ти­че­ский кон­ст­рук­ти­визм»), К. Уэ­ста («про­фе­ти­че­ский» П.) и др.

bigenc.ru

Отправить ответ

avatar
  Подписаться  
Уведомление о