Содержание

лечение в клинике. Признаки сумасшествия

Сумасшествие расценивается специалистами, как тяжелое психическое расстройство. Не так давно, под понятием «сумасшествие» подразумевалось специфическое поведение человека, которое выходит за рамки общепринятого, нормального и «здорового» поведения. Раньше этот термин применялся ко многим заболеваниям, которые связаны с психическим расстройством.

К развитию сумасшествия может привести:
  • генетическая предрасположенность;
  • наличие психических заболеваний, которые на данный момент находятся в фазе «покоя»;
  • сильное эмоциональное потрясение;
  • затяжная депрессия, в том числе и послеродовая;
  • наркомания/алкоголизм также можно запустить кнопку развития психических расстройств.

Сумасшествие одинаково часто встречается у мужчин и женщин, в возрасте от 30 до 60 лет. Потеря рассудка часто сопровождается рядов симптомов и признаков. Рядовой человек не в силах разобраться, что могло стать причиной развития психического расстройства. В случае, если с близким случилась беда, единственным верным решением станет обратиться за помощью в клинику «Спасение».

Признаки сумасшествия

Психическое помешательство – самое страшное, что может произойти с человеком. В период обострения психического расстройства, больной не отдает себе отчета в своих действиях. Психическое помешательство может привести к тому, что больной в силах нанести вред себе и окружающим.

Признаки сумасшествия:
  • бредовые идеи;
  • галлюцинации;
  • слуховые галлюцинации;
  • необоснованная агрессия;
  • неврозоподобные жалобы;
  • утрата самоконтроля;
  • отсутствие самокритики;
  • мания величия;
  • резкая перемена настроения.

В разном возрасте заболевание может протекать по-разному. Некоторые больные, которым поставили диагноз, ведут себя на первый взгляд, как обычные, здоровые люди. Но, достаточно, чтобы специалист задал пару вопросов, как картина «прояснилась».

В целом можно разделить признаки сумасшествия на две группы: негативное проявление заболевания и продуктивное. В первом случае, симптомы сумасшествия проявляются в виде апатии, аутизма, амбивалентности. К продуктивным симптомам относим: галлюцинации, манию величия, агрессию.

Лечение сумасшествия

На сегодняшний день в современных клиниках, лечение сумасшествия может проходить медикаментозно и терапевтически. В подавляющем большинстве случаев, лечение имеет комплексный характер.

На характер лечения может влиять:
  1. Возраст пациента.
  2. Общее психическое и физическое самочувствие.
  3. Наличие других психических заболеваний.
  4. Характер протекания недуга.

В зависимости от тяжести доля одного или другого вида лечения может меняться. На протяжении всего курса лечения медики будут тщательно наблюдать за состоянием пациента, корректируя план лечения недуга.

На продолжительность жизни это заболевания никоем образом не влияет. Состояние пациента можно контролировать, применяя нейролептики и седативные препараты. В период обострения желательно проходить лечение в стационарных условиях.

Крайне важно в период обострения заболевания изолировать больного от общества. И дело не только в смене обстановке, а в том, что человек может нанести себе вред. Помните о том, что это состояние крайне опасно.

Хотим обратить ваше внимание, в клиники «Спасение» лечение сумасшествия проходит анонимно. Это означает, что всю информацию о своих пациентах, мы сохраним в стенах заведения!

Внушение

    Внушение и самовнушение есть не что иное, как выполнение мыслью данной ей задачи. Можно учиться на себе, на своем собственном теле, поручая мысли восстанавливать равновесие в любом заболевшем органе или части тела. Мысль будет действовать по данному ей заданию и в течение времени, указанного ей волей. Так, например, можно давать приказание, чтобы в течение ночи мысль работала над тем или иным органом, выполняя совершенно точное и определенное поручение. Думая о болезни заболевшего органа, его не вылечить, но, представляя себе процесс его быстрого восстановления и нормальное функционирование, можно быстро сделать его здоровым.    Каждый заболевший орган нуждается в заботе. Некоторая забота и некоторое сердечное внимание — и болезнь оставляет его. В случае заболевания заболевшему органу следует указать, как он должен себя вести в будущем. Такие внушения и указания очень плодотворны. Орган здоровый знает сам свое назначение, но заболевший забывает о нем. Тело боится Хозяина и слушается его. Это надо знать.    

НИКОГДА нельзя сдаваться или отступать перед болезнью. Дух, в конечном итоге, всегда побеждает. Пранаяма нагнетает в заболевшее место недостающую энергию — и процесс выздоровления не замедлит начаться. Так же полезно и сосредоточивание сознания на пораженном органе с целью вызвать в нем прилив крови и ощущение теплоты и пульсации. Материя тела пассивна и охотно принимает к исполнению приказ воли.    Мысленным лечением можно много помочь, создавая образ здорового органа, мускулов ткани, кости или сосредоточиваясь на них для усиления притока психической энергии. Хорошо заложить кристалл этой энергии в занемогшее место, чтобы он горел и пульсировал в нем.    При лечении болезней волевым приказом помните, что нельзя устранять заразные болезни внушением. Обычная ошибка в неумении различить круг возможного воздействия. Между тем, лечениезаразных болезней внушением может принести непоправимый вред. Собаку, засевшую в воротах, лучше не трогать; если начать ее хлестать, ярость ее удесятерится. Также с микробами: их можно побороть лучами или противодействием сил организма, но бич воли заставит поникнуть многие центры, и пожар поглотит новые области. Лучи подсекают корни заразы, но воля ведет к новой деятельности.    Методы Запада и Востока по передаче мысли различаются. Для внушения Запад старается применить непосредственное, агрессивное воздействие. Дотрагивание, фиксирование взглядом, громкое бормотание приказа своей примитивностью напоминают низших колдунов южной Индии. При этом такой приказ отличается недолговременностью и обычно охватывает сознание лишь для одного определенного действия.    Восток, прежде всего, ищет внутренний контакт с состоянием сознания, что позволяет воздействовать тверже и длительнее. Западник старается сверлить вас взглядом, но восточник, посылая мысль, именно не будет смотреть на вас, так как процесс взгляда понижал бы резкость приказа. Конечно, глаза посылающего будут открыты, и он будет представлять себе своего корреспондента, и в мысленном изображении он может полнее охватить его сущность.    При внушении гипнотизер Запада употребляет волю, напрягая центры конечностей и глаз, но эта эманация не только скоро исчерпывается, но и приносит утомление и, главное, действует на очень незначительном расстоянии. При волевых посылках невозможно пространственное достижение. Но сердце Востока не нуждается в напряжении конечностей, не нагнетает без нужды энергию, но шлет свои мысли без ограничения места.    Сердечное внушение, как естественный канал сообщения, не наносит вреда внушающему и принимающему. Западный способ постоянно заметен извне, но восточное делание не имеет ничего внешнего; наоборот, внушающий не смотрит на получающего, так как в сердце имеет образ назначения. Много несомненных преимуществ сердечного делания, но для него нужно, прежде всего, осознать значение сердца.    При внушении не следует махать руками и выпучивать глаза. Вообще не нужно даже смотреть в глаза, но следует от сердца направиться к сердцу. Затем уже от центра следовать волей по нужному направлению. Совершенно не полезно, чтобы внушаемый знал о происходящем. Часто именно приготовления к внушению создают нежелаемое противодействие. При этом сам, подлежащий внушению, может воображать, что он готов подвергнуться лечению, но его манас будет защищаться от вторжения. Явление внушения будет тем действительнее, чем дольше сознания уравновешивались взаимно. Но не нужно возвещать опыт. Каждое лечение пусть происходит внезапно.    Физические условия должны благоприятствовать. Температура должна быть средняя, умеренная, чтобы ни жар, ни холод не вносили раздражения. Воздух должен быть чистым, и можно советовать легкий аромат роз или эвкалипта. Также следует незаметно предусмотреть, чтобы больной мог удобно откинуться на спинку кресла. Постель менее удобна. Также нужно удалить все неожиданное, шумное, чтобы не вызывалось потрясение.    Нужно не забыть, что во время внушения тонкое тело находится в очень напряженном состоянии и пытается выделиться. Поэтому нужно как можно внимательнее запретить ему покидать тело. Конечно, все приказы не словесные, но мысленные. Западные магнетизеры будут насмехаться над мысленным приказом, они думают, что слова и пальцы могут покорять волю. Но предоставим им эти западные заблуждения. Некоторые примитивные племена ударяли больного дубиной по лбу. Такое воздействие тоже покоряло волю. Но где Учение о Сердце и об Огне, там и приемы должны быть иными.    Внушение бывает мысленное, звуковое, посредством взгляда или усиленное глубоким вдыханием. Какие возможности для научных наблюдений заключаются в этих действиях!    Лечение внушением называлось Огненным устремлением. Конечно, теперь лечение это развивается больше и шире, потому нужно предотвратить возможный вред от невежественного употребления Огненной энергии. Внушения могут останавливать боль,но если употребляющие их не знают происхождения болезней, то внушения могут уподобиться вреду наркотика. Другое дело, когда внушение применяется опытным врачом, он не только усыпит рефлекс боли, но проследит течение заболевания и внушит соответственным органам нормальную деятельность.    Астрология также не будет забыта опытным врачом. Можно смеяться сколько угодно, но научно составленный гороскоп поможет в определении самой болезни и привходящих обстоятельств. Нужно со всем вниманием отнестись к астрохимии и понять мощь внушения. Только знание организма и всех обстоятельств позволит врачу следовать приказательно по всем пораженным путям. Можно многое восстановить среди обессиленных органов, направив и координируя их с Огнем сердца. Нужно каждому врачу развить в себе силу внушения.    Особенно нелепо, когда врач допускает к больному невежественного гипнотизера. Не может грубая сила следовать за извивами болезни. Не в том дело, чтобы только усыпить, но нужно сопоставить все условия и следовать за сложными каналами болезни. Каждое слово, каждая интонация внушения имеют Огненное значение. Так только просвещенный ум может вместить законы и пути внушения. Только такой ум поймет всю ответственность за воздействие на Огненную энергию.    Загипнотизированному человеку или даже просто под внушением можно произвести операцию без ощущения им боли, из этого видно, что ощущения могут быть контролируемыми волей, чужой или своей.    Молитва об исцелении от болезни, произнесенная с верой, приносит исцеление. Внушение и самовнушение творят чудеса. Наговоры, заговоры воды и лекарств тоже дают свои следствия. Лечение на расстоянии — тоже. Во всех этих случаях действует приведенная в движение для определенной цели огненная психическая энергия или самого оператора или тех, к кому он обращается. Дает результаты сознательное или бессознательное ее применение.    Делают операции селезенки. Физически организм может некоторое время существовать даже без нее, но это будет чисто физическое решение. До сих пор люди не заботятся о последствиях для тонкого тела, между тем орган, связанный с тонким телом, должен быть очень оберегаем, но не уничтожаем.    Происходит то же самое, что с удалением аппендикса. Человек не только живет, но даже жиреет, но все-таки одна из главных функций психической энергии уже нарушена. Аппендикс впитывает психические элементы пищи. Кто-то может жить и без таких элементов. Но зачем же лишать организм таких помощников? Конечно, все физические операции сердца показывают, насколько врачи далеки от психических проблем, потому нужно очень избегать всех физических операций, если при этом не соблюдены условия тонкого тела.    Самые неизбежные операции следует сопровождать соответственным внушением, чтобы части тонкого тела могли принять наиболее нужное положение. Ведь с тонким телом нужно мысленно сообщаться. Если мысль утвердит внушением Огненную самозащиту, то множество последствий будет избегнуто.    Особенно нужна такая самозащита от всяких заражений. Если бы в течение операции можно было внушать необходимые процессы, то помощь тонкого тела значительно помогла бы желательному результату. Такие внушения могут регулировать все функции организма. Но без этой помощи печально видеть, как уродуются тонкие тела. Один древний хирург Китая обычно перед операцией выводил тонкое тело и затем внушением пояснял новое применение органа.    Если врач применит технику отнятия ноги к исследованию сердца, он, конечно, окажется убийцей, как часто и бывает. Особенно возмутительны случаи применения к сердцу ядов, забывая, что сердце не может воспринять яд и тонкое тело повреждается от подобных преступных лечений. Насколько проще для прекращения страдания действие внушения и растительное лечение. Для этого нужно иметь лиц, знающих, что такое внушение.    Даже менингит поддается внушению. Такое, казалось бы, непоправимое повреждение уступает силе Огня. Ведь внушение, прежде всего, — 
Огненная концентрация
. Человек, применяя    Огненное воздействие, вызывает напряжение пострадавших органов, поэтому сила внушения должна быть очень развиваема, но над ней должен быть государственный контроль. Нечто похожее на египетских жрецов, которые имели право внушения, но должны были дать полный отчет в собраниях храмовых.    В древности применялось внушение для оживления остановившегося сердца. Много преданий о воскрешении основано на этом действии. Конечно, требуется большая и дисциплинированная воля, и нужно время для установления нового действия сердца. Могут спросить, сколько минут должно быть не пропущено, чтобы можно было опять восстановить сердечную деятельность. Но и это будет весьма различно, так как само выделение тонкого тела происходит очень индивидуально, к тому много причин как в физическом состоянии, так и в качестве тонкого тела. Врач должен понять это разнообразие условий.    Можно смеяться, что для лечения рака или туберкулеза надо начать с внушения. Конечно, врачи, которые не обладают силой внушения, будут всячески протестовать, но — они будут очень разгневаны, услышав, что болезни печени, желудка, почек, десен и ревматизма много зависят от состояния сознания и, прежде всего, нуждаются во внушении. Значит, как серьезно нужно относиться к внушению и самовнушению! Оба процесса Огненного значения.    Напрасно думают, что раздражение носа, гортани и легких происходит лишь от простуды. Такие напряжения также исходят от пространственных Огней. Недаром раздражение гортани и носа может быть излечено внушением.    Такая же причина лежит при многих случаях так называемой сенной лихорадки, которая нередко может излечиться внушением.    Также многие виды накожных заболеваний лечатся тем же приемом. Часто именно кожные раздражения не происходят от внутренних причин, но от неуравновешенности Огненных токов. Жаль, что врачи не наблюдают эту сторону заболеваний. Они лишь иногда признают нервные причины, но пробуют залить их бромом, между тем внушение могло бы дать лучшее следствие. Не забудем, что иногда для скорейшего закрытия ран тоже применяли внушение, чтобы возбудить сотрудничество всего организма. Просить нужно врачей изучать все приемы внушения.    Мы слышим часто о болях старых ран. Они как будто зажили, физическая ткань соединилась, но, тем не менее, страдания продолжаются. Также можно слышать, что только внушение может помочь в таких случаях. Болит поврежденное тонкое тело. Если сознание человека развито, он может своим приказом заставить тонкое тело оздоровиться. Но в других случаях требуется внушение извне, чтобы воздействовать на тонкое тело.    Целительная сила внушения очень велика, но она может быть еще усилена. К Огню внутреннему можно добавить вибрации Огня пространственного. Под таким Огнем понимается сила магнита и электричество.    Разные виды паралича могут быть излечены под таким тройным воздействием. Конечно, магнит над головой больного должен быть значительной силы. Электризация должна быть двойной,  —именно, как телесная, так и вибрации воздушные. Можно убедиться, что при внушении такой мощи даже застарелый паралич может поправиться. Нужно неотложно изучать внушения. Нужно понять, что краткие внушения мало приносят пользы; требуется длительное внушение; даже временно внушающий должен жить около больного, чтобы сгармонизировать ауры.    Между прочим, это условие гармонизации совсем не соблюдается. Приводят чужого человека, окруженного, может быть, вредными устремлениями, и дают полчаса показать чудодейственную силу. Каждый разумный человек должен понять, что при такой случайной постановке, кроме вреда, ничего не произойдет. Огненная сила требует к себе вдумчивого отношения.    Даже скудоумие на нервной почве может быть излечено таким же тройным воздействием. Только внушение должно быть очень успокоительным, тогда как при параличе оно должно быть приказательным. Можно многие случаи тихого помешательства развить в здоровую жизнь. Сколько несчастных томятся в заключении! Тихое помешательство как бы местный паралич. Нужно дружественно прикоснуться к мозгу и сердцу. Редко происходит такое сердечное прикасание. Больного или боятся, или презирают. Но заболевание могло произойти не по вине самого заболевшего, могла его оглушить вражеская стрела.    Много таких случаев, когда не сам человек виновен, но его задела стрела ядовитая. Можно вылечить многих таких помешанных, как бы контуженных.    Опытный врач, оказав врачебную помощь, говорит больному: «Забудьте о болезни». Он знает, что обычно люди не умеют внушать себе выздоровление. Потому пусть лучше не утомляют себя сомнением о своем состоянии. Люди могли бы помогать себе выздоравливать, направив силы на заживление, но они предпочитают обессиливать себя, не давая природе делать свое благое действие.    Существуют мнимые больные, которые внушают себе все признаки болезни. Но имеются еще более опасные виды, когда человек имеет в себе зачатки болезни и, вместо противоборства, поддается ей, и сам лишает себя возможности выздороветь. При первом случае можно легко действовать внушением, так как самой болезни нет, но во втором — гораздо труднее.    Человек сам ускоряет процесс болезни. Он становится слугой своего заболевания; он старается всеми силами усугубить симптомы болезни. Он постоянно следит за собой, но не в желании выздороветь. Он впадает в самое губительное саможаление и тем отгоняет всякую возможность внушения. Человек даже обижается и сердится, когда ему говорят о возможности исцеления. Так можно дойти до опасной степени подавленности, которая уже не может быть претворена в подъем сил и действует как обратная энергия.    Неудивительно, что, наконец, и в больницах применяется внушение. Несколько веков потребовалось, чтобы признали реальность этой энергии. Но и признание весьма ограничено. Вместо широкого применения во всей жизни, начинают пользоваться ею лишь при некоторых хирургических операциях. Но ведь можно прилагать ту же энергию и при ненормальностях пульса, и при нервных воспалениях, и при параличах, и накожных заболеваниях. Словом, психическая энергия может помочь человечеству на всех путях.    Знахарь заговаривает болезнь; но только теперь начинают понимать, что такие заклинания есть просто внушение. Можно заметить, что знахари произносят какие-то непонятные и бессмысленные слова, но мало кто вдумывается, что смысл не в таких выражениях, но в ритме и, главное, в мыслях посылаемых. Можно внушением не только предотвратить боль, но и дать иное направление всему заболеванию. Редко допускается последнее, так как до сих пор не верят в воздействие мысли. ЛЮДИ ОТРАВЛЯЮТ СЕБЯ НЕВЕРИЕМ.    Следует врачу при многих болезнях предварительно лечению внимательно побеседовать с больным, чтобы выявить его образ мышления. Каждое заболевание отрицанием показывает на потребность внушения, чтобы остановить разрушительный процесс.     Большинство болезней происходит от внушений. Много говорят о самовнушении, меньше обращают внимание на внушение на расстоянии. Можно лечить мыслью на расстоянии, но также можно являть болезни на расстоянии. Такое обстоятельство будет в будущем изучаемо, но сейчас мало кто допускает, что возможно причинить болезнь мыслью издалека. Мысль может быть прямая или косвенная, но стрелы вонзаются в клеточки, расположенные к заболеванию.    Хотя человек и является постоянным объектом своих собственных и посторонних внушений, однако сознательно пользоваться этим методом воздействия не умеет, а главное не хочет. Думают, что для внушения нужны какие-то особенные усилия и напряжение. Между тем, все это просто чрезвычайно. Легче всего бороться внушением с привычками. Вот хочется человеку покурить, или выпить, или раздражаться, или продолжать делать тысячи ненужных и вредных вещей.    Как освободиться от них? Внушением, то есть при помощи самовнушения. Выбрать надо спокойное время, когда никто не мешает, и сосредоточиться на мысли о том, что хочет воля. Надо создать четкий образ желаемого действия и погрузить его в свое подсознание с мыслью, что когда придет время действовать, действовать будет сила, вложенная в желаемый образ.    Во время процесса мышления следует помнить, что ни пить, ни курить, ни раздражаться в данный момент человек не хочет, что действие относится на будущее, что в этот момент пить бросать не надо и не надо ни от чего отказываться, и не надо ни с чем бороться. Но надо вложить в глубину своего сознания ясную, четкую и сильную мысль, что позыва к никотину, алкоголю или раздражению не возникнет, когда он возникает обычно, и что внушение подсекает этот позыв в самом корне.    И надо, чтобы сила желания, вложенная в волю, превосходила силу позыва к привычному действию. Силу эту можно явить, так как искушение подчиниться силе привычки проявится позднее, и в момент внушения энергия на борьбу с самой привычкой не расходуется. Таким образом, против укоренившейся привычки можно собрать такую силу противодействия, что желания потворствовать своей слабости может и вовсе не появиться, когда наступит для нее время проявиться. Но в мысль внушения надо вложить всю свою силу.    Вместо бесплодных мечтаний об освобождении от нежелательных привычек, о самоусовершенствовании, о воспитании характера и воли, вместо всех этих бесплодных попыток можно с пользой потратить время на сознательное и эффективное применение метода самовнушения. Поздно бороться с искушением или слабостью, когда они проявляются уже в действии. Обычно непосильна такая борьба. Но когда в тишине и молчании, не терзаемый в этот момент силой привычки, собирает всю свою мощь человек, то Огненная сила сосредоточенной мысли может разрушать ее в самом корне.     Запомните, не в момент проявления нежелательной привычки, слабости или искушения надо бороться с ними, но в то время, когда их сила находится в бездействии.    Главный успех медицины в правильной профилактике. Можно удивляться, что до сих пор профилактика имела в виду физическую сторону, совершенно игнорируя психическую. Но все знают, что именно эта сторона имеет главное значение для сохранения здоровья.    Известны болезни наследственные, заразные и профессиональные — во всех таких случаях необходимо психическое воздействие, которое может предупреждать развитие болезни. Только своевременная помощь посредством внушения может задержать и даже парализовать зародыш болезни.    Не будем надеяться, что люди смогут действовать самовнушением. Только исключительные организмы в состоянии сами почуять первые намеки и волей воспрепятствовать; для большинства человечества необходимо постороннее внушение. Но только в научном государственном размере можно делать такую прививку здоровья. Нужно иметь особые институты, где надо воспитывать целую армию врачей, познавших науку внушения. При этом необходимо строго наблюдать за моральной стороной, так как иначе внушение может превратиться в преступление.    Но, так или иначе, подобные учреждения сделаются действительностью. Люди поймут, что даже лучшее санитарное состояние еще не решает проблему оздоровления. Главная эпидемия угрожает со стороны психической. Вы знаете, как растет преступность. Нельзя одолеть ее порошками и вспрыскиваниями, нужны воздействия научно-волевые. Даже некоторые бичи человечества, вроде рака, нуждаются в своевременной психической профилактике.    Множество преступников обратится к труду под внушением. Совершенно как пьянство и другие пороки, так же и болезни преступности могут быть излечены волевым приказом.    Также не нужно забывать, что многие преступления совершаются под влиянием одержания. Значит, таких людей нужно лечить, но не карать. Конечно, при таком лечении решающее значение имеет усиленный систематический труд; для одержателей каждый труд ненавистен. Они пытаются погрузить в хаос, но сущность труда уже есть проявление. Не следует огорчаться соображением, откуда придут сильные внушения, их много, но они разрознены. Когда же состоится институт психической энергии, он соберет многих полезных сотрудников. Не следует забыть, что институт астрологии будет близким помощником для проверки данных. Недавно правительства стыдились как небесных Светил, так и человеческой мощи, но психическая энергия должна занять внимание просвещенных людей.

Правила по медицине для врачей, фельдшеров и пациентов, настоящих и будущих: la_garde_1826 — LiveJournal

Я убежал от эскулапа
А.С.Пушкин


Вот Пушкин пусть и бегает, сознательным взрослым людям 19 века бегать от врача стыдно, а в нашем случае еще и некуда. Итак, болезни на игре есть, заболеть может любой обитатель острога, любая из дам или детей. Исход болезни зависит от многих факторов: от умения врача, состояния организма больного, наличия или отсутствия лекарств, бодрости или, напротив, упадка духа, времени обращения к врачу, вида и тяжести болезни и т. д. Мы не можем регулировать состояние больного, а вот причины, по которым можно заболеть — вполне, см. ниже. Нет, это не значит, что оставленный на десять минут ребенок обязательно простудится, а ветеран войны 1812 года обязательно будет страдать от старых ран — но и так тоже может быть, будьте, пожалуйста, к этому морально готовы. Умирать от болезни, правда, не обязательно, хотя возможно, но, как известно, врач в Петровском заводе был замечательный. (если вам критично никак не соприкоснуться с медициной — напишите мне, мастерским произволом у вас лично будет иммунитет ото всего).
Итак, о конкретике.
1. Чем можно заболеть?
Простудой. Это самый простой и самый частый недуг в условиях сурового климата, не идеальной постройки острога, печного отопления, необходимости каждый день выходить на мороз в далеко не всегда подходящей одежде. Надо учитывать, что простуда в тридцатых годах девятнадцатого века — штука серьезная, с ней можно и месяц проболеть, и получить осложнения, даже и умирали от простуды, хотя, казалось бы. Расписывать симптомы простуды, думаю, излишне: кашель, насморк, ломота в теле и жар — этого будет достаточно для диагноза.
Простуда может осложниться горячкой – это любое стабильное повышение температуры, или лихорадкой — состояние, когда температура поднимается и падает приступообразно. Впрочем, и горячка, и лихорадка могут быть (как ни странно) чуть ли не любого происхождения — при воспалении, при обострении хронических заболеваний, при туберкулезе и даже нервные. Симптомы, кроме классических — озноба, жара, одышки — бывают обусловлены основным заболеванием. Это боль в открывшейся ране, это кашель с кровью при туберкулезе, колики различного вида (почечная, печеночная и др.), кроме того приступ лихорадки или долгая горячка с сильным жаром нередко сопровождается помутнением сознания и даже его потерей. (Рекомендация к игрокам: потерю сознания отыгрывайте, пожалуйста, аккуратно!) Возможен бред, кстати. Но это уже тяжелый признак.
Колики — спазматические резкие боли где ни попадя. Почечные, печеночные (с ними может быть связано разлитие желчи — в принципе, по симптомам скорее холецистит или холелитиаз, то есть — камни в желчном пузыре, чем гепатит. Кроме болей, сопровождается еще и жаром и горечью во рту, вызывается чаще всего погрешностями в диете, выпивкой — или чрезмерной нагрузкой). Желудочные колики особенно опасны у маленьких детей, дамы, если ребенок плачет и беспокоится, не оставляйте это без внимания! Может быть, у него зубки режутся, а может быть, и что-то более серьезное.
Чахотка, она же туберкулез. У тех, у кого была (Трубецкой, Басаргин, которого, правда, на игре нет), в Чите прошла — вроде бы. Но опасаться стоит, конечно же. Поэтому любой кашель, слабость, повышение температуры с утра и нездоровый характерный румянец должны врача, по идее, насторожить. Кроме того еще и аппетит пропадает, тоже серьезный признак. Подвид туберкулеза — горловая чахотка — на игре есть у одного персонажа, он про себя знает. Да, кстати! Хоть возбудитель туберкулеза на тот момент еще не открыт, но то, что чахотка — штука заразная, уже известно. Если вы готовы, чтобы ваш персонаж заболел этим, будьте готовы и к тому, что вам придется ограничить общение.
Воспаление легких — тоже результат простуды, переохлаждения, зачастую — на фоне чрезмерной нагрузки. На тот момент развития медицины — почти смертельное заболевание, хотя известны случаи выздоровления. Но это должен быть очень здоровый изначально организм, боюсь, что в Петровском заводе таких уже нет.
Обострение любой хронической болезни — тоже вполне может быть. Например, обострение хронического бронхита — как это проявляется, я боюсь, знает каждый по себе. Ухудшается так же прежде неидеальное состояние суставов, например, отсюда — обострение артрита.
Кроме того, почти у всех заключенных Петровского острога сильно сдало зрение. Это, правда, лечится только очками — а жаловаться можно на муть в глазах, невозможность прочесть текст с расстояния в 5 вершков (22 см), резь в глазах и пр. и пр.
Катар. Нет, не еретик — а воспаление слизистой. Более всего известен катар желудка — это такая неприятная помесь гастрита и колита, болит в левом подреберье, в районе солнечного сплетения, ухудшается от еды — или, напротив, от голода. Язву желудка отыграть можно, но не советую, очень сложное заболевание. Хотя, если есть желающие…
Подагра — тот же артрит, то есть воспаление суставов. Только поражает чаще всего нижние конечности, боли вызывает очень сильные и лишает больного возможности перемещаться. К счастью, лечится.
Любой фурункулез — то есть появление на коже фурункулов. Да, как минимум один случай такой болезни в Петровском зафиксирован. Нет, ее совершенно не обязательно отыгрывать.
Жаба — то есть, ангина. Обычная ангина со всем знакомыми симптомами. Может быть осложнением простуды.
Рожа — воспаление подкожной клетчатки. Как ни странно это звучит, но в то время случалась не только на нижних конечностях, но и, к примеру, на лице. Так же может быть следствием обычной простуды, переохлаждения, перенапряжения. Словом, будьте внимательны к своему здоровью, господа! Проявляется покраснением, болью в пораженной области, жаром и возможным появлением волдырей. Впрочем, возможно обойтись и без них, разве что найдутся желающие?
Сердечные, в смысле — кардиологические проблемы, возможные в данном климате и возрасте уже у многих, делятся на грудную жабу (стенокардия), сердцебиения, они же пароксизмы (тахикардия, экстрасистолия), полнокровие, (гипертония), от которой может следовать апоплексия и даже удар (инсульт, гипертонический криз). Грудная жаба характеризуется приступами боли за грудиной, отдающими в левую сторону тела (кисть, локоть, нижнюю челюсть), вместо боли может быть чувство жжения (надо не перепутать с изжогой), одышка, кроме того больной испытывает слабость, страх и может потерять сознание. Чем-то подобным (видимо, сердечной недостаточностью) страдала Мария Николаевна Волконская. Сердцебиение тоже может вызвать слабость, одышку, страх — но такого рода приступ обычно протекает без болей и проходит быстрее. Полнокровие имеет все признаки повышения давления, но, как ни странно это звучит, измерять давление еще не начали, тонометров, даже и ртутных, не изобрели, так что даже и самого термина «высокое давление» тоже нет. Полнокровие, апоплексия (удар, кровоизлияние) — и все. Надеюсь, удара у нас ни с кем не случится.
Последствия ранений, «рана открылась» — это все возможно у любого, получившего военную рану. Может быть воспалением мягких тканей вокруг шрама, может быть затронута даже и кость — это более сложный и более тяжелый случай. Кроме боли и ограничения подвижности так же характеризуется отеком конечности, если это конечность, возможно, появлением свищей, нагноением, даже и выходом наружу осколков — кости или пули, или еще какой дряни. Впрочем, этих крайностей можно избежать, если вовремя обратиться за помощью.
Еще могут болеть зубы — боюсь, эти симптомы тоже известны всем. Флюс – вещь опасная, лечится плохо, почти всегда требует удаления больного зуба.
Душевные болезни: меланхолия (ипохондрия) — она же депрессия, помешательство (буйное, тихое), падучая (эпилепсия, ни у кого не было, но вдруг кому-то захочется?), припадки (видимо, периодические расстройства психики). На игре есть один душевнобольной персонаж, к игроку у меня большая просьба: напиши, пожалуйста, все-таки, симптомы этого заболевания?

Отдельной строкой необходимо выделить такие состояния, которые, ничуть не являясь болезнями, тем не менее требуют медицинского пособия. Это беременностьроды, понятное дело) и состояние, так сказать, новорожденности и младенчества. Если какая дама пожелает забеременеть и (ну, вдруг?) родить, то ее так же будет наблюдать врач, он и роды примет. И детскими болезнями занимается тоже врач — а так же мама и нянька, которая будет при детях.

2. Как это лечится?
Простуда: Лечили простуду, к счастью, методами более-менее традиционными: теплом, при возможности — баней (у нас, боюсь, такой возможности не будет), горячим питьем с медом, малиной, молоком, растирали грудь салом и делали горячее овсяное обертывание грудной клетки. Можно смазать салом и подошвы ног, можно растирать скипидаром, словом, любое согревание. Горчичников в знакомом нам виде, кстати, еще нет и уж точно нет их в Петровском, однако можно пользоваться горчичным маслом, ну и самодельные «горчичники» (по сути — заварить кипятком порошок, выложить его на тряпочку или лист бумаги, приложить к груди или спине больного, замотать поверх сухой тряпочкой — и все) тоже могут быть, если только получится достать горчичный порошок.
Лихорадка. Лечится она иначе: влажными обертываниями, кровопусканием, препаратами хины — то есть, честно сказать, всем, что только может помочь. Если врач знает или понял причину лихорадки, то лечит он уже причину, но понять это удается, к сожалению, не всегда.
Горячка — в зависимости от того, чем вызвана, лечат основное заболевание, жар сбивают влажными обтираниями.
Колики — диетой, согревающими компрессами (да, и так), при сильных болях — опий, при понятной причине колик — соответствующими основному заболеванию методами. Правда, методов мало, опять же — строгая диета, разнообразные травяные отвары (ромашка, мята, рисовый отвар). Оперировать Вольф, я надеюсь, на игре не будет, да и нет еще толком способов, например, удалить желчный пузырь.
Довольно частый способ лечения — кровопускание, но о его эффективности уже давно ведутся споры: нужен или нет? Впрочем, при полнокровии его используют, при сердечной одышке и водянке (отеках) — так же, но при возможности заменяют на пиявок.
При проблемах с желудком используются лекарства на основе ртути (каломель, рвотное), мышьяка, различные отвары, кстати же — вино: херес, водка, различные настойки на ней. В зависимости от ингредиентов, настойки эти используются для общего укрепления, для «разжижения крови», для хорошего сна, для аппетита… Основное же средство — диета, диета и диета.
Кожные проблемы — фурункулез, рожа — лечат с помощью ртутных же или свинцовых примочек. Кроме того неизменной популярностью пользуется такое универсальное средство, как фонтанель – искусственно созданный и поддерживаемый инородным телом (лигатурной нитью, шерстяной тесьмой, шариком дроби, горошиной) или повторными прижиганиями, гноящийся небольшой дефект кожи и подкожной клетчатки. Считалось, что через фонтанель организм освобождается от «дурной материи», «вредных соков». Так могли лечить не только воспалительные заболевания, но и общий упадок сил, малокровие и ипохондрию. Насколько же помогало… ну, это уже на свободный отыгрыш. (Смысл в этом средстве, как ни странно, был: некоторая стимуляция неспецифического иммунитета и общая «мобилизация» организма. Но тем не менее вреда от фонтанелей было чуть ли не больше, чем пользы, т. к. входные ворота инфекции, открытые долгое время, пользы человеку не приносят).
Средства народной медицины в обиход не вошли, врачи или не пользуются ими вовсе (считают, верно, дикостью), или пользуются в крайних случаях. Но т. к. случай тут явно крайний, использовать разные «подножные» средства приходится. Нутряное сало, например, применяют при лечении простуд, при чахотке и общем упадке сил. Мед, опять же, баня, примочки из кваса, капустных листьев, сока черной редьки — лишь бы сработало.
Используют различные растительные средства: ландышевые капли при сердцебиениях и грудной жабе, при нарушении сна и беспокойстве, настой боярышника — при воспалении горла, при расстройстве пищеварения (как желчегонное). Наперстянку уже реабилитировали (английский врач Уильям Уизеринг в 1785 году в докладе Королевскому обществу), ее больше не считают страшным ядом, но применять ее при лечении сердечных заболеваний (та же грудная жаба, водяная, пароксизмы) надо с огромной осторожностью — дигиталис очень сильный сердечный токсин.
Препараты опия — лауданум, спиртовая настойка опия — используются очень широко: как обезболивающее, как успокоительное, как спазмолитик. Проблема наркомании еще не стоит так остро — да и вообще не является проблемой. Маковую настойку дают детям, когда у них зубки режутся — и ничего, помогает…
(если у игрока есть идеи еще для каких-либо лекарственных средств, кроме вышеперечисленных, которыми можно пользоваться в то время и в том месте, напишите мне, пожалуйста, до игры — чтобы завизировать, так сказать, их наличие или объяснить отсутствие в пространстве игры).
Хирургия в то время более ампутационная, т. к. для полостных операций еще нет толкового наркоза и велика опасность послеоперационного заражения. То есть, аппендицит лечится консервативно (хотя аппендектомию уже проводили, но таких операций было немного и не все они приводили к выздоровлению), желчный пузырь тоже не удалят — а вот вскрыть нарыв, прочистить остеомиелитную полость и прочее — вполне можно, но, надеюсь, не придется. Да, набор хирургических инструментов в Петровском есть и неплохой — в свое время Вольфу по его заказу присылала Екатерина Федоровна Муравьева.

3. Как это будет на игре?
3.1. Как заболеть?
Заболеть на игре можно. Если вы вышли на улицу на работы без верхней одежды, если вы бегаете от ребенка к мужу в мороз без теплой накидки — можете простудиться. Если вы — ветеран войны, да еще и ранения имеете, а жизнь ваша тяжела и нерадостна — с вами может случиться обострение старой болезни или рана откроется, или какая еще подагра приключится. Если вам никак не подходит острожная пища (или очень нужно получить разрешение на лечение вином:-)) — пожалуйтесь на боли в желудке и потерю аппетита, может быть, Вольф решит (а Ильинский подтвердит), что лучшим лекарством для вас будет стакан хереса каждый день. Если много читаете или пишете (как? а… а как-нибудь!), с вероятностью, у вас ухудшится зрение. Если вам вообще плохо тут живется, делать нечего, из дому не пишут или пишут такое, что лучше бы и не знать — вас может одолеть меланхолия. Если у вас конкретная хроническая болезнь — она может обостриться. Но может и нет. Вообще же, можно заболеть, а можно и не заболеть, это дело такое… немного произвольное. Но вы обязательно узнаете, что заболели. Нет, на игре нет карточек и прочих сертификатов болезни, но есть внимательные игротехи, которые тем или иным, но недвусмысленным образом объяснят вам, что вы больны – и чем именно. Да, на игре можно также заболеть и по собственному желанию – не возбраняется. И опять же, повторю: если вам критично никак не соприкоснуться с медициной — напишите мне, мастерским произволом у вас лично будет иммунитет ото всего

3.2. Как лечиться?
Лечиться можно, конечно, и самостоятельно. Парить ноги, пить кирпичный чай, обкладывать себя мокрыми полотенцами. Но лучше всего обратиться за помощью к врачу. Врачей в Петровском остроге двое: Фердинанд Богданович Вольф, заключенный, и Дмитрий Захарович Ильинский, назначенный для лечения заключенных. Официально медициной могут заниматься оба, у Вольфа есть высочайшее (так!) разрешение на мед.практику. Если что — то Вольф хороший врач, а Ильинский — недоучка, который счастливо сам про это знает. Кроме того, медициной занимается Артамон Захарович Муравьев, его практика скорее фельдшерская, но если что — обращайтесь, поможет. У Вольфа в распоряжении есть хирургический инструментарий и аптечка, пополняемая разными способами. Можно, собрав денег в артели, написать список того, что нужно купить, например, в Иркутске или в Петербурге — и передать заказ и деньги Лепарскому. Далее уже его головная боль, как устроить столь дальнюю покупку, как это все довезти или переслать. Да, деньги, разумеется, не натуральные, а все те же расписки, по которым все прочие закупки артель и производит. (см. правила по экономике – это не монеты и не ассигнации, это выделение определенной суммы из тех денег, которыми в теории располагает каторжник и которые, деньги, находятся в ведении Лепарского) Способ второй — попросить кого-либо из дам, чтобы те, в свою очередь, попросили родственников или знакомых в России о том, что очень нужно. Так, например, сестра Варвара пересылала больному Александру Барятинскому порошки соды из Москвы, что говорит о том, что ближе Москвы соды не найти. Екатерина Федоровна Муравьева через Александру Григорьевну снабжала каторжников и лекарствами, и медицинскими инструментами – и тоже покупала их на свои средства. Можно официально (с подтверждением Ильинского и разрешением Лепарского) связаться с проезжим купцом и поручить ему закупки на артельные деньги, можно сделать то же за деньги личные, если вдруг таковые есть, а купец согласится принять расписку. Можно даже попытаться сделать это неофициально, в обход неуступчивой администрации, особенно, если есть, чем заплатить купцу напрямую. (Например, если очень нужен тот же опий в запас, а наличные… ну, мало ли, как оно бывает? Да и не всегда же в деньгах дело, правда?). Кроме того, можно выращивать какие-нибудь лекарственные растения на острожном огороде — не возбраняется, запас растительного сырья в аптеке должен быть приличный.

3.3.Как это делать?
Отыгрыш симптомов болезни дается на откуп игроку, но тем не менее делать это надо так, чтобы было понятно и для врача, и для окружающих больного.
Ниже – несколько примеров того, что можно изобразить и на что пожаловаться, если у вас, не дай Бог:
чахотка — приступы кашля, слабость, жалобы на кровь в мокроте, жар (особенно с утра).
проблемы с сердцем — тоже слабость, обмороки, жалобы на боль в груди слева, отдающую в плечо, кисть, нижнюю челюсть (можно все сразу, можно выбрать что-то одно), сердцебиение и головокружение.
простуда — жалобы на жар, озноб, насморк-кашель, сквозняки и сырость в камере, плохую одежду и обувь.
обморок – понятное дело, надо падать, только будьте аккуратны!
удар… надеюсь, опять же, никого не постигнет.
полнокровие – жалобы на головную боль, кровотечение из носа, одышку, чувство распирания в висках, отеки (их чаще называют водянкой).
«геморрой» – любое (да, любое) кровотечение, варикоз, синюшные узлы не только в классическом для геморроя месте. Но это термин такой э… многозначный, лучше не так вот жаловаться («у меня геморрой в голове»(с), видимо, кровотечение в виду и имелось), а просто скажите, что из носу ночью кровь шла, вся подушка в пятнах. А то с натуральным геморроем возни много – ванные всякие, диета, то-се…
подагра — сильные боли в суставах ног, хромота, жалобы на трудность или вовсе невозможность ходить. Если у вас более общее заболевание, то есть артрит как таковой, то к жалобам на боли в ногах можно добавить еще и боль в плечах, пальцах рук, держать ложку и т.д. Правда, называться все это все равно будет подагрой.
колики — жалобы на приступы боли в любом месте по выбору игрока (в зависимости от того, какую колику игрок готов персонажу обеспечить, можно выбрать любую локализацию)
последствия ранений зависят от того, кого куда ранили. Боль, воспаление, рана открылась и гноится (это, впрочем, уже довольно тяжелое состояние), трудно стоять, если раны в ногах, конечность отекает, болит и доставляет разнообразные неприятные ощущения, на которые можно и пожаловаться. Однако это не означает, что если ваш персонаж ранен, у него обязательно будет весь этот набор. Раны иногда и хорошо излечивали, без последствий.

Заболев, надо пожаловаться на то, что соответствует клинической картине, или отыграть нужные симптомы и далее слушаться или не слушаться врача. Врачу же необходимо навещать заболевшего, в зависимости от тяжести состояния как минимум дважды за болезнь, лучше чаще, не выпускать из внимания, при необходимости обеспечить (потребовать) ему отдельное помещение, особенное питание, внеурочные прогулки, полный покой, некоторое изменение режима (это, впрочем, как получится, в Петропавловской крепости некоторым разрешали оставлять открытыми двери камер, что будет в Петровском — на усмотрение администрации).
Вот несколько идей по отыгрышу наиболее известных лечебных пособий:
Кровопускание отыгрывается наложением жгута на руку выше локтя, после чего врач проведет по руке больного «режущим» предметом (или игровой ножик, или «модель» ланцета, разумеется, тупого). Далее больному надо предоставить возможность побыть в покое, полежать, выпить чаю или вина (отыгрывается чай — чаем, вино — по желанию и по наличию — соком или чаем типа каркаде). Далее больной считается пошедшим на поправку. Время пребывания в покое — около 10 минут, дальнейшее лечение продолжается уже после этого.
Смена рациона отыгрывается появлением в нем купленной или огородной зелени, лука, «водки» или виноградного вина для медицинских целей и др.
Препараты ртути для внутреннего и наружного применения, будут отыгрываться словесными маркерами и в первом случае каким-то питьем (скорее всего, это будет простой кефир) и словесным маркером, а во втором — накладыванием примочек (мокрая тряпочка, лучше даже без мазей, но можно использовать неаллергенный детский крем, например) на больное место. Лучше, кстати, не сразу на кожу, а на повязку. «Летучая подагра» пройдет примерно за полчаса при условии двукратного наложения примочек. Но, конечно, стоит подстраховаться, не вскакивать сразу и не бежать на работы.
— Чахотку лечат диетой с большим количеством жиров и козьим молоком, переводом в более теплое помещение, свежим воздухом (как это обеспечить разом — задача как раз для Вольфа!), при необходимости больному надо выделить отдельное помещение.
Горячее обертывание или же самодельный «горчичник» можно изобразить просто с помощью широкой полосы ткани, которой больного простудой нужно обмотать хотя бы один раз по грудной клетке. Желательно так, чтобы ткань накрыла область легких.
Болезни по большей части излечимые, но не за один заход, может быть, потребуется до часу игрового времени на одну болезнь. Нет, не при каждой необходимо лежать пластом, да, заболеть можно несколько раз за игру.

Это примерные рекомендации, их можно дополнить и творчески развить. Главное: болезнь и ее лечение, больной и врач не выпадают из общего игрового процесса, здесь нет госпиталя и времени лежания пластом. К больному могут приходить товарищи, начальство, он может чем-то заниматься — разве что не пойдет на работы, врач не обязан постоянно пребывать при больном, но не должен (а я уверен, что и не будет) оставлять его надолго без внимания. В нашем случае у болезней нет фиксированного времени излечения, все – на здравый смысл, логику и отыгрыш (а если что — Ильинский подскажет, что уже пора выздоравливать), процесс лечения не столько функциональный*, сколько социальный.

3.4.Что есть на момент старта игры?
Есть один больной горловой чахоткой, один душевнобольной и несколько детей разного возраста. Так же есть какое-то число раненых, больных разными хроническими болезнями (это могут быть как заключенные, так и их жены) и меланхоликов или склонных к этому недугу. В аптечке подходят к концу запасы ртутной мази, есть ландышевые капли, валериана, боярышник и шиповник в виде сырья (и еще какое-нибудь сырье, которое может привезти игрок или запросить у мастерской группы). Опий закончился, наперстянка так же, нет — весь вышел — шовного материала. Уже сделан официальный заказ, его вот-вот привезет купец, но что там будет и чего не удастся купить в Иркутске — неизвестно.

—————————————-————-
(*) это если надо поднять из нуля хитов – у нас ни нуля, ни хитов нет.

Симптомы, риски, причины и лечение

ИСТОЧНИКИ:

Грегори П. Штраус, доктор философии, директор лаборатории клинической аффективной неврологии; доцент кафедры психологии и неврологии Университета Джорджии.

World Psychiatry : «Текущая концептуализация негативных симптомов шизофрении».

Обзор клинической психологии : «Психосоциальные методы лечения негативных симптомов шизофрении: современная практика и будущие направления.

Журнал промышленной психиатрии : «Негативные симптомы шизофрении».

Schizophrenia Bulletin : «Лечение негативных симптомов шизофрении: метаанализ 168 рандомизированных плацебо-контролируемых исследований», «Негативные симптомы шизофрении: аволиция и бритва Оккама», «S101. Эффективность и внедрение терапии когнитивного улучшения в программе реального сообщества».

Journal of Psychiatric Research : Алогия и формальное расстройство мышления: дифференциальные модели выполнения заданий на беглость речи.

Изучение языка жестов : «Симптомы, связанные с речью, у больных шизофренией и как эти симптомы могут проявляться у глухих».

Текущие варианты лечения в психиатрии : «Лечение негативных симптомов шизофрении: обновление».

Schizophrenia Research : «Дезорганизация семантической памяти лежит в основе алогии при шизофрении: анализ беглости речи у японцев».

NPJ Schizophrenia : «Изучение стабильных и прогностических сетевых моделей шизофрении и ее клинических симптомов.

Прогресс в нейропсихофармакологии и биологической психиатрии : «Функциональная связность сети режима по умолчанию связана с поиском пациентов с шизофренией и людей с социальной ангедонией».

NeuroImage: Clinical : «Изучение функциональной связи в состоянии покоя при первом эпизоде ​​шизофрении с помощью 7T фМРТ и МЭГ».

World Journal of Psychiatry : «Двуязычие и шизофрения».

Нейропсихиатрические заболевания и лечение : «Фармакологическое лечение негативных симптомов шизофрении: обновление и предложение клинического алгоритма.

Национальный институт психического здоровья: «Шизофрения».

Materia Sociomedica : «Коммуникативные трудности в результате деменции».

История лечения психических заболеваний

Последнее обновление: 20 ноября 2021 г., Бен Лессер

История психического заболевания не является чем-то совершенно новым. Генетически, наряду с химическими и физическими атаками, которые могут вызывать некоторые люди, часто были частью человеческой жизни, силы, лежащие в основе некоторых болезней.Однако то, как с пострадавшими обращаются их коллеги и как пациенты могут получить поддержку от своих врачей, было значительно пересмотрено. Действительно, западные общества стали свидетелями глубоких изменений, в том числе понимания болезни и борьбы с ней. Однако еще предстоит приложить немало усилий, чтобы в полной мере удовлетворить потребности людей с психическими заболеваниями.

Большинство людей в Америке страдают от психических заболеваний в анамнезе. Примерно каждый пятый взрослый американец ежегодно страдает психическим заболеванием, утверждает Национальный альянс по борьбе с болезнями.Это 43,8 млн или более 18% населения. Дети также испытывают серьезные психические расстройства в какой-то момент своей жизни, и около 13% детей в возрасте от восьми до 15 лет страдают от них.

С такой информацией, как эта, нет ничего неожиданного в том, что перспективы эмоционального благополучия в последнее время улучшились. Хотя позор существует, CNN сообщает, что 90% американцев одинаково оценивают психическое и фактическое благополучие, как показано в обзоре 2015 года, проведенном Американским учреждением по предотвращению самоуничтожения (AFSP), Союзом общественной активности по противодействию саморазрушению и Нервозностью и печалью. Отношения Америки.«Люди видят связь между психологическим благополучием и общим благополучием, нашей способностью работать на работе и дома и тем, как мы видим наше общее окружение», — сказала CNN доктор Кристин Мутье из AFSP. Это изменение происходит по мере того, как подходы к эмоциональному оздоровлению продолжают концентрироваться на локальном, всестороннем рассмотрении.

Но так было не всегда. За прошедшие годы психиатрическая помощь сильно изменилась из-за неадекватных, а иногда и опасных методов: History Cooperative отмечает, что «многие из методов лечения, предоставляемых людям с психическими заболеваниями в анамнезе, были «патологической наукой» или «сенсационными экспериментальными открытиями, которые в конечном итоге оказались бесполезными». быть не чем иным, как принятием желаемого за действительное или произвольными результатами.В литературе есть только три самых странных устаревших метода лечения расстройств.

Пример женского начала

Нигде в океане изменение психологического благополучия не произошло более явно, чем в лекарствах для женщин с психическими заболеваниями в анамнезе. Разбор этой одной модели может сделать кучу информации в этой статье немного более очевидной.

В викторианскую эпоху женщину можно было рассматривать как однобокую из-за ряда причин, связанных с психическим заболеванием в анамнезе, в том числе: 

  • Раздражение, связанное с периодом 
  • Горечь, связанная с беременностью 
  • Послеродовая тревожность
  • неповиновение
  • Текущее состояние истощения
  • Нервозность

Часть психических заболеваний в анамнезе до сих пор считается состояниями психологического благополучия.В любом случае, часть этих обстоятельств важна для жизни леди на планете, и нынешние специалисты их вообще не лечат. В любом случае, викторианская дама могла быть помещена в организации из-за этих условий, которые специалисты часто называли «безумием», и, попав туда, на этих дам обратил внимание специалист, который обычно руководил офисом так же, как викторианская женщина. папа может управлять домом. Дамы имели не так уж много прав или вообще не имели их, и за несоблюдение этих прав регулярно полагалось суровое наказание.[1]

С тех пор многое изменилось. Передовая дама с подлинной психологической неустойчивостью может получать лекарства, которые в какой-то степени изготавливаются на заказ из-за ее пола, но основные важные предположения о дисфункциональном поведении не переходят от мужчины к женщине, и для этого необходим профессионал. привилегии пациента последовательно. Дама в продвинутом кабинете также может иметь возможность сказать что-то о лечении, которое она принимает или не признает, и ей может быть позволено уйти, когда она почувствует себя достаточно выздоровевшей.Это огромный сдвиг, и он был достигнут за счет последовательности маленьких, трудно поддающихся измерению шагов.

Болезнь в 1840-х 

В начале американского опыта люди с психическими заболеваниями помещались в учреждения, очень похожие на исправительные учреждения. Оказавшись внутри этих офисов, людям не разрешалось выходить, независимо от суммы, которую они должны были сделать как таковые. Более того, в части этих отделений были ужасающие процессуальные принципы, которые позволяли обращаться с больными людьми невыразимо жестоко.

В 1840-х годах дама из Бостона, Доротея Дикс, начала исследовать историю психических заболеваний в традиционных фондах эмоционального благополучия. Было высказано предположение[2], что у Дикс была своя собственная психологическая неприспособленность, и, соответственно, она была более открыта для затруднительного положения зла, однако, несмотря на скрытое вдохновение, Дикс провела годы, проводя встречи со специалистами и пациентами, и ее результаты были пугающий.

В статье об истории психических заболеваний, которую она поддерживала в контакте с Всеобщим объединением Северной Каролины, она прослеживает случаи, когда умственно больных привязывали к их кроватям, содержали в отвратительных условиях и подвергали на удивление жестокому обращению.Она начинает свой отчет с такого расположения предложений: 

.

«Я признаю, что общественная гармония и безопасность действительно поставлены под угрозу из-за отсутствия ограничений для сумасшедших. Я считаю в самом широком смысле опрометчивым, что им должно быть позволено ездить в города и деревни без заботы и направления; но это не узаконивает людей вообще ни в каком штате и местности, ни при каких условиях и условиях сдавать сумасшедших в тюрьмы…» [3]

Возможно, вместо того, чтобы отправлять умственно больных в тюрьмы, Дикс рассчитывала открыть ряд организаций, занимающихся психологическим здоровьем, и она надеялась, что эти учреждения дадут работу, развлечение и понимание злым.Это одна из основных записей, отображающих симпатию, хотя она и не была широко распространена из-за работы, проделанной Диксом.

История Ход событий

до 1400

Устаревшие общественные институты, такие как римляне и египтяне, считали, что вопросы эмоционального благополучия относятся к строгому типу. Некоторые считают, что человек с психологическими проблемами может находиться под контролем злых духов, таким образом, рекомендуя изгнание как вид лечения.Несмотря на это, в пятом веке до нашей эры греческий врач Гиппократ признал, что психологическая неприспособленность является физиологически второстепенной. Таким образом, его методы включали приспособление климата, повседневной среды или занятий.

1400 до середины 1900-х годов

  • 1407: В Испании открыт главный офис, специально предназначенный для эмоционального благополучия.
  • 1700-е годы: во Франции появилась поддержка умственно больным людям. Филипп Пинель, разочарованный обыденной обстановкой в ​​клиниках, для этого устраивает разницу в климате.Пациентам дается время на открытом воздухе, а также более приятные факторы окружающей среды, такие как светлые комнаты. Он запрещает использование кандалов или цепей в качестве ограничений.
  • 1840-е: Доротея Дикс борется за лучшую повседневную среду для умственно отсталых. Более 30 лет она борется за лучшее рассмотрение, наконец, получает государственные полномочия на финансирование структуры 32 государственных психиатрических служб.
  • 1883: Немецкий специалист Эмиль Крепелин размышляет о психологической нестабильности и начинает проводить оговорки между различными проблемами.Его заметки о контрастах между сверхобременительными проблемами и шизофренией используются и сегодня.
  • Середина 1900-х: Используя психоаналитические спекуляции, Зигмунд Фрейд и Карл Юнг лечат своих пациентов от дисфункционального поведения. Большое количество предположений, которые они использовали, все еще исследуются сегодня и используются в качестве причины для исследования науки о мозге.

С 1930-х годов до наших дней

После 1920-х годов в США снова произошло очередное изменение взглядов общественности на психологическое благополучие.Книга Клиффорда Лагерса «Мозг, который обрел себя» побуждает к разговору о том, как в фондах обращаются с интеллектуально больными людьми. Его мысли положили начало Общественному психологическому благополучию. Бесчисленное множество различных книг, таких как «Пролетая над домом кукушки» Кена Кизи в 1962 году, также предлагали интригующую точку зрения на то, как лечили людей в истории медицинских клиник для душевнобольных. Это начало двадцатого века ознаменовалось значительным развитием принципов поддержки и ухода за психологическим благополучием.

После 1920-х годов США еще раз увидели еще один шанс в общественном мнении об эмоциональном благополучии. Книга Клиффорда Лагерса «Мозг, который обрел себя» побуждает к разговору о том, как в организациях обращаются с интеллектуально больными людьми. Его мысли лежат в основе фундамента общественной ассоциации эмоционального благополучия. Бесчисленные другие книги, такие как «Пролетая над домом кукушки» Кена Кизи в 1962 году, также предложили увлекательную точку зрения на то, как лечили людей в истории психиатрических клиник.Это раннее время двадцатого века ознаменовалось крупным развитием рекомендаций по поддержке и уходу за эмоциональным благополучием.

  • 1946: Президент Гарри Трумэн подписывает закон об общественном эмоциональном благополучии, призванный снизить уровень психических заболеваний в США. Этот закон подготовил к созданию в 1949 г. Общественную организацию эмоционального благополучия (НИОЗ). 
  • 1950–1960-е годы: начинается лихорадка деинституционализации, когда пациенты перемещаются из медицинских клиник с историей психических заболеваний в амбулаторные или менее запретительные частные учреждения.Регулирование регулярно считалось лучшей стратегией лечения, но раздутый штат и беспомощная повседневная среда подталкивали к амбулаторному лечению. Это развитие также положило начало развитию антипсихотических препаратов, чтобы сделать жизнь человека вне фонда более разумной. По правде говоря, за 30 лет количество регулируемых пациентов сократилось с 560 000 в 1950-х годах до 130 000 в каждом 1980 году. 
  • 1990-е годы: возникает еще одна эпоха лечения антипсихотическими препаратами, как инновация в клинической области.
  • 2008–2010: Закон Wellstone и Domenici об эмоциональном благополучии, равенстве и ценности принуждения вступает в силу. Это сделало так, что резервные планы, которые включали эмоциональное благополучие, не могли накладывать ограничения на льготы, которые не эквивалентны ограничениям на включение других клинических соображений.

Более сильные потрясения в 1880-х 

Размещение умственно больных в кабинетах позволяло отдельным лицам из общей массы не обращать внимания на проблему.Они не видели ни одного человека с психическим заболеванием, блуждающего по дорогам, и, если бы они поместили человека в такую ​​​​организацию, они, возможно, не вернулись бы в гости или не поделились бы отчетами о своих посещениях. Люди просто исчезли.

Довольно много изменилось в конце 1880-х годов благодаря созданию автором по имени Нелли Блай. Она согласилась вести себя как умственно больная дама, выполняя задание для ближайшей газеты, и сообщила обо всем, что с ней произошло, в ряде статей, которые впоследствии были преобразованы в книгу.Блай была блестящим эссеистом, и ее изображения трудно было игнорировать.

«… Я не мог отдыхать, поэтому я лежал в постели, представляя себе гадости на случай, если в убежище вспыхнет пожар. Каждый вход запирается независимо, а окна тщательно зашторены, так что уход из дома невообразим. В одном только здании, как сообщил мне доктор Инграм, ровно 300 дам. Они заперты, от одного до десяти в каждой комнате. Трудно выбраться, если только эти входы не заперты.”[4]

Помимо изображения фактической структуры, Блай изображает, как она страдала от истории психического заболевания и жестоких лекарств, которые она приобрела, включая изоляцию, выдергивание волос, и небо — предел оттуда. Книга Блая произвела фурор, и согласно сообщениям в новостях[5], фонд, в котором она жила, преобразился благодаря ее работе. Тем не менее, она также выяснила, как представить, на что похожа жизнь в таком офисе, и как это, по-видимому, не помогает никому стать лучше, и это, возможно, расширило разговоры людей в этой стране о психических заболеваниях, и это могли бы подтолкнуть специалистов к разработке революционных методов лечения, которые могли бы полностью лечить дисфункциональное поведение.Если их размещение и отсоединение не сработало, они ожидали обнаружить что-то другое, что сработает.

Изобретательские методы лечения в 1930-х 

В начале 1900-х годов специалисты начали пытаться понять, что может заставить человека действовать причудливо, а мнения и чувства людей могут быть связаны с тем, что изгои сочли бы «безумием». Очевидно, что Зигмунд Фрейд оказал здесь значительное влияние, поскольку он строил различные предположения, пытаясь прояснить необычное поведение, и изобретал методы лечения, предназначенные для помощи людям, которые когда-либо могли оказаться в тюрьме без какой-либо помощи.[6]

Тем не менее, работа, продвигаемая Фрейдом, могла занять месяцы или даже много времени, и несколько групп, казалось, не улучшались, когда они находились под руководством предполагаемой «разговорной дозы». поэтому профессионалы начали возиться с экстремистскими исправлениями в 1930-х годах, [7] желая избавиться от психологической неприспособленности внутри и снаружи одним важным движением.

Процедуры, которые использовались для умственно отсталых, включали: 

  • Трансоподобные состояния, вызванные инсулином 
  • Лоботомия
  • Малярийные заболевания
  • Электрошоковая обработка

Эта работа продолжалась в некоторых учреждениях вплоть до 1940-х и 1950-х годов, и время от времени она помогала людям, у которых были настоящие болезни.В любом случае значительное количество этих стратегий становится нежелательным, а в последующие годы и вовсе уникальная стратегия лечения стала приобретать заметное качество у лиц с психологической дезадаптацией.

Синтетические ходатайства 

В 1940-х и 1950-х годах ученые начали исследовать различные направления в отношении различных порошков и пилюль, которые могли бы успокоить неуклюжую природу в уме и оказать реальную помощь людям с дисфункциональным поведением.Возможно, вместо того, чтобы привязывать людей к их кроватям или получать некоторую информацию об их проблемах, эти ученые-эксперты рассчитывали использовать своего рода сложное ограничение. Люди чувствовали бы себя намного лучше, и они могли бы действовать лучше, и никакой стандартизации не требовалось бы вообще. В огромной степени это была эффективная задача. Такие препараты, как литий, оказались подходящими для успокоения людей с очень серьезными случаями биполярного расстройства, в то время как антипсихотические препараты оказались подходящими для помощи людям с шизофренией.

В то же время число госпитализированных из-за психических заболеваний достигло ошеломляющих размеров.[8] Это была всемирная проблема, и специалисты начали размышлять, можно ли исключить людей из фондов и дать им лекарства, которые они могли бы использовать дома.

Начиная с 1950-х годов специалисты начали переводить людей из фондов в сети, и всего за пару коротких лет число людей, присоединившихся к официальным учреждениям, значительно сократилось.[9] К сожалению, группы людей не успели приспособиться к такому наплыву людей, которые требовали исключительно серьезного внимания.

Немногие имели возможность предложить необходимую помощь, например,

  • Помощь с жильем
  • Подготовка к занятию
  • Ментальное управление
  • Подготовка основных способностей
  • Социальная помощь 

Таким образом, многие люди, у которых в анамнезе были психические заболевания и которые ушли из ужасных офисов, оказались в обстоятельствах, которые были уникальными, а не заметно лучшими.Например, в утомительной заметке из The New York Times ,   [10] поднимается история разных молодых людей, которые были исключены из государственных фондов и вынуждены работать на фабрике по переработке индейки в течение довольно долгого времени, за менее 100 долларов каждый месяц. У этих мужчин не было связи со своими семьями, не было шансов приобрести фундаментальные способности и не было реального способа выбраться.

«Немногие счастливчики постоянно возвращались на юг на семидневный отдых. Другие пытались поддерживать связь с семьей по школьному телефону, некоторые из них звонили по отдельным номерам снова и снова, спустя, казалось бы, бесконечное количество времени за годом.Или же они снова ждали на почтовой станции, где для них почти ничего не было, кроме конфет на прилавке… Однако каждый раз в необычайное время удачливый человек получал открытку на день рождения или рождественское письмо, присланное из другой вселенной. ».

Они оставались там до 2009 года, когда контролеры из государственного отдела работ, а также представители ближайших сетей выявили условия, которые они считали вредными.

Люди с историей психических заболеваний, которые не были отправлены в подобные программы, время от времени ускользали от всеобщего внимания, и они вели повседневную жизнь в городе, дремля в картонных коробках, прося еды и спускаясь на небо, когда дни были ужасны.В одном из исследований этого вопроса,[11] проведенном в 1988 году, специалисты выяснили, что 28 % рассматриваемых ими бродяг имели поддающуюся диагностике психологическую дезадаптацию. Это поразительно высокое число.

В течение 1990-х годов специалисты обнаружили, что многие люди с психическими заболеваниями в анамнезе подпадали под действие системы уголовного правосудия из-за сочетания приема лекарств и обязательных правил осуждения.[12] Директора этих офисов смешались, чтобы быть в курсе интереса администрации со стороны лиц, которые были серьезно больны и не могли получить необходимую им помощь извне.

Лечение психологического благополучия сегодня

Сегодня по всей стране есть локальные центры эмоционального благополучия. Они расположены в районах, близких к домам клиентов с историей психических заболеваний, и они предоставляют огромное количество людей с психологической помощью различных видов и для некоторых видов проблем. К сожалению, часть того, что произошло с деинституционализацией, заключалась в том, что те, кто был доставлен из учреждений, должны были отправиться в недавно созданные центры, однако эта структура не была создана жизнеспособно.Фокусы были недостаточно профинансированы, персонал не был готов справляться с серьезными заболеваниями, такими как шизофрения, был высокий уровень выгорания персонала, и не было принято никаких мер для различных необходимых администраций, таких как жилье, питание и подготовка к работе. Без этой поддержки люди, доставленные в рамках деинституционализации, часто оказывались нищими. Действительно, даже сегодня огромная часть обездоленного населения считается интеллектуально больной ([ссылка]). Исследования показывают, что 26% обездоленных взрослых, живущих в укрытиях, испытывают психологическую нестабильность (У.S. Отдел жилищного строительства и городского благоустройства [HUD], 2011).

По мере того, как мы знакомимся с причинами и патологией различных историй психических заболеваний, эмоциональное благополучие в этом районе создало мощные и безопасные лекарства взамен этих опасных устаревших практик. Сегодня те, кто столкнулся с психическим заболеванием в анамнезе, могут получить пользу от психотерапии наряду с биомедицинской терапией и расширенным доступом к разуму. Лекарства будут продолжать меняться вместе с логическими и исследовательскими достижениями, а эксперты по психологическому благополучию приобретают понимание.

Некоторые группы обращаются за лечением, потому что система уголовного правосудия намекает на них или ожидает, что они уйдут. Для некоторых людей, например, еженедельное посещение руководящих собраний может быть условно-досрочным освобождением. Если человеку предписано пройти курс лечения, он ищет назначения автоматически. Принудительное лечение подразумевает лечение, которое не является решением человека. Другие могут умышленно искать лечение. Преднамеренное лечение подразумевает, что человек решает пойти на лечение, чтобы облегчить показания.

Психическое лечение может происходить в различных местах. Человек может обратиться в местный центр психологического благополучия или к специалисту в частной или местной практике. Ребенок может посещать школьного адвоката, школьного аналитика или школьного социального специалиста. Заключенный человек, у которого есть история психического заболевания, может получить кучу лечения в тюрьме. Существует широкий спектр видов поставщиков лечения, и требования к разрешению различаются от одного штата к другому. Помимо клиницистов и специалистов, есть клинические социальные работники, консультанты по вопросам брака и семьи, а также подготовленная строгая рабочая сила, которая дополнительно занимается наставничеством и лечением.

Это также может вас заинтересовать
Масло CBD может быть полезным во многих сферах жизни. Может быть, это поможет и вам. Просто прочитайте наш путеводитель о лучшем CBD Öl.
Мы с нетерпением ждем вашего мнения!

Современные методы лечения

Местные офисы работают в течение довольно долгого времени, чтобы предоставить людям с историей психических заболеваний помощь, в которой они нуждаются, чтобы справиться со своими состояниями, не входя в офис навсегда.Социальные работники, защитники психологического благополучия и многие другие были связаны с этим развитием, и, помня о том, что можно с уверенностью сказать, что некоторые сети предоставляют помощь, которая лучше, чем степень помощи, наблюдаемая в других сетях, безошибочно люди альтернативы для лечения сегодня через местные активы, которые просто не существовали 10 лет назад или около того.

Законы также изменились, и в настоящее время они позволяют заинтересованным родственникам и местным жителям помещать людей с психологическими отклонениями в лечебные учреждения на короткий период времени, пока они не получат контроль.Законы некоторых штатов даже разрешают людям с психологической нестабильностью принимать наркотики, независимо от того, хотят ли они этого.

Нетрудно рассматривать эти авторитетные изменения как метод, который может позволить людям на местном уровне жить с людьми, у которых есть история психического заболевания, не беспокоясь об их благополучии и ущербе. Как бы то ни было, люди с психологической нестабильностью имеют права, и некоторые не хотят признавать такое обращение.Некоторым пациентам необходимо справляться со своими заболеваниями, используя веб-ресурсы в качестве своих лечащих врачей, и они хотели бы иметь гораздо больше автономии.

Неясно, какую работу это может сыграть позже. Однако в настоящее время эксперты рассматривают лиц с дисфункциональным поведением в исключительной степени, в отличие от более ранних лет. Может быть, чем успокаивать их ограничениями и лекарствами, специалистам сейчас нужно сотрудничать с пациентами и помогать им. Это могло бы обеспечить тип лечения психологического благополучия, который каждый мог бы поддерживать.

Если вы хотите узнать о том, как проблемы психологического благополучия решаются в отделениях организации восстановления здоровья, мы просим вас позвонить нам. Наши координаторы по подтверждению находятся здесь весь день, каждый день, чтобы ответить на ваши вопросы об истории психического заболевания.

Источники

[1] «Женщины и психиатрия». (н.д.). Музей науки . По состоянию на 14 марта 2014 г.
[2] Парри, М. (апрель 2006 г.). «Доротея Дикс (1802–1887).» Американский журнал общественного здравоохранения . По состоянию на 14 марта 2014 г.
[3] «Доротея Дикс ходатайствует о государственной психиатрической больнице». (н.д.). Собачье правосудие для душевнобольных. По состоянию на 14 марта 2014 г.
[4] «Воспоминания о сумасшедшем доме Нелли». (н.д.). Американский опыт. По состоянию на 14 марта 2014 г.
[5] ДеМейн, Б. «Десять дней в сумасшедшем доме: женщина, которая ввязалась в себя». (2011). Ментальная нить. По состоянию на 14 марта 2014 г.
[6] «Зигмунд Фрейд». (н.д.). NNDB .По состоянию на 14 марта 2014 г.
[7] «Хронология: лечение психических заболеваний». (н.д.). Американский опыт. По состоянию на 14 марта 2014 г.
[8] Там же.
[9] Коянаги, К. (август 2007 г.). «Уроки истории: деинституционализация людей с психическими заболеваниями как предвестник реформы долгосрочного ухода». Комиссия Кайзера по Medicaid и незастрахованным . По состоянию на 14 марта 2014 г.
[10] Барри Д. (9 марта 2014 г.). «Мальчики» в ночлежке: тяжелый труд, жестокое обращение и выносливость в Хартленде.» Нью-Йорк Таймс. . По состоянию на 14 марта 2014 г.
[11] Koegel, P.; Бернам, Массачусетс, и Фарр, Р. (декабрь 1988 г.). «Распространенность конкретных психических расстройств среди бездомных во внутреннем городе Лос-Анджелеса». JAMA Psychiatry , по состоянию на 14 марта 2014 г.
[12] Diamond, P.; Ван, Э .; Хольцер, К.; Томас, К. и Крузер, А. (сентябрь 2001 г.). «Распространенность психических заболеваний в тюрьмах». Управление и политика в области психического здоровья и исследований в области психического здоровья. По состоянию на 14 марта 2014 года.

Бен Лессер — один из самых востребованных экспертов в области здоровья, фитнеса и медицины. Его статьи впечатляют своей уникальной исследовательской работой, а также проверенными на практике навыками. Он независимый писатель-медик, специализирующийся на создании контента для повышения осведомленности общественности о вопросах здравоохранения. Для нас большая честь, что Бен пишет исключительно для Dualdiagnosis.org.

Американская история подавления женщин с помощью психиатрии

Жаркой летней ночью 1860 года тяжелая дверь сумасшедшего дома с лязгом захлопнулась за Элизабет Паккард, и она почувствовала, что всякая надежда покидает ее.

Потому что она не сошла с ума. Она была просто независимой.

Тем не менее, согласно психиатрии 19-го века, женская независимость была безумием. Элизабет, домохозяйка и мать шестерых детей, просто противостояла своему властному мужу. Как она записала в защиту своего здравомыслия в том, что написала в приюте, она настаивала: «Я, хотя и женщина, имею такое же право на свое мнение, как и мой муж на свое», — но напористые женщины в те дни были быстро отправлены в приюты, помещены в лечебные учреждения за причинение «самых больших неприятностей семье» и за то, что они бросили вызов «любому домашнему контролю».Неудивительно, что Элизабет оказалась по ту сторону запертой двери отделения психиатрической лечебницы Джексонвилля в Иллинойсе.

Медицинская мудрость того времени заключалась в том, что напористые, честолюбивые женщины неестественны и поэтому больны. Веками считалось, что женская природа неразрывно связана с их репродуктивными органами, и со временем этот якобы научный факт превратился в убеждение, что для женщин естественно реализовывать себя исключительно в роли жен и матерей.Когда в 19 веке на первый план вышли гендерные роли, основанные на биологической основе (работа и интеллект для мужчин, дом и дети для женщин), врачам было достаточно одного маленького шага, чтобы объявить, что любая женщина, отвергающая свою покорную, домашнюю роль, инвалид с медицинской точки зрения. Один врач после посещения школы для девочек в 1858 году сказал: «Кажется, вы готовите своих девочек для сумасшедшего дома». Женщины, которые учились или читали — или просто обладали собственным разумом и решимостью его использовать, — демонстрировали «эксцентричность поведения», что означало, что они были «морально ненормальными» — диагноз, придуманный Джеймсом Коулзом Причардом в 1835 году.Их нужно было запереть до тех пор, пока они не приспособятся к более естественному женскому поведению.

И мужчинам в жизни было легко это сделать. Когда муж Елизаветы разобрался в этом вопросе, он обнаружил, что может устроить казнь своей жены просто «по просьбе мужа» и, в частности, «без доказательств невменяемости, требуемых в других случаях». Как выразилась Элизабет Паккард: «[Мой муж] поместил меня в этот сумасшедший дом с полной решимостью, что я должна хорошенько раздеться или взломать его, прежде чем он вытащит меня оттуда.

Когда Элизабет оценила свою ситуацию, она ясно увидела будущее, которое ждало ее, если она откажется подчиниться. Многие из ее товарищей-пациентов тоже были в здравом уме, но годами находились в приюте; один, виновный в «крайней ревности», находился на полпути к 16-летнему заключению. Соотечественники Елизаветы были осуждены за чтение романов, за «усердную учебу» и за «безумное» поведение во время «изменения жизни». (Один только менструальный цикл женщины мог свидетельствовать о том, что она страдает от «расстройства матки».Сумасшествие, связанное с месячными, было настолько обычным явлением, что врачи рекомендовали матерям отсрочивать начало менструаций у дочерей, заставляя их принимать холодные ванны и воздерживаться от мяса и романов.)

Исправьте свою историю болезни в одном месте: подпишитесь на еженедельный информационный бюллетень TIME History

Так много женщин были отправлены вместе с Элизабет, что больница была переполнена: 231 пациент втиснулся в ее 8 палат, и еще 240 пациентов ожидали список.К счастью, хлороформ и эфир особенно действовали на «буйных» женщин и поэтому успокаивали их, по словам врачей, «не только временно, но и навсегда». Многие начальники приютов считали, что такие средства сдерживания, как смирительные рубашки, «редко… необходимы среди мужчин», однако для непослушных женщин сдерживание было нормой. А если лекарства и смирительные рубашки не помогали, всегда была операция. Современные медицинские записи показывают, что 20-летняя женщина, которая провела «много времени за серьезным чтением», и 30-летняя жена, которая осмелилась выразить «большую неприязнь к своему мужу», были среди тех, кто подвергся последнему лечению для лечения женского пола. безумие: клиторидэктомия.

Теория гласит, что половые органы женщины вызывают ее безумие, поэтому отрезание клитора успокаивает ее. Врачи заявляли о 70% успеха. Другие методы лечения той эпохи включали удаление яичников, введение ледяной воды внутрь интимных отверстий и применение пиявок и каустики к гениталиям.

И был только один способ спастись: сдать .

Элизабет Паккард осознала суровую реальность: «Если [женщины] остаются верными своей природе, для них нет никакой надежды.

Все искренние эмоции нужно было подавлять. Каждый акт отличия от предписанной обществом модели женственности должен был подавляться. Елизавета не могла выказать своего гнева на случившееся или хотя бы намекнуть на ненависть к мужу. За ней наблюдал психиатр, и ее неподобающие дамам эмоции оправдывали бы дальнейшее заключение. В конце концов, женщины с «неуправляемым» характером и «твердой решимостью… много того, что называют нервами », были буквально хрестоматийными примерами женского безумия.

Тем не менее, Элизабет писала о «взломе», который она должна была испытать: «Я думаю, пройдет много времени, прежде чем это лекарство подействует». Решив остаться верной себе, она писала: «Дай Бог, чтобы время никогда не изгладило во мне этот дух сопротивления».

И этот дух сопротивления нам всем по-прежнему нужен. Потому что медикализация женского поведения не остановилась в 19 веке. Как и попытка заставить женщин замолчать и дискредитировать их, заявив, что мы сошли с ума.

Вспомните бесстрашных суфражисток, которых считали истериками. Один врач заявил: «К движениям женщины примешано много психических расстройств».

Подумайте о Роуз МакГоуэн, чья решимость привлечь Харви Вайнштейна к ответственности привела к тому, что его адвокаты обсуждали заговор, призванный заставить ее казаться «все более и более расклеенной», говорится в служебной записке.

Представьте себе Нэнси Пелоси в ярко-синем костюме, буквально противостоящую Дональду Трампу.«С ней… что-то не так наверху», — написал Трамп в ответ в Твиттере. «Она очень больной человек!»

В ту жаркую летнюю ночь 1860 года Элизабет подумала, что ее жизнь кончена. На самом деле все только начиналось. «Самое худшее, что могут сделать мои враги… они сделали, и я их больше не боюсь», — писала она о заключении в приюте. «Теперь я свободен быть правдивым и честным… Этот механизм по сокрушению женщин работает неправильно. Настоящая женщина сияет все ярче и ярче в процессе, вместо того, чтобы быть задушенной.

Патриархат может попытаться контролировать нас, но некоторые из нас не поддаются контролю. Вместо этого мы можем черпать вдохновение у таких женщин, как Элизабет, женщины, которая, как и многие другие до нее и давно, была объявлена ​​патриархальным обществом сумасшедшей просто за то, что высказала свое мнение. Тем не менее, несмотря на все шансы против нее, ей удалось победить и изменить мир, улучшив права женщин и психически больных.

«Женщины созданы для того, чтобы летать и парить, — писала она, — а не ползать и ползать, как того хотят от нас ненавистники нашего пола.

Мур — автор книги «Женщина, которую они не могли заставить замолчать», , доступной в настоящее время в Справочниках.

Больше обязательных к прочтению историй от TIME


Свяжитесь с нами по телефону по адресу [email protected]ком.

Бормотание может указывать на психическое заболевание: что вам нужно знать

Бормотание и разговоры с самим собой часто являются одним из немногих первичных симптомов психологических расстройств, а не расстройством как таковым.

Многие люди имеют привычку бессознательно бормотать или бормотать себе под нос в течение дня. Является ли это признаком психического заболевания?

Автор редакции | Опубликовано : 8 мая 2021 г., 18:14 IST

Начнем с хороших новостей.Вы можете часто обнаруживать, что разговариваете сами с собой; возможно, вы планируете свой следующий шаг на работе или задаетесь вопросом, где вы оставили ключи от машины. На самом деле, мы все время разговариваем сами с собой, и задавать эти номинальные будничные вопросы вполне нормально. Общение — это улица с двусторонним движением, и если вокруг нас никого нет, разговор с самим собой — это способ построить самостоятельную вовлеченность и найти решения для вещей, которые взвешивают наши умы. Это очень здоровый «внутренний разговор», который важен для самоанализа.Это то, что мы называем позитивным разговором с самим собой . Другая сторона медали — это то, что мы можем считать негативным внутренним диалогом.

ПРИЧИНЫ НЕГАТИВНОГО РАЗГОВОРА С САМОСТОЯТЕЛЬНОСТЬЮ/БОРМОЧАНИЯ/БОМБОЧЕНИЯ

Существует совершенно другая категория разговоров с самим собой, которая находится на подъеме, как пассивный продукт лежащего в основе психологического состояния, которое затрагивает значительную часть молодежи Индийское население. Это негативный разговор с самим собой, который часто классифицируется как бормотание из-за их низкого и приглушенного тона.Такой разговор с самим собой часто является способом выплеснуть гнев, расстройство и разочарование, которые либо приносят человеку облегчение, либо перерастают в великодушный негатив. Этот разговор с самим собой также может быть средством для пострадавшего человека, чтобы отрезать себя от мира и жить в своей скорлупе.

БОРМОТО КАК ЧАСТЬ ПСИХОЛОГИЧЕСКОГО РАССТРОЙСТВА

Если бормотание продолжается, пришло время посетить психолога или терапевта, который поможет выяснить причину этого бормотания. Если негативное гноящееся состояние сохраняется, то этот разговор с самим собой является тем, что большинство сочло бы бормотанием, и часто под предлогом психологических расстройств, включая посттравматическое стрессовое расстройство, тревогу, шизофрению и клиническую депрессию, и это лишь некоторые из них.

Тревога

Лица, страдающие социальным тревожным расстройством, часто имеют проблемы с голосом. Они не могут озвучивать свои мысли, а постоянное напряжение в их поведении может привести к тому, что часто звучит как бормотание. Тенденция высказываться и озвучивать свои мысли часто отсутствует у людей с тревогой.

Шизофрения

У страдающих шизофренией серьезно нарушены когнитивные способности, включая нарушение речи и двигательных навыков.В результате пациенты часто демонстрируют симптомы неорганизованной речи, которые в сочетании с плохим контролем над задачей могут звучать так, как будто кто-то бормочет. Шизофреники могут проявлять беспокойство, галлюцинации и невнятную речь, что опять-таки часто рассматривается как разговор с самим собой или, скорее, бормотание.

Посттравматическое стрессовое расстройство (ПТСР)

В фильмах часто показывают, что кто-то, кто пережил травму, часто бормочет себе под нос. Это частично верно.При очень специфических формах посттравматического стрессового расстройства социальные травмы нарушают речевые способности человека, что часто приводит к социальному смущению и разочарованию. Это может заставить человека бормотать, чтобы держаться подальше от негативного света.

ПОСЛЕДНЕЕ СЛОВО

Бормотание имеет очень широкий спектр диагностики и требует очень осторожного обращения. Бормотание и разговоры с самим собой часто являются одним из немногих основных симптомов психологических расстройств, а не самим расстройством. Профессиональное вмешательство является обязательным, чтобы помочь пресечь проблему в зародыше.

(Эта статья написана доктором Малини Саба, психологом, основателем и председателем Saba Group)

Total Wellness теперь на расстоянии одного клика.

Следите за нами на

Не сработал ли медикаментозный подход к психическим заболеваниям?

Одной из самых впечатляющих и тревожных работ научной журналистики, с которыми мне приходилось сталкиваться, является «Анатомия эпидемии : волшебные пули, психиатрические препараты и поразительный рост психических заболеваний в Америке », опубликованная в 2010 году.В книге, которую я рецензирую здесь, отмеченный наградами журналист Роберт Уитакер представляет доказательства того, что лекарства от психических заболеваний со временем и в совокупности наносят чистый вред. В 2012 году я привел Уитакера в свою школу, чтобы выступить с докладом, отчасти для того, чтобы проверить его. Он произвел на меня впечатление умного, здравомыслящего и дотошного репортера, чьи глубокие исследования привели его к поразительным выводам. С тех пор, не встречая убедительных опровержений тезиса Уитакера, я продолжаю находить его подтверждения. Если Уитакер прав, современная психиатрия вместе с фармацевтической промышленностью нанесли ятрогенный вред миллионам людей.Сообщения о нарастающих психических расстройствах во время пандемии заставляют меня еще раз задуматься о взглядах Уитакера и задаться вопросом, как они изменились. Ниже он отвечает на некоторые вопросы. —Джон Хорган

Horgan: Когда и почему вы начали писать о психическом здоровье?

Уитакер: Это произошло очень окольным путем. В 1994 году я стал соучредителем издательской компании CenterWatch, которая освещала деловые аспекты «индустрии клинических испытаний», и вскоре мне стало интересно писать о том, как финансовые интересы подрывают испытания лекарств.Риспердал и Зипрекса только что появились на рынке,

.

, и после того, как я воспользовался запросом о свободе информации, чтобы получить обзор этих двух препаратов от FDA, я увидел, что испытания психиатрических препаратов были ярким примером этой коррупции. Кроме того, я узнал об исследованиях, финансируемых NIMH, которые, как мне казалось, оскорбляли пациентов с шизофренией, и в 1998 году я стал соавтором серии статей для Boston Globe о жестоком обращении с пациентами в психиатрических исследованиях.

Меня интересовал более широкий вопрос о коррупции и злоупотреблениях в исследовательских учреждениях, а не только психиатрия.

В то время у меня все еще было обычное представление о психиатрических препаратах. Насколько я понимаю, исследователи добились больших успехов в понимании психических расстройств и обнаружили, что шизофрения и депрессия возникают из-за химического дисбаланса в мозге, который затем восстанавливают с помощью психиатрических препаратов. Однако, репортируя эту серию, я наткнулся на исследования, которые не имели для меня никакого смысла, поскольку они противоречили тому, что я считал «правдой», и именно это привело меня на этот путь репортажа о психическом здоровье.

Во-первых, Всемирная организация здравоохранения провела два исследования, которые обнаружили, что долгосрочные результаты лечения пациентов с шизофренией в трех «развивающихся» странах были намного лучше, чем в США и пяти других «развитых» странах. Для меня это не имело особого смысла, а потом я прочитал это: в развивающихся странах антипсихотические препараты применялись остро, но не хронически. Только 16% пациентов в развивающихся странах регулярно принимали нейролептики, тогда как в развитых странах это было стандартом лечения.Это не согласовывалось с моим пониманием того, что эти препараты были основным средством лечения больных шизофренией.

Во-вторых, исследование, проведенное учеными из Гарварда, показало, что исходы шизофрении снизились за предыдущие 20 лет и сейчас не лучше, чем в первой трети 20-го века. Это не согласовывалось с моим пониманием того, что психиатрия добилась больших успехов в лечении людей с таким диагнозом.

Эти исследования привели к тому, что я поставил под сомнение историю, которую наше общество рассказывало о тех, кого мы называем «сумасшедшими», и я получил контракт на книгу, чтобы изучить этот вопрос.Этот проект превратился в «Безумные в Америке », в котором рассказывается об истории обращения нашего общества с серьезно психически больными, начиная с колониальных времен и до наших дней — истории, отмеченной плохой наукой и жестоким обращением общества с теми, кому поставили такой диагноз.

Хорган: Вы по-прежнему считаете себя журналистом или прежде всего активистом?

Уитакер: Я вообще не считаю себя «активистом». В моих собственных работах и ​​в веб-журнале Mad in America, которым я руковожу, я думаю, вы увидите журналистские практики в действии, хотя и на службе «активистской» миссии.

Вот наше заявление о миссии: «Миссия Mad in America — служить катализатором переосмысления психиатрической помощи в Соединенных Штатах (и за рубежом). Мы считаем, что нынешняя парадигма помощи, основанная на лекарствах, подвела наше общество, и что научные исследования, а также жизненный опыт тех, у кого диагностировано психическое расстройство, требуют глубоких изменений».

Таким образом, наша отправная точка состоит в том, что «перемены» необходимы, и хотя в них есть активистский элемент, я думаю, что журналистика, выступающая в качестве источника информации, имеет основополагающее значение для этих усилий.Как организация, мы не утверждаем, что у нас есть ответы на вопрос, какими должны быть эти изменения, что было бы, если бы мы стремились быть активистами. Вместо этого мы стремимся быть форумом для продвижения информированных общественных дискуссий на эту тему.

Вот что мы делаем:

  • Мы публикуем ежедневные сводки научных исследований с результатами, которые редко освещаются в основных средствах массовой информации. В архивах наших исследовательских отчетов вы найдете целый ряд выводов, противоречащих общепринятому повествованию.Например, есть сообщения о том, что попытки найти гены психических расстройств оказались довольно бесплодными, или о том, как социальное неравенство вызывает психические расстройства, или о плохих долгосрочных результатах при нашей нынешней парадигме лечения. И так далее — мы просто хотим, чтобы эти научные открытия стали известны.
  • Мы регулярно публикуем интервью с исследователями и активистами, а также подкасты, посвященные этим вопросам.
  • Мы запустили MIA Reports как демонстрацию нашей печатной журналистики.Мы публиковали подробные статьи о многообещающих новых инициативах в Европе; расследования на такие темы, как принудительное амбулаторное лечение; освещение «новостей», связанных с политикой в ​​области психического здоровья в Соединенных Штатах; и случайные сообщения о том, как основные средства массовой информации освещают проблемы психического здоровья.
  • Мы также публикуем блоги профессионалов, ученых, людей с жизненным опытом и других лиц, проявляющих особый интерес к этой теме. Эти блоги и личные истории призваны помочь информировать общество о «переосмыслении» психиатрической помощи.

Все эти усилия, я думаю, укладываются в рамки «журналистики».

Однако я понимаю, что выхожу за рамки обычной «научной журналистики», когда публикую критику «доказательной базы», ​​связанной с психиатрическими препаратами. Я сделал это в своих книгах Безумие в Америке и Анатомия эпидемии , а также в книге, которую я написал в соавторстве, Психиатрия под влиянием . Я продолжал делать это с отчетами МВД.

Обычной практикой в ​​«научной журналистике» является обращение к «экспертам» в данной области и сообщение о том, что они рассказывают о своих открытиях и практике. Тем не менее, когда я писал и репортировал Безумие в Америке, , я понял, что, когда «эксперты» в области психиатрии разговаривали с журналистами, они регулярно обращались к истории, которую они должны были рассказать, которая была историей о том, как развивалась их область. добился больших успехов в понимании биологии расстройств и медикаментозного лечения, которое — как мне снова и снова говорили, когда я был соавтором серии для Boston Globe — исправило химический дисбаланс в мозге.Но я обнаружил, что их собственная наука регулярно опровергала историю, которую они рассказывали средствам массовой информации. Вот почему я сосредоточился на истории, которую можно было извлечь из критического взгляда на их собственную научную литературу.

Итак, что я делаю в этих критических анализах, таких как самоубийство в эпоху прозака и влияние нейролептиков на смертность, — это анализ соответствующих исследований и объединение этих результатов в последовательный отчет. Я также просматриваю исследования, цитируемые в поддержку общепринятых убеждений, и смотрю, действительно ли данные в этих статьях подтверждают выводы, представленные в аннотации.На самом деле все это не так уж сложно, и все же я знаю, что для журналиста необычно оспаривать общепринятую «медицинскую мудрость».

Horgan: Анатомия эпидемии утверждает, что лекарства от психических заболеваний, хотя и приносят краткосрочное облегчение многим людям, наносят чистый вред. Это справедливое резюме?

Уитакер: Да, хотя мое мышление несколько изменилось с тех пор, как я написал эту книгу.

Я более чем когда-либо убежден, что психиатрические препараты в долгосрочной перспективе причиняют чистый вред.Я бы хотел, чтобы это было не так, но доказательств того, что эти препараты в целом ухудшают долгосрочные результаты, становится все больше.

Однако мое мышление изменилось следующим образом: я больше не уверен, что лекарства обеспечивают краткосрочную пользу для пациентов в целом. Если вы посмотрите на краткосрочные исследования антидепрессантов и нейролептиков, то увидите, что данные об эффективности в уменьшении симптомов по сравнению с плацебо на самом деле весьма незначительны и не достигают уровня «клинически значимого» преимущества.

Кроме того, проблема со всеми этими исследованиями заключается в том, что в исследованиях нет настоящей группы плацебо. Группа плацебо состоит из пациентов, которые прекратили прием психотропных препаратов, а затем были рандомизированы в группу плацебо. Таким образом, группа плацебо — это группа отмены наркотиков, а мы знаем, что отказ от психиатрических препаратов может вызвать множество негативных последствий. Группа плацебо, ранее не принимавшая лекарства, скорее всего, имела бы гораздо лучшие результаты, и если бы это было так, то как бы эта реакция на плацебо сравнивалась с реакцией на лекарство?

Короче говоря, исследования краткосрочных эффектов психиатрических препаратов представляют собой научный беспорядок.Фактически, в статье 2017 года, которая была разработана для защиты длительного использования нейролептиков, тем не менее небрежно признавалось, что «не сообщалось о плацебо-контролируемых исследованиях у пациентов с первым приступом психоза». Антипсихотики были введены 65 лет назад, и у нас до сих пор нет убедительных доказательств того, что они действуют в краткосрочной перспективе у пациентов с первым эпизодом. Что довольно поразительно, если подумать.

Хорган: Кто-нибудь из ваших критиков — Э. Фуллер Торри, например, заставил вас переосмыслить вашу диссертацию?

Уитакер: Когда вышло первое издание Анатомия эпидемии (2010), я знал, что будут критики, и думал, что это будет здорово.Это как раз то, что нужно, общественная дискуссия о долгосрочных эффектах психиатрических препаратов.

Должен признаться, что я разочарован критикой. В основном это были атаки ad hominem — я тщательно отбирал данные, или я неправильно понял результаты, или я просто предвзят, но критики не говорят, какие данные я пропустил, или не указывают на результаты, которые говорят о лекарствах, которые улучшить долгосрочные результаты. Честно говоря, я думаю, что мог бы намного лучше критиковать свою работу.

Вы упоминаете критику Э. Фуллера Торри, в которой он заявляет, что я исказил, и неправильно понял некоторые из исследований, которые я цитировал. Я отнесся к этому серьезно и ответил на него очень подробно.

Теперь, если ваш собственный «тезис» действительно ошибочен, то критик должен быть в состоянии указать на его недостатки, в то время как точно детализирует то, что вы написали. Если это так, то у вас есть веская причина переосмыслить свои убеждения. Но если критика не соответствует этому стандарту, а скорее полагается на искажение того, что вы написали, то у вас есть основания сделать вывод, что критику не хватает доказательств для честного довода.Именно так я вижу критику Торри.

Например, Торри сказал, что я неправильно понял исследование Мартина Хэрроу о долгосрочных результатах для пациентов с шизофренией. Харроу сообщил, что скорость выздоровления была в восемь раз выше у тех, кто отказался от антипсихотических препаратов, по сравнению с теми, кто продолжал принимать лекарства. Однако в своей статье 2007 года Хэрроу заявил, что лучшие результаты для тех, кто отказался от лекарств, были потому, что у них был лучший прогноз, а не из-за негативных эффектов лекарств.Если вы прочтете Анатомия эпидемии, , вы увидите, что я представляю его объяснение.

Тем не менее, в моем интервью с Хэрроу я отметил, что его собственные данные показали, что те, у кого были диагностированы более легкие психотические расстройства, которые продолжали принимать антипсихотики, в долгосрочной перспективе чувствовали себя хуже, чем пациенты с шизофренией, которые прекратили прием лекарств. Это было сравнение, которое показало, что менее больные, получавшие нейролептики, чувствовали себя хуже, чем более тяжелобольные, которые отказались от этих лекарств.И я представил это сравнение в Анатомия эпидемии .

Делая это, я шел на риск: я говорил, что, возможно, данные Харроу привели к иному выводу, чем он сделал, а именно, что антипсихотические препараты в долгосрочной перспективе оказали негативное влияние.

После того, как Анатомия была опубликована, Хэрроу и его коллега Томас Джоб вернулись к своим данным и исследовали именно эту возможность. Впоследствии они написали несколько статей, исследующих эту тему, в одном или двух случаях цитируя меня за то, что я поднял этот вопрос, и нашли основания сделать вывод, что это может быть так.Они писали: «Насколько уникальным среди медицинских методов лечения является то, что очевидная эффективность нейролептиков может со временем уменьшаться или становиться вредной? Есть много примеров других лекарств с аналогичными долгосрочными эффектами, причем это часто происходит, когда организм биологически приспосабливается к лекарствам».

Таким образом, в данном случае я сделал следующее: я точно сообщил результаты исследования Хэрроу и его интерпретацию своих результатов, и я точно представил данные его исследования, которые говорили о возможной иной интерпретации.Затем авторы пересмотрели свои собственные данные, чтобы приступить к этому расследованию. И все же критика Торри заключается в том, что я исказил исследование Хэрроу.

Такая же критика, кстати, до сих пор сыплется на меня. Вот недавняя статья в Vice , в которой снова цитируются люди, говорящие, что я искажаю и неправильно истолковываю исследования, на примере Хэрроу.

Я хочу подчеркнуть, что критика «моего тезиса» о долгосрочных эффектах психиатрических препаратов важна и приветствуется.См., в частности, две статьи, посвященные этому (здесь и здесь), и мой ответ в целом на такую ​​критику и на вторую.

Horgan: Когда я критикую психиатрические препараты, люди иногда говорят мне, что лекарства спасли им жизнь. Вы должны получить эту реакцию много. Что вы ответите?

Уитакер: Я слышу это, и когда слышу, я отвечаю: «Отлично! Я так рада узнать, что лекарства подействовали на вас!» Но, конечно, я также слышу от многих людей, что наркотики разрушили их жизнь.

Я действительно считаю, что индивидуальный опыт психиатрического лечения, будь то хороший или плохой, должен почитаться как достойный и «действительный». Они являются свидетелями собственной жизни, и мы должны включить эти голоса в наше общественное мнение о достоинствах психиатрических препаратов.

Однако долгое время мы в основном слышали о «хороших» результатах в основных СМИ, в то время как о «плохих» результатах смирились, рассказывая свои истории на интернет-форумах. Что Mad in America стремилось сделать, пытаясь служить форумом для переосмысления психиатрии, так это предоставить выход для этой последней группы, чтобы их голоса тоже могли быть услышаны.

Личные отчеты, конечно, не меняют итоговых «доказательств», которые обнаруживаются в исследованиях исходов больших групп пациентов. К сожалению, это говорит о лекарствах, которые в целом приносят больше вреда, чем пользы.

Например, в отношении темы «спасения жизней» это преимущество не отражено в данных общественного здравоохранения. «Стандартный уровень смертности» для лиц с серьезными психическими расстройствами по сравнению с населением в целом заметно увеличился за последние 40 лет.

Хорган: Видите ли вы перспективные направления в психиатрии?

Уитакер: Да, определенно.

У вас есть сеть Слышащих Голосов, состоящая из людей, которые слышат голоса и предлагают помощь в обучении жить с голосами, а не подавлять их, что и должны делать наркотики. Эти сети запущены и работают в США и во многих странах мира.

У вас есть подходы Открытого Диалога, которые были впервые применены в северной Финляндии и доказали там свою эффективность, а затем были приняты в Соединенных Штатах и ​​многих европейских странах (и за их пределами.) Эта практика уделяет гораздо меньше внимания лечению нейролептиками и гораздо больше внимания помогает людям реинтегрироваться в семью и общество.

У вас появилось много альтернативных программ, даже на государственном уровне. Норвегия, например, приказала своим больничным округам предлагать «безмедикаментозное» лечение тем, кто в нем нуждается, и теперь в Норвегии есть частная больница, которая помогает хроническим пациентам отказаться от психиатрических препаратов.В Израиле возникли дома Сотерии (иногда их называют стабилизирующими домами), где использование нейролептиков необязательно, а окружающая среда — поддерживающая жилая среда — рассматривается как основная «терапия».

У вас есть специальный докладчик ООН по вопросам здравоохранения Дайнюс Пурас, призывающий к «революции» в области психического здоровья, которая заменит сегодняшнюю биологическую парадигму заботы парадигмой, уделяющей больше внимания факторам социальной справедливости — бедности, неравенству и т. д.— как источник душевного расстройства.

Все эти инициативы говорят о попытках найти новый путь. Но, возможно, самое главное, с точки зрения «позитивных тенденций», нарратив, который нам рассказывали с 1980-х годов, рухнул, что дает возможность утвердиться новой парадигме.

Все больше и больше исследований говорят о том, что традиционное повествование во всех его деталях не сработало. Диагнозы в Диагностическом и статистическом руководстве ( DSM ) не были подтверждены как отдельные заболевания; генетика психических расстройств остается под вопросом; МРТ-сканирование не оказалось полезным; долгосрочные результаты плохие; и представление о том, что психиатрические препараты устраняют химический дисбаланс, было отвергнуто.Рональд Пайс, бывший главный редактор Psychiatric Times , даже стремился дистанцировать психиатрию как институт от подобных заявлений.

Horgan: Обладают ли мозговые имплантаты или другие устройства электростимуляции каким-либо терапевтическим потенциалом?

Уитакер: У меня нет готового ответа на этот вопрос. Мы опубликовали две статьи об анализе результатов испытания глубокой стимуляции мозга и о страданиях некоторых пациентов, получавших такое лечение в течение длительного времени.В этих статьях рассказывается, почему может быть трудно ответить на этот вопрос: существуют финансовые факторы, которые подталкивают к опубликованию результатов, говорящих об терапевтическом успехе, даже если данные не подтверждают этот вывод, и у нас есть исследовательская среда, которая не в состоянии изучить отдаленные результаты.

История соматического лечения психических расстройств также дает основания для осторожности. Это история одного соматического лечения за другим, которые первоначально превозносились как целебные или чрезвычайно полезные, а затем не выдерживали испытания временем.Изобретатель фронтальной лоботомии Эгас Мониш был удостоен Нобелевской премии за изобретение операции, которую сегодня мы понимаем как нанесение увечий.

Важно не исключать возможность того, что соматическое лечение может быть полезным, по крайней мере, для некоторых пациентов. Но есть много причин опасаться первоначальных заявлений об успехе.

Horgan: Следует ли серьезно относиться к психоделическим препаратам в качестве лечения?

Уитакер: Я думаю, здесь тоже нужно соблюдать осторожность.Несомненно, прием психоделических препаратов сопряжен со многими рисками, и если бы вы сегодня провели исследование первых эпизодов психоза, то обнаружили бы, что высокий процент пациентов перед психотическим срывом употреблял наркотики, изменяющие сознание, — антидепрессанты, марихуану, ЛСД. и так далее. В то же время мы публиковали обзоры статей, в которых сообщалось о положительных результатах применения психоделиков. Каковы преимущества по сравнению с рисками? Можно ли реализовать возможные выгоды при минимальных рисках? Это вопрос, который стоит изучить, но тщательно.

Хорган: Как насчет медитации?

Уитакер: Я знаю, что многие люди находят медитацию полезной. Я также знаю, что другим людям трудно — и даже угрожающе — сидеть в тишине своего разума. Mad in America опубликовали обзоры исследований о медитации, несколько блоггеров написали об этом, а в нашем разделе ресурсов, посвященном «немедикаментозной терапии», мы обобщили результаты исследований, касающихся ее использования при депрессии. Мы пришли к выводу, что исследования по этому вопросу не так надежны, как хотелось бы.

Однако я думаю, что ваш вопрос наводит на более широкую мысль: люди, борющиеся со своим разумом и эмоциями, могут придумать много разных подходов, которые они сочтут полезными. Упражнения, диета, медитация, йога и так далее — все это попытки изменить свое окружение, и, в конечном счете, я думаю, что это может быть очень полезно. Но человек должен найти свой путь к тому изменению окружающей среды, которое лучше всего подходит для него.

Хорган: Видите ли вы прогресс в понимании причин психических заболеваний?

Уитакер: Да, и этот прогресс можно резюмировать следующим образом: исследователи возвращаются к исследованиям того, как на нас влияет то, что «с нами произошло.

Исследование «Неблагоприятные детские переживания» предоставляет убедительные доказательства того, как травмы в детстве — развод, бедность, жестокое обращение, издевательства и т. д. — наносят долгосрочный ущерб физическому и психическому здоровью. Опросите любую группу женщин с диагнозом серьезное психическое расстройство, и вы регулярно будете находить сообщения о сексуальном насилии. Расизм требует платы. Так же и бедность, гнетущие условия труда и т.д. Вы можете продолжать и продолжать, но все это является напоминанием о том, что мы, люди, созданы для того, чтобы реагировать на окружающую среду, и совершенно ясно, что психические расстройства в значительной степени возникают из-за сложных условий и угрожающих переживаний, прошлых и настоящих.

И, сосредоточив внимание на жизненном опыте как на источнике «психического заболевания», теперь задается связанный с этим вопрос: что нам всем нужно, чтобы быть психически здоровыми? Жилье, хорошая еда, смысл жизни, кого-то любить и так далее — если вы посмотрите на это с этой точки зрения, то сможете понять, почему, когда эти поддерживающие элементы начинают исчезать, появляются психические трудности.

Я не исключаю, что могут быть биологические факторы, вызывающие «психическое заболевание». Хотя биологические маркеры, указывающие на конкретное расстройство, не обнаружены, мы биологические существа, и мы знаем, например, что существуют физические болезни и токсины, которые могут вызывать психотические эпизоды.

Тем не менее, прогресс, достигнутый в настоящее время, заключается в отходе от роботизированного «все дело в химии мозга» в направлении нового открытия важности нашей социальной жизни и нашего опыта.

Хорган: Нам есть чему поучиться у Зигмунда Фрейда?

Уитакер: Я, конечно, да. Фрейд является напоминанием о том, что большая часть нашего разума скрыта от нас и что то, что просачивается в наше сознание, исходит от смеси многих частей нашего разума, наших эмоциональных центров и наших более первобытных инстинктов.Вы все еще можете увидеть достоинства описаний Фрейдом ид, эго и суперэго как концептуализации различных частей мозга. Я читал Фрейда, когда учился в колледже, и это стало для меня важным опытом.

Хорган: Я боюсь, что капитализм в американском стиле не обеспечивает хорошего здравоохранения, в том числе психиатрической помощи. Что вы думаете?

Уитакер: Понятно, что нет.

Во-первых, у нас есть коммерческое здравоохранение, предназначенное для лечения «болезней».В случае психиатрической помощи это означает, что можно получить прибыль, рассматривая людей как «больных» и леча их от этой «болезни». Прими таблетку! Другими словами, капитализм в американском стиле, который работает над созданием рынков для продуктов, обеспечивает стимул для создания психически больных, и он делает это с большим успехом за последние 35 лет.

Во-вторых, без получения прибыли у вас не будет столько инвестиций в психосоциальную помощь, которая может помочь человеку изменить свою жизнь.В психосоциальной помощи есть социальные расходы, но мало корпоративной прибыли, а капитализм в американском стиле не поддается этому уравнению.

В-третьих, при нашем капитализме в американском стиле (вспомните неолиберализм) именно личность считается «больной» и нуждается в лечении. Общество получает свободный проход. Это также является препятствием на пути к хорошему «психическому здоровью», поскольку мешает нам думать о том, какие изменения мы могли бы внести в наше общество, которые были бы более полезными для всех нас. С нашим капитализмом в американском стиле у нас теперь крайне неравное общество, где все больше и больше богатства достается немногим избранным, и все больше и больше людей изо всех сил пытаются оплатить свои счета.Это рецепт от психического расстройства. Хорошая «психологическая помощь» начинается с создания более равноправного и справедливого общества.

Horgan: Как пандемия COVID-19 может повлиять на уход за психически больными?

Уитакер: Об этом сообщил Mad in America. Пандемия, конечно, может быть особенно опасной для людей в психиатрических больницах или в интернатах.

Угроза — это больше, чем просто воздействие вируса, которое может возникнуть в таких условиях.Люди, которые борются таким образом, часто чувствуют себя ужасно изолированными, одинокими и боятся быть с другими. Меры COVID-19 с призывами к социальному дистанцированию могут усугубить ситуацию. Я думаю, что это ставит персонал больниц и тех, кто управляет домами-интернатами, в чрезвычайно сложное положение — как они могут помочь ослабить изоляцию пациентов, даже если от них ожидают соблюдения определенного типа социального дистанцирования?

Хорган: Если следующий президент назовет вас царем психического здоровья, что будет в начале вашего списка дел?

Уитакер: Что ж, я почти уверен, что этого не произойдет, а если бы это произошло, я бы быстро признал, что совершенно не годен для этой работы.Но с моего места в Mad in America, вот что я хотел бы увидеть в нашем обществе.

Как вы можете видеть из моих ответов выше, я думаю, что фундаментальная проблема заключается в том, что наше общество организовалось вокруг ложного нарратива, который нам продали как научный нарратив. В начале 1980-х мы начали слышать, что психические расстройства — это дискретные заболевания головного мозга, вызванные химическим дисбалансом в мозге, и что новое поколение психиатрических препаратов устраняет этот дисбаланс, как инсулин при диабете.Это история об удивительном медицинском прорыве: исследователи обнаружили в нашем мозгу те самые химические вещества, которые вызывают сумасшествие, депрессию, тревогу или СДВГ, и разработали лекарства, способные вернуть химию мозга в нормальное состояние. Учитывая сложность человеческого мозга, если бы это было правдой, это, возможно, было бы величайшим достижением в истории медицины.

И мы поняли, что это правда. Мы пришли к выводу, что существует четкая грань между «нормальным» мозгом и «аномальным» мозгом, что с медицинской точки зрения полезно проводить скрининг на эти болезни, и что психиатрические препараты очень безопасны и эффективны, и их часто необходимо принимать. принято на всю жизнь.

Но сегодня ясно видно, что это повествование было маркетинговой, а не научной историей. Это была история, которую психиатрия как учреждение продвигала в целях гильдии, и это была история, которую фармацевтические компании продвигали по коммерческим причинам. На самом деле наука рассказывает совсем другую историю: биология психических расстройств остается неизвестной; расстройства в DSM не были признаны отдельными заболеваниями; препараты не устраняют химический дисбаланс, а скорее нарушают нормальные функции нейротрансмиттеров; и даже их краткосрочная эффективность в лучшем случае маргинальна.

Как и следовало ожидать, организация нашего мышления вокруг ложного нарратива стала социальной катастрофой: резкий рост бремени психических заболеваний в нашем обществе; плохие долгосрочные функциональные результаты для тех, кто постоянно принимает лекарства; патологизация детства; и так далее.

Сейчас нам нужен новый нарратив, вокруг которого можно было бы организоваться, пропитанный историей, литературой, философией и хорошей наукой. Я думаю, что первым шагом будет отказ от DSM . В этой книге представлена ​​самая бедная «философия бытия», какую только можно вообразить.Любой, кто слишком эмоционален, или борется со своим разумом, или просто не любит находиться в скучной обстановке (вспомните СДВГ), является кандидатом на диагноз. Нам нужен рассказ, который, по правде говоря, можно найти в литературе. Романы, Шекспир, Библия — все они рассказывают о том, как мы, люди, боремся со своим разумом, эмоциями и поведением. Это норма; это состояние человека. И все же персонажи, которых мы видим в литературе, если рассматривать их через призму DSM , регулярно подходили бы для постановки диагноза.

В то же время литература рассказывает о том, как люди могут быть такими устойчивыми, и что мы меняемся с возрастом и перемещаемся в различных средах. Нам нужно, чтобы это тоже было частью нового повествования; наша текущая модель болезни рассказывает о том, что люди, вероятно, будут хронически больными. Их мозг неисправен, поэтому терапевтическая цель состоит в том, чтобы справиться с симптомами «болезни». Нам нужно повествование, которое заменяет этот пессимизм надеждой.

Если бы мы приняли это литературное понимание того, что значит быть человеком, то можно было бы выработать политику «психического здоровья», которая начиналась бы с вопроса: как мы создаем среду, более благоприятную для всех нас? Как мы создаем школы, основанные на детской любознательности? Как вернуть природу в нашу жизнь? Как нам создать общество, которое поможет дать людям смысл, чувство общности и чувство гражданского долга? Как нам создать общество, которое способствует хорошему физическому здоровью и обеспечивает доступ к жилью и медицинскому обслуживанию?

Кроме того, принимая во внимание эту концепцию, индивидуальная терапия поможет людям изменить свое окружение.Вы можете поощрять прогулки на природе; рекомендовать волонтерскую работу; обеспечить условия, в которых люди могли бы пойти и выздороветь, и так далее. Самое главное, в отличие от парадигмы ухода, основанной на болезни, парадигма, основанная на благополучии, поможет людям почувствовать надежду и поможет им найти способ создать для себя другое будущее. Кстати, этот подход может быть полезен людям, перенесшим психотический эпизод. Дома Soteria и Open Dialogue — это «терапия», направленная на то, чтобы таким образом помочь психотическим пациентам.

В рамках этой «оздоровительной» парадигмы ухода по-прежнему будет место для использования лекарств, которые помогают людям чувствовать себя по-другому, по крайней мере, на время: седативные средства, транквилизаторы и так далее. И вы все еще хотели бы финансировать науку, которая стремится лучше понять многие пути к изнурительным состояниям настроения и «психозу» — травмам, плохому физическому здоровью, физическим болезням, недосыпу, жизненным неудачам, изоляции, одиночеству и да, любые биологические уязвимости, которые могут присутствовать.В то же время вы хотели бы финансировать науку, которая стремится лучше понять основы «здоровья».

Хорган: Какова твоя утопия?

Уитакер: Моей «утопией» был бы мир, подобный тому, который я только что описал, основанный на новом повествовании о психических заболеваниях, основанный на понимании того, насколько мы, люди, эмоциональны, как мы боремся со своим разумом и как мы устроены, чтобы реагировать на окружающую среду. И это действительно миссия Mad in America.Мы хотим, чтобы это был форум для создания нового общественного нарратива о «психическом здоровье».

Дополнительное чтение :

Может ли психиатрия излечить себя?

Делают ли нас психиатрические препараты хуже?

Мета-пост: сообщения о психических заболеваниях

Мета-пост: сообщения о мозговых имплантатах

Мета-пост: сообщения о психоделиках

Мета-пост: посты о буддизме и медитации

См. также главу «Смысл безумия» в моей бесплатной онлайн-книге Проблемы разума и тела .

Депрессия, тихий убийца: The Tribune India

Доктор Пракрити Поддар

ДЕПРЕССИЯ — это слово, которое мы часто бросаем, не осознавая глубины болезни. Это состояние психического здоровья, которое поражает людей всех возрастов в виде одного или повторяющихся больших депрессивных эпизодов (БДЭ), которые могут быть легкими, умеренными или тяжелыми. Не существует единой известной причины депрессии — это расстройство мозга, которое возникает из-за сочетания генетических и экологических факторов, работающих вместе.Это частое расстройство настроения, которое серьезно инвалидизирует и оказывает значительное влияние на повседневную жизнь человека, а также общества в целом, включая значительное экономическое бремя для общества. По данным The Lancet, психические расстройства являются одной из основных причин несмертельного бремени болезней в Индии; В 2017 году в Индии 197,3 миллиона человек страдали психическими расстройствами, в том числе 45,7 миллиона человек с депрессивными расстройствами и 44,9 миллиона человек с тревожными расстройствами. Далее утверждается, что психические расстройства включали 2.5 процентов от общего числа лет жизни с поправкой на инвалидность (DALY) в Индии в 1990 году, которые увеличились до 4,7 процента в 2017 году. Среди неинфекционных заболеваний (НИЗ) психическое здоровье является крупнейшим фактором экономических потерь в Индии — по оценкам, 20 процентов экономических потерь от НИЗ в период с 2012 по 2030 год на сумму 6,2 триллиона долларов США будут вызваны проблемами психического здоровья.

Потребность в больших усилиях

И все же нужно совершить самоубийство, чтобы заставить людей публиковать сообщения «Я здесь» в социальных сетях. Настало время отказаться от этого подхода «по одному» к депрессии и другим психическим расстройствам и взяться за дубины, чтобы их поддерживать.Признаком депрессии является тенденция наносить себе смертельные травмы, то есть попытки самоубийства. Депрессия является фактором риска суицидальных мыслей, и хороший уход за психическим здоровьем может снизить этот риск; к счастью, есть несколько способов помочь пострадавшему получить к ним доступ. Программы предотвращения самоубийств и горячие линии могут оказать поддержку и на какое-то время сдержать тенденцию. Однако акцент на суициде и его предотвращении отвлекает внимание от того факта, что в «наихудших» ситуациях депрессия и вытекающие из нее суицидальные мысли/попытки самоубийства/самоубийство могут быть непреодолимыми.По данным Всемирной организации здравоохранения, «эпидемии самоубийств» были трясиной и, как известно, происходят спорадически, но неоднократно, в определенных группах населения, таких как американские индейцы, и в определенных местах, таких как психиатрические стационары. Те, кто совершает такие действия, преимущественно страдают расстройствами настроения, а наиболее распространенным расстройством настроения является большая депрессия.

Выслушай их

Закон об охране психического здоровья 2017 года является долгожданным шагом в признании этого заболевания, о котором часто молчат.Бюджет на психическое здоровье составляет менее 1% от общего бюджета здравоохранения Индии, а консервативные расчетные расходы правительства на реализацию Закона составляют 94 073 крор рупий в год. Однако клиническая терапия может иметь ограниченный эффект при отсутствии эффективной группы социальной поддержки. Одна из самых важных вещей, которые мы можем предложить людям, страдающим психическим заболеванием, — это предоставить им пространство и комфорт для разговора — выслушивание того, что они чувствуют, не заставляя их открываться, может частично облегчить их.Кроме того, спросите, что наиболее полезно для них, когда они в депрессии, и выслушайте, что они скажут. Но если вы не являетесь квалифицированным специалистом в области психического здоровья, постарайтесь не давать советов. Важно понимать депрессию, поэтому некоторое знакомство с ее симптомами, возможным течением и методами лечения может помочь понять человека и то, как он или она себя чувствует. Поддержите их лечение и продолжайте вести регулярную деятельность — напоминайте им о встречах или лекарствах или продолжайте смотреть фильмы по пятницам вечером.

— Писатель — эксперт в области психического здоровья, Фонд Поддара, Мумбаи

.

Когда психическое здоровье влияет на ваше тело

Депрессия может вызвать бессонницу, повышенную чувствительность к боли, колебания веса, утомляемость, сужение кровеносных сосудов и снижение либидо. Вот некоторые меры профилактики и выход:

  • Заботьтесь о себе — высыпайтесь, ешьте питательную пищу и регулярно занимайтесь спортом.
  • Если вам одиноко или грустно, обратитесь к семье и друзьям.
  • Боритесь со стрессом с помощью упражнений, медитации и йоги.
  • Познай себя лучше — найди свои сильные стороны и обрати внимание на то, что усугубляет твои симптомы. В этом может помочь ваш врач или терапевт.
  • Придерживайтесь своего плана лечения. Если вы принимаете лекарства, принимайте их, как предписано.
  • Не пропускать сеансы. Расскажите своему врачу, что вам подходит, а что нет.

Что вызывает это расстройство?

Единой причины нет, но одна или несколько из следующих причин могут вызвать депрессию:

Стрессовые события: Личные события, такие как развод, потеря работы, смерть друга или близкого родственника.

Семейный анамнез: Гены играют определенную роль, поэтому, если у вас есть родитель или брат или сестра с этим заболеванием, есть вероятность, что оно разовьется и у вас.

Роды: Гормональные и физические изменения в организме женщины во время беременности и после родов в сочетании с дополнительной ответственностью за новую жизнь могут вызвать послеродовую депрессию, также известную как «бэби-блюз».

Злоупотребление психоактивными веществами : Постоянное высокое потребление алкоголя и психоделиков может повлиять на мозг.

Болезнь: Хроническая или опасная для жизни болезнь, напр. ишемическая болезнь сердца или рак могут вызывать депрессию. Другими триггерами могут быть плохой гормональный баланс (гипотиреоз) или травма головы.

Пол: Женщины более склонны к депрессии, чем мужчины, в основном из-за социально-культурного окружения.

Глобальные проблемы здравоохранения и местные возможности

93

Матхауэр И. и Имхофф И. (2006). Мотивация работников здравоохранения в Африке: роль нефинансовых

стимулов и инструментов управления человеческими ресурсами.Human Resources for Health, 4(1), 24.

Mbwayo, A.W., Ndetei, D.M., Mutiso, V., & Khasakhala, L.I. (2013). Народные целители и

оказание психиатрических услуг в космополитических неформальных поселениях в Найроби, Кения.

Африканский журнал психиатрии, 16(2), 134-140.

Менденхолл, Э., Де Сильва, М.Дж., Хэнлон, К., Петерсен, И., Шидхай, Р., Джорданс, М., Луитель, Н.,

Себунняи, Дж., Фекаду, А., Патель , В., Томлинсон, М.и Лунд, К. (2014). Приемлемость и

осуществимость использования неспециализированных медицинских работников для оказания психиатрической помощи: мнение заинтересованных сторон

из районных центров PRIME в Эфиопии, Индии, Непале, Южной Африке и

Уганде. Социальные науки и медицина, 118, 33–42.

Миранда, Дж. Дж., и Патель, В. (2005). Достижение Целей развития тысячелетия: играет ли роль психическое

здоровье? Медицина PLoS, 2(10), e291.

Монтейро, Нью-Мексико (2014 г.). Преподавание психопатологии для снижения стигматизации психических заболеваний: восприятие студента

в Университете Ботсваны. Международный психологический бюллетень, 18(1), 15-22.

Монтейро, Н.М., Ндиайе, Ю., Бланас, Д., и Ба, И. (2014). Политические взгляды и отношение

к лечению психических заболеваний в сельской местности Сенегала. International Journal of Mental Health

Systems, 8(1), 9.

Monteiro, N.М., Балогун С.К. (2014а). Культурно соответствующие исследования психического здоровья в

Африке: полевые заметки из Эфиопии и Сенегала. Африканский журнал психиатрии, 17 520-524.

Монтейро, Н.М., и Балогун, С.К. (2014б). Восприятие психических заболеваний в Эфиопии: профиль

взглядов, убеждений и практик среди членов сообщества, медицинских работников и

народных целителей. Международный журнал культуры и психического здоровья, 7(3), 259-272.

Мулату, М. (1999). Восприятие психических и физических заболеваний в Северо-Западной Эфиопии.

Журнал психологии здоровья, 4, 531-549.

Мюррей Л.К., Дорси С., Болтон П., Джорданс М.Дж., Рахман А., Басс Дж. и Вердели Х. (2011).

Наращивание потенциала в области психического здоровья в странах с низким уровнем ресурсов: модель ученичества

для обучения местных медицинских работников. Международный журнал систем психического здоровья, 5(1), 30.

Нгома, М.К., Принс, М., и Манн, А. (2003). Распространенные психические расстройства среди тех, кто посещает

поликлиники первичной медико-санитарной помощи и у народных целителей в городских районах Танзании. Британский журнал

Psychiatry, 183(4), 349-355.

Окаша, А. (2002). Психическое здоровье в Африке: роль WPA. World Psychiatry, 1(1), 32.

Ошоди, Ю.О., Абдулмалик, Дж., Ола, Б., Джеймс, Б.О., Бонетто, К., Кристофало, Д., ван Бортель, Т.,

Сарториус, Н.и Торникрофт, Г. (2014). Модель испытанной и ожидаемой дискриминации

среди людей с депрессией в Нигерии: поперечное исследование. Социальная психиатрия и

Психиатрическая эпидемиология, 49(2), 259-266.

Патель, В. (1995). Объяснительные модели психических заболеваний в странах Африки к югу от Сахары. Социальные науки и

Медицина, 40(9), 1291-1298.

Патель, В. (2007). Психическое здоровье в странах с низким и средним уровнем дохода. Британский медицинский бюллетень,

81(1), 81-96.

Патель В., Арайя Р., Чаттерджи С., Чисхолм Д., Коэн А., Де Сильва М., Хосман К.,

Макгуайр Х., Рохас Г., и ван Оммерен, М. (2007). Лечение и профилактика психических расстройств

в странах с низким и средним уровнем дохода. Ланцет, 370 (9591), 991-1005.

Патель, В., и Мутамбирва, Дж., и Нхиватива, С. (1995). Стресс, депрессия или очарование?

Развитие на практике, 5(3), 216-224.

Патель, В., и Принс, М. (2010). Глобальное психическое здоровье: новая область глобального здравоохранения достигает совершеннолетия.

JAMA, 303(19), 1976-1977 гг.

.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.