Содержание

Манипуляция через чувства вины, страха и стыда

«Психометрика»
Автор статьи

Что такое манипуляция? Как не стать жертвой

Существует способ получить то, что ты хочешь незаметно для человека, вызывая у него чувство вины, страха или стыда. Иначе говоря, люди решаются на манипуляции. Многие родители используют этот прием при общении со своими детьми:

  • Если ты сейчас не заснешь, то придет серый волчек и укусит за бочок» (страх).
  • Как ты можешь прогуливать школу, я же день и ночь работаю, как раб на галерах, чтобы ты в ней мог учиться» (вина).
  • Вот все твои друзья на четверки-пятерки учатся, а ты трояки приносишь» (стыд).

Маркетологи используют манипуляцию при продаже вещей, которые вы вряд ли купите сами, по своему желанию.  В магазинах и в сфере услуг на вас воздействуют зрительно (используя яркие упаковки с самомрекламирующими названиями), через слух, с помощью запахов, через вкусовые ощущения, и, конечно, с помощью манипуляции на чувстве вины, стыда или страха как основных рычагов быстрого воздействия. Например, в косметических салонах: 1) тратят много времени на рассказ клиентке о линейке ухода; 2) поят ее кофе или чаем с конфетами под приятную музыку; 3) периодически наносят разные кремá на руки; 4) предлагают понюхать, как они приятно пахнут и почувствовать, как они впитываются в кожу с самым замечательным эффектом и прочее. Клиентка будет чувствовать вину, если она ничего не купит после такого ухаживания, и покупает крем или услугу не потому, что они ей нужны, а чтобы избежать неприятного самоощущения.

Подруга, которая вам все время что-то дарит и дарит, подвозит, оказывает ненужное внимание, однажды может сказать: «Слушай, забери моего ребенка из садика», «Отвези маму в аэропорт», «А дай мне свою машину на пару дней», озадачивая вас какими-то просьбами. Отказать ей – это значит испытать чувство стыда из-за того, что она все для вас делает, а вы нет.

Мамы и жены часто применяют манипуляцию, так как они зачастую чувствуют себя слабее и находят приемлимым более хитрое воздействие на детей или мужа. Мама может говорить: «Сынок, у меня сердце болит, как же ты так себя ведешь», давя на чувство вины своего 30-летнего «мальчика». А жена может говорить: «Посмотри, как у нас расстраиваются дети из-за твоих гулянок, как же они будут жить, если ты уйдешь». Часто используются, так называемые, двойные послания. Это значит, что произносимые слова расходятся с выражаемыми эмоциями.  Например, жена говорит: «Конечно, давай, езжай с друзьями на рыбалку» таким тоном, что становится понятно, что лучше этого не делать. Или мама убеждает: «Не приходи, сынок, я сама справлюсь, дойду как-нибудь до поликлиники» таким голосом, что сын понимает: не приехать – это просто невозможно.

 

Способы борьбы с манипуляцией

Мы сталкиваемся с разнообразной манипуляцией в детстве и потом в течение всей жизни – маркетологи, друзья и коллеги пользуются этим приемом целенаправленно. Отчего так происходит? Почему подруга, коллега или свекровь не могут сказать тебе что-то напрямую. Зачем они выбирают опосредованный способ? Просто люди боятся ответственности. Многие из нас хотят выглядеть «чистеньким»: они ни у кого ничего не просили, никого не оскорбляли.

Как общаться с манипулятором? Вносите ясность в происходящее, переформулируйте слова манипулятора, вернув ему смысл услышанного. Например: «Мама, у тебя такой голос жалобный, может быть, ты все-таки хочешь, чтобы я к тебе приехала?» Или, обращаясь к знакомой, спокойно уточните: «Я тебе что-то буду должна?».

Как еще эффективно бороться с манипуляцией? Обращаться к себе. Это значит попытаться понять, что я делаю, для чего, что со мной происходит. Например, можно затеять внутренний монолог: «Сейчас я испытываю чувство неловкости, чувство вины, я хочу откупиться от него, приобретя в салоне ненужный мне крем, ведь девушка-консультант столько времени на меня потратила и сделала мне в подарок массаж лица с маской из водорослей, а я хочу быть хорошей и благодарной». Если таким образом разоблачить себя, то чувство вины уходит и неуверенность в себе отступает.

Нам, конечно, сложно решиться на прямое и честное  обращение к самому себе и искать понимания, что мне нужно и чего я, действительно, хочу Трудно вычленить из множества сумбурных чувств самые неприятные – страх, стыд и вину. Именно в этом может помочь психолог, который непредвзято будет разбираться с вами в сложностях взаимоотношений с другими людьми и в анализе ваших чувств, эмоций и их источников.

Советы родителям

ПРО СТЫД, ВИНУ И ОТВЕТСТВЕННОСТЬ


Вина — очень деструктивное чувство. Это то, что заменяет исправление ошибок. Или то, что остается после того, как уже разобраны причины, исправлены ошибки, извлечены уроки. Может быть даже уже получено прощение, но вот сам себя человек никак не простит. Вина душит, вина давит, не дает наслаждаться жизнью.
Гипертрофированное чувство вины мешает дальнейшему общению: «Мне тяжело с ним общаться, потому что я до сих пор чувствую свою вину перед ним». От чувства вины нужно избавляться. Но почему-то иногда чувство вины лелеется нами, как ценность. «Я должен чувствовать вину, потому что я нравственный человек» — заблуждается «виноватый», подменяя на вину действительно нравственное качество — ответственность.

Возможно, что причины кроются в воспитании. Ведь один из главных рычагов, которым пользуются родители и педагоги — это прививание чувства вины. Ошибочно считается, что так воспитывается ответственность. «Это ты во всем виноват! Как тебе не стыдно! Из-за тебя!» — увы, такая форма манипулирования встречается очень часто. Особенно эффективным считается винить и стыдить перед всем классом. Или перед собравшимися родственниками — семейный совет из родителей, бабушек, дедушек. Родители, к слову сказать, не сознательно вредят психике своего ребенка. Они просто повторяют то, что сами часто слышали в своем детстве. У них нет другой модели воспитания. Они бы сами, наверное, были рады избавиться от ощущения вечной виноватости.

Ребенок смотрит на мир глазами взрослых и до определенного возраста безоговорочно верит им. «Если мама сказала, что я плохой, значит так и есть» Если мама обвиняет, то ребенок учится чувствовать себя виноватым — вредная, надо сказать, привычка, с психологической точки зрения.

А что же тогда вместо вины? Чем регулировать поведение ребенка?

Есть понятие — нравственность, которое включает в себя ответственность. Нравственность – внутренняя оценка человеком норм своего поведения и своих поступков с точки зрения добра, ответственности за свои поступки. Ответственность (если рассматривать с этической, а не юридической точки зрения) — это осознание взаимосвязи между личными действиями и результатом, это умение регулировать свое поведение, это способность влиять на ход событий. Ответственность — это не вина, а уверенность в себе.

Что происходит, если мы стыдим и навязываем чувство вины? Ребенок чувствует, что он нехороший, никудышный, никчемный. «А если я такой, то что с меня взять?» Парадокс: желая призвать к ответственности, на самом деле укрепляем безответственность, неуверенность в себе.

Что делает виноватый? Корит себя. Раскаивается. Просит прощения. Зализывает раненую самооценку (или ковыряет рану еще больше – зависит от тяжести случая)

Что делает ответственный? Исправляет ошибку.

Нет ничего плохого в том, чтобы просить прощения. Плохо, когда этим все и ограничивается, без исправления ошибок. Еще хуже, застревание в чувстве вины и ощущение себя, как «неправильного». Это блокирует энергию, которую можно было бы направить на исправление ситуации.

Представьте себе менеджера, допустившего ошибку в работе. Ответственный менеджер исправит её, проанализирует причину возникновения, внесет поправку в бизнес-процесс, чтобы минимизировать риск повторения ошибки. Если же менеджер уйдет в переживание чувства вины — «Как я мог! Я так всех подвел! Не могу себе этого простить!» — то это помешает здоровой концентрации внимания. В результате он не только не исправит, а еще и новых ошибок наделает. Потом ему станет стыдно за себя, и он уволится, потому что «недостоин занимать эту должность».

Взрослые подменяют ответственность виноватостью, когда шумно обвиняя, не дают ребенку возможности исправить ошибку. Или когда заставляют ребенка просить прощения, не разобравшись в ситуации: «Ах, ты, бессовестный! Ты зачем Мишу ударил? Сейчас же проси прощения!»

Если для родителей вполне достаточно раскаяния ребенка («Ну, прости» — отмахивается подросток), то возникает привычка снимать с себя ответственность демонстрацией эмоций раскаяния. Но во взрослой жизни виноватость никого не интересует. (Разве что таких же, «раненых виной») Во взрослой жизни важно исправить ошибку, сделать выводы и не допускать повторения ситуации, а не картинно изображать раскаяние. Вам встречались такие взрослые, которые раскаиваются, повторяют свой проступок, снова раскаиваются и так бесконечно? Эти люди вырастают из «виноватых» детей, которые так и не поняли разницу между виной и ответственностью. «О! Я бесконечно виноват перед тобой! Прости, прости, прости…»

Чувство вины очень похоже на чувство стыда, часто шагают рядом и оба про неуверенность. Но есть разница. Вина – это ощущение от действий, стыд – от восприятия самого себя. «Я виноват, в том, что совершил. Мне очень стыдно от того, что об этом узнали родители»

Чувство вины дуально чувству обиды. Эмоцию обиды часто демонстрируют, чтобы другой почувствовал себя виноватым. Как вина, так и обида — инструменты манипуляции, которых не должно быть в здоровых отношениях. «Он меня обидел, я буду старательно изображать обиду, чтобы он понял, насколько он виноват, пусть помучается чувством вины. А я его прощу, когда он очень красиво изобразит раскаяние» И эти игры «вина-обида» заменяют нормальную работу над отношениями и личностное развитие. О! Какие сладкие созависимые отношения можно построить на вечной виноватости и обиженности. Но это уже другая история… Про обиду как-нибудь в другой раз…

Учите ребенка ответственности, не навязывая чувство вины и стыда.

1. Сообщения не должны содержать оценки самого ребенка: «Ты плохой! Ты безответственный! Ты неряшливый!» Оценивайте не ребенка, а его поступки: «Не самый лучший поступок. Здесь ты мог бы проявить ответственность. Ты можешь выглядеть лучше»

2. Отделяйте свои чувства от действий ребенка. Не «Ты позоришь меня!», а «Я чувствую себя некомфортно, появляется чувство неловкости» Не «Ты меня расстраиваешь!», а «Я расстраиваюсь, когда…»

3. Не анализируйте проступки ребенка при свидетелях. «Разбор полетов» только тет-а-тет. Иначе прививается чувство стыда, а не ответственность. Помните? Ответственность — это уверенность. Стыд — неуверенность.

4. Не приучайте формально просить прощения, а направляйте мысль ребенка в русло «Как теперь исправить ситуацию?»

5. Всегда помогайте ребенку понять взаимосвязь между его действиями и результатом.

6. Учите личным примером. Избавьтесь от своего чувства вины и стыда. Оставьте только ответственность – этого вполне достаточно.

(психолог)Анна Быкова

5 ВОСПИТАТЕЛЬНЫХ ПРИЕМОВ С ОБРАТНЫМ ЭФФЕКТОМ


1. **Чтобы ребенок успокоился, нужно его отвлечь**
Цель: помочь ребенку справиться с негативными чувствами.
Результат: отвлеканием мы способствуем тому, что негативные чувства остаются внутри ребенка и не находят выхода. Даже если внешне он при этом успокаивается, вероятнее всего, они дадут о себе знать при первом удобном случае, а мы будем удивляться, почему это из-за какой-то ерунды ребенок закатил часовую истерику. 
Эмоции – это энергия, ее необходимо как-то использовать. Почему-то мы наивно полагаем, что они могут просто исчезнуть. Пожалуй, нет больше в мире вещей, от которых мы ожидали бы подобных чудес. 

Мы прекрасно понимаем, что чувство голода никуда не денется от того, что мы займемся работой (да, про него на время можно забыть, но организм будет прилагать все усилия, чтобы сообщить нам, что пора подкрепиться). Мы не думаем, что бардак в квартире рассосется, если мы из нее на какое-то время уйдем. Наконец, мы не тешим себя иллюзией о том, что позывы в туалет пройдут сами собой (навсегда и бесследно!), если отвлечься на что-то другое, только потому, что они возникли не вовремя. Мы просто ищем способ ответить на эти сигналы наиболее цивилизованным способом:) 
Эмоции требуют от нас того же. Они возникают не от дурной наследственности и не от природной склонности детей быть манипуляторами и вредителями – они сообщают нам о том, что что-то пошло не так. И даже если невозможно это что-то исправить, их необходимо выразить, прожить, чтобы они не накапливались и не создавали эффект неразорвавшейся бомбы.

2. **Если ребенок кусает – нужно укусить в ответ.**

Цель: показать ребенку, что укус – это больно, развивать в нем сочувствие.

Результат: мы демонстрируем таким образом много всяких идей ребёнку, но только не то, что кусать нельзя, потому что это причиняет боль. Например, мы показываем, что кусать все-таки можно, раз сами себе это позволяем. Также мы демонстрируем, что побеждает сильнейший. Ещё – что нам его не жалко, и мы готовы причинить боль. Что надо мстить. Что от нас можно ожидать всякое. 

Почему мы рассчитываем на то, что отзеркаливание действий ребёнка приведёт к появлению сочувствия? Потому что надеемся на то, что ребёнок сделает простой математический ход: меня укусили и мне больно – следовательно, когда я кусаю, укушенному тоже больно. Мне не нравится, когда мне больно – следовательно, и другому человеку это не понравится. Я люблю своих родителей – следовательно, я не хочу, чтобы им было больно, потому что боль – это плохо. В голове все это звучит гораздо короче, а если пытаться оречевить – получается, что ход вовсе не один. А еще, рассчитывая запустить в голове ребёнка этот алгоритм, мы не помним, что

а) у него еще нет словесно-логического мышления для такой многоходовки;
б) в дело вмешиваются чувства – ему, например, страшно. Или обидно. Или всё вместе. И доверие к воспитателю подрывается. Тут уж не до логики.
Таким образом, если цель подобного приёма – сделать так, чтобы ребёнок не кусался, возможно, этот вариант сработает. Если же цель – научить сочувствию, эмпатии, то стоит подыскать другой вариант.

3. **Чтобы ребёнок не вырос жадиной, надо настаивать, чтобы он делился.**

Цель – научить ребёнка быть щедрым.

Результат: самый что ни на есть, противоположный 🙂 Как правило, нам хочется делиться в двух случаях:

1) мы уверены, что того, чем мы делимся так много, что нам не придётся себя ущемлять;
2) нам очень хочется сделать приятное близкому, и мы готовы даже пожертвовать чем-то, чего нам и самим хочется.
Есть ещё вариант делиться с каким-то расчётом: например, добиться расположения. Или потому, что мы боимся, что о нас плохо подумают. Вот как раз последний вариант «щедрости» – частое следствие такой тренировки. А первые два требуют определённой степени зрелости, готовности смешивать чувства (я хочу это сам, но мне хочется сделать приятное) и созревания пространственно-временных представлений (я знаю, что я смогу получить это снова). До определенного возраста не стоит этого ожидать от ребенка (уж точно не надо требовать этого от малышей в песочнице – именно там главное средоточие «педагогики щедрости»). Как же помочь ребенку быть щедрым? Все банально – личный пример (искренней щедрости, а не вынужденной, показной). И перед тем как стать щедрым надо прочувствовать, что такое собственность. То есть если у ребенка просят игрушку, надо признать за ним право отказать.

4. **Чтобы ребенок не стал плаксой, надо показывать ему незначительность его проблем.**

Цель: помочь ребенку легко справляться с переживаниями.

Результат: приблизительно такой же, как и с отвлеканием. Единственный способ справиться с эмоциями – выпустить их наружу. Другое дело, что можно делать это по-разному: рыдать, кричать, кусать себя, пинать кошку, проговаривать чувства, нарисовать их, написать письмо. Но для того, чтобы овладеть разными способами, нужно время и опыт. И хорошо бы, чтобы это сопровождалось принятием и поддержкой взрослого. 

Почему взрослые не плачут над каждой царапинкой? Отнюдь не потому, что им сказали, что это ерунда, а потому, что они САМИ знают, что это – ерунда, и это – следствие опять-таки развитой интеграции и временных представлений. Они знают, что боль от царапины скоро пройдет, что она быстро заживёт. К этим знаниям их привело неоднократное проживание этой ситуации в сочетании с постепенным развитием мозга. А вот те, кто, следуя примеру настойчивых взрослых, стал запрещать себе испытывать эмоции «из-за ерунды», нередко взваливают на себя непосильную работу, терпят неуважительное отношение или затягивают с решением проблем со здоровьем, потому что им сложно понять, что стоит слёз, а что — нет.

5. **Чтобы ребенок был вежливым, надо с раннего возраста требовать соблюдения правил приличия.**

Цель: научить ребенка быть внимательным и заботливым.

Результат: может и не противоположный, но мало коррелирующий с заботливостью и внимательностью. Все зависит от того, сколько эмоций и труда мы вкладываем в работу над вежливостью. Если ребёнок от наших требований чувствует, что мы не готовы принимать его «букой» (а то, придёт ли ему эта идея в голову, зависит не только от того, подразумеваем ли мы это, но и от чувствительности ребенка), вряд ли для него это станет приятной процедурой и проявлением заботы. Это будет обременяющей обязанностью. 

Если просто время от времени подсказывать, не настаивая – вероятно, это не приведёт к противоположному результату, но лучше понимать, что вы это делаете ради благополучия окружающих, а не ради развития детской морали. Забота и внимательность раскроются в ребёнке сами в условиях тёплого, принимающего и доброжелательного окружения, транслирующего ему ощущение безопасности окружающего мира.

(психолог)Надежда Монастырская.

 


Что может вызвать чувство стыда?

Жизнь каждого человека построена на определенном наборе чувств. И, как правило, одно или несколько из них порой начинают преобладать над другими в зависимости от условий среды и состояния внутреннего мира. Многие из них заложены в нас еще природой и образом жизни времен первобытности. Стыд и вина — чувства древние, которые зачастую путаются из-за схожих определений. Однако важно их разграничивать. Таким образом, первое включает в себя второе и является совокупностью низкой самооценки, ощущения долга и перманентной вины.

Многие выбирают такой способ борьбы со стыдом, как игнорирование и абстрагирование от него. Однако никто и не думает, что от этого это чувство будет становиться только сильнее. В будущем же, как и любая другая негативная эмоция, он может повлечь за собой довольно крупные последствия: психологические заболевания, расстройства и депрессию.

Агрессия

Когда мы становимся жертвами неправильных людей, отношений или событий, у нас теряется чувство доверия к окружающих. Нами завладеваем подозрительность и поиски подвоха во всем, что находится вокруг и так или иначе нас касается. Мы боимся снова почувствовать негативные эмоции (грусть, боль, разочарование). Поэтому мы строим вокруг себя защиту от непредвиденных душевных потрясений. Однако одно дело, когда вы закрываетесь и уворачиваетесь от негатива, а другое, когда отвечаете силой. Если на нападки извне вы реагируете агрессивно, то это вовсе не означает, что вам очень обидно. Вы либо не готовы брать на себя ответственность за собственное же поведение, либо осознаете, что чувство стыда вам искренне неприятно.

Перфекционизм

Как мы говорили ранее, чувство стыда включает в себя и недовольство собой, и низкую самооценку. Тогда, когда мы решаем быть лучше, порой не контролируем себя и стараемся преуспеть буквально во всем. Ведь идея о том, что идеал неприступен издевательствам, упрекам и критике, становится центральной в нашем мировоззрении. Но стоит знать, что перфекционисты бывают разные: те, кто в принципе любит совершенство и свое, и окружающего мира, и те, кто старается убежать от себя. Например, у девушки есть небольшой живот, и она до потери пульса будет заниматься в спортзале, тратить все свое время на занятия фитнесом для того, чтобы перестать якобы ловить косые взгляды окружающих.

Извинения

Помните, что мы говорили о чувстве вины? Оно действительно включается в определение стыда. Мы участвуем в вечной и бессмысленной гонке угодить всем, ведь наша точка зрения и поведение всегда является неправильным и некультурным. Такая нездоровая боязнь совершить ошибку может быть вызвана травмами детства или просто собственной закомплексованностью. Для того, чтобы от всего этого избавиться, нужно иметь большое мужество и умение контролировать себя. Нужно научиться понимать, что вы такой, какой есть. Этого достаточно, чтобы уже ценить и любить себя. Подумайте и назовите хотя бы одного человека, который не имеет недостатков и не совершает ошибок, и убедитесь, что таких нет!

Скрытое чувство стыда способно паразитировать человека намного больше, чем принятие его и показ окружающему миру. Ведь пока вы не начнете с ним бороться, он будет продолжать управлять вами и вашей жизнью и приведет к более печальному результату, чем вы думаете. Он всегда будет с вами, но если забрать у него корону и правление, жить станет намного проще и слаще.

Текст: Flytothesky.ru

Читайте также:
Критерии женского успеха или Когда стало модным стыдиться самой себя?

Поделитесь постом с друзьями!

Как перестать винить себя за съеденное: 6 советов | Vogue Ukraine

Еда может приносить чувство радости, единения и удовлетворения, наполняя наше тело. Но многие люди также сталкиваются с негативными эмоциями, испытывая стыд и вину за съеденное. Рассказываем, как перестать винить себя и научиться получать удовольствие и радость от вкусной (и не всегда “полезной”) еды.

Photo: John Scott / Getty Images

Почему мы чувствуем вину и стыд за съеденное?

Вина и стыд – похожие, но не идентичные чувства. Как утверждает доктор Джуди-Ли Уэбб, психолог и сертифицированный специалист в вопросах расстройств пищевого поведения в Psychological Solutions в Атланте, вина – это чувство, связанное с нарушением каких-то установок (например, нарушение правила, связанного с едой, которое вы установили самому себе). В то время как чувство стыда – более глубокое и личное, влияющее на вас, как на человека (например, вы стыдитесь того, что у вас не получается соответствовать определенным пищевым привычкам, весу или фигуре). По словам доктора Уэбб, чувство вины можно описать словами “я сделал это неправильно”, а чувство стыда – “я неправильный”. “Это сильное чувство неполноценности и никчемности, и это не здорово для людей”, — объясняет доктор Уэбб.

Эти чувства рождаются из вечных убеждений и ценностей. Некоторые люди с раннего возраста более строгие и жесткие по отношению к себе. Психиатр Мелисса Стрено из Университета Денвера также утверждает, что люди с расстройствами пищевого поведения часто описывают критический внутренний голос, который подпитывает негативные мысли, относящиеся к еде. 

Массовая культура оказывает огромное влияние на большинство из нас. Тренд на “правильное питание” и “здоровый образ жизни” непременно подкрепляется отретушированными фотографиями женщин и мужчин с “идеальными” фигурами (которые почти наверняка подверглись серьезным изменениям пропорций в популярных фоторедакторах). Даже в кругу близких родственников часто встречаются комментарии в сторону особенностей фигуры и размера, а еда непременно делится на “хорошую” и “плохую”. Так, люди, имеющие склонность к перфекционизму, с потребностью угождать и реагировать на принуждение согласием, могут испытывать постоянное ощущение несоответствия нереалистичным ожиданиям общества. Вина и стыд легко могут привести к таким пищевым расстройствам, как анорексия и булимия. Также велик риск депрессии, тревожности, обсессивно-компульсивного расстройства и других психических расстройств. 

По словам доктора Стрено, постоянное ощущение вины и стыда может стать преградой к ощущению собственных внутренних сигналов о том, чего хочет и в чем нуждается ваше тело. Ключевым моментом является повторное обучение тому, как доверять этим сигналам. В некоторых случаях, в зависимости от серьезности испытываемых эмоций и поведения, которое они вызывают, может понадобиться помощь специалиста. Но если вы чувствуете себя способными справиться с этим самостоятельно, предлагаем вам несколько способов, которые помогут услышать себя и перестать чувствовать вину и стыд за съеденное.

1. Определите свои “можно” и “нельзя”

Обратите внимание на свой внутренний диалог, чтобы определить как часто указываете себе, что вы “должны” есть. Дело в том, что как только вы начинаете говорить себе эти слова, то всякий раз, нарушая пресловутое “должно”, рискуете погрузиться в вину и стыд. 

Научитесь следить за появлением таких установок в вашем мышлении, спрашивая себя, чем вызваны эти указания и какую функцию они выполняют в ваших мыслях. Например, возникла ли мысль о том, что вам “нельзя” есть определенную еду, после того, как вы увидели об этом пост в социальных сетях или получили осуждающую оценку от кого-либо?

Обнаружив источник ограничивающих убеждений, вернитесь к своему “запретному” желанию и спросите себя еще раз чего вам действительно хочется. И если ваше тело требует прямо сейчас, например, мороженое – дайте ему желанное. Со временем вы сможете быстрее считывать свои истинные желания и прислушиваться к сигналам вашего тела.

Photo: Getty Images

2. Составьте список из продуктов, которые вам сложно себе разрешить

Терапевты часто лечат страхи и фобии с помощью экспозиционной терапии, помогая людям постепенно противостоять своим проблемам, выполняя определенные шаги. Эксперты утверждают, что если вина и стыд проистекают из оценочных суждений о еде, можно применить аналогичный подход для изменения привычек. 

Составьте три списка, где “зеленые” продукты те, которые вы едите без проблем; “желтые” продукты те, которые вызывают у вас сомнения, но иногда вы себе их позволяете; и “красные” продукты те, которые вызывают наиболее отрицательные эмоции. Начните чаще есть “желтые” продукты, отмечая свои чувства. Постепенно переходите к “красным” продуктам, также фокусируясь на том, какие мысли вас посещают и какие чувства вы испытываете.

Доктор Стрено рекомендует настраиваться на такие упражнения с помощью мантр и аффирмаций, направленных на позитивное восприятие себя и своего тела. Беспокойство и тревожность – нормальное явление во время таких занятий. Однако если уровень тревожности влияет на способность адекватно воспринимать себя и реальность, следует обратиться к специалисту. Регулярное выполнение этого упражнения способствует принятию новых продуктов в свой обычный рацион без ущерба здоровью.

3. Учитесь есть осознанно

Вина и стыд лишают возможности слышать естественные сигналы организма, поэтому важно уметь замедляться, фокусируясь на ощущениях в теле в настоящий момент. Прежде чем начать есть, остановитесь: сделайте несколько глубоких вдохов и выдохов, наблюдайте за своими эмоциями и степенью голода. Во время еды, обращайте внимание на все свои сенсорные ощущения, включая цвет еды, текстуру продуктов и ароматы. Так, вы не только научитесь определять чувство голода и сытости, но также будете получать наслаждение от еды.

Этот шаг может быть особенно полезен, если у ваших отношений с едой импульсивный характер. Прислушиваясь к потребностям организма и своим чувствам, вы перестанете винить себя за съеденное, потому что будете употреблять выбранные продукты осознанно.

Photo: Getty Images

4. Отпишитесь от аккаунтов-триггеров в социальных сетях

Исследования показывают, что чем больше времени молодые девушки проводят в социальных сетях, тем меньше они удовлетворены своим собственным телом. Всему виной постоянное сравнение себя с другими, возможно, удачно сфотографированными и отретушированными людьми. Одно из решений – установить временные ограничения для использования таких приложений. Полезно иногда проводить “чистку” своих подписок. Спрашивайте себя, зачем вы следите за тем или иным человеком? Какую пользу вы от него получаете? Возможно, его контент вас задевает? В таком случае, сделайте все возможное, чтобы подобное больше не появлялось в вашей ленте. 

Отписывайтесь от всего, что заставляет вас чувствовать себя плохо. В качестве альтернативного контента, связанного с питанием, ищите сертифицированных диетологов, придерживающихся “бездиетного” подхода или интуитивного питания. Попробуйте найти полезный контент с помощью хэштегов #nondiet, #allfoodsfit и #mindfuleating.

5. Говорите с собой так, как бы вы разговаривали с ребенком или близким другом

Доктор Уэбб говорит, что практика самосострадания может помочь уменьшить чувство вины и стыда. Но не всегда легко быть добрым к себе. Иногда самосострадание дается легче, если поменять контекст. “Подумайте, что бы вы сказали ребенку или близкому другу”, — предлагает доктор Уэбб. Вы бы убедили их отказаться от пирожного или сказали бы им, что они ничтожества из-за того, что не съели больше овощей? Если вы не можете себе представить, как ругаете других, возможно, вам будет легче простить себя. 

Точно так же, если есть комментарии из прошлого в вашу сторону, которые заставляют вас чувствовать себя плохо, попробуйте представить, что все происходит по-другому. Признайтесь себе, что бы вы хотели услышать от своих близких вместо колких замечаний? Возможно, вам не хватает поддержки, принятия, заботы или любви? Представьте, что они говорят вам то, в чем вы нуждаетесь. Почувствуйте это.

Кадр из фильма «До костей» (2017)

6. Обратитесь за помощью

Хотя в некоторых случаях себе можно помочь самостоятельно, иногда вина и стыд могут быть настолько сильными, что без помощи специалиста не обойтись. По словам доктора Джейсона Нагата из Университета Калифорнии, профессиональная помощь имеет решающее значение, если у вас навязчивые мысли о еде, которые мешают вашей повседневной деятельности; вы прибегаете к рвоте, используете слабительные или другие средства, способствующие похудению; или если у вас есть физические симптомы, связанные, по вашему мнению, с недостаточным питанием, как, например, головокружение или задержка менструации. 

По материалам self.com

Текст: Cindy Kuzma

Как избавиться от чувства вины? — Блог Викиум

Наверняка каждый человек хоть раз в жизни испытывал чувство вины. Под этим чувством подразумевают негативные установки, при которых индивид уверен, что своими поступками он приносит беды окружающим. Однако возникать данное чувство может даже тогда, когда человек вовсе не виновен. Возникновение чувства вины помогает человеку адаптироваться к тяжелой ситуации и не так остро реагировать на происходящее. В этой статье вы узнаете, почему чувство вины является таким популярным.

Причины возникновения чувства вины

По мнению ученого в области психологии Зигмунда Фрейда, чувство вины возникает, когда происходит конфликт разума и инстинктов. У детей чаще всего стыд рождается, когда они хотят быть самостоятельной личностью, но при этом боятся не оправдать ожиданий родителей.

Чувство стыда и вины присуще людям еще с детского возраста. Иногда родители, желая добиться послушания ребенка, говорят ему о стыде, однако, подобная модель воспитания приводит к возникновению чувства вины.

Чаще всего чувство вины возникает по следующим причинам:

  1. Совершенный поступок, который мог нанести урон другим людям.
  2. Мысли о не очень лицеприятном поступке.
  3. Пренебрежение собственными интересами ради интересов другого человека.
  4. Неправильная модель воспитания.
  5. Манипуляции со стороны.
  6. Несоответствие ожиданий и реальности.

Избавление от чувства вины

Чтобы избавиться от чувства вины, необходимо проделать пошаговую работу. Прежде всего, вам необходимо осознать, почему вы испытываете такое чувство. Далее последует устранение причины в зависимости от типа личности.

Психологи рекомендуют работать следующим образом:

  1. Если вы потерпели неудачу, это вовсе не значит, что вы столкнулись с проблемой. Научитесь воспринимать это как ступеньку к личностному росту и саморазвитию.
  2. Поймите, что вина всегда будет тормозить вас, не давая возможности развиваться.
  3. Задумайтесь о том, не манипулируют ли вами окружающие, чтобы вызвать чувство вины.
  4. Если ваше чувство вины обоснованное, тогда постарайтесь поговорить с человеком, которого вы обидели и решить ситуацию.
  5. Если вы не можете поговорить с человеком лично, можно написать письмо, прочесть его вслух и разорвать. Такая техника избавления от вины поможет вам не чувствовать себя виноватым.
  6. Перестаньте попусту тревожиться о прошлом, ведь вы уже ничего не можете изменить. Просто осознайте, чему вас научила подобная ситуация и двигайтесь дальше.
  7. Если вы не можете держать это внутри себя, вам просто необходимо выговориться.
  8. Проанализируйте произошедшее и попытайтесь представить, если бы вы повели себя иначе, однако, не следует давать волю фантазиям. В конечном итоге вы поймете, что все закончилось бы одинаково.
  9. Не стоит себя упрекать за то, как вы себя повели, ведь чувство вины очень сильно влияет на самооценку.
  10. Подумайте, что именно вызывает у вас такие чувства. Возможно, вы считаете, что недостаточно приложили усилий, чтобы предотвратить ситуацию. Однако таким образом вы просто фантазируете о несуществующем, ведь в тот момент вы поступили так, как считали нужным.
  11. Заведите специальный дневник, где вы будете конспектировать события, вызывающие у вас чувство вины. Также в нем можно записывать ваши чувства и эмоции окружающих.

Избавление от чувства вины не происходит по щелчку пальцев, для этого нужно время. Сначала вам будет казаться, что вы топчитесь на одном месте, но со временем вы достигнете положительного результата. Избавляться от ненужных чувств и токсичных мыслей также поможет курс Викиум «Детоксикация мозга«.

Читайте нас в Telegram — wikium

Стыд и расстройства пищевого поведения — ЦИРПП

Одна из наших целей – понять, что мы чувствуем, когда начинается РПП, и как реагируем на свои чувства. Сегодня мы публикуем первый текст из серии о чувстве стыда, потому что стыд – очень сильный и часто разрушительный фактор, влияющий на развитие и усиление расстройств пищевого поведения.

«Стыд включает в себя внутреннее чувство незащищенности и униженности. Стыд отличается от чувства вины, и понятие «стыда» скорее о чувстве, что вы плохой человек, нежели о чувстве, что вы делаете что-то плохое.

Стыд может вызывать саморазрушительное поведение, гнев, самоизоляцию и зависимости. Поведение, включающее в себя самоповреждения, обычно связано с попытками управлять зашкаливающими болезненными чувствами или избежать их.

Как бы то ни было, эти привычки ведут к снова возникающему чувству стыда. Сокрытие в тайне и молчание также могут быть топливом для возникновения стыда. Брене Браун, американская исследовательница в области социологии, определяет стыд как чрезвычайно болезненное переживание ощущения, что мы недостаточно хороши и, следовательно, не заслуживаем одобрения и принятия.

Чтобы разорвать круг стыда, важно понять, какие события или ситуации, разговоры или мысли вызывают это чувство. Когда вы анализируете стыд, вы можете снова испытать стыд. Типичные триггеры для стыда это – самокритика и осуждение. Увлеченность негативным мышлением тоже может вырастить чувство стыда, которое приведет к селфхарму и/или изоляции от возможности получить поддержку. В то время как готовность проявлять сострадание к себе и эмпатию может помочь разрушить этот замкнутый круг.

Стыд часто идет в ногу с отчуждением от людей и изоляцией вашего опыта. Например, когда вы говорите, что «никто не поймет, через что я прохожу», вы продолжаете держать вашу личность в своем собственном сознании и мире. Человеку, который имеет дело со стыдом, легко быстро поверить в то, что он одинок в своих прошлых или текущих ситуациях, или в то, что если он поделится своими переживаниями, то нагрузит этим окружающих.

Чтобы преодолеть этот триггер, вы можете использовать мощное средство борьбы с ним –посещать встречи групповой терапии и консультации с психотерапевтом по расстройству питания. Когда вы просите поддержки и делитесь своими чувствами, вы побеждаете свое чувство стыда.

Испытывая голос критика

РПП обычно начинается с критического голоса, который подстегивает человека чувствовать себя виноватыми или ощущать стыд – в связи с едой, представлениями о теле и прошлыми травмами. Это может быть изнуряюще. Вера в то, что ты «недостаточно хорош» становится частью системы убеждений человека и может вести к чувству поражения и беспомощности или же к стыду. Стыд может провоцировать циклы переедания и очищения или компенсаторное/ограничительное поведение.

Стыд состоит из эмоционального, физиологического, поведенческого и межличностного компонентов. В научных работах о РПП и стыде исследователи обращают внимание на то, как участники исследований формулировали свои представления о чувстве гордости и чувстве стыда. Гордость ассоциировалась с самоконтролем, чувством собственной особенности, достижением определенной внешности и актом бунта через само расстройство пищевого поведения.

Исследования показывают, что женщины с РПП склонны иметь более интенсивные эмоции и справляются с ними с большим трудом, чем участники без РПП. Такие эмоции связаны с определенным поведением: стыд имеет тенденцию выступать вместе с желанием скрывать, избегать и скрытным поведением».

Для победы над синдромом дисморфомании в восстановлении от РПП необходимо сострадание к себе и доброжелательность. Сочувствие к самому себе – значит доброе и понимающее отношение к себе, признание, что проблемы, через которые вы проходите, это проблемы, через которые проходят многие люди, и вам нечего стыдиться. Сострадание уравновешивает чувства и эмоции. Если эти навыки практиковать регулярно, то это сможет помочь ослабить негативные переживания и привычки, связанные с РПП.

Разрыв Цикла стыда при РПП требует изменения деструктивных привычек и работы над приобретением и практикой конструктивных привычек. Это так же требует позитивной ответной реакции и поощрения, которое помогает росту и изменениям.

Радикальное принятие – это другой путь разорвать круг стыда. Это путь, на котором мы принимаем себя, обстоятельства, в которых находимся, без осуждения и с использование эмпатии. Делясь своим опытом с другими, кто подает нам пример радикального принятия и сочувствует без осуждения, мы двигаемся к разрушению цикла стыда. Психотерапия, групповая терапия и лечение в клинике фокусируются на не осуждающем подходе к работе с РПП.

 

Есть три шага, которые помогут вам разрушить стыд внутри РПП:
  1. Вам нужно поговорить с собой так, как вы говорите с тем, кого вы любите. Это значит быть доброжелательным и мягким, быть любящим к себе. Вам предстоит обучать свое тело, сознание и дух жить по-новому, прививать любовь к себе через заботу о себе и вовлекаться в ту деятельность, которая вам нравится, и освобождать себя от чувства стыда.
  2. Обращайтесь к другу, которому вы доверяете или члену семьи за помощью. Создание положительной системы поддержки, которая наполнена поддержкой и любовью, может помочь вам восстановить вашу силу и помочь напомнить вам, что вы не одни. Это может дать вам крепкую основу для того, чтобы отпустить стыд во время восстановления.
  3. Делитесь вашими проблемами и вашей историей. Готовность поделиться переживаниями со своим психотерапевтом, врачом, или терапевтической группой это путь к обретению связи с людьми, которые проходят через схожий опыт. Профессионалы, которые помогают вам в процессе лечения и ваша группа поддержки в виде партнера или всей семьи могут помочь вам внести в свою жизнь сострадание к себе и новые здоровые навыки и способы справляться со стрессом.

 

В завершении, стыд – это мощнейшая эмоция, которая может провоцировать рецидивы, чувство изоляции и отчаяния у людей с РПП. Тем не менее, лечение в стационаре, которое включает консультирование с психотерапевтом, диетологом, психиатром и общение с другими пациентами, которые испытывают похожие трудности, может помочь разорвать замкнутый круг стыда».

Автор иллюстрации: Сергей Тимченко.

Переводено с английского, с сокращениями, специально для ЦИРПП, источник: https://www.eatingdisorderhope.com/blog/shame-eating-disorder-recovery

Вина, стыд и манипуляция – Некто Лукас

Манипуляции бывают разными: тонкими и грубыми, скрытыми и прямыми. Они даже могут иметь под собой высокие этичные цели, но остаются при этом манипуляциями. Цель их в том, чтобы заставить человека делать то, что нужно манипулятору, любой ценой. И всегда манипуляции сопровождаются чувством вины и стыда у того, кем манипулируют.

Мной пытались манипулировать самые разные люди. Я часто противостоял манипуляциям, но бывало и поддавался. На какое-то время. Вспоминая теперь все удачные и неудачные попытки манипулировать мной, я понимаю, что во всех случаях во мне пытались вызвать чувство вины. Так уж устроено.

Чувство вины плохо тем, что оно разрушает психику, самооценку и творческий потенциал. Разрушает будущее, мечты и надежды. Манипулятор достигает своих целей, высасывая жизнь из своих жертв. Он день за днём наносит раны, закрывает перспективы, последовательно отрезает возможности выбора иных путей кроме нужного манипулятору. “Ты плохой, несостоятельный, неудачник, потому что ты не такой, каким ты полезен мне”, – говорит он вам всем своим поведением.

Если рядом с вами манипулятор – гоните его взашей, пока он не разрушил вашу жизнь. Ничего хорошего вас с ним не ждет. Тот, кто научился манипулировать чужой психикой, умело манипулирует и своей. С этикой у этого человека большие проблемы. Манипулятор не ценит того, что вы для него сделаете. Обманув вас он найдет для этого сто оправданий перед собой и окружающими. Он выйдет из любой ситуации героем в своих глазах и глазах своих друзей, сделает из вас дурной пример, а из вас – исчадье ада. Что же, придется через это пройти, такова расплата за недальновидность в выборе круга общения.

С другой стороны, то, что вами манипулируют, говорит о том, что вы талантливы, востребованы и много можете. Манипуляторы находят способных людей, потому что именно таких выгодно эксплуатировать. Да и удовлетворить свои садистические амбиции им интересно с людьми сильным. Вот, например, слова Стивена Кинга – писателя, которого я очень уважаю, хотя бы за талант,  работоспособность и знание своего ремесла.

Кажется, только к сорока я сообразил, что почти каждый автор беллетристики, опубликовавший в своей жизни хоть строчку, кем-нибудь да был обвинен, что свой Богом данный талант растрачивает на ерунду. Если пишешь (книги, или картины, или лепишь, или поешь – все равно), кто-нибудь обязательно попытается тебе внушить чувство стыда за это. Я не философствую – я просто констатирую факт.

Стивен Кинг. Как писать книги

границ | Изучение термальной сигнатуры вины, стыда и раскаяния

Введение

Хотя поведенческие исследования эмоций в основном сосредоточены на базовых эмоциях, эмпирическое изучение сложных эмоций, таких как вина, стыд и раскаяние, также привлекло внимание некоторых исследователей. Стыд описывается как «крайне негативное и болезненное состояние, которое также приводит к нарушению текущего поведения, путанице в мыслях и неспособности говорить» (Льюис, 2000, с.629). Согласно Томкинсу и соавт. (1995), он представляет собой «эффект унижения, поражения, проступка и отчуждения. [Оно] ощущается как внутренняя мука, болезнь души» (с. 133).

Эмоции, возникающие из-за нарушения культурных идеологий, включают стыд/самоосуждение, вину/раскаяние и сожаление (Fisher and Exline, 2010). Фишер и Экслайн (2010) назвали самоосуждение «вариантом стыда, характерным для правонарушения», а раскаяние — «вариантом вины, характерным для правонарушения».Недавнее исследование Bhushan et al. (2020) эмпирически исследовали сходство/несходство вины, стыда и раскаяния. Они обнаружили, что один и тот же сценарий вызывает чувство вины, стыда или раскаяния в зависимости от валентности; сценарии с положительной факторной нагрузкой приводили к реакции вины, тогда как сценарии с отрицательной факторной нагрузкой вызывали стыд или раскаяние. Знак факторной нагрузки подразумевает, как элементы соотносятся с факторами. Таким образом, статистически вина и стыд/раскаяние были установлены как противоположные полюса.Далее они утверждали в свете местной концептуализации Lajja (стыд), aparaadhbodh (вина) и pashchaataap (раскаяние), подчеркивая, что таких исследований мало. Кроме того, западные и индийские коннотации стыда ( Lajja ) и вины очень разные. « Lajja », подобное стыду в индийском контексте, было признано положительной эмоцией. «Испытать lajja — значит испытать чувство изящной покорности и добродетельного, вежливого, воспитанного «я» трех эмоций — стыда, счастья и гнева — индусы относятся к стыду более позитивно, чем их европейско-американские коллеги» (Сибиа и Мишра). , 2011, с.295).

Чтобы визуализировать разницу или совпадение между этими тремя эмоциями, давайте кратко рассмотрим инструменты оценки поведения и то, как они операционализировали три сложные эмоции. Некоторые из доступных мер стыда, такие как пересмотренная шкала стыда-вины (RSGS; Hoblitzelle, 1987), тест самосознательного аффекта (TOSCA; Tangney et al., 1989), шкала «Другие как стыдливые» (OAS; Goss et al., 1994), Шкала внутреннего стыда (ISS; Cook, 1996) и Шкала переживания стыда (EES; Andrews et al., 2002), считают стыд предрасположенностью. С другой стороны, некоторые другие, такие как Шкала чувства стыда и вины (SSGS; Marschall et al., 1994) и Шкала эмпирического стыда (ExpSS; Turner, 1998), основаны на предположении, что чувство стыда — это состояние, и таким образом, они измеряют эмоцию в данном состоянии.

Шкала склонности к вине и стыду (GASP; Cohen et al., 2011) измеряет склонность испытывать вину и стыд за широкий спектр личных проступков. Он не оценивает самоповедение и различия между общественным и частным, а также не проводит различий между эмоциональной и поведенческой реакцией на проступки.GASP оценивает эмоциональные черты (например, склонность к вине и склонность к стыду), а не эмоциональные состояния. Опросник стыда (Rizvi, 2010) измеряет склонность испытывать стыд как в отношении событий, так и в целом. Таким образом, он измеряет черту, а также состояние. Тангни утверждает, что вербально-лингвистическое представление стыда и вины не позволяет провести различие между ними даже для образованных участников. Кроме того, вместо измерения конкретных эмоциональных переживаний такие инструменты измеряют общий негативный аффект (Tangney, 1996; Tangney and Fischer, 1995).TOSCA (Tangney et al., 1989; Tangney, 1990) — основанная на сценариях мера, которая оценивает чувство стыда и вины. TOSCA-3 (Tangney et al., 2000) принимает различие самоповедения. Хотя это широко используемый инструмент для оценки склонности к вине и стыду, он не проводит различий между оценками негативного поведения и тенденцией к восстановительным действиям. Тенденции негативной самооценки и действия ухода также не дифференцируются (Cohen et al., 2011). Кроме того, эмоциональные и поведенческие реакции сбивают с толку, ограничивая различие между этими сложными эмоциями.Аверилла и др. (2002) утверждали, что «оценка ограничена ситуациями, представленными в сценариях» (стр. 1373) в TOSCA. С методологической точки зрения из этого возникают две проблемы: достаточно ли надежны меры стыда и вины для оценки этих конструктов, и влияет ли высокая корреляция между подшкалами стыда и вины на дискриминационную валидность? Кроме того, оценки доступных инструментов стыда трудно сравнивать из-за присущей им асимметрии. Обобщая проблемы с инструментами оценки, Ризви (2010) утверждает, что «многие существующие меры сами по себе не могут адекватно различать эти конструкции» (стр.438).

Как сказано выше, поведенческие инструменты основаны на субъективной реакции участников на элементы или сценарии инструмента. Недавнее исследование Bhushan et al. (2020) предполагает, что трудно различить стыд и вину на основе событий, что требует пересмотра этих трех сложных эмоций с использованием какой-либо другой техники. Между прочим, физиологические исследования сообщают об активации определенных областей мозга, отвечающих за стыд, и разных областей, отвечающих за чувство вины, а также некоторые совпадения (Takahashi et al., 2004). Таким образом, важно изучить характер и соответствующие результаты исследований, включающих поведенческую оценку этих эмоций, по сравнению с результатами исследований, использующих методы физиологической оценки.

Давайте теперь посмотрим на физиологическую основу трех сложных эмоций. Гипотеза соматических маркеров (Bechara and Damasio, 2005) утверждает, что любое событие и соответствующая эмоция, которую оно вызывает, связаны между собой соматическим возбуждением. Конечно, соматическое возбуждение имело бы нейронную основу.Нормальная физиологическая функция включает парасимпатическую нервную систему (ПНС), в то время как симпатическая система (СНС) регулирует физиологические изменения во время повышенных эмоциональных состояний. Таким образом, 10-й черепной нерв или блуждающий нерв подготавливает тело к реакции «бей-беги». За некоторыми исключениями, такими как смех и секреция слез, приятные эмоции связаны с парасимпатической активацией, тогда как отрицательные эмоции связаны с симпатическим возбуждением.

Хорошо зарекомендовал себя мышечный анализ мимики основных эмоций.Однако активация мышц включает приток крови к активированным мышцам, и, таким образом, изменение температуры во время выражения эмоций на лице может пролить свет на тепловую подпись эмоционального состояния. Изменение кожной температуры происходит только при наличии подкожного кровотока в течение не менее 5 с. Это приводит к отводу тепла в течение 15 с. Таким образом, средняя задержка составляет 20 с. Это явление относится к тыльной стороне кончиков пальцев, а также к коже лица (Pavlidis et al., 2001). Тепловидение может регистрировать эти наблюдаемые изменения.Согласно Kuraoka and Nakamura (2011), «самое быстрое наблюдаемое изменение, которое можно зарегистрировать с помощью тепловидения, составляет 10 секунд».

Инфракрасная термография измеряет изменения температуры, связанные с изменением кровотока в активированных мышцах. Исследования показали соответствие между единицами системы кодирования лицевых движений (FACS) и термографическими паттернами (Jarlier et al., 2011). Инфракрасная термография использовалась Mizukami et al. (1987) и Zajonc et al. (1989) для исследования эмоций. С тех пор некоторые исследователи использовали его для изучения тепловых характеристик эмоций.Хан и др. (2009) использовали его для классификации дискретных эмоций, тогда как Robinson et al. (2012) использовали его для изучения пространственных аспектов эмоций. Другие изучали положительные и отрицательные эмоции, возбуждение, о котором сообщают сами, сильное или низкое (Nhan and Chau, 2010), физиологический стресс (Krzywicki et al., 2009), стресс, страх и возбуждение от удовольствия (Merla and Romani, 2007) и так далее.

Исследования показывают, что электромагнитное излучение, регистрируемое в типичных местах, таких как лоб, глаза, щеки, кончик носа и рот, связано с тепловыми изменениями при определенных эмоциях.Например, Робинсон и др. (2012) обнаружили отрицательную корреляцию между температурой лба и щек и положительными эмоциями. Точно так же повышение температуры вокруг глаз является показателем возбуждения. Исследователи обнаружили повышение температуры вокруг глаз при обмане (Pavlidis et al., 2002) и вокруг лба при фрустрации (Puri et al., 2005). Страх характеризуется увеличением притока крови к глазам (300 мс) и снижением температуры щек (Levine et al., 2001; Pavlidis et al., 2001).

Область носа, например, была признана значимой для возбуждения. Наканиши и Имаи-Мацумура (2008) обнаружили снижение температуры в области носа у младенцев во время радости (после смеха). Павлидис и др. связывают это с возбуждением. (2012). Многие исследователи изучали тепловую сигнатуру стресса. Стресс у взрослых приводит к увеличению притока крови к лобной области (Puri et al., 2005; Merla and Romani, 2007) и периорбитальной области (Pavlidis and Levine, 2002).Однако стресс и боль приводят к общему снижению температуры лица, особенно в периоральной области. С другой стороны, стресс разлуки у младенцев приводит к снижению температуры лба из-за снижения возбуждения (Mizukami et al., 1987, 1990).

Общее исследование сложных эмоций, таких как вина, стыд и раскаяние, проводится редко, а изучение таких сложных эмоций с помощью термографии проводится редко. Мы нашли только одно исследование чувства вины, в котором сообщалось о снижении температуры в области носа при чувстве вины (Ioannou et al., 2013). Отсутствие эмпирических данных и перспективы термографии как метода побудили нас исследовать эту область.

Принимая во внимание тот факт, что культурная значимость жизненных событий играет важную роль в индукции чувства вины, стыда или раскаяния, а также выводы Bhushan et al. (2020), подтверждая, что сценарии, использованные в их исследовании с положительной факторной нагрузкой, приводили к реакции вины, и только сценарии с отрицательной факторной нагрузкой приводили к реакции стыда и раскаяния, мы выбрали сценарии, использованные в их исследовании, и для настоящего исследования.Следует упомянуть, что о таком совпадении сообщалось не только в поведенческих исследованиях; скорее, было обнаружено, что физиологический механизм также имеет частичное совпадение. Функциональная магнитно-резонансная томография (фМРТ) выявила выраженную активацию в отдельных областях правого полушария для стыда и относительно меньшую активацию в обоих полушариях для чувства вины, особенно в правой веретенообразной извилине (ВА 37), левой средней височной извилине (ВА 37). 21), правый островок (BA 13) и миндалевидное тело (Michl et al., 2014). Однако также сообщалось о некотором совпадении между стыдом и виной, особенно в зрительной коре, височной доле и лобной области (Takahashi et al., 2004). Принимая во внимание тот факт, что поведенческие, а также неврологические исследования показывают некоторое совпадение между реакцией на чувство вины и стыда, а также тот факт, что угрызения совести не изучались в этом контексте, мы попытались изучить тепловые сигнатуры этих трех сложных эмоций, чтобы ответить на следующие исследовательские вопросы:

RQ-1: различаются ли тепловые сигнатуры пяти областей интереса (ROI) (лоб, глаза, кончик носа, щеки и рот) для трех раскадровок, изображающих данный сценарий, соответственно для сложных эмоций, генерируемых этим заданным сценарием. ?

RQ-2: Отличаются ли тепловые сигнатуры пяти ROI в исходных условиях и условиях после раскадровки (реакция) соответственно для сложной эмоции, генерируемой данным сценарием?

RQ-3: Отличаются ли тепловые сигнатуры пяти областей интереса в тех сценариях, которые вызывают чувство вины у одних и стыд/раскаяние у других?

Материалы и методы

Участники

В исследовании приняли участие 31 мужчина.Возраст участников колебался от 19 до 24 лет (в среднем 20,84 года, стандартное отклонение 1,21). Следует отметить, что Bhushan et al. (2020) провели исследование только на мужчинах. Поскольку настоящее исследование заимствовало стимулы и поведенческую часть исследования от них, настоящее исследование было ограничено только участниками мужского пола. Участие было добровольным, и протокол исследования был должным образом одобрен Комитетом по этике Индийского технологического института Канпура. Они были введены в должность через рекламу.Демографические характеристики участников были одинаковыми: все 31 человек были коренными индийцами, принадлежащими к среднему и среднему социально-экономическому положению. Средний возраст образования составил 15,86 года (стандартное отклонение 0,86). Все они учились на технических курсах бакалавриата и хорошо владели устным и письменным хинди и английским языком. У них было нормальное зрение, и они не пользовались линзами. Это были критерии включения. Было обеспечено, чтобы участники не страдали какими-либо неврологическими или психическими расстройствами.Никто из них не принимал лекарств и не употреблял кофеин, никотин и т. д. в день эксперимента. Это были критерии исключения. Эксперимент проводился после получения письменного информированного согласия участников.

Стимул

Участникам были показаны

раскадровки сценариев вины, стыда и раскаяния (Bhushan et al., 2020). Эти раскадровки состоят из 13 различных сценариев, каждый из которых изображен с использованием трех иллюстраций. Краткое изложение этих сценариев вместе с вызываемыми ими сложными эмоциями приведено в таблице 1.

Таблица 1. Краткое изложение сценариев (сторибордов) и вызываемых ими эмоций.

Сообщалось, что из 13 сценариев 5 вызывали у участников чувство вины/раскаяния, 5 — чувство вины, 2 — чувство вины/стыда и 1 — раскаяние, в зависимости от характера нагрузки; в то время как положительная нагрузка отражает вину, отрицательные баллы отражают стыд или раскаяние. Посмотрев на каждую раскадровку, участники должны были назвать вызванную ими эмоцию (стыд, вина или раскаяние) и оценить ее по 5-балльной шкале Лайкерта (1 = совсем нет, 5 = очень высокая).

Процедура

Перед проведением эксперимента наблюдались предварительные этапы. На температуру нашего тела влияет циркадный ритм, и даже в течение дня она достигает самой низкой температуры около 4 утра и самой высокой около 4–6 вечера . Кроме того, цирканнуальный ритм (смена времен года) также влияет на температуру тела. Чтобы свести их к минимуму, мы собрали данные между 4 и 6 PM в течение 2 недель в течение одного и того же сезона. Температуру в лаборатории фиксировали на уровне 26°С.Тепловизионная камера FLIR SC 5000 с пространственным разрешением 640 × 512 пикселей, дифференциальной температурой шумового эквивалента (NETD) <20 мК, максимальной частотой кадров 100 кадров/с, динамическим разрешением 14 бит и спектральным диапазоном 1,1– 5,3 мкм устанавливали на фиксированном расстоянии 2 фута от кресла участников. Тепловизионная камера была настроена на запись лиц участников со скоростью четыре кадра в секунду. Стол для ноутбука стоял перед стулом для предъявления стимула.Ноутбук имел дисплей с диагональю 15,6 дюйма (39,62 см) и разрешением 1366 × 768 пикселей. Размещение стола было скорректировано таким образом, чтобы он был хорошо виден участнику, не закрывая его лицо от обзора тепловизионной камеры (см. Рисунок 1А). Сначала участников просили сесть и расслабиться в течение 20 минут. Это время требовалось для акклиматизации к лабораторным условиям, что необходимо перед проведением эксперимента с использованием тепловизионной камеры. После этого их ознакомили с понятиями вины, стыда и раскаяния с помощью иллюстрированных примеров (раскадровок).После этого участника усаживали на деревянный стул лицом к тепловизионной камере.

Рис. 1. (A) Экспериментальная установка (A, тепловизионная камера; B, ноутбук с раскадровкой; C, запись тепловых данных; D, деревянный стул и E, деревянный стол). (B) Экспериментальный протокол.

Были предоставлены устные, а также письменные инструкции, чтобы убедиться, что они понимают понятия вины, стыда и раскаяния соответственно. Эти три сложные эмоции были операционально определены на основе Proeve and Tudor (2016) следующим образом:

Вина ( aparaadhbodh ): Проступок как нарушение правила или неповиновение какой-либо навязчивой команде.

Стыд ( lajja ): неправильное действие, связанное с неспособностью соответствовать некоторым стандартам, которых человек ожидал от себя.

Раскаяние ( pashchaataap ): Рассмотрение совершенного зла как зла, причиненного кому-то, особенно когда зло каким-то образом причиняет вред другому человеку или существу. Рисунок 1B иллюстрирует протокол эксперимента.

Согласно Pavlidis et al. (2001), изменение кожной температуры на коже лица происходит только при наличии подкожного кровотока в течение не менее 5 с.Это приводит к отводу тепла в течение 15 с со средней задержкой 20 с. Это определяло продолжительность предъявления стимула в настоящем эксперименте. Началу каждой раскадровки предшествовал пустой экран на 5 с для записи базовой температуры. Затем последовала презентация соответствующих раскадровок (три иллюстрации) по 5 с каждая. После этого экран становился пустым, и участники должны были определить эмоцию (вину, стыд или раскаяние), вызванную соответствующей раскадровкой, и оценить ее интенсивность по 5-балльной шкале Лайкерта (1 = минимум, 5 = максимум).Участников заранее проинструктировали выкрикивать свои ответы и не двигать головой в ходе эксперимента. Ответы были записаны.

Для извлечения данных лицо было разделено на пять областей интереса (AOI) — лоб, глаза (отдельно левая и правая), щека (отдельно левая и правая), кончик носа и рот (см. рис. 5). Температурные изменения на лице регистрировались на протяжении всего сценария (пусто/базовый уровень до появления субъективной реакции).Средняя температура в течение 5-секундного окна была извлечена для всех сценариев, где каждый сценарий имел пять стадий (заготовка, раскадровка 1–2–3 и ответ).

Нормальная температура тела человека колеблется в пределах от 36,5°C до 37,5°C, и обычно она изменяется на 0,5°C между самой высокой и самой низкой точкой в ​​течение дня (Mackowiak et al., 1992). Поскольку настоящее исследование уравновешивало как циркадные, так и цирканнуальные ритмы и регистрировало температуру лица, когда температура тела, вероятно, была самой высокой (между 4 и 6 PM ), можно ожидать, что любое дальнейшее изменение температуры лица будет происходить исключительно из-за эмоция, вызванная раздражителем.

Результаты

После извлечения соответствующих данных из всех областей интереса была изучена тенденция для трех условий (пусто/базовый уровень, раскадровка и условия ответа) соответственно. На рис. 2 показана температура, зарегистрированная по ROI отдельно для сценариев, вызывающих вину, раскаяние и/или стыд. Лоб, кончик носа и рот кажутся наиболее часто встречающимися областями лица. Изменение температуры в области глаз при состоянии стыда имеет одинаковую картину для обоих глаз.

Рисунок 2. Температура областей интереса (ROI) в сценариях, вызывающих чувство вины, стыда и/или раскаяния.

Первый поставленный вопрос (RQ-1) заключался в том, чтобы выяснить, существенно ли различаются тепловые сигнатуры пяти областей интереса среди трех раскадровок, изображающих заданный сценарий, или нет. Чтобы ответить на этот вопрос, был проведен односторонний дисперсионный анализ (ANOVA), в котором сравнивалась средняя температура пяти AOI во время просмотра трех раскадровок, изображающих сценарий.Ни одно из значений F не было значимым, что указывало на то, что тепловая сигнатура не изменилась, пока участники наблюдали за сценариями.

Второй вопрос (RQ-2) заключался в том, чтобы выяснить, существенно ли отличались тепловые сигнатуры пяти областей интереса в исходных условиях от условий после раскадровки, соответственно. Для этого был проведен независимый выборочный t-критерий, сравнивающий среднюю температуру во время пре-постусловий, соответственно, для каждой области интереса.Ни одно из значений t не было значимым, что позволяет предположить, что, хотя до-посттермические изменения на лице можно увидеть, они не значительно выше/ниже по сравнению с предыдущим состоянием.

Третий вопрос исследования (RQ-3) заключался в том, чтобы увидеть разницу в тепловых сигнатурах пяти областей интереса между теми сценариями, которые вызывали вину у одних и стыд/раскаяние у других. Чтобы ответить на этот вопрос, был проведен независимый выборочный t-тест, в котором сравнивалась средняя температура каждой из пяти ROI на раскадровках 1–2–3 и условия реакции тех, кто сообщал о чувстве вины и стыда/раскаяния.Три значения t (сценарии 4, 33 и 9) были значимыми (см. Таблицу 2).

Таблица 2. Значительная разница между областями интереса (ROI), вызывающими вину/раскаяние или вину/стыд.

Из всех пяти сценариев, вызывающих чувство вины/раскаяния, щечная область лица показала значительную разницу °C°C °C температуры щеки, зарегистрированной у тех, кто сообщил о чувстве вины и раскаяния для двух сценариев (4 и 33). Для сценария 4 постсценарная экспозиционная средняя температура правой щеки (М = 34.64, SD = 0,63) была достоверно выше у испытавших чувство вины по сравнению со средней температурой правой щеки (M = 33,35, SD = 1,85) у испытавших раскаяние ( t = 2,43; df = 15,3; p < 0,05; Хеджеса g = 1,36).

Для сценария 33 средняя температура левой щеки значительно варьировалась от исходного уровня до условий реагирования. Средняя температура левой щеки во время трехэтапной раскадровки, а также состояния реакции (табл. 2) была значительно выше у испытывающих чувство вины по сравнению со средней температурой левой щеки у испытывающих угрызения совести.Надежный размер эффекта предполагает, что индукция чувства вины-раскаяния, вероятно, влияет на температуру щеки.

Из двух сценариев, вызывающих чувство вины/стыда, значительная разница была обнаружена в температуре правого глаза для сценария 9. Средняя температура правого глаза для сценария 9 была значительно выше (M = 34,91, SD = 0,46) у тех, кто испытывал стыд по сравнению с теми, кто испытывает чувство вины (M = 32,75, SD = 0,78). Эта разница температур была статистически значимой ( t = 2.93; df = 24,3; р < 0,006; г Хеджеса = 1,59).

На рис. 3 показана температура в соответствующих областях интереса для этих трех сценариев (4, 33 и 9). На рис. 4 показано репрезентативное тепловое изображение двух участников, один из которых испытал чувство вины, а другой испытал угрызения совести в сценарии 4. На рис. 5 показана разница температур области интереса (0,5 °C или выше) между состояниями вины и стыда для сценариев вины/раскаяния ( 4 и 33) и сценарий вины/стыда (9).

Рис. 3. Изменение температуры в исследуемых областях (ROI) для сценариев 4, 33 и 9.

Рис. 4. Репрезентативное тепловое изображение (A,B) иллюстрирует состояние вины и раскаяния в сценарии 4 (условие реакции).

Рисунок 5. Разница температур (0,5 °C или выше) между условиями вины и стыда для сценариев вины/раскаяния (4 и 33) и сценария вины/стыда (9). (A) показывает разницу между виной-стыдом для сценария 4, (B) показывает разницу между виной-стыдом для сценария 33 и (C) показывает разницу между виной-стыдом для сценария 9.

Физиологический механизм лицевой области предполагает разницу в 0,5°С при изменении эмоционального состояния. Из 13 сценариев 5 вызывали чувство вины/раскаяния (сценарии 4, 8, 26, 30 и 33) и 2 вызывали чувство вины/стыда (сценарии 9 и 23). Между раскадровкой и условиями отклика наблюдалось изменение температуры на 0,5°C в выбранных областях интереса для всех сценариев, кроме 30 (см. рис. 6).При внимательном рассмотрении изменения температуры более чем на 0,5 °C обнаруживается более сильное тепловое изменение во время чувства вины на лбу, щеке (слева и справа) и в области рта по сравнению со стыдом и раскаянием. Однако термальное изменение во время вины на кончике носа было ниже, чем при стыде. Из-за угрызений совести кончик носа дал смешанные результаты. Сравнение изменения температуры более чем на 0,5°C для чувства вины и стыда показывает, что в то время как чувство вины увеличивает температуру на лбу, стыд делает это на левой щеке. Кончик носа не проявлял какой-либо стабильной формы; в то время как в одном сценарии было зафиксировано увеличение, в другом сценарии оно уменьшилось.Чувство вины вызывает несколько медленное изменение температуры на лбу и во рту; на правой щеке чуть быстрее приносит сдачу. В большинстве случаев вызванное сценарием изменение температуры продолжалось до фазы реагирования.

Рисунок 6. Резюме изменения температуры на 0,5 °C в исследуемых областях (ROI) для сценариев, вызывающих чувство вины/раскаяния и чувство вины/стыда.

Участники также отмечали интенсивность испытываемых эмоций по 5-балльной шкале Лайкерта.Среднее значение вины составило 13,26 (СО, 5,9), стыда — 15,19 (СО, 6,7) и раскаяния — 13,39 (СО, 6,9). Разница между тремя средними значениями не была статистически значимой.

Обсуждение

Некоторые исследователи подчеркивают нечеткость между стыдом и виной, поскольку несколько сценариев могут порождать и то, и другое (Tangney, 1992), а также вину и раскаяние (Lewis, 1971; Taylor, 1996). Также считается, что исходная идея lajja (стыд) синтезирует как вину, так и стыд (Bhawuk, 2017).Установление эмпирически проведенной тонкой грани различия между тремя сложными эмоциями остается сложной задачей. Основываясь на различных статистических анализах, Bhushan et al. (2020) подтвердили, что один и тот же сценарий может вызывать чувство стыда/вины и чувство вины/раскаяния у разных людей. Отмечая сходство/несходство между виной, стыдом и угрызениями совести и подчеркивая значение возмещения ущерба в индукции вины, они утверждают, что «независимо от характера ожиданий, недостигнутых или неудовлетворенных, возможность возмещения ущерба приводит к вине…[ и] отсутствие объема реституции приводит к стыду и раскаянию.Неудовлетворенные ожидания наряду с отсутствием взаимности могут привести к чувству стыда или раскаяния. С другой стороны, сочетание несбывшихся ожиданий и отсутствия взаимности приводит лишь к угрызениям совести» (с. 257–258).

Сценарии, использованные в настоящем исследовании, имели факторную нагрузку в диапазоне от 0,509 до -0,450 (см. Bhushan et al., 2020), а различие между стыдом-виной и виной-раскаянием основывалось на положительной/отрицательной факторной нагрузке. Однако то, что происходит внутри во время генерации сложных эмоций, вызванных сценарием, не может быть получено из этих анализов.Настоящее исследование восполняет этот пробел.

При изучении тепловых сигнатур сложных эмоций крайне важно уделять внимание физиологии тела. Поэтому мы тщательно проанализировали термическое изменение ROI на 0,5°C, даже если оно не было статистически значимым. Согласно Ariyaratnam и Rood (1990), температура на различных участках лица колеблется от 34°C (лобная область) до 32°C (щечная область). Наши данные показывают разницу в 0,5 ° C в изменении температуры на лбу, левой и правой щеках, а также в области рта во время переживания вины по сравнению с переживаниями стыда и раскаяния.Переживание вины привело к повышению температуры. Для двух сценариев, вызывающих чувство вины/стыда, было зафиксировано температурное изменение на 0,5°C на лбу и левой щеке; в то время как переживание вины повысило температуру на лбу, переживание стыда — на левой щеке. Что касается кончика носа, то тепловое изменение при переживании вины было ниже, чем при стыде. С другой стороны, кончик носа вызывал смешанные чувства угрызений совести; в то время как в одном сценарии был зафиксирован рост, в другом сценарии он уменьшился.Сообщалось, что область носа проявляет возбуждение (Nakanishi and Imai-Matsumura, 2008). Как указывалось ранее, мы обнаружили только одно исследование чувства вины, основанное на термографии (Ioannou et al., 2013), в котором сообщалось о снижении температуры в области носа при чувстве вины, тогда как мы получили противоречивые результаты в отношении кончика носа. Тепловая сигнатура сложных эмоций на лице зависит от ветвления кровеносных сосудов на лице, орбите (глазницах) и носовой полости. Лицевая артерия является ветвью наружной сонной артерии и является основным источником кровоснабжения лица.Некоторые другие более мелкие артерии, такие как поднижнечелюстные, нижние и верхние губные, угловые, надглазничные, поверхностные височные, поперечные лицевые и надблоковые артерии, также несут кровь к лицу. Таким образом, изменение температуры лица является побочным продуктом изменения кровотока, который, в свою очередь, зависит от уровня возбуждения, вызванного сценариями, вызывающими стыд, вину или раскаяние. Данное исследование однозначно подтверждает это.

Для двух из пяти сценариев, вызывающих чувство вины/раскаяния, тепловое изменение в области щеки лица было статистически значимым.После просмотра раскадровки сценария 4 температура правой щеки у тех, кто испытывал чувство вины, была значительно выше, чем у тех, кто испытывал угрызения совести. Для сценария 33 средняя температура левой щеки во время трехэтапной раскадровки, а также условия ответа были значительно выше у тех, кто испытывал чувство вины, по сравнению с теми, кто испытывал угрызения совести. Термическая сигнатура переживания вины-раскаяния, по-видимому, влияет на область щек. Из двух сценариев, вызывающих чувство вины/стыда, тепловое изменение, вызванное сценарием 9, привело к значительной разнице в области правого глаза, где температура была выше у тех, кто испытывал стыд, по сравнению с теми, кто испытывал чувство вины.В доступной литературе отмечается повышение температуры в области глаз при обмане (Pavlidis et al., 2002) и в области лба при фрустрации (Puri et al., 2005). Из-за недостатка эмпирических данных, касающихся тепловых сигнатур сложных эмоций, результаты этого исследования подчеркивают перспективность термографии как метода изучения сложных эмоций.

Субъективная оценка стыда была относительно выше по сравнению с чувством вины и раскаяния. Однако эта разница не была статистически значимой.Чжу и др. (2015) сообщили о разнице во времени обработки выражений лица и оценки интенсивности. Однако мы не встретили ни одного исследования, посвященного анализу динамики сложных эмоций.

Результаты этого исследования важны для различения трех сложных эмоций, а именно. чувство вины, стыда и раскаяния. Сочетание поведенческого метода и методов термографии до сих пор не так часто используется в исследованиях эмоций. Несмотря на то, что небольшой размер выборки ограничивает обобщение результатов, он проливает свет на перекрывающиеся сложные эмоции.Результаты этого исследования однозначно подтверждают важность тепловых сигнатур сложных эмоций, поскольку они могут уравновешивать как циркадные, так и цирканнуальные ритмы. Однако эта техника имеет ограничение. Несмотря на свою технологическую сложность, термография имеет определенные ограничения при использовании для исследования эмоций. Хотя он в основном использовался для изучения основных эмоций, и исследователи определили определенные области лица, демонстрирующие температурные изменения по отношению к конкретным эмоциям, он имеет ограничения в различении эмоций, затрагивающих одну и ту же группу мышц.

Заявление о доступности данных

Необработанные данные, подтверждающие выводы этой статьи, будут предоставлены авторами без неоправданных оговорок.

Заявление об этике

Исследования с участием людей были рассмотрены и одобрены Комитетом по этике Индийского технологического института в Канпуре. Пациенты/участники предоставили письменное информированное согласие на участие в этом исследовании.

Вклад авторов

Все авторы в равной степени участвовали в планировании и проведении исследования.SB и SD собирали данные, а BB и PP контролировали процесс сбора данных. BB проанализировал данные и составил первую версию рукописи, а все остальные авторы внесли свой вклад в ее доработку. Все авторы согласились нести ответственность за содержание работы.

Конфликт интересов

Авторы заявляют, что исследование проводилось при отсутствии каких-либо коммерческих или финансовых отношений, которые могли бы быть истолкованы как потенциальный конфликт интересов.

Благодарности

Авторы благодарят Сунила К. Сароджа за его помощь в сборе данных и Шубхама Панди и Вайбхава Пратапа Сингха за их помощь в извлечении данных.

Ссылки

Эндрюс, Б., Цянь, М., и Валентайн, Дж. Д. (2002). Прогнозирование депрессивных симптомов с помощью новой меры стыда: шкалы переживания стыда. руб. Дж. Клин. Психол. 41, 29–42. дои: 10.1348/014466502163778

Реферат PubMed | Полный текст перекрестной ссылки | Академия Google

Арияратнам, С.и Руд, Дж. П. (1990). Измерение температуры кожи лица. Дж. Дент. 18, 250–253. дои: 10.1016/0300-5712(90)

-7

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Академия Google

Averilla, P.M., Diefenbachb, GJ, Stanleyb, M.A., Breckenridgea, J.K., и Lusbya, B. (2002). Оценка стыда и вины в психиатрической выборке: сравнение двух мер. Личный. Индивид. Отличаться. 32, 1365–1376. doi: 10.1016/S0191-8869(01)00124-6

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Академия Google

Бечара, А.и Дамасио, А. Р. (2005). Гипотеза соматических маркеров: нейронная теория экономических решений. Игры эконом. Поведение 52, 336–372. doi: 10.1016/j.geb.2004.06.010

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Академия Google

Бхавук, Д. П. (2017). «Ладжа в индийской психологии: духовные, социальные и литературные перспективы», в The Value of Shame (Берлин: Springer), 109–134. дои: 10.1007/978-3-319-53100-7_5

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Академия Google

Бхушан, Б., Басу С. и Датта С. (2020). Возвращение к чувству вины, стыда и раскаяния. Психолог. Стад. 65, 247–260. doi: 10.1007/s12646-020-00561-z

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Академия Google

Коэн, Т. Р., Вольф, С. Т., Пантер, А. Т., и Инско, К. А. (2011). Представляем шкалу GASP: новую меру склонности к вине и стыду. Дж. Личный. соц. Психол. 100, 947–966. дои: 10.1037/a0022641

Реферат PubMed | Полный текст перекрестной ссылки | Академия Google

Кук, Д.Р. (1996). «Эмпирические исследования стыда и вины: шкала интернализированного стыда», в «Знание чувств: аффект, сценарий и психотерапия », изд. Д. Л. Натансон (Нью-Йорк, штат Нью-Йорк: WW Norton & Company), 132–165.

Академия Google

Фишер, М.Л., и Экслайн, Дж.Дж. (2010). Движение к самопрощению: устранение барьеров, связанных со стыдом, виной и сожалением. Соц. Личный. Психол. Компас 8, 548–558. doi: 10.1111/j.1751-9004.2010.00276.x

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Академия Google

Госс, К., Гилберт П. и Аллан С. (1994). Исследование меры стыда-I: другой как шкала стыда. Личный. Индивид. Отличаться. 17, 713–717. дои: 10.1016/0191-8869(94)-X

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Академия Google

Хоблицелле, В. (1987). «Дифференциация и измерение стыда и вины: связь между стыдом и депрессией», в «Роль стыда в формировании симптомов» , изд. HB Lewis (Хиллсдейл: Лоуренс Эрлбаум), 207–235.

Академия Google

Иоанну, С., Ebisch, S., Aureli, T., Bafunno, D., Ioannides, H.A., Cardone, D., et al. (2013). Вегетативная подпись вины у детей: тепловое инфракрасное исследование. PLoS One 8:e79440. doi: 10.1371/journal.pone.0079440

Реферат PubMed | Полный текст перекрестной ссылки | Академия Google

Жарлье С., Гранжан Д., Дельпланк С., Н’Диайе К., Кайе И., Веласко М. И. и др. (2011). Термический анализ сокращений мимических мышц. IEEE Trans. Оказывать воздействие. вычисл. 2, 2–9.doi: 10.1109/T-AFFC.2011.3

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Академия Google

Хан, М.М., Уорд, Р.Д., и Инглби, М. (2009). Классификация притворных и вызванных выражений лица положительных и отрицательных аффективных состояний с использованием инфракрасного измерения температуры кожи. ACM Trans. заявл. Восприятие. 6, 1–6. дои: 10.1145/1462055.1462061

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Академия Google

Крживицкий, А. Т., Хе, Г., и О’Кейн, Б. Л. (2009). «Анализ температурных изменений лица в ответ на эмоции: получение видеоклипов», в Proceedings of SPIE Defense, Security, and Sensing , Vol.7343, Орландо, Флорида, 73412-1–73411-11. дои: 10.1117/12.821289

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Академия Google

Кураока, К., и Накамура, К. (2011). Использование измерения температуры кожи носа при изучении эмоций макак. Физиол. Поведение 102, 347–355. doi: 10.1016/j.physbeh.2010.11.029

Реферат PubMed | Полный текст перекрестной ссылки | Академия Google

Льюис, М. (2000). «Эмоции самосознания: смущение, гордость, стыд и вина», в Handbook of Emotions , 2nd Edn, eds M.Льюис и Дж. М. Хэвиленд-Джонс (Нью-Йорк, штат Нью-Йорк: Гилфорд), 623–636.

Академия Google

Льюис, HB (1971). Стыд и вина при неврозах. Психоанал. Ред. 58, 419–438.

Академия Google

Маковяк, П.А., Вассерман, С.С., и Левин, М.М. (1992). Критическая оценка 98,6 ° F, верхнего предела нормальной температуры тела, и других наследий Карла Рейнгольда Августа Вундерлиха. JAMA 268, 1578–1580. дои: 10.1001/jama.1992.034092034

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Академия Google

Marschall, D.E., Sanftner, J., and Tangney, J.P. (1994). Шкала чувства стыда и вины. Фэрфакс, Вирджиния: Университет Джорджа Мейсона.

Академия Google

Мерла, А., и Романи, Г.Л. (2007). «Тепловые сигнатуры эмоционального возбуждения: исследование функциональных инфракрасных изображений», в материалах Proceedings of the 29th Annual International Conference of the Engineering in Medicine and Biology Society , Lyon, 247–249.doi: 10.1109/IEMBS.2007.4352270

Реферат PubMed | Полный текст перекрестной ссылки | Академия Google

Michl, P., Meindl, T., Meister, F., Born, C., Engel, R.R., Reiser, M., et al. (2014). Нейробиологические основы стыда и вины: пилотное исследование фМРТ. Скан 9, 150–157. doi: 10.1093/scan/nss114

Реферат PubMed | Полный текст перекрестной ссылки | Академия Google

Мизуками К., Кобаяси Н., Исии Т. и Ивата Х. (1990). Первая избирательная привязанность начинается в раннем младенчестве: исследование с помощью телетермографии. Поведение младенцев. Дев. 13, 257–271. дои: 10.1016/0163-6383(90)

-6

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Академия Google

Мизуками К., Кобаяси Н., Ивата Х. и Исии Т. (1987). Телетермография в исследованиях эмоционального поведения младенцев. Ланцет 330, 38–39. doi: 10.1016/S0140-6736(87)93068-6

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Академия Google

Наканиши, Р., и Имаи-Мацумура, К. (2008). Температура кожи лица снижается у грудных детей с радостным выражением лица. Поведение младенцев. Дев. 31, 137–144. doi: 10.1016/j.infbeh.2007.09.001

Реферат PubMed | Полный текст перекрестной ссылки | Академия Google

Нхан, Б. Р., и Чау, Т. (2010). Классификация аффективных состояний с помощью теплового инфракрасного изображения человеческого лица. IEEE Trans. Биомед. англ. 57, 979–987. doi: 10.1109/TBME.2009.2035926

Реферат PubMed | Полный текст перекрестной ссылки | Академия Google

Павлидис И., Левин Дж. и Баукол П. (2001). Тепловидение для обнаружения беспокойства. IEEE 2, 315–318. doi: 10.1109/ICIP.2001.958491

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Академия Google

Павлидис И., Циамурцис П., Шастри Д., Уэсли А., Чжоу Ю., Линднер П. и соавт. (2012). Быстрый по своей природе: как модели стресса определяют человеческий опыт и производительность в ловких задачах. науч. Респ. 2:305. дои: 10.1038/srep00305

Реферат PubMed | Полный текст перекрестной ссылки | Академия Google

Проев, М., и Тюдор, С. (2016). Раскаяние: психологические и юридические аспекты. Лондон: Рутледж.

Академия Google

Пури, К., Олсон, Л., Павлидис, И., Левин, Дж., и Старрен, Дж. (2005). «StressCam: бесконтактное измерение эмоциональных состояний пользователей с помощью тепловидения [резюме]», в CHI ’05 Extended Abstracts on Human Factors in Computing Systems , Portland, OR, 1725–1728. дои: 10.1145/1056808.1057007

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Академия Google

Ризви, С.Л. (2010). Разработка и предварительная валидация новой меры для оценки стыда: инвентаризации стыда. Дж. Психопат. Поведение Оценивать. 32, 438–447. doi: 10.1007/s10862-009-9172-y

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Академия Google

Робинсон Д. Т., Клэй-Уорнер Дж., Мур С. Д., Эверетт Т., Уоттс А., Такер Т. Н. и соавт. (2012). К ненавязчивой оценке эмоций во время взаимодействия: методы тепловидения. Доп. Групповой процесс. 29, 225–266. дои: 10.1108/S0882-614520120000029011

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Академия Google

Сибия, А.и Мишра, Г. (2011). «Понимание эмоций», в Справочнике по психологии в Индии , изд. Г. Мишра (Нью-Йорк, штат Нью-Йорк: издательство Оксфордского университета), 286–298.

Академия Google

Такахаши Х., Яхата Н., Коэда М., Мацуда Т., Асаи К. и Окубо Ю. (2004). Активация мозга, связанная с оценочными процессами вины и смущения: исследование фМРТ. НейроИзображение 23, 967–974. doi: 10.1016/j.neuroimage.2004.07.054

Реферат PubMed | Полный текст перекрестной ссылки | Академия Google

Тангни, Дж.П. (1990). Оценка индивидуальных различий в склонности к стыду и вине: развитие самосознательного аффекта и инвентаризации атрибуции. Дж. Личный. соц. Психол. 59, 102–111. дои: 10.1037/0022-3514.59.1.102

Реферат PubMed | Полный текст перекрестной ссылки | Академия Google

Тангни, Дж. П. (1992). Ситуационные детерминанты стыда и вины в молодом взрослом возрасте. чел. соц. Психол. Бык. 18, 199–206. дои: 10.1177/0146167292182011

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Академия Google

Тангни, Дж.П. (1996). Концептуальные и методологические вопросы оценки стыда и вины. Поведение. Рез. тер. 34, 741–754. дои: 10.1016/0005-7967(96)00034-4

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Академия Google

Тангни, Дж. П., Диринг, Р. Л., Вагнер, П. Е., и Грамзов, Р. (2000). Тест на самосознательный аффект-3 (TOSCA-3). Фэрфакс, Вирджиния: Университет Джорджа Мейсона, doi: 10.1037/t06464-000

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Академия Google

Тангни, Дж.PE и Фишер, KW (ред.). (1995). Эмоции самосознания: психология стыда, вины, смущения и гордости. Нью-Йорк, штат Нью-Йорк: Guilford Press.

Академия Google

Tangney, J.P., Wagner, P.E., and Gramzow, R. (1989). Тест самосознательного воздействия (TOSCA). Фэрфакс, Вирджиния: Университет Джорджа Мейсона.

Академия Google

Тейлор, Г. (1996). «Вина и раскаяние», в Эмоции: социальные, культурные и биологические аспекты , под редакцией Р.Харре, WG Parrott (Нью-Йорк, штат Нью-Йорк: Sage), 57–73. дои: 10.4135/9781446221952.n5

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Академия Google

Томкинс С.С., Седжвик Э.К. и Франк А. (редакторы) (1995). Стыд и его сестры: читатель Сильвана Томкинса. Дарем, Северная Каролина: Издательство Университета Дьюка.

Академия Google

Тернер, Дж. Э. (1998). Исследование реакции стыда, мотивации и достижений на сложном курсе колледжа. докторская диссертация, Техасский университет, Остин, Остин, Техас.

Академия Google

Zajonc, R.B., Murphy, S.T., and Inglehart, M. (1989). Ощущение и мимика: последствия сосудистой теории эмоций. Психолог. Ред. 96, 395–416. doi: 10.1037/0033-295X.96.3.395

Реферат PubMed | Полный текст перекрестной ссылки | Академия Google

Zhu, C., He, W., Qi, Z., Wang, L., Song, D., Zhan, L., et al. (2015). Временной ход обработки эмоциональных изображений: потенциальное исследование, связанное с событием, с использованием парадигмы быстрой последовательной визуальной презентации. Фронт. Психол. 6:954. doi: 10.3389/fpsyg.2015.00954

Реферат PubMed | Полный текст перекрестной ссылки | Академия Google

Постыдные секреты беспокоят нас больше, чем секреты вины

ВАШИНГТОН — У всех есть секреты, но что заставляет кого-то думать о них снова и снова? Согласно исследованию, опубликованному Американской психологической ассоциацией, люди, которые испытывают стыд из-за секрета, а не чувство вины, с большей вероятностью будут поглощены мыслями о том, что они скрывают.

«Почти все хранят секреты, и они могут быть вредны для нашего благополучия, наших отношений и нашего здоровья», — сказал Майкл Л. Слепян, доктор философии Колумбийского университета и ведущий автор исследования. «Однако крайне мало изучено, как секретность приносит такой вред».

Исследование было опубликовано в журнале Emotion ® .

Слепян и его коллеги опросили 1000 участников, задав ряд вопросов об их секретах и ​​о том, сколько стыда и вины они связывают с этими секретами.Участникам задавали вопросы, предназначенные для измерения чувства стыда (например, «Я ничтожный и маленький») и чувства вины (например, «Я испытываю угрызения совести и сожалею о том, что сделал»). Участники также сообщили, сколько раз они думали о своем секрете и скрывали его каждый день в течение предыдущего месяца.

«Мы исследовали стыд и вину, две наиболее изученные эмоции самосознания», — сказал Слепян. «В отличие от базовых эмоций, таких как гнев и страх, которые относятся к чему-то вне нас самих, стыд и вина сосредоточены на самом себе.

Люди, которые сообщали о чувстве стыда, думали о своих секретах значительно чаще, чем люди, которые сообщали о чувстве вины или те, кто не испытывал ни стыда, ни вины из-за своего секрета. Авторы также обнаружили, что ни вина, ни стыд не предсказывают сокрытия секретов.

«Сокрытие секрета в значительной степени зависит от того, как часто человек ведет разговор, связанный с секретом, с человеком, от которого он или она его скрывает, а не от того, как он или она относится к секрету», — сказал Слепян.

Когда человек стыдился тайны, он чувствовал себя маленьким, бесполезным или бессильным, а чувство вины вызывало у человека угрызения совести, напряжение или сожаление. По словам Слепяна, секреты о своем психическом здоровье, предыдущий травматический опыт или недовольство своей внешностью, как правило, вызывают больше стыда, в то время как причинение вреда другому человеку, ложь кому-то или злоупотребление чьим-то доверием вызывают больше вины.

Чувство сожаления не заставляло человека постоянно думать о секрете, как чувство бессилия, заключил Слепян.

Люди не должны быть так строги к себе, когда думают о своих секретах, говорят исследователи.

«Если секрет кажется обременительным, постарайтесь не принимать его на свой счет, а вместо этого признайте, что он отражается на вашем поведении, и вы можете это изменить», — сказал Слепян. «Вина фокусирует людей на том, что делать дальше, поэтому переход от стыда к вине должен помочь людям лучше справляться со своими секретами и двигаться вперед».

Статья: «Стыд, вина и тайны разума», Майкл Л.Слепян, доктор философии, Колумбийский университет; Джеймс Н. Кирби, доктор философии, Университет Квинсленда, Элиз К. Калокеринос, доктор философии, Университет Ньюкасла. Emotion , опубликовано 11 февраля 2019 г.

Михаил Слепян  можно связаться по электронной почте.

Американская психологическая ассоциация в Вашингтоне, округ Колумбия, является крупнейшей научной и профессиональной организацией, представляющей психологию в Соединенных Штатах. В состав АРА входят около 115 700 исследователей, преподавателей, клиницистов, консультантов и студентов.Благодаря своим подразделениям в 54 областях психологии и связям с 60 ассоциациями штатов, территорий и провинций Канады АПА работает над созданием, распространением и применением психологических знаний на благо общества и улучшения жизни людей.

Обычная вина и стыд, вызванные травмой

 Октябрь В чем разница между виной и стыдом? Мы часто склонны использовать эти два слова взаимозаменяемо, потому что стыд тесно связан с виной.Однако, чтобы понять, какое влияние каждый из них может оказать на наше психическое здоровье и поведение, а также что может вызывать эти чувства, полезно сначала узнать разницу.

Что такое вина? Что такое стыд?

Вина возникает из-за наших действий и осознания того, что эти действия могли причинить вред кому-то другому. Мы испытываем чувство вины, когда чувствуем ответственность или раскаяние за правонарушение, преступление или любое другое действие или поведение, которое мы считаем неправильным, нежелательным или вызывающим сожаление.

Еще один важный момент: вина может быть реальной или воображаемой, и люди могут чувствовать вину даже за то, за что они не несут ответственности.Например, может быть, где-то за последний год вы могли сохранить хорошую работу или даже устроиться на новую, но чувствовали себя виноватыми из-за того, что кто-то из ваших близких не смог этого сделать. Вина за то, что вы сделали кому-то другому, уже может привести к чувству раскаяния или смущения, но эта «ложная вина» может быть еще более пагубной для вашего психического состояния, потому что она касается чего-то, над чем вы не можете контролировать.

В любом случае чувство вины является распространенным и легко распознаваемым чувством, потому что вина связана с нашими убеждениями в отношении того, что правильно и что неправильно, что морально, а что безнравственно.Вину можно испытать только тогда, когда вы чувствуете, что ваши действия не только неправильны, но и значительны. Мы знаем, когда вы чувствуете себя виноватым, потому что это обычно связано с поведением, о котором вы почти сразу же сожалеете из-за вашей беспокойной совести.

А как же стыд? Чтобы испытать чувство вины, вы принимаете решение о том, что что-то, что вы сделали, неправильно, аморально или необдуманно. С другой стороны, когда вы чувствуете стыд, вы чувствуете, что ваше «я» неправильно. Стыд может возникнуть из-за осознания своей вины, но эта самокритика себя в негативном свете не всегда возникает из-за того, что вы сделали что-то не так.Стыд связан с чувствами к себе, тогда как чувство вины связано с кем-то другим. Другими словами, мы чувствуем себя виноватыми в том, что мы делаем ; мы чувствуем стыд за то, кто мы .

Как чувство, направленное внутрь, стыд представляет собой возникающее болезненное чувство и, как правило, является более глубокой и вредной эмоцией. Стыд заставляет нас чувствовать разочарование, но не всегда из-за того, что мы сделали, а из-за того, кто мы есть. Люди испытывают стыд, когда считают себя бесполезными или даже недостойными.Если вы чувствуете, что ваша природа ущербна, вы можете чувствовать себя недостойным любви, принадлежности или связи.

Что такое вина и стыд, вызванные травмой?

Чувство вины — обычное чувство у людей, у которых развилось посттравматическое стрессовое расстройство (ПТСР) или которые пережили травматическое событие. Это чувство называется виной, связанной с травмой. Это относится к неприятному чувству сожаления, которое возникает из-за убеждения, что вы могли или должны были действовать по-другому во время травматического события, были ли вы свидетелем или тем, кто непосредственно пережил его.Некоторыми примерами травмы, вызванной чувством вины, может быть человек, который стал свидетелем нападения и чувствовал себя виноватым за то, что не вмешался, чтобы помочь, или жертва сексуального насилия, которая может чувствовать себя виноватой за то, что не сопротивлялась.

Переживание сильного чувства вины, связанного с травмой, было связано с развитием посттравматического стрессового расстройства, а посттравматическое стрессовое расстройство часто приводит к стыду, вызванному травмой, который может усугубить симптомы посттравматического стрессового расстройства. Или стыд, связанный с травмой, может способствовать развитию посттравматического стрессового расстройства.

Стыд, вызванный травмой, — это обычное чувство, возникающее после травматического события, и те, кто испытывает стыд, испытывают внутреннюю боль и обвиняют себя в событии, вызвавшем их расстройство.Стыд, связанный с травмой, имеет тенденцию быть значительно более сильным, чем любая другая эмоция, связанная с посттравматическим стрессовым расстройством, настолько, что это единственная эмоция, которая значительно препятствует процессу выздоровления у людей с посттравматическим стрессовым расстройством.

В чем разница между обычной виной и стыдом и виной и стыдом, вызванными травмой?

Наиболее существенные различия между обычным стыдом и виной заключаются в серьезности и последствиях между ними. Как и обычное чувство вины, чувство вины, связанное с травмой, также может возникнуть в результате чего-то, что находится вне нашего контроля.Тем не менее, наряду со стыдом, связанным с травмой, вина, связанная с травмой, может способствовать депрессии, социальной тревожности, низкой самооценке и суицидальным мыслям. С другой стороны, регулярный стыд может привести к такому поведению, как отвлечение вины, нападки или уход от других.

Стыд, вызванный травмой, независимо от того, связан ли он с посттравматическим стрессовым расстройством или нет, может помешать людям вести нормальную, здоровую жизнь. Стыд, который следует за травмирующим событием, может привести к нездоровым механизмам преодоления, которые действуют как барьеры для обработки травмирующих переживаний и эмоций; это часто мешает кому-то обратиться за помощью, потому что стыд заставляет человека критиковать и сомневаться в своей силе и самооценке.

Таким образом, не только клеймо стыда, которое человек может испытать после травматического события, неконструктивно в том смысле, что он не обращается за лечением, но сам по себе стыд (обычный или вызванный травмой) проблематичен сам по себе. Если вы помните, как вина связана с чем-то, что мы сделали, что мы считаем неправильным, это также означает, что чувство вины может заставить нас исправить это. Вина может использоваться как инструмент для преодоления конфликта, тогда как стыд гораздо менее конструктивен.

Стыд — это не просто плохое самочувствие по поводу того, что было сделано; это означает плохое самочувствие.Способность по-настоящему понять эту разницу в качестве специалиста в области психического здоровья существенно повлияет на эффективность вашего подхода и жизнь ваших клиентов, которых вы хотите вылечить.

Вина и стыд — распространенные проблемы в мире психического здоровья, и чем лучше мы их понимаем, тем лучше мы можем понять, через что проходит наш клиент. Чем скорее мы сможем помочь им поправиться. Мы считаем, что эта тема важна для специалистов в области психического здоровья, поскольку стыд и чувство вины могут затронуть любого, и мы хотим предоставить вам знания, которые помогут вашим клиентам выздороветь.

Обучение и семинары MAGentix для специалистов в области психического здоровья 22 октября 2021 г. проводят эксклюзивный семинар по вине и стыду, вызванным травмой, на котором представлены исчерпывающие материалы и инструменты для расширения ваших знаний и уверенности в этом важном предмете. Это событие быстро приближается, поэтому зарегистрируйтесь онлайн или свяжитесь с нами, если у вас есть какие-либо вопросы.

Преодоление стыда и вины при выздоровлении от зависимости

Кейтлин Мерси

Что такое стыд в выздоровлении?

Почему вы испытываете чувство вины и стыда

  Когда вы боретесь со злоупотреблением психоактивными веществами и зависимостью, вы будете делать то, о чем в трезвом состоянии и не мечтали, просто чтобы пережить день.Когда вы зависимы от вещества, вы должны найти способ получить это вещество, и эта зависимость часто не оставляет места для заботы о том, на что вы пошли, чтобы удовлетворить свою тягу. Начав путь к выздоровлению, вы можете очень часто испытывать чувство вины и стыда за то, что вы делали, находясь в состоянии активной зависимости. Может быть легко зацикливаться на этих темных эмоциях и чувствовать себя подавленными ими, но слишком долгое сидение в них — хороший способ настроить себя на рецидив.

Что вызывает стыд?

Ключевые различия между чувством вины и стыдом

Хотя чувство вины и стыда очень похоже, между ними есть много различий, и важно их распознавать. Вина — это когда вы чувствуете себя плохо из-за того, что вы сделали или обязались сделать, а затем не сделали. Например, может быть, вы чувствуете вину за то, что говорили кому-то недобрые слова в состоянии алкогольного опьянения или давали обещание что-то сделать, но не выполнили его.

Стыд, однако, идет дальше, чем вина. В то время как чувство вины — это признание того, что вы сделали что-то, чего делать не следовало, и чувствовать себя плохо, стыд — это интернализация вины и вера в то, что вы сами плохие из-за плохих поступков, которые вы сделали.

Многие специалисты в области психического здоровья считают стыд «чувством застенчивости». Умение различать вину и стыд важно, потому что это может повлиять на ваше поведение и реакцию. Например, чувство вины часто побуждает вас извиниться, исправить ошибку или загладить вину перед кем-то, кого вы обидели.Стыд, с другой стороны, влияет на саморазрушительные действия и негативные и самоуничижительные мысли.

Почему стыд и вина опасны при выздоровлении от зависимости

Пребывание в чувстве вины почти неизбежно приведет к чувству стыда. Стыд ранит гораздо глубже, чем чувство вины, и именно поэтому он так опасен. Когда вы охвачены чувством вины и стыда, вы можете начать чувствовать, что заслуживаете этих плохих чувств по отношению к себе.В конечном счете, вы наказываете себя за то, что вы делали во время своей зависимости, и это не приносит ни вам, ни окружающим вас людям никакой пользы.

Несем ли мы ответственность за зависимость?

Разорвать порочный круг вины и стыда в процессе выздоровления от зависимости

Разорвать порочный круг вины и стыда, который часто присутствует при выздоровлении от зависимости, — непростая задача. Вот несколько вещей, которые вы можете сделать, чтобы избавиться от этих чувств.

  • Признайте, что чувство вины и стыда контрпродуктивно. Когда вы избавляетесь от активной зависимости, легко быть чрезмерно критичным к себе, а также к тому, что вы делали, пока не были трезвыми. Никто не заслуживает того, чтобы его терзали чувство вины и стыда, и зацикливаться на этих эмоциях — не более чем саморазрушение.
  • Просить прощения. Все делают ошибки. Решение изменить свою жизнь и бороться со своей зависимостью — чрезвычайно мужественное решение, и часть выздоровления — это загладить свою вину и попросить прощения у тех, кого вы обидели.Хотя они могут быть не в состоянии простить вас немедленно, вы сделаете все возможное, чтобы загладить свою вину и оставить свои действия позади.
  • Отпустите то, что вы не можете контролировать. Единственный человек, которого вы действительно контролируете, это вы сами. Есть так много вещей, которые находятся вне вашего контроля, которые не могут измениться или измениться, и ваше прошлое является одной из них. Цепляние за то, что вы делали во время активной зависимости, чувство вины за причинение вреда людям или стыд за зависимость не помогут вашему выздоровлению, а только затянут вас назад.Отпустить вещи из своего прошлого — это большой шаг к освобождению от зависимости.
  • Прости себя. Учиться прощать себя — долгий процесс. Зацикливаться на вещах, которые вы сделали в прошлом, неконструктивно и не полезно для вас. Важно не ваше прошлое, важен выбор, который вы делаете сегодня.

Как вы справляетесь со стыдом и сожалением?

Чем может помочь уход за песчаником

Понимание и противостояние стыду и вине, которые вы испытываете в зависимости, является важной частью выздоровления.Зацикливание на этом и пребывание в этих ядовитых эмоциях только настраивает вас на рецидив. В Sandstone Care наша команда высококвалифицированных и увлеченных профессионалов стремится помочь подросткам и молодым людям полностью реализовать свой потенциал. Это означает персонализацию каждого индивидуального плана лечения, чтобы убедиться, что все, через что вы проходите, противостоит и прорабатывается.

Узнайте больше о наших уровнях ухода и нашей команде по лечению здесь! Если вам нужна поддержка сообщества, загляните на нашу страницу выпускников в Facebook, чтобы быть в курсе последних событий и собраний, посвященных трезвости, или обратитесь к нашему координатору по работе с выпускниками Келли Батцер, чтобы получить дополнительную информацию.

Как бороться со стыдом во время выздоровления

Так жаль и стыдно. Давайте поговорим о них на секунду. И давайте перейдем к делу, и я буду, я буду. Я лично считаю, что это сожаление, и мы можем поговорить позже о вине, я считаю, что сожаление и вина являются законными и необходимыми для исцеления. Я действительно. И под сожалением я подразумеваю глубокую скорбь, глубокую скорбь за ошибки, которые мы сделали. В программе АА и АН говорится о возмещении ущерба, это означает действительно принимать близко к сердцу то, что мы сделали, желая исправить это.

Поэтому я считаю, что сожаление, раскаяние, чувство вины абсолютно необходимы. Я различаю их, и мы, наверное, сегодня поговорим об этом подробнее, Клинт, я действительно различаю в психологическом отношении вину и раскаяние, с одной стороны, и стыд, с другой. Итак, я собираюсь говорить о стыде так: стыд всегда токсичен, вина необходима, вина освобождает нас для выздоровления.

Стыд парализует нас, стыд фактически порабощает нас. И поэтому я понимаю, что это определения, но очень важно, чтобы люди хотя бы понимали то, как я их определяю.И я пытаюсь говорить, вы знаете, мой опыт в психологии, в этом году будут разные языки, есть огромная литература о стыде, я подхожу к этому с психологической точки зрения, и посмотрите на стыд, это всего лишь когда-либо вредно.

Теперь, теперь, когда мы сделали это различие, что же с этим делать? Вы знаете, я тренируюсь уже 10 лет, что-то я рано стал очень активным, я просто, ничего страшного, если я говорю лично. Да, я стал очень активным в начале своего выздоровления.10 лет назад я стал очень активным в двух разных группах, я стал очень активным в подходе из 12 шагов, который работал со спонсором, работая по шагам, и я ходил на собрания почти каждый день, очень благодарен за это, и делал много хорошая работа там.

Был, думаю, иногда это была какая-то добавка для меня, я тоже втянулся. Моя, моя докторская диссертация была посвящена внимательности. И я годами практиковал осознанность, на самом деле я практиковал осознанность из-за своей зависимости, что грустно признавать, но я просто хочу сказать, что нет волшебного средства от зависимости, я мог бы практиковать медитацию и все равно оставаться зависимым.У меня восемь экспонатов, потому что я это сделал.

Но я знал, что во время выздоровления осознанность станет одним из ресурсов, которые я действительно хотел изучить. Так что я провел должную осмотрительность и нашел группу, которая сосредоточилась на подходах осознанности к зависимостям, и она называлась восстановлением убежища. На самом деле это больше соответствует буддийскому подходу к выздоровлению. И я в равной степени христианин по происхождению и буддист, то есть обе традиции очень ценны для меня.

Единственное, чего я жаждал в 12-шаговой программе, чего, как мне казалось, не хватало, так это этого аспекта, аспекта внимательности или медитации. Так что я сделал и то, и другое одновременно. принимал очень активное участие в обоих, был секретарем обоих собраний и т. д. И именно так я должен был это сделать. Именно во время выздоровления в прибежище я научился практике, которая уходит своими корнями в восточные традиции и наверняка перенимается в западных традициях, и с тех пор я следую ей.

Это просто называется практикой прощения.Это связано с вашим вопросом о том, что мне делать, если я выздоравливаю? Что я могу сделать, чтобы поддержать моего ребенка, который выздоравливает? Одна из самых важных частей выздоровления — это то, как справиться с тем, о чем мы говорим сегодня, — со стыдом. А противоположность стыда — сострадание к себе. Итак, если мы можем разработать практику, и я практиковал ее ежедневно, я сделал это сегодня утром, я сделал это во время плавания.

В программах «12 шагов» они говорят о моральной инвентаризации, это способ проведения моральной инвентаризации, то есть я смотрю на всех, кого я обидел за последние 24 часа, неважно, насколько они велики или незначительны.И я, и я практикую с ними эту практику прощения. А практика состоит из трех компонентов. Он разрабатывается для меня уже 10 лет. На самом деле, я сделал CD на нем.

А это компакт-диск, который я записал несколько лет назад под названием «Свобода прощения». Это доступно онлайн. Я нет, я не пытаюсь его продать. Я просто хочу дать это как ресурс. Но что интересно, так как я разработал компакт-диск, наверное, четыре года назад, моя практика продолжала развиваться, и я, вероятно, сделаю вторую версию этого.И вот как это происходит. Это просто. И я смотрю на тебя, как я говорю, это растение.

Первая часть, могу ли я горевать? Могу ли я действительно сожалеть, вы спросили о сожалении? Могу ли я испытывать благочестивую печаль за то, что я сделал другим? Это первая часть, и есть практика, когда вы делаете это мысленно, и я делаю это каждый день. Я сделал это сегодня утром. Я делаю это каждый день, чтобы прояснить мысли, могу ли я сожалеть о том, что я сделал, и распространять это на другого человека?

Если это во мне, если это в моей собственной внутренней работе, если это во внешних отношениях, обычно это и то, и другое.Это первое горе. Вторая часть: могу ли я сострадать другому человеку? Это любовь, и понимание, и сочувствие к тому, что они должны были чувствовать, когда я что-то говорил, или делал, или, может быть, не делал? А потом перевернуть это? Могу ли я иметь сострадание к себе? Ибо что заставило меня сделать это?

Как правило, это какая-то версия моего отыгрывания каких-то неприятных эмоций, которые могут быть связаны с травмой в прошлом или чем-то еще. Но мне не стоит быть недобрым к себе больше, чем к другим.Итак, это вторая часть, серьезное сострадание. И третья часть — это прощение, а прощение — если я, если я обидел вас, растение, могу ли я попросить у вас прощения.

Я сказал, что выполнял эти упражнения с сотнями клиентов, может быть, с тысячами клиентов за последние 10 лет, я не знаю, сколько, потому что я веду очень много групп, и это самая большая часть этого, для многие из них — последняя часть, которая, могу ли я простить себя, за то, что я сказал вам или сделал для вас или даже думал о вас.И эта практика занимает пять минут. Я делаю это каждое утро. И это самое практичное.

На самом деле, позвольте мне сказать следующее: я думаю, что если вы вернетесь на 10 лет назад к моему собственному выздоровлению, то увидите, что это самый важный инструмент устойчивого успешного выздоровления в моей жизни, о котором я могу свидетельствовать. Это правда. Я не могу говорить за других людей, потому что у всех разные точки входа. Но если мы говорим о стыде, когда я начал выздоравливать, я честно думаю, что около 90% времени я провел, чувствуя себя ужасно, что на самом деле, если мы только что говорили о стыде на английском языке, стыд — это чувство, что я Я сломан, ущербен, плох, все такое.

И я думаю, что провел 9% времени, чувствуя себя так. И это выходило из длительной зависимости, которая становилась все хуже и хуже. И я только что разрушил все в своей жизни. Я просто чувствовал себя ужасно все время. И я подумал, я знал, что знаю это, Клинт. Если я не найду способ справиться с этим умело, это будет мой конец, это будет моя смерть, потому что я знал, что не смогу восстановиться.

Если я не справлюсь со стыдом. Стыд был таким стрессом для меня. И это только привело меня к тому, чтобы снова захотеть употребить, чтобы снова выпить.И поэтому я понял, что мне нужно найти инструменты для решения этой проблемы. Инструменты пришли в таком виде.

Это только 10 лет спустя, я пристрастился к среднему возрасту, очищает мою историю. Я был кристально чист. А потом я попал в средний возраст. В этом смысле я статистическая аномалия, но так случилось со мной. И так 10 лет в выздоровлении, теперь я могу сказать вам, что это правда, что я все еще могу быть уязвим для стыда. Если ты хочешь опозорить меня, я могу это сделать. Вы можете найти способ сделать это. Но это только 10% времени. Теперь я уязвим.

Я не говорю, что я не притворяюсь, будто меня нельзя стыдить. Дело в том, что я знаю, каково это — не жить в стыде все время. И теперь в 90% случаев стыд заменяется самопрощением или состраданием к себе. И в этом вся разница.

Итак, я хочу распространить это на родителей. Я не считаю это легким. Я даю это упражнение родителям, если они смогут найти способ простить себя, простить своих детей и работать над этим, это не разовая сделка. Я могу гарантировать вам, если вы продадите, я каждый день записываю, с кем я это делаю, и я делаю это уже 10 лет.Если вы посмотрите на это, около 90% моей практики прощения происходит с самыми близкими мне людьми, моей женой, моей дочерью, почему так?

Две причины. Во-первых, у меня больше всего контактов с ними. А во-вторых, у меня больше всего скина в игре с ними. И поэтому люди, которых мы часто обижаем, — это люди, с которыми мы были близки, и нам приходится много работать. Я проделал большую работу над этим за эти годы. Оба моих родителя умерли, я посещал, пересматривал и пересматривал это вместе с ними.Это работает с повторными проходами с регулярной практикой. Это самое практичное, что я могу предложить.

Почему люди с зависимостью стыдятся общества?

Недавно в Университете Джона Хопкинса было проведено исследование, у них есть лучшая школа общественного здравоохранения в мире в Университете Джона Хопкинса.

Я знаю это, потому что моя мама была медсестрой общественного здравоохранения, и я узнал об этом от нее. И они провели исследование всех диагнозов, которые у вас могут быть, все диагнозы психического здоровья, о которых вы, вероятно, знаете, клиент хваленого DSM — это Диагностическое и статистическое руководство по психологии и психиатрии, в котором есть все диагнозы каждой версии депрессии, тревога, посттравматическое стрессовое расстройство, расстройства мышления, что угодно.

И что они сделали в этом исследовании, так это попросили американских респондентов ранжировать по порядку, какой из этих диагнозов имеет самое негативное отношение к нему? Ну, вы знаете, к чему это ведет. В самом низу находится то, что DSM называет расстройствами, связанными с употреблением психоактивных веществ. Вы увидите, как мы говорим, я на самом деле предпочитаю использовать слово «зависимость», хотя оно немного устарело.

Только потому, что пристрастие происходит от латинского термина «зависимый», что означает раб, и я думаю, что быть зависимым означает быть порабощенным веществом.Так что я действительно ценю этот нюанс. Сказав это, будь то зависимость, расстройство, связанное с употреблением психоактивных веществ, как бы вы это ни называли, гораздо лучше, что вы будете в депрессии, гораздо лучше, что на самом деле вы будете психотиком, или лучше, что вы будете аутистом, гораздо лучше, чем вы практически что угодно, кроме зависимости, то есть, если определение стигмы — это негативное социальное суждение, вот оно, самое большое суждение любого расстройства, оно находится на самом дне бочки. Теперь, психология, это мой опыт, как вы знаете, психология определяет стыд технически.

Я раскрою эту психологию, определяющую бесстыдную самостигматизацию. Теперь, это полный рот, но просто подумайте об этом на секунду. Если я усваиваю социальную стигму, то есть если я покупаю это и приношу это внутрь себя, это действительно определение стыда. с психологической точки зрения мы раскроем стыд гораздо более удобным для пользователя языком через несколько минут, но я подумал, что хочу с самого начала связать стыд и стигму, иду сюда с Хью Клин.

И то есть, что вокруг в обществе, и мы поговорим о том, почему это так, о зависимости больше суждений, чем о чем бы то ни было.И почти невозможно не усвоить, мне все равно, в каком возрасте вы находитесь в своей зависимости. Здесь все еще сложнее, Клинт, потому что дело не только в зависимости. Сумасшествие в том, что на выздоровлении наложено клеймо. Подумайте об этом на секунду.

Если активная зависимость вызывает наибольшую стигматизацию, то это нижняя ступень лестницы с точки зрения расстройств. Если я выздоравливаю, что это означает или указывает? Что ж, это указывает на то, что я был зависимым, а это нехорошо.Таким образом, из-за такого рода вины по ассоциации, независимо от того, являюсь ли я активно зависимым или действительно стремлюсь к выздоровлению, вы все еще испытываете огромное количество стигмы в обществе в целом.

Рад сообщить это. Я знаю это не понаслышке, по моей собственной истории зависимости и выздоровления, что нужно попасть в группы поддержки, такие как группы поддержки 12 шагов или другие ресурсы. Одно из облегчений в том, что там нет стигмы, в идеале нет суждения, и в большинстве случаев его нет. Это часть того, что спасает в этих группах, потому что вы с людьми, которые это понимают и не осуждают.

Но вы выходите из этих комнат, и это совсем другой мир. Так что это как бы выход из начальных ворот, если мы сможем рассматривать стыд и стигму как две стороны медали, и что они действительно досаждают не только тем, кто находится в активной зависимости, что, кстати, держит людей в напряжении. активная зависимость, и я уверен, что мы еще поговорим об этом, но на самом деле она также прилипает к вашей коже, и это похоже на алую зависимость на лбу. И если вы выздоравливаете, у вас все еще есть этот шрам.

Где в теле ощущается стыд?

Я скажу вам, потому что занимаюсь клинической работой уже более 40 лет. Но и я скажу вам правду. Я не знаю, приходил ли ко мне клиент когда-либо за 40 лет и говорил: «Боб, я здесь, чтобы работать с тобой над стыдом».

Дело в том, что для большинства из нас мы не видим стыда. Это невидимо для нас. Итак, давайте поговорим об этом на секунду. Почему это так? Я думаю, что есть психоаналитик Кристофер Болюс, который говорит о стыде.

И он говорит, это известное немыслимое, вы знаете это, но вы не можете об этом подумать, вы знаете что, но вы не можете об этом подумать, и мы можем понять это с точки зрения мозга, достаточно легко. Позвольте мне начать с того, что стыд — самая стрессовая человеческая эмоция. Так же, как лошадь стала бы пугливой? Почему бы людям не стать пугливыми при самых стрессовых человеческих эмоциях? Откуда я это знаю? Или откуда мы это знаем в психологии? психология измеряет стресс, измеряя повышение уровня гормонов стресса, два основных гормона стресса — кортизол и адреналин.Большинство из нас знает об адреналине, кортизоле.

Второй, я расскажу о кортизоле, просто сокращенно для обоих. Самый высокий уровень кортизола среди всех человеческих эмоций — это главное. Вы просто вы, вы, вы ставите кого-то в ситуацию, когда он испытывает это чувство, вы измеряете его кортизол, уровень адреналина. Что в этом поразительного, Клинт, это более высокий уровень кортизола, чем гнев, вы думаете: «Ну, подожди, подожди, подожди, разве гнев не вызывает больше стресса?» это выше страха.это выше страха. это выше печали. Это наивысшая высота, такая же, как самая напряженная человеческая эмоция.

Итак, как это работает в мозгу. Если вы думаете об эмоциональном центре мозга, прямо здесь, в середине нашего мозга, когда выживание оказывается под угрозой, будь то буквальное выживание или эмоциональное выживание, возвращаясь к лошадям у людей, у нас есть три разных варианта.

Нужно сражаться. Что такое борьба, нужно карабкаться, бежать, бежать, бежать, драться или бежать, но есть третья эмоция или третья реакция, и это реакция замирания.Я не знаю, есть ли у вас такое в Индиане, мы определенно выросли в Центральной Калифорнии. У вас есть опоссумы в Индиане? Ага. Когда я рос ребенком, я жил в сельской местности Центральной Калифорнии, я просыпался утром, а на дороге было много мертвых опоссумов, что меня беспокоило. И я подумал, почему так? Что ж, мне потребовалось некоторое время, чтобы, вероятно, спросить о том, что опоссумы делают, когда видят что-то, что угрожает их выживанию.

Они замирают, замирают, притворяются мертвыми и так оно и работает.Если это медведь или койот, где я вырос с койотами, это сработает, потому что койот не хочет есть макароны, потому что не хочет отравиться. Они не знают, как давно макароны мертвы. Но пикапу Ford все равно. А вот не переезжает и так опоссумы к сожалению, все время умирали на дорогах. Ну, у всех нас внутри есть опоссум. И этот опоссум, который психологи называют стыдом, заключается в том, что стыд — это застывшая реакция.

Это как олени в свете фар.опоссум в заголовках. Это замершая реакция. Так что подумайте об этом. Если стыд — самая стрессовая человеческая эмоция, и стыд заставляет меня замереть, то как это проявляется? Вы спрашиваете, каковы некоторые признаки стыда? Большинство из нас не осознают этого, потому что, как я уже сказал, это немыслимое Нет, но есть признаки этого.

Вот что я тебе скажу, я вернусь к примеру с тобой и мной, Клинт, если я случайно наступлю тебе на ногу, давай я просто возьму это как пример. Если я, если у меня будет реакция стыда, если я попаду в кроличью нору, я не могу поверить, что сделал это снова.Что за неудачник делает, что ему не понравится, что я рассказываю о таких вещах. Скорее всего, я буду смотреть на тебя как опоссум, что на человеческом языке, я буду выглядеть равнодушным. Я не буду выглядеть встревоженным или обеспокоенным, я буду выглядеть плоским, как будто мне все равно. Я не смогу установить зрительный контакт.

Ты думаешь об этом, когда тебе стыдно. Вы даже не можете установить зрительный контакт с кем-то, кто слишком уязвим. Что происходит со мной, когда мне стыдно, например, если я наступлю тебе на ногу, если я попал в ловушку стыда, я буквально хочу заползти в нору.Я имею в виду, просто уйди от этого. И так иронично и печально, что другой человек чувствует себя преданным. Господи, Клинт говорит, что я думал, что Боб заботится обо мне, но ему на меня наплевать.

Он наступил мне на ногу и вроде ничего страшного. И это в конечном итоге приводит к разрыву отношений, потому что человек, который пристыдил их, не обязательно выглядит встревоженным, потому что он находится в состоянии замораживания. Я иногда думаю об этом, и я бы сказал родителям, что, когда ваш сын или дочь попали в ловушку зависимости, вы можете поставить на кон свой последний доллар.

Часть того, что происходит, это то, что им стыдно за себя. По иронии судьбы, стыд из-за того, что он такой стрессовый, приведет к продолжительному аддиктивному поведению, и вы попадете в этот порочный круг. Но если родитель может понять это в цикле стыда, это то, что я называю ситуационной социопатией. Все, что я имею в виду, это то, что ваш сын или дочь не социопат. социопат — это тот, кто может навредить кому-то и не заботиться об этом.

В глубине души ваш ребенок не такой.Но ситуативно они могут быть таковыми, потому что в зависимости стыд является настолько важной частью этого, что это действительно будет социопатией. Но это социально, но вы должны пойти немного глубже и понять, что это безразличие, не позволяющее разорвать внешность, — это просто прикрытие, просто фанера, скрывающая тот факт, что это так больно, что я даже не могу смотреть тебе в глаза. . Вот немногое из того, что вы можете посмотреть на косвенные индикаторы стыда. Вот, что бы снаружи изнутри, я бы спрашивал у клиентов, говорю, ну что вы чувствуете в своем теле? Я понимаю, что вы спросите меня об этом, может быть, позже.Но я спрашивал клиентов, что вы чувствуете в своем теле в связи со стыдом, и получил ряд ответов. И люди смогут определить, кто это смотрит. Обычный – я покрываюсь потом, чувствую, как краснеет лицо, мне становится жарко во всем теле.

Иногда говорят о коме в горле, я просто не могу говорить, это действительно реакция организма на стыд. Но есть пара других ответов, которые интересны. Я был в психологии достаточно долго, чтобы начать изучать неврологию до того, как у них появилось сканирование мозга.А затем, в последние 20 или 30 лет, стали известны результаты сканирования мозга. И они исправили много недоразумений, которые у нас были в настоящее время. нейробиологи, как в Калифорнийском университете в Лос-Анджелесе, они постоянно проводят исследования по сканированию мозга, они идентифицировали не только мозг, который находится в нашем черепе, но и говорят о сердечном мозге, о том, что вы говорили о нейронных сетях, о концентрации нервных волокон в области грудной клетки, которые связаны со связью, они связаны со связью. На самом деле это не просто поэзия, когда вы говорите, что этот человек разбил мне сердце, я имею в виду, что это действительно влияет на нас физиологически.И и и и нейробиологи на самом деле называют эту часть мозгом. У меня есть клиенты, которые говорили мне, что когда им стыдно, они чувствуют боль в груди, они чувствуют боль в сердце, и я думаю, что это вполне буквально. И если вы перейдете к области живота, вы знаете об этом исследовании. На самом деле совсем недавно парень, который провел исследование, был в Индии, это Стивен Порджес. И он смотрел на их черепные нервы, которые тянутся от головы вниз в тело, 10-й черепной нерв, называемый блуждающим нервом, он простирается до самого кишечника.И в брюшной полости сосредоточено множество нервных волокон. Нейробиологи называют это кишечным мозгом, и это не с целью проявить неуважение, просто они так его называют. И внутренний мозг активируется вокруг чувства безопасности. Так что, если они почувствуют себя небезопасно, мой желудок активируется. И люди часто будут говорить об этом вокруг стыда. У них болит желудок, они становятся кислотными, у них другие проблемы с пищеварением и т. д. И это следует из Стивена Поргеса, его исследования кишечного мозга, вы думаете о стыде, что такое стыд? Стыд в том, что если я наступлю тебе на ногу, ты отвергнешь меня.И если подумать об этом, эволюционно, ты мне нужен, мы нужны друг другу, мы выживем дольше, если останемся на связи. И если я сделал что-то, что ставит под угрозу это, вы не можете представить себе более серьезную небезопасность, чем то, почему мой желудок не болит. Так что это некоторые из личных или физических признаков стыда, которые всплывают. И часто они говорят нам намного больше, чем то, что думает человек, потому что я могу спросить кого-нибудь, они могут быть в острой реакции стыда. И если то, что мы говорим, является истинным стыдом, это реакция замораживания.И этот стыд отключает лобную кору. Последнее, что кто-то сможет сформулировать, — это стыд, который они испытывают, когда находятся в нем. Имеет ли это смысл? Это недоступно. Это недоступно. Это не вербальное двойное, вы можете посмотреть на косвенные индикаторы, но это почти так же хорошо, как и получается.

Являются ли люди причиной собственных зависимостей?

Да, хороший вопрос. И вокруг этого много эмоций. И я знаю, что буду говорить с группой родителей и членов семьи, другими значимыми людьми, и я говорю от первого лица, как человек, который сам выздоравливает от зависимости через 10 лет, я знаю это изнутри.А до этого я росла в семье, где было пристрастие к семье.

Так что я действительно знаю обе стороны этого. И есть много эмоций, которые связаны с этой одной из моих миссий, Клинт, вероятно, поэтому вы обратились ко мне с самого начала, чтобы помочь, чем я могу сделать то, что я называю бесформенной зависимостью, чтобы уменьшить стыд. Так что я, я только за это. И мы увидим, что это может быть не так просто, как кажется, потому что это не означает, что люди не несут ответственности.

Итак, парадокс здесь.Я хочу процитировать психиатра Карла Юнга, он сказал, что больше общался со мной, но давайте свяжем это с зависимостью. Он сказал, это не твое. То есть вы не несете ответственности. Он сказал, это не твое. Но вы на 100% ответственны. Это касается обеих сторон парадокса. Это не ваше, но вы на 100% ответственны. Теперь давайте свяжем это с зависимостью.

Один из моих любимых ресурсов. На самом деле, я дал это клиентам, которые принесли его сюда со мной, давайте посмотрим. Это книга, которая идет с видео, вы, вероятно, знакомы с бегом удовольствия, сотканным доктором.Кевин Макколи, у него два видео, о, вот они прямо здесь. Это первое, пожалуйста, бегите, я только что показал вам буклет. Это видео. Другой, более свежий, — это сама записка.

Это два лучших ресурса для родителей. И я действительно хочу порекомендовать это любому родителю или члену семьи, который просматривает то, о чем говорит доктор Макколи. Кроме того, он не только врач, но и знает зависимость изнутри, и долгие годы занимался выздоровлением. Он внес огромный вклад в мир выздоровления только благодаря своей истории.

То, о чем он говорит, помогает нам понять высказывание Карла Юнга. А доктор Макколи говорит, что наркомания — это болезнь выбора. И мы можем больше говорить об этом с точки зрения того, что это означает с точки зрения мозга и тела, потому что очень важно понимать это даже на базовом уровне. Итак, вот сложная часть. И я собираюсь сказать из первых рук, Клинт, и вы можете относиться к этому или относиться к людям, с которыми вы работали, это то, что при активной зависимости часть нашего мозга, которая принимает решения, опираясь на здравый смысл, смотрит на последствия, будущие последствия текущих действий, способность контролировать импульсы, все эти вещи находятся в переднем мозге.

Переднюю часть нашего мозга иногда называют лобной корой. При активной зависимости вы видели эти видео, я полагаю, что большинство моих клиентов их видели, а если нет, то я показывал их при активной зависимости, передний мозг темнеет, отключается, то, что загорается, и есть награда. центр мозга, который находится прямо между моими AirPods, прямо между моими ушами. Вот это средний мозг. Итак, средний мозг — передний мозг. Средний мозг активируется при активной зависимости, он отключает передний мозг.Итак, сумасшедшая часть, и это то, о чем говорит доктор Макколи, часть меня, которая делает правильный выбор, функционально отключена.

Так что в этом смысле мы не несем ответственности. И я хочу поговорить о том, что мы несем ответственность за то, чтобы никто не стал зависимым, чтобы они никогда не взяли первую выпивку или первый наркотик, что бы это ни было, немного сложно обвинять кого-то в этом. Потому что от 10 до 25% людей не останавливаются, то есть от 10 до 25%. Статистические данные варьируются в зависимости от этого пребывания.Так что немного несправедливо говорить, ну, ты взял стакан пива и это все твоя вина.

Но есть одна вещь, которая меня озадачила. И я хотел бы услышать ваши мысли по этому поводу: если наука о мозге говорит нам, что передний мозг отключается при активной зависимости, как кто-то выздоравливает? И люди это делают, и это удивительно, что люди все еще находят способ ухватиться за выздоровление и успешно поддерживать его.

На раннем этапе наука о мозге не могла объяснить это.Я думаю, я скажу тебе правду об этом, Клинт, хотя я психолог по образованию, мы с тобой начали с того, что говорили об этом, я глубоко заботился о духовных ресурсах. Я вижу это как духовную вещь, которой я действительно занимаюсь.

И люди будут по-разному формулировать, что 12-шаговая программа говорит о высшей силе и оставляет открытым для вас, что, называете ли вы это Богом, вселенной или высшей силой, есть что-то, что хватает нас за цвет и тащит. нас из-за активной зависимости, и медицина не может этого объяснить.

Вы смотрите на функциональную МРТ головного мозга человека, страдающего активной зависимостью. Было бы невозможно понять, как этот человек сказал бы, что я должен остановиться. Они достигли дна и наступил момент ясности. И я работаю изо дня в день с людьми, у которых был такой опыт, и это действительно меняет их жизнь. Итак, у вас есть это. Так что вернемся к молодому, это не ваше это болезнь выбора, и вы на 100% ответственны, чудеса случаются.

(PDF) Индуцирование вины: обзор литературы

540 Оана Луиза Ребега и др./ Procedia – Social and Behavioral Sciences 78 (2013) 536 – 540

POSDRU/107/1.5/S/76841 с названием «Современная докторантура: интернационализация и междисциплинарность»

и: POSDRU/88/1.5/S/60185 под названием «Инновационные докторские исследования в обществе, основанном на знаниях».

Ссылки

Baumeister, R.F., Stillwell, A.M., & Heatherton, T.F. (1994). Вина: межличностный подход. Психологический бюллетень, 115, 243-267. дои:

10.1037/0033-2909.115.2.243

Брейгельманс, С.М., и Поортинга, Ю.Х. (2006). Эмоции без слов: стыд и вина с индейцами рарамури и сельскими яванцами.

Журнал личности и социальной психологии, 91, 1111-1122. doi:10.1037/0022-3514.91.6.1111

Cunningham, M.R., Steinberg, J., & Grev, R. (1980). Желание и необходимость помочь: разделите мотивацию позитивного настроения и чувства вины —

побуждает к оказанию помощи. Журнал личности и социальной психологии, 38 (2), 181-192.

Хайдт, Дж. (2003). Моральные эмоции. В Р. Дж. Дэвидсон, К. Р. Шерер и Х. Х. Голдсмит (ред.), Справочник по аффективным наукам (стр. 852-

870). Оксфорд, Великобритания: Издательство Оксфордского университета.

де Хоге, И. Э., Зееленберг, М., и Брейгельманс, С. М. (2007). Моральные чувства и сотрудничество: дифференциальное влияние стыда и вины.

Познание и эмоции, 21, 1025-1042. doi:10.1080/02699930600980874

Де Хооге, И.Е., Нелиссен, Р.М.А., Брейгельманс, С. М. и Зеленберг, М. (2011). Что морального в вине? Действуя «просоциально» в ущерб другим. Журнал личности и социальной психологии, 100 (3), 462-473.

Де Хооге, И.Е. (2012). Образцовая социальная эмоциональная вина: не так ориентирована на отношения, когда другой человек ремонтирует за вас. Познание и

Эмоции, 26, 1189-1207.

Кетелар, Т., и Ау, В. Т. (2003). Влияние чувства вины на поведение не склонных к сотрудничеству людей в повторяющихся играх социального торга:

аффект-информационная интерпретация роли эмоций в социальном взаимодействии.Познание и эмоции, 17, 429-453

doi:10.1080/02699930143000662

Нелиссен, Р. М. А., Дейкер, А. Дж., и Де Врис, Н. К. (2007). Как превратить ястреба в голубя и наоборот: взаимодействие между эмоциями

и целями в игре-дилемме. Журнал экспериментальной социальной психологии, 43, 280-286. doi:10.1016/j.jesp.2006.01.009

Reitsma-Van Rooijen, M., Semin, G.R., & Van Leeuwen, E. (2007). Влияние языковой абстракции на межличностную дистанцию.Европейский

Журнал социальной психологии, 37, 817-823.

Роузман, И. Дж., Вист, К., и Шварц, Т. С. (199 4). Феноменология, поведение и цели различают дискретные эмоции. Журнал

Личность и социальная психология, 67, 206-221. doi:10.1037/0022-3514.67.2.206

Smith, R.H., Webster, JM, Parrott, WG, & Eyre, HL (2002). Роль публичного разоблачения в моральном и неморальном стыде и вине.

Журнал личности и социальной психологии, 83, 138-159.

Страк, Ф., Шварц, Х., и Гшнайдингер, Э. (1985). Счастье и воспоминания: роль временной перспективы, настроения и способа мышления.

Журнал личности и социальной психологии, 49, 1460-1469.

Тангни, Дж. П., и Фишер, К. В. (1995). Самосознательные эмоции: психология стыда, вины, смущения и гордости. Нью-Йорк,

, Нью-Йорк: Guilford Press.

Тангни, Дж. П., Миллер, Р. С., Фликер, Л., и Барлоу, Д. Х. (1996).Являются ли стыд, вина и смущение разными эмоциями? Журнал

Личность и социальная психология, 70, 1256-1269. doi:10.1037/0022-3514.70.6.1256

Tangney, JP, Stuewig, J., & Mashek, D.J. (2007). Нравственные эмоции и нравственное поведение. Ежегодный обзор психологии, 58, 345-372.

Van Lange, PAM, Otten, W., De Bruin, E.N.M., & Joireman, JA (1997). Развитие просоциальных, индивидуалистических и конкурентных

ориентаций: теория и предварительные данные.Журнал личности и социальной психологии, 73, 733-746.

Ван Ланге, П.А.М., и Кульман, Д.М. (1994). Социальные ценностные ориентации и впечатления от честности и интеллекта партнера: тест

сила против эффекта нравственности. Европейский журнал социальной психологии, 67, 126-141.

Токсичный стыд, травма и неудача в любви

Проблемы психического здоровья сложны по своей природе. Причина их и почему одни люди страдают, а другие нет, давно изучены.

Эксперты говорят о природе и воспитании, независимо от того, играют ли роль наши гены или это связано с тем, что с нами происходит. Многие думают, что это элемент того и другого.

Вот почему двое братьев и сестер, растущих в одном доме, могут совершенно по-разному пострадать, например, от родителей-алкоголиков. Может показаться, что на одного из братьев и сестер это не оказывает никакого негативного влияния, в то время как другой становится наркоманом, который также страдает от беспокойства и депрессии.

Есть три исключительных теории от известных экспертов.Их, безусловно, полезно рассмотреть, поскольку каждый эксперт считает, что за каждой формой психического заболевания, которую они когда-либо видели, стоит в основном один аспект.

Сюда входят такие травмы, как посттравматическое стрессовое расстройство; тревожные расстройства; депрессия; и пристрастия, в том числе к алкоголю, каннабису, ксанаксу и сексу.

Токсичный стыд

Стыд — это нормальная эмоция, которая на самом деле служит определенной цели. Но консультант и писатель Джон Брэдшоу (1933–2016) считал, что есть два типа стыда: здоровый и ядовитый.

«Здоровый стыд дает нам понять, что мы ограничены», — написал Брэдшоу в своем классическом бестселлере по выздоровлению «Исцеление связывающего вас стыда». «Ограничение — наша сущностная природа. Серьезные проблемы возникают из-за отказа принять наши ограничения.

«Как и все эмоции, стыд заставляет нас удовлетворять наши основные потребности. Одной из наших основных потребностей является структура. Мы обеспечиваем нашу структуру, разрабатывая систему границ, в рамках которой мы безопасно работаем.

«Есть старый анекдот про человека, который «сел на лошадь и поскакал во все стороны».Без границ у нас нет границ, и нас легко сбить с толку. Мы идем туда и сюда, тратя много энергии. Мы сбиваемся с пути или становимся зависимыми, потому что не знаем, когда остановиться; мы не умеем говорить нет».

Он продолжал говорить, что здоровый стыд удерживает нас на земле, что мы будем совершать ошибки, что нам нужна помощь. Это позволяет нам узнать наши пределы и таким образом использовать нашу энергию более эффективно.

Но есть и ядовитый стыд. Toxic используется для описания чего-то ядовитого или очень вредного в коварной манере.

Вот что такое ядовитый стыд: в основном, когда кто-то несет стыд, который ему не принадлежит. Это самое ужасное бремя. Часто она настолько тяжела, что в конце концов после многих лет страданий затягивает людей прямо под воду.

Обычно передается от родителей, опекунов или учителей. Это происходит от оскорблений во всех их формах и обычно сопровождается огромным количеством неустанной критики.

Человек, стыдящий ребенка или кого-то еще, скорее всего, не делает это сознательно, но это то, что он открыл для облегчения собственного чувства стыда.Это приводит к тому, что он часто передается из поколения в поколение.

«Если наши основные опекуны основаны на чувстве стыда, они будут вести себя бесстыдно и передавать свой ядовитый стыд на нас», — сказал Брэдшоу. «Нет способа научить самооценке, если человек не ценит себя. Токсичный стыд передается нескольким поколениям».

Токсичный стыд отличается от чувства вины. Вина — это когда кто-то думает: «Я сделал что-то постыдное». Токсичный стыд — это когда кто-то думает: « Мне стыдно».

Вот почему некоторые люди могут выглядеть успешными для всех… но они никогда не будут чувствовать себя хорошо.У них часто возникают проблемы с психическим здоровьем.

Основная мысль Брэдшоу заключалась в том, что практически все психические заболевания возникают из-за токсического стыда.

«Быть ​​скованным стыдом означает, что всякий раз, когда вы испытываете какое-либо чувство, потребность или побуждение, вам немедленно становится стыдно», — сказал Брэдшоу. «Динамическое ядро ​​вашей человеческой жизни основано на ваших чувствах, потребностях и побуждениях. Когда они связаны стыдом, вы стыдитесь до глубины души».

Термин «токсичный стыд» впервые использовал психолог Сильван Томкинс (1911–1991) в начале 1960-х годов.Он имел в виду изнурительную патологию, которая возникла после неоднократного обращения с ним как с бесполезным, отвергнутым, униженным и даже ненавистным.

Когда это происходит, особенно в детстве, многие люди усваивают это. Из-за этого большинство людей с ядовитым стыдом не знают об этом.

Тем не менее, это проявляется во всех аспектах их жизни. Любой новый стыд будет длиться дольше и быть более интенсивным, чем у людей, не затронутых токсическим стыдом.

Для запуска даже не требуется внешнее событие.Собственные мысли человека могут вызвать отвратительное чувство стыда, которое может привести к депрессии, тревоге, зависимости, расстройствам пищевого поведения, созависимости и другим проблемам с психическим здоровьем.

Страшному чувству часто сопутствуют голоса, часто голос человека, навязавшего страдальцу ядовитый стыд. Это создает ужасное чувство бесполезности и неадекватности.

Люди будут регулярно думать о себе негативные мысли и верить им, например: «Меня нельзя любить» или «Я никогда не буду достаточно хорош».Если они обнаружат, что, например, напившись или накурившись, эти плохие мысли и чувства временно исчезнут, они могут стать зависимыми от алкоголя или наркотиков.

«Чем больше я пил, чтобы избавиться от основанного на стыде одиночества и боли, тем больше мне было стыдно», — сказал Брэдшоу. «Токсически стыдливые люди, как правило, становятся все более и более застойными по мере того, как жизнь продолжается. Они живут в охраняемом, скрытном и оборонительном образе жизни. Они пытаются быть больше, чем люди (совершенными и контролирующими), или меньше, чем люди (теряют интерес к жизни или застаиваются в каком-то зависимом поведении).

Травма

Доктор Габор Мате — врач, работавший с наркоманами в самых неблагополучных городских районах. Он считается одним из лучших в мире экспертов по зависимостям.

Продолжая теорию Брэдшоу в своей книге «Когда тело говорит «нет»: цена скрытого стресса», доктор Мате пишет: «Стыд — это самая глубокая из «негативных эмоций», чувства, которого мы делаем почти все, чтобы избежать его. К сожалению, наш постоянный страх стыда ослабляет нашу способность видеть реальность».

Но, исходя из своего значительного опыта, Мате приходит к выводу, что именно травма вызывает зависимость и многие другие проблемы с психическим здоровьем.Конечно, стыд — это то, что часто возникает в результате травмы, например, жестокого обращения.

Когда Мате хочет помочь наркозависимым, никогда не следует задаваться вопросом: «Почему зависимость?» но «Почему боль?».

«Все диагнозы, с которыми вы сталкиваетесь, — депрессия, тревожность, СДВГ, биполярное расстройство, посттравматическое стрессовое расстройство и даже психоз — в значительной степени связаны с травмой, — говорит доктор Мате. «Это проявления травмы. Поэтому диагнозы ничего не объясняют. Проблема в медицинском мире в том, что мы диагностируем кого-то и думаем, что это объяснение.

«Он так себя ведет, потому что он психотик. Она ведет себя так, потому что у нее СДВГ. Ни у кого нет СДВГ, ни у кого нет психоза — это процессы внутри человека. Это не то, что у вас есть. Это процесс, который выражает ваш жизненный опыт. Это имеет значение в каждом отдельном случае».

Он отметил, что почти каждый заядлый наркоман, которого он видел, был выходцем из семьи, где царил жестокий режим. Их зависимость и другие проблемы с психическим здоровьем, которые у них могут быть, — это то, что он описывает как «сжатое мучение поколений».

«Многое из того, что мы называем личностью, — это не фиксированный набор черт, а всего лишь механизмы выживания, приобретенные человеком в детстве, — говорит доктор Мате. «Болезнь лежит в основе любого зависимого поведения. Он присутствует у игрока, интернет-зависимого, навязчивого покупателя и трудоголика».

Неудача в любви

Доктор Питер Бреггин, психиатр и бывший консультант Национального института психического здоровья (NIMH), не новичок в противоречиях, поскольку у него есть искреннее мнение о лекарствах, и он считает, что есть один главный фактор, стоящий за страданиями каждого.С тех пор, как он начал помогать людям в конце 1950-х, он видел одно обстоятельство — это то, что он называет «неудачей любви».

Очень умное наблюдение. Это потому, что неудача в любви в той или иной степени стоит за ядовитым стыдом и травмой.

«В отличие от большинства существ, мы, люди, рождаемся с эмбриональным мозгом, который делает нас полностью зависимыми от других и удваивается в размере в течение первого года жизни», — говорит доктор Бреггин. «Этот чрезвычайно быстрый рост в размерах и сложности гарантирует, что наш мозг развивается вне тела нашей матери как социальный орган, орган, чья структура и функция формируются под влиянием окружающих его питающих влияний.

«Воспитание в первые несколько лет жизни направляет развитие и выражение нашей социальной природы и нашей способности как вида выживать и процветать; а отсутствие такого воспитания приводит к психологическим и социальным нарушениям.

«Любовь и сочувствие являются ключом к нашей социальной природе. В психологическом, духовном и политическом спектре многие вдумчивые люди пришли к выводу, что любовь и ее выражение в виде сопереживания являются центральными принципами хорошей и продуктивной жизни.

«Почти весь личный или эмоциональный успех человека зависит от способности давать и принимать любовь, и почти все личные неудачи человека отражают неспособность сделать это».

Он считает, что лучший способ лечить кого-то — это помочь ему понять, где его любящая связь с жизнью была обескуражена или потеряна, и как возродить ее или узнать ее впервые. Это, по его словам, поможет человеку увидеть важность любви и то, как он может преодолеть укоренившиеся страхи и сомнения по поводу ее дарения и получения.

«Почти все эмоциональные расстройства — это расстройства любви, — говорит доктор Бреггин, — и мы исцеляемся от этих расстройств в той степени, в какой учимся дарить и принимать любовь».

Таким образом, если проблема возникает из-за неудачи в любви, то успех в любви является решением.

Здесь, в Tikvah Lake Recovery, мы всегда будем проявлять к нашим гостям огромное уважение и доброту. Мы очень хорошие слушатели, потому что полностью понимаем ценность этого.

Мы относимся к каждому индивидуально.Вот почему, как семейный центр, мы можем предложить каждому гостю индивидуальную программу лечения, которая лучше всего подходит для него.

Команда экспертов Tikvah Lake имеет многолетний опыт помощи людям с любыми проблемами психического здоровья. Свяжитесь с нами сегодня, чтобы узнать, как мы можем помочь вам или вашим близким.

Почтовая навигация

Стыд, вина и практика покаяния: пересечение современной психологии с мудростью Кальвина

Стыд и вина являются важными понятиями христианского богословия.Однако в большей части литературы эти два понятия объединяются, и между ними почти не проводится различий. Психологические исследования стыда и вины, основанные на фактических данных, напротив, процветали в течение последних 30 лет, предлагая осторожное и важное различие между стыдом и виной. Основываясь на этих выводах, данное эссе предложит четкое богословское различие между виной и стыдом, включая определения обоих терминов. Он будет утверждать, что вина является одновременно объективным состоянием и болезненной, но потенциально полезной эмоцией, которая открывает возможность для покаяния, жизненно важной практики в жизни веры.Напротив, это покажет, что стыд — разрушительная эмоция, которая может помешать возможности покаяния и отношениям с Богом. Мэри ВанденБерг — профессор систематического богословия Джин и Кеннет Бейкер в Теологической семинарии Кальвина в Гранд-Рапидс, штат Мичиган.

Введение

Стыд — тема, которой в теологии уделяют мало внимания. В реформатском богословии тема стыда чаще всего поднимается в контексте первородного греха.Однако даже в этом контексте литература склонна отмахиваться от стыда, используя его наравне с виной и проводя мало различий между этими двумя понятиями.

Голландский теолог начала двадцатого века Герман Бавинк является своего рода исключением. Бавинк кратко рассматривает стыд в контексте первородного греха. Он связывает стыд с грехопадением, когда у первой пары «открылись глаза». Бавинк видит корреляцию между наготой пары и их стыдом, но выходит за рамки этой корреляции, чтобы связать стыд с нарушением Божьей заповеди.Стыд он определяет как «неприятное чувство, которое овладевает нами после того, как мы сделали что-то неправильное или неподобающее, и состоит прежде всего в страхе перед позором». Для Бавинка стыд — это прежде всего эмоция или аффект, очень похожий на чувство вины. Однако неясно, что отличает вину от стыда для Бавинка.

Энтони Хукема предлагает похожее описание. Он отмечает, что после того, как первая пара нарушила Божью заповедь, «их охватило глубокое чувство стыда .Однако он никогда не проводит четкого различия между стыдом и виной. Современный богослов Майкл Хортон также отмечает связь между виной и стыдом. Однако он никогда не предлагает никакого определения стыда, кроме вины. В некоторых других современных теологиях стыд вообще не упоминается.

Льюис Смидс является исключением из этого пренебрежения. Хотя Смедес исходит из преимущественно пастырского подхода к стыду, а не строго догматического, он все же предлагает полезное понимание проблемы стыда в христианской жизни, как мы увидим чуть позже.К сожалению, поскольку его соображения по этой теме предшествуют основной части важных эмпирических психологических исследований по темам вины и стыда, его выводы, хотя и полезные, но неполные. Совсем недавно теолог-пастырь Филип Д. Джеймисон исследовал проблему основанного на вине понимания прощения в своей книге «Лицо прощения» . Джеймисон анализирует некоторые эмпирические психологические исследования и отмечает важные психологические различия между виной и стыдом.Его проект помогает сосредоточиться на том, как акцент церкви на вине при рассмотрении вопроса об искуплении оставил за кадром вопрос человеческого стыда. Однако ему не хватает понимания того, как эмоции вины и стыда могут повлиять на способность христианина покаяться и искать восстановленных отношений с Богом и другими людьми.

В отличие от богословия, за последние 30 лет количество психологических исследований, посвященных влиянию стыда на человеческие отношения, увеличилось.В своей недавней книге Daring Greatly доктор Брене Браун поделилась с широкой аудиторией выводами, полученными в результате этого эмпирического исследования. Книга Daring Greatly заняла первое место в списке бестселлеров New York Times . Ее работа явно нашла отклик у многих читателей. Психологическое исследование, на котором основана книга Брауна, не только предложило полезное понимание различия между виной и стыдом, но и эмпирически продемонстрировало токсичность стыда в межличностных отношениях.Напротив, в некоторых из тех же исследований вина оказывает относительно положительное влияние на жизнь и отношения. Кажется, что чувство вины, по крайней мере отчасти, полезно для вас.

Основываясь на знаниях как психологии, так и богословия, это эссе предложит четкое различие между виной и стыдом, включая определения обоих терминов. Я утверждаю, что вина — это одновременно и объективное состояние, и болезненная, но потенциально полезная эмоция, которая открывает возможность для покаяния, жизненно важной практики в жизни веры.Напротив, я покажу, что стыд — это разрушительная эмоция, которая может помешать возможности покаяния и отношениям с Богом.

Это эссе начнется с краткого обзора основного богословского определения греха. Затем мы рассмотрим концепции вины и стыда, исследуя сходства и различия с психологической точки зрения, чтобы предложить четкие богословские определения этих двух концепций. Затем я перейду к покаянию, как его понимал и объяснял Жан Кальвин.Я рассмотрю его трактовку движений покаяния в христианской жизни, сравнивая его понимание с потенциальным влиянием стыда и вины на покаяние. Наконец, я сделаю несколько выводов о стыде и вине, предполагая, что забота о грехе и покаянии в нашем языке может помочь людям положительно реагировать на Евангелие благодати в Иисусе Христе.

Грех

Чтобы понять, что теологически подразумевается под виной и стыдом, нам нужно начать с описания греха.Согласно Библии, грех включает в себя идеи промаха, нарушения границ, оскорбления кого-либо и бунта. Границей или отметкой, которую имеют в виду библейские авторы, является закон Божий или Тора . Грех противостоит праведности или правильному порядку, которого требует ЯХВЕ . Поскольку границы, характеризующие этот порядок, установлены Богом, грех всегда является преступлением против Бога. Герман Бавинк пишет, что «Всякий грех у человека есть отвращение от Бога, непослушание, мятеж, анархия, беззаконие, и в то же время, поскольку грех никогда не бывает самодостаточным, обращение к твари, идолопоклонство, гордыня, самолюбование. поиск, чувственность.Короче говоря, грех уводит нас от нашего истинного источника жизни к ложным обещаниям жизни, которые можно найти в нас самих и в окружающей нас культуре. Мы ищем жизнь не в тех местах.

Теологически грех включает в себя не только продолжающиеся действия человека, нарушающие Божий закон, обращающие людей от Бога к себе, но и корни этих действий: первородный грех. Доктрина о первородном грехе учит, что первая пара, хотя и была сотворена праведной, утратила эту первоначальную праведность, съев плод с дерева, с которого Бог запретил им есть.Богослов Ветхого Завета Марк Биддл описывает влияние греха, описанное в Бытие 3, как «связь или систему предрасположенности, искаженных вариантов, длительных последствий и роковых воздействий» как на грешника, так и на его окружение.

Несмотря на продолжающиеся разногласия по поводу долгосрочных последствий первородного греха, августинская традиция рассматривает эти последствия как двоякие. Во-первых, первородный грех оставил людей с врожденной неспособностью относиться к праведности.Мы не в состоянии сделать никакого спасительного добра без помощи Святого Духа. Второе и связанное с первым последствием – это загрязнение. Первородный грех оставляет людей с тем, что Кальвин называет «врожденным дефектом».

Из этой неполноценной в праведности природы рождаются настоящие грехи. Корнелиус Плантинга предлагает такое определение действительных грехов: « грех », — пишет он, — это любое действие — мысль, желание, эмоция, слово или поступок — или его конкретное отсутствие, которое неугодно Богу и заслуживает порицания.«Грехи — это оскорбление Бога, потому что они бросают вызов Божьему правлению. Грехи портят шалом , правильный порядок вещей, такой, какой Бог задумал жизнь. Если мы думаем о шалом с точки зрения гармонии творения, грехи нарушают эту задуманную Богом гармонию, включая и, возможно, особенно гармонию отношений между людьми, Богом и миром. Кроме того, люди полностью виноваты в этом разрушении. Мы виноваты.

Вина

Психология классифицирует вину как эмоцию, в частности моральную эмоцию.По словам Джун Тангни и Ронды Диринг, моральные эмоции классифицируются как таковые, потому что они «предположительно играют ключевую роль в формировании нравственного поведения». Как эмоция вина — это то, что мы чувствуем как человеческие личности в различных обстоятельствах. Но эмоции включают не только аффект (или чувства), они также включают познание. Таким образом, моральная эмоция — это аффективный ответ на некоторое объективное положение дел, влияющее на чувство морали. В случае греховного действия человек будет когнитивно оценивать действие как греховное и испытывать эмоциональный отклик.

Интересно, что Тангни и Диринг отмечают, что моральные эмоции было трудно количественно изучить отчасти из-за сложности отличить одну моральную эмоцию от другой. Эта проблема затруднила измерение этих эмоций «последовательными, теоретически значимыми способами». Тем не менее, они пишут, что в последнее время исследователи столкнулись с этой проблемой и что «в настоящее время появляется «критическая масса» научно обоснованных знаний, касающихся эмоций стыда и вины.”

Принимая во внимание это исследование, Брене Браун описывает чувство вины как «чувство, возникающее в результате неправильного или плохого поведения ». Как пишет Стивен Паттисон, «виновные люди чувствуют , что они сделали что-то конкретное неправильное или плохое». Кроме того, Фергюсон, Эйр и Эшбейкер отмечают, что «главным признаком вины является восприятие того, что чьи-либо действия по бездействию или совершению действий являются морально неправильными в силу причинения вреда человеку или нечеловеческому существу.Теологи не обязательно не согласились бы. На самом деле, чувство вины важно с библейской и теологической точки зрения. Но это только половина истории.

Проблема с определением чего-то вроде вины только с точки зрения собственных эмоций заключается в том, что наши эмоции могут быть ошибочными. Ведь человеку может казаться, что он сделал что-то не так, даже когда никакого нарушения Божьего закона не произошло. Например, молодой человек может испытывать чувство вины за то, что рассказал родителям своей подруги о проблеме со злоупотреблением алкоголем, из-за чего ее подруга попала в реабилитационный центр.Но большинство людей возразят, что то, что сделал этот молодой человек, было морально правильным, в соответствии с заповедью любить ближнего. Таким образом, эмоция, которую испытывает этот человек, реальна, но положение дел, к которому она испытывает эмоцию, не является греховным. И наоборот, человек может вообще не чувствовать вины, даже если действие на самом деле является нарушением Божьего закона. Например, жестокий родитель может не чувствовать вины за жестокое обращение с ребенком. Она может даже предложить оправдание своему поведению. Тем не менее, ее поведение является нарушением Божьего закона независимо от того, признает она его таковым или нет.

С богословской точки зрения, в той мере, в какой грех определяется как предосудительное правонарушение, вина на самом базовом уровне является результатом греха. Другими словами, мы объективно виновны, поскольку сознательно восстали против Бога, нарушив Божий закон. Это своего рода юридический вердикт, и он не имеет ничего общего с тем, действительно ли человек чувствует себя виноватым или нет. Нарушение Божьего закона может быть преднамеренным или непреднамеренным, хотя преднамеренное нарушение Божьей заповеди, с библейской точки зрения, является верхом безрассудства.Это нигде более очевидно в книге Притчей и различных псалмах мудрости. Как красочно пишет Плантинга: «Восставать против Бога — значит отпиливать ветвь, поддерживающую нас». Независимо от того, намеренно или ненамеренно человек нарушил Божий закон, с библейской точки зрения, когда закон нарушается, человек объективно признается виновным.

Однако этой объективной судебной концепции вины недостаточно. Как уже отмечалось, важна и эмоция вины. Ни эмоция вины, ни объективное судебное понимание не должны стоять изолированно.Отсутствуют как теологическое определение, которое понимает вину только с точки зрения судебного статуса, так и психологическое определение, которое фокусируется только на вине как эмоции.

Поэтому, принимая во внимание это обсуждение, я буду определять вину как объективный статус, являющийся результатом нарушения Божьего закона, и эмоцию, которую человек испытывает в результате признания этого статуса. Как отмечено в нашем описании вины, есть два довольно очевидных случая, когда вина может быть искажена. Один из них — это человек, который виновен, но не виновен.Другой человек, который считает виновным, но невиновен. С христианской точки зрения здоровая вина будет включать в себя как объективную реальность проступка, так и возникающую в результате эмоцию.

Стыд

В то время как богословские размышления и статьи о вине, особенно в том, что касается искупления, содержат значительное количество теологических размышлений, о стыде написано очень мало. Как отмечалось во введении, в богословских дискуссиях вина и стыд обычно смешиваются как две стороны одной медали.Как и вина, стыд теологически связан с грехом, особенно с идолопоклонством. В Библии, особенно в Ветхом Завете, стыд часто упоминается в связи с грехом и позором.

Хотя ни Библия, ни богословие в целом не предлагают четкого определения или описания стыда, Льюис Смидс предлагает хорошую отправную точку для понимания стыда, противопоставляя его вине. Он определяет эмоциональный аспект как стыда, так и вины, но отмечает, что в то время как вина фокусируется на проступке, стыд фокусируется на преступнике.«Мы чувствуем себя виноватыми за то, что делаем, — объясняет он. «Нам стыдно за то, что мы есть». Подводя итог, можно сказать, что хотя обе эмоции являются реакцией на некоторые моральные недостатки, вина фокусируется на конкретном совершенном грехе, а стыд фокусируется на собственной идентичности.

В отличие от богословия, в последние годы психологические исследования позволили значительно глубже понять стыд. Как и вина, стыд является моральной эмоцией. Основываясь на своем исследовании, Браун описывает эмоцию стыда следующим образом: «Очень болезненное чувство или опыт веры в то, что мы ущербны и, следовательно, недостойны принятия и принадлежности.Другими словами, аналогично описанию Смеда, Браун утверждает, что стыд связан с самим собой и с тем, как человек воспринимает себя. Точно так же Паттисон пишет, что в отличие от тех, кто испытывает чувство вины, люди, испытывающие стыд, «сталкиваются с невыносимым ощущением того, что их вся я плоха». Другими словами, стыд суммирует чувство от определенного аспекта или действия человека ко всему человеку.

Прежде чем идти дальше, было бы полезно отметить, что стыд — это не совсем то же самое, что и смущение, хотя первоначальные чувства могут быть схожими.Может случиться так, что какая-то социальная ошибка может заставить нас чувствовать себя маленькими или ужасно неудобными. Например, меня могут попросить выступить перед большим собранием. Ведущий предлагает щедрое представление. Я пробираюсь к подиуму, когда воздух наполняется аплодисментами… и я спотыкаюсь. Не просто небольшое спотыкание, а полное падение. Собираюсь, собираю бумаги и иду к подиуму с красным лицом, чувствуя себя совершенно глупо. Это не стыд. Это смущение. Ключевое отличие состоит в том, что смущение вызывается не моральным провалом, а «неловкой ситуацией или сознанием того, что свои или чужие слова или действия неуместны или компрометируют, либо обнаруживают неадекватность или глупость.Смущение можно было бы считать двоюродным братом стыда, но источники и последствия этих эмоций различны, как станет ясно.

Большая часть современной психологической литературы рассматривает стыд как эмоцию, которая, как правило, вредна во многих отношениях. Смедес, однако, предполагает, что есть тип стыда, который является здоровым. Он пишет, что существует разница между тем, что он называет нашим «истинным я» и нашим «настоящим я». Признание истинного «я» — это признание того, что по своей сути люди глубоко ошибочны.По сути, это признание первородного греха. Глубоко ущербное «я» контрастирует с тем, что Смедес называет нашим истинным «я», или тем «я», которым Бог предназначил нас быть. Признание того, что истинное «я» не синхронизировано с реальным «я», может вызвать стыд, и, по словам Смедеса, этот тип стыда хорош, потому что он возвращает нас к тому, кем мы были созданы быть.

Как и Смедес, Паттисон также предполагает, что существует тип стыда, который не может быть нездоровым. Он называет это «стыдом уважения» или «стыдом осмотрительности».Ему ясно, что это сильно отличается от того вида стыда, который обычно исследуют психологи. Он пишет, что это «больше похоже на характерологическую добродетель, которая утверждает общественный порядок и предотвращает его нарушение». Это связано с возданием чести вещам, которые заслуживают чести. Нездоровый стыд — это то, что он называет «позорным стыдом», своего рода стыдом, который Браун мог бы назвать «недостаточно хорошим».

Хотя и Смедс, и Паттисон замечают кое-что, что в целом справедливо для людей, кажется, что это стирает грань между стыдом и чем-то еще.Похоже, что и Паттисон, и Смедес описывают стыд как нечто вроде состояния бытия или когнитивного состояния. Но определения стыда, даже простые словарные определения, описывают стыд как эмоцию. Хотя верно то, что эмоции связаны с познанием или знанием некоторого положения дел, узнавание своего истинного «я» в свете своего истинного «я» не является достаточным условием для стыда. На самом деле, поскольку человек точно оценивает отношения между собой и другим, эту характеристику лучше было бы описать как что-то вроде добродетели смирения, а не эмоции стыда.

Тем не менее, как понятие здорового стыда Смидеса, так и представление Паттисона об уважении к стыду могут предложить богословское усовершенствование психологического определения переживания стыда, данного Брауном. Оба определения, рассматриваемые с теологической точки зрения, признают, что людей на самом деле недостаточно, если мерить меркой Святого Бога. Но хотя это знание может быть искупительно полезным, эмоция стыда, вероятно, не так полезна, как мы увидим в следующем разделе. Таким образом, теологически обоснованное определение стыда можно было бы сформулировать следующим образом: человеческое осознание того, что человек глубоко ущербен, и чувство или эмоция, что из-за своих недостатков он не может получить любовь и признание со стороны Бога и других.Хотя объективно верно, что люди глубоко несовершенны, и это осознание является важной частью правильного самопознания, это эмоция чувства недостойности принятия или любви, которая действительно квалифицируется как стыд.

Вина против стыда

Стоит отметить, что хотя вина и стыд на самом деле различны, они часто встречаются вместе. Например, человек может чувствовать вину за то, что нарушил Божий закон, и в то же время чувствовать себя плохим человеком из-за этого нарушения.Это также тот случай, когда, как и вину, можно испытывать стыд там, где не было совершено никакого проступка. Например, человек может испытывать стыд за свою бедность, происхождение, физические или умственные недостатки. Вопрос не в том, может ли это произойти на самом деле. Вопрос в том, являются ли эти реакции психологически здоровыми и подходящими теологически. Сравнение вины и стыда и их воздействия на людей даст первоначальный ответ на этот вопрос.

Иногда считалось, что стыд в первую очередь является результатом какого-то публичного опыта, в то время как вина считается более личным.Оказывается, это не так. Фактически, Тэнгни и Диринг подчеркивают, что «существует мало эмпирических подтверждений широко распространенному предположению о том, что стыд возникает из-за публичного разоблачения какой-либо неудачи или проступка, тогда как вина возникает из более личных угрызений внутренней совести». Далее они объясняют: «Фундаментальное различие между стыдом и виной заключается в роли личности». В частности, стыд фокусируется на негативной оценке себя, в то время как вина фокусируется на негативном поведении, как отмечалось в обсуждениях стыда и вины выше.

Все это, однако, не означает, что стыд и вина не связаны между собой. Например, Тангни и Диринг пишут, что и стыд, и вина «являются эмоциями самобичевания». Эти две эмоции, согласно Тэнгни и Дирингу, «неразрывно связаны с внутренними атрибуциями негативных событий (событий, которые оцениваются как негативные на основании наших собственных или чужих стандартов)». Кроме того, Тангни и Диринг предлагают модель причинных атрибуций, состоящую из трех частей, которая помогает определить сходство и различие между этими двумя эмоциями.

Три аспекта или типа атрибуции включают «локус контроля (внутренний или внешний), глобальность (глобальный или конкретный) и стабильность (стабильный или нестабильный)». Что касается локуса контроля, внутренняя атрибуция — это та, где человек приписывает ответственность за событие чему-то внутри себя, а не чему-то вне себя (внешнему). Например, если я в гневе набрасываюсь на своего супруга и унижаю его или иным образом причиняю ему боль своими словами, я справедливо приписываю его обиду своей неспособности контролировать свой язык.Другими словами, я беру на себя надлежащую ответственность за то, что я сделал, вместо того, чтобы обвинять его в каком-либо поведении, которое меня разозлило.

Глобальность связана с тем, является ли событие отражением всего «я» или ограничено одним конкретным событием. Другими словами, было ли поведение отражением того, кто я есть, или это был всего лишь единичный случай какого-то морального провала? В приведенном выше примере глобализировать событие означало бы признать, что я не смог контролировать свой язык (внутренняя атрибуция), и приписать это всему себе.Было бы считать себя подлым человеком, недостойным любви и, может быть, даже вообще плохим из-за этой конкретной моральной несостоятельности.

Стабильность похожа на глобальность, но связана с тем, рассматриваются ли обстоятельства, связанные с отказом, как факторы, способствующие отказу. Проще говоря, я всегда так себя веду, когда злюсь на мужа, или были смягчающие факторы? Глядя еще раз на наш пример, я мог бы задаться вопросом, являюсь ли я человеком, который при каждом отягчающем обстоятельстве теряет контроль над своим языком (устойчивая атрибуция), или же в данном конкретном случае были факторы, повлиявшие на мою реакцию.Возможно, я плохо спал прошлой ночью, поссорился с коллегой, должен был дисциплинировать упрямого малыша и понял, что, когда я пришел домой с работы ночью, чтобы готовить, макароны, которые, как я думал, были в кладовой, исчезли. отсутствует. Я могла бы признать, что несу ответственность за то, что не контролирую свой язык и причиняю боль моему мужу (внутреннее), и в то же время признаю, что это событие не определяет, кто я есть (конкретно) и, более того, что при других обстоятельствах я, вероятно, не стала бы вел себя таким образом (нестабильно).

Тангни и Диринг обнаружили, что стыд и вина имеют общее место внутренних атрибуций. И в стыде, и в вине человек признает свою ответственность за нравственно недопустимое действие. Однако стыд и вина расходятся в двух других категориях. Стыд — это глобальная атрибуция, приписывающая негативное поведение или моральный провал всему человеку, а не признание того, что этот провал является лишь одним конкретным провалом, а не характеристикой человека в целом.Хартлинг, Розен, Уокер и Джордан пишут, что «[психологическая] литература признает стыд как сильное, продолжительное переживание, которое влияет на всю личность». Кроме того, стыд является устойчивой атрибуцией, предполагающей, что независимо от обстоятельств или причин этой конкретной неудачи вовлеченное лицо относится к тому типу людей, которые потерпят неудачу независимо от этих обстоятельств. Что касается нашего примера, то человек, испытывающий стыд, будет убежден в отсутствии смягчающих обстоятельств.Ее поведение отражает ее общий характер.

Подобно человеку, испытывающему стыд, виновный человек будет чувствовать себя ответственным и, вероятно, плохо себя чувствовать за то, что он сделал. Однако человек, испытывающий вину, поймет, что этот случай неудачи не отражает ни того, кем он является как личность (конкретный), ни его общего поведения в любых обстоятельствах (нестабильный). При других обстоятельствах или причинах она, скорее всего, отражала бы свой общий хороший характер, а не конкретное плохое поведение.

Эти основные контуры стыда и вины действуют независимо от того, действительно ли человек нарушил моральный закон. Как отмечалось выше, можно чувствовать вину за нарушение какого-то общественного стандарта, но на самом деле не быть виновным в нарушении Божьего закона. Также может быть стыдно за какое-то предполагаемое нарушение стандарта, будь то внутреннее или внешнее. Однако важно помнить, что в то время как вина включает в себя как субъективное чувство, так и объективное суждение о своем статусе перед Богом, стыд является только субъективным чувством и не несет объективного суждения.

Последствия стыда и вины

Эти наблюдения о психологических различиях между стыдом и виной приводят к несколько более зловещему аспекту стыда, который также наблюдали психологи, аспекту, который имеет потенциальные теологические разветвления. В исследовании Тангни, посвященном ситуационным детерминантам стыда и вины у молодых людей, она пришла к выводу, что, хотя и стыд, и вина связаны с негативными эмоциями или аффектами, «фокус негативного аффекта различается, что приводит к различным феноменологическим переживаниям.Другими словами, расположение или направление эмоции для стыда и для вины отличаются. Это размещение различает реальное переживание каждой эмоции.

В своем исследовании проблем межличностных отношений взрослых, вызванных самоописанными неудачами, проступками и проступками, Тангни и Диринг заметили, что человек, испытывающий чувство вины, склонен сосредотачиваться на недопустимом поведении, а не на себе. Поскольку внимание было сосредоточено на поведении, а не на себе, человек, чувствовавший вину, мог подумать, как это поведение повлияло на другую вовлеченную сторону.Короче говоря, человек, испытывающий чувство вины, также испытывал сочувствие к другому. Изучив ряд других исследований, подобных их собственному, они заметили, что «склонность к вине положительно коррелирует с эмпатическим откликом». Действительно, их выводы «решительно подтверждают гипотетическую связь между чувством вины и эмпатией, ориентированной на других». Это не значит, что чувство вины — это приятное чувство. Тангни и др. утверждают, что «напряжение, раскаяние и сожаление о вине могут быть весьма неудобными». Тем не менее, чувство вины, как правило, обращало человека в сторону обиженной стороны.Таким образом, последствия вины в значительной степени положительные, они побуждают человека к восстановлению отношений.

В отличие от вины, исследование стыда, проведенное Тангни, продемонстрировало прямо противоположную реакцию. Переживание стыда имело тенденцию направлять эмоциональный фокус человека внутрь себя. В частности, стыд сосредоточил эмоции человека на себе и восприятии себя другими, а не на поведении. Важно отметить, что восприятие себя другими предполагается со стороны человека, испытывающего стыд, и не основано на фактах.Как отмечает Тангни, «я является одновременно источником и объектом оценки, поскольку человек представляет, как он будет выглядеть для другого».

Этот поворот к себе и отказ от поведения в переживании стыда имеет ряд негативных последствий для самого человека и для тех, с кем он взаимодействует. Человек, испытывающий стыд, будет воспринимать себя как «плохое я» в свете своего поведения. Вдобавок к этому болезненному восприятию себя как плохого человека, испытывающего стыд, мучает мысль о том, как его воспринимают другие.По словам Паттисона, пристыженный человек воспринимает себя как «, которого считают неполноценным, ущербным, некомпетентным, нежелательным или непривлекательным ». Важно подчеркнуть, что боль, которую испытывает пристыженный человек, не связана в первую очередь с оценкой человеком ущерба или оскорбления, причиненного другому его действиями, хотя он и не знает об этом ущербе. Скорее пристыженный человек застрял в чувствах никчемности и жалости к себе. Тэнгни пишет, что «вместо того, чтобы способствовать эмпатической заботе, ориентированной на других, острая сосредоточенность стыда на себе, вероятно, будет способствовать самоориентированным личным реакциям на стресс.Иными словами, движение ума направлено от того, кто был оскорблен, к себе.

Негативные последствия для тех, с кем она взаимодействует, очевидны. Реакция стыда оставляет человека неподвижным в отношениях. Вместо того, чтобы двигаться вперед к эмпатии, восстановлению отношений или исправлению ситуации, пристыженный человек мотивирован «спрятаться — погрузиться в пол и исчезнуть». Внутренний поворот к негативной самооценке оставляет человека застрявшим в ментальном цикле пораженчества.Помимо этих эмоциональных и межличностных последствий стыда, этот поворот к себе в стыде может быть духовно разрушительным в жизни христианина.

Стыд, вина и возможность раскаяния

Христианская практика покаяния требует от верующих регулярно проверять себя и исповедоваться в своих грехах перед Богом. Хотя в некоторых традициях покаяние может и часто практикуется индивидуально, в большинстве христианских традиций оно на протяжении столетий было постоянным элементом общего богослужения.Согласно Библии, молитвы исповеди приправлены псалмами, а также другими местами Писания. Однако, учитывая то, что мы знаем о вине и стыде, как мы можем понимать покаяние таким образом, чтобы признать вину, что позволяет обратиться к обиженному, но избежать более разрушительной эмоции стыда, которая имеет тенденцию блокировать такой поворот? Обсуждение Жаном Кальвином покаяния в Институтах может дать здесь некоторые идеи.

Исследование Кальвином покаяния следует за его продолжительным обсуждением веры, инструмента, с помощью которого мы принимаем Христа и все Его блага.Покаяние — это одно из следствий веры, «которое мы переживаем». Для Кальвина: «Сущность Евангелия не без основания считается состоящей из покаяния и прощения грехов». Говоря немного другими словами, которые Кальвин использует чуть позже, Евангелие состоит из двойной благодати освящения и оправдания.

В своем описании сотериологии Кальвина Тодд Биллингс объясняет, что эти дары благодати доступны верующим «через союз со Христом через Дух, полученный через орудие веры.«В самом деле, наше участие во Христе посредством Духа занимает центральное место в понимании Кальвином того, как верующие приходят к получению благ Христа. Хотя оправдание и покаяние различны, для Кальвина они никогда не были разделены. Он сравнивает оправдание и покаяние с солнечными качествами света и тепла, которые также различны, но не разделены.

Покаяние, пишет Кальвин, «состоит из двух частей: умерщвление плоти и оживление Духа». Это радикальный переход от старой жизни к новой жизни и новой идентичности, основанной на союзе со Христом.В то время как иногда Кальвин говорит о покаянии в терминах нашего первоначального обращения ко Христу, Кальвин также ясно дает понять, что это умирание и воскресение — снятие с себя старого и облечение в новое — должно быть постоянной практикой на протяжении всей жизни. Кальвин пишет, что «это восстановление не происходит в одно мгновение, один день или один год». Наоборот, Бог действует в избранных, «чтобы они могли посвятить всю свою жизнь упражнению покаяния и знали, что эта война [со старым я] будет прекращена только смертью.Покаяние, понимаемое как непрекращающаяся работа по умерщвлению ветхого «я» и возрождению нового — умирание и воскресение — является основным ритмом христианской жизни, и это нелегко. Кальвин пишет: «Конечно, никто не может принять благодать Евангелия, не обратившись от ошибок своей прошлой жизни на правильный путь и не прилагая все свои усилия к практике покаяния».

Итак, на что похожа эта практика покаяния в виде умирания и воскресения? Кальвин ссылается на 2 Кор.7, чтобы помочь раскрыть концепцию умерщвления плоти. Умерщвление начинается с того, что грешник недоволен собой, ненавидит свой грех и огорчается из-за него. Он включает в себя страх перед Божьим судом. Такого рода неудовлетворенность — это то, что Павел во 2 Кор. 7 называет «печалью ради Бога», потому что, согласно Кальвину, мы осознаем, что наш грех неугоден Богу. Кальвин продолжает свое описание благочестивой печали, кратко описывая каждую из семи причин или следствий покаяния, которые Павел отмечает во 2 Кор. 7. Кальвин считает, что серьезное признание греха приведет к множеству эмоциональных реакций, одной из которых является стыд, хотя почти наверняка не понятый точно так же, как он понимается в современной психологии.

Независимо от точного понимания стыда Кальвином, его явно беспокоят различные эмоции, которые человек может испытать при признании греха. Фактически, он продолжает предлагать предостережение. «Но будем помнить, что должен соблюдаться какой-то предел, дабы мы не были подавлены печалью; ибо ничто так не способно испугать совесть, как впасть в отчаяние». Кальвин обеспокоен тем, что если мы впадем в отчаяние, то отвернемся от Бога. Итак, Кальвин предлагает лекарство, цитируя Бернарда:

.

Скорбь о грехе необходима, если он не будет вечным.Советую тебе иногда оставить тревожное и мучительное воспоминание о путях твоих и подняться к приятному и безмятежному воспоминанию о Божественных благословениях. Смешаем мёд с полынью, чтобы целебная горечь её восстановила наше здоровье, когда она будет питься смешанной со сладостью; а если размышляешь о собственной низости, то размышляй и о благости Господа.

Иными словами, средство от отчаяния из-за своего греха — помнить о благости Божией. Это именно тот ход, который делает сам Павел в Послании к Римлянам.«Кто избавит меня от этого тела смерти? Благодарение Богу — через Иисуса Христа, Господа нашего!»

То, что беспокоит Кальвина, очень тесно связано с тем, что я назвал реакцией стыда. Действительно, человек, который признает свой грех, скорее всего, испытает живую неудовлетворенность собой, о которой говорит Кальвин. К сожалению, если ее ответом на это признание того, как она оскорбила Бога, будет чувство стыда, она, вероятно, увидит себя изолированной от Бога, недостойной отношений с Богом.Ее реакция стыда обратит ее внутрь себя, размышляя о чувстве самообвинения за то, что она сделала. Вместо того, чтобы бежать к Богу за утешением и смягчать горечь греха сладостью Божьего милосердия, как предполагает цитата Кальвина из Бернара, человек, испытывающий стыд, может вместо этого бежать от Бога, предполагая, что Бог не может любить такого человека, как она.

В противоположность этому, человек, испытывающий чувство вины, также осознает свой грех и недоволен собой из-за него. Она тоже поражена осознанием того, что оскорбила Бога.Однако вместо того, чтобы оставаться сосредоточенным на своей собственной греховности, она преодолевает эту сосредоточенность на себе, признавая себя членом Христа. Помня об этом, она поворачивается ко Христу и обнимает Его «как лекарство от [ее] раны, утешение [ее] ужасов и [ее] убежище от всех страданий». Словом, она умирает для своего греха и, помня о милости Божией к ней, оживает во Христе Духом.

Невозможно переоценить важность поворота от недовольства собой к Богу в движении покаяния.Человек, испытывающий вину, не меньше, чем человек, испытывающий стыд, осознает тяжесть своего греха и оскорбление, которым он является против Бога. Признание Давида в 50-м Псалме, когда он противостоял пророку Нафану по поводу его греха с Вирсавией, хорошо выражает это: «Ибо я знаю беззакония мои, и грех мой всегда предо мною. Пред тобою только я согрешил и сделал зло в глазах твоих» (ст. 3-4). Однако Дэвид не зацикливается на этом самоанализе. Он поворачивается к Богу, тому, кого обидел, зная, что у Бога есть сила очистить Давида и вернуть ему радость Божьего спасения.(ст. 12) Именно этот поворот к Богу и познание любви Бога к нам во Христе имеют решающее значение в акте покаяния.

Предложения для поклонения

Признание того, как стыд и вина действуют на людей, должно заставить нас задуматься, когда мы обдумываем, как лучше учить о грехе и покаянии, а также как мы структурируем покаяние в общем богослужении. Хотя дело в том, что мы грешники, может быть мудро подумать, как сбалансировать это знание со знанием того, что мы, как члены Христа, любимы и приняты Богом.Конечно, это также забота Кальвина, когда он думает, как начать институтов . На протяжении всей своей работы его пастырское сердце всегда идет по тонкой линии, напоминая своим читателям, что они грешны, но приняты и любимы благодаря своему союзу со Христом.

В будущем стоит отметить две вещи. Во-первых, как это было на протяжении многих лет, разговоры о грехе и о людях как о грешниках не популярны. Может быть, этого никогда и не было, но хорошие пастыри и богословы все равно это делали, хорошо отражая учение Писания.Также было движение в богослужении, чтобы избавиться от практики корпоративной исповеди и покаяния. Однако напоминание людям о том, кем они являются без Христа, занимает центральное место в послании Евангелия. Как пишет Кальвин в Книге I Институтов : «Мы не можем по-настоящему стремиться к Нему, пока не начинаем недовольны собой». Таким образом, не обсуждать грех из-за страха, что люди будут плохо относиться к себе, значит не предлагать полное послание Евангелия.

Во-вторых, если церковь должна не только обсуждать грех, но и практиковать исповедь и покаяние все вместе, а также поощрять эти практики индивидуально, то как мы можем лучше всего сделать это таким образом, чтобы люди могли чувствовать соответствующую вину, не подталкивая их к стыд? Возможно, будет полезно прежде всего признать, что некоторые люди склонны к стыду из-за различных жизненных обстоятельств. Из-за этого может случиться так, что в некоторых случаях стыд неизбежен. Однако даже в этих случаях есть ли способы облегчить бремя стыда, но при этом признать вину?

Можно было бы просто заявить, что, несмотря на наш грех, Бог избрал нас еще до создания мира, чтобы мы были Его детьми, усыновленными во Христе Духом и способными жить жизнью, угодной Ему.Бог любит нас не потому, что мы достойны; Бог любит нас, потому что мы во Христе, Который один достоин. Все, что принадлежит Христу, принадлежит нам, когда мы в Нем. Кроме того, поскольку мы во Христе и наделены силой Духа, хотя грех всегда будет преследовать нас в этой жизни, грех больше не царит в нас. Наша надежда славы — это Христос в нас и знание того, что ничто не может отделить нас от Него.

Мы также можем намеренно формировать нашу корпоративную исповедь таким образом, чтобы не раздувать тлеющие угли стыда в разрушительный огонь.Цитата Кальвина о Бернаре предлагает вспоминать как выход из отчаяния. Действительно, помнить о могущественных деяниях Бога — одна из самых распространенных заповедей в Писании. Как сказал мне один пастор, исповедь всегда должна напоминать нам о нашем крещении во Христа. Это напоминает нам и о том, кто мы есть, и о том, чьи мы. Убеждение, напомнила она мне, — это работа Духа; осуждения нет. Как указывает Кальвин, враг всегда стремится к позору и отделению от Бога. Дух всегда указывает нам на нашу истинную сущность во Христе.Таким образом, регулярные напоминания в поклонении об очищающих водах крещения также могут быть средством от потенциально сокрушительного веса стыда.

Кроме того, учим ли мы или проповедуем, мы мудры, всегда смягчая наши богословские исследования греха бальзамом благодати. Все мы знаем — но, возможно, склонны забывать, — что мы не можем говорить о благодати, не говоря о грехе, так же как мы не можем говорить о грехе, не говоря о благодати. Тем не менее то, как мы говорим о грехе, может иметь решающее значение для того, насколько хорошо люди смогут реагировать на весть о Божьей благодати, доступной им во Христе.Как напомнил нам мой бывший пастор в своей проповеди: «Вы хуже, чем вы думаете, но в то же время гораздо более любимы, чем вы можете себе представить».


Заключение

В начале Институтов Кальвин подчеркивает важность истинного знания себя, то есть знания о том, что человек является грешником. Для христианина, который признает свою жизнь прожитой перед лицом Бога, это знание, скорее всего, вызовет эмоциональный отклик. Двумя распространенными эмоциональными реакциями на признание проступка являются вина и стыд.

В этом эссе предложены теологические определения вины и стыда, основанные на исследованиях современной психологии, включая понимание того, как психологические реакции вины и стыда влияют на межличностные отношения. Используя идеи Кальвина о движениях покаяния, я предположил, что, когда человек осознает свой проступок и отвечает стыдом, есть вероятность заблокировать путь покаяния и отвратить его от Бога. Но если человек отвечает на осознание проступка виной, вполне вероятно, что человек пройдет полный путь покаяния, видя себя таким, какой он есть на самом деле: возлюбленным чадом Божьим.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.