Содержание

Психологи отмечают рост паранойи и конспирологии в период пандемии

Пандемия привела к росту паранойи, по крайней мере в США, сообщают американские психологи. Больше всего это было выражено там, где новые законы требовали носить маски, а люди отказывались это делать. Также паранойя способствовала большему принятию конспирологических теорий, что могло стать причиной несоблюдения мер безопасности и отказа от вакцинации. Исследователи отмечают, что подобное наблюдалось и в другие сложные времена, например, после трагедии 11 сентября — очевидно, дело в том, что непредсказуемость и стресс заставляют людей искать кого-то, на кого можно переложить вину.

«Кризисы, от террористических атак до вирусных пандемий, — благодатная почва для паранойи — веры в то, что другие люди имеют по отношению к нам злые намерения, — пишут психологи из Йельского университета в статье в журнале Nature Human Behavior. — Пандемия COVID-19 усилила неопределенность реального мира и предоставила беспрецедентную возможность отследить влияние разворачивающегося кризиса на человеческие убеждения».

«На нашу психику очень сильно влияет состояние окружающего мира, — говорит ведущий автор исследования Фил Корлетт. — С точки зрения политики, очевидно, что если правительство устанавливает правила, важно, чтобы они соблюдались, а люди получали поддержку за их соблюдение. В противном случае они могут чувствовать себя преданными и вести себя неадекватно».

На момент начала пандемии Корлетт и его коллеги уже изучали роль неопределенности в развитии паранойи. В ранних исследованиях команда предлагала людям играть в карточную игру, в которой правила могли вдруг поменяться. Это провоцировало рост паранойи у участников — им начинало казаться, что колода собрана так, чтобы они проиграли, и они часто меняли свой выбор, даже если ранее аналогичные действия приводили к победе.

«Мы продолжали собирать данные в течение всего периода самоизоляции и после ее окончания, — делится Корлетт. — Это был один из тех редких случаев, когда мы смогли изучить, что происходит, когда мир меняется быстро и непредсказуемо».

Собранные данные показали рост паранойи в условиях пандемии.

Используя онлайн-опросы и игры с меняющимися правилами, исследователи обнаружили повышенный уровень паранойи и непостоянства выбора среди населения в целом. Кроме того, они изучили влияние политики общественного здравоохранения на настроения людей в штатах, где маски были обязательны, и в штатах, где маски просто рекомендовались. Также исследователи учли более ранние данные о том, насколько сильно люди чувствуют необходимость следовать правилам.

В начале пандемии в штатах, принимавших наиболее жесткие меры по борьбе с распространением инфекции, например массовые локдауны, наблюдался наименьший уровень паранойи. Когда ограничения стали постепенно снимать, паранойя и неустойчивое поведение при выборе были выше в штатах, где маски были обязательны, чем в тех, где действовали более мягкие ограничения.

Самые высокие показатели паранойи наблюдались в тех регионах, где небольшое количество людей жаждало соблюдения правил, но большинство этих правил не придерживалось.

Ношение масок — это задача, которую требуется осуществлять коллективно, поясняют ученые. В этой ситуации люди становятся условными соратниками, но уверенность в своих действиях сохраняется лишь до тех пор, пока все играют по одним и тем же правилам. Когда окружающие отказываются их придерживаться, по-видимому, это приводит к росту паранойи и распространению теорий заговора.

«По сути, люди становились параноиками, когда существовали правила, а люди их не соблюдали», — говорит Корлетт.

Кроме того, люди с повышенной паранойей чаще поддерживали конспирологические теории касательно ношения масок и вакцин, и даже верили, что правительство защищает политиков и артистов, которые организовали по всей стране сеть по вовлечению детей в педофилию.

Также возросла и тревожность, но эти изменения оказались менее выражены.

Интересно, что после убийства Джорджа Флойда в штатах с наиболее высоким уровнем паранойи было меньше протестов. Впрочем, это не говорит о связи параноидальных настроений и нежелании людей протестовать.

Корлетт отмечает, что в истории известно много случаев, когда теории заговора распространялись в тяжелые времена — в средневековье люди верили, что бубонная чума распространялась из-за евреев, отравлявших воду в колодцах, а после теракта 11 сентября — что он спланирован на государственном уровне.

«Во времена травмирующих событий и больших перемен, к сожалению, у нас есть тенденция обвинять другую группу», — говорит он.

«Возможно, общества, которые жестко придерживаются правил, менее способны адаптироваться к непредсказуемым изменениям, — пишут исследователи. — В качестве альтернативы, эти общества могут отдавать приоритет защите от идеологических и экономических угроз, а не кризису общественного здравоохранения, или, возможно, рассматривать бремя болезни как менее угрожающее».

Пандемия COVID-19 сделала мир менее предсказуемым, заключают они. Такие кризисы могут заставить людей почувствовать, что другие представляют угрозу.

Побочный продукт пандемии коронавируса: паранойя

Новое исследование Йельского университета показало, что пандемия COVID-19 усилила у жителей США ощущения паранойи, особенно в штатах, где ношение масок было обязательным. Эта повышенная паранойя была особенно острой в штатах, где соблюдение требований к маскам было низким, сообщает научная статья в журнале Nature Human Behavior.

Паранойю ученые характеризуют как редкий тип хронического психоза, который обычно начинается в зрелом возрасте. Для этого заболевания характерно постепенное развитие логически выстроенных бредовых идей, которые включают много элементов реальности. При этом параноиков отличает от больных другими видами психозов целенаправленное, упорядоченное, последовательное и в какой-то степени предсказуемое поведение.

Исследователи обнаружили, что усиление паранойи также было связано с более широким распространением конспирологических теорий среди населения.

«На нашу психологию в огромной степени влияет состояние окружающего нас мира, – говорит Фил Корлетт (Phil Corlett), доцент психологии из Йеля и ведущий автор исследования. – С политической точки зрения ясно, что если правительство устанавливает правила, важно, чтобы они соблюдались и чтобы люди поддерживали их соблюдение. Иначе люди могут почувствовать себя преданными и действовать хаотично».

Корлетт и его коллеги уже изучали роль неопределенности в развитии паранойи у людей еще до начала пандемии коронавируса в 2020 году. В этих экспериментах команда Йельского университета исследовала изменчивость выбора людей во время простой карточной игры, в которой правила могли внезапно меняться, вызывая у участников рост паранойи. Некоторые участники карточной игры буквально думали, что расположение карт в колоде складывается против них. Поэтому они часто меняли свой выбор карты, даже если ранее такой выбор приводил к положительным результатам.

«Мы продолжали собирать данные во время локдауна и после его отмены, – рассказывает Корлетт. – Это было одно из тех редких случайных событий, которое позволило изучить, что происходит, когда мир меняется быстро и непредсказуемо».

Собранные во время изучения паранойи данные показали психологическое воздействие пандемии на участников исследования.

Используя онлайн-опросы и ту же карточную игру, ученые обнаружили повышенный уровень паранойи и непостоянства выбора среди населения в целом. Они также исследовали влияние решений органов здравоохранения на настроения людей в разных штатах – там, где маски были обязательными и где маски просто рекомендовались. При этом учитывалось разное отношение жителей разных регионов к исполнению установленных правил.

Паранойя и хаотичный выбор наблюдались чаще в штатах с обязательным ношением масок, чем в штатах, где требования к маскам были слабее. При этом самая высокая степень паранойи выявилась там, где соблюдение правил было самым низким и где некоторые люди наиболее твердо считали, что правила должны соблюдаться.

«По сути, люди становились параноиками, когда правило было, а люди ему не следовали», – объясняет Корлетт.

Исследователи также обнаружили, что люди, которые имели большую степень паранойи, охотнее верили в теории заговора по поводу ношения масок и вакцинации, а также в конспирологическую теорию QAnon, которая, утверждает, что правительство защищает политиков и голливудских артистов, создающих сети педофилов по всей стране.

Корлетт напомнил, что история помнит много теорий заговора, которые появлялись во время травмирующих общество событий, например, слухов о том, что средневековые вспышки бубонной чумы были вызваны евреями, отравляющими колодезную воду.

«К сожалению, в эпоху больших общественных перемен и травм мы склонны обвинять других», – констатировал ученый.

Ранее мы писали о том, сколько людей верит в теории заговора и какие из них сегодня «в тренде», и еще о том, что фальшивые новости распространяются в соцсетях быстрее настоящих. А еще рассказывали, что иногда доверие к науке способствует лженауке.

Больше новостей из мира науки вы найдёте в разделе «Наука» на медиаплатформе «Смотрим».

Паранойя — это… Что такое Паранойя?

Паранойя (др.-греч. παράνοια —

умопомешательство) — психическое расстройство; в настоящее время большинством отечественных[уточнить] психиатрических школ рассматривается в синдромологическом аспекте как паранойяльное симптомообразование в виде формирования систематизированного интерпретативного бреда в рамках различных психических нозологий (см. паранойяльный синдром). Впервые была выделена K. Л. Kальбаум (1863) в качестве самостоятельного психического расстройства с преимущественным расстройством рассудочной деятельности.

Симптоматика

Данное психическое расстройство характеризуется длительными периодами необоснованного недоверия к окружающим, а также повышенной восприимчивостью.

Психическое нарушение характеризуется подозрительностью и хорошо обоснованной системой сверхценных идей, приобретающих при чрезмерной выраженности характер бреда. Эта система обычно не меняется; она была бы совершенно логична, если бы исходные патологические идеи были правильны. Поскольку деградация у больных паранойей чаще всего происходит лишь на конечных стадиях заболевания (им зачастую удается придать видимость реальности своему бредовому мышлению, вовлекаясь в судебные процессы или другие сутяжнические виды деятельности), они редко оказываются в психиатрических больницах. У больных паранойей нет вычурного поведения, эмоциональной нестабильности, гротескных галлюцинаций и необычных идей, отмечаемых при других психопатологических состояниях. Многие из них способны поддерживать, хотя бы поверхностно, экономическую и социальную адаптацию. Только когда их побуждения приходят в конфликт с общественным благополучием, становится очевидно, что необходима госпитализация.

Паранойю следует отличать от других бредовых расстройств, называемых параноидальными; они часто связаны с органической патологией (церебральным атеросклерозом, сенильными психозами) или же с функциональными психозами, в частности, с шизофренией. Бред при параноидальных расстройствах изменчив и не столь логически проработан, как при паранойе. Кроме того, его могут сопровождать галлюцинации, смены эмоциональных состояний и социально-неприемлемое поведение. Зачастую больные являются людьми, зависящими от наркотических средств.

Психоаналитические теории возникновения паранойи

В этом разделе не хватает ссылок на источники информации. Информация должна быть проверяема, иначе она может быть поставлена под сомнение и удалена.
Вы можете отредактировать эту статью, добавив ссылки на авторитетные источники.
Эта отметка установлена 12 мая 2011.

Шизофрения и паранойя представляются выросшими из одного корня. Шизоидное предрасположение является необходимым предварительным условием для возникновения обеих болезней.

История изобилует параноиками. Выдвинуто несколько теорий, объясняющих механизм возникновения паранойи. Одна из них — теория Зигмунда Фрейда, предполагающая, что основой паранойи служит фиксация, или задержка, на определенной стадии сексуального развития ребёнка. Речь идет о стадии гомоэротики — периоде, когда мальчики играют с мальчиками, а девочки — с девочками (примерно между 4 и 11 годами). Когда мальчик, у которого произошла фиксация на гомоэротической стадии, достигает свободы взрослого, над ним тяготеет неудовлетворённое влечение к маленьким мальчикам, и он вынужден либо вовлечься в гомосексуальную активность, либо, подчинившись социальному давлению, искать компенсацию в таких формах поведения, как алкоголизм или мужская агрессия. Данное поведение становится своего рода прикрытием неосознанных стремлений к гомоэротическим контактам.

Если в качестве компромисса возникает паранойя, то бред преследования оказывается проекцией внутреннего фантазийного желания: проблемы, связанные с гомосексуальностью, как бы содержатся не в самом человеке, а навязаны ему извне. Действительно, мужчин параноиков обычно «преследуют» мужчины или мужские организации, а паранойяльных женщин — лица женского пола. Сексуальная адаптация, в том числе брак, чаще всего отсутствует. У больных паранойей, которые вступают в брак, идя навстречу требованиям гетеросексуальности, отмечается плохая адаптация к семейной жизни или домашний разлад. Одержимый паранойей индивид, независимо от того, к какому социально-экономическому слою он принадлежит, навсегда посвящает себя агрессивности, борьбе с воображаемыми врагами и демонстрации подчеркнуто мужского поведения, граничащего с героизмом. Цикл никогда не приходит к концу: как только побежден один враг, появляется другой, ещё более опасный.

С развитием нейробиологии эта теория утратила свою актуальность. Сейчас известно, что паранойя, так же как и заболевание, составной частью которого она является — шизофрения — это, по современным представлениям, болезнь нейрона. Предполагается, что в основе заболевания лежит нарушение белкового обмена, в частности, дефицит белка рилина, в результате нарушается синтез в мозгу NMDA рецепторов глутамата (новая NMDA-теория развития шизофрении), из-за нарушения обмена глутамата в мозгу появляется избыток дофамина, особенно активными становятся D2-рецепторы дофамина. Дефицит NMDA рецепторов вызывает когнитивные расстройства (ослабление интеллекта) и негативную симптоматику (апатия), повышенный уровень дофамина вызывает продуктивную симптоматику (страх, возбуждение), избыток дофамина может вызвать и сексуальное возбуждение, возможно на этом и была основана теория Фрейда.[источник не указан 639 дней]

Лечение

В России одним из методов лечения данного заболевания является медикаментозная терапия, для облегчения состояния больного также важна его социальная адаптация (индивидуальная психотерапия, регулярные встречи с лечащим врачом и установление доверительных отношений с ним, а также семейная поддержка)[1]

Примечания

См. также

Литература и ссылки

«Бабу Ягу» из Петербурга, расчленившую соседку, признали шизофреничкой с паранойей

Ирина СЕБЕЛЕВА

16 августа 2016 12:08

Вместо тюрьмы ее отправят в психбольницу

— Встала в третьем часу ночи, а она лежит на полу. И я начала ее рас-чле-нять, — 68-летняя Тамара Самсонова четко, по слогам, чуть ли не с удовольствием описывает следователю убийство соседки. — Она толстая, тяжелая. Я все сделала на кухне, где она лежала.

На вид обычная пожилая женщина. Но внешность обманчива. 24 июля 2015 года 68-летняя Тамара совершила зверское убийство. Она отравила и расчленила 79-летнюю Валентину Уланову — подругу, у которой прожила 4 месяца. Останки раскидала по ближайшим окрестностям. Голову и руки, говорит, сварила. Но их, как и внутренние органы не нашли.

Говорят, сама старушка-потрошительница «вспомнила» не меньше десяти убийств. Среди жертв — бывший муж, квартирант… Но, нет тела — нет дела. И пока что ей предъявлено обвинение только в одном из убийств.

— Находясь в одной из квартир дома по улице Димитрова, на почве личных неприязненных отношений, возникших после конфликта со знакомой, отравила ее, добавив в пищу не менее 50 таблеток лекарственного препарата, — описывает убийство официальная версия городской прокуратуры. — От чего смерть потерпевшей наступила на месте происшествия.

Когда ей избирали меру пресечения, Тамара Митрофановна то кокетливо улыбалась и слала воздушные поцелуи в камеру, то стыдливо отводила глаза — мол, позор-то на весь город. Но ни разу она ни в чем не раскаялась. Больше сокрушалась, что у нее забрали дневники, где она расписывала свои людоедские похождения во всех подробностях.

Сразу было понятно, адекватностью здесь и не пахнет. Теперь это подтвердила и судебно-психиатрическая экспертиза.

— Женщина страдает хроническим психическим расстройством в форме параноидной шизофрении, — озвучили дианоз в прокуратуре.

Отбывать тюремный срок Самсонова теперь точно не будет. А вот всю оставшуюся жизнь лечиться под постоянным присмотром — да.

— Уголовное дело направлено в суд для применения принудительного лечения в медицинской организации, оказывающей психиатрическую помощь в стационарных условиях, специализированного типа с интенсивным наблюдением, — резюмировали в прокуратуре.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ:

«Бабу-Ягу» из Петербурга, которая описала в дневнике десять убийств, вычислила соседка

Так бы наверное и убивала Тамара Митрофановна из Купчино до самой смерти – если бы не ее внимательные соседи.

А попалась Самсонова, как говорится, совсем уж глупо. В воскресенье вечером на берегу пруда на улице Димитрова в Купчино нашли останки женщины. Без головы (ее, кстати, не нашли до сих пор) и без конечностей. Чуть поодаль – еще один пакет. С ногами.

В районе случился форменный переполох – на Димитрова съехались лучшие сыщики, дело взяли на особый контроль в Главном следственном управлении СКР по Петербургу (подробнее…).

Бабушка-маньяк отключила камеру видеонаблюдения, чтобы незаметно вынести труп

Новые детали в деле 68-летней Тамары Самсоновой из Купчино не перестают удивлять. В среду суд арестовал старушку по подозрению в убийстве своей 79-летней подруги Валентины Улановой. По данным следствия, все произошло в ночь на 24 июля в доме на улице Димитрова. Тамара Митрофановна не стала отнекиваться и уже рассказала следствию, как она убивала и расчленяла тело несчастной.

А тем временем «Комсомолка» выяснила любопытную деталь: накануне убийства Улановой «камера-глазок» над дверью ее парадной вдруг почему-то перестала работать! (подробнее…)

Сюрреалистическая игра со страхом — Берлинале Блогеры 2022

От научно-фантастического гротеска до лонгитюдной документалистики: жизни в многоэтажке посвящены сразу три немецких фильма. 

Филипп Бюлер

«Есть ли заразные болезни?» — «Да/нет?» «В последнее время демонстрировал асоциальное или иное аморальное поведение?» Да, на Берлинале, конечно, строго блюдутся правила безопасности, но сейчас речь о фильме Натальи Синельниковой Wir könnten genauso gut tot sein («С таким же успехом мы могли бы быть мертвы»). Секцию «Немецкое кино: перспективы», в которой представлено новое поколение кинематографистов, открывает сюрреалистическая дистопия: повествование об идиллическом многоэтажном жилом комплексе с собственным парком, где, однако, имеет право поселиться далеко не всякий.
 
Кажется, что красная нить нарратива этого фильма — «Доверяй, но постоянно проверяй»; и, разумеется, чистое совпадение, что эти фантазии в научно-фантастических тонах визуально несколько напоминают площадь Потсдамер-плац, где проводится Берлинале. При этом героиня фильма Анна, ответственная за проверки сотрудница службы безопасности, как раз-таки оказывается объектом наших симпатий; такая вот мрачная ирония. 

Хрупкое ощущение безопасности 

Обитатели престижного и благополучного жилого комплекса, куда не так просто попасть, живут в постоянном страхе. Угроза невидима, а может быть, и вовсе иллюзорна; для борьбы с ней устраиваются совместные певческие вечера и регулярно повторяются призывы не ослаблять бдительность. Любое банальное происшествие, вроде пропажи собаки, ударяет по хрупкому ощущению безопасности жителей комплекса. 
 
Для Натальи Синельниковой эта полная юмора и абсурда игра с паранойей добропорядочных граждан — своего рода рефлексия на тему собственного детства в Германии. Режиссёру, которая в 1996 году вместе с родителями переехала сюда из Санкт-Петербурга по еврейской линии, удалось очень правдоподобно передать чувство отчужденности и взаимного недоверия. В остальном картина — и это мне особо понравилось — открыта для совершенно любых интерпретаций. Желающие могут, например, считать этюд Синельниковой о «власти страха как самовоспроизводящейся системе» метким анализом современного дискурса чувствительности. 

Заглянуть в окраинные районы 

Интересно, что тема многоэтажных домов вчера оказалась затронута в еще двух немецких фильмах. Обе картины были сняты на берлинских окраинах. Kalle Kosmonaut («Космонавт Калле», секция «Поколение») — прекрасная лонгитюдная документальная лента, герой которой, 18-летний «уличный мальчишка» (что называется, «оторви и брось») отправляется из нестабильной семьи прямиком в тюрьму — а вскоре, есть основания надеяться, и в лучшую жизнь. Режиссёры Тина Куглер и Гюнтер Курт показывают жизнь в «панельке» по-доброму, без прикрас и без клише. Эти же эпитеты можно было бы применить и к фильму Изабель Штевер Grand Jeté («Гран-жете», секция «Панорама») — впрочем, не всегда и с большими оговорками. Эта интимная семейная драма «вне моральных конвенций» раскрывает тему инцеста между матерью и сыном. Да, это случается во всех социальных кругах и в домах всех типов, но у меня это вызвало, скорее, неловкость. 

Подростковая паранойя: распространенность, структура и причинные механизмы | Бюллетень шизофрении

Аннотация

Предыстория

Подростковый возраст может быть трудным временем, характеризующимся застенчивостью, повышенным вниманием к принятию сверстников и страхом быть отвергнутым. Межличностные проблемы усиливаются непредсказуемыми социальными взаимодействиями, как онлайн, так и офлайн. Этот эволюционный и социальный контекст потенциально способствует возникновению паранойи.Однако исследований паранойи в подростковом возрасте мало.

Метод

Нашей целью было изучить распространенность, структуру и вероятностные причинно-следственные механизмы подростковой паранойи. Репрезентативная когорта школьников из 801 подростка (11–15 лет) завершила измерения паранойи и ряда аффективных, когнитивных и социальных факторов. Байесовский подход с направленными ациклическими графами (DAG) использовался для оценки причинных взаимодействий с паранойей.

Результаты

Параноидальные мысли были очень распространены, следовали непрерывному распределению и имели иерархическую структуру.Был общий фактор паранойи с подфакторами социальных страхов, страха физической угрозы и опасений заговора. При контроле всех других переменных анализ DAG выявил, что паранойя имеет зависимые отношения с негативным аффектом, трудностями со сверстниками, издевательствами и когнитивно-аффективными реакциями на социальные сети. Причинные направления не могли быть полностью определены, но более вероятно, что негативный аффект способствовал паранойе, а паранойя влияла на отношения со сверстниками. Проблемное использование социальных сетей не оказывало причинно-следственного влияния на паранойю.

Выводы

В подростковом возрасте наблюдается континуум паранойи, и в этом возрасте обычны случайные подозрения. Тревога и депрессия тесно связаны с паранойей и могут причинно способствовать ее развитию. Паранойя может негативно повлиять на отношения подростков со сверстниками. Теперь необходимо установить клиническое значение паранойи у подростков, обращающихся за психиатрической помощью.

Введение

Нет возраста большего чувства социальной уязвимости, чем подростковый возраст.Дружба часто мимолетна, издевательства слишком распространены, а социальные сети предоставляют источник социального сравнения, двусмысленного взаимодействия с другими и возможности для критики. 1,2 В этот период изменений в развитии подростки становятся более восприимчивыми к намерениям других, осознают, как их воспринимают другие, и становятся сверхчувствительными к потенциальному отвержению. 3 Отношения со сверстниками кажутся непредсказуемыми, и стремление избежать социального отторжения становится основным мотиватором поведения. 4 Социальный мир может казаться все более неопределенным и потенциально враждебным для некоторых подростков. В этом контексте суждения о намерениях других людей могут стать скошенными в сторону негатива. Параноидальные мысли, которым другие намеренно пытаются навредить вам, могут сопровождать вас. 5

Мы решили изучить распространенность, структуру и причинные механизмы паранойи на этой ключевой стадии развития. Небольшое количество предыдущих исследований указывает на то, что параноидальные мысли являются обычным явлением и постоянно распространяются среди подростков, причем примерно четверть сообщают о частых подозрениях. 6,7 Как показано у взрослых, иерархия паранойи может возникнуть там, где серьезные идеи угрозы основываются на общих социальных проблемах. 8,9 Пока мало что известно о содержании параноидальных мыслей в подростковом возрасте. Еще меньше известно о причинных факторах. Сопутствующие причинные механизмы, выявленные в теоретической модели паранойи у взрослых, включают негативный аффект, беспокойство, негативную самооценку, нарушение сна и поведение, направленное на обеспечение безопасности. 5 Негативный социальный опыт еще больше влияет на вероятность распространения идей преследования. 10 Эти подозрения, скорее всего, будут отражать социальный контекст подросткового возраста, который для многих молодых людей в той или иной степени протекает в сети. Предварительные исследования показывают, что вызывающее привыкание использование Интернета 11,12 и эмоциональная реакция на социальные сети связаны с повышенной паранойей у молодых людей. 13 Взаимодействие с социальной информацией в Интернете таким образом, что усиливает чувство уязвимости или озабоченность угрозой, может повлиять на возникающую паранойю. Взаимодействие между паранойей, психологическими процессами и социальными факторами в подростковом возрасте, вероятно, будет сложным.

В этом исследовании мы используем передовой сетевой подход для обнаружения причин: направленные ациклические графы (DAG). DAG — это базовая структура байесовской сети, граф, кодирующий отношения условной зависимости между переменными. 14 Мы используем DAG для оценки вероятностных причинно-следственных взаимодействий между подростковой паранойей и теоретически важными факторами, выявленными на основе когнитивной модели 5 и существующей литературы. Мы изучаем негативный аффект, 15 проблемы с образом тела, 16 и нарушение сна, 17 , а также 2 потенциально важных социальных фактора в этом возрасте: травлю 18 и использование социальных сетей. 13 Оценивались как проблемное использование социальных сетей (вызывающее привыкание и чрезмерное использование в ночное время), так и когнитивно-аффективные реакции на социальные сети (эмоциональная реактивность, самосравнение и поведение в поисках безопасности, ориентированное на угрозу). Этот подход не выдвигает гипотезы и не проверяет конкретную причинно-следственную структуру. Вместо этого мы используем байесовский вывод, чтобы узнать наиболее вероятные причинно-следственные связи в наших данных, которые мы представляем с помощью DAG.

Метод

Участники

Используя отказ родителей, каждый ученик ( N = 947) 7–10 классов средней школы в Лестершире, Великобритания, был приглашен принять участие.Это позволило получить репрезентативную сквозную школьную когорту подростков в возрасте 11–15 лет. Ко всем классам подходили в течение 1 недели, и ученики, предоставившие письменное согласие, заполнили анкеты в течение 60-минутного урока, проводимого J.C.B. или учитель. Всего участвовал 801 подросток, что составляет 85% учащихся школы (средний возраст = 13,3 года, SD = 1,16). В число участников вошли 410 девочек (51%), 382 мальчика (48%) и 9 «другого пола» (1,1%). Большинство участников были белыми британцами (78.5%), а второй по величине этнической принадлежностью были выходцы из Южной Азии (6,9%). Этическое одобрение было получено от Межведомственного комитета по этике медицинских исследований Оксфордского университета (R50453/RE001).

Меры

Для оценки паранойи была разработана и проверена новая мера в текущем образце; Контрольный список птиц подростковой паранойи (B-CAP). Было создано восемнадцать элементов для представления спектра степени тяжести паранойи с содержанием, относящимся к подросткам (например, друзья, школа и социальные сети).Участники оценивают частоту мыслей за последние две недели по 6-балльной шкале. Общий балл продемонстрировал превосходную внутреннюю согласованность (α Кронбаха = 0,92) и конвергентную валидность с подшкалой паранойи опросника специфических психотических переживаний 6 ( r = 0,84, p < 0,001) и шкалы социального недоверия. 19 ( r = 0,68, P < 0,001). Участники оценивали визуально-аналоговую шкалу (ВАШ) относительно того, «боятся ли они других больше, чем следовало бы» от 0 («не больше, чем следовало бы») до 100 («гораздо больше, чем следовало бы»).Эта ВАШ значительно коррелировала с паранойей B-CAP ( r = 0,41, P < 0,001).

Пересмотренная шкала тревожности и депрессии (RCADS) – Short 20 измеряет негативное влияние. RCADS T — баллы, стандартизированные по возрасту и полу, 70+ указывают на клинические уровни тревоги и депрессии. Шкала оценки собственного тела для подростков и взрослых 21 измеряла обеспокоенность по поводу образа тела. Шкала пробуждения во сне у подростков – короткий 22 измеряла трудности со сном, а Индекс серьезности бессонницы (ISI) 23 измерял бессонницу; оценка ISI выше 9 определяла подгруппу клинической бессонницы. 24 Подшкала проблем сверстников Анкеты сильных сторон и трудностей 25 измеряла трудности сверстников, а Многомерная шкала виктимизации сверстников (MPVS) 26 оценивала травлю.

Бергенская шкала зависимости от социальных сетей 27 as выявила зависимость от использования социальных сетей. Для этого исследования были созданы и проверены четыре новых показателя социальных сетей (дополнительный материал 1). Использование социальных сетей в ночное время оценивалось по 6 пунктам, связанным с частотой (например, «Сколько времени вы обычно проводите в социальных сетях, когда ложитесь спать перед сном?») и влиянием (например, «Трудно перестать пользоваться социальными сетями». когда мне нужно поспать»).Чтобы оценить эмоциональную реакцию на социальные сети, участники оценивали частоту 7 негативных эмоций (например, «испуганный», «грустный») при использовании социальных сетей. Десять пунктов оценивали поведение, направленное на обеспечение безопасности в Интернете, т. е. действия, направленные на избежание угроз при использовании социальных сетей (например, «следите за тем, что я публикую, чтобы это не могло быть использовано против меня»). Семь пунктов оценивали, как часто участники негативно сравнивали себя с другими в социальных сетях (например, «Я не так привлекательна, как другие люди, которых я вижу в социальных сетях»).

Статистический анализ

Анализы проводились с использованием R версии 3.4.1. 28 Еженедельное одобрение предметов использовалось для изучения распространенности паранойи. Частотное распределение всех одобренных предметов было рассмотрено в сравнении с экспоненциальной моделью. Мы оценили иерархическую структуру элементов, используя корреляцию между показателями одобрения для каждого элемента и количеством дополнительных одобренных элементов, с поправкой на вклад этого элемента. 29

Для оценки факторной структуры пунктов паранойи Исследовательский факторный анализ (EFA) был проведен с использованием факторизации по главной оси (из-за отсутствия многомерной нормальности 30 ) и подтверждающего факторного анализа (CFA) с использованием MLR робастного максимального правдоподобия оценщик. 31 Соответствие модели оценивали с использованием относительного/нормированного критерия хи-квадрат (χ 2 /df) < 3,0, 32 a Сравнительного индекса соответствия (CFI) и индекса Такера-Льюиса (TLI) > 0,95, среднеквадратическая ошибка аппроксимации (RMSEA) <0,06 и стандартизированная среднеквадратическая невязка (SRMR) <0,08. 33

Для анализа DAG были исключены участники, которые не заполнили анкеты или у которых 1 или более анкет полностью отсутствовали ( n = 59).С отсутствующим случайным предположением 34 для остальных участников, для каждого вопросника было проведено множественное вменение с использованием пакета для мышей. 35 Было создано пять импутированных наборов данных. Анализ проводился с использованием общих баллов для каждой переменной в каждом из этих 5 наборов данных и объединения результатов.

Чтобы исследовать причинно-следственные связи с паранойей, мы используем байесовский метод выявления причинно-следственных связей с помощью DAG. DAG — это вероятностная графическая модель, представляющая отношения условной зависимости между наборами переменных.Каждая переменная представлена ​​узлом, а пары узлов могут быть соединены направленным ребром (→). Направленный цикл, то есть круговая последовательность ребер, идущих от узла обратно к себе, не допускается. Если есть ребро из A→B, мы говорим, что A является родителем B; это означает, что после учета других родителей B остается зависимым от A. Если граф причинно интерпретирован, то A является прямой причиной B. .Используя байесовский вывод, можно обнаружить наиболее вероятную причинно-следственную структуру между переменными на основе закономерностей, наблюдаемых в данном наборе данных. Однако, поскольку разные причинно-следственные модели могут привести к одним и тем же закономерностям, невозможно изучить все причинно-следственные связи из данных наблюдений (подробности см. В дополнительном материале 2).

Чтобы определить, какие причинные структуры DAG были совместимы с нашими данными, мы используем байесовский анализ для получения апостериорного распределения вероятностей по набору возможных графиков.Следуя методу Моффа и др., 10 , мы используем алгоритм Монте-Карло цепей Маркова (MCMC) 36 для выборки из этого распределения пропорционально вероятности для каждого возможного графа. Другими словами, чаще всего выбирались графики с лучшим соответствием данным (после учета сложности модели). Для корректного сравнения графиков с различной структурой графики были подобраны с использованием многомерного нормального распределения с обратным априорным распределением Уишарта на ковариационной матрице. 37 Все переменные были сопоставлены с квантилями нормального распределения. В этом преобразованном наборе данных мы использовали пакет BiDAG 38 для запуска раздела MCMC для 10 миллионов итераций на 5 вмененных наборах данных, прореженных в 1000 раз, чтобы получить 50000 образцов DAG из апостериорного распределения. Мы усреднили эту выборку, чтобы оценить апостериорную вероятность каждого ребра в сети.

Для каждого графа выборки мы также взяли выборку из апостериорного распределения ковариационной матрицы.Они использовались вместе с графиками для оценки общего причинно-следственного влияния каждой переменной на каждую другую переменную (дополнительный материал 2). Общие эффекты включают в себя как прямые эффекты (с другими ограниченными переменными), так и косвенные пути через другие переменные. Причинные эффекты выражены как z баллов с 90% достоверными интервалами (ДИ). Чтобы возник значительный причинный эффект, причинный путь должен присутствовать в одном направлении по крайней мере в 95% ненулевых выборочных эффектов.

Результаты

Распространенность

Параноидальные мысли обычно одобрялись подростками, при этом еженедельное возникновение по пунктам колебалось от 7% до 32% (таблица 1). Среднее количество подтвержденных параноидальных мыслей составило 3,26 (SD = 4,07). Общее количество одобренных товаров соответствовало единому непрерывному распределению, которое близко соответствовало экспоненциальной кривой ( r = 0,97; рис. 1). Средний балл по всем 18 пунктам паранойи составил 12,5 (SD = 14,0). Девочки сообщили о значительно более высоком уровне паранойи (в среднем = 15.8, SD = 15,0), чем у мальчиков (среднее значение = 8,25, SD = 10,9; F (2790) = 49,7, P < 0,001). Паранойя была одинаковой в разных возрастных группах без какой-либо зависимости между возрастом и полом ( F (5790) = 1,07, P = 0,38).

Таблица 1.

Процент одобрения отдельных элементов Paranoia за последние 2 недели

9 9 9 9 9 9 9 9 Заговор 9 9 9 I Могут быть атакован в любое время Плата Я небезопасно вокруг людей везде я ежу 4
Элемент . 0 (%) . 1 (%) . 2 (%) . 3 (%) . 4 (%) . 5 (%) . Не реже одного раза в неделю (2+) (%) .
1 Я уверен, что люди сплетничают обо мне в социальных сетях 64 15 12 5 2 2 2 2 2 21
2 Люди в школе пытаются заставить меня чувствовать себя нежелательными 57 17 12 6 4 3 25
3 Я выдвинут из разговоров на цели 57 20 12 3 9 29 22
4 Люди пытаются смущать меня в классе специально 57 22 11 5 2 2 20
5 Мои друзья или партнер игнорируют мои сообщения, чтобы расстроить меня 74 14 5 3 1 1 10
6 Люди Создание Sly Comments для расстройства мне 65 19 8 5 5 1 9 9 16 16 7
7 46 9 24 15 7 4 4 9 9 9 8
8 Люди говорят вещи под своим дыханием Накомить меня 55 20 12 7 2 3
9 Nasty Tricks играют на ME 79 13 6 6 1 0 1 8 8
10 Люди пытаются запутать меня нарочно 66 18 9 4 2 2 2 2 9 17 17 9
9 11 Группы людей планируют против меня 81 10 4 2 1 3 10 10
12 Люди собирают мою информацию или фотографии для использования против меня 83 10 4 1 1 1 7
13 Я уверен, что люди мстят мне 75 14 5 2 1 3 9020 2 11 11
14 Я чувствую себя как я следовал или преследуют 75 13 7 7 3 1 1 12
15 Я боюсь, какие незнакомцы сделают со мной 44 23 13 8 4 7 32
16 Люди попробуют похитить мне 74 11 7 4 1 4 1 2 14 14
17
57 68 13 8 4 3 3 19
9 9 9 9 9 9 9 9 Заговор 9 9 9 I Могут быть атакован в любое время Плата l небезопасно с людьми, где бы я ни был

Процент одобрения отдельных предметов паранойи за последние 2 недели

. 0 (%) . 1 (%) . 2 (%) . 3 (%) . 4 (%) . 5 (%) . Не реже одного раза в неделю (2+) (%) .
1 Я уверен, что люди сплетничают обо мне в социальных сетях 64 15 12 5 2 2 2 2 2 21
2 Люди в школе пытаются заставить меня чувствовать себя нежелательными 57 17 12 6 4 3 25
3 Я выдвинут из разговоров на цели 57 20 12 3 9 29 22
4 Люди пытаются смущать меня в классе специально 57 22 11 5 2 2 20
5 Мои друзья или партнер игнорируют мои сообщения, чтобы расстроить меня 74 14 5 3 1 1 10
6 Люди Создание Sly Comments для расстройства мне 65 19 8 5 5 1 9 9 16 16 7
7 46 9 24 15 7 4 4 9 9 9 8
8 Люди говорят вещи под своим дыханием Накомить меня 55 20 12 7 2 3
9 Nasty Tricks играют на ME 79 13 6 6 1 0 1 8 8
10 Люди пытаются запутать меня нарочно 66 18 9 4 2 2 2 2 9 17 17 9
9 11 Группы людей планируют против меня 81 10 4 2 1 3 10 10
12 Люди собирают мою информацию или фотографии для использования против меня 83 10 4 1 1 1 7
13 Я уверен, что люди мстят мне 75 14 5 2 1 3 9020 2 11 11
14 Я чувствую себя как я следовал или преследуют 75 13 7 7 3 1 1 12
15 Я боюсь, какие незнакомцы сделают со мной 44 23 13 8 4 7 32
16 Люди попробуют похитить мне 74 11 7 4 1 4 1 2 14 14
17
57
9 9 9 9 9 9 9 9 Заговор 9 9 9 I Могут быть атакован в любое время Плата Я небезопасно вокруг людей везде я ежу 4
Элемент . 0 (%) . 1 (%) . 2 (%) . 3 (%) . 4 (%) . 5 (%) . Не реже одного раза в неделю (2+) (%) .
1 Я уверен, что люди сплетничают обо мне в социальных сетях 64 15 12 5 2 2 2 2 2 21
2 Люди в школе пытаются заставить меня чувствовать себя нежелательными 57 17 12 6 4 3 25
3 Я выдвинут из разговоров на цели 57 20 12 3 9 29 22
4 Люди пытаются смущать меня в классе специально 57 22 11 5 2 2 20
5 Мои друзья или партнер игнорируют мои сообщения, чтобы расстроить меня 74 14 5 3 1 1 10
6 Люди Создание Sly Comments для расстройства мне 65 19 8 5 5 1 9 9 16 16 7
7 46 9 24 15 7 4 4 9 9 9 8
8 Люди говорят вещи под своим дыханием Накомить меня 55 20 12 7 2 3
9 Nasty Tricks играют на ME 79 13 6 6 1 0 1 8 8
10 Люди пытаются запутать меня нарочно 66 18 9 4 2 2 2 2 9 17 17 9
9 11 Группы людей планируют против меня 81 10 4 2 1 3 10 10
12 Люди собирают мою информацию или фотографии для использования против меня 83 10 4 1 1 1 7
13 Я уверен, что люди мстят мне 75 14 5 2 1 3 9020 2 11 11
14 Я чувствую себя как я следовал или преследуют 75 13 7 7 3 1 1 12
15 Я боюсь, какие незнакомцы сделают со мной 44 23 13 8 4 7 32
16 Люди попробуют похитить мне 74 11 7 4 1 4 1 2 14 14
17
57 68 13 8 4 3 3 19
9 9 9 9 9 9 9 9 Заговор 9 9 9 I Могут быть атакован в любое время Плата l небезопасно с людьми, где бы я ни был

Рис.1.

Распределение общих признаков паранойи, одобренных подростками, соответствует экспоненциальной кривой.

Рис. 1.

Распределение общих признаков паранойи, подтвержденных у подростков, соответствует экспоненциальной кривой.

Проблемы со сном были заметно распространены: 42% ( n = 334) в клиническом диапазоне бессонницы. Средние уровни тревоги и депрессии соответствовали нормативным данным, 20 , хотя 11% ( n = 91) превышали клинический порог RCADS.Подростки в этой клинически повышенной подгруппе (средний возраст = 13,5, SD = 1,05) были преимущественно женского пола ( n = 65, 71%) и имели значительно более высокие показатели паранойи (средний = 31,2, SD = 18,7). Из тех, кто ответил ( n = 779), 95% участников ( n = 736) сообщили об использовании социальных сетей, при этом 81% ( n = 629) используют их каждый день. Из тех, кто использовал социальные сети, 41% использовали их более 4 часов в день (см. дополнительный материал 1 для описательной статистики).

Структура

Отдельные пункты паранойи были связаны с одобрением 3,72–7,65 дополнительных пунктов паранойи (среднее значение = 5,66, SD = 0,91). Для каждого пункта частота одобрения значительно коррелировала с количеством дополнительных одобренных пунктов ( r = -0,75, P < 0,001). Другими словами, те, кто одобрял более редкие предметы, в целом сообщали о большем количестве параноидальных мыслей.

EFA определила трехфакторную структуру пунктов паранойи, объясняющую 51% дисперсии.Эти факторы были обозначены как социальный вред (8 пунктов), заговор (5 пунктов) и физическая угроза (5 пунктов). Факторные корреляции были высокими (социальный вред и заговор r = 0,80; социальный вред и физическая угроза r = 0,66; заговор и физическая угроза r = 0,72). 3-факторная модель CFA продемонстрировала превосходное соответствие модели без модификаций (χ 2 = 279,9, df = 132, P < 0,001, χ 2 /df = 2,12, CFI = 0,96, TLI = 0,95, RMSEA = 0,053, СКС = 0.045) (дополнительный материал 1). Как показано на рисунке 2, иерархическая факторная модель с идентичными индексами соответствия включала общий фактор паранойи, который сильно предсказывал 3 второстепенных фактора (0,77–0,93).

Рис. 2.

Трехфакторная модель паранойи второго порядка.

Рис. 2.

Трехфакторная модель паранойи второго порядка.

Причинные механизмы

На рис. 3 показано среднее значение для 50 000 выбранных DAG.Интенсивность цвета ребра представляет собой долю выборочных графов, в которых присутствовало это ребро. Для ясности отображаются только ребра, присутствующие более чем в 50% графиков. Направленные ребра (→) представляют собой значительные прямые причинно-следственные эффекты, когда эта ориентация имела место более чем в 90% случаев, когда ребро присутствовало. Ненаправленные ребра изображают отношения, в которых этот порог последовательного причинно-следственного направления не был достигнут. В этих случаях часто возникала граница между двумя переменными, что указывало на высокую степень уверенности в том, что между ними существует прямая причинно-следственная зависимость, но что любое направление могло бы быть вероятным, исходя из данных.

Все аффективные, когнитивные и социальные переменные достоверно коррелировали с паранойей (дополнительный материал 1). Однако анализ DAG выявил сложную сеть взаимодействий. После того, как вклад других переменных был проконтролирован, появилась высокая уверенность в том, что паранойя имела прямую причинно-следственную связь с негативным аффектом, трудностями со сверстниками, издевательствами, поведением, направленным на поиск безопасности в социальных сетях, негативным сравнением в социальных сетях и эмоциональной реакцией на социальные сети (рисунок 3). .Однако направление этих отношений не было четко определено, поскольку представлено ненаправленными ребрами. Доля выборочных DAG, содержащих причинный путь от каждой переменной к паранойе и наоборот, со средними общими причинными эффектами ( z t ), показана в таблице 2. Доля случаев, когда наблюдаемый эффект прямой (в отличие от косвенного через другие переменные), и размер прямого эффекта ( z d ) показан для каждой ориентации.

Таблица 2.

Средние причинно-следственные связи между паранойей и всеми другими переменными

. 0 (%) . 1 (%) . 2 (%) . 3 (%) . 4 (%) . 5 (%) . Не реже одного раза в неделю (2+) (%) .
1 Я уверен, что люди сплетничают обо мне в социальных сетях 64 15 12 5 2 2 2 2 2 21
2 Люди в школе пытаются заставить меня чувствовать себя нежелательными 57 17 12 6 4 3 25
3 Я выдвинут из разговоров на цели 57 20 12 3 9 29 22
4 Люди пытаются смущать меня в классе специально 57 22 11 5 2 2 20
5 Мои друзья или партнер игнорируют мои сообщения, чтобы расстроить меня 74 14 5 3 1 1 10
6 Люди Создание Sly Comments для расстройства мне 65 19 8 5 5 1 9 9 16 16 7
7 46 9 24 15 7 4 4 9 9 9 8
8 Люди говорят вещи под своим дыханием Накомить меня 55 20 12 7 2 3
9 Nasty Tricks играют на ME 79 13 6 6 1 0 1 8 8
10 Люди пытаются запутать меня нарочно 66 18 9 4 2 2 2 2 9 17 17 9
9 11 Группы людей планируют против меня 81 10 4 2 1 3 10 10
12 Люди собирают мою информацию или фотографии для использования против меня 83 10 4 1 1 1 7
13 Я уверен, что люди мстят мне 75 14 5 2 1 3 9020 2 11 11
14 Я чувствую себя как я следовал или преследуют 75 13 7 7 3 1 1 12
15 Я боюсь, какие незнакомцы сделают со мной 44 23 13 8 4 7 32
16 Люди попробуют похитить мне 74 11 7 4 1 4 1 2 14 14
17
57
.10 9% .00 -02-04-0.38
Причинно-следственные связи . Путь присутствует . Всего из . 90% ДИ . Прямое настоящее . Прямой z . 90% ДИ . 057 0.39-0.72 0.39-0.72 100% 0.43 0.32-0.63
Изображение тела 46% -0.21 -0,49 до -0,01 44% -0,05 -0,05 —0.05 -0,05 -0,05 -0,05 -0,05 -0,05 0.15-0.00
Sleep 23% 0.19 0,00-0.46 0,00-046 38% 0.03 0,00-0.10
Свержеки
0,21 0.07-0.49 99% 99% 0.15 0.0.15
0,40202 0.40 0,22-0,68 100% 0.29 0.20-0.57
Sm Используйте 1% 0,03 -0.01-0.10 -0.01-0.10 3% 0.00 0.00 до 0.00
SM наркомания 1% 0,07 0,00-041 54% 0.03 0,00-0202 0.00-0.09
40% 0.39 0.19-0.67 100% 0.26 0.16-0.44
Sm Самовыделить 62% 0.38 0.10-0.67 73% 73% 0,16 0,00-0240
SM Emotion Reactivity 47% 0,27 0,06-0,64 80% 0.15 0.00-0.38 0.00-0.38
Паранойя до переменных
отрицательный акт 30% 0.59 0,41-0,76 100% 0,48 0.36-0.72
Изображение тела 45% -0.26 -0.26 -0.51 до -0.02 —0.04 -0.04 -0.04 -0.23-000
Сон 47% 0,25 0.00-0.48 21% 0,02 0.02 0.02 0,00-0.13 97
одноранговые трудности 82% 0.28 0.15-0.44 99% 0,22 0,2-0.32
Издевательства 54% 54% 0,22 0.28-02 100% 1000202 0.25-0.54 0.25-0180
Sm Night Use 94% 0.10 1% 0.00 0.00-000
SM Addiction 92% 92% 0,14 -0.02-0.43 14% 0,01 0.00-0.11
SM Безопасное поведение 60% 0.37 0.19-0.63 0.19-0.63 100% 0.26 0.17-041
SM Самовыделение 37% 0.36 0,07-0,61 72% 0.17 0.00-0.45 0.00-0.45
511% 0.30 0.30 0,06-0.0.59 79% 0,16 9 0,00-0.37
0,26 02 0,22
Причинные эффекты . Путь присутствует . Всего из . 90% ДИ . Прямое настоящее . Прямой z . 90% ДИ .
Переменная на паранойю
отрицательный акт 70% 0.57 0.39-0.72 100% 0.43 0.32-0.63
Изображение тела 46% -0.21 -0.49 до -0.01 44% -0.05 -0.05 -0.15-0002 -0.15-0.00
Сон 23% 0.19 0.00-0.46 0.00-0.46 38% 0.03 0.0.0.10 0.00-0.10
одноранговые трудности 18% 0.21 0,07-0,49 99% 0,15 0,06-0,44
Замороженные 46% 0.40 0.22-0.68 100% 100% 0.29 0.20-0.57
Sm Night Use 1% -0 0,03 -0.01-0.10 3% 0,00 0,00-000 0,00-000
SM наркомании 1% 0,07 0.00-0.41 54% 0,03 0,00-02
Sm Поведение безопасности 40% 0.39 0.19-0.67 100% 100% 0.16-0.44
SM Самовыделение 62% 0.38 0.10-0.67 73% 73% 0.16 0.16 0,00-0.40
0,27 0,06-0,64 80% 80202 0,00-038
Паранойя для переменной
отрицательный акт 30% 0.59 0.59 0.41-0.76 100% 0.48 0.36-0.72
Изображение тела 45% -0.26 -0.51 до -0.02 24% -0.04 -0.04 -0.04 -0.23-000
Sleep 47% 0.25 0,00-048 21% 0.02 0,00- 0.13
одноранговые трудности 82% 0.28 0.15-0.44 99% 99% 0.12-0.32
Выпуклые 54% 0,42 0.28-0,64 100% 100% 0.35 0.25-0.54
94% 94% 0.10 -0.04-0.38 1% 0,00 0,00-0.00
SM Addiction 92% 92% 0.14 -0.02-0202 14% 14% 0,01 0,00-011
SM Безопасное поведение 60% 0.37 0.19-0.63 100% 0.26 0,26 0.17-0.41
37% 0.36 0,07-0,61 72% 0,17 0,00-045
SM эмоция реактивность 51% 51% 0.30 0,06-0.59 79-0.59 79% 0,16 0,00-0.37
Таблица 2.

Средние причинные эффекты между паранойи и все остальные переменные

.38 13 —0.02-0.43
Причинные эффекты . Путь присутствует . Всего из . 90% ДИ . Прямое настоящее . Прямой z . 90% ДИ .
Переменная для паранойи
негативное влияние 70% 0,57 0.39-0,72 100% 0,43 0.32-0.63
Изображение тела 46% -0.21 -0.21 -0,49 до -0202 -0,49 до -0.01 44% -0.15-000 -0.15-000
Sleep 23% 0,19 0.00-0.46 0.00-0.46 38% 0,03 0.03.10 0,00-0.10
Уплотнительные трудности 18% 0,21 0,07-049 99% 0,15 0,06-0.44
Запугивание 46% 0.40 0.22-0.68 100% 0.29 0.20-0.57 0.20-0.57
Sm Night Use 1% 0.01-0102 -0.01-0.10 3% 0,00 0.00 0.00-0.00
1% 1% 0,07 0,00-041 54% 0,03 0,00-0,09
SM Безопасное поведение 40% 0.39 0.19-0.67 100% 0.26 0.16-0.44
62% 0,38 0.10-0.67 73% 0,16 0,00-0.40
SM эмоция реактивность 47% 0,27 0,27 0,06-0.64 80% 0,15 0,00-0.38
Паранойя до переменной
негативное влияние 30% 0.59 0.41-0.76 100% 0.48 0.36-0.72
Изображение тела 45% -0.26 -0.51 до -0.02 24% — 0,04 0.23-0.00
Sleep 47% 0.25 0.00-0.48 0,00-0202 21% 0.02 0,00-0.13
Острыго сверстника 82% 0,28 0.15-0.44 99% 99% 0,22 0.12-0.32
54% 0.42 0,28-0,64 100% 1000202 0.35 0,25-0580
Sm Night Используйте 94% 94% 0.10 -0.04-0.38 1% 1% 0.00 0,00-000
SM наркомания 92% 0,14 14% 0.01 0,00-0.11 0,00-0.11
SM Безопасное поведение 60% 0,37 0.19-0.63 100% 100% 0.26 0.17-0.41
SM Самовыделение 37% 0.36 0.36 0.07-0.61 72% 0,17 0,17 0,00-045
SM Эмоциональные реактивность 51% 0.30 0,06-0.59 79% 0.16 0,00–0,37
.10 9% .00 -02-04-0.38
Причинно-следственные связи . Путь присутствует . Всего из . 90% ДИ . Прямое настоящее . Прямой z . 90% ДИ . 057 0.39-0.72 0.39-0.72 100% 0.43 0.32-0.63
Изображение тела 46% -0.21 -0,49 до -0,01 44% -0,05 -0,05 —0.05 -0,05 -0,05 -0,05 -0,05 -0,05 0.15-0.00
Sleep 23% 0.19 0,00-0.46 0,00-046 38% 0.03 0,00-0.10
Свержеки
0,21 0.07-0.49 99% 99% 0.15 0.0.15
0,40202 0.40 0,22-0,68 100% 0.29 0.20-0.57
Sm Используйте 1% 0,03 -0.01-0.10 -0.01-0.10 3% 0.00 0.00 до 0.00
SM наркомания 1% 0,07 0,00-041 54% 0.03 0,00-0202 0.00-0.09
40% 0.39 0.19-0.67 100% 0.26 0.16-0.44
Sm Самовыделить 62% 0.38 0.10-0.67 73% 73% 0,16 0,00-0240
SM Emotion Reactivity 47% 0,27 0,06-0,64 80% 0.15 0.00-0.38 0.00-0.38
Паранойя до переменных
отрицательный акт 30% 0.59 0,41-0,76 100% 0,48 0.36-0.72
Изображение тела 45% -0.26 -0.26 -0.51 до -0.02 —0.04 -0.04 -0.04 -0.23-000
Сон 47% 0,25 0.00-0.48 21% 0,02 0.02 0.02 0,00-0.13 97
одноранговые трудности 82% 0.28 0.15-0.44 99% 0,22 0,2-0.32
Издевательства 54% 54% 0,22 0.28-02 100% 1000202 0.25-0.54 0.25-0180
Sm Night Use 94% 0.10 1% 0.00 0.00-000
SM Addiction 92% 92% 0,14 -0.02-0.43 14% 0,01 0.00-0.11
SM Безопасное поведение 60% 0.37 0.19-0.63 0.19-0.63 100% 0.26 0.17-041
SM Самовыделение 37% 0.36 0,07-0,61 72% 0.17 0.00-0.45 0.00-0.45
SM Emotion Realsivity 51% 0.30 0,06-0.59 79% 0,16 0,00-0.37

Рис. 3.

Направленный ациклический граф (DAG) отношений между паранойей и эмоциональными, когнитивными и социальными переменными. Направленные края (→) указывают на значительный причинный эффект.

Рис. 3.

Направленный ациклический график (DAG) отношений между паранойей и эмоциональными, когнитивными и социальными переменными.Направленные края (→) указывают на значительный причинный эффект.

Прямой эффект между паранойей и негативным аффектом присутствовал во всех образцах, что указывает на высокую вероятность причинно-следственной связи. Хотя направление было неопределенным, путь от негативного аффекта к паранойе имел место на 70% графиков, что предполагает вероятный причинный вклад негативного аффекта. Однако обратное направление также было вероятным, поскольку эта ориентация наблюдалась на оставшихся 30% графиков. Независимо от направления размер причинно-следственной связи для отрицательного аффекта был самым большим из всех переменных в сети.

Беспокойство относительно образа тела и проблемы со сном условно не зависели от паранойи, что представлено отсутствием границы на рис. 2. Хотя связи между паранойей и нарушением образа тела и сна часто выявлялись, прямые причинно-следственные эффекты были небольшими и нечастыми (таблица 2). ). Нулевой причинно-следственный эффект наблюдался между паранойей и образом тела и проблемами со сном в 9% и 30% графиков соответственно, что подчеркивает большую неопределенность в их прямой связи. Примечательно, что молодые люди с показателями бессонницы выше порогового значения ( n = 334) имели значительно более высокий уровень паранойи (в среднем = 18.4, SD = 16,6) по сравнению с остальной выборкой (среднее значение = 7,24, SD = 8,36; t (442,2) = 11,0, P <0,001). Хотя это подчеркивает четкую взаимосвязь между проблемами сна и паранойей ( r = 0,45, P < 0,001), их независимость в DAG указывает на то, что связь в достаточной мере объясняется другими переменными, в первую очередь негативным аффектом (рис. 3). .

Паранойя и трудности со сверстниками зависели друг от друга в 100% случаев, и почти всегда присутствовал прямой эффект (99%).Направление не было определено; однако паранойя с большей вероятностью способствовала возникновению трудностей со сверстниками, поскольку эта ориентация наблюдалась у 82% опрошенных DAG. Хотя прямая связь между паранойей и издевательствами всегда присутствовала, направление было очень неопределенным: путь от паранойи → издевательства имел место в 54% графиков, а обратное направление имело место в остальных 46%.

Несмотря на умеренную корреляцию с зависимостью от социальных сетей ( r = 0,42, P < .001) и ночное употребление ( r = 0,34, P < 0,01), причинно-следственные связи от этих мер к паранойе наблюдались только у 1% отобранных DAG с незначительными общими причинными эффектами ( z t < 0,1). Это говорит о высокой степени уверенности в том, что проблемное использование социальных сетей не имело причинно-следственного влияния на паранойю. Хотя причинно-следственная связь в обратном направлении имела место в 92% и 94% образцов зависимости от социальных сетей и ночного использования, они были в основном косвенными с незначительными прямыми эффектами ( z d < 0.01). Примечательно, что эти переменные использования социальных сетей в значительной степени были вызваны несколькими факторами, включая негативный аффект, трудности со сверстниками, проблемы со сном, эмоциональную реактивность в социальных сетях и поведение в поисках безопасности в социальных сетях, представленное направленными ребрами на рисунке 2.

DAG Анализ выявил зависимые отношения между паранойей и когнитивно-аффективными реакциями на социальные сети, хотя направления были неопределенными. Самый сильный эффект был для поведения, ориентированного на угрозу, в поисках безопасности, где всегда присутствовали как преимущество, так и прямой причинный эффект.Паранойя способствовала поиску безопасности в Интернете (60%) чаще, чем обратная ориентация (40%). Почти во всех случаях между паранойей и отрицательным самосравнением (99%) и эмоциональной реакцией на социальные сети (98%) существовала связь в любом направлении. Однако имел место больший косвенный вклад в эти взаимосвязи с меньшей уверенностью в прямых эффектах, представленных ДИ, включающими ноль, и увеличенной долей случаев, когда причинный эффект был косвенным.

Обсуждение

Распространенность и структура

Наши результаты согласуются с мнением о том, что подростковый возраст может быть социально сложным временем, подчеркивая, что недоверие к другим может быть неотъемлемой частью повседневной жизни для значительного меньшинства подростков. Многие параноидальные мысли появлялись по крайней мере еженедельно у 20–30% подростков. Мысли о физической угрозе были обычным явлением — почти пятая часть чувствовала себя небезопасно повсюду рядом с людьми, а треть боялась того, что с ними сделают незнакомцы.Были также опасения, что сверстники преднамеренно исключают их, отпускают лукавые комментарии, чтобы возбудить их, и намеренно лгут им. Проблемы заговора были менее частыми: 10% думающих групп людей замышляли против них заговор. Более редкие параноидальные идеи возникали наряду с более распространенными элементами, воспроизводя иерархическую структуру паранойи, наблюдаемую у взрослых, когда крайние страхи по отношению к другим основываются на нормальных социальных проблемах. 8,9 Девочки сообщили о значительно более высоком уровне паранойи, чем мальчики в этой выборке; это гендерное различие согласуется с данными о том, что девочки-подростки могут быть менее доверчивыми, 39 более чувствительными к потенциальной социальной изоляции, 40 и более социально тревожными, чем мальчики. 41 Подобно таким переживаниям, как тревога и депрессия, общая заболеваемость паранойей следовала единому непрерывному распределению. Клиническая паранойя, вероятно, представляет собой количественный сдвиг в этом континууме, характеризующийся более частыми и постоянными подозрениями, которые нарушают функционирование. Такие параноидальные мысли у подростков, вероятно, являются предшественниками бреда преследования. 5

Причинные механизмы

Мы использовали инновационный байесовский подход с использованием DAG для изучения причинно-следственных механизмов паранойи в подростковом возрасте.В нашем анализе мы обнаружили вероятные прямые причинно-следственные связи между паранойей и негативным аффектом, трудностями со сверстниками, издевательствами и когнитивно-аффективными реакциями на социальные сети. Хотя направление этих эффектов было неопределенным, изучение вероятности каждого направления в наших данных позволило предварительно понять причинно-следственные связи.

Между негативным аффектом и паранойей у подростков наблюдалась тесная взаимосвязь. Аффективные симптомы имели самую сильную связь с паранойей и демонстрировали высокую степень уверенности в прямом причинном эффекте.Хотя оба направления были правдоподобными, отрицательный аффект с большей вероятностью причинно способствовал паранойе, чем наоборот. Неуверенность в направлении можно ожидать, учитывая свидетельство взаимного взаимодействия между негативным аффектом и паранойей с течением времени. 42 Тем не менее, вероятный причинный вклад негативного аффекта согласуется с данными взрослых 15,43 и предыдущими выводами о том, что тревога, беспокойство и депрессия предсказывают сохранение паранойи в клинической выборке подростков. 13 Это говорит о том, что аффективные процессы могут быть особенно многообещающими мишенями вмешательства при подростковой паранойе.

Паранойя была сильно коррелирована как с беспокойством по поводу образа тела, так и с проблемами сна, но они были условно независимыми, когда контролировались другие переменные. Изучение общих причинно-следственных эффектов (включая как прямые, так и косвенные пути) показало, что паранойя и беспокойство по поводу образа тела, вероятно, причинно влияли друг на друга, но в основном косвенно через другие переменные, такие как негативный аффект и негативное сравнение себя в социальных сетях.Точно так же была возможна причинно-следственная связь между паранойей и проблемами со сном, но это происходило в основном за счет общего вклада негативного аффекта. Это согласуется с экспериментальными данными о том, что влияние нарушения сна на паранойю почти полностью опосредовано негативным аффектом. 44 Лечение нарушений сна — это метод уменьшения паранойи, 17 , который в значительной степени можно объяснить механизмом улучшения настроения.

У подростков наблюдалась прямая связь между паранойей и некоторыми социальными факторами.Хотя у паранойи была сильная прямая связь с издевательствами, любое причинно-следственное направление было одинаково правдоподобным. Это согласуется с анализом DAG Moffa et al 10 , который не может определить направленность без предварительного предположения, что издевательства предшествуют паранойе. Наши результаты показывают, что это предположение может быть неверным для перекрестных ассоциаций. Отчасти причиной ассоциации может быть не прямая причинно-следственная связь, а общая генетическая склонность, которая повышает уязвимость человека как к виктимизации, так и к поддержке необоснованных параноидальных идей. 18 Другая возможность связана с предвзятым восприятием угрозы, люди, страдающие паранойей, могут с большей вероятностью неправильно воспринимать враждебность. 45 Наша модель обнаружила более высокую вероятность того, что паранойя причинно способствовала возникновению трудностей со сверстниками, чем наоборот, причем это направление имело место в 82% случаев. Как чувствительный период для социального развития, 3 вероятное влияние на отношения со сверстниками предполагает, что распознавание и лечение паранойи может быть особенно важным в подростковом возрасте.

Социальные сети были неотъемлемой частью повседневной жизни большинства подростков. Хотя проблемное использование социальных сетей было умеренно связано с паранойей, оно не вносило причинно-следственный вклад в паранойю или любую другую переменную. Несколько промежуточных переменных объясняют корреляцию между паранойей, зависимостью от социальных сетей и чрезмерным ночным использованием. Вопреки опасениям о вредной причинно-следственной роли социальных сетей для психического здоровья, 46,47 проблемное использование социальных сетей было следствием существующих психологических и социальных трудностей.Тем не менее, наши результаты показали, что то, как молодые люди реагируют на социальный контент в Интернете, может быть важным. Паранойя взаимодействовала с эмоциональной реактивностью в социальных сетях, негативными сравнениями с другими и поведением в поисках безопасности в Интернете. Это согласуется с причинно-следственными механизмами, выделенными в когнитивной модели паранойи, 5 , и лонгитюдными данными о том, что эмоциональная реакция на социальные сети поддерживает паранойю у подростков. 13 Вероятна взаимная причинно-следственная связь, при которой параноидальные страхи активируют эти когнитивные процессы, ориентированные на угрозу, которые, в свою очередь, искажают угрожающие оценки социального контента, как онлайн, так и офлайн, и поддерживают постоянное недоверие. 5

Будучи временем повышенной социальной обработки и гиперчувствительности к отвержению сверстников, 3,48 подростковый возраст может создать психологические условия, при которых может процветать паранойя. Тем не менее клиническое значение паранойи в этом возрасте в настоящее время неясно. Преобладание параноидальных мыслей в этой школьной когорте и тесное взаимодействие с аффективными симптомами предполагает, что паранойя, вероятно, будет возникать наряду с обычными проблемами психического здоровья в молодежи. В настоящее время необходимы исследования по оценке клинических проявлений паранойи у подростков, обращающихся за психиатрической помощью.

Ограничения

Наше исследование имеет явные ограничения. Использование одной школы может ограничить возможность обобщения наших результатов, и возможно, что на ответы молодых людей повлияло присутствие их сверстников. Потенциальная проблема с анкетами для самооценки паранойи заключается в том, измеряют ли они необоснованные подозрения в отличие от подлинных случаев враждебности. Хотя некоторая степень ошибки измерения вероятна, экспериментальные исследования на взрослых показывают, что измерения самооценки связаны с необоснованной паранойей в сценариях контролируемой виртуальной реальности. 49 Кроме того, наша мера была связана с оценками участников, что их страхи перед другими являются чрезмерными.

Байесовские методы с использованием DAG представляют собой значительный шаг вперед по сравнению с обычно используемыми статистическими методами для данных наблюдений. В сети переменных группы DAG могут получить достоверную информацию о том, какие переменные независимы, а какие связаны причинно-следственными связями, с подробным описанием как силы, так и вероятного направления эффектов. Байесовские методы также повышают надежность идентифицированной сети за счет количественной оценки неопределенности как в процедуре выбора модели, так и в оценке параметров.Таким образом, повторение анализа в аналогичном наборе данных, вероятно, даст согласованные результаты. Тем не менее, мы должны быть осторожны, делая причинно-следственные выводы из перекрестных данных. Действительно, причинно-следственная связь с использованием DAG может быть выведена только при строгих предположениях. Это включает в себя допущение причинно-следственной достаточности, когда измеренные переменные достаточны для контроля смешанных отношений. Мы также должны предположить достоверность: то есть сложный каузальный механизм не приводит к более простой с точки зрения наблюдения модели «случайно».” 14 Ограничение DAG заключается в том, что они не могут моделировать взаимные отношения, которые могут возникнуть в психологических и социальных конструкциях. Таким образом, предположение внутри DAG об «одном истинном» каузальном направлении может затемнить сложность этих отношений. Динамические сетевые подходы с продольными данными могут потребоваться для декодирования взаимных отношений, которые возникают с течением времени. 42 Несмотря на эти ограничения, DAG предоставляют новые возможности для создания надежных причинно-следственных гипотез на основе данных наблюдений и определения поддающихся проверке целей вмешательства для уменьшения паранойи у подростков.

Финансирование

Это исследование финансировалось Национальным институтом исследований в области здравоохранения (NIHR) профессором-исследователем Д.Ф. (NIHR-RP-2014-05-003).

Подтверждение

Авторы заявили об отсутствии конфликта интересов в отношении предмета данного исследования.

Каталожные номера

1.

Best

P

,

Manktelow

R

,

Taylor

B

.

Интернет-коммуникации, социальные сети и благополучие подростков: систематический описательный обзор

.

Детский молодежный сервиз, ред.

.

2014

;

41

:

27

36

.2.

Синглтон

А

,

Абелес

Р

,

Смит

IC

.

Онлайн-социальные сети и психологический опыт: восприятие молодых людей с проблемами психического здоровья

.

Расчет человеческого поведения

.

2016

;

61

:

394

403

.3.

Блейкмор

SJ

,

Миллс

КЛ

.

Является ли подростковый возраст чувствительным периодом для социокультурной обработки

?

Annu Rev Psychol

.

2014

;

65

:

187

207

.4.

Блейкмор

S

.

Избегание социального риска в подростковом возрасте

.

Curr Dir Psychol Sci

.

2018

;

27

:

116

122

.5.

Фриман

Д

.

Бред преследования: когнитивный взгляд на понимание и лечение

.

Ланцет Психиатрия

.

2016

;

3

:

685

692

.6.

RONALD

A

,

A

,

,

D

,

D

,

Cardno

AG

,

Haworth

см

,

McGuire

P

,

Freeman

D

.

Характеристика психотических переживаний в подростковом возрасте с использованием вопросника специфических психотических переживаний: результаты исследования 5000 16-летних близнецов

.

Шизофр Бык

.

2014

;

40

:

868

877

.7.

Wigman

JT

,

Vollebergh

WA

,

Raaijmakers

QA

и др.

Структура фенотипа расширенного психоза в раннем подростковом возрасте – перекрестная репликация

.

Шизофр Бык

.

2011

;

37

:

850

860

.8.

Bebbington

PE

,

McBride

O

,

Steel

C

, и др.

Структура паранойи в общей популяции

.

Br J Психиатрия

.

2013

;

202

:

419

427

.9.

Freeman

D

,

Garety

PA

,

Bebbington

PE

, и др.

Психологическое исследование структуры паранойи в неклинической популяции

.

Br J Психиатрия

.

2005

;

186

:

427

435

.10.

Моффа

G

,

Catone

G

,

Kuipers

J

и др.

Использование ориентированных ациклических графов в эпидемиологических исследованиях психозов: анализ роли травли в психозах

.

Шизофр Бык

.

2017

;

43

:

1273

1279

.11.

GuglielMucci

F

,

F

,

SAROLDI

M

,

Zullo

G

,

Munno

D

,

Granieri

A

.

Профили личности и проблемное использование Интернета в выборке итальянских подростков

.

Клиника нейропсихиатрии

.

2017

;

14

:

94

103

.12.

xiuqin

h

,

Huimin

Z

,

Z

,

Mengchen

L

,

Jinan

W

,

ying

Z

,

RAN

T

.

Психическое здоровье, личность и способы воспитания подростков с интернет-зависимостью

.

Cyberpsychol Behav Soc Netw

.

2010

;

13

:

401

406

.13.

Bird

JC

,

WATE

F

,

F

,

Rowsell

E

,

Fergusson

EC

,

Freeman

D

.

Когнитивные, аффективные и социальные факторы, поддерживающие паранойю у подростков с проблемами психического здоровья: лонгитюдное исследование

.

Психиатрия Рез

.

2017

;

257

:

34

39

.14.

Перл

Дж.

Причинность: модели, рассуждения и выводы

.

Кембридж, Великобритания

:

Издательство Кембриджского университета

;

2009

.15.

Freeman

D

,

Stahl

D

,

McManus

S

, и др.

Бессонница, тревога, тревога и депрессия как предикторы возникновения и стойкости параноидального мышления

.

Soc Psychiatry Psychiatr Epidemiol

.

2012

;

47

:

1195

1203

.16.

Уэйт

Ф

,

Фримен

Д

.

Образ тела и паранойя

.

Психиатрия Рез

.

2017

;

258

:

136

140

.17.

Freeman

D

,

Шкивы

B

,

Goodwin

GM

, и др.

Влияние улучшения сна на психическое здоровье (OASIS): рандомизированное контролируемое исследование с посредническим анализом

.

Ланцет Психиатрия

.

2017

;

4

:

749

758

.18.

Shakoor

S

,

S

,

McGuire

,

P

,

P

,

Cardno

AG

,

Freeman

D

,

Plomin

R

,

RONALD

A

.

Общая генетическая предрасположенность лежит в основе переживаний виктимизации издевательств в позднем детстве и самооценки параноидального мышления в подростковом возрасте

.

Шизофр Бык

.

2015

;

41

:

754

763

.19.

Вонг

КК

,

Фримен

Д

,

Хьюз

С

.

Подозрительные молодые умы: паранойя и недоверие у детей от 8 до 14 лет в Великобритании и Гонконге

.

Br J Психиатрия

.

2014

;

205

:

221

229

.20.

Ebesutani

C

,

Reise

SP

,

Chorpita

BF

и др.

Пересмотренная шкала детской тревожности и депрессии, краткая версия: уменьшение масштаба посредством исследовательского двухфакторного моделирования широкого фактора тревожности

.

Психологическая оценка

.

2012

;

24

:

833

845

.21.

Мендельсон

БК

,

Мендельсон

MJ

,

Белый

DR

.

Шкала оценки тела для подростков и взрослых

.

J Pers Assess

.

2001

;

76

:

90

106

.22.

Эсснер

Б

,

Ноэль

М

,

Мирвик

М

,

Палермо

Т

.

Исследование факторной структуры подростковой шкалы сна-бодрствования (ASWS)

.

Behav Sleep Med

.

2015

;

13

:

296

307

.23.

Бастьен

CH

,

Вальер

А

,

Морен

CM

.

Валидация индекса тяжести бессонницы как критерия результата исследования бессонницы

.

Снотворное

.

2001

;

2

:

297

307

.24.

Чанг

КФ

,

Кан

КК

,

Юнг

ВФ

.

Оценка бессонницы у подростков: сравнение индекса тяжести бессонницы, Афинской шкалы бессонницы и индекса качества сна

.

Снотворное

.

2011

;

12

:

463

470

.25.

Гудман

Р

.

Психометрические свойства опросника сильных сторон и трудностей

.

J Am Acad Детская подростковая психиатрия

.

2001

;

40

:

1337

1345

.26.

Майнард

Х

,

Джозеф

С

.

Разработка многомерной шкалы взаимной виктимизации

.

Агрессивное поведение

.

2000

;

26

:

169

178

.27.

Schou Andreassen

C

,

Billieux

J

,

Griffiths

MD

, et al.

Взаимосвязь между вызывающим привыкание использованием социальных сетей и видеоигр и симптомами психических расстройств: крупномасштабное перекрестное исследование

.

Поведение психотерапевта

.

2016

;

30

:

252

262

.28.

R Основная команда

.

R: Язык и среда для статистических вычислений

.

R Фонд статистических вычислений

;

2013

. http://www.R-project.org/2013.29.

Стерт

E

.

Иерархические модели распределения психических симптомов

.

Психол Мед

.

1981

;

11

:

783

792

.30.

Холмс Финч

W

,

Французский

B.

Моделирование скрытых переменных с помощью R

.

Нью-Йорк, штат Нью-Йорк: Routledge

;

2015

.31.

Финни

SJ

,

ДиСтефано

C

.

Ненормальные и категориальные данные в моделировании структурными уравнениями

.В Hancock GR, Mueller RO, ред.

Моделирование структурными уравнениями: второй курс

.

Шарлотта, Северная Каролина: Издательство информационного века

;

2008

:

269

314

.32.

Клайн

Р.

Принципы и практика моделирования структурных уравнений

. 2-е изд.

Нью-Йорк, штат Нью-Йорк: The Guildford Press

;

2005

.33.

Hu

LT

,

Bentler

PM

.

Критерии отсечки для индексов соответствия в ковариационном структурном анализе: традиционные критерии в сравнении с новыми альтернативами

.

Struct Equ Model

.

1999

;

6

:

1

55

.34.

Литтл

RJ

,

Рубин

Д.

Статистический анализ с отсутствующими данными

. 2-е изд.

Хобокен, Нью-Джерси: Wiley & Sons, Inc

;

2014

.35.

Ван Бюрен

S

,

Гротуис-Оудсхорн

K

.

MICE: Многомерное вменение с помощью цепных уравнений в R

.

Программное обеспечение J Stat

.

2011

;

45

:1–67. дои:36.

Койперс

J

,

Моффа

G

.

Раздел MCMC для вывода по ациклическим орграфам

.

J Am Stat Assoc

.

2017

;

112

:

282

299

.37.

Гейгер

Д

,

Хекерман

Д

.

Приоритеты параметров для направленных ациклических графических моделей и характеристика нескольких вероятностных распределений

.

Энн Стат

.

2002

;

30

:

1412

1440

.39.

Lemmers-Jansen

ILJ

,

Krabbendam

L

,

Veltman

DJ

,

Fett

AJ 9.

Мальчики и девочки: гендерные различия в нейронном развитии доверия и взаимности зависят от социального контекста

.

Dev Cogn Neurosci

.

2017

;

25

:

235

245

.40.

BENENSON

JF

,

Markovits

,

,

H

,

Hultgren

B

,

NGUYEN

T

,

RULLOCK

G

,

Wrangham

R

.

Социальная изоляция: важнее для женщин, чем для мужчин

.

PLoS Один

.

2013

;

8

:

e55851

.41.

Gren-Landell

M

,

M

,

M

,

M

,

FURMARK

T

,

BOHLIN

G

,

Andersson

G

,

Svedin

CG

.

Социальные фобии у шведских подростков: распространенность и гендерные различия

.

Soc Psychiatry Psychiatr Epidemiol

.

2009

;

44

:

1

7

.42.

Kuipers

J

,

MOFFA

G

,

Kuipers

E

,

Freeman

D

,

Bebbington

P

.

Связи между психотическими и невротическими симптомами у населения в целом: анализ продольных данных британского национального исследования с использованием направленных ациклических графов

[опубликовано в Интернете до печати 29 мая 2018 г.].

Психол Мед

. дои: 43.

Запуск

H

,

Фримен

D

,

Гарети

PA

.

Бред преследования и катастрофическое беспокойство при психозе: развитие понимания бреда, дистресса и настойчивости

.

Behav Res Ther

.

2007

;

45

:

523

537

.44. .

Нарушение сна: влияние недосыпания на психотические переживания проверено в экспериментальном исследовании с анализом посредничества

.

Шизофр Бык

.

2018

;

44

:

662

671

.45.

GROMANN

PM

,

PM

,

Goossens

FA

,

OLTHOF

T

,

Пронак

J

,

Krabbendam

L

.

Самовосприятие, но не репутация среди сверстников жертвы издевательств, связано с неклиническими психотическими переживаниями у подростков

.

Психол Мед

.

2013

;

43

:

781

787

.46.

Крона

EA

,

Konijn

EA

.

Использование средств массовой информации и развитие мозга в подростковом возрасте

.

Нац Коммуна

.

2018

;

9

:

588

.47.

Barry

CT

,

SIDOTI

CL

,

BRIGGS

SM

,

REITER

SR

,

LINDSEY

RA

.

Использование подростками социальных сетей и психическое здоровье с точки зрения подростков и родителей

.

Дж Адолеск

.

2017

;

61

:

1

11

.48.

Себастьян

C

,

Видинг

E

,

Уильямс

KD

,

Блейкмор

SJ

.

Социальное развитие мозга и аффективные последствия остракизма в подростковом возрасте

.

Мозговой код

.

2010

;

72

:

134

145

.49.

Freeman

D

,

Garety

PA

,

Bebbington

P

, и др.

Психология персекуторных идей II: экспериментальное исследование виртуальной реальности

.

J Нерв Мент Дис

.

2005

;

193

:

309

315

.

© Автор(ы), 2018 г. Опубликовано Oxford University Press от имени Центра психиатрических исследований Мэриленда.

Это статья в открытом доступе, распространяемая в соответствии с условиями некоммерческой лицензии Creative Commons Attribution (http://creativecommons.org/licenses/by-nc/4.0/), которая разрешает некоммерческое повторное использование, распространение, и воспроизведение на любом носителе при условии надлежащего цитирования оригинальной работы. Для коммерческого повторного использования, пожалуйста, свяжитесь с [email protected]

Симптомы и причины паранойи

Слово «паранойя» часто вызывает в воображении образы людей, разглагольствующих о похищениях инопланетянами или носящих шапочки из фольги.Тем не менее, паранойя находится на спектре. Общей чертой является «переживание того, что внутри, как если бы оно было вне себя». Чтобы справиться с этим, люди с параноидальным расстройством личности проецируют свое эмоциональное беспокойство вовне. Если параноик чувствует себя враждебно, он решит, что мир за его пределами враждебен. Вместо того, чтобы смириться со своей внутренней враждебностью, они придут к выводу, что окружающие их люди «хотят их достать».

Причины паранойи

Во многих случаях те, кто борется с паранойей, в детстве подвергались эмоциональному насилию.Их часто находили бессильными и униженными их опекунами, которым было трудно угодить, они были уничижительными и непредсказуемыми, что приводило к нарушению чувства силы воли.
Часто люди с паранойей росли с опекунами, которые моделировали параноидальное поведение. Параноидальные родители могут учить своих детей тому, что семья — это единственный человек, которому можно доверять. Когда сверхтревожные родители предупреждают своих детей, что чувства опасны и сильны, они непреднамеренно подталкивают своих детей к паранойе.Например, встревоженный родитель может отреагировать на проблему ребенка с преувеличенной серьезностью или отвернуть ребенка, потому что, услышав о проблеме, у родителя возникает тревога.

В большинстве случаев дети, которые вырастают параноиками, становятся «пожирателями грехов» в семье. Все остальные проецируют на них свои презираемые качества. Члены семьи могут, например, объединиться против одного ребенка и высмеивать его или ее как слабого или трусливого.

Поставьте нам лайк, если вам понравился этот контент.

Как выглядит паранойя?

Полезно понимать, что паранойя действует по спектру, как и все расстройства личности. Это может быть так же мягко, как человек, проецирующий свой собственный опыт на чужую ситуацию. Мать, которая была в оскорбительных отношениях, может быть не в состоянии отделить себя от своего опыта, когда дает совет своей дочери по поводу семейного конфликта. Хотя ее зять, возможно, никогда не проявлял склонности к насилию, она может со страхом предостерегать свою дочь, чтобы она не расстраивала мужа, чтобы он не напал на нее или не бросил ее.

На противоположном конце спектра паранойи проекции становятся более сложными, непостижимыми и нереалистичными.

Независимо от положения в спектре параноидальные люди разделяют общий набор эмоций, включая:

  • Вину
    Люди с паранойей обременены страхом, что по мере того, как другие становятся ближе к ним, они узнают, что такое ужасные люди они на самом деле. Эти страхи коренятся в насмешках и унижениях, которым они так часто подвергались.«Они хронически защищаются от этого унижения, превращая любое чувство вины в себе в опасности, которые угрожают извне. Они бессознательно ожидают, что их разоблачат, и превращают этот страх в постоянные изнурительные попытки разглядеть «настоящий» злой умысел за чьим-либо поведением по отношению к ним».
  • Стыд
    Параноики порой настолько искусны в проецировании и отрицании своих эмоций, что больше не испытывают стыда. Они сражаются против любого, кто, по их мнению, может их унизить.
  • Агрессия
    Исследования показывают, что некоторые параноидальные взрослые начинали как агрессивные, злые дети, которые изо всех сил пытались обработать свои чувства здоровым и продуктивным образом. Когда опекуны пытались справиться с проблемным ребенком, негативная реакция на такое поведение укрепила у ребенка представление о том, что люди хотят его достать.
  • Страх
    Страх может быть одной из самых изнурительных эмоций, с которыми сталкивается параноик.«Аналитики уже давно называют вид страха, которым страдают параноидальные клиенты, «тревожностью уничтожения», то есть страхом развалиться, быть уничтоженным, исчезнуть с лица земли».

Что скрывается за обвинениями?

Параноидальные мыслительные процессы — это один из способов защиты разума от неприятных или нежелательных эмоций и желаний. Это битва между двумя «я»: бессильным, презираемым «я» и другим, грандиозным и реабилитированным. В своей книге «Психоаналитический диагноз», Др.Нэнси Маквильямс пишет: «Жестоко, ни одна из позиций не дает никакого утешения: ужас оскорблений и презрения сопутствует слабой стороне полярности, тогда как сильная сторона приносит с собой неизбежный побочный эффект психологической силы, сокрушительное чувство вины».

Параноики часто ищут способы повысить свою самооценку, воздействуя на других, чтобы противостоять унижению и порабощению, от которых они пострадали. Идеальные цели — влиятельные люди. Когда наступают моменты оправдания и триумфа, параноидальный человек может временно подкрепиться чувством безопасности и праведности.

В Библии фарисеи предлагают хороший пример этого. Хотя они, возможно, и не оглядывались украдкой в ​​страхе перед правительственным заговором, они определенно стремились к безопасности и праведности, устанавливая религиозную иерархию. Это вызвало их яростное преследование Иисуса, поскольку он представлял угрозу власти и роскоши, которыми наслаждались церковные лидеры. Несмотря на земное служение, которое противоречило этому, они полагали, что Иисус жаждал той же силы, что и они. Хотя он упрекал церковное руководство, он не собирался его демонтировать.Скорее, он указывал людям на безопасность, которую можно найти в личных отношениях с Богом.

Несмотря на проецирование вредных взглядов на других, параноики жаждут отношений. По словам доктора Маквильямса, «даже несмотря на то, что они могут быть напуганы своими собственными зависимыми потребностями и терзаемы подозрениями в отношении мотивов и намерений тех, кто им небезразличен, параноики способны к глубокой привязанности и длительной лояльности». Маквильямс цитирует исследователей, которые утверждают, что под проекцией многие люди, борющиеся с паранойей, испытывают эмоциональную изоляцию и жаждут одобрения со стороны тех, с кем они находятся в отношениях.

Если вы знаете кого-то, кто страдает параноидальным расстройством личности, подумайте о том, чтобы обратиться к обученному христианскому консультанту в Спокане. Каждый в жизни параноик чувствует его воздействие. Попытки бороться и защищаться от самих себя лишь создают для человека враждебную и пугающую среду. Людям, которые любят их, сложно поддерживать отношения на фоне их неустойчивого поведения и обидных обвинений. Однако христианский консультант в Спокане может вселить надежду через Евангелие, которое говорит о силе и мире в беспорядке.Кроме того, консультант может использовать терапевтические методы, помогающие параноикам понять их собственные реакции на людей и окружающую среду.

Справочник
«Психоаналитический диагноз», Нэнси МакВильямс, доктор философии
Фотографии
«Чемоданы чудес», любезно предоставлены Лиззи Гилберт, unsplash.com, CC0 Public Domain License; «Размышление толпы», любезно предоставлено Клемом Оноджегуо, unsplash.com, CC0 Public Domain License

Консультирование по вопросам паранойи и параноидальных мыслей

Паранойя — это когда у нас возникают мысли или чувства о том, что мы в опасности или под угрозой, даже если доказательств этого практически нет.Мы все можем иногда испытывать такие мысли, но для некоторых они становятся экстремальными, влияя на повседневную жизнь.

Хотя паранойя сама по себе не является психическим заболеванием, она часто является симптомом основных психических заболеваний. Если у вас сильная паранойя, может потребоваться лечение, которое поможет вам почувствовать себя лучше и меньше бояться.

Здесь мы более подробно рассмотрим тему паранойи, в том числе то, как она может повлиять на нас, различные причины, связанные с паранойей, и какие методы лечения могут помочь.

Перейти к: Что такое паранойя? Симптомы паранойи Что вызывает паранойю? Лечение паранойи Идти

Что такое паранойя?

У людей могут быть параноидальные мысли о самых разных вещах, и у каждого свой опыт. Общие параноидальные мысли включают в себя беспокойство о том, что кто-то хочет причинить вред вам или вашим близким.

Вы можете переживать, что люди говорят о вас за вашей спиной или что за вами наблюдают.Вы можете думать, что такие организации, как правительство или полиция, следят за вами. В вашей жизни могут быть люди, такие как друзья и члены семьи, которые, по вашему мнению, намеренно пытаются вас расстроить или причинить вам вред.

Вы можете подумать, что люди пытаются украсть что-то у вас, или даже что в ваши мысли и действия вмешиваются. Что-то, что незнакомец делает или говорит, может вызвать у вас мысль, что он хочет причинить вам боль, или что у него есть зловещая причина, по которой он перешел вам дорогу.

Такие мысли могут возникать время от времени и не сильно вас беспокоить. В более крайних случаях вы можете сталкиваться с ними очень регулярно и расстраиваться из-за них. Паранойя может повлиять на то, как вы взаимодействуете с окружающим миром, и может оказать огромное влияние на качество вашей жизни.

Здесь важно отметить, что все мы иногда испытываем подозрения, и действительно, в некоторых случаях эти подозрения оправданы. Ключ в том, чтобы понять разницу между оправданной подозрительной мыслью и параноидальной мыслью.

Вот несколько примеров, когда подозрение может быть паранойей:

  • Если нет конкретных доказательств, подтверждающих ваши подозрения.
  • Если никто не разделяет ваших подозрений.
  • Если есть основания полагать, что ваши подозрения необоснованны.
  • Если заверения других людей не улучшают ваше самочувствие.
  • Если ваши подозрения больше основаны на чувствах, догадках или неоднозначных событиях.

Симптомы паранойи

Если вы испытываете паранойю, у вас могут возникнуть определенные поведенческие реакции.К ним относятся безопасное поведение, разные действия по отношению к другим людям, самоизоляция и плохое настроение.

Безопасное поведение — Возможно, вы считаете, что вам нужно сделать определенные вещи, чтобы обезопасить себя от того, о чем вы беспокоитесь. Например, вам может показаться, что вам нужно носить защитную одежду, не разговаривать по телефону и не проверять дом на наличие камер. Поскольку вполне вероятно, что с вами ничего не случится, пока вы выполняете свои защитные действия, которые затем могут подпитывать вашу паранойю (поскольку вы считаете, что именно безопасное поведение обеспечивает вашу безопасность).

Нестандартное поведение по отношению к другим — Параноидальные мысли часто могут привести к беспокойству о том, что другие люди хотят причинить вам вред. Это может привести к тому, что вы измените свое поведение с другими; вы можете избегать определенных людей и отрезать себя от своих социальных кругов. Эти типы поведения, в свою очередь, могут заставить других людей вести себя по-другому по отношению к вам, что может подпитывать вашу паранойю.

Самоизоляция — Когда у вас возникают параноидальные мысли, вы можете почувствовать, что вам лучше побыть одному.Вы можете оттолкнуть других и изолировать себя, возможно, даже решите не выходить из дома. Вы можете подумать, что никто другой вас не понимает и не верит, и это может быть очень пугающим и расстраивающим.

Плохое настроение и тревожность — Из-за всего вышеперечисленного ваше настроение нередко может быть затронуто. В результате вы можете начать бороться с плохим настроением или даже депрессией. Тревога также распространена, поскольку вы можете чувствовать себя очень беспокойно в определенных ситуациях. Также было обнаружено, что параноидальные мысли больше беспокоят тех, кто борется с тревогой и плохим настроением.

Что вызывает паранойю?

У паранойи редко бывает одна явная причина. В игре много разных факторов, и, скорее всего, это будет комбинация причин. Однако есть определенные вещи, которые, как обнаружили исследователи, делают людей более склонными к паранойе. К ним относятся:

Детские впечатления. Если вы выросли в стрессовой среде, где вы чувствовали себя уязвимым и небезопасным, вам может быть трудно доверять людям.

Другой жизненный опыт. Стрессовые и негативные переживания в более позднем возрасте также могут оказывать влияние. Если над вами издевались или, например, вас ограбили, у вас может развиться паранойя.

Ваша среда. Некоторые исследования показали, что те, кто живет в городской среде, и те, кто чувствует себя изолированным от своего сообщества, могут быть более склонны к развитию паранойи. Медийное изображение мировых событий также может способствовать этому.

Физическое заболевание. В некоторых случаях паранойя является результатом физического заболевания, такого как болезнь Альцгеймера, Паркинсона, Хантингтона и даже инсульта.У некоторых потеря слуха также может привести к параноидальным мыслям.

Недостаток сна. Когда мы недостаточно спим, у нас больше шансов испытать галлюцинации и тревожные чувства. Вы можете обнаружить, что эти мысли ухудшаются поздно ночью.

Наркотики и алкоголь. Известно, что незаконные наркотики, такие как кокаин, каннабис, ЛСД, экстази и амфетамины, в некоторых случаях вызывают паранойю. Злоупотребление алкоголем, некоторыми инсектицидами, топливом и даже краской также было связано с паранойей.

Побочным эффектом чрезмерного употребления кокаина является паранойя, и в некоторые дни она овладевала мной так сильно, что я искал людей в кустах или был убежден, что кто-то находится в моем доме. Иногда я даже боялся собственной тени.

— Прочитать историю Эдварда.

Генетика. Исследования показали, что гены также играют роль в развитии паранойи, однако еще не установлено, какие гены увеличивают наш риск.

Психические расстройства. Существует ряд психических заболеваний, которые могут увеличить риск развития паранойи. Есть также некоторые психические расстройства, при которых паранойя является прямым симптомом.

Состояния психического здоровья, которые могут включать паранойю

Такие состояния, как депрессия и тревога, могут повысить вероятность развития паранойи. Взаимоотношения между паранойей и тревогой, в частности, сложны. Оба включают реакцию на предполагаемую угрозу.Параноидальные мысли могут привести к беспокойству, а тревога может привести к параноидальным мыслям, поэтому нередко оба сосуществуют рядом друг с другом.

В других случаях параноидальные мысли являются симптомом психического расстройства. К ним относятся:

  • Параноидальная шизофрения — Это распространенный тип шизофрении, который включает выраженные галлюцинации и крайнюю паранойю, до такой степени, что они считаются бредом.
  • Параноидальное расстройство личности — Характеризуется крайним недоверием к другим и тяжелыми параноидальными мыслями.
  • Психоз — Это когда для некоторых людей стирается грань между вымыслом и реальностью. Они могут видеть и слышать вещи, которых нет, и это может привести к паранойе.

Лечение паранойи

Если вы обнаружите, что ваши параноидальные мысли сильно влияют на вашу жизнь, рекомендуется обратиться за лечением. Для большинства людей посещение своего врача общей практики будет первым пунктом захода. Если вы уже обращаетесь к специалисту по психическому здоровью по поводу другого заболевания, обязательно скажите ему, что вас беспокоят параноидальные мысли.

Существуют различные методы лечения, в том числе разговорная терапия.

Когнитивно-поведенческая терапия (КПТ) — наиболее распространенная терапия разговором, помогающая справиться с паранойей. КПТ помогает вам взглянуть на то, как ваши мысли и поведение влияют друг на друга, помогая рассмотреть альтернативные интерпретации. КПТ также может оказать большую помощь в снижении любого связанного с этим беспокойства.

Другие разговорные терапии, которые могут быть полезными, включают семейную терапию, психодинамическую терапию и индивидуальное консультирование.

Арт-терапия также может быть рекомендована в качестве опции. Они используют силу искусства (будь то музыка, драма или искусство), чтобы помочь вам передать свои мысли и чувства. Это может быть особенно полезно, если вам трудно сформулировать свой опыт.

Ваш врач может также прописать вам лекарства. Это могут быть антипсихотические препараты (например, если у вас диагностирована параноидальная шизофрения) или антидепрессанты (если вы боретесь с плохим настроением и/или тревогой).

Одним из наиболее сложных аспектов лечения паранойи является поиск терапевта, которому вы можете доверять. Сама природа паранойи может мешать вам доверять другим, что затрудняет разговорную терапию. Поэтому для вас важно уделить время выбору терапевта, с которым вы чувствуете себя комфортно, и, если возможно, открыто рассказать ему о своих проблемах.

Надеюсь, со временем вы построите доверительные отношения со своим терапевтом и почувствуете, что можете работать вместе, чтобы уменьшить влияние своих параноидальных мыслей.

Борьба со стигмой

Паранойя — это область, которую людям трудно понять. Существуют неправильные представления о паранойе, и это может привести к тому, что вы столкнетесь со стигмой. Помощь в обучении людей тому, что такое паранойя, может помочь.

Вы можете распечатать эту страницу, чтобы ее могли прочитать друзья и члены семьи, поделиться своим опытом с другими или найти группы поддержки для тех, кто страдает паранойей.

Вы не одиноки и не заслуживаете плохого обращения.

границ | Предположение о вредоносных намерениях и превентивном ударе в паранойе

Введение

Паранойя, общая характеристика психоза, определяется как убеждение в том, что другие имеют вредные намерения (Freeman and Garety, 2000). Параноидальная форма бреда преследования является ярким симптомом шизофрении и других психотических расстройств. Тем не менее, параноидальное мышление представляет собой континуум, варьирующийся от низкого до высокого уровня даже среди населения в целом (Freeman et al., 2005; Грин и др., 2008 г.; Беббингтон и др., 2013; Фримен, 2016; Белл и О’Дрисколл, 2018 г.). Поэтому изучение механизмов паранойи среди неклинических образцов важно не только для понимания клинических проблем, но и паранойи как общего психологического признака.

Паранойя связана с тенденцией чрезмерно приписывать негативные события персоналистическим негативным намерениям других, а не ситуационным факторам (Garety and Freeman, 1999; Murphy et al., 2018; Trotta et al., 2021). Исследования с использованием гипотетических сценариев, в которых причины негативных событий были неоднозначными, показали, что люди с более высоким уровнем параноидального мышления чаще оценивают намерения других как враждебные, чем люди с более низким уровнем (Combs et al., 2007). Эти результаты показывают, что параноидальное мышление отражает когнитивную предвзятость, которую другие вынашивают враждебные и злонамеренные намерения в неоднозначных ситуациях: это называется «зловещей ошибкой атрибуции» (Kramer, 1994; Lopes et al., 2018).

В нескольких эмпирических исследованиях оценивались механизмы атрибуции вредных намерений при паранойе в реальных социальных взаимодействиях с использованием экономических игр, а не гипотетических ситуаций (Raihani and Bell, 2017; Saalfeld et al., 2018; Гринбург и др., 2019 г.; Барнби и др., 2020 г.; Райхани и др., 2021). Например, игра «Диктатор», в которой «диктатор» определяет сумму денег, выделяемую «получателю», обычно проводится для исследования взаимосвязи между параноидальными мыслями и приписыванием вредного намерения. Мотивация несправедливого распределения диктаторами неоднозначна, потому что диктаторы могут руководствоваться личным интересом (например, желанием максимизировать выигрыш) или вредоносным намерением (например, желанием уменьшить заработок получателей).Тем не менее реципиенты с высокой паранойей склонны воспринимать такие намерения как более вредные, чем участники с низкой паранойей (Raihani and Bell, 2017; Saalfeld et al., 2018; Barnby et al., 2020). Напротив, тенденция приписывать намерения других своим личным интересам не различается среди реципиентов с высоким и низким уровнем параноидальных мыслей (Raihani and Bell, 2017, 2018; Saalfeld et al., 2018; Greenburgh et al., 2019; Barnby). и др., 2020; Райхани и др., 2021).

Как правило, паранойя также предсказывает ответное поведение на фоне субъективного восприятия вредных намерений.Анкетирование показало, что у людей с бредом преследования развивается склонность к безопасному поведению (т. е. избегание предполагаемой угрозы; Freeman et al., 2007). Метаанализ данных опросов населения в целом показал связь между параноидальными идеями и самооценкой насилия (Coid et al., 2016). Эмпирические исследования с использованием экономических игр показывают, что параноидальные мысли ограничивают просоциальное поведение. Например, параноидальные мысли связаны с дезертирством в дилемме заключенного (Ellett et al., 2013; Savulich et al., 2018), снижают доверительное поведение в игре «Доверие» (Fett et al., 2012) и генерируют низкую щедрость в играх «Диктатор» и «Ультиматум» (Raihani, Bell, 2018; Savulich et al., 2018). В другом исследовании подчеркивается отсутствие влияния паранойи на предсказание щедрости (Raihani et al., 2021). В экономических играх паранойя также предсказывает карательное поведение или настроения по отношению к оппонентам (Raihani and Bell, 2018). Такое карательное поведение опосредовано приписыванием вредоносного намерения (Raihani and Bell, 2018).

В настоящем исследовании мы наблюдали, влияют ли параноидальные мысли на агрессию против вредоносных намерений с помощью игры «Упреждающий удар» (PSG; Simunovic et al., 2013). В PSG подбираются два игрока, и оба получают деньги в качестве пожертвования (например, 0,5 доллара). Каждому игроку предоставляется возможность атаковать своего противника, и они решают, атаковать или нет в течение определенного срока (например, 30 секунд). Если оба решают не атаковать своего противника, они получают первоначальную сумму денег без каких-либо вычетов (т.е., 0,5 доллара). Если один игрок решает атаковать своего противника первым, тот, на кого напали, теряет крупную сумму денег (например, атакованный игрок теряет 0,5 доллара). Однако игрок, который атакует своего противника, должен заплатить денежные затраты, которые меньше, чем те, которые возлагаются на атакуемого противника (например, атакующий игрок теряет 0,1 доллара и получает 0,4 доллара).

В ПСЖ рациональный игрок, желающий максимизировать выигрыш, никогда не будет участвовать в превентивной атаке из-за затрат, связанных с атакой.Игроки, полагающие, что их противник будет воодушевлен максимизацией выигрыша, также не имеют причин атаковать. Тем не менее, люди, предполагающие иррациональность или вредоносные намерения противника, могут превентивно начать атаку. Предыдущие исследования предоставили эмпирические данные, подтверждающие этот прогноз, поскольку значительная часть участников выбрала атаку в PSG (Simunovic et al., 2013; Mifune et al., 2016, 2017; Halevy, 2017; Jing et al., 2017; Kawada). и др., 2019).

Несколько исследований показывают, что приступы в ПСЖ в первую очередь вызываются страхом, а не злобой (т.т. е. предпочтение уменьшения выигрыша другого, даже если это дорого обходится). Например, Симунович и др. (2013) сравнили скорость атаки в ПСЖ между состоянием, когда оба игрока имели возможность атаковать (т. е. «двустороннее условие»), и другим, когда только один мог атаковать своего противника в одностороннем порядке (т. Они наблюдали значительную долю приступов в двустороннем состоянии, в то время как приступы в одностороннем состоянии наблюдались редко (т.е. атаковал только один из 26 участников).Они также провели дополнительный гипотетический эксперимент после завершения реального PSG, в котором участников попросили представить, что им был предоставлен другой вариант выхода. Если бы они выбрали вариант выхода, оба игрока потеряли одинаковую сумму денег, которая была идентична стоимости выбора варианта атаки (например, 0,1 доллара), но они могли вывести из строя атаку противника, не получив большой суммы проигрыша ( например, 0,5 доллара) противником. Переход от атаки к варианту выхода означает, что атаки в ПСЖ основаны на самообороне, а не нанесении вреда сопернику.Симунович и др. (2013) сообщили, что большинство нападающих в реальном ПСЖ (т.е. 13 из 16 нападающих) предпочли вариант выхода атакующему. Последующее исследование, проводившее ПСГ с аналогичными вариантами, также дало устойчивые результаты (Jing et al., 2017). Другие исследования показали, что субъективное восприятие угроз со стороны чужих групп (Jing et al., 2017) и риск подвергнуться нападению (Halevy, 2017) в большей степени способствуют атакам в ПСГ. Также сообщалось о взаимосвязи между атакой в ​​ПСГ и аргинин-вазопрессином, гормоном у животных, известным своей защитной агрессией против незваных гостей (Kawada et al., 2019).

Текущее исследование продемонстрировало следующие проблемы с использованием эксперимента PSG. (1) Мы исследовали, вызывает ли паранойя мысли о том, что другие вынашивают вредные намерения в двусмысленных социальных взаимодействиях. В предыдущих исследованиях с использованием игры «Диктатор» участников просили приписывать действия, уже предпринятые другими, и изучали связь между параноидальным мышлением и тенденцией приписывать вредные намерения (Raihani and Bell, 2017; Saalfeld et al., 2018; Barnby et al., 2020). Напротив, мы использовали PSG и просили участников оценить намерение соперника, прежде чем их проинформируют об их действиях. Мы исследовали, вызывают ли параноидальные мысли переоценку враждебности других в неопределенных ситуациях, когда действия других неизвестны. (2) Мы продемонстрировали, способствуют ли параноидальные мысли агрессии против предполагаемой угрозы. Если параноидальное мышление связано с предположениями о вредоносных намерениях, оно также может способствовать дорогостоящей агрессии в качестве защитного механизма.В некоторых исследованиях отмечается связь между паранойей и низкой щедростью, например, отказом от участия в экономических играх (Ellett et al., 2013; Raihani and Bell, 2018; Savulich et al., 2018). Недавние исследования показали, что паранойя может отражать ориентацию на собственные интересы (максимизация собственной выгоды), а не на недоверие (Raihani and Bell, 2018; Raihani et al., 2021). PSG — это экспериментальная ситуация, в которой максимизация выигрыша не может быть мотивом для агрессии. Используя PSG среди неклинических образцов, мы исследовали, влияет ли паранойя на социальное поведение, основанное на страхе перед вредоносными намерениями, а не на неблагородном поведении, движимом личным интересом.

Материалы и методы

Участники

Данные были собраны с апреля по май 2021 года с использованием Интернета. В частности, участники были набраны через Amazon Mechanical Turk (MTurk) с использованием MTurk Toolkit, предоставленного CloudResearch (Litman et al., 2017). Мы набрали сотрудников MTurk из пула «Участники, одобренные CloudResearch», предоставленного CloudResearch. Пул состоял из людей, которые прошли меры внимания и вовлеченности CloudResearch. Кроме того, чтобы нанять как можно больше работников, сохраняя при этом качество данных и избегая опытных работников (Литман и Робинсон, 2020), мы ограничили квалификацию работников MTurk на основе их истории выполнения задач MTurk, называемых «Задачи человеческого интеллекта (HIT)». », при условии, что количество одобренных HIT не превышало 5000 HIT, а уровень одобрения их HIT составлял не менее 90%.

Настоящее исследование состояло из двух этапов. Во-первых, мы провели предварительный опрос, чтобы получить оценку паранойи. Впоследствии участников предварительного обследования отозвали и подвергли экспериментам ПСГ. Мы намеревались привлечь не менее 200 участников для обеспечения надежного анализа и набрали 500 жителей США для предварительного опроса, ожидая, что количество участников уменьшится в последующем PSG. Наконец, 290 участников (173 женщины и 117 мужчин) участвовали в эксперименте с ПСГ.Средний возраст участников составил 38,41 ± 13,18 года (диапазон 18–82 года).

Процедура

Предварительное обследование

Участники заполнили Зеленую шкалу параноидальных мыслей (GPTS; Green et al., 2008), которая состоит из 32 пунктов для оценки силы паранойи, и участники оценили каждый пункт по пятибалльной шкале Лайкерта (1: совсем нет и 5 баллов). : полностью). Баллы варьируются от 32 до 160, при этом более высокий балл указывает на большую степень параноидальных мыслей. Мы суммировали оценки по 32 пунктам для каждого участника, чтобы представить их оценку паранойи, а формы анкеты были разработаны с использованием Qualtrics.После этого участников спросили об их возрасте и поле. За участие в предварительном опросе каждому кандидату было выплачено 0,50 доллара США (USD). В дополнительных материалах мы представляем описания предварительного обследования и каждого пункта GPTS.

Игровой эксперимент с превентивным ударом

Для участников ПСГ было объявлено через семь дней после завершения сбора данных в предварительном опросе, а набор был остановлен через пять дней после отправки приглашений.Веб-интерфейс PSG был разработан с использованием oTree (Chen et al., 2016).

Изначально участников проинструктировали о правилах PSG. Они получили 0,50 доллара США в качестве награды за участие в эксперименте. Кроме того, они могли заработать бонус в зависимости от исхода ПСЖ. Участникам сообщили, что они будут в паре с другим участником PSG. Затем 0,50 доллара США были предоставлены в качестве капитала, после чего они решали, нажимать ли кнопку, отображаемую на экранах их компьютеров, в течение 30 секунд.Если ни один из них не нажал кнопку в течение отведенного времени, оба получили 0,50 доллара США как есть. Если игрок нажимает кнопку, тот, кто нажимает ее первым, теряет 0,10 доллара США из своего капитала, уменьшая полученную сумму до 0,40 доллара США. И наоборот, игрок, который не нажимает кнопку первым, теряет весь свой капитал и остается ни с чем. Участники играли с ПСЖ только один раз. После инструкций PSG они ответили на вопросы, чтобы проверить свое понимание PSG. Если они не представили правильные ответы на все вопросы, они не могли перейти к следующему экрану.После подготовительного 10-секундного обратного отсчета (таймер обратного отсчета на экране не отображался) участникам отображался экран принятия решения, содержащий кнопку и 30-секундный таймер обратного отсчета.

Когда какой-либо игрок нажимал кнопку или не предпринимал никаких действий в течение 30 секунд, он переходил к следующему экрану и отвечал на вопросы после эксперимента. Участникам были представлены пять пунктов, и они оценили, насколько каждый пункт соответствует их мыслям при принятии решения о том, нажимать кнопку или нет, по семибалльной шкале Лайкерта (1: я совсем так не думал и 7: я так сильно думал) .В соответствии с элементами, использованными в предыдущих исследованиях (Raihani and Bell, 2017; Saalfeld et al., 2018; Barnby et al., 2020), мы попросили участников оценить степень, в которой участники предсказывали, были ли мотивы их оппонентов основаны на об уменьшении денег участника (предположение о вредном умысле: «Мой партнер, должно быть, планирует уменьшить деньги, которые я получаю») и о зарабатывании больших денег (предположение о личной заинтересованности: «Мой партнер, должно быть, планирует заработать много денег»). Для исследовательского анализа мы добавили три элемента для измерения возможных мыслей, которые могут логически повлиять на поведение в ПСГ.Участники также оценили степень, в которой они предсказывали, были ли мотивы их оппонента основаны на получении разницы в доходах (предположение о конкурентных намерениях: «Мой партнер, должно быть, планирует получить больше денег, чем я»). Они оценивали степень предвосхищения противником нападения со стороны участников (прогноз страха соперника: «Мой партнер должен бояться, что я нажму кнопку первым»). Кроме того, участники оценивали степень своей мотивации к уменьшению заработка оппонента (агрессивность: «Я хочу уменьшить сумму денег, которую получает мой партнер»).Эксперимент был завершен после отправки ответов.

Участникам сказали, что бонус будет выплачен после сбора данных. После этого они были случайным образом объединены в пары с другим участником, что определяло бонус, который получал каждый кандидат. Инструкции относительно PSG приведены в дополнительных материалах.

Заявление об этике

Настоящее исследование было одобрено Советом по этике факультета психологии Университета Тейкё. Перед началом исследования участникам была предоставлена ​​форма согласия.Получение заполненной формы от всех участников рассматривалось как согласие на участие в исследовании. Участники были проинформированы о том, что их участие было добровольным, и они могли отозвать свое согласие во время участия в исследовании, закрыв веб-страницу.

Гипотезы

Мы проверили следующие предварительно зарегистрированные гипотезы:

Гипотеза 1 : Люди с высокой паранойей более склонны считать намерения своих противников вредными, чем люди с низкой паранойей.

Гипотеза 2 : Люди, которые предполагают, что их противники будут иметь вредные намерения, будут чаще атаковать в ПСЖ, чем те, кто этого не делает.

Гипотеза 3 : Люди с высокой степенью паранойи будут чаще атаковать своих противников в ПСЖ, чем люди с низкой паранойей.

Результаты

Среднее время завершения предварительного обследования и эксперимента с ПСГ составило 3,87 мин ( SD = 2,12; диапазон был равен 0.83–18,15) и 4,98 мин ( SD =2,60; диапазон 1,50–19,85) соответственно. Результаты не сильно изменились, даже когда мы исключили участников, которые быстро завершили предварительный опрос или PSG (время завершения ниже 10% нижнего квантиля). Поэтому мы представили результаты, используя все полученные данные.

Все анализы проводились с использованием R версии 3.6.3 (R Core Team, 2020 г.). Функция «clm» в «порядковом» пакете использовалась для проведения анализа с помощью порядковой модели логистической регрессии (Christensen, 2019), а пакет «ggplot2» использовался для визуализации (Wickham, 2016).

Чешуя паранойи

Надежность GPTS была достаточно высокой (альфа Кронбаха = 0,98), а средний балл GPTS составил 54,50 ( SD = 26,55; диапазон 32–160). На том же уровне (~8%), как сообщалось в предыдущих исследованиях с использованием MTurk (Raihani and Bell, 2018; Saalfeld et al., 2018; Greenburgh et al., 2019; Raihani et al., 2021), мы обнаружили 23 человека. (7,93%), чьи баллы были выше среднего клинического балла 101,9, указанного в исходном исследовании Green et al. (2008).

Атака в ПСЖ

Всего 56 из 290 участников (19,31%) решили атаковать своего противника. Среди атакующих среднее время принятия решения об атаке составило 9,25 с ( SD =7,77; диапазон 1,32–29,95).

Вопросы после эксперимента

Дополнительная таблица S1 иллюстрирует описательную статистику (т. е. среднее значение, медиану, стандартные отклонения и 95% доверительные интервалы) для каждой оценки пяти постэкспериментальных элементов. В дополнительной таблице S2 показаны коэффициенты корреляции между этими элементами и оценкой паранойи, а на дополнительных рисунках S1 и S2 показано распределение каждой оценки в соответствии с уровнями паранойи и решениями, принятыми в PSG, соответственно.

Проверка гипотез

Пол участников (0 = женщины и 1 = мужчины) и стандартизированный возраст использовались в качестве контрольных переменных для всех анализов. Стандартизированные баллы по каждому пункту использовались и рассматривались как непрерывные переменные, когда пункты пост-вопросника добавлялись в качестве предикторов в регрессионных моделях. Таким образом, мы предположили, что баллы имеют линейное влияние на изменение переменной ответа.

Гипотеза 1: люди с высокой степенью паранойи с большей вероятностью считают намерения своих противников вредными, чем люди с низкой паранойей

На рис. 1 показано распределение оценки предполагаемого вредоносного намерения в зависимости от уровня паранойи.В таблице 1 показаны результаты порядковой логистической регрессии с использованием оценки предположения о вредном намерении, которая была задана в вопросах после эксперимента, в качестве переменной ответа и оценки паранойи в качестве предиктора. Результат показал, что более высокий балл паранойи был связан с увеличением предположения о злонамеренных намерениях оппонента (отношение шансов = 1,57, 95% ДИ [1,24, 1,98], p <0,001). Таким образом, гипотеза 1 была подтверждена.

Рисунок 1 . Распределение предположений о злонамеренных намерениях оппонента по уровням паранойи.Для визуализации оценки паранойи были разделены на пять уровней с точки зрения квантилей (1, 32–34; 2, 35–39; 3, 40–50; 4, 51–72 и 5, 73–160). Каждая точка представляет каждого участника. Коробчатые диаграммы показывают распределение оценки паранойи. Прямоугольник, толстая линия в каждом прямоугольнике и ус представляют межквартильный размах (IQR), медиану и расстояния 1,5×IQR соответственно. Случайный джиттер был добавлен в каждую точку для простоты видимости.

Таблица 1 . Результаты модели порядковой логистической регрессии для прогнозирования предположения о злонамеренных намерениях противника.

Гипотеза 2: Люди, предполагающие, что их соперники будут иметь вредные намерения, будут чаще атаковать в ПСЖ, чем те, кто этого не делает

На рис. 2 показано отдельное распределение оценки предполагаемого вредоносного намерения в зависимости от решения, принятого в PSG. Логистическую регрессию проводили путем принятия решения, принятого в PSG (0 = не атаковать и 1 = атаковать), в качестве переменной ответа и оценки предположения о злонамеренных намерениях в качестве предиктора. Результат показал, что участники, которые предполагали, что у их оппонента были вредоносные намерения, были более склонны к нападению, чем те, кто предположил меньше (Модель 1 в Таблице 2: отношение шансов = 1.79, 95% ДИ [1,51, 2,14], p <0,001). Таким образом, гипотеза 2 подтвердилась.

Рисунок 2 . Распределение предположений о злонамеренных намерениях соперника по решениям, принятым в ПСЖ. Каждая точка представляет каждого участника. Коробчатые диаграммы показывают распределение оценки паранойи. Прямоугольник, толстая линия в каждом прямоугольнике и ус представляют IQR, медиану и расстояния 1,5 × IQR соответственно. Случайный вертикальный джиттер был добавлен к каждой точке для простоты видимости.

Таблица 2 . Результаты моделей логистической регрессии, предсказывающих вероятность упреждающего удара.

Гипотеза 3: люди с высокой степенью паранойи решат атаковать своих соперников чаще, чем люди с низкой паранойей

На рис. 3 показано распределение показателей паранойи отдельно в соответствии с решениями, принятыми в ПСГ. Мы выполнили модель логистической регрессии, используя решение в качестве переменной ответа и показатель паранойи в качестве предиктора.Полученные данные подтверждают, что влияние паранойи на увеличение вероятности нападения в ПСГ было незначительным и незначительным (модель 2 в таблице 2: отношение шансов = 1,34, 95% ДИ [0,98, 1,80], p = 0,060). Следовательно, гипотеза 3 не подтвердилась.

Рисунок 3 . Распределение баллов паранойи по отношению к решению, принятому в ПСЖ. Каждая точка представляет каждого участника. Коробчатые диаграммы показывают распределение оценки паранойи. Прямоугольник, толстая линия в каждом прямоугольнике и ус представляют IQR, медиану и расстояния 1.5×IQR соответственно. Случайный вертикальный джиттер был добавлен к каждой точке для простоты видимости.

Мы также предварительно зарегистрировали «Гипотезу 3-2»: связь между атакой в ​​ПСЖ и счетом паранойи будет опосредована догадками о вредоносных намерениях соперника. Тем не менее, Гипотезу 3-2 следует проверять только на основании предположения, что существует значительная связь между атакой в ​​ПСЖ и паранойей. Поскольку гипотеза 3 не подтвердилась, мы не проверяли гипотезу 3-2.

Незапланированный исследовательский анализ

Связь между предположением о личных интересах противника и паранойей

Прошлые исследования (Raihani and Bell, 2017, 2018; Saalfeld et al., 2018 Greenburgh et al., 2019; Barnby et al., 2020) заявляют, что параноидальные мысли приписывают партнеру вредные намерения, а не личные интересы. В дополнительной таблице S3 показаны результаты моделей порядковой логистической регрессии с использованием предположения о личной заинтересованности в качестве переменной отклика.В отличие от предыдущего исследования, мы обнаружили, что оценка паранойи в большей степени предсказывала предположение о личных интересах других (дополнительная таблица S3; отношение шансов = 1,34, 95% ДИ [1,08, 1,68], p = 0,009). Мы также использовали модель логистической регрессии, в которой решение в PSG было принято в качестве переменной ответа, включая вредоносные намерения, личную заинтересованность и баллы паранойи в качестве предикторов. В дополнительной таблице S7 обобщаются результаты и указывается, что предположение о злонамеренных намерениях по-прежнему оказывает значительное положительное влияние на увеличение вероятности нападения в PSG (отношение шансов = 3.24, 95% ДИ [2,22, 4,90], 95 050 p 95 051 <0,001), в то время как спекуляции относительно личной заинтересованности — нет (отношение шансов = 0,83, 95 % ДИ [0,54, 1,24], p = 0,372). Результаты подчеркивают, что на упреждающий удар повлияло предположение о вредоносном умысле противника, а не о корысти.

Связь между другими постэкспериментальными исследованиями и паранойей

В дополнительных таблицах S4–S6 показаны результаты моделей порядковой логистической регрессии с использованием трех дополнительных элементов для исследовательского анализа: предположение о намерении соперника соревноваться, предсказание страха противника и агрессивность участников в качестве переменных ответа соответственно.Оценка паранойи была положительно связана с предположением о соревновательных намерениях (дополнительная таблица S4; отношение шансов = 1,50, 95% ДИ [1,20, 1,88], p <0,001) и агрессивностью участника по отношению к своему партнеру (дополнительная таблица S6; отношение шансов = 1,56, 95% ДИ [1,22, 2,00], p <0,001). Более того, влияние паранойи на прогнозирование страха противника было незначительно (дополнительная таблица S5; отношение шансов = 1,23, 95% ДИ [0,98, 1,54], p = 0,069).

Факторы, влияющие на упреждающий удар

В этом разделе сообщается о незапланированном исследовательском анализе для изучения наилучшей модели для прогнозирования вероятности атаки в PSG.Мы применили модель логистической регрессии, которая получила все переменные, включая другие пункты вопросника после эксперимента (например, предположение о личной заинтересованности, предположение о соревновательном намерении, предсказание страха противника и агрессивность), используемые в качестве предикторов. Мы искали лучшую модель для объяснения наших данных, используя метод усреднения мультимоделей (Burnham and Anderson, 2002). Подробности этого метода описаны в дополнительном методе.

В дополнительной таблице S8 показаны результаты логистической регрессии, полученные в результате усреднения нескольких моделей.Мы не смогли обнаружить значительных эффектов паранойи (отношение шансов = 1,02, 95% ДИ [0,86, 1,19], p = 0,855) и предположения о причинении вреда (отношение шансов = 1,09, 95% ДИ [0,74, 1,61], p = 0,660) при учете множества других вопросов. В целом предположение о соревновательных намерениях (отношение шансов = 3,14, 95% ДИ [1,81, 5,47], p <0,001) и агрессивность (отношение шансов = 1,96, 95% ДИ [1,36, 2,83], p <0,001) ) оказало положительное существенное влияние на повышение вероятности нанесения упреждающего удара.Кроме того, предположение о личной заинтересованности противника оказало значительное влияние на снижение вероятности упреждающего удара (отношение шансов = 0,56, 95% ДИ [0,34, 0,94], p = 0,028).

Обсуждение

Эксперимент с использованием ПСГ показал, что параноидальные мысли связаны с предположениями о вредоносных намерениях. В отличие от предыдущих исследований с использованием игр «Диктатор», в которых выявлялось поведение контрагента (Raihani, Bell, 2017; Saalfeld et al., 2018; Barnby et al., 2020), мы использовали PSG и попросили участников оценить намерение противника, прежде чем они будут проинформированы об их действиях. Результаты показали, что люди с высокой степенью паранойи думают о других, имеющих вредные намерения, даже когда их поведение неопределенно. Участники, наносившие упреждающие удары, исходили из того, что намерения их противников были вредными.

Цель настоящего исследования заключалась в изучении влияния паранойи на защитную агрессию в реальных социальных взаимодействиях с использованием контролируемой экономической игры.Однако влияние паранойи на повышение вероятности упреждающих ударов было слабым и статистически незначимым. Некоторые модели, касающиеся паранойи, предполагают интерпретацию слабого влияния параноидальных идей на превентивный удар. Процесс, посредством которого паранойя приводит к атаке против предполагаемого вреда, может быть сложным и смешанным с другими ситуационными или личными факторами.

Паранойя считается эволюционной адаптивной реакцией на социальные угрозы (Gilbert, 2001).Использование не только агрессивного, но и подчиненного поведения может быть адаптивной стратегией для избегания угроз. Некоторые предыдущие анкетные опросы указывали на связь между паранойей и подчинением другим (Freeman et al., 2005; Gilbert et al., 2005; Lopes and Pinto-Gouveia, 2013). В зависимости от различий в статусе между собой и другими, подчиненное поведение, а не агрессивное, может быть лучшей защитной стратегией против враждебности: для подчиненных было бы лучше подчиняться доминирующим другим, чем бросать им вызов (Gilbert, 2001; Lopes and Pinto-Gouveia). , 2013).В будущих исследованиях экспериментальные демонстрации, которые контролируют субъективное восприятие социального положения (например, Saalfeld et al., 2018), позволят лучше понять роль паранойи в защитной агрессии.

Различия в стилях атрибуции паранойи также могут играть роль в возникновении превентивного удара. Trower и Chadwick (1995) теоретизировали два типа паранойи: паранойя «бедный я» и паранойя «плохой я». Люди с паранойей «плохой я» считают, что они не заслуживают преследования и винят других, тогда как люди с паранойей «плохой я» считают, что заслуживают наказания и винят себя.Люди с паранойей бедняги могут полагать, что они не заслуживают нападения, и наносить упреждающий удар. Напротив, люди с паранойей «плохой я» могут полагать, что они заслуживают нападения, и подавлять нападки на противника. Хотя паранойя отражает тенденцию переоценивать вредоносные намерения других, возникновение защитной агрессии против нее может зависеть от подтипов паранойи. Будущие исследования должны изучить связь между параноидальным мышлением и агрессией, основанной на страхе, с учетом типов паранойи (т.д., бедный я и плохой я). Другие психологические характеристики, связанные с этими подтипами, такие как депрессия или самооценка (Melo et al., 2006; Udachina et al., 2012), следует рассматривать в качестве контролирующих переменных.

Мы могли бы также рассмотреть причину, по которой мы не смогли обнаружить существенного эффекта паранойи при упреждающем ударе из-за относительно меньшей исходной линии атаки по сравнению с теми, которые были изложены в предыдущих исследованиях (например, Simunovic et al., 2013; Mifune et al. ., 2016; Halevy, 2017; Jing et al., 2017). Однако частота приступов в этом исследовании была аналогична показателям, о которых сообщалось в нескольких работах (например, Mifune et al., 2017; Kawada et al., 2019). Разнообразие экспериментальных условий в этих исследованиях, таких как размеры долей, экспериментальный интерфейс (например, лаборатория или онлайн), выборки (например, студенты университета или MTurk), размеры выборки и экспериментальные манипуляции, возможно, вызвали различия в уровне атаки. Однако экстраполяция четких выводов пока невозможна из-за ограниченного количества исследований, касающихся ПСГ.Учитывая связь между паранойей и поведением в экономических играх, также сообщалось о результатах, которые опровергают прошлые выводы, возможно, из-за экспериментальных условий (например, Raihani and Bell, 2018; Raihani et al., 2021). Будем надеяться, что будущие исследования соберут эмпирические данные о стойкости влияния паранойи на социальное поведение.

Незапланированный исследовательский анализ выявил некоторые ограничения настоящего исследования. Вопреки предыдущим выводам (Raihani and Bell, 2017, 2018; Saalfeld et al., 2018; Гринбург и др., 2019 г.; Barnby et al., 2020), оценка паранойи предсказывала предположение о личных интересах других. Хотя атака в ПСЖ никогда не основывается на максимизации выигрыша, атака может быть истолкована как попытка заработать наименьшую сумму денег, даже если это дорого. Поэтому параноидальные игроки могут подумать, что их противники будут движимы денежной выгодой. Отсутствие измерений, которые различают максимизацию выигрыша и оптимизацию выигрыша, оставалось ограничением этого исследования.В некотором смысле результат может отражать негативные оценки других людей, страдающих паранойей (например, Fowler et al., 2006): параноики склонны к негативным предвзятым суждениям о том, что другие имеют эгоистическую ориентацию (т. за счет чужих интересов). Однако при учете других факторов предположение о чужом интересе больше не оказывало положительного влияния на возрастающую вероятность упреждающего удара. Вместо этого, в целом, презумпция в отношении личных интересов других уменьшилась.Мы обнаружили, что предположение о личных интересах других не играло существенной роли в определении частоты упреждающего удара.

Другие исследовательские анализы показали, что предположение о соревновательных намерениях было связано с более высоким уровнем паранойи. Кроме того, в наилучшей модели, соответствующей нашим данным, указано, что предположение о конкурентоспособности предсказывало вероятность упреждающего удара, а не предположение о вредоносном намерении. «Конкурентоспособность» здесь представляет собой мотивацию к увеличению разницы в выплатах (Messick and McClintock, 1968; Van Lange et al., 1997). Рассматривая структуру выигрыша PSG, мы можем предположить, что конкурентные намерения измеряют ту же концепцию, что и опасения по поводу нападения другого (т. е. вредоносное намерение). Предположение о конкурентных намерениях положительно и сильно коррелирует с намерением причинить вред (дополнительная таблица S2; r = 0,79, p <0,001). Однако вера в то, что у противника есть мотивы соперничества, иррациональна, поскольку выбор в пользу атаки дорого обходится ему. Этот вывод также поддерживает аргумент о том, что паранойя отражает иррациональную предвзятость интерпретации того, что другие имеют вредные намерения (Kramer, 1994; Garety and Freeman, 1999; Combs et al., 2007; Лопес и др., 2018 г.; Мерфи и др., 2018 г.; Тротта и др., 2021). Слабая и незначительная связь между паранойей и предсказанием чужого страха может отражать склонность людей с паранойей обращать больше внимания на враждебность других, чем на их тревогу.

Агрессивность участников также была положительно связана с их оценкой паранойи. В прошлых исследованиях упоминается, что параноидальное мышление снижает просоциальность (Savulich et al., 2018; Raihani et al., 2021) и коррелирует с самооценкой опыта вознаграждения через негативные социальные взаимодействия (Raihani et al., 2021). Эти результаты могут согласовываться с нашими выводами, согласно которым люди с крайне параноидальными мыслями сообщали о том, что они хотели уменьшить выигрыш своего оппонента. Исследовательский анализ с использованием всех полученных переменных показал, что общая агрессивность участников также значительно предсказывала увеличение вероятности упреждающего удара.

Однако, основываясь на различных данных, мы должны сомневаться в том, что мотивация нападения играет ключевую роль в поощрении атаки в ПСЖ.Во-первых, участники этого исследования набрали относительно низкие баллы по пункту агрессивности, даже среди тех, кто решил атаковать (дополнительная таблица S1; медиана равнялась трем при семибалльной оценке). Во-вторых, как ограничение настоящего исследования, самоотчеты после принятия решения казались ненадежными для измерения мотивации действий. Участники могут задним числом указать причину своего действия как действие, которое они уже выполнили. В-третьих, как описано во введении, предыдущие исследования последовательно предоставляли эмпирические доказательства того, что нападение в ПСЖ происходит как защитная агрессия, основанная на страхе, а не как наступательная (Simunovic et al., 2013; Галеви, 2017; Кавада и др., 2019). Тем не менее, мы не можем логически отрицать, что мотивация начать наступление может работать в ПСЖ, где у обоих игроков есть возможность атаковать друг друга. Примечательно, что предполагается, что запугивание разжигает конкуренцию. Будущие исследования необходимы для контроля предварительно измеренной просоциальности участников (например, Мессик и МакКлинток, 1968; Ван Ланге и др., 1997) или агрессивности (например, Басс и Перри, 1992), чтобы оценить мотивацию упреждающих ударов. и его связь с паранойей.

Когниции или поведение, связанные с коалициями, такие как обнаружение или предотвращение социальных угроз, считаются эволюционной основой паранойи (Gilbert, 2001; Green and Phillips, 2004; Raihani and Bell, 2019; Bell et al., 2021). С этой точки зрения в недавних работах изучалась роль паранойи в обнаружении социальных угроз с использованием экспериментов, в которых манипулируют принадлежностью к группе, относительным социальным статусом и групповой сплоченностью (Saalfeld et al., 2018; Greenburgh et al., 2019). Эти предыдущие исследования спорят о том, что паранойя представляет собой более низкий порог страха перед социальными угрозами. Настоящее исследование также предлагает доказательства того, что паранойя функционирует как обнаружение социальных угроз. Настоящее исследование может быть расширено; например, PSG следует применять в межгрупповых или индивидуальных и групповых конфликтных ситуациях (Mifune et al., 2016; Jing et al., 2017; Kawada et al., 2019). Дальнейшие экспериментальные исследования с неклиническими группами укрепят понимание нормальных психологических механизмов паранойи как адаптивной реакции на внешние угрозы.

Заявление о доступности данных

Наборы данных, представленные в этом исследовании, можно найти в онлайн-репозиториях. Названия репозитория/репозиториев и регистрационные номера можно найти по адресу: Open Science Framework (ссылка: https://osf.io/9vqfc/).

Заявление об этике

Исследования с участием людей были рассмотрены и одобрены Советом по этике факультета психологии Университета Тейкё. Пациенты/участники предоставили письменное информированное согласие на участие в этом исследовании.

Вклад авторов

Автор подтверждает, что является единственным автором этой работы и одобрил ее публикацию.

Финансирование

Это исследование было проведено при финансовой поддержке JSPS (Японское общество содействия развитию науки) KAKENHI (Гранты в помощь научным исследованиям; грант № JP18K13276).

Конфликт интересов

Автор заявляет, что исследование проводилось при отсутствии каких-либо коммерческих или финансовых отношений, которые могли бы быть истолкованы как потенциальный конфликт интересов.

Примечание издателя

Все претензии, изложенные в этой статье, принадлежат исключительно авторам и не обязательно представляют претензии их дочерних организаций или издателя, редакторов и рецензентов. Любой продукт, который может быть оценен в этой статье, или претензии, которые могут быть сделаны его производителем, не гарантируются и не поддерживаются издателем.

Благодарности

Автор выражает благодарность Editage (www.editage.com) за редактирование на английском языке инструкций к экспериментам и рукописи.Автор выражает признательность двум рецензентам за ценные комментарии к первой рукописи.

Дополнительный материал

Дополнительный материал к этой статье можно найти в Интернете по адресу: https://www.frontiersin.org/articles/10.3389/fpsyg.2021.726081/full#supplementary-material.

Сноски

Каталожные номера

Барнби, Дж. М., Дили, К., Робинсон, О., Райхани, Н., Белл, В., и Мехта, Массачусетс (2020). Паранойя, сенсибилизация и социальные выводы: результаты двух крупномасштабных многоэтапных поведенческих экспериментов. Р. Соц. Открытая наука. 7:1. doi: 10.1098/rsos.1

Реферат PubMed | Полный текст перекрестной ссылки | Академия Google

Bebbington, P.E., McBride, O., Steel, C., Kuipers, E., Radovanoviĉ, M., Brugha, T., et al. (2013). Структура паранойи в общей популяции. руб. Журнал психиатрии 202, 419–427. doi: 10.1192/bjp.bp.112.119032

Реферат PubMed | Полный текст перекрестной ссылки | Академия Google

Белл, В., и О’Дрисколл, К. (2018).Сетевая структура паранойи в общей популяции. Соц. Психиатрия Психиатр. Эпидемиол. 53, 737–744. doi: 10.1007/s00127-018-1487-0

Реферат PubMed | Полный текст перекрестной ссылки | Академия Google

Бернхэм, К.П., и Андерсон, Д.Р. (2002). Выбор модели и мультимодельный вывод: практический теоретико-информационный подход. Нью-Йорк: Springer Verlag.

Академия Google

Чен Д. Л., Шонгер М. и Викенс К.(2016). oTree — платформа с открытым исходным кодом для лабораторных, онлайновых и полевых экспериментов. Дж. Бехав. Эксп. финанс. 9, 88–97. doi: 10.1016/j.jbef.2015.12.001

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Академия Google

Christensen, RHB (2019). Порядковые — регрессионные модели для порядковых данных. Пакетная версия R (10 декабря 2019 г.).

Академия Google

Койд, Дж. В., Ульрих, С., Беббингтон, П., Фазель, С., и Кирс, Р. (2016). Параноидальные мысли и насилие: метаанализ индивидуальных данных 7 опросов населения. Шизофр. Бык. 42, 907–915. doi: 10.1093/schbul/sbw006

Реферат PubMed | Полный текст перекрестной ссылки | Академия Google

Комбс, Д. Р., Пенн, Д. Л., Уичер, М., и Вальдхетер, Э. (2007). Анкета враждебности неоднозначных намерений (AIHQ): новая мера для оценки враждебных социально-когнитивных предубеждений при паранойе. Познан. Нейропсихиатрия 12, 128–143. дои: 10.1080/13546800600787854

Реферат PubMed | Полный текст перекрестной ссылки | Академия Google

Эллетт, Л., Аллен-Крукс, Р., Стивенс, А., Вильдшут, Т., и Чедвик, П. (2013). Парадигма изучения паранойи среди населения в целом: игра «Дилемма заключенного». Когнит. Эмот. 27, 53–62. дои: 10.1080/02699931.2012.689757

Реферат PubMed | Полный текст перекрестной ссылки | Академия Google

Фетт, А.-К. Дж., Шергилл С.С., Джойс Д.В., Ридл А., Стробель М., Громанн П.М. и соавт. (2012). Доверять или не доверять: динамика социального взаимодействия при психозе. Мозг 135, 976–984.doi: 10.1093/мозг/awr359

Реферат PubMed | Полный текст перекрестной ссылки | Академия Google

Фаулер, Д., Фриман, Д., Смит, Б., Куйперс, Э., Беббингтон, П., Башфорт, Х., и др. (2006). Шкалы краткой основной схемы (BCSS): психометрические свойства и ассоциации с паранойей и грандиозностью в неклинических образцах и образцах психозов. Психология. Мед. 36, 749–759. дои: 10.1017/S00332007355

Реферат PubMed | Полный текст перекрестной ссылки | Академия Google

Фриман, Д.и Гарети, Пенсильвания (2000). Комментарии к содержанию бреда преследования: нуждается ли определение в уточнении? руб. Дж. Клин. Психол. 39, 407–414. дои: 10.1348/014466500163400

Реферат PubMed | Полный текст перекрестной ссылки | Академия Google

Фриман, Д., Гарети, П.А., Беббингтон, П.Е., Смит, Б., Роллинсон, Р., Фаулер, Д., и др. (2005). Психологическое исследование структуры паранойи в неклинической популяции. руб. Журнал психиатрии 186, 427–435.doi: 10.1192/bjp.186.5.427

Реферат PubMed | Полный текст перекрестной ссылки | Академия Google

Фриман, Д., Гарети, П.А., Куйперс, Э., Фаулер, Д., Беббингтон, П.Е., и Данн, Г. (2007). Воздействие на бред преследования: важность поиска безопасности. Поведение. Рез. тер. 45, 89–99. doi: 10.1016/j.brat.2006.01.014

Реферат PubMed | Полный текст перекрестной ссылки | Академия Google

Гарети, П.А., и Фримен, Д. (1999). Когнитивные подходы к бреду: критический обзор теорий и доказательств. руб. Дж. Клин. Психол. 38, 113–154. дои: 10.1348/0144665900

Реферат PubMed | Полный текст перекрестной ссылки | Академия Google

Гилберт, П., Боксалл, М., Чунг, М., и Айронс, К. (2005). Связь параноидального мышления и социальной тревожности в смешанной клинической популяции. клин. Психол. Психотер. 12, 124–133. doi: 10.1002/cpp.438

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Академия Google

Грин, К.Э.Л., Фриман, Д., Куйперс, Э., Беббингтон, П., Fowler, D., Dunn, G., et al. (2008). Измерение идей преследования и ссылок: Green et al. Шкалы параноидального мышления (GPTS). Психология. Мед. 38, 101–111. дои: 10.1017/S00332001638

Реферат PubMed | Полный текст перекрестной ссылки | Академия Google

Гринбург, А., Белл, В., и Райхани, Н. (2019). Паранойя и заговор: групповая сплоченность увеличивает атрибуцию вредоносных намерений в игре на доверие. Пир Дж. 7:e7403. doi: 10.7717/peerj.7403

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Академия Google

Цзин Ю., Gries, P.H., Li, Y., Stivers, A.W., Mifune, N., Kuhlman, D.M., et al. (2017). Война или мир? Как субъективное восприятие взаимозависимости великих держав формирует упреждающую оборонительную агрессию. Фронт. Психол. 8:864. doi: 10.3389/fpsyg.2017.00864

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Академия Google

Кавада А., Нагасава М., Мурата А., Моги К., Ватанабэ К., Кикусуи Т. и др. (2019). Вазопрессин усиливает превентивный удар человека как у мужчин, так и у женщин. наук.Респ. 9:9664. doi: 10.1038/s41598-019-45953-y

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Академия Google

Крамер, Р. М. (1994). Зловещая ошибка атрибуции: параноидальное познание и коллективное недоверие к организациям. Мотив. Эмот. 18, 199–230. дои: 10.1007/BF02249399

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Академия Google

Литман, Л., и Робинсон, Дж. (2020). Проведение онлайн-исследований по Amazon Mechanical Turk и не только. Thousand Oaks: Sage Publications.

Академия Google

Литман, Л., Робинсон, Дж., и Аббербок, Т. (2017). TurkPrime.com: универсальная краудсорсинговая платформа сбора данных для поведенческих наук. Поведение. Рез. Методы 49, 433–442. doi: 10.3758/s13428-016-0727-z

Реферат PubMed | Полный текст перекрестной ссылки | Академия Google

Лопес, Б. К., Камау, К., и Джаспал, Р. (2018). Как справиться с предполагаемым оскорбительным надзором: роль паранойи. Дж. Лидерш. Орган. Стад. 26, 237–255.дои: 10.1177/1548051818795821

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Академия Google

Лопес, Б., и Пинто-Гувейя, Дж. (2013). Взаимосвязь между детским опытом покорности, внешнего стыда и паранойи в выборке португальского студента. Прогресс в психологии. 1, 1–10.

Академия Google

Мело, С.С., Тейлор, Дж.Л., и Бенталл, Р.П. (2006). «Бедный я» против паранойи «плохой я» и нестабильности персекуторного мышления. Психология.Психотер. 79, 271–287. дои: 10.1348/147608305X52856

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Академия Google

Мессик, Д.М., и МакКлинток, К.Г. (1968). Мотивационные основы выбора в экспериментальных играх. Дж. Экспл. соц. Психол. 4, 1–25. дои: 10.1016/0022-1031(68)

-2

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Академия Google

Мерфи П., Бенталл Р. П., Фриман Д., О’Рурк С. и Хаттон П. (2018). Паранойя как модель защиты от бреда преследования: систематический обзор и метаанализ. Lancet Psychiatry 5, 913–929. дои: 10.1016/S2215-0366(18)30339-0

Реферат PubMed | Полный текст перекрестной ссылки | Академия Google

Основная команда R (2020 г.). R: Язык и среда для статистических вычислений. Вена, Австрия: R Foundation for Statistical Computing.

Академия Google

Райхани, Нью-Джерси, и Белл, В. (2017). Паранойя и социальная репрезентация других: крупномасштабный подход теории игр. наук. Респ. 7:4544.doi: 10.1038/s41598-017-04805-3

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Академия Google

Райхани, Н., Мартинес-Гателль, Д., Белл, В., и Фоулкс, Л. (2021). Социальное вознаграждение, наказание и просоциальность при паранойе. Дж. Аном. Психол. 130, 177–185. doi: 10.1037/abn0000647

Реферат PubMed | Полный текст перекрестной ссылки | Академия Google

Заальфельд, В., Рамадан, З., Белл, В., и Райхани, Нью-Джерси (2018). Экспериментально индуцированная социальная угроза усиливает параноидальное мышление. Р. Соц. Открытая наука. 5:180569. doi: 10.1098/rsos.180569

Реферат PubMed | Полный текст перекрестной ссылки | Академия Google

Савулич, Г., Джинс, Х., Россидес, Н., Каур, С., Захария, А., Роббинс, Т.В., и соавт. (2018). Моральные эмоции и социально-экономические игры при паранойе. Фронт. Психиатрия 9:615. doi: 10.3389/fpsyt.2018.00615

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Академия Google

Симунович Д., Мифунэ Н. и Ямагиши Т. (2013). Упреждающий удар: экспериментальное исследование агрессии, основанной на страхе. Дж. Экспл. соц. Психол. 49, 11:20–11:23. doi: 10.1016/j.jesp.2013.08.003

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Академия Google

Тротта, А., Канг, Дж., Шталь, Д., и Йенд, Дж. (2021). Предвзятость интерпретации при паранойе: систематический обзор и метаанализ. клин. Психол. науч. 9, 3–23. дои: 10.1177/21677026202

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Академия Google

Троуэр, П., и Чедвик, П. (1995). Пути защиты себя: теория двух типов паранойи. клин. Психол (Нью-Йорк). 2, 263–278. doi: 10.1111/j.1468-2850.1995.tb00044.x

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Академия Google

Удачина А., Варезе Ф., Оршот М., Мьин-Гермейс И. и Бенталл Р. П. (2012). Динамика самооценки при паранойе «я плохой» и «я плохой». Дж. Нерв. Мент. Дис. 200, 777–783. дои: 10.1097/NMD.0b013e318266ba57

Реферат PubMed | Полный текст перекрестной ссылки | Академия Google

Ван Ланге, П.А.М., Де Брюин, Э.М. Н., Оттен В. и Джойреман Дж. А. (1997). Развитие просоциальных, индивидуалистических и конкурентных ориентаций: теория и предварительные данные. Дж. Перс. соц. Психол. 73, 733–746. дои: 10.1037/0022-3514.73.4.733

Реферат PubMed | Полный текст перекрестной ссылки | Академия Google

Уикхэм, Х. (2016). ggplot2: элегантная графика для анализа данных. Нью-Йорк: Springer-Verlag.

Академия Google

Паранойя берет верх над тобой (или над кем-то из твоих знакомых)?

Вам когда-нибудь говорили, что вы «параноик»? Согласно Mental Health America, паранойя включает в себя «интенсивные тревожные или боязливые чувства и мысли, часто связанные с преследованием, угрозами или заговором.

У всех нас бывают моменты, когда мы чувствуем, что кто-то хочет навредить или обмануть нас. Иногда это оправдано, а иногда нет, и недоверие или подозрительность, которые мы испытываем, могут казаться безжалостными. Может быть, это похоже на вас или кого-то из ваших знакомых.

Параноидальное расстройство личности (ППЛ) характеризуется чрезмерным недоверием и подозрительностью к другим, даже когда нет причин для подозрений. Люди с параноидальным расстройством личности могут:

  • Считают, что у других есть скрытые мотивы или они хотят причинить им вред, использовать или обмануть их
  • Неправильное истолкование безобидных комментариев и поведения других как злонамеренное
  • Быть озабоченным сомнениями в лояльности других
  • Будьте сверхчувствительны к критике
  • Быстро реагировать гневом и враждебностью по отношению к другим
  • Защищайтесь и спорьте
  • Верь, что они всегда правы
  • Затаить обиду и быть неумолимым
  • Неохотно доверять другим, опасаясь эксплуатации или предательства
  • Стать отстраненным или социально изолированным

Люди с ПРЛ всегда настороже, полагая, что другие постоянно пытаются их унизить, причинить вред или запугать их.Они не хотят доверять другим, потому что боятся, что информация будет использована против них. По этим причинам человеку с ПРЛ может быть трудно установить близкие личные и рабочие отношения.

Кто-то с PPD также может с трудом распознавать, что у него есть проблема. Окружающие могут обидеться на необоснованное обвинение, подозрение или недоверие. Например, супруг может постоянно безосновательно подозревать, что его партнер изменяет ему. Они могут стать контролирующими, чтобы избежать предательства.

Хотя до сих пор неизвестно, что вызывает ПРЛ, исследователи полагают, что сочетание биологических факторов и факторов окружающей среды может привести к ПРЛ. Это чаще встречается у мужчин, чем у женщин, и чаще встречается в семьях с психотическими расстройствами в анамнезе, такими как шизофрения и бредовые расстройства. Ранняя детская травма также может играть роль в развитии PPD.

PPD обычно проявляется в раннем взрослом возрасте, но с возрастом его интенсивность обычно снижается. Симптомы могут быть похожи на симптомы других расстройств, включая шизофрению и пограничное расстройство личности, поэтому диагноз должен ставить специалист в области психического здоровья.

Лечение ПРЛ может быть сложной задачей, потому что люди с ПРЛ не считают себя проблемными, а также проявляют сильную подозрительность и недоверие к другим. Специалист в области психического здоровья должен установить доверительные отношения с пациентом.

Если человек готов принять лечение, может помочь долгосрочная разговорная терапия или психотерапия. Иногда эти подходы сочетаются с лекарствами, если человек имеет дело с изнурительными симптомами или связанными с ними состояниями, такими как депрессия или тревога.

Параноидальное расстройство личности может мешать чьей-либо способности функционировать в жизни, удерживать работу или взаимодействовать в обществе. Лечение может помочь уменьшить чувство паранойи и помочь человеку научиться справляться с расстройством.

Если у вас или у кого-то из ваших знакомых есть симптомы параноидального расстройства личности, вы не одиноки. Получите помощь от Linden Oaks Behavioral Health.

Пандемический стресс вызывает паранойю

«Зачем тебе это нужно? Что ты собираешься с этим делать?» — спросил меня мой коллега, Зум широко раскрыл глаза от страха.

«Ого там», я хотел сказать. Не нужно было беспокоиться.

Я просто спросил у коллеги простую информацию, которая в обычное время вызвала бы в ответ не более чем «ОК, нет проблем».

Конечно, сейчас не обычные времена.

Это был не только мой коллега. Я заметил, что так много людей в моей жизни — друзья, семья, даже я сам, если быть честным — приняли таблетку из параноидальной баночки. Все казались более нервными, напуганными, даже когда дело касалось тем, которые не имели ничего общего со смертельной заразой, стучащей в двери вокруг нас.Я разговаривал с медсестрой отделения интенсивной терапии с ослабленным иммунитетом, школьным учителем, супругой транзитного работника. Все согласились, что они были более параноидальными, поскольку Covid-19 настиг повседневную жизнь.

«Особенно с учетом того, что у ребенка есть история болезни», — сказала Стефани Сили, домохозяйка из Техаса. «Мы тщательно изучаем каждую мелочь, которую делаем сейчас. Добавьте к этому тревогу, которую я испытываю, что наши дети не оправятся от полученного опыта», — сказала она.

Паранойя, казалось, была так же распространена, как и коронавирус, а может, и больше.

Пандемическая паранойя — это реальная вещь

«Пандемия привела к большой неопределенности и стрессу», — сказал д-р Бэнди X. Ли, судебный психиатр из Нью-Йорка и эксперт по насилию с длинным списком достижений. в том числе преподавал в Йельской школе медицины и Йельской школе права, работал научным сотрудником Национального института психического здоровья и консультантом Всемирной организации здравоохранения. В настоящее время Ли является президентом Всемирной коалиции психического здоровья.

В руководстве по психиатрии Джона Хопкинса паранойя определяется как «реакция на предполагаемые угрозы, на которую сильно влияют тревога и страх, существующая в континууме нормального, основанного на реальности опыта и бредовых убеждений».

По данным Ли и крупных медицинских ассоциаций, симптомы паранойи могут варьироваться от очень тонких до совершенно подавляющих и могут существовать как с другими психическими состояниями, так и без них. Людям не обязательно иметь диагностируемые расстройства психического здоровья, чтобы иметь параноидальные мысли или чувства.

«Учитывая стресс и неопределенность, а также дезинформацию, которую предоставляют новостные агентства и различные источники, людям трудно почувствовать чувство спокойствия, усиливая тревогу людей, которая может привести к параноидальным мыслям», — сказал Адам Борланд, Клинический психолог из Кливленда, наблюдавший всплеск параноидальных мыслей и чувств у пациентов после того, как Covid-19 стал широко распространенным явлением.

Тройственность пандемии, вынужденная социальная изоляция и социальные волнения привели многих из нас к более экстремальному поведению и беспокойствам, включая паранойю.Пандемия также привела к нестабильной экономической ситуации, когда люди беспокоятся о том, могут ли они оказаться на грани потери средств к существованию (и не без оснований, поскольку многие потеряли работу). Активная среда дезинформации как о пандемии, так и о других проблемах, увековеченная исторически надежными институтами, такими как правительство США и канцелярия президента, также заставила людей не доверять информации, которую они получают, и людям, которые ее распространяют.

«Исключительно затянувшийся карантин из-за неэффективного управления и последующие социальные потрясения и экономические невзгоды — во многих отношениях хуже, чем Великая депрессия, с огромным неравенством, голодом, бездомностью, безработицей и отчаянием — уже ведут к безудержной наркомании, депрессии , самоубийств и убийств», — сказал Ли.

«Между тем у нас теперь есть большая часть населения, которую поощряют и приучают избегать реальности. Живя в иллюзиях, оторвавшись от реальности, человек естественным образом становится параноиком, потому что факты и доказательства постоянно «атакуют» эти ложные, взлелеянные убеждения», — сказала она.

Учимся определять паранойю

Паранойя не нова для меня. Я вырос в доме с одним из родителей, у которого была сильная паранойя. Я постоянно задавался вопросом, была ли информация, которую мне скармливали, реальной или фантастической.

Я всегда прекрасно осознавал, как параноидальное мышление может завладеть вашей реальностью, и изо всех сил боролся за то, чтобы не стать тем человеком, который больше не может проводить грань между фактом и вымыслом.

Тем не менее, я унаследовал склонность брать любую ситуацию и представлять ее наихудший исход. Многим это может показаться ужасным психологическим местом. Для меня это было оправданием того, почему я всегда готов, почему я нахожусь на переднем крае всего, что может произойти дальше.

Вот почему я запасся туалетной бумагой и масками N95, когда моя жена все еще говорила мне не быть смешным, что Covid-19 ударит по берегам США. Тем не менее, когда я чувствую, что меня охватывает тревога, я научился признавать ее. Затем я работаю над тем, чтобы представить, как проглатываю его, как гигантский камень, который больше не сидит у меня в горле, а просто проходит сквозь него.

Научиться распознавать свою паранойю — это первый шаг к ее смягчению, сказал Борланд. Вмешательство может варьироваться от самостоятельного применения до обращения за профессиональной медицинской помощью, в зависимости от тяжести ваших симптомов и того, насколько они мешают вашей способности функционировать в повседневной жизни.

«Это действительно сводится к общению между людьми и, надеюсь, любым источникам поддержки, которые у них есть в жизни. Мысль очень легко посадить, как семя. И легко полить ее, дать ей солнечный свет. , даже если факты или информация противоречат этой мысли», — сказал Борланд.

Как бороться с параноидальными мыслями

Хорошая новость заключается в том, что бороться с паранойей, по крайней мере с той, которая не поддается медицинскому диагностированию или не связана с другими проблемами психического здоровья, можно самостоятельно.

«Люди устойчивы и способны справляться с большими трудностями, если мы находимся в них вместе и имеем постоянное руководство, а также психологическую и социальную поддержку», — сказал Ли.

По словам Борланда, вы можете начать с признания параноидальных мыслей, а затем работать над созданием здорового распорядка дня. Ставьте перед собой небольшие достижимые цели, например, проходите по миле каждый день или проводите один час, общаясь со своими чувствами или с кем-то еще. Сон, диета и социальное взаимодействие — все это важные факторы, способствующие хорошему психическому здоровью.

«Мы недооцениваем последствия скуки. А учитывая выпуски новостей и социальные сети (СМИ) и имея под рукой так много информации, легко спуститься в эту кроличью нору», — сказал Борланд.

Если вы заметите, что у близкого человека возникают параноидальные мысли, будьте осторожны в своих подходах к ним, говорит Борланд. Старайтесь избегать упрека и вместо этого используйте «Я-утверждения», чтобы дать им понять, что вы замечаете, чтобы они меньше защищались и были более восприимчивы к вашей помощи.

Тем не менее, может быть трудно бороться с параноидальными мыслями в себе или в других.

«В параноидальном состоянии человек не поддается ни логике, ни доказательствам», — сказал Ли. Лучше всего работать над изменением обстоятельств, которые с самого начала повергли этого человека в параноидальное состояние.

Конечно, нельзя заставить Covid-19 исчезнуть волшебным образом, но мы можем работать над созданием дистанции между влияниями, которые, кажется, усугубляют паранойю. В долгосрочной перспективе мы можем работать над «исправлением социально-экономических условий, которые в первую очередь привели к психологической уязвимости, что может включать экономическое, расовое и гендерное неравенство», — сказал Ли по электронной почте.

Если паранойя достигает такого уровня, когда вы чувствуете, что вы или близкий вам человек можете представлять опасность для себя или других, немедленно обратитесь за профессиональной помощью.

Паранойя всегда хороша?

Слишком много хорошего может быть плохим, но как насчет того, чтобы немного плохого? Существует ли такая вещь, как здоровая паранойя?

«Здоровая паранойя или здоровая тревога могут держать нас в сознании и бдительными в качестве защитного механизма и защитить себя от потенциальных угроз», — сказал Борланд.(Я рад, что запасся масками и туалетной бумагой.)

Исследователи из Кембриджского университета, например, обнаружили, что беспокойство по поводу изменения климата привело к изменениям в поведении, которые на самом деле могут привести к решению проблемы.

Однако мы должны осознавать, что паранойя может привести нас к ситуации, когда эти чувства могут стать проблематичными. Где мы проводим черту, не всегда ясно.

Эллисон Хоуп — писательница и коренная жительница Нью-Йорка, которая предпочитает юмор грусти, путешествия телевизору и кофе сну.

Что такое параноидальная шизофрения? | Тихие умы

25 октября

г.

Из различных типов шизофрении, существующих сегодня, параноидальная шизофрения является наиболее распространенной. Сегодня врачи называют параноидальную шизофрению «шизофренией с паранойей». Типы шизофрении классифицируются на основе наиболее выраженного симптома, который проявляется у пациента во время постановки диагноза.

Два основных симптома шизофрении с паранойей:

  1. Тяжелый бред
  2. Галлюцинации, преимущественно слуховые галлюцинации (т.э., слышащие голоса)

Эти ложные представления могут привести пациента к мысли, что за ним наблюдают, преследуют или преследуют, вызывая у него тревогу и тревогу. Такой тип поведения является основанием для диагностики шизофрении с паранойей.

В дополнение к этим бреду и галлюцинациям шизофрения с паранойей классифицируется по отсутствию других симптомов, часто встречающихся у больных шизофренией. Симптомы, которые кажутся менее заметными у пациентов с шизофренией и паранойей, включают:

  • Дезорганизованная речь и поведение
  • Отсутствие эмоциональной реакции или неадекватная эмоциональная реакция

Как я узнаю, что у моего любимого человека параноидальная шизофрения?

Симптомы шизофрении с паранойей должны проявляться в течение минимум шести месяцев до постановки диагноза, чтобы избежать неправильного диагноза шизофрении как другого типа психического расстройства.

Как и в случае с любой формой шизофрении, от этого расстройства нет известного лекарства, но существуют методы лечения, которые, как было доказано, позволяют пациентам с параноидальной шизофренией жить полной и приносящей удовлетворение жизнью.

Варианты лечения шизофрении с паранойей включают:

  • Нейролептики
  • Психотерапия
  • Обучение профессиональным навыкам
  • Электросудорожная терапия

Чем раньше будет диагностирована шизофрения с паранойей, тем больше у пациента шансов добиться успеха в лечении.

Если вы или кто-то из ваших близких испытывает симптомы психического расстройства, не откладывайте на потом получение помощи. Позвольте нам присоединиться к вам в вашей борьбе за контроль над своим психическим здоровьем.

.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.