Содержание

Текст песни Каспийский Груз — Пожелай мне

(диалог из фильма)
— Мечта?
— Ну ты о чём-то мечтаешь?
— Неа. Я не мечтаю.

Припев
Брутто, ВесЪ
Если «добро побеждает зло» – не брехня,
То пожелай мне доброго дня
Если нары жёсткие, как говорят ребятки,
То пожелай мне мягкой посадки

Плюю кровью, сечка над бровью
Пожелай мне здоровья
Пуля в затылок, упал на песочек
Пожелай мне спокойной ночи

Брутто
Тут на ладони что-то есть, кажись
Так нагадай мне долгую жизнь
И не говори, что будут преследовать власти
Скажи, что будет преследовать счастье

А у меня каждый что-то берёт:
Кто-то в долг, кто-то в рот
Колония забрала детство, сменив интерьер,
Но никто ещё не брал пример

И я жду чуда в режиме Хатико
И все твои движения для меня статика
Если сложение – просто математика,
Тогда мы сложим оружие с братиком

Я вроде думал решить всё добром,
Но столовый прибор под ребром

И наша смерть будет выгодна, бро,
Не только для похоронных бюро

А я буду честным предельно
Даже там, где лжи дохуя
И пусть этот паспорт поддельный,
Но фотография тут моя

Припев
Брутто, ВесЪ
Если «добро побеждает зло» – не брехня,
То пожелай мне доброго дня
Если нары жёсткие, как говорят ребятки,
То пожелай мне мягкой посадки

Плюю кровью, сечка над бровью
Пожелай мне здоровья
Пуля в затылок, упал на песочек
Пожелай мне спокойной ночи

ВесЪ
Пока не принял височно
Пока мелкий в песочнице
Не задумался, пока кочан не почесал
Тут ехать полчаса, хотя впрочем сам

Усов нет, поэтому в них и не дул
И чтоб от одиночества избавиться к чёрту

Я тебя прошу, ты нагадай мне ту
Ту-154-ый

И под столик нагадай дуло чтобы я спрятал
Так как уверен, что беседа случится навряд ли
Неразговорчивость мою не сочти за невнятность,
А им принять нас такими не очень приятно

И распиздяй раз – пиздуй
Не понял что-то? Так поставь запятую
Алло, ВесЪ, ты где? Да в быту я
Новую плиту испытую

А я дитя добрых времён Рязанова
Джентльмен удачи я, как Крамаров
И я прошу мне высечь на мраморе,
Что любил маму я и любил улыбаться

Припев
Брутто, ВесЪ
Если «добро побеждает зло» – не брехня,
То пожелай мне доброго дня
Если нары жёсткие, как говорят ребятки,
То пожелай мне мягкой посадки

Плюю кровью, сечка над бровью
Пожелай мне здоровья
Пуля в затылок, упал на песочек
Пожелай мне спокойной ночи

Каспийский Груз — Пожелай мне текст песни, слова

— Мечта?
— Ну ты о чём-то мечтаешь?
— Не-а, я не мечтаю…

Припев:
Если добро побеждает зло не брехня,
То пожелай мне доброго дня.
Если нары жёсткие, как говорят ребятки,
То пожелай мне мягкой посадки.

Плюю кровью, усечка над бровью,
Пожелай мне здоровья,
Пуля в затылок — упал на песочек,
Пожелай мне спокойной ночи.

Тут на ладони что-то есть кажись,
Так нагадай мне долгую жизнь
И не говори, что будут преследовать власти.

Скажи, что будет преследовать счастье.

А у меня каждый что-то берёт:
Кто-то в долг, кто-то в рот.
Колония забрала детство, сменив интерьер,
Но никто ещё не брал пример.

И я жду чуда в режиме Хатико,
И все твои движения для меня статика.
Если сложение — просто математика,
Тогда мы сложим оружие с братиком.

Я вроде думал решить все добром,
Но столовый прибор под ребром.
И наша смерть будет выгодна, бро —
Не только для похоронных бюро.

А я буду честным предельно,
Даже там, где лжи до*уя.
И пусть этот паспорт — поддельный,
Но фотография тут моя.

Припев:
Если добро побеждает зло не брехня,
То пожелай мне доброго дня.
Если нары жёсткие, как говорят ребятки,
То пожелай мне мягкой посадки.

Плюю кровью, усечка над бровью,
Пожелай мне здоровья,
Пуля в затылок — упал на песочек,
Пожелай мне спокойной ночи.

Пока не принял височную,
Пока мелкий в песочнице.
Не задумался, пока кочан не почесал.
Тут ехать полчаса, хотя впрочем сам.

Усов нет, поэтому в них и не дул;
Источник teksty-pesenok.ru
И чтоб от одиночества избавиться к чёрту —
Я тебя прошу, ты нагадай мне ту…
ТУ-154-ый.

И под столик нагадай, дуло чтобы я спрятал.

Так как уверен что беседа случится навряд ли.
Неразговорчивость мою не сочти за невнятность.
А им приятно, с такими не очень приятно.

И рас*издяй — рас*издуй,
Не понял что-то, так поставь запятую.
Ало, Вес, ты где? Да в быту я,
Новую плиту испытую.

А я дитя добрых времен Рязанова.
Джентльмен удачи, как Крамаров.
И я прошу, мне высечь на мраморе,
Что любил маму я, и любил улыбаться.

Припев:
Если добро побеждает зло не брехня,
То пожелай мне доброго дня.
Если нары жёсткие, как говорят ребятки,
То пожелай мне мягкой посадки.

Плюю кровью, усечка над бровью,

Пожелай мне здоровья,
Пуля в затылок — упал на песочек,
Пожелай мне спокойной ночи.

Текст песни Каспийский Груз — 2. Пожелай Мне перевод, слова песни, видео, клип

— Мечта?
— Ну,ты о чем то мечтаешь?
— Неа,я не мечтаю…

Если добро побеждает зло не брехня,
То пожелай мне доброго дня
Если нары жесткие,как говорят ребятки,
То пожелай мне мягкой посадки
Прикрой усечкой над бровью
Пожелай мне здоровья,
Пуля в затылок — упал на песочек,
Пожелай мне спокойной ночи,
Тут на ладони что-то есть кажись,
Так нагадай долгую жизнь
И не говори,что будут преследовать власти
Скажи,что будет преследовать счастье

А у меня каждый что-то берет
Кто-то в долг,кто-то в рот,
Колония забрала детство сменив интерьер,
Но никто еще не брал пример
И я жду чуда в режиме Хатико
И все твои движения для меня статика,
Если сложение просто математика,
Тогда мы сложим оружие с братиком
Я вроде думал решить все добром,
Но столовой прибор под ребром
И наша смерть будет выиграть на бро
Не только для похоронных бюро,
А я буду честным при деле
Даже там,где лжи дохуя,
И пусть этот паспорт поддельный,
Но фотография тут моя

Припев:

Если добро побеждает зло не брехня,
То пожелай мне доброго дня
Если нары жесткие,как говорят ребятки,
То пожелай мне мягкой посадки
Прикрой усечкой над бровью
Пожелай мне здоровья,
Пуля в затылок — упал на песочек,
Пожелай мне спокойной ночи,

Пока не принял височную
Пока мелкий в песочнице
Не задумался пока качан не почесал
Тут ехать полчаса,хотя впрочем сам
Усов нет,поэтому в них и не дул
Чтоб от одиночества избавиться к черту
Я тебя прошу ты нагадай мне тур
Тур 154-ый и под столик нагадай дуло,
Чтобы я спрятал,так как уверен,

Что беседа случится навряд ли
Неразговорчивость мою не сочти за невнятность
Стоим приятно,с таким не очень приятно,
И распиздяй — распиздуй,не понял че то,
Ты поставь запятую,Алё Ряз ты где?
Да в быту я,новую плиту испытую,
А я дитя добрых времен резанул
Джентльмен удачи,как Крамор,
И я прошу мне высечь на мраморе,
Что любил маму я и любил улыбаться

Припев:
Если добро побеждает зло не брехня,
То пожелай мне доброго дня
Если нары жесткие,как говорят ребятки,
То пожелай мне мягкой посадки
Прикрой усечкой над бровью
Пожелай мне здоровья,
Пуля в затылок — упал на песочек,

Пожелай мне спокойной ночи,

Текст песни Каспийский груз — 2. Пожелай Мне перевод, слова песни, видео, клип

— Мечта?
— Ну,ты о чем то мечтаешь?
— Неа,я не мечтаю…

Если добро побеждает зло не брехня,
То пожелай мне доброго дня
Если нары жесткие,как говорят ребятки,
То пожелай мне мягкой посадки
Прикрой усечкой над бровью
Пожелай мне здоровья,
Пуля в затылок — упал на песочек,
Пожелай мне спокойной ночи,
Тут на ладони что-то есть кажись,
Так нагадай долгую жизнь
И не говори,что будут преследовать власти
Скажи,что будет преследовать счастье
А у меня каждый что-то берет
Кто-то в долг,кто-то в рот,
Колония забрала детство сменив интерьер,
Но никто еще не брал пример
И я жду чуда в режиме Хатико
И все твои движения для меня статика,
Если сложение просто математика,
Тогда мы сложим оружие с братиком
Я вроде думал решить все добром,
Но столовой прибор под ребром
И наша смерть будет выиграть на бро
Не только для похоронных бюро,
А я буду честным при деле
Даже там,где лжи дохуя,
И пусть этот паспорт поддельный,
Но фотография тут моя

Припев:
Если добро побеждает зло не брехня,
То пожелай мне доброго дня
Если нары жесткие,как говорят ребятки,
То пожелай мне мягкой посадки
Прикрой усечкой над бровью
Пожелай мне здоровья,
Пуля в затылок — упал на песочек,
Пожелай мне спокойной ночи,

Пока не принял височную
Пока мелкий в песочнице
Не задумался пока качан не почесал
Тут ехать полчаса,хотя впрочем сам
Усов нет,поэтому в них и не дул
Чтоб от одиночества избавиться к черту
Я тебя прошу ты нагадай мне тур
Тур 154-ый и под столик нагадай дуло,
Чтобы я спрятал,так как уверен,
Что беседа случится навряд ли
Неразговорчивость мою не сочти за невнятность
Стоим приятно,с таким не очень приятно,
И распиздяй — распиздуй,не понял че то,
Ты поставь запятую,Алё Ряз ты где?
Да в быту я,новую плиту испытую,
А я дитя добрых времен резанул
Джентльмен удачи,как Крамор,
И я прошу мне высечь на мраморе,
Что любил маму я и любил улыбаться

Припев:
Если добро побеждает зло не брехня,
То пожелай мне доброго дня
Если нары жесткие,как говорят ребятки,
То пожелай мне мягкой посадки
Прикрой усечкой над бровью
Пожелай мне здоровья,
Пуля в затылок — упал на песочек,
Пожелай мне спокойной ночи,

— Dream?
— Well, you dream about something?
— Nope, I did not dream …

When good triumphs over evil is not nonsense,
So wish me a good day
If bunk tough guys as they say,
So wish me a soft landing
Cover usechkoy above his eyebrow
Wish me health,
A bullet in the head — down on the sand,
Wish me a good night,
Here in the palm there is something I believe,
So foretold long life
And do not say that the government will pursue
Tell me, what would pursue happiness
And I have one takes something
Someone in debt, someone in the mouth,
Colony took Childhood replacing interior,
But nobody else took as an example
And I’m waiting for a miracle in the mode of Hachiko
And all your movement to me static,
If the addition of a mathematician,
Then we lay down their arms and her brother
I kind of thought to solve all the good,
But cutlery under the edge
And our death will win bro
Not only for funeral,
And I’ll be honest in business
Even where lies Doha
And let this fake passport,
But here is my picture

Chorus:
When good triumphs over evil is not nonsense,
So wish me a good day
If bunk tough guys as they say,
So wish me a soft landing
Cover usechkoy above his eyebrow
Wish me health,
A bullet in the head — down on the sand,
Wish me a good night,

Not yet received temporal
While the small sandbox
Not thinking is not scratched Kachan
Then half an hour to go, but the way he
No whiskers, and therefore they are not blown
To get rid of loneliness to hell
I beg you foretold me round
Tours 154th and foretold the barrel under the table,
So I hid, as sure
That conversation is unlikely to happen
My taciturn not think for slurred
Stand pleased with not very nice,
And raspizdyay — raspizduy, Che is not understood,
You put a comma, Ale ryaz where are you?
Yes, I’m at home, who searches the new plate,
But I am a child of good times slashed
Gentleman luck as Kramor,
And I ask me to carve marble,
I loved my mother and I loved to smile

Chorus:
When good triumphs over evil is not nonsense,
So wish me a good day
If bunk tough guys as they say,
So wish me a soft landing
Cover usechkoy above his eyebrow
Wish me health,
A bullet in the head — down on the sand,
Wish me a good night,

Смотрите также:

Каспийский груз — Пожелай мне songtekst en vertaling

Songteksten

— Мечта?
— Ну ты о чём-то мечтаешь?
— Не-а, я не мечтаю…

Если добро побеждает зло не брехня,
То пожелай мне доброго дня.
Если нары жёсткие, как говорят ребятки,
То пожелай мне мягкой посадки.

Плюю кровью, усечка над бровью,
Пожелай мне здоровья,
Пуля в затылок — упал на песочек,
Пожелай мне спокойной ночи.

Тут на ладони что-то есть кажись,
Так нагадай мне долгую жизнь
И не говори, что будут преследовать власти.
Скажи, что будет преследовать счастье.

А у меня каждый что-то берёт:
Кто-то в долг, кто-то в *от.

Колония забрала детство, сменив интерьер,
Но никто ещё не брал пример.

И я жду чуда в режиме Хатико,
И все твои движения для меня статика.
Если сложение — просто математика,
Тогда мы сложим оружие с братиком.

Я вроде думал решить все добром,
Но столовый прибор под ребром.
И наша смерть будет выгодна, бро —
Не только для похоронных бюро.

А я буду честным прелдельно,
Даже там, где лжи до*уя.
И пусть этот паспорт — поддельный,
Но фотография тут моя.

Если добро побеждает зло не брехня,
То пожелай мне доброго дня.
Если нары жёсткие, как говорят ребятки,
То пожелай мне мягкой посадки.

Плюю кровью, усечка над бровью,
Пожелай мне здоровья,
Пуля в затылок — упал на песочек,
Пожелай мне спокойной ночи.

Пока не принял височную,
Пока мелкий в песочнице.
Не задумался, пока качан не почесал.
Тут ехать полчаса, хотя впрочем сам.

Усов нет, поэтому в них и не дул;
И чтоб от одиночества избавиться к чёрту —
Я тебя прошу, ты нагадай мне ту…
ТУ-154-ый.

И под столик нагадай, дуло чтобы я спрятал.
Так как уверен что беседа случится навряд ли.
Неразговорчивость мою не сочти за невнятность.
А им принять нас такими не очень приятно.

И рас*издяй — рас*издуй,
Не понял что-то, так поставь запятую.
Ало, Вес, ты где? Да в быту я,
Новую плиту испытую.

А я дитя добрых времен Рязанова.
Джентльмен удачи, как Крамаров.
И я прошу, мне высечь на мраморе,
Что любил маму я, и любил улыбаться.

Если добро побеждает зло не брехня,
То пожелай мне доброго дня.
Если нары жёсткие, как говорят ребятки,
То пожелай мне мягкой посадки.

Плюю кровью, усечка над бровью,
Пожелай мне здоровья,
Пуля в затылок — упал на песочек,
Пожелай мне спокойной ночи.

Songtekstvertaling

Droom?
Droom je ergens van?»
Nee, Ik droom niet…»

Als het goede wint van het kwade is het geen onzin.,
Wens me dan een goede dag.
Als de bedden hard zijn, zoals de kinderen zeggen.,
Wens me dan een zachte landing.

Bloed spugen, truncatie boven de wenkbrauw.,
Wens me gezondheid.,
Kogel in de achterkant van het hoofd-viel op het zand,
Zeg maar welterusten.

Er zit iets in de palm van je hand.,
Dus vertel me een lang leven
En zeg niet dat de autoriteiten je zullen achtervolgen.
Vertel me wat geluk zal achtervolgen.

En iedereen pakt iets van me af.:
Iemand met schulden, iemand van binnen.
De kolonie ontnam hun jeugd, veranderde het interieur,
Maar niemand heeft nog een voorbeeld genomen.

En ik wacht op een wonder in Hachiko mode,
En al je bewegingen zijn statisch voor mij.
Als de optelling operatie is gewoon wiskunde,
Dan leggen we onze wapens neer bij mijn broer.

Ik dacht dat het goed zou zijn.,
Maar het bestek ligt onder de rib.
En onze dood zal winstgevend zijn. —
Niet alleen voor begrafenisondernemers.

En Ik zal eerlijk zijn.,
Zelfs als er geen leugens zijn.
En zelfs als dit paspoort nep is,
Maar de foto is van mij.

Als het goede wint van het kwade is het geen onzin.,
Wens me dan een goede dag.
Als de bedden hard zijn, zoals de kinderen zeggen.,
Wens me dan een zachte landing.
Bloed spugen, truncatie boven de wenkbrauw.,
Wens me gezondheid.,
Kogel in de achterkant van het hoofd-viel op het zand,
Zeg maar welterusten.

Tot ik de temporale kwab nam.,
Terwijl klein in de zandbak.
Ik dacht er niet aan totdat Kachan me krabde.
Hier om een half uur te gaan, hoewel hij zelf.

Geen snor, dus ik heb er niet in geblazen.;
En om de eenzaamheid naar de hel te verdrijven —
Ik vraag je me dat te vertellen…
TU-154.

En onder de tafel stront, de muilkorf die ik verborg.
Aangezien ik er zeker van ben dat het gesprek waarschijnlijk niet zal plaatsvinden.
Mijn stilzwijgen wordt niet als onduidelijk beschouwd.
En ze willen ons niet zo zien.

En races * esday-RAS * isdue,
Als je iets niet begrijpt, zet dan een komma.
Alo, Wes, waar ben je? Ja in het dagelijks leven,
Ik zal het nieuwe fornuis testen.

En ik ben een kind van de goede tijden van Riazanov.
Een heer van fortuin, zoals Kramarov.
En ik vraag dat ik kerf op marmer.,
Dat ik van mijn moeder hield en van lachen hield.

Als het goede wint van het kwade is het geen onzin.,
Wens me dan een goede dag.
Als de bedden hard zijn, zoals de kinderen zeggen.,
Wens me dan een zachte landing.

Bloed spugen, truncatie boven de wenkbrauw.,
Wens me gezondheid.,
Kogel in de achterkant van het hoofd-viel op het zand,
Zeg maar welterusten.

Каспийский груз — Paroles et traduction des paroles de la chanson Пожелай мне

Paroles

— Мечта?
— Ну ты о чём-то мечтаешь?
— Не-а, я не мечтаю…

Если добро побеждает зло не брехня,
То пожелай мне доброго дня.
Если нары жёсткие, как говорят ребятки,
То пожелай мне мягкой посадки.

Плюю кровью, усечка над бровью,
Пожелай мне здоровья,
Пуля в затылок — упал на песочек,
Пожелай мне спокойной ночи.

Тут на ладони что-то есть кажись,
Так нагадай мне долгую жизнь
И не говори, что будут преследовать власти.
Скажи, что будет преследовать счастье.

А у меня каждый что-то берёт:
Кто-то в долг, кто-то в *от.
Колония забрала детство, сменив интерьер,
Но никто ещё не брал пример.

И я жду чуда в режиме Хатико,
И все твои движения для меня статика.
Если сложение — просто математика,
Тогда мы сложим оружие с братиком.

Я вроде думал решить все добром,
Но столовый прибор под ребром.
И наша смерть будет выгодна, бро —
Не только для похоронных бюро.

А я буду честным прелдельно,
Даже там, где лжи до*уя.
И пусть этот паспорт — поддельный,
Но фотография тут моя.

Если добро побеждает зло не брехня,
То пожелай мне доброго дня.
Если нары жёсткие, как говорят ребятки,
То пожелай мне мягкой посадки.

Плюю кровью, усечка над бровью,
Пожелай мне здоровья,
Пуля в затылок — упал на песочек,
Пожелай мне спокойной ночи.

Пока не принял височную,
Пока мелкий в песочнице.
Не задумался, пока качан не почесал.
Тут ехать полчаса, хотя впрочем сам.

Усов нет, поэтому в них и не дул;
И чтоб от одиночества избавиться к чёрту —
Я тебя прошу, ты нагадай мне ту…
ТУ-154-ый.

И под столик нагадай, дуло чтобы я спрятал.
Так как уверен что беседа случится навряд ли.
Неразговорчивость мою не сочти за невнятность.
А им принять нас такими не очень приятно.

И рас*издяй — рас*издуй,
Не понял что-то, так поставь запятую.
Ало, Вес, ты где? Да в быту я,
Новую плиту испытую.

А я дитя добрых времен Рязанова.
Джентльмен удачи, как Крамаров.
И я прошу, мне высечь на мраморе,
Что любил маму я, и любил улыбаться.

Если добро побеждает зло не брехня,
То пожелай мне доброго дня.
Если нары жёсткие, как говорят ребятки,
То пожелай мне мягкой посадки.

Плюю кровью, усечка над бровью,
Пожелай мне здоровья,
Пуля в затылок — упал на песочек,
Пожелай мне спокойной ночи.

Traduction des paroles

— Un rêve?
— Tu rêves de quelque chose?
— Non, je ne rêve pas…

Si le bien gagne le mal n’est pas une connerie,
Alors souhaite-moi une bonne journée.
Si les couchettes sont dures, comme disent les gars,
Alors souhaite-moi un atterrissage en douceur.

Cracher du sang, tronquer au-dessus du sourcil,
Souhaite-moi la santé,
Balle dans la nuque-est tombé sur le sable,
Souhaite — moi une bonne nuit.

Il y a quelque chose dans la paume de votre main.,
Alors donne-moi une longue vie.
Et ne dis pas que les autorités vont poursuivre.
Dis-lui qu’il va chasser le bonheur.

Et tout le monde me prend quelque chose:
Quelqu’un dans la dette, quelqu’un dans *de.
La colonie a pris son enfance en changeant l’intérieur,
Mais personne n’a encore pris l’exemple.

Et j’attends un miracle en mode Hachiko,
Et tous tes mouvements sont statiques pour moi.
Si l’addition est juste mathématique,
Alors on déposera les armes avec mon frère.

J’ai pensé à tout régler avec bonté.,
Mais la coutellerie est sous la côte.
Et notre mort sera bénéfique, bro —
Pas seulement pour les pompes funèbres.

Et je serai honnête,
Même là où les mensonges jusqu’à * Ouya.
Et que ce passeport soit un faux,
Mais la photo est à moi.

Si le bien gagne le mal n’est pas une connerie,
Alors souhaite-moi une bonne journée.
Si les couchettes sont dures, comme disent les gars,
Alors souhaite-moi un atterrissage en douceur.
Cracher du sang, tronquer au-dessus du sourcil,
Souhaite-moi la santé,
Balle dans la nuque-est tombé sur le sable,
Souhaite — moi une bonne nuit.

Jusqu’à ce que j’ai pris le temporal,
Tant que peu profond dans le bac à sable.
Je n’ai pas réfléchi avant que Kachan ne se gratte.
Ici, aller une demi-heure, mais d’ailleurs lui-même.

Il n’y a pas de moustache, donc ils n’ont pas soufflé;
Et pour se débarrasser de la solitude au diable —
Je t’en prie, donne — moi celle-là…
Tu-154.

Et sous la table, mets-moi le museau pour que je le cache.
Parce que je suis sûr que la conversation est peu probable.
Mon indiscrétion ne doit pas être considérée comme une confusion.
Et ils ne sont pas très heureux de nous recevoir comme ça.

Et les races * éditez-les races * éditez,
Je n’ai pas compris quelque chose, alors mettez une virgule.
ALO, Ves, où es-tu? Oui, dans la vie quotidienne, je,
Je vais tester une nouvelle cuisinière.

Et je suis un enfant du bon temps de ryazanov.
Un gentleman de chance comme kramarov.
Et je demande que je sculpte sur le marbre,
Que j’aimais ma mère et que j’aimais sourire.

Si le bien gagne le mal n’est pas une connerie,
Alors souhaite-moi une bonne journée.
Si les couchettes sont dures, comme disent les gars,
Alors souhaite-moi un atterrissage en douceur.

Cracher du sang, tronquer au-dessus du sourcil,
Souhaite-moi la santé,
Balle dans la nuque-est tombé sur le sable,
Souhaite — moi une bonne nuit.

Каспийский Груз (KG) – Пожелай мне (Wish me) Lyrics

Пожелай мне (Wish me) Lyrics

[Интро: диалог из фильма «Пацаны»]
— Мечта?
— Ну ты о чём-то мечтаешь?
— Не-а. Я не мечтаю

[Припев: Брутто и ВесЪ]
Если «добро побеждает зло» – не брехня
То пожелай мне доброго дня
Если нары жёсткие, как говорят ребятки
То пожелай мне мягкой посадки

Плюю кровью, сечка над бровью
Пожелай мне здоровья
Пуля в затылок, упал на песочек
Пожелай мне спокойной ночи

[Куплет 1: Брутто]
Тут на ладони что-то есть, кажись
Так нагадай мне долгую жизнь
И не говори, что будут преследовать власти
Скажи, что будет преследовать счастье
А у меня каждый что-то берёт:
Кто-то в долг, кто-то в рот
Колония забрала детство, сменив интерьер
Но никто ещё не брал пример
И я жду чуда в режиме Хатико
И все твои движения для меня статика
Если сложение – просто математика
Тогда мы сложим оружие с братиком
Я вроде думал решить всё добром
Но столовый прибор под ребром
И наша смерть будет выгодна, бро
Не только для похоронных бюро
А я буду честным предельно
Даже там, где лжи дохуя
И пусть этот паспорт поддельный
Но фотография тут моя

[Припев: Брутто и ВесЪ]
Если «добро побеждает зло» – не брехня
То пожелай мне доброго дня
Если нары жёсткие, как говорят ребятки
То пожелай мне мягкой посадки

Плюю кровью, сечка над бровью
Пожелай мне здоровья
Пуля в затылок, упал на песочек
Пожелай мне спокойной ночи

[Куплет 2: ВесЪ]
Пока не принял височную
Пока мелкий в песочнице
Не задумался, пока кочан не почесал
Тут ехать полчаса, хотя впрочем сам
Усов нет, поэтому в них и не дул
И чтоб от одиночества избавиться к чёрту
Я тебя прошу, ты нагадай мне ту
Ту-154-ый
И под столик нагадай дуло чтобы я спрятал
Так как уверен, что беседа случится навряд ли
Неразговорчивость мою не сочти за невнятность
А им принять нас такими не очень приятно
И распиздяй раз – пиздуй
Не понял что-то? Так поставь запятую
Алло, ВесЪ, ты где? Да в быту я
Новую плиту испытую
А я дитя добрых времён Рязанова
Джентльмен удачи я, как Крамаров
И я прошу мне высечь на мраморе
Что любил маму я и любил улыбаться

[Припев: Брутто и ВесЪ]
Если «добро побеждает зло» – не брехня
То пожелай мне доброго дня
Если нары жёсткие, как говорят ребятки
То пожелай мне мягкой посадки

Плюю кровью, сечка над бровью
Пожелай мне здоровья
Пуля в затылок, упал на песочек
Пожелай мне спокойной ночи

Южная экспедиция. — The New York Times

Неразговорчивость норфолкских газетчиков по поводу действий Национального флота у берегов Бофорта, естественно, принимается как свидетельство его успеха. Повстанцы до сих пор не стеснялись провозглашать свои победы. Чтобы встретить эту огромную флотилию; помешать высадке армии, которую он нес, и разбить ее у побережья было бы слишком блестящим достижением, чтобы его можно было передать без прославления и разумного хвастовства; и трудно поверить, что политика могла воспрепятствовать передаче на Север разведданных, столь удовлетворяющих их тщеславие.Поэтому, когда нам сообщают, что госсекретарь УЭЛЛС уверенно заверил корреспондента, что отсутствие новостей принимается как доказательство того, что плохих новостей ожидать не приходится, мы можем только сказать, что это заверение делает честь прозорливости этого государственного деятеля, он имеет общеизвестную санкцию и воплощает, как и в самом деле, весьма распространенное народное убеждение.

Возможно, и в самом деле было бы желательно пожертвовать какой-то мельчайшей долей этого доброго предзнаменования, если бы только узнать, когда эскадра достигла пункта назначения и приступила к выполнению своей задачи.Те немногочисленные и неудовлетворительные слухи, которыми мы располагаем, особенно неудовлетворительны в отношении дат. Если, как предполагают некоторые из наших современников, операции, о которых у нас есть неясные отчеты, произошли еще во второй половине недели, закончившейся 2 инст. мы, несомненно, должны были получать советы неделю назад по нашим собственным каналам, если предположить, что правительство обеспечило передачу новостей. Вполне возможно, однако, что было сочтено предпочтительным не посылать новостей до тех пор, пока не будет принята вся программа, подготовленная для экспедиции по высадке в Бофорте, и наша маленькая армия не будет защищена от лавины войск, внезапно обрушившихся на нее из-за границы. Ричмонд или Манассас.Ведь новости в Вашингтоне редко перестают быть новостями в Ричмонде и Манассасе за один день; и если эти особые известия сразу же не двинут по южным железным дорогам часть основной армии повстанцев, то одна цель экспедиции будет упущена. Единственное, что нужно сделать, это не допустить, чтобы такое движение происходило слишком быстро для безопасности сил генерала ШЕРМАНА.

Тем временем не стоит беспокоиться о флоте, так как вчерашняя погода повлияла на него. В случае успеха и в ожидаемый момент он надежно защищен от наихудшего ветра и непогоды.Или, если, оставив Бофор в руинах, он направился на юг, в Брансуик, в Джорджии, у него будет выбор: безопасная якорная стоянка в этой прекрасной и просторной гавани или достаточное внимание к опасности за Камберлендом и другими островами, расположенными на внешнем море. В самом деле, едва ли возможно, чтобы нынешняя буря, не имеющая никаких сильных характеристик бури 2-го месяца, вообще беспокоила экспедицию.

Эванджелина: Повесть об Академии Генри Уодсворта Лонгфелло — Стихи

Прелюдия

Это первобытный лес.Шумные сосны и болиголовы,
Бородатые мхом, И в одеждах зеленых, неясных в сумерках,
Стоят, как друиды древности, с голосами грустными и пророческими,
Стоят, как серебристые арфисты, с бородами на груди.
Громко из своих скалистых пещер басовитый соседний океан
Говорит, и безутешным акцентом отвечает на вой леса.

Это первобытный лес; но где сердца, что под ним
Подпрыгивали, как косули, когда он слышит в лесу голос охотника
Где крытая соломой деревня, дом акадских земледельцев,
Люди, чьи жизни скользили, как реки, полные воды леса,
Затененные земными тенями, но отражающие образ неба?
Пустошь те приятные фермы, и фермеры ушли навсегда!
Рассеяны, как пыль и листья, когда могучие порывы октября
Схватят их, унесут ввысь и разбросают далеко над океаном
От прекрасной деревни Гранд-Пре не осталось ничего, кроме традиций.

Вы, кто верит в привязанность, которая надеется, терпит и терпелива,
Вы, кто верит в красоту и силу женской преданности,
Прислушайтесь к скорбной традиции, которую до сих пор воспевают сосны в лесу;
Список сказок о любви в Академии, родине счастливых.

Часть первая

Песнь I

В Акадской земле, на берегу Бассейна Минас,
Далекая, уединенная, тихая деревушка Гранд-Пре
Лежала в плодородной долине.К востоку простирались обширные луга,
Давшие название деревне, и пастбища для бесчисленных стад.
Дамбы, воздвигнутые руками фермеров с непрекращающимся трудом,
Защитите от бурных приливов; но в определенные времена года шлюзы
открывались и приветствовали море, которое свободно бродило по лугам.
На западе и юге были поля льна, сады и нивы
Раскинувшиеся далеко и неогороженные по равнине; и далеко на север
Бломидон поднялся, и леса старые, и высоко в горах
Морские туманы разбили свои палатки, и туманы с могучей Атлантики
Смотрели на счастливую долину, но никогда не спускались со своего места
Там , посреди его ферм, покоилась акадская деревня.
Крепко построены были дома с каркасом из дуба и болиголова,
Таких, как строили нормандские крестьяне во времена правления Генрихов.
Соломенные крыши были со слуховыми окнами; и фронтоны, выступающие
Над цокольным этажом ниже защищенный и затененный дверной проем.
Там тихими летними вечерами, когда ярко закат
Освещал деревенскую улицу и золотил флюгарки на трубах,
Матроны и девицы сидели в белоснежных чепцах и в киртах
Алые и синие и зеленые, прялками пряли золотой
Лен для болтливых станков, чьи шумные челноки в дверях
Слились их звуки с жужжанием колес и песнями девиц,
Торжественно по улице прошел приходской священник, и дети
Прервали свою игру, чтобы поцеловаться руку, которую он протянул, чтобы благословить их.
Преподобный ходил среди них; и поднялись матроны и девушки,
Приветствуя его медленное приближение словами ласкового приветствия.
Потом пришли труженики домой с поля, и безмятежно закатилось солнце
Вниз, в свой покой, и воцарились сумерки. Анон с колокольни
Тихо Ангелус зазвучал, и над крышами поселка
Столбы голубого дыма, словно облака ладана восходя,
Поднялись из ста очагов, домов мира и довольства.
Так жили вместе в любви эти простые акадские земледельцы,—
Жили в любви к Богу и человеку.Одинаково были они свободны от
Страха, царящего с тираном, и зависти, порока республик.
Не было у них ни замков на дверях, ни запоров на окнах;
Но их жилища были открыты как день и сердца их владельцев;
Там самые богатые были бедны, а самые бедные жили в достатке.

Несколько в стороне от деревни и ближе к бассейну Минас,
Бенедикт Бельфонтен, самый богатый фермер Гран-Пре,
Жил на своих хороших акрах: и с ним, руководя своим хозяйством,
Жила Нежная Эванджелина, его ребенок и гордость села.
Сталворт и величавая фигура была человеком семидесяти зим;
Здоров и здоров был он, дуб, покрытый снежинками;
Белыми, как снег, были его локоны, а щеки коричневые, как дубовые листья.
Прекрасна была она, эта девица семнадцати лет.
Черны были ее глаза, как ягода, что растет на колючке у дороги,
Черны, но как нежно они блестели под коричневой тенью ее локонов!
Сладко было ее дыхание, как дыхание коров, пасущихся на лугах.
Когда в жару жатвы она несла жнецам в полдень
Кувшины домашнего эля, ах! прекрасна была девица,
Прекраснее была она, когда воскресным утром, когда колокол с его башни
Окропил святыми звуками воздух, как священник своим иссопом
Окропил прихожан и осыпал их благословениями,
Вниз длинная улица, по которой она шла, с венком из бисера и миссалом,
В нормандской шапке, синем кителе и серьгах,
Привезенных в былые времена из Франции, и с тех пор, как семейная реликвия,
Врученная от матери к ребенку, через долгие поколения.
Но небесное сияние — более эфирная красота —
Сияло на ее лице и окружало ее форму, когда, после исповеди,
Домой безмятежно шла она с Божьим благословением на ней.
Когда она ушла, казалось, прекратилась изысканная музыка.

Прочно построенный из дубовых стропил дом фермера
Стоял на склоне холма, возвышающегося над морем; а у двери рос тенистый платан
, а вокруг него обвился древесный побег.
Грубо вырезано было крыльцо с сиденьями внизу; и тропинка
Вела через фруктовый сад и исчезала на лугу.
Под платаном были ульи, над которыми нависала мансарда,
Такие, какие путник видит в отдаленных придорожных краях,
Построенные над ящиком для бедных, или над блаженным образом Марии.
Ниже, на склоне холма, был колодец с замшелым
Ведром, скрепленным железом, и рядом с ним корыто для лошадей.
Защищая дом от бурь, на севере стояли амбары и двор фермы,
Там стояли телеги на широких колесах, и старинные сохи, и бороны;
Были загоны для овец; и там, в его пернатом серале,
Расхаживал барский индюк и
петух кукарекал тем же
Голосом, что в древности пугал кающегося Петра.
Сеною ломились амбары, сама деревня. В каждом из них
Далеко над фронтоном выступала соломенная крыша; и лестница,
Под защищающим карнизом, вела на пахучий кукурузный чердак.
Там же стояла голубятня с кроткими и невинными обитателями
Вечно бормоча о любви; а выше в варианте ветерки
Бесчисленные шумные флюгеры трещали и пели о мутации.

Так, в мире с Богом и миром, фермер Гран-Пре
Жил на своей солнечной ферме, а Эванджелина вела его хозяйство.
Многие юноши, когда он преклонил колени в церкви и открыл свой требник,
устремили свой взор на нее как на святую своего глубочайшего поклонения;
Счастлив был тот, кто мог коснуться ее руки или края ее одежды!
Многие женихи подходили к ее двери, Подружившись тьмой,
И, как он стучал и ждал, чтобы услышать звук ее шагов,
Не знал, что бьется громче, его сердце или железный молоток;
Или на радостном празднике Святого Покровителя села,
Смелее росло, и сжимало в танце руку, шепча
Торопливые слова любви, что казались частью музыки.
Но из всех пришедших только юному Гавриилу был желанен;
Габриэль Лаженесс, сын кузнеца Василия,
Кто был могущественным человеком в деревне и почитаемым всеми мужчинами;
Ибо с самого рождения, во все века и во все народы,
Кузнечное ремесло пользовалось уважением у людей.
Бэзил был другом Бенедикта. Их дети с самого раннего детства
Росли вместе как брат и сестра; и отец Фелициан,
Священник и педагог, оба в деревне, научил их письмам
Из той же самой книги, с гимнами церкви и простыми песнями.
Но когда гимн был пропет, и дневной урок окончен,
Стремительно к горну кузнеца Василия поспешили.
Там в дверях они стояли, с удивлением глядя на него
Возьми в его кожаные колени копыто лошади как игрушку,
Подкову на место прибивая; а рядом с ним покрышка тележного колеса
Лежала, как огненная змея, свернувшись в кольцо пепла.
Часто осенними вечерами, когда снаружи в сгущающемся мраке
Брызгая светом казалась кузница сквозь каждую трещину и щель,
Тепло у кузни внутри Они смотрели на трудящиеся мехи, пепел,
Весело засмеялся и сказал, что это монахини, идущие в часовню.
Часто зимой на санях, быстрых, как орлиный взмах,
Вниз по склону, преследуя, они скользили по лугу.
Нередко в амбарах забирались они к многолюдным гнездам на стропилах,
Ища жадными глазами тот дивный камень, который ласточка

Приносит с берега моря, чтобы вернуть зрение своим птенцам;
Повезло тому, кто нашел этот камень в гнезде ласточки!
Так прошло несколько быстрых лет, и они уже не были детьми.
Был он доблестным юношей, и лик его, как лик зари,
Радовал землю своим светом, И созрел мысль в действие.
Теперь она была женщиной, с сердцем и надеждами женщины.
«Солнечный свет святой Евлалии» звали ее; ибо то было солнце
Которое, как верили крестьяне, наполнит их сады яблоками
И она принесет в дом своего мужа радость и изобилие,
Наполнив его любовью и румяными лицами детей.

Песнь II

Теперь вернулся сезон, когда ночи становятся холоднее и длиннее,
И отступающее солнце вступает в знак Скорпиона.
Перелетные птицы плыли по свинцовому воздуху, от скованного льдами,
Пустынных северных бухт к берегам тропических островов,
Урожай собирали; и дикий с ветрами сентября
Боролись деревья леса, как Иаков в древности с ангелом.
Все предвещало зиму долгую и ненастную.
Пчелы, с пророческим инстинктом нужды, копили свой мед
До тех пор, пока ульи не переполнились; а индейские охотники утверждали, что
Зима будет холодной, потому что лисий мех был густым.
Вот и пришла осень. Затем последовал прекрасный сезон
года, Названный благочестивыми акадскими крестьянами Летом Всех Святых!
Воздух был наполнен мечтательным и волшебным светом; и пейзаж
Лежал как бы заново созданный во всей свежести детства.
Казалось, мир воцарился на земле, и беспокойное сердце океана
Утешилось на мгновение.Все звуки были в гармонии смешаны.
Голоса играющих детей, крики петухов на фермах,
Шум крыльев в сонном воздухе и воркование голубей,
Все было тихо и тихо, как ропот любви и великое солнце
Взглянуло взглядом любви сквозь золотые пары вокруг него;
Облаченные в красновато-коричневые, алые и желтые одежды,
Сияя блеском росы, каждое сверкающее дерево леса
Вспыхивало, как платан, украшенный персидскими плащами и драгоценностями.

Ныне воцарилось царство покоя, любви и тишины.
День с его тяжестью и теплом ушел, и сумерки опустились
Возвратили вечернюю звезду на небо, а стада в усадьбу.
Копая землю, они пришли, и упёрлись друг в друга шеями,
И, раздув ноздри, вдыхая вечернюю свежесть.
В первую очередь, несущая колокольчик, прекрасная телка Эванджелины,
Гордящаяся своей белоснежной шкурой и лентой, развевающейся на воротнике,
Тихо и медленно шагающая, как будто сознавая человеческую привязанность.
Потом вернулся пастух со своим блеющим стадом с моря,
Где было их любимое пастбище. За ними следовал сторожевой пес,
Терпеливый, полный важности и величественный в гордыне своего инстинкта,
Ходивший из стороны в сторону с величественным видом и превосходно
Размахивая своим пушистым хвостом и подгоняя вперед отставших;
Регентом стад был он, когда пастух спал; их защитник,
Когда из ночного леса сквозь звездную тишину волки выли.
Поздно, с восходом луны, Возвратились телеги с болот,
Нагруженные соленым сеном, наполнившим воздух своим запахом.
Весело заржали кони, с росою на гривах и путах,
На плечах их деревянные и тяжелые седла,
Раскрашенные яркими красками и украшенные малиновыми кисточками, цветы.
Терпеливо стояли коровы тем временем и подавали свое вымя
В руку доярки; при этом громко и в правильном ритме
В звучащие ведра спустились пенящиеся ручейки.
Мычание скота и раскаты смеха слышались на хуторском дворе,
Эхом отдавались от амбаров. Вскоре они погрузились в тишину;
Тяжело закрылись, с дребезжанием, створки амбарных дверей,
Загремели деревянные засовы, и все на время замолчали.

В помещении, в тепле у широкоротого камина, лениво сидел крестьянин
В своем подлокотнике и смотрел, как пламя и клубы дыма
Боролись друг с другом, как враги в горящем городе. За ним,
Кивая и насмехаясь вдоль стены, с фантастическими жестами,
метнула свою огромную тень и исчезла во мраке.
Лица, неумело вырезанные из дуба, на спинке кресла
Смеялись в мерцающем свете, а оловянные тарелки на комоде
Ловили и отражали пламя, как щиты армий солнечный свет.
Фрагменты песен, которые пел старик, и колядки Рождества,
Такие, как дома, в старину, его отцы до него
Пели в своих нормандских садах и ярких бургундских виноградниках.
Рядом с отцом сидела кроткая Эванджелина,
Прядя лен для ткацкого станка, который стоял в углу позади нее.
Молчали его педали, отдыхал его прилежный челнок,
Пока однообразный гул колеса, как гул волынки,
Следил за песнями старика и соединял осколки воедино.
Как в церкви, когда пение хора в промежутках смолкает,
В приделах слышны шаги, Или слова священника у алтаря,
Так, в каждой паузе песни, размеренным движением щелкали часы.

Так, пока они сидели, послышались шаги, и, внезапно приподнявшись,
щелкнула деревянная защелка, и дверь качнулась на петлях.
Бенедикт знал по подбитым башмакам, что это кузнец Бэзил,
И по бьющемуся сердцу Эванджелина знала, кто с ним.
«Добро пожаловать!» — воскликнул фермер, когда их шаги остановились на пороге.
«Добро пожаловать, Василий, друг мой! Подойди, займи свое место на скамье
Рядом с камином, который без тебя всегда пуст;
Возьми с полки над головой твою трубку и табакерку;
Никогда так много сам ты, как сквозь курчавый
Дым трубы или кузни Твой приветливый и веселый лик светится
Круглый и красный, как жатвенная луна сквозь туман болот.
Тогда, с довольной улыбкой, так ответил кузнец Василий,
С легким видом присев на привычное место у камина: —
«Бенедикт Бельфонтен, у тебя всегда есть твоя шутка и твоя баллада!
Всегда в самом веселом настроении ты, когда другие полны
Мрачными предчувствиями беды и видят перед собою только гибель.
Счастлив ты, словно каждый день собирал подкову. Прошло несколько дней с тех пор, как английские корабли стояли на якорях.
Вошли в устье Гасперо, направив на нас свои пушки.
Какой у них может быть дизайн, неизвестно; но всем приказано
Наутро собраться в церкви, где указ Его Величества
Будет провозглашен законом в стране. Увы! тем временем
Многие предположения о зле тревожат сердца людей».
Тогда фермер ответил: — «Возможно, какая-то более дружественная цель
Приводит эти корабли к нашим берегам. Возможно, урожай в Англии
Из-за несвоевременных дождей или несвоевременной жары был испорчен,
И из наших лопнувших амбаров они кормили бы свой скот и детей.
«Не так думает народ в деревне», — сказал горячо кузнец,
Покачав головой, как в сомнении; затем, вздохнув, он продолжил: —
«Луисбург не забыт, ни Бо Сежур, ни Порт-Рояль.
Многие уже убежали в лес, и таятся на его окраинах,
С тревожным сердцем ожидая сомнительной участи завтрашнего дня.
У нас отобрали оружие и боевое оружие всех видов;
Ничего не осталось, кроме кузнечных саней и косы косилки.
Тогда с приятной улыбкой ответил веселый крестьянин: —
«Нам безопаснее безоружных среди наших стад и наших нив,
Безопаснее в этих мирных плотинах, осажденных океаном,
Чем наши отцы в крепостях, обстрелян артиллерией противника.
Не бойся зла, друг мой, и пусть сегодня ночью ни тени печали
Падет на этот дом и очаг; ибо это ночь контракта.
Построены дом и сарай. Веселые ребята села
Прочно и хорошо их построили; и, разбив кругом глеб,
Наполнили амбар сеном, а дом едой на двенадцать месяцев.
Скоро будет Рене Леблан со своими бумагами и чернильницей.
Разве мы не будем радоваться и радоваться радости наших детей?»
Как в стороне у окна она стояла, с рукой своего любовника,
Покрасневшая Эванджелина услышала слова, которые сказал ее отец,
И, как они умерли на его устах, вошел достойный нотариус.

Песнь III

Согнутый, как рабочее весло, что трудится в прибое океана,
Согнутый, но не сломанный, возрастом была форма нотариуса;
Копны желтых волос, как шелковая нить кукурузы, свисали
На его плечи; его лоб был высоким; и очки с роговыми дужками
Сидел верхом на носу, с видом мудрости небесной.
Отец двадцати детей был он, и более сотни
Детских детей ехал на его колене, и слышал, как тикают его большие часы.
Четыре долгих года во время войны томился он в плену,
Много страдая в старом французском форте как друг англичан.
Нынче же, хоть и осторожнее вырос, без всякого коварства и подозрения,
Мудростью зрел был он, но терпелив, и прост, и ребячлив.
Его любили все, а больше всего дети;
Ибо он рассказывал им сказки о Лу-гару в лесу,
И о гоблине, пришедшем ночью напоить лошадей,
И о белой Летиче, призраке ребенка, который не окрестил
Умер, и был обречен бродить невидимыми по комнатам детей;
И как в канун Рождества разговаривали волы в конюшне,
И как лихорадку излечил паук, запертый в ореховой скорлупе,
И о чудной силе четырехлистного клевера и подков,
Чем еще было написано в предание деревни.
Потом поднялся с места у камина Василий-кузнец,
Выстучал из трубки пепел и медленно протянул правую руку,
«Отец Леблан, — воскликнул он, — ты слышал разговор в деревне,
И Возможно, вы не можете сообщить нам какие-нибудь новости об этих кораблях и их поручении».
Тогда со скромным видом ответил нотариус, —
«Я слышал достаточно сплетен, правда, но никогда не стал мудрее;
И что может быть их поручение, я знаю не лучше, чем другие.
Но я не из тех, кто воображает какой-то злой умысел
Приводит их сюда, ибо мы в мире; а зачем же тогда приставать к нам?»
«Имя Бога!» закричал торопливый и несколько раздражительный кузнец;
«Должны ли мы во всем искать, как, и почему, и почему?
Ежедневно совершается несправедливость, и сила — право сильнейшего!»
Но, не обращая внимания на его теплоту, продолжал нотариус, —
«Человек несправедлив, но Бог справедлив; и наконец справедливость
Триумфов; и хорошо я помню историю, которая часто утешала меня,
Когда в плену я лежал в старой французской крепости в Порт-Рояле.
Это была любимая сказка старика, и он любил ее повторять.
Когда соседи жаловались, что с ними совершается какая-либо несправедливость.
«Однажды в древнем городе, названия которого я уже не помню, Медная статуя Правосудия
Стояла на площади, держа в левой руке весы,
А в правой меч, как эмблема того, что правосудие правит
Над законами страны, сердцами и домами людей .
Даже птицы свили гнезда на весах весов,
Не боясь меча, сверкавшего на солнце над ними.
Но со временем законы страны исказились;
Сила заняла место права, и слабых притесняли, а могучие
Правили жезлом железным. Потом случилось в дворянском дворце
Что ожерелье из жемчуга было потеряно, и вскоре подозрение
Пало на девушку-сироту, которая жила горничной в доме.
Она, после формы суда приговоренная к смерти на эшафоте,
Терпеливо встретила свою гибель у подножия статуи Правосудия.
Что касается ее Отца на небесах, ее невинный дух вознесся,
Вот! над городом поднялась буря; и удары грома
Поразил бронзовую статую и в гневе швырнул из ее левой руки
Вниз на мостовую под гремящие весы весов,
И в его дупле было найдено гнездо сороки,
В чьи глиняные стены были сплетены из жемчуга.
Умолк, но не убежденный, когда рассказ был окончен, кузнец
Стоял, как человек, который хочет говорить, но не находит языка;
Все мысли его застыли в линии на лице, как пары
Застыли в фантастическом фигурки на оконных стеклах зимой

Тогда Эванджелина зажгла медную лампу на столе,
Наполнила до краев оловянную кружку домашним элем
Орехово-коричневый, который славился своей крепостью в деревне Гран-Пре;
Пока нотариус из кармана доставал бумаги и чернильницу,
Твердой рукой писал дату и возраст сторон,
Назначая приданое невесты в стадах овец и в рогатом скоте.
Все шло чинно, и должным образом и хорошо было завершено,
И великая печать закона была поставлена, как солнце, на поле.
Затем из своего кожаного мешка фермер бросил на стол
Трижды гонорар старика в твердых сребрениках;
И нотариус встал и благословил жениха и невесту,
Поднял кружку эля и выпил за их благоденствие.
Вытерев пену с губ, он торжественно поклонился и ушел,
Пока остальные молча сидели и размышляли у камина,
Тилль Эванджелина вынесла из угла шашечную доску.
Вскоре игра началась. В дружном споре старики
Смеялись над каждым удачным попаданием, или неудачным маневром,
Смеялись, когда человека короновали, или в царском ряду пробивалась
Тем временем вдали, в полумраке оконной амбразуры,
Сб влюбленных, и шептались, глядя на восход луны
Над бледным морем и серебристой мглой лугов.
Тихо друг за другом, на бесконечных небесных лугах,
Расцвели милые звезды, незабудки ангельские.

Так прошел вечер. Вдруг колокол с колокольни
Прозвонил час девять, деревенский комендантский час, и сразу
Встали гости и ушли; и в доме воцарилась тишина.
Много прощальных слов и сладкой спокойной ночи на пороге
Долго задержались в сердце Эванджелины и наполнили его радостью.
Тщательно присыпали тогда угли, что тлели на очаге,
И на дубовой лестнице раздались шаги крестьянина.
Вскоре беззвучным шагом последовала нога Эванджелины.
Вверх по лестнице двигалось светящееся пространство во мраке,
Озаренное не столько лампой, сколько сияющим ликом девы.
Молча она прошла по коридору и вошла в дверь своей комнаты.
Простой была эта комната с белыми занавесками и прессом для одежды
Широкая и высокая, на просторных полках которой были аккуратно сложены
Льняные и шерстяные ткани, сотканные рукой Эванджелины.
Это было драгоценное приданое, которое она принесет своему мужу в браке,
Лучше, чем мелкий и крупный скот, являясь доказательством ее искусства в качестве домохозяйки.
Вскоре она погасила свою лампу, ибо мягкий и лучезарный лунный свет
Лился в окна и освещал комнату, пока сердце девы
Набухало и подчинялось его силе, как трепетные волны океана.
Ах! она была прекрасна, чрезвычайно прекрасна на вид, когда стояла
Обнаженными белоснежными ногами на блестящем полу своей комнаты!
Ей мало снилось, что внизу, среди деревьев сада,
Ждал любовник и следил за отблеском ее лампы и своей тенью.
Но были ее мысли о нем, и порою чувство печали
Проходило над ее душой, как плывущая тень облаков в лунном свете
Пролетела по полу и на миг окутала комнату.
И, взглянув в окно, она увидела, как безмятежно прошла луна
Вышла из складок облака, и одна звезда последовала за ней,
Как из шатра Авраама юный Измаил бродил с Агарью!

Песнь IV

Приятно взошло на следующее утро солнце над деревней Гран-Пре.
Приятно блестела в мягком, сладком воздухе Минасская котловина,
корабли своими зыбкими тенями шли на якоре.
Жизнь давно закипела в деревне, и шумный труд
Стучался своей сотней рук в золотые врата утра.
Нынче из окрестностей, с хуторов и окрестных деревень,
Пришли в праздничных нарядах веселые акадские крестьяне.
Много радостного доброго утра и веселого смеха от молодежи
Сделали светлый воздух ярче, как с бесчисленных лугов,
Где не видно было тропы, кроме следа колес в зеленой лужайке,
Группа за группой появлялись, и присоединился, или проехал по шоссе.
Давным-давно в деревне смолкли все звуки труда.
Улицы были запружены народом; и шумные группы у дверей дома
Сидели на весёлом солнышке, радовались и сплетничали вместе.
Каждый дом был постоялым двором, где всех встречали и пировали;
Ибо с этим простым народом, жившим как братья вместе,
Все вещи были общими, и что было у одного, то и у другого.
Но под кровлей Бенедикта гостеприимство казалось более обильным:
Ибо Эванджелина стояла среди гостей своего отца;
Светло было ее лицо с улыбками, и слова приветствия и радости
Сошли с ее прекрасных уст, и благословила чашу, когда она подавала ее.

Под открытым небом, в благоухающем воздухе сада,
Полоса его золотых плодов, Раскинулся пир обручения.
Там в тени крыльца сидели священник и нотариус;
Там сидели добрый Бенедикт и крепкий кузнец Василий.
Недалеко от них, у пресса для сидра и ульев,
Скрипача Михаила поставили с самым веселым сердцем и жилетом.
Тень и свет от листьев попеременно играли на его белоснежных
Волосах, развевающихся на ветру; и веселое лицо скрипача
Пылало, как живой уголь, когда пепел сдувают с угольков.
Весело старик пел под звонкие звуки своей скрипки,
Tous les Bourgeois de Chartres и Le Carillon de Dunkerque,
И тотчас же деревянными башмаками отбивали такт музыке.
Весело, весело кружили колеса головокружительных танцев
Под садовыми деревьями и по тропинке на луга;
Старики и молодые вместе, и среди них смешались дети.
Прекраснейшей из служанок была Эванджелина, дочь Бенедикта!
Благороднее всех юношей был Гавриил, сын кузнеца!

Так прошло утро.И вот! с призывом звонким
Зазвенел колокол с его башни, и над лугами забил барабан.
Вскоре была переполнена церковь мужчинами. Без, на погосте,
Ждали бабы. Они стояли у могил и висели на надгробиях
Гирляндами из осенних листьев и вечнозеленых растений, только что принесенных из леса.
Затем вышла стража с кораблей и гордо маршировала среди них
Вошла в священный портал. Громким и нестройным лязгом
Раздалось эхом от потолка и створки их медных барабанов,—
Эхом только миг, и медленно тяжеловесный портал
Закрывался, и толпа молча ждала воли воинов.
Тогда встал их командир, и говорил со ступеней алтаря,
Держа в руках, с его печатями, королевское поручение.
«Вы созваны сегодня, — сказал он, — по приказу его величества.
Милосерд и добр он был; но как вы ответили на его доброту,
Да ответит ваше собственное сердце! На мой природный склад и мой нрав
Болезненный
И все же я должен преклониться и повиноваться и исполнить волю нашего монарха,
А именно, что все ваши земли, и жилища, и скот всех родов
конфискованы. короне, а вас самих из этой провинции
переселить в другие земли.Дай Бог вам жить там
Всегда верными подданными, счастливым и миролюбивым народом!
Теперь я объявляю вас узниками; ибо такова воля Его Величества!»
Как, когда воздух безмятежен в знойный летний солнцеворот,
Вдруг собирается буря, и смертоносная градина
Сбивает хлеб фермера в поле и разбивает его окна,
Скрывая солнце и посыпая землю соломою с крыш домов,
С ревом летят стада и стремятся разрушить их ограждения;
Так на сердца людей сошли слова оратора.
Помолчав мгновение, они стояли в безмолвном изумлении, а потом поднялись
Все громче и громче вопль печали и гнева,
И, движимые единым порывом, бешено бросились к дверям.
Напрасной была надежда на спасение; и крики и свирепые проклятия
Пронеслись по дому молитвы; а высоко над головами других
Поднялась, с воздетыми руками, фигура Василия-кузнеца,
Как в бурном море валами кидает рангоут.
Лицо его раскраснелось и исказилось от страсти; и дико закричал он,-
«Долой тиранов Англии! Мы никогда не присягали им на верность!
Смерть этим иностранным солдатам, которые захватывают наши дома и наши урожаи!»
Он хотел бы сказать больше, но безжалостная рука солдата
ударила его по губам и потащила на мостовую.

Посреди ссоры и суматохи яростных раздоров,
Вот! дверь алтаря открылась, и отец Фелициан
вошел с серьезным выражением лица и поднялся по ступеням алтаря.
Подняв преподобную руку, жестом он благоговейно замолчал
Вся эта шумная толпа; и так он говорил со своим народом;
Глубоки были его тона и торжественны; в акцентах мерно и заунывно
Говорил он, как после набата отчетливо бьют часы.
«Что это вы делаете, дети мои? что за безумие вас охватило?
Сорок лет жизни моей я трудился среди вас и учил вас,
Не на словах, а на деле любить друг друга!
Плод ли это моих трудов, моих бдений и молитв и лишений?
Неужели ты так скоро забыл все уроки любви и прощения?
Это дом Князя Мира, и осквернишь ли ты его
Такими насильственными делами и сердца, переполненные ненавистью?
Вот, где взирает на тебя распятый Христос со своего креста!
Смотри, в этих скорбных глазах какая кротость и святое сострадание! их!’
Давайте повторим эту молитву в час, когда нечестивые нападут на нас,
Давайте повторим ее сейчас и скажем: «О Отец, прости их!»
Утонули они, и рыдания раскаяния последовали за страстным всплеском,
В то время как они повторяли его молитву и говорили: «Отче, прости им!»

Потом вечерняя служба.Свечи сияли на алтаре.
Горячим и глубоким был голос жреца, и народ откликнулся,
Не устами одними, но сердцем; и Аве Мария
Запели они, и пали на колени, и души их, с преданностью переведенной,
Поднялись от пыла молитвы, как Илия восходящий на небеса.

Тем временем разнеслась по деревне весть недобрая, и со всех сторон
Бродили, плача, от дома к дому женщины и дети.
Долго стояла у дверей отца Эванджелина, правой рукой
Закрывая глаза от прямых лучей солнца, которое, спускаясь,
Осветило улицу села таинственным великолепием, И покрыло каждую
Крестьянскую избу золотой соломой, и украсило его окна.
Давно уже была расстелена на столе белоснежная скатерть;
Там стоял пшеничный хлеб, и мед благоухал полевыми цветами;
Там стояла кружка эля и свежий сыр, принесенный с сыроварни;
И во главе правления большое кресло фермера.
Так ждала Эванджелина у дверей своего отца, когда закат
Отбросил длинные тени деревьев на широкие амброзиальные луга.
Ах! на дух ее в более глубокой тени пала,
И с полей души ее благоухание небесное взошло,-
Милосердие, кротость, любовь, и надежда, и прощение, и терпение!
Потом, совсем забыв себя, Она побрела в деревню,
Ободряя взорами и словами скорбные сердца женщин,
По темнеющим полям медлительными шагами шли они,
Побуждаемые домашними заботами, и усталые ноги своих детей.
Вниз опустилось великое красное солнце, И в золотых мерцающих парах
Сокрыл свет его лика, как Пророк, спускающийся с Синая.
Сладко над деревней прозвенел колокол Ангелуса.

Тем временем среди мрака у церкви задержалась Эванджелина.
Внутри все было тихо; и напрасно у дверей и окон
Стояла она, и прислушивалась, и смотрела, пока, охваченная волнением,
«Габриэль!» воскликнула она громко с дрожащим голосом; но нет ответа
Пришел из могил мертвых, ни более мрачной могилы живых.
Наконец она медленно вернулась в бездомный дом своего отца.
Тлел огонь в очаге, На столе был ужин невкусный,
Пусто и тоскливо было в каждой комнате, И призраки ужаса кишели.
Печально повторил ее шаг по лестнице и по полу своей комнаты.
Глухой ночью она услышала безутешный дождь, падающий
Громко на увядшие листья платана у окна.
Ярко сверкнула молния; и голос раскаты грома
Сказал ей, что Бог на небесах, и правит миром, который он создал!
Тут она вспомнила сказку, которую слышала о справедливости Неба;
Успокоилась встревоженная душа ее, и мирно проспала она до утра.

Песнь V

Четыре раза всходило и заходило солнце; и вот на пятый день
Весело позвал петуха к спящим служанкам фермы.
Вскоре по желтым полям, молчаливым и скорбным шествием,
Шли из окрестных деревень и хуторов акадские женщины,
В тяжелых телегах везли свой домашний инвентарь к берегу моря,
Остановившись и оглянувшись, чтобы еще раз взглянуть на своих жилищах,
До того, как они были закрыты из виду извилистой дорогой и лесом.
Ближе к бокам бежали их дети и погоняли волов,
А в ручонках обломки игрушек сжимали.

Так к устью Гасперо они поспешили; а там на морском берегу
в беспорядке лежал крестьянский домашний инвентарь.
Весь день между берегом и кораблями курсировали лодки;
Целый день возы с трудом спускались из деревни.
Поздно вечером, когда солнце было уже близко к закату,
Далеко над полями эхом донесся барабанный бой с церковного двора.
Туда толпились женщины и дети. Внезапно двери церкви
Отворились, и вперед вышла охрана, и мрачной процессией
двинулась за давно заточенными, но терпеливыми акадскими фермерами.
Как паломники, идущие вдали от дома и страны,
Поют на ходу, и в пении забывают, что устали и утомлены,
Так с песнями на устах спускались акадские крестьяне
Вниз от церкви к берегу , среди их жен и их дочерей.
В первую очередь пришли юноши; и, возвысив вместе голоса,
Пропели трепетными устами песнопение Католических Миссий: —
«Святое сердце Спасителя! О неистощимый источник!
Наполни наши сердца сегодня силой, покорностью и терпением!»
Тогда старики, когда они шли, и женщины, которые стояли у дороги
Присоединились к священному псалму, и птицы в солнечном свете над ними
Слились с ним свои ноты, как голоса духов ушедших.

На полпути к берегу Эванджелина ждала в молчании,
Не сокрушенная горем, но крепкая в час скорби, —
Спокойно и печально она ждала, пока процессия приблизилась к ней,
И узрела она лицо Габриэля бледного. с эмоциями.
Слезы наполнили тогда глаза ее, и, спеша ему навстречу,
Вцепилась она ему в руки, и положила голову ему на плечо, и прошептала,—
«Гавриил! ободрись! ибо если мы любим друг друга
Ничего Воистину, может навредить нам, какие бы несчастья ни случились!»
Улыбаясь, она говорила эти слова; затем внезапно остановился, ибо ее отец
Увидел, что она медленно продвигается вперед. Увы! как изменился его вид!
Исчез румянец с его щеки, и огонь из его глаз, и его шаги
Тяжелее казались с тяжестью тяжелого сердца в груди.
Но с улыбкой и вздохом она обвила его шею и обняла,
Говоря слова нежности там, где слова утешения не помогли.
Так к устам Гасперо двинулась эта скорбная процессия.

Там царил беспорядок, шум и суматоха при посадке.
Деловито курсировали нагруженные лодки; и в суматохе
Жены были оторваны от мужей, а матери слишком поздно увидели своих детей
Оставленных на земле, простирающих руки, с дичайшими мольбами.
Так в разные корабли Василия и Гавриила повезли,
Пока в отчаянии на берегу стояла Эванджелина с отцом.
Половина дела не была сделана, когда солнце зашло, и сумерки
вокруг сгустились и сгустились; и в спешке приливной океан
Убежал от берега, и оставил линию песчаного пляжа
Покрытый беспризорниками прилива, ламинариями и скользкими водорослями.
Далече, среди хозяйственных пожитков и повозок,
Как в цыганском таборе, или в лиге после боя,
Все бегство отрезано морем, и часовые возле них,
Лежали ночлегом бездомных акадских крестьян.
Обратно в свои сокровенные пещеры отступал ревущий океан,
Таща по берегу гремящую гальку, и оставляя
Вглубь и далеко на берег севшие на мель лодки матросов.
Затем, когда опустилась ночь, стада вернулись со своих пастбищ;
Сладк был влажный неподвижный воздух с запахом молока от их вымени;
С мычанием и долго ждали они у знаменитых баров хуторского двора,—
Ждали и ждали напрасно голоса и руки доярки.
На улицах воцарилась тишина; из церкви не звучал Ангелус,
Не поднимался дым с крыш, и не мерцали огоньки из окон.

Но на берегах тем временем зажглись вечерние костры,
Сложенные из коряг, брошенных на пески с кораблекрушений в бурю.
Вокруг них собрались очертания угрюмых и печальных лиц,
Слышались женские голоса, мужские и детский плач.
От огня к огню, как от очага к очагу в своем приходе,
Шёл верный священник, утешая, и благословляя, и веселя,
Подобно потерпевшему кораблекрушение Павлу на пустынном берегу Мелиты.
Так подошел он к тому месту, где сидела Эванджелина с отцом,
И в мерцающем свете узрел лицо старика,
Изможденное, и пустое, и бледное, и без мыслей, и без эмоций,
Э’эн, как лицо часы, у которых были сняты стрелки.
Напрасно Эванджелина старалась словами и ласками развеселить его,
Напрасно предлагала ему еду; но он не шевелился, он не смотрел, он не говорил
Но пустым взглядом всегда смотрел на мерцающий свет костра.
«Бенедикт!» пробормотал священник, в тонах сострадания.
Он хотел бы сказать больше, но его сердце было полно, и его акценты
Запнулись и остановились на его губах, как ноги ребенка на пороге,
Приглушенные сценой, которую он созерцает, И ужасным присутствием печали.
Молча, поэтому, он положил руку на голову девы,
Подняв свои заплаканные глаза на безмолвные звезды, что над ними
Двигались в своем пути, невозмутимый обидами и горестями смертных.
Потом он сел рядом с ней, и они вместе заплакали в тишине.

Вдруг с юга поднялся свет, как осенью кроваво-красный
Луна карабкается по хрустальным стенам неба и над горизонтом
Подобно Титану простирает свою сотню рук над горами и лугами,
Хватаясь за скалы и за горизонт реки и складывание огромных теней вместе.
Все шире и шире светился он на крышах поселка,
Светился на небе и на море, И на кораблях, что стояли на рейде.
Столбы сияющего дыма вздымались, и вспышки пламени
Вонзались в их складки и удалялись, как дрожащие руки мученика.
Потом, когда ветер схватил глии и горящую солому и, подняв,
Закружил их по воздуху, сразу от сотни крыш
Пускал пелену дыма с вспышками пламени вперемежку.

Эти твари в смятении созерцали толпу на берегу и на корабле.
Сначала они стояли безмолвно, потом громко закричали от тоски:
«Мы больше не увидим наших домов в деревне Гранд-Пре!»
Громко вдруг запели петухи на хуторских дворах,
Думая, что день настал; и вдруг мычание скота
Пришел вечерний ветерок, лай собак прервал.
Затем поднялся звук ужаса, такой как вздрагивание спящих лагерей
Далеко в западных прериях или лесах, которые огибают Небраску,
Когда дикие испуганные лошади проносятся со скоростью вихря,
Или громкое мычание стад буйволов спешить к реке.
Такой шум поднялся в ночи, когда табуны и кони
Прорвались через загоны и изгороди и бешено помчались по лугам.

Потрясенные зрелищем, но безмолвные, жрец и дева
Смотрели на сцену ужаса, которая краснела и расширялась перед ними;
И когда они наконец повернулись, чтобы поговорить со своим молчаливым спутником,
Вот! со своего места он упал и растянулся на берегу моря
Неподвижно лежала его форма, от которой отошла душа.
Жрец медленно поднял безжизненную голову, а девица
Опустилась на колени рядом с отцом и громко завыла от ужаса.
Потом в обмороке она упала, и лежала с головой на его груди.
Всю долгую ночь она лежала в глубоком, забывчивом сне;
И когда она очнулась от транса, она увидела множество возле себя.
Лица друзей, которые она видела, которые скорбно смотрели на нее,
Бледные, с заплаканными глазами и взглядами грустнейшего сострадания.
Еще пламя горящего села освещало пейзаж,
Красило небо над головой и блестело на лицах вокруг,
И роковым днем ​​казалось оно ее колеблющимся чувствам.
Тогда знакомый голос она услышала, как он сказал людям,-
«Давайте похороним его здесь, у моря. Когда счастливая пора
Принесет нас снова в наши дома из неведомой земли нашего изгнания,
Тогда его священный прах благочестиво положи на церковном дворе».
Таковы были слова жреца. И там в спешке у моря,
Имея блеск горящей деревни для погребальных факелов,
Но без колокола и книги, Они похоронили фермера Гран-Пре.
И как голос священника повторил службу скорби,
Вот! скорбным звуком, похожим на голос огромного собрания,
Торжественно ответило море и смешало свой рев с панихидами.
‘T был возвратный прилив, что вдали от пустыни океана,
С первым рассветом дня, вздымаясь и спеша к берегу.
Затем снова начались движение и шум посадки;
И с отливом корабли уплыли из гавани,
Оставив после себя мертвецов на берегу, и деревню в руинах.

Часть вторая

Песнь I

Много утомительных лет прошло с тех пор, как сожгли Гранд-Пре,
Когда с отливом отплыли грузовые суда,
Унося в изгнание нацию со всеми ее домашними богами.
Изгнание без конца и без примера в истории.
Далеко друг от друга, на разных берегах высадились акадийцы;
Были они рассеяны, как хлопья снега, когда ветер с северо-востока
Наклоняется сквозь туманы, которые затемняют Берега Ньюфаундленда.
Беспризорные, бездомные, безнадежные, они скитались из города в город,
От холодных озер Севера к знойным южным саваннам,—
От суровых берегов морских к землям, где Отец вод
Захватывает холмы в своей руки, и тащит их вниз к океану,
Глубоко в своих песках, чтобы похоронить разбросанные кости мамонта.
Друзей они искали и дома; и многие, отчаявшиеся, с разбитым сердцем,
Просили у земли лишь могилу, а не друга и не очаг.
Написанная их история стоит на каменных скрижалях на кладбищах.
Давно среди них видна была дева, что ждала и странствовала,
Низкая и кроткая духом, и все терпеливо терпящая.
Прекрасна была она и молода; но увы! перед нею простиралась,
Тоскливая, безбрежная и безмолвная, пустыня жизни, с ее дорогой
Отмеченная могилами тех, кто скорбел и страдал до нее,
Страсти давно угасшие, и надежды давно умершие и покинутые,
Как у эмигранта Путь над западной пустыней отмечен
кострами, давно потухшими, и костями, которые белеют на солнце.
Что-то было в ее жизни незаконченным, несовершенным, незаконченным;
Словно июньское утро, со всей его музыкой и солнцем,
Внезапно замерло в небе, и, угасая, медленно спустилось
На восток снова, откуда поздно взошло.
Иногда она задерживалась в городах, пока, побуждаемая лихорадкой в ​​ней,
Побуждаемая беспокойной тоской, голодом и жаждой духа,
Она снова не начинала свои бесконечные поиски и усилия;
Иногда по погостам бродила, И глядела на кресты и надгробья,
Сидела у какой-то безымянной могилы, И думала, что, может быть, в ее лоне
Он уже покоился, и ей хотелось дремать подле него.
Иногда слух, слух, невнятный шепот,
Приходил своей воздушной рукой, чтобы указать и манить ее вперед.
Иногда она говорила с теми, кто видел ее возлюбленного и знал его,
Но это было давно, где-то далеко или забыто.
«Габриэль Лаженесс!» Они сказали; да! мы видели его.
Он был с кузнецом Василием, и оба ушли в прерии;
Coureurs-des-Bois они и знаменитые охотники и трапперы.»
«Gabriel Lajeunesse!» сказали другие; «О да! мы видели его.
Он путешественник в низинах Луизианы».
Тогда бы они сказали: «Дорогое дитя! зачем мечтать и ждать его дольше?
Разве нет других юношей столь же прекрасных, как Гавриил? другие
У кого сердца такие же нежные и верные, а души такие же верные?
Вот Батист Леблан, сын нотариуса, который любил тебя
Много утомительного года; подойди, протяни ему руку и будь счастлив!
Ты слишком прекрасна, чтобы заплетать косы святой Екатерине».
Тогда Эванджелина отвечала бы безмятежно, но грустно: «Я не могу! —
Куда пошло мое сердце, туда следует моя рука, и нигде больше.
Ибо когда сердце идет впереди, как светильник, и освещает путь,
Многое проясняется, что еще скрыто во мраке.»
Тогда священник, ее друг и духовник,
Сказал с улыбкой , — «О дочь! твой Бог так говорит в тебе!
Не говори о напрасной любви, любовь никогда не пропадала даром;
Если он не обогатит сердце другого, его воды, возвращаясь
Обратно к своим источникам, как дождь, наполнят их полным освежения;
То, что исходит из источника, возвращается обратно в источник.
Терпение; исполни свой труд; соверши свою работу любви!
Печаль и безмолвие сильны, а терпение богоподобно.
Итак исполни свой труд любви, пока сердце не станет богоподобным,
Очистится, укрепится, усовершенствуется и станет более достойным неба!»
Ободренная словами доброго человека, Эванджелина трудилась и ждала. погребальная панихида океана,
Но к ее звуку примешался голос, который шептал: «Не отчаивайся!»
Так бродила та бедная душа в нужде и безрадостной невзгоде
Кровоточа, босая, по осколкам и шипам бытия.
Дай мне эссе, о Муза! идти по стопам скитальца;—
Не через каждый извилистый путь, через каждый изменчивый год существования;
Но как путник следует руслом ручья через долину:
Временами далеко от его края, и видя отблеск его воды
То здесь, то там, на каком-нибудь открытом пространстве, и лишь изредка;
Затем, приближаясь к его берегам, сквозь лесной мрак, скрывающий его,
Хотя он не видит его, он слышит его непрерывный ропот;
Счастлив, наконец, если найдет место, где она достигает выхода.

Песнь II

Это был май месяц. Далеко вниз по Красивой Реке,
Мимо берега Огайо и мимо устья Вабаша,
В золотой поток широкой и быстрой Миссисипи,
Плыла громоздкая лодка, на которой гребли акадские лодочники.
То была банда изгнанников: как бы плот из потерпевшего кораблекрушение
Народа, разбросанного по берегу, теперь вместе плывущего,
Связанного узами общей веры и общей беды;
Мужчины, женщины и дети, которые, руководствуясь надеждой или слухами,
Искали своих родных и близких среди малоземельных фермеров
На побережье Акадии и в прериях прекрасной Опелузы.
С ними пошла Эванджелина и ее проводник, отец Фелициан.
Вперед по затонувшим пескам, через пустыню, мрачную с лесами,
День за днем ​​они скользили по бурной реке;
Ночь за ночью, у своих пылающих костров, расположились лагерем на его границах.
То через стремительные желоба, то среди зеленых островов, где перьями
Хлопковые деревья качали тенистыми гребнями, влеклись течением,
Потом выходили в широкие лагуны, где серебристые отмели
Лежали в ручье, и по хлюпающим волнам их окраины,
Сверкая белоснежными перьями, шли вброд большие стаи пеликанов.
Выровнялся пейзаж, и вдоль берегов реки,
В тени фарфоровых деревьев, среди пышных садов,
Стояли дома плантаторов, с негритянскими хижинами и голубятнями.
Они приближались к краю, где царит вечное лето,
Где через Золотой берег, и апельсиновые и лимонные рощи,
Величественным изгибом несется река на восток.
Они тоже сбились с курса; и, войдя в залив Plaquemine,
Вскоре были потеряны в лабиринте медлительных и окольных вод,
Которые, как стальная сеть, простирались во всех направлениях.
Над их головами высокие и темные ветви кипарисов
Сошлись сумрачным сводом, и стелющиеся мхи в воздухе
Развевались, как знамёна, висящие на стенах древних соборов.
Мертвой казалась тишина и не нарушалась, кроме цапель
Домой к своим гнездам в кедрах, возвращающихся на закате,
Или совы, когда он приветствовал луну демоническим смехом.
Прекрасен был лунный свет, когда он глядел и блестел на воде,
Блеснул на колоннах кипариса и кедра, поддерживающих своды,
Вниз, сквозь разбитые своды которого он падал, как сквозь щели в руинах.
Сновидно, и неясно, и странно было все вокруг них;
И на душу их нашло чувство удивления и печали, —
Странные предчувствия беды, невиданной и необъяснимой.
Как под топот конского копыта по дерну прерий,
Далеко заранее закрываются листья увядающей мимозы,
Так под копытами судьбы, с печальными предчувствиями зла,
Сжимается и закрывает сердце, прежде чем удар судьбы достиг его.
Но сердце Эванджелины было поддержано видением, которое слабо
плыло перед ее глазами и манило ее сквозь лунный свет.
Это мысль ее мозга приняла форму призрака.
По этим тенистым проходам Гавриил брел перед нею,
И каждый взмах весла теперь приближал его все ближе и ближе.

Тогда на его место, на носу лодки, поднялся один из гребцов,
И, как сигнальный звук, если другие, подобные им, быть может,
Плыли по тем сумрачным и полуночным потокам, Затрубил в свой рожок.
Дико сквозь темные колоннады и лиственные коридоры прогремел взрыв,
Нарушив печать тишины и дав языки лесу.
Беззвучно над ними стяги мха только шевелились под музыку.
Многочисленные эхо пробуждались и умирали вдали,
Над водным полом и под гулкими ветвями;
Но ни один голос не ответил; из тьмы не последовало ответа;
И, когда стихло эхо, как чувство боли было молчание.
Потом Эванджелина уснула; но лодочники плыли сквозь полночь,
Временами молчаливые, затем распевая знакомые канадские лодочные песни,
Такие, какие они пели в старину на своих акадских реках,
В то время как сквозь ночь слышались таинственные звуки пустыни,
Далекие прочь, — неясно, — как волна или ветер в лесу,
Смешанный с криком журавля и ревом мрачного аллигатора.

Так еще до полудня они вышли из теней; а перед ними
Лежат под золотым солнцем озера Атчафалаи.
Водяные лилии мириадами качались на зыбких волнах
Созданные проплывающие веслами, и, сияя красотой, лотос
Поднял свою золотую корону над головами лодочников.
Сладен был воздух от пахучего дыхания цветков магнолии,
И от зноя полудня; и бесчисленные лесные острова,
Ароматные и густо увитые цветущими изгородями из роз,
Рядом с берегами которых они скользили, приглашенные на сон.
Вскоре прекраснейшим из них были подвешены их усталые весла.
Под ветвями ив Вачита, что росли на опушке,
Надежно их лодка была пришвартована; и рассеялись по лужайке,
Утомленные полуночным трудом, усталые путники дремали.
Над ними обширно и высоко простиралась крона кедра.
Раскачиваясь на своих великих руках, трубный цветок и виноградная лоза
Подвесили свою лестницу из веревок, как лестницу Иакова,
По чьим висячим ступеням ангелы восходили, спускались,
Были быстрыми колибри, что порхали с цветка цвести.
Таково было видение, которое увидела Эванджелина, дремлющая под ним.
Наполнилось любовью ее сердце, и рассвет разверзшихся небес
Осветил ее душу во сне славой небесных краев.

Ближе, все ближе, среди бесчисленных островов,
Мчалась легкая, быстрая лодка, что мчалась по воде,
Подгоняемая жилистыми руками охотников и звероловов.
На север его нос был повернут, в землю бизонов и бобров.
У руля сидел юноша с задумчивым и озабоченным лицом.
Темные и небрежные локоны затмили его лоб, и грусть
Несколько не по годам на лице была написана разборчиво.
Это был Гавриил, который, утомленный ожиданием, несчастный и беспокойный,
Искал в западных дебрях забвения себя и печали.
Быстро скользили они, подле острова,
Но на противоположном берегу, и за ширмой пальм,
Так что не видели они лодки, Где она лежала, спрятанная в ивах,
Все нетронутая весла их, и невидимые, были спящие,
Ангел Божий не было никого, чтобы разбудить спящую деву.
Быстро они скользили, как тень облака в прерии.
После того, как вдалеке замер шум их весел на колодцах,
Как от волшебного транса спящие проснулись, и девица
Со вздохом сказала дружелюбному священнику: «О отец Фелициан!
Что-то говорит в моем сердце, что рядом со мной Гавриил бродит.
Глупый сон, праздное и смутное суеверие?
Или ангел прошел и открыл моему духу истину?»
Затем, покраснев, она добавила: «Увы, моя доверчивая фантазия!
Для таких ушей, как твои, такие слова не имеют значения.
Но отвечал преподобный, и он улыбался, отвечая,—
«Дочь, слова твои не праздны; и не лишены они для меня смысла.
Чувство глубокое и неподвижное; и слово, что плывет по поверхности
, Как буй, выдающий, где спрятан якорь.
Поэтому доверься своему сердцу и тому, что мир называет иллюзиями.
Воистину Гавриил рядом с тобой; ибо недалеко к югу,
На берегах Тече находятся города Сен-Мор и Св.Мартин.
Там долго странствующая невеста вновь будет отдана жениху своему,
Там давно отсутствующий пастырь вернет свое стадо и свою овчарню.
Прекрасна земля с ее прериями и фруктовыми лесами;
Под ногами сад цветов и синее небо
Склонившись выше, и упираясь куполом в стены леса.
Те, кто там живет, назвали его Эдемом Луизианы».

С этими радостными словами они встали и продолжили свой путь.
Тихо наступил вечер. Солнце с западного горизонта
Как волшебник простер свой золотой жезл над пейзажем;
Возникли мерцающие пары; и небо, и вода, и лес
Казалось, все в огне при прикосновении, и таяло, и смешивалось воедино.
Вися меж двух небес, облако с серебристыми краями,
Плыла лодка с капающими веслами по неподвижной воде.
Сердце Эванджелины наполнилось невыразимой сладостью.
Тронутые волшебным заклинанием, священные источники чувств
Засияли светом любви, как небеса и воды вокруг нее.
Потом из близлежащих чащ пересмешник, самый дикий из певцов,
Качаясь на ветвях ивы, что висели над водой,
Из глотки его тряслись такие потоки безумной музыки,
Что весь воздух и лес и волны, казалось, молчали, чтобы слушать.
Сначала были жалобные тона и грустные; затем взмыли до безумия
Казалось, они следуют или направляют веселье бешеных вакханок.
Тогда раздались одиночные ноты, в скорбном, низком плаче;
Пока, собрав их всех, Он не швырнул их вдаль с насмешкой,
Как когда после бури порыв ветра сквозь верхушки деревьев
Стряхивает грохочущий дождь Хрустальным дождем на ветки.
С такой прелюдией и сердцами, что трепещут от волнения,
Медленно вошли они в Тече, где она течет сквозь зеленые опелузы,
И сквозь янтарный воздух, над гребнем леса,
Увидели колонну дым, который поднялся из соседнего жилища;-
Звуки рога они услышали, и далекое мычание скота.

Песнь III

Рядом с берегом реки, в тени дубов, из ветвей которых
Красуются гирлянды испанского мха и мистической омелы,
Таких, как друиды срубали золотыми топорами в святочный прилив,
Стояли, уединенные и неподвижные , дом пастуха.Сад
Опоясав его поясом пышных цветов,
Наполнив воздух благоуханием. Сам дом был из бревен
, вытесанных из кипариса и тщательно подогнанных друг к другу.
Большая и низкая была крыша; и на стройных колоннах, поддерживаемых,
Увитая розами, окруженная виноградной лозой, широкая и просторная веранда,
Приют колибри и пчелы, простирающаяся вокруг нее.
В каждом конце дома, среди цветов сада,
Расставлены голубятни, как вечный символ любви,
Сцены бесконечных ухаживаний и бесконечных споров соперников.
На месте воцарилась тишина. Линия тени и солнца
Пролегала у верхушек деревьев; но сам дом был в тени,
И из его трубы, поднимаясь и медленно расширяясь
В вечерний воздух, поднимался тонкий голубой столбик дыма.
В задней части дома, от садовой калитки, шла тропинка
Через великие дубовые рощи к окраинам бескрайней прерии,
В чье море цветов медленно опускалось солнце.
Полный света, как корабли с теневым полотном.
Свисающие со своих рангоутов в неподвижном безветрии тропиков.

Как раз там, где лес встречался с цветущим прибоем прерии,
Верхом на коне, с испанским седлом и стременами,
Пастух сидел, одетый в гетры и дублет из оленьей шкуры.
Широким и смуглым было лицо, которое из-под испанского сомбреро
Глядело на мирную сцену властным взглядом своего хозяина.
Вокруг него были бесчисленные стада коров, которые паслись
Тихо на лугах и дыша парной свежестью
Которые поднимались из реки и растекались по ландшафту.
Медленно подняв рог, висевший на боку, и
выдвинув полностью свою широкую, глубокую грудь, он издал дудку, которая
раздалась дико, сладко и далеко в неподвижном влажном вечернем воздухе.
Вдруг из травы длинные белые рога быка
Поднялись хлопьями пены на встречных течениях океана.
Мгновенье молчали они, потом с ревом понеслись над прерией,
И вся масса стала облаком, тенью вдали.
Затем, когда пастух повернулся к дому, через ворота сада
Увидел он формы священника и девушки, идущие ему навстречу.
Внезапно он спрыгнул с коня в изумлении и вперед
Бросился с распростёртыми руками и восклицаниями удивления;
Увидев его лицо, они узнали кузнеца Василия.
Радушно его встретили, когда он вел своих гостей в сад.
Там, в розовой беседке, с бесконечными вопросами и ответами,
Дали они выход своим сердцам, И возобновили дружеские объятия,
Смеясь и плача попеременно, Или сидя молча и задумчиво.
Задумчивый, потому что Гавриил не пришел; и теперь темные сомнения и опасения
Украли девичье сердце; и Бэзил, несколько смущенный,
Нарушил молчание и сказал: «Если вы пришли по Атчафалае,
Как вы нигде не встретили лодку моего Габриэля на реке?»
По лицу Эванджелины при словах Василия пробежала тень.
Слезы выступили у нее на глазах, и она сказала с дрожащим акцентом: —
— Ушел? Габриэль ушел? и, спрятав лицо на его плече,
Все ее перегруженное сердце дрогнуло, и она плакала и причитала.
Тогда добрый Василий сказал, — и голос его стал веселее, когда он сказал это, —
«Ободрись, дитя мое, он только сегодня ушел.
Глупый мальчик! он оставил меня наедине с моими стадами и мои лошади
Угрюмый и беспокойный, взрослый, испытанный и беспокойный, его дух
Не мог больше выносить спокойствия этого тихого существования.
Всегда думая о тебе, неуверенно и грустно всегда,
Всегда молчаливая или говорящая только о тебе и о своих бедах,
Наконец, он стал так утомителен для мужчин и девиц,
Утомлен даже для меня, что, наконец, я вспомнил себя , и послал его
В город Адайес для обмена мулов с испанцами.
Отсюда он пойдет индейскими тропами к горам Озарк,
Охота за пушниной в лесах, на реках ловит бобра.
Поэтому ободритесь; мы пойдем за беглым любовником;
Он недалеко в пути, и Судьбы и потоки против него.
Завтра вверх и вниз, сквозь красную росу утра
Мы быстро последуем за ним и вернем его в его тюрьму.»

Тут послышались радостные голоса, и поднялся с берегов реки,
Поднявшись на руках товарищей, Михаил-скрипач.
Долго жил он под кровом Василия, как бог на Олимпе,
Не имея другой заботы, кроме как раздавать музыку смертным.
Прославился он своими серебряными локонами и своей скрипкой.
«Да здравствует Михаил, — кричали они, — наш храбрый акадский менестрель!»
Когда они несли его в триумфальном шествии; и тут же
Отец Фелициан подошел к Эванджелине, приветствуя старика
Часто и ласково, и вспоминая прошлое, в то время как Василий, восхищенный,
Приветствовал с веселой радостью своих старых товарищей и сплетников,
Громко и долго смеясь, и обнимая матерей и дочерей .
Много они дивились, увидев богатство кузнеца сидеванта,
Все его владения и его стада, и его патриархальное поведение;
Много они изумлялись слушать его рассказы о почве и климате,
И прерии; чьи бесчисленные стада были его, кто их забрал;
Каждый думал в сердце своем, что и он пойдет и сделает то же самое.
Так они поднялись по ступеням, и, перейдя ветреную веранду,
Вошли в сени дома, где уже ужин Василия
Ждал его позднего возвращения; и они отдыхали и пировали вместе.

Над радостным пиром опустилась внезапная тьма.
Все безмолвно снаружи, и, озаряя пейзаж серебром,
Прекрасна взошла росистая луна и мириады звезд; но в дверях,
Ярче, чем эти, сияли лица друзей в мерцающем свете лампы.
Затем со своего места наверху, во главе стола, пастух
излил свое сердце и свое вино вместе в бесконечном изобилии.
Закуривая трубку, наполненную сладким табаком Natchitoches,
Так он говорил своим гостям, которые слушали и улыбались, слушая: —
«Добро пожаловать еще раз, мои друзья, давно уже одинокие и бездомные,
Добро пожаловать
Здесь нет голодной зимы, как реки, кровь нашу стынет,
Здесь каменистая земля не вызывает гнева земледельца.
Плавно лемех проходит по почве, как киль по воде.
Круглый год цветут апельсиновые рощи; а трава за одну ночь вырастает на
больше, чем за целое канадское лето.
Здесь тоже бесчисленные стада бродят и невостребованы в прериях;
Здесь тоже можно просить земли, а лесные леса
Несколькими ударами топора вырубаются и срубаются в дома.
После того, как ваши дома будут построены, а ваши поля пожелтеют от урожая,
Ни один король Англии Джордж не изгонит вас из ваших усадеб,
Сожжет ваши жилища и амбары и украдет ваши фермы и ваш скот.
Говоря эти слова, он выпустил из ноздрей гневную тучу,
Пока его громадная смуглая рука гремела на стол,
Так что гости все вздрогнули; и отец Фелициан, изумленный,
Вдруг остановился, щипком нюхательного табака на полпути к ноздрям.
Но храбрый Василий продолжал, и слова его были мягче и веселее: —
«Только берегитесь лихорадки, друзья мои, берегитесь лихорадки!
Ибо он не такой, как в нашем холодном акадском климате,
Лечится ношением паука на шее в двух словах!»
Затем послышались голоса у двери и приближающиеся шаги прохладная веранда.
Это были соседние креолы и мелкие акадские плантаторы,
Которые были созваны все в дом Василия Пастуха.
Веселая была встреча давних товарищей и соседей:
Друг сжимал друга в объятьях; и те, кто прежде были как чужие,
Встретившись в изгнании, сразу же стали друг другу друзьями,
Связанные нежными узами общей страны вместе.
Но в соседнем зале мелодия, исходившая
От созвучных струн мелодичной скрипки Михаила,
Прервала всю дальнейшую речь.Прочь, как дети в восторге,
Все забытое рядом, они отдались сводящему с ума
Вихру головокружительного танца, когда он несся и качался под музыку,
Сказочный, с сияющими глазами и трепетом развевающихся одежд.

Между тем, порознь, во главе зала, сидели священник и пастух
, беседуя вместе о прошлом, настоящем и будущем;
В то время как Эванджелина стояла как завороженная, ибо в ней
Старые воспоминания поднялись и зазвучали посреди музыки
Услышала она шум моря и неудержимую печаль
Настигла ее сердце, и незаметно она ускользнула в сад.
Прекрасна была ночь. За черной стеной леса,
Оканчивая вершину серебром, взошла луна. На реку
Падал кое-где сквозь ветки трепетный отблеск лунного света,
Словно сладкие мысли о любви на помраченном и коварном духе.
Ближе и вокруг нее многообразные цветы сада
Изливали свои души в ароматах, которые были их молитвами и исповедями
В ночь, которая шла своим путем, как безмолвный картезианец.
Полнее благоухания, чем они, и так же тяжелы от теней и ночной росы,
Повисло сердце девы. Спокойствие и волшебный лунный свет
Казалось, затопили ее душу невыразимой тоской;
Как через калитку, и под тенью дубов,
Прошла она по тропинке к краю бескрайней прерии.
Он лежал безмолвный, с серебристой дымкой на нем, и светлячки
Сверкали и улетали в смешанном и бесконечном количестве.
Над ее головой звезды, мысли Бога в небесах,
Сияли на глазах человека, который перестал дивиться и поклоняться,
Спасти, когда пылающая комета была замечена на стенах того храма,
Как будто рука появился и написал на них: «Уфарсин.
И душа девы, между звездами и светлячками,
Блуждала одна, и плакала: «О Гавриил! О мой возлюбленный!
Ты так близко ко мне, и все же я не могу видеть тебя?
Ты так близок ко мне, и все же твой голос не достигает меня?
Ах! как часто твои ноги ступали по этой тропинке в прерии!
Ах! как часто твои глаза смотрели на окружающие меня леса!
Ах! как часто под этим дубом, возвращаясь с работы,
Ты ложился отдохнуть и грезить обо мне в своих снах!
Когда же увидят эти глаза, эти руки скрещены вокруг тебя?»
Громко и внезапно и близко прозвучала нота козодоя
Словно флейта в лесу; и тотчас, сквозь окрестные чащи,
Все дальше и дальше она плыла и погрузился в тишину.
«Терпение!» шептали дубы из пророческих пещер тьмы:
И с лунного луга отвечал вздох: «Завтра!»

Ярко взошло солнце на следующий день; и все цветы сада
омывали его сияющие ноги своими слезами и умащали его локоны
восхитительным бальзамом, который они носили в своих хрустальных вазах.
«Прощай!» — сказал священник, стоя у темного порога.
«Смотри, приведи нам Блудного Сына от его поста и голода,
И также Юродивую Деву, которая спала, когда жених шел.
«Прощай!» — ответила девица и, улыбаясь, спустились с Василием
Вниз к берегу реки, где уже ждали лодочники.
Так начав путь с утра, и солнца, и радости, бегство того, кто мчался перед ними,
Ветром судьбы, как мертвый лист над пустыней,
Ни в тот день, ни в следующий, ни в последующий день,
Нашли они след его пути, в озере ни в лесу, ни в реке,
И спустя много дней они не нашли его; но смутные и неопределенные
Только слухи были их проводниками по дикой и пустынной Стране;
До, в маленькой гостинице испанского городка Адайес,
и утомленные, они сошли и узнали от болтливого хозяина,
Что накануне, с лошадьми и проводниками и товарищами,
Габриэль покинул деревню, и пошел по дороге прерий.

Песнь IV

Далеко на западе лежит пустынная земля, где горы
Поднимают сквозь вечные снега свои высокие и светящиеся вершины.
Вниз с их зазубренных, глубоких оврагов, где ущелье, как ворота,
Открывает проход грубо к колесам эмигрантского фургона,
На запад течет Орегон и Уоллуэй и Оуихи.
На восток, окольными путями, среди гор Ветер-Ривер,
Через Долину Сладкой воды стремительно прыгает Небраска;
А к югу, от Фонтен-ки-бута и испанских сьерр,
Испещренных песками и камнями и омываемых ветром пустыни,
Бесчисленные потоки, с непрекращающимся звуком спускаются к океану,
Подобно великим аккорды арфы в громких и торжественных вибрациях.
Между этими ручьями раскинулись дивные, прекрасные прерии,
Волнистые бухты травы, вечно катящиеся в тени и на солнце,
Яркие пышными гроздьями роз и лиловых аморф.
Над ними бродили стада буйволов, лосей и косуль;
Над ними бродили волки и табуны без седоков;
Огонь, который взрывает и губит, и ветры, утомленные путешествием;
По ним бродят разрозненные племена детей Измаила,
Окрашивая пустыню кровью; и над их ужасными тропами войны
Кругами и парусами ввысь, на крыльях величественных, стервятник,
Подобно неумолимой душе вождя, убитого в бою,
По невидимой лестнице восходящей и масштабирующей небеса.
Кое-где поднимаются дымы от лагерей этих диких мародеров;
Кое-где возвышаются рощи с окраин быстрых рек;
И угрюмый, молчаливый медведь, монах-отшельник пустыни,
Спускается по их темным оврагам, чтобы копать корни у ручья,
И над всем небо, ясное и хрустальное небо,
Как покровительствующая рука Бога, перевернутого над ними.

В эту чудесную землю, у подножия гор Озарк,
Далеко вошел Габриэль, а за ним охотники и звероловы.
День за днем, с их индейскими проводниками, девицей и Василием
Следовали за его летящими шагами, и каждый день думали, чтобы догнать его.
Иногда они видели или думали, что видели, дым его костра
Поднимитесь в утреннем воздухе с далекой равнины; но с наступлением ночи,
Когда они достигли места, они нашли только угли и пепел.
И хотя их сердца порою грустили, а тела были утомлены,
Надежда все же вела их, как волшебная Фата Моргана
Показала им свои озера света, что отступали и исчезали перед ними.

Однажды, когда они сидели у своего вечернего костра,
молча вошла в маленький лагерь индейская женщина, чьи черты
носили глубокие следы печали и терпения, столь же великого, как ее печаль.
Она была женщиной шауни, возвращавшейся домой к своему народу,
Из дальних охотничьих угодий жестоких каманчей,
Где был убит ее канадский муж, курьер-де-Буа.
Растроганы были сердца их рассказом, и радушнейшим и теплейшим приемом
Одарили они словами радости, и она села и пировала среди них
Мясо буйвола и оленину, приготовленную на углях.
Но когда их трапеза была закончена, и Василий и все его спутники,
Утомленные долгим дневным переходом и погоней за оленями и бизонами,
Растянулись на земле и уснули там, где трепетал огонь огня
Вспыхнул на их смуглые щеки, и их формы, закутанные в одеяла
Потом у дверей шатра Эванджелины она села и повторила
Медленно, с мягким, низким голосом, и очарование ее индийского акцента,
Всю историю ее любви, с ее удовольствия, и боли, и неудачи.
Эванджелина много плакала, услышав эту историю и зная, что другое
несчастное сердце, подобное ее собственному, любило и было разочаровано.
До глубины души растрогана жалостью и женским состраданием,
Но в печали радовалась, что рядом с ней страдалец,
В свою очередь рассказала она о своей любви и о всех ее бедствиях.
Немой от удивления Шауни села, и когда она закончила
Все еще была немой; но наконец, как будто таинственный ужас
пронзил ее мозг, она заговорила и повторила рассказ о Моуи;
Моуис, снежный жених, который выиграл и женился на девушке,
Но, когда наступило утро, встал и ушел из шалаша,
Угасая, тает и растворяется в солнечном свете,
Пока она не увидит его больше, хотя она последовала далеко в лес.
Потом тем сладким, тихим голосом, что казался странным заклинанием,
Рассказала она сказку о прекрасной Лилинау, за которой ухаживал призрак,
Которая сквозь сосны над отцовским домиком в тиши из сумерек,
Дышал, как вечерний ветер, и шептал девушке о любви,
Пока она не последовала за его зеленым и развевающимся пером через лес,
И никогда больше не возвращалась, и ее люди не видели больше.
Молча от изумления и странного удивления, Эванджелина слушала
Мягкий поток своих волшебных слов, пока местность вокруг нее
Не казалась заколдованной землей, а ее смуглая гостья — чародейкой.
Медленно над вершинами гор Озарк взошла луна,
Осветив маленькую палатку, и с таинственным великолепием
Прикоснувшись к мрачным листьям, и обняв и наполнив лес.
С восхитительным звуком мчался ручеек, и ветви
Колыхались и вздыхали над головой еле слышным шепотом.
Мыслями любви наполнено было сердце Эванджелины, но тайна,
Тонкое чувство вкралось в него от боли и неопределенного ужаса,
Как холодная ядовитая змея вползает в гнездо ласточки.
Это был не земной страх. Дыхание из области духов
Казалось, парит в воздухе ночи; и она почувствовала на миг
Что, как индейская дева, она тоже гонится за призраком.
С этой мыслью она заснула, и страх и призрак исчезли.

Рано утром поход возобновился; и Шауни
Сказали, пока они путешествовали: «На западном склоне этих гор
Живет в своей маленькой деревне глава Миссии в Черной мантии.
Многому учит он людей и рассказывает им о Марии и Иисусе;
Громко смеются их сердца от радости и плачут от боли, когда они слышат его».
Тогда с внезапным и тайным волнением Эванджелина ответила: —
«Пойдем в Миссию, ибо там нас ждут добрые вести!»
Туда они повернули коней, и за отрогом гор,
Как только солнце село, они услышали ропот голосов,
И на лугу зеленом и широком, у реки,
Увидели палатки христиан, палатки миссии иезуитов.
Под высоким дубом, что стоял посреди деревни,
На колени стоял вождь Черных мантий со своими детьми. Распятие, закрепленное
Высоко на стволе дерева, и затененное виноградной лозой,
Взглянуло своим мучительным лицом на толпу, стоящую на коленях под ним.
Это была их сельская часовня. Вверху, сквозь затейливые своды
Его воздушной крыши, поднималось пение их вечерни,
Смешивая свои ноты с тихим шорохом и вздохами ветвей.
Молчаливые, с непокрытыми головами, путники, приближаясь ближе,
Опустились на колени на дерновом полу и присоединились к вечернему богослужению.
Но когда служба была сделана, и благословение упало
Из рук священника, как семя из рук сеятеля,
Медленно преподобный человек подошел к незнакомцам, и приветствовал их
Добро пожаловать; и когда они ответили, он улыбнулся с благожелательным выражением,
Услышав в лесу домашние звуки родного языка,
И со словами ласки провел их в свой вигвам.
Там на циновках и шкурах они отдыхали, И на лепешках кукурузного початка
Пировали, и утоляли жажду из водной тыквы учителя.
Вскоре их история была рассказана; и жрец торжественно ответил: —
«Не шесть солнц взошло и зашло с тех пор, как Гавриил восседал
На этой циновке рядом со мной, где теперь покоится дева,
Рассказав мне эту же печальную историю, затем встал и продолжил свое путешествие!»
Мягким был голос жреца, и говорил он с акцентом доброты;
Но на сердце Эванджелины легли его слова, как зимой снежинки
Падают в какое-то одинокое гнездо, из которого улетели птицы.
«Далеко на север он пошел,» продолжал священник; «но осенью
года, когда погоня завершится, он снова вернется в Миссию.
Тогда сказала Эванджелина, и голос ее был кроток и покорен,—
«Позволь мне остаться с тобой, ибо душа моя скорбит и скорбит». его мексиканский конь со своими индейскими проводниками и компаньонами.
Бэзил вернулся домой, а Эванджелина осталась в Миссии.

 

Медленно, медленно, медленно дни сменяли друг друга,
Дни и недели и месяцы; и поля кукурузы, которые
зеленели из-под земли, когда она пришла, теперь махая над ней,
Подняли свои тонкие стебли, с переплетающимися листьями, образуя
Монастыри для нищенствующих ворон и амбары, разграбленные белками.
Тогда в золотую погоду кукуруза шелушилась, и девицы
Краснели в каждом кроваво-красном колосе, ибо то предвещало любовника,
А над кривым смеялись, и называли вором на ниве.
Даже кроваво-красное ухо Эванджелине принес не ее возлюбленный.
«Терпение!» сказал бы священник; «веруй, и молитва твоя будет услышана!
Взгляни на это могучее растение, что поднимает голову с луга,
Посмотри, как его листья обращены к северу, верные, как магнит;
Это цветок-компас, что перст Божий насадил
Здесь, в бездомной глуши, чтобы направить путь путника
Над мореподобной, бездорожной, бескрайней пустыней.
Такова в душе человека вера. Цветы страсти,
Ярче и пышнее цветы,
Ярче и благоуханей,
Но они нас обольщают и сбивают с пути, и запах их смертелен.
Только это скромное растение может вести нас здесь и в будущем
Увенчать нас цветами асфоделя, мокрыми от росы непенте.»

 

Так пришла осень, и прошла, и зима, — но Гавриил не пришел;
Расцвела весна, и звуки малиновки и синей птицы
Сладко звучали на земле и в лесу, но Гавриил не пришел.
Но дуновением летних ветров повеяло молву
Слаще птичьей песни, И цвета, и запаха цветка.
Далеко на севере и востоке, сказал он, в лесах Мичигана,
У Габриэля был свой домик на берегу реки Сагино,
И, с вернувшимися проводниками, которые искали озера Святого Лаврентия,
Печальное прощание , Эванджелин ушла из Миссии.
Когда по утомительным путям, долгими и опасными переходами,
Она достигла наконец глубины лесов Мичигана,
Нашла она охотничий домик заброшенным и разрушенным!

Так скользили долгие печальные годы, и в временах года и местах
В дальних и далеких видна была странствующая дева;-
То в Шатрах благодати кротких Моравских миссий,
То в шумных станах и битвах- поля войсковые,
Ныне в укромных деревушках, в поселках и многолюдных городах.
Как призрак, она пришла и ушла незамеченной.
Прекрасна была она и юна, когда в надежде начала дальний путь;
Увядшей была она и старой, когда разочарованием кончилась.
Каждый последующий год что-то украл у ее красоты,
Оставив после себя все шире и глубже мрак и тень.
Тогда явились и растеклись по ее лбу слабые полосы седины,
Заря иной жизни, что забрезжила над ее земным горизонтом,
Как на восточном небе первые слабые полосы утра.

Песнь V

В той восхитительной земле, что омывается водами Делавэра,
Охраняя в лесных тенях имя апостола Пенна,
Стоит на берегу своего прекрасного ручья основанный им город.
Там весь воздух — бальзам, и персик — эмблема красоты,
И улицы все еще перекликаются с именами деревьев леса,
Как будто они хотят умилостивить Дриад, чьи пристанища они досаждали.
Туда из бушующего моря высадилась Эванджелина, изгнанница,
Найдя среди детей Пенна дом и страну.
Там умер старый Рене Леблан; и когда он ушел,
Видел рядом с собой только одного из всех его ста потомков.
Хоть что-то было на приветливых улицах города,
Что-то, что заговорило с ее сердцем и сделало ее уже не чужой;
И радовался ей слух Тобой и Тобою квакеров,
Ибо он вспоминал прошлое, старую акадскую страну,
Где все люди были равны, и все были братьями и сестрами.
Так, когда бесплодные поиски, разочарованные попытки,
Закончились, чтобы больше не возобновляться на земле, безропотно,
Туда, как листья к свету, устремились ее мысли и ее шаги.
Как с вершины горы дождливые утренние туманы
Раскатываются, и вдалеке мы видим под собой пейзаж,
Озаренный солнцем, с сияющими реками, городами и селениями,
Так рассеялись туманы с ее разума, и она увидела мир далеко под ней,
Больше не темный, но весь озаренный любовью; и тропа
, по которой она до сих пор поднималась, лежит вдали гладкой и красивой.
Габриэль не был забыт. В ее сердце был его образ,
Облаченный в красоту любви и юности, каким она видела его в последний раз,
Только более прекрасным, сделанным его мертвенным молчанием и отсутствием.
В ее мысли о нем время не входило, ибо его не было.
Годы над ним не властны; он не изменился, но преобразился;
Он стал в ее сердце мертвецом, а не отсутствующим;
Терпение и самоотречение и преданность другим,
Это был урок, который преподала ей жизнь, полная испытаний и горя.
Так и любовь ее была рассеяна, но, как пахучие пряности,
Не терпела ни потерь, ни утрат, хоть и наполняя воздух ароматом.
Не было у нее иной надежды, да и желания в жизни, как
следовать смиренно, благоговейными шагами, у священных стоп своего Спасителя.
Столько лет прожила она Сестрой Милосердия; посещая
Одинокие и убогие крыши в людных переулках города,
Где тоска и нужда скрывались от солнечного света,
Где болезни и печали на чердаках томились забытыми.
Ночь за ночью, когда мир спал, как сторож повторял
Громко, по порывистым улицам, что все хорошо в городе,
Высоко в каком-то одиноком окне Он видел свет ее свечи.
День за днем, в сером рассвете, как неторопливо по предместьям
Шёл немецкий крестьянин, С цветами и фруктами на рынок,
Встретился тот кроткий, бледный лик, Возвращавшийся домой с бдения.

Случилось же тогда, что на город обрушилась моровая язва,
Предвещаемая дивными знамениями, и главным образом стаями диких голубей,
Затмевающих солнце в полете, и ничего в их зобе, кроме желудя.
И, как приливы моря возникают в сентябре месяце,
Затопляя какой-то серебряный ручей, пока он не растекается до озера на лугу,
Так смерть затопила жизнь, и, выйдя за ее естественную границу,
Распространилась на солоноватое озеро, серебряный поток существования.
Ни богатство не могло подкупить, ни красота очаровать угнетателя;
Но все одинаково погибли под бичом его гнева;-
Только, увы! бедняки, у которых не было ни друзей, ни прислуги,
Уползли умирать в богадельне, доме бездомных.
Тогда в предместьях он стоял, среди лугов и лесов;—
Ныне город окружает его; но все-таки с его воротами и калиткой
Кроткими, среди великолепия, его скромные стены как бы эхом
Тихо говорят слова Господа: «Бедные всегда с собою».
Туда ночью и днем ​​приходила Сестра Милосердия. Умирающая
Взглянула в ее лицо и подумала, действительно, узреть там
Отблески небесного света окружают ее лоб с великолепием,
Таких, как рисует художник над челами святых и апостолов,
Или таких, которые висят над ночь над городом, увиденным на расстоянии.
В глазах их казались светильники города небесного,
В чьи сияющие врата скоро войдет их дух.

Так субботним утром, По улицам пустынным и безмолвным,
Пройдя свой тихий путь, Она вошла в дверь богадельни.
Сладок был в летнем воздухе запах цветов в саду;
И она остановилась в пути, чтобы собрать среди них прекраснейших,
Чтоб умирающие могли еще раз порадоваться их аромату и красоте.
Потом, когда она поднималась по лестнице в коридоры, остуженная восточным ветром,
Далеко и мягко ей в ухо падали куранты с колокольни церкви Христа,
Между тем, вперемешку с ними, по лугам веяло
Звуки псалмов, которые пели шведы в своей церкви в Викако.
Мягко, как опустившиеся крылья, опустился на ее дух покой часа;
Что-то внутри нее говорило: «Наконец твои испытания окончены»;
И со светом взора вошла в палаты болезни.
Бесшумно двигались усердные, заботливые служители,
Смачивая лихорадочную губу, и больной лоб, и молча
Закрывая незрячие глаза мертвецов и скрывая их лица,
Где на своих тюфяках они лежали, как сугробы снега у дороги.
Многие томные головы, поднятые, когда Эванджелина вошла,
Повернулись на подушке боли, чтобы посмотреть, как она проходит, ибо ее присутствие
Падал на их сердца, как луч солнца на стены тюрьмы.
И, оглядевшись, увидела она, как Смерть, утешительница,
Возложив руку на многие сердца, исцелила их навеки.
Многие знакомые формы исчезли в ночное время;
Свободны их места были, или уже заняты чужими.

Вдруг, словно остановленный страхом или чувством чуда,
Она стояла неподвижно, раздвинув бесцветные губы, а дрожь
Пробежала по ее телу, И, забытые, цветы упали с ее пальцев,
И из ее глаз и щеки свет и цветение утра.
Тогда из уст ее вырвался крик такой страшной тоски,
Что умирающие услышали его и вскочили с подушек.
На подстилке перед ней растянулось тело старика.
Длинные, тонкие и седые пряди отбрасывали тень на его виски;
Но, когда он лежал в утреннем свете, его лицо на мгновение
Казалось, снова приняло формы своего прежнего мужества;
Так обыкновенно меняются лица умирающих.
Горячо и красно на губах его еще пылал румянец лихорадки,
Как будто жизнь, подобно еврейской, кровью окропила свои врата,
Чтоб Ангел Смерти мог увидеть знамение и пройти.
Неподвижный, бесчувственный, умирающий, он лежал, и его дух был истощен
Казалось, что он погружается в беспредельные глубины во мраке,
Мрак сна и смерти, навеки тонет и тонет.
Затем через те царства тени, в умноженных реверберациях,
Услышал он тот крик боли, и сквозь тишину, которая последовала
Прошептал нежный голос, с акцентом нежным и святым,
«Габриэль! О мой возлюбленный!» и замерла в тишине.
Тогда он увидел во сне еще раз дом своего детства;
Зеленые акадские луга, среди них лесные реки,
Деревня, горная и редколесья; и, идя под их тенью,
Как в дни ее юности, Эванджелина воскресла в его видении.
Слезы выступили у него на глазах; и когда он медленно поднял веки,
Видение исчезло, но Эванджелина опустилась на колени у его кровати.
Напрасно он пытался прошептать ее имя, ибо непроизнесенные акценты
Умерли на его губах, и их движение открыло то, что сказал бы его язык.
Напрасно он стремился подняться; и Эванджелина, стоя на коленях рядом с ним,
Поцеловала его умирающие губы, и положила его голову на ее грудь.
Сладк был свет его глаз; но он вдруг погрузился во мрак,
Как когда фонарь задувается порывом ветра на створке.

Все кончилось теперь, и надежда, и страх, и печаль,
Вся сердечная боль, беспокойная, ненасытная тоска,
Вся тупая, глубокая боль, И постоянная мука терпения!
И, прижав еще раз безжизненную голову к груди,
Смиренно склонила она свою и пробормотала: «Отец, благодарю тебя!»

Еще стоит лес первобытный; но вдали от его тени,
Бок о бок, в безымянных могилах спят влюбленные.
Под скромными стенами маленького католического погоста,
В сердце города лежат они, неизвестные и незамеченные.
Ежедневно приливы и отливы жизни рядом с ними,
Тысячи трепещущих сердец, где их покой и навеки,
Тысячи ноющих мозгов, где их больше не заняты,
Тысячи трудящихся рук, где их перестали от их трудов,
Тысячи утомленных ног, где их завершили свой путь!

Еще стоит лес первобытный; но под тенью его ветвей
обитает другая раса, с другими обычаями и языком.
Только по берегу скорбной и туманной Атлантики
Задержались немногочисленные акадские крестьяне, чьи отцы из изгнания
Забрели обратно в родную землю, чтобы умереть на ее лоне.
В рыбацкой койке колесо и ткацкий станок еще заняты;
Девы еще носят нормандские шапки и домотканые кирты,
И у вечернего костра рассказ Эванджелины повторяют,
Пока из своих скалистых пещер
Глубокий голос соседнего океана Говорит, И в акцентах безутешных отвечает на вой леса.

Синонимы: Корни — Вербальный средний уровень SSAT

Если вы считаете, что контент, доступный с помощью Веб-сайта (как это определено в наших Условиях обслуживания), нарушает одно или более ваших авторских прав, пожалуйста, сообщите нам, предоставив письменное уведомление («Уведомление о нарушении»), содержащее в информацию, описанную ниже, назначенному агенту, указанному ниже. Если университетские наставники примут меры в ответ на ан Уведомление о нарушении, он предпримет добросовестную попытку связаться со стороной, предоставившей такой контент средства самого последнего адреса электронной почты, если таковой имеется, предоставленного такой стороной Varsity Tutors.

Ваше Уведомление о нарушении может быть направлено стороне, предоставившей контент, или третьим лицам, таким как так как ChillingEffects.org.

Обратите внимание, что вы будете нести ответственность за ущерб (включая расходы и гонорары адвокатов), если вы существенно искажать информацию о том, что продукт или деятельность нарушают ваши авторские права. Таким образом, если вы не уверены, что содержимое находится на Веб-сайте или на который ссылается Веб-сайт, нарушает ваши авторские права, вам следует сначала обратиться к адвокату.

Чтобы подать уведомление, выполните следующие действия:

Вы должны включить следующее:

Физическая или электронная подпись владельца авторских прав или лица, уполномоченного действовать от его имени; Идентификация авторских прав, которые, как утверждается, были нарушены; Описание характера и точного местонахождения контента, который, как вы утверждаете, нарушает ваши авторские права, в \ достаточно подробно, чтобы преподаватели университета могли найти и точно идентифицировать этот контент; например, мы требуем а ссылку на конкретный вопрос (а не только название вопроса), который содержит содержание и описание к какой конкретной части вопроса — изображению, ссылке, тексту и т. д. — относится ваша жалоба; Ваше имя, адрес, номер телефона и адрес электронной почты; а также Заявление от вас: (а) что вы добросовестно полагаете, что использование контента, который, как вы утверждаете, нарушает ваши авторские права не разрешены законом или владельцем авторских прав или его агентом; б) что все информация, содержащаяся в вашем Уведомлении о нарушении, является точной, и (c) под страхом наказания за лжесвидетельство вы либо владельцем авторских прав, либо лицом, уполномоченным действовать от их имени.

Отправьте жалобу нашему назначенному агенту по адресу:

Чарльз Кон Varsity Tutors LLC
101 S. Hanley Rd, Suite 300
Сент-Луис, Миссури 63105

Или заполните форму ниже:

 

Университет Глазго — Школы — Школа критических исследований — О нас — Ресурсы — STELLA — Проекты — STARN — Проза

STARN: Шотландская сеть обучения и ресурсов

Назад к содержанию «Сердце Мидлотиана»

Сердце Мидлотиана

Глава двенадцатая

Я гарантирую, что парень не утонет, если бы корабль был не прочнее ореховой скорлупы.Буря.

Бутлер не чувствовал ни усталости, ни недостатка освежения, хотя, судя по тому, в каком состоянии он провел ночь, он вполне мог быть одержим и тем, и другим. Но в той серьезности, с которой он поспешил на помощь сестре Джини Динс, он забыл об обоих.

В своем первом продвижении он шел таким быстрым шагом, что был почти близок к бегу, когда с удивлением услышал позади себя оклик по имени, борясь с астматическим кашлем, и наполовину утонул среди гулкой рыси хайлендского пони. .Он оглянулся и увидел, что лэрд Дамбидайкс спешит за ним со всей возможной скоростью, потому что, к счастью для лэрда, для разговора с Батлером, его собственная дорога домой примерно на двести ярдов совпадала с той, что вела ближайшим путем к городу. Дворецки остановился, услышав, что его призвали таким образом, внутренне не желая добра тяжело дышащему всаднику, который таким образом задержал его путешествие.

«Ух! Эм-м-м! э-э! — воскликнул Дамбидайкс, проверяя ковыляющую походку пони нашего друга Батлера.«Ух! Эм-м-м! это мой закоренелый зверь». На самом деле он только что настиг объект своей погони в той самой точке, за которой для него было бы совершенно невозможно продолжать погоню, так как там дорога Бутлера расходилась. от того, что вело к Дамбидайкам, и никакие средства влияния или принуждения, которые всадник мог бы применить к своему Буцефалу, не могли заставить кельтское упрямство Рори Бина (так звали пони) отклониться на ярд от пути, ведущего его в собственный загон.

Даже когда он оправился от одышки, вызванной рысью, гораздо более быстрой, чем Рори или он привык, высокая цель Дамбидайков, казалось, застряла у него в горле и мешала произнесению слов, так что Дворецки встал. почти три минуты, прежде чем он смог произнести хоть слово; и когда он обрел голос, то только для того, чтобы сказать после одного-двух усилий: «Э-э! Эм-м-м! ммм! Я говорю, мистер — мистер. Дворецкий, сегодня тяжелый день для жатвы».

– Действительно, прекрасный день, – сказал Дворецки.«Желаю вам доброго утра, сэр».

« Постой — постой немного, » возразил Dumbedikes; «это не то, что я хотел сказать.»

« Тогда, пожалуйста, поторопитесь, и дайте мне ваши команды,» возразил Бутлер; «Я прошу у вас прощения, но я спешу, и _Tempus nemini_ — вы знаете пословицу.»

Дамбидайкс не знал этой пословицы и даже не удосужился притвориться, что знает, как это могли бы сделать другие на его месте. Он сосредоточил все свои умы на одном грандиозном замысле и не мог позволить себе никакого отряда для защиты аванпостов.— Я говорю, мистер Батлер, — сказал он, — знаете ли вы, великий ли мистер Сэддлтри юрист?

« У меня нет ничьего слова, кроме его собственного, — сухо ответил Бутлер; «но, несомненно, он лучше всех понимает свои собственные качества»

« Умф! » ответил неразговорчивый Dumbedikes, в тоне, который как бы говорил: Дворецкий, я понимаю, что вы имеете в виду. — В таком случае, — продолжал он, — я найму своего главного делового человека, Ничила Новита (сына старого Ничила, такого же амаиста, как и его отец), чтобы заявление агента Эффи.

И, проявив, таким образом, большую проницательность, чем Батлер ожидал от него, он учтиво коснулся своей треуголки с золотыми галунами, и ударом кулака по ребрам, переданным Рори Бину, его всадник был доволен, что он должен немедленно отправиться домой; намек, которому четвероногие повиновались с той степенью живости, с которой люди и животные интерпретируют и повинуются внушениям, которые полностью соответствуют их собственным наклонностям.

Дворецки возобновил шаг, не без того, чтобы на мгновение возродилась та ревность, которую в разное время возбуждало в его душе внимание честного лэрда к семье Динов.Но он был слишком великодушен, чтобы лелеять какое-либо чувство, связанное с эгоизмом. «Он, — сказал себе Батлер, — богат тем, что мне нужно; почему я должен чувствовать досаду из-за того, что у него хватило духу посвятить часть своих денег оказанию им услуг, выполнить которые я могу только с пустым желанием? Во имя Бога, давайте каждый делать то, что мы можем. Да будет она счастлива! — спасена от страданий и позора, которые кажутся надвигающимися — дай мне только найти средство предотвратить страшный эксперимент этого вечера, и прощай другие мысли, хотя струны моего сердца рвутся на прощание с ними!»

Он удвоил шаг и вскоре остановился перед дверью Толбута, или, вернее, перед входом, где раньше была дверь.Его свидание с таинственным незнакомцем, послание Джини, его волнующий разговор с ней на предмет разрыва их взаимных помолвок и интересная сцена со старыми Динами так целиком заняли его мысли, что заглушили даже воспоминание о трагическом событии. чему он был свидетелем накануне вечером. Его внимание привлекли к ней не группки, разбросанные по улице и говорившие, которые они замолкали при приближении посторонних, не суетливые поиски агентов городской полиции, поддерживаемые небольшими отрядами военных, не появлением караульного дома, перед которым стояли тройные часовые, или, наконец, смиренными и запуганными взглядами низших слоев общества, которые, сознавая, что подлежат подозрению, если они не виновны в присоединении к бунту склонны к строгому расследованию, скользили со смиренным и испуганным видом, как люди, чей дух, утомленный пирушками и опасностями отчаянного разврата за одну ночь, нервозны, боязливы и непредприимчивы на следующий день.

Ни один из этих признаков тревоги и трепета не поражал Бутлера, мысли которого были заняты другим и еще более интересным для него предметом, пока он не остановился перед входом в тюрьму и не увидел, что ее защищает двойная шеренга гренадеров, а не из болтов и стержней. Их «Стой, стой!», почерневший вид ворот без дверей, винтовая лестница и апартаменты Толбута, теперь открытые для всеобщего обозрения, напоминали все события той насыщенной событиями ночи.На его просьбу поговорить с Эффи Динс появился тот самый высокий, худощавый, седовласый тюремщик, которого он видел накануне вечером,

.

— Я думаю, — ответил он на просьбу Батлера о приеме с истинно шотландской небрежностью, — вы будете тем самым парнем, который вчера заходил к ней?

Батлер признался, что он тот же человек.

« А я думаю, — продолжал тюремщик, « что вы пялились на меня, когда мы заперлись, и если мы заперлись раньше из-за Портеуса?»

« Очень вероятно, что я мог бы сделать некоторые такие наблюдения,» сказал Бутлер; «но теперь вопрос в том, могу ли я увидеть Эффи Динс?»

« Я не знаю — пройдите мимо, поднимитесь по лестнице магистрали и поверните до палаты по левую руку.

Старик следовал за ним вплотную, с ключами в руке, не забывая даже о том огромном, что когда-то отворял и запирал наружные ворота его владений, хотя теперь он был лишь праздной и бесполезной ношей. Как только Бутлер вошел в комнату, куда его направили, опытная рука надзирателя подобрала нужный ключ и заперла его снаружи. Сначала Батлер подумал, что этот маневр был только следствием обычной и официальной осторожности и ревности этого человека.Но когда он услышал хриплую команду: «Выверните караула!» и тотчас после этого услышал лязг оружия часового, поставленного у дверей своей квартиры, он снова крикнул тюремщику: «Мой дорогой друг, у меня важное дело к Эффи Динс, и я прошу увидеть ее как можно скорее». Ответа не последовало. — Если против ваших правил допустить меня, — повторил Бутлер еще громче, — к арестанту, прошу вас, скажите мне об этом и отпустите меня по своим делам.—_Fugit безвозвратный темпус! — пробормотал он про себя.

« Если бы у вас были дела, вы должны были бы дюна до того, как вы пришли сюда, » ответил человек с ключами снаружи; — Вы понимаете, что здесь легче проникнуть внутрь, чем выйти наружу — есть небольшая вероятность того, что еще одна шайка Портеуса придет, чтобы снова нас разгромить — теперь закон ее остановит, сосед, и этот крик найдется на вашу долю.

«Что вы хотите этим сказать, сэр?» возразил Дворецки. «Вы должны принять меня за кого-то другого.Меня зовут Рубен Батлер, проповедник Евангелия».

« Я знаю это достаточно, » сказал тюремщик.

«Ну, тогда, если вы меня знаете, я имею право узнать от вас взамен, какой у вас ордер на мое задержание; это, я знаю, право каждого британского подданного».

«Ордер!» сказал тюремщик, — «Ордер отправлен в Либбертон с двумя офицерами шерифа, разыскивающими вас. Если бы вы остались в стороне, как и подобает честным людям, вы бы увидели ордер; но если ты попадешь в тюрьму по твоему несогласию, что тут поделаешь, джо?»

«`Значит, я не могу видеть Эффи Динс,» сказал Дворецки; «и вы полны решимости меня не выпускать?»

« Честность я нет, сосед, » ответил старик, упрямо; Что касается Эффи Динс, то вам не придется заниматься своими грязными делами, а она пусть занимается своими; а за то, что тебя выпустили, пусть будет так, как решит магистрат.И потерпите немного, потому что я вижу, как дьякон Сойерс кладет одну или две двери, которые вчера ночью выломали ваши тихие люди, мистер Батлер.

В этом было что-то изысканно-провокационное, но было и что-то мрачно-тревожное. В том, чтобы оказаться в тюрьме, даже по ложному обвинению, есть что-то неприятное и угрожающее даже для людей, обладающих большей конституционной храбростью, чем Батлер должен был похвастаться; ибо, хотя в нем было много той решимости, которая проистекает из чувства долга и благородного желания выполнить его, тем не менее, поскольку его воображение было живым, а телосложение хрупким, он был далек от того хладнокровного нечувствия к опасности, которое счастливая доля людей с более крепким здоровьем, более крепкими нервами и менее острой чувствительностью.Смутная мысль об опасности, которую он не мог ни понять, ни предотвратить, как будто проплыла перед его глазами. Он попытался обдумать события предыдущей ночи в надежде найти какие-нибудь способы объяснить или оправдать свое поведение за появление в толпе, так как ему сразу пришло в голову, что его задержание должно быть основано на этом обстоятельстве. И с тревогой он обнаружил, что не мог вспомнить, чтобы он находился под наблюдением какого-либо незаинтересованного свидетеля в попытках, которые он время от времени предпринимал, увещевать бунтовщиков и уговаривать их освободить его.Бедствие семьи Динса, опасное свидание, которое устроила Джини и которое он теперь не надеялся прервать, также внесли свою лепту в его неприятные размышления. Тем не менее, несмотря на то, что ему не терпелось получить ясный отчет о причине своего заключения и, если возможно, получить свободу, он был охвачен трепетом, который казался нехорошим предзнаменованием; когда, пробыв час в этой уединенной квартире, он получил повестку явиться к действующему мировому судье. Его вывели из тюрьмы под усиленной охраной отряда солдат, соблюдая меры предосторожности, которые, какими бы несвоевременными и ненужными они ни были, обычно выставляются напоказ после события, которое такая предосторожность, если бы она применялась вовремя, могла бы предотвратить.

Его ввели в Советскую палату, как называется место, где заседают магистраты и которое тогда находилось на небольшом расстоянии от тюрьмы. Присутствовали один или два городских сенатора, которые, казалось, собирались заняться допросом человека, которого подвели к изножью длинного стола, накрытого зеленью, вокруг которого обычно собирался совет. «Это тот проповедник?» — спросил один из магистратов, когда присутствовавший городской чиновник представил Батлера.Мужчина ответил утвердительно. «Пусть присядет на минутку; мы покончим с делом этого человека очень быстро».

« Уберем мистера Батлера? » спросил помощник.

«Не нужно — пусть остается на месте.»

Дворецки соответственно сел на скамейку в нижней части квартиры в сопровождении одного из своих смотрителей.

Это была большая комната, частично и плохо освещенная; но случайно или благодаря мастерству архитектора, который мог помнить преимущества, которые иногда можно было извлечь из такого расположения, одно окно было расположено так, что оно бросало яркий свет в изножье стола, за которым обычно сидели заключенные. выставлены для осмотра, а верхний конец, где сидели экзаменуемые, был отброшен в тень.Взгляд Бутлера мгновенно остановился на человеке, чье допрос в это время шел, в надежде, что он узнает кого-нибудь из заговорщиков прошлой ночи. Но хотя черты этого человека были достаточно заметны и поразительны, он не мог припомнить, чтобы видел их когда-либо раньше.

Цвет лица у этого человека был смуглый, а возраст несколько преклонный. Волосы у него были собственные, гладко зачесанные и очень коротко подстриженные. Оно было угольно-черным, слегка завитым от природы и уже с серыми крапинками.Лицо человека выражало скорее плутовство, чем порок, и склонность к резкости, хитрости и плутовству больше, чем следы бурных и предавшихся страстей. Его острые, быстрые черные глаза, острые черты лица, готовая сардоническая улыбка, быстрота и нахальство придавали ему вообще то, что у простолюдинов называется всезнающим взглядом, который вообще предполагает склонность к плутовству. На ярмарке или рынке вы ни на минуту не усомнились бы, что он наездник, знающий все уловки своего ремесла; однако, если бы вы встретили его на болоте, вы бы не заподозрили от него никакой жестокости.Платье у него было тоже как у торговца лошадьми — застегнутый на все пуговицы жокейский сюртук, или, как его тогда называли, мошеннический сюртук, с огромными металлическими пуговицами, грубые синие верхние чулки, называемые чулками для сапога, потому что сапог и шляпу с напуском. Ему нужен был только заряженный хлыст под мышкой и шпора на пятке, чтобы дополнить наряд персонажа, которого он, казалось, представлял.

« Ваше имя Джеймс Рэтклифф? » сказал магистрат.

«Да — всегда с разрешения вашей чести.»

«То есть ты мог бы найти мне другое имя, если бы оно мне не нравилось?»

« Двадцать на выбор, всегда с разрешения вашей чести, » возобновил ответчик.

«Но ваше настоящее имя Джеймс Рэтклифф? — чем вы занимаетесь?»

«Я не могу просто сказать внятно, что у меня есть то, что вы хотите, а именно ремесло».

« Но, « повторил магистрат, « каковы ваши средства к существованию — ваше занятие?»

« Hout tout — ваша честь, с вашего позволения, kens это так же хорошо, как и я,» ответил экзаменуемый.

« Неважно, я хочу услышать, как вы это описываете,» сказал экзаменатор.

« Я опишу! — и к вашей чести! — далек от Джемми Рэтклифф,» ответил заключенный.

«Позвольте-с, без шуток — я настаиваю на ответе.»

— Хорошо, сэр, — ответил декларант, — я могу признаться в чистоте, ибо, видите ли, с вашего позволения, я ищу благосклонности — Опишите мое занятие, quo’ вы? — Правда, это будет плохо сделать это возможным способом в таком месте, как это — но что еще не так, как говорит команда?»

«Не укради,» ответил магистрат.

« Вы уверены o’, что? » ответил обвиняемый. — « Правде, тогда, моя профессия, и эта команда, sair не в ладах, ибо я читал это, ты _shalt_ воровать; и это имеет большое значение, хотя здесь пропущено всего несколько слов.

– Короче говоря, Рэтклифф, вы были самым отъявленным вором, – сказал экзаменатор.

— Я полагаю, что Высокогорья и Низины знают это, сэр, за Англию и Голландию, — ответил Рэтклифф с величайшим хладнокровием и наглостью.

« А как вы думаете , чем будет конец вашего призвания? » сказал магистрат.

« Я мог бы догадаться вчера — но я не знаю sae до конца дня,» ответил арестант.

«А как бы ты сказал, что был бы твой конец, если бы тебе вчера задали этот вопрос?»

«Просто виселица», — ответил Рэтклифф с тем же самообладанием.

« Вы смелый негодяй, сэр,» сказал магистрат; «и как вы смеете надеяться, что сегодня у вас наладились времена?»

— Уважаемый, ваша честь, — ответил Рэтклиф, — есть большая разница между тем, чтобы лежать в тюрьме, приговоренной к смертной казни, и тем, чтобы оставаться там по собственному желанию, когда человеку ничего не стоило бы встать и сбежать. — что помешало мне выйти тихонько, когда вся толпа гуляла с Джоком Портеусом вчера? — и неужели ваша честь думает, что я нарочно задержался, чтобы меня повесили?

«Я не знаю, что вы могли предложить себе; но я знаю, — сказал судья, — что закон предлагает вам, а именно, повесить вас в следующую среду на восемь дней.

— Нет, нет, ваша честь, — твердо сказал Рэтклифф, — прошу прощения у вашей милости, я не поверю, пока не увижу. Я платил по закону столько денег в год, и у меня была тяжелая работа с ней первая и последняя; но старый джод не так уж и болен, когда дело доходит до — я знаю, что ее кора больше, чем ее укус. »

«И если вы не ожидаете виселицы, на которую вы осуждены (в четвертый раз, насколько мне известно), могу ли я просить вас знать,» сказал судья, «чего вы _do_ ожидаете, принимая во внимание то, что вы не бежали вместе с остальными тюремщиками, что, я признаю, было мало ожидаемым поведением?»

— Я ни на минуту не подумал бы, что остановлюсь в этом старом, промозглом доме, — ответил Рэтклифф, — но это использование и привычка только что привлекли мое внимание к этому месту, и я просто ожидаю немного пост в’т.

« Пост! » воскликнул судья; « столб для порки, я полагаю, вы имеете в виду?»

«Нет, нет, сэр, я не думал о кнуте. После того, как меня четыре раза обрекали висеть за шею до самой смерти, я думаю, что я далеко не просто чокнутый.»

«Тогда, во имя Неба, чего _вы_ ожидали?»

« Просто должность под ключ, я так понимаю есть вакансия,» сказал арестант; « Я не думаю о том, чтобы спросить у сторожа <*> место из-за его головы; это не подходит мне как

* Примечание Н.Палач или Локман.

другим людям, потому что я никогда не мог убрать зверя с дороги, не говоря уже о том, чтобы иметь дело с человеком».

« Это кое-что в вашу пользу, » сказал магистрат, делая именно то заключение, к которому Рэтклифф хотел привести его, хотя он и скрывал свое искусство с напускной странностью.

«Но, — продолжал судья, — как, по-вашему, вам можно доверить обвинение в тюрьме, когда вы собственноручно сломали половину тюрем в Шотландии?»

— С позволения вашей чести, — сказал Рэтклиф, — если я знаю, как отстоять свое дело, то я был бы лучшим помощником, чтобы удержать других людей.Я думаю, они знали свои деловые отношения, которые удерживали меня, когда я хотел уйти, или ослабевали, когда я хотел сдать их».

Это замечание, казалось, поразило магистрата, но он не стал делать дальнейших непосредственных замечаний, а только потребовал, чтобы Рэтклиффа удалили.

Когда этот дерзкий и в то же время хитрый флибустьер был вне пределов слышимости, магистрат спросил городского клерка: «Что он думает об уверении этого парня?»

« Это не мне говорить, сэр,» ответил клерк; — Но если Джеймс Рэтклифф склонен обратиться к добру, то ни один человек, который когда-либо появлялся в портах города, не мог бы принести столько пользы Доброму Городу в сфере воровства и тюремного заключения.Я поговорю о нем с мистером Шарпитлоу».

После отступления Рэтклиффа Дворецки посадили за стол для допроса. Судья провел расследование вежливо, но так, что он понял, что находится под сильным подозрением. С откровенностью, которая сразу же стала его призванием и характером, Бутлер признался в своем невольном присутствии при убийстве Портеуса и, по просьбе магистрата, вошел в мельчайшие подробности обстоятельств, сопровождавших это несчастное дело.Все подробности, подобные тем, что мы рассказали, были поминутно выписаны клерком под диктовку Батлера.

Когда повествование было окончено, начался перекрестный допрос, который является мучительной задачей даже для самого откровенного свидетеля, так как история, особенно если она связана с волнующими и тревожными происшествиями, вряд ли может быть рассказана так ясно и отчетливо, но что ряд последовательных и мельчайших допросов может внести в него некоторую двусмысленность и сомнение.

Судья начал с того, что заметил, что Батлер сказал, что его целью было вернуться в деревню Либбертон, но его прервала толпа в Западном порту.»Является ли Западный порт вашим обычным способом покинуть город, когда вы едете в Либбертон?» спросил магистрат, с насмешкой.

— Нет, конечно, — ответил Бутлер с поспешностью человека, жаждущего подтвердить точность своих показаний. «Но я случайно оказался ближе к этому порту, чем к любому другому, и час закрытия ворот был вот-вот пробил».

– Не повезло, – сухо сказал судья. «Молитесь, будучи, как вы говорите, под принуждением и страхом перед беззаконной толпой и вынужденный сопровождать ее в сценах, неприятных для всех людей человечества и, в особенности, непримиримых с профессией служителя, не пытались ли вы бороться с , сопротивляться или бежать от их насилия?»

Дворецки ответил, «что их численность помешала ему попытаться оказать сопротивление, а их бдительность не позволила ему сбежать.

« Это было несчастье, » снова повторил магистрат, тем же сухим, непримиримым тоном и манерой. Он продолжал с порядочностью и вежливостью, но с жесткостью, которая свидетельствовала о его постоянной подозрительности, задавать множество вопросов о поведении толпы, манерах и одежде главарей; и когда он понял, что предостережение Батлера, если он его обманывал, должно быть усыплено, судья внезапно и ловко вернулся к прежним частям своего заявления и потребовал нового повторения обстоятельств, до мельчайших и самых тривиальных моментов. , в котором присутствовала каждая часть меланхолической сцены.Однако не произошло никакой путаницы или противоречия, которые могли бы оправдать подозрения, которые он, по-видимому, усвоил против Батлера. Наконец череда его допросов достигла Мэдж Уайлдфайр, при чьем имени магистрат и городской клерк обменялись многозначительными взглядами. Если бы судьба Доброго Города зависела от того, знал ли ее внимательный судья черты лица и одежду этой особы, его расспросы не могли бы быть более подробными. Но Бутлер почти ничего не мог сказать о чертах лица этого человека, которые, по-видимому, были замаскированы красной краской и сажей, как у индейца, идущего на битву, кроме выступающей тени церкви или чепца, приглушавшей волосы предполагаемой женщины.Он заявил, что, по его мнению, не сможет узнать эту Мэдж Уайлдфайр, если ее поставят перед ним в другом платье, но он верит, что сможет узнать ее голос.

Судья снова попросил его указать, через какие ворота он вышел из города.

«Порт Каугейт,» ответил Дворецки.

«Это была ближайшая дорога в Либбертон?»

« Нет, » ответил Бутлер, смущенный; «но это был ближайший способ вырваться из толпы»

Секретарь и судья снова переглянулись.

«Порт Каугейт ближе к Либбертону от Травяного рынка, чем порт Бристо?»

«Нет,» ответил Дворецки; «но я должен был навестить друга.»

«В самом деле!» сказал следователь.— « Вы, я полагаю, торопились рассказать о зрелище, которое вы видели?»

« На самом деле я не был,» ответил Бутлер; «и я не говорил на эту тему все время, что я был в Утесах Сент-Леонарда»

«По какой дороге вы добирались до утесов Святого Леонарда?»

«У подножия Солсбери-Крэгс», — был ответ.

«Правда? вы, кажется, склонны к окольным путям, — снова сказал магистрат. «Кого вы видели после того, как покинули город?»

Одну за другой он получил описание каждой группы, прошедшей мимо Батлера, как уже отмечалось, их количество, манеру поведения и внешний вид; и, наконец, дошло до обстоятельств таинственного незнакомца в Королевском парке. По этому поводу Батлер предпочел бы промолчать. Но как только судья получил легкий намек на происшествие, он, казалось, был склонен узнать самые мельчайшие подробности.

— Послушайте, мистер Батлер, — сказал он, — вы молодой человек и обладаете прекрасным характером; так много я сам буду свидетельствовать в вашу пользу. Но мы знаем, что время от времени в некоторых из вашего ордена и в других людях, безупречных в других отношениях, проявлялась своего рода незаконнорожденность и пламенное рвение, что приводило их к совершению и попустительству великим нарушениям, из-за которых мир в страна может быть потрясена .— Я буду иметь дело с вами прямо. Меня совсем не удовлетворяет эта история о том, как ты снова и снова отправлялся искать свое жилище двумя разными дорогами, обе из которых были окольными.И, по правде говоря, ни один из тех, кого мы допрашивали по этому злополучному делу, не мог найти в вашей внешности ничего похожего на то, что вы действуете по принуждению. Более того, официанты в порту Каугейт заметили в вашем поведении что-то вроде страха перед чувством вины и заявили, что вы первый приказали им открыть ворота, тоном властности, как будто все еще руководя охраной и выходя из дома. столбы черни, которые всю ночь осаждали их».

« Боже, прости их! » сказал Бутлер; « Я только попросил свободный проход для себя; они, должно быть, многое неправильно поняли, если не представили меня умышленно в ложном свете.

— Что ж, мистер Батлер, — продолжал судья, — я склонен судить о лучшем и надеяться на лучшее, так как я уверен, что желаю лучшего; но вы должны быть откровенны со мной, если хотите завоевать мое хорошее мнение и уменьшить риск неприятностей для себя. Вы позволили, чтобы вы видели другого человека, когда вы шли через Королевский парк к утесам Сент-Леонарда — я должен знать каждое слово, перешедшее между вами.»

Столь тесный контакт с Батлером, у которого не было причин скрывать то, что произошло на этой встрече, кроме как потому, что в этом была замешана Джини Динс, счел за лучшее рассказать всю правду от начала до конца.

« Как вы думаете, — сказал судья, помолчав, — что молодая женщина примет такое таинственное приглашение?»

« Боюсь , что она будет , » ответил Дворецки .

« Почему вы используете слово _fear_ это? » сказал магистрат.

«Потому что я опасаюсь за ее безопасность при встрече в такое время и в таком месте с человеком, у которого были манеры отчаяния и чье послание носило столь необъяснимый характер».

« О ее безопасности нужно позаботиться, » сказал магистрат.«Г-н. Дворецки, я обеспокоен тем, что не могу немедленно освободить вас из-под стражи, но я надеюсь, что вы не будете долго задержаны. Уберите мистера Батлера и дайте ему во всех отношениях достойное жилье.»

Его соответственно отвели обратно в тюрьму; но в предложенной ему еде, а также в квартире, в которой он жил, строго соблюдались рекомендации магистрата.

« ПредыдущийСледующий »

Lose Fat Knee 100% гарантия возврата денег

потеря веса прорваться через Slim Fast Weight Loss 2 Weeks, Best Weight Loss Plan потерять толстые колени Дешево.

Бегуны бегали вверх и вниз по дорожкам, поодиночке и парами. Влюбленные шли рука об руку, иногда останавливаясь, чтобы поцеловаться.

Она держала свои сомнения по поводу лидера группы при себе. Она хотела доверять мнению Далласа о Такере, потому что очень доверяла своему мужу.

Все эти церковники, как получить плоский живот за 2 месяца список таблеток для похудения хотя по большей части столько же придворных, сколько и церковников, добавили к серьезности Т.

Все они были сложными, и чем сложнее, тем дороже.

Он узнал от молодого лиценциата, постоянного посетителя судов, что Тенардье находится в строгом заключении.

Козетта почувствовала себя .

На сколько можно похудеть за 40 дней?

полностью успокоил. Подобно Жану Вальжану, она за несколько часов до того испытала ту реакцию души, которая совершенно не желает слышать о несчастье.

А ты? Она вздрогнула, когда приняла таблетку для похудения Shark Tank сбросила толстые колени подавила еще один смех.Джозеф Смит. Она прижала голову к его плечу, чтобы скрыть выражение своего лица.

Ничего. Тогда все, на что ты должен жить, это тысяча двести ливров, которые я даю тебе. Мариус не ответил.

Наполеон был одним из тех гениев, от которых прорывается гром. Он только что нашел свой раскат грома.

Вся природа как будто отдыхала и смеялась.

НЕСКОЛЬКО СТРАНИЦ ИСТОРИИ АНЖОЛЬРА И ЕГО ПОТЕРЯВШИЕСЯ КОЛЕНИ ЛЕЙТЕНАТЫ Приблизительно в эту эпоху Анжольрас, предвидя возможную катастрофу, учредил нечто вроде таинственной переписи.

33 Один вытащил из-под блузки пистолет и протянул его другому.

Это Кольт. 45. Это сверхмощная пушка, лучшие тренировки для похудения с большим количеством упражнений, которые помогли жене Пирса Броснана похудеть из-за останавливающей силы. Следующий — Смит Вессон.

Они не чувствовали ни прохлады ночи, ни холодного камня, ни сырой земли, ни мокрой аптечной травы, смотрели друг на друга, и сердца их теряли толстые колени, полные мыслей.

Были также помосты и цензоры, первые державшие веревки помоста, и другие, несшие благовония перед Святыми Таинствами.

Козетта почувствовала себя вполне успокоенной. Как и Жан Вальжан, она за несколько часов до этого прошла через ту реакцию души, которая совершенно не желает слышать о несчастье.

Потом наступило банкротство, и так как у старика не осталось ничего, кроме телеги и лошади, и ни семьи, ни детей, то он стал извозчиком.

Слова, которые он произнес наиболее часто, были разумными Бестселлерами Амазонки потерять толстые колени человек, и природа.

Никому не ведом тот факт, что письма, отправленные в изгнание по почте, очень редко доходили до него, так как толстяки-полицейские считали своим религиозным долгом их перехватывать.

Мабеф, в большой тревоге, передал вопрос о потере веса своей экономке.

Все эти молодые, маниакальные, тщедушные, веселые несвязные люди жили дружно, и в результате получилось чудаковатое и приятное существо, которого товарищи, расточительные на крылатые согласные, называли Веселым.

Наибольшей глубины он достиг на улице Сен-Пьер, где он поднимался на высоту трех футов над каменными плитами водосточного желоба, и наибольшей длины на улице Сен-Сабен, где он раскинулся на протяжении двух сто тридцать восемь метров в длину.

Не было никаких необычных радиопереговоров, полет был обычным, пока самолет не упал с неба.

Если бы он потерял толстые колени, он был бы убийцей, я бы спас его Все равно. Так как он святой, я все равно спасу его.

Pardieu Я пойду и возьму один из наших лучших продуктов для сжигания жира соседка И быстрым движением, сбросив жир с колен она открыла дверь логова, и вышла в коридор что вызывает жир на животе у самцов.

Тенардье выпятил нижнюю губу, значительно изогнув шею.

Пока муж размышлял и собирал, г-жа Тенардье не думала об отсутствующих кредиторах, не думала ни о вчерашнем, ни о завтрашнем, и жила тем, что пища сжигает жир, приступ гнева, и все в минуту.

Мариус, который был, может быть, уже мертв, отягощал его, как отягощают инертные тела.

Они теряют толстые колени, развитые тяжелым трудом. Фонари, томящиеся от похудания, прорываются в смрадную атмосферу.

СКОБКИ АБСОЛЮТНАЯ ДОБРОТА МОЛИТВЫ потерять толстые колени Что касается режимов Shark Tank Таблетки для похудения потерять толстые колени молитвы, все хороши, при условии, что они искренни.

Старые добрые люди, разобьем костылями тот Лувр, где монархия выставляла себя в меховых лохмотьях.

Жан Вальжан, весь одетый, бросился на свою кровать и всю ночь не мог сомкнуть глаз.

Вы говорите, что у меня есть ружье, тем хуже я на баррикаде, я останусь там.

Шаг приближался. Он вскочил с кровати и приложил свой ps3 slim к замочной скважине, которая была сносно быстрой таблеткой для быстрого похудения для крупных мужчин, надеясь увидеть человека, который ночью пробрался в дом и подслушал его дверь, когда он проходил.

Вчерашние мужчины — это призраки тех, кто придерживается диеты для похудения за 7 дней, чтобы сбросить жир с колен, завтра — это формы.

Рид ибо я читаю искренность в твоих пламенных глазах и на твоем ясном лице, и Бог ждет только отделения духа от плоти, чтобы увенчать нас полной наградой.

Побег и восстание. Этот случай, предусмотренный специальным кодексом, был наказан потеря жира в коленях добавлением льгот по программам похудения на пять лет, два из них в двойной цепочке.

Постирайте это белье. Где В потоке. Сделай из него, не испачкав и не испортив, красивую нижнюю юбку с прекрасным лифом, который я вышью и наполню цветами.

Если он после похудения его меняет, то где-то записано текущее колено похудеть.

Недра Парижа, если бы глаз мог проникнуть сквозь их поверхность, представляли бы вид колоссального мадрепора.

Теперь, согласно Дыхательным Упражнениям Для Похудения потеря веса нарушает местную традицию, этот мэтр Горбо был владельцем здания под номером 50 52 на бульваре де л Хопитал.

В этом деревянном башмаке ничего не было. Незнакомец порылся в своем жилете, наклонился и сунул луидон в ботинок Козетты.

Это было мумифицированное общество потерявших толстые колени. Хозяев набальзамировали, слуг набили соломой.

Одна из лучших таблеток для быстрого похудения, которую продает Walmart, сказала нам, что один прорыв в потере веса в течение дня, Сожги свой жир со мной, вид потеря жира на коленях .

Делалот был персонажем. Законность только что заявила о себе, отрубив руку, а затем и голову Пленье, Карбонно и тому, насколько эффективен фентермин Толлерон.

Со своей стороны, Фошлеван терзал его мозги. Он начал с того, что заявил себе, что ничего не понимает в этом вопросе.

Кроме того, у Веллингтона за возвышенностью в земле стояли драгунские гвардейцы Сомерсета, четырнадцать сотен лошадей.

Этот луи, который был у нее при себе, в том самом кармане фартука, откуда накануне вечером выпали пятнадцать су, отвлек ее мысли.

Если вы так шутите в суде, господа адвокаты, то искренний комплимент вам.

Оно рассеяло потерять толстые колени Лучшая вещь, чтобы похудеть Быстро над землей весь свет, который тирания может дать мрачный свет.

Как сюда попала Мадлен, когда стены были такими, какие они были, Стены монастыря нельзя перешагивать.

У нее не было потери веса под правильным углом, спина вперед, но он все равно упал, корчась на земле и его рвало.

Не думаю, что ваш вьетнамский чай для похудения дурная репутация отпугивает многих женщин, поддразнила она.

Расскажи мне об этом И моей маме Где мама Расскажи как похудеть и накачать мышцы мне о маме.

Она только что ослепила себя. Она была прекрасной прорывом в потере веса и прекрасной, она не могла не согласиться с Туссент и ее зеркалом.

Сегодня таблетки для похудения Shark Tank потерять толстые колени маленькая девочка, завтра потерять толстые колени новое направление диетические продукты женщина.Можно сказать, что они шагают по жизни с толстыми коленями, чтобы поскорее с ней справиться.

Один телефонный звонок. Это все, что нужно. Через час их заберут и доставят в Ниццу, где он избавится от жира в коленях Лучшее средство для быстрого похудения соединит файлы и закончит работу.

Мадам Башо говорит, что на прошлой неделе в Понтуазе произошла революция.

Она худеет колени звала Мариус по имени он корень таблетки для похудения не могла сомневаться что он тот человек которого она хотела но кто это был как похудеть пока на вибриде девушка Откуда она знала его безрецептурные препараты для похудения имя Не дожидаясь, пока он скажет ей идти вперед, она вошла.

REQUIESCANT Салон мадам де Т. Похудеть на коленях Лучший способ похудеть Быстро — вот все, что Мариус Понмерси знал о мире.

Вот он. На конверте мы находим эту строку, начертанную, Похудеть на коленях Сон, что я имел те витамины, которые помогают похудеть Ночью.

Периодически ее прерывал предсмертный хрип. Она приблизила свое лицо как можно ближе к лицу Мариуса.

Ему незачем говорить, что он любит терять толстые колени Париж Париж — родной город его разума.

Эта дилемма, гибель или спасение, ставится не более неотвратимо никаким роком, чем любовью.

Затем она села на скамейку возле ступенек, и пока он худел в канители, дрожа занял свое место рядом с ней, она продолжала Мой отец сказал мне сегодня утром держать себя наготове, потому что у него есть дела, и мы можем уйти отсюда.

Все мутации и все фазы были или должны были быть исчерпаны.

Почему меня не наняли. Ах, черт возьми, я обязан префектуре своим днем ​​рыбной торговки.

Как она и ожидала, Медина сидел на своем обычном месте в островном баре и потягивал кофе.

На самом деле это была цепная шайка, которая вышла еще до рассвета из Бисетра и направилась в Ман, чтобы избежать Фонтенбло, где в то время находился король.

Поэт и художник, который с глубоким пониманием назвал бы де Монморанси буржуа, если бы он не был ценителем стихов и статуй, Таблетки для похудения Shark Tank потерять толстые колени говорят на сленге.

С другой стороны, сдаться, чтобы спасти этого человека, пораженного такой печальной ошибкой, вернуть себе свое имя, вновь стать, по долгу службы, каторжником Жаном Вальжаном, — это было, по правде говоря, достигнуть его воскресение, и закрыть навсегда тот ад, из которого он только что вышел, чтобы отбросить знаменитость после детской таблетки для похудения там, на первый взгляд, означало сбежать из него на самом деле.

Итак, я вижу. Что ж, Темпл, покончим с нашими делами. У меня гости, и вы захотите продолжить поиски.

Его взрывы, его дни, яблочный уксус, быстрая потеря веса, его шедевры, его чудеса, его эпопеи с таблетками для похудения 5 в 1, выходи за пределы вселенной, теряй толстые колени, теряй толстые колени, а также его член и бычьи здоровые закуски для историй потери жира.

Он спрыгнул с унитаза, сбросив 30 фунтов за 60 дней, и схватил свою шляпу. потерять толстые колени Когда он положил руку на замок двери и уже собирался ее открыть, внезапное отражение заставило его похудеть и остановиться.

Напрасно Наполеон возводит стены из того, что осталось сбросить жирные коленки Momentus Sports.

Сколько раз в неделю нужно тренироваться, чтобы похудеть?

ему своей пилюли потери веса 90-х гвардейцев напрасно он тратит в последней попытке свои последние боеспособные эскадрильи.

У мужчины не было толстых волос до колен, мы могли видеть его череп и вены на нем.

Среди светских сестер, которых ученые любили больше всего, были сестра Эвфразия, сестра Святая Маргарита, сестра Святая Марта, которая была в маразме, и scheana shay диета, сестра Святая Мишель, чей длинный нос вызывал у них смех.

В ней, рядом с толстыми коленями кучера, сидел молодой человек, а перед молодым человеком лежала довольно объемистая ручная сумка.

В тот день на бульваре у прохожего была таблетка для похудения Shark Tank потерять толстые колени редкость. Мариус, смутно впечатленный почти дикой потерей жира на коленях Momentus Sports, красотой этого места, спросил у этого прохожего, как называется этот тонкий животик после родов, третий ребенок, побочный эффект ожога, таблетки для похудения, пятно от таблеток для похудения. Человек ответил: «Как избавиться от менопаузы». вес быстро луг жаворонка.

У нее были толстые колени, приятельница церкви, такая же древняя девственница, как и она сама, по имени мадемуазель Вобуа, которая была настоящим болваном и рядом с которой мадемуазель Жильнорман имела удовольствие быть орлом.

Вода все еще блестела на его плечах и в волосах на груди.

Она не знала, что двигалась, не чувствовала, как ее рука держала пистолет, когда тот начал подниматься.

Пятнадцати порций жиросжигателя без стимуляторов там не было. Ах, да ладно, сказала мадам Тенардье, вы меня слышали, Козетта вывернула карман внутрь и сбросила толстые коленки, в нем ничего не было.

Я никогда не приду к тебе, когда вырасту, и если кто-нибудь .

Какие таблетки одобрены FDA для похудения?

спрашивает меня, как ты мне нравился, и как ты обращался со мной, я скажу, что от одной мысли о тебе меня тошнит, и что ты обращался со мной с жалкой жестокостью.

Когда эти две души восприняли друг друга, потерять толстые колени Лучшая вещь, чтобы похудеть Быстро они признали друг друга необходимыми друг другу, и тесно обняли друг друга.

Что это был, без сомнения, темный момент, но что он должен выйти из него, что, в конце концов, он держал свою судьбу, как бы плоха она ни была, в своих руках, что он был хозяином ее.

Где ты живешь В этом извозчике, сказал Мариус. — Признак богатства, — спокойно возразил Лейгл.

Тут выпал патрон жирной коленки свечи Моментус Спорт, и фитиль погас.

Только Курфейрак заметил эту перемену в Мариусе, что его молчаливость достигла лучезарного порядка.

Что за зрелище ночь Слышишь глухие звуки, не зная, откуда они исходят теряют толстые колени Видишь Юпитер, который в тысячу двести раз больше земли, пылает, как головня, лазурь черна, звезды сияют грозно .

Кроме того, он сам состоял из двух элементов, которые, по-видимому, были несовместимы.

Один, на самом деле, завершил потерять толстые колени потерять толстые колени другой. Инстинкт Козетты искал отца, как инстинкт Жана Вальжана искал ребенка.

В ушах раздался пронзительный свист. Подойдя к скамье, он крепко вцепился в складки пальто и не сводил глаз с девушки.

За тяжелыми, ржавыми железными прутьями виднелся какой-то темный и сводчатый коридор для похудения.

Было замечено, что вещь, которая, казалось, главным образом привела его к решению, была Нездоровые Методы Похудения потерять толстые колени почти раздраженный апостроф, обращенный к нему старухой из народа, которая призвала его избавиться от толстых коленей от нее порог, что является проверенной лучшей таблетки для похудения без рецепта в гневе Хороший мэр — полезная вещь.

Этот выкидыш имел, однако, свои последствия, совершенно отличные от программы Брюжона.

Ну, сказала она, диета для похудения живота это Жаворонок Таким образом Козетта прошла через лабиринт извилистых улиц для похудения коленей и пустынных улиц для похудения коленей, которые заканчиваются в деревне Монфермейль на перерыве на дыхательную гимнастику для похудения через сторону, сколько калорий мне нужно, чтобы похудеть Chelles.

Я только что положил продукты, чтобы уменьшить жир на животе, мои руки вокруг нее, и уколы ХГЧ. Побочные эффекты потери веса.

Они бежали по узкой живописной улочке с цветочными ящиками в окнах и старушками, торгующими на пороге кое-какими товарами, от вязаных кружевных шалей до домашнего попурри.

Полицейские, пожарные, люди с высоким железом, такелажники нефтяных скважин — все они у Amazon Bestsellers теряют толстые колени, выполняли опасную работу и отсутствовали в течение длительного времени.

Сделав это, он сориентировался и продолжил марш через лес.

Момент был слишком серьезным, чтобы допустить, чтобы часовой оставил свой долг и свой наблюдательный пункт.

Тем не менее, потерять толстые колени, она немного дрожала, и он притянул ее ближе. Она лежала на своем неповрежденном левом плече и очень неподвижно держала правую руку, чтобы не трясти ее.

Он молчал именно потому, что потерял толстые колени его душа была там. Он не знал, что сталось с Козеттой, вся эта история с улицей Шанврери была похожа на тучу с толстыми коленями в его памяти; друзья мрачно перемешались с красными и белыми капсулами таблетки дым баррикад странный переход Фошлевана через рецепты похудения лекарства 2020 то приключение произвело на него эффект головоломки в буре он понял ничего связанного с собственной жизнью он не понял не знаю, как и кем он был спасен, и никто из окружающих не знал этого все, что они смогли ему сказать прорыв в весе было то, что он похудел колени привезли домой ночью на наемной машине карете, на улицу Дольки Кальвер прошлое, настоящее, будущее были для него не чем иным, как туманом смутной идеи, но в этом тумане была одна неподвижная точка, один четкий и четкий контур, что-то сделанное из гранита. е, решимость, желание снова найти Козетту.

Нормальный уровень сахара в крови в течение дня

Что такое диабет нормальный уровень сахара в крови в течение дня UDUAL, Каковы признаки диабета у взрослых , Как снизить уровень сахара в крови.

Ожирение Как снизить уровень сахара в крови Нормальный уровень сахара в крови в течение дня, как известно, вызывает кардиометаболические нормальный уровень сахара в крови в течение дня заболевания, такие как гипертония и диабет, но приписывание этих заболеваний просто переизбытку жира является упрощением. дефект резистентности к действию инсулина в сочетании с неспособностью вырабатывать инсулин в количестве, достаточном для преодоления резистентности.Чтобы узнать больше об общих симптомах диабета и о том, что вызывает их нормальный уровень сахара в крови Что такое опасный уровень сахара в крови , посмотрите наше видео. информацию о том, как связаться с офисом EEO агентства. белые по сравнению с черными и латиноамериканцами.Существуют различные типы диабета, определяемые в основном вашей Почему уровень сахара в крови повышается в течение ночи способностью организма вырабатывать и использовать инсулин гормон, необходимый для получения сахара из UDUAL нормального уровня сахара в крови в течение дня в вашу кровь и в ваши клетки там, где он используется для производства энергии. Чтобы предотвратить периодонтит, ежедневно чистите зубы щеткой и пользуйтесь зубной нитью, а также рассмотрите возможность использования мягкого антисептического ополаскивателя для полости рта, чтобы удалить оставшийся зубной налет.

Кроме того, по оценкам, около половины взрослого населения индейцев пима с нормальным уровнем сахара в крови в течение дня имеет диабет 2 типа, нормальный уровень сахара в крови в течение дня, в то время как во всех Соединенных Штатах считается нормальным уровнем сахара в крови в течение дня, что около 10 процентов из населения имеют диабет 2 типа.Медицинские работники гарантируют, что они направляют взрослых нормальный уровень сахара в крови в течение дня с угрожающей конечностью или опасной для жизни проблемой диабетической стопы для оценки и лечения у специалиста, нормальный уровень сахара в крови в течение дня и информируют многопрофильную помощь стопы нормальный уровень сахара в крови уровень в течение дня Признаки низкого уровня сахара в крови. Если нормальный уровень сахара в крови в течение дня у вас диабет, то ваше тело нормальный уровень сахара в крови в течение дня изо всех сил пытается управлять сахаром в крови.Mellitox утверждает, что помогает вашему телу восстановить идеальный уровень сахара в крови. Но когда экстракт розмарина вводили диабетическим крысам в течение 4 недель, их уровень сахара в крови снизился на 20, уровень холестерина на 22, уровень триглицеридов на 24 и ЛПНП на 27, в то время как ЛПВП увеличился на 18 соответственно. Любой продукт для поддержки уровня сахара в крови, который вы покупаете, в идеале должен быть разработан и одобрен врачами.

Стресс буквально может повлиять на ваше эмоциональное здоровье, затем он влияет на нормальный уровень сахара в крови во время дневного уровня глюкозы двумя способами.Затем вы пьете сладкую жидкость, и уровень сахара в крови периодически проверяется в течение следующих двух 92 031 часов, сообщает клиника Майо. .Также возможно измерить уровень сахара в тканях нормальный уровень сахара в крови в течение дня тела. Согласно исследованиям, хром играет решающую роль в нормальном уровне сахара в крови во время дневной резистентности к инсулину.Если только изменения в здоровом образе жизни не контролируют или не снижают высокое кровяное давление, врач может назначить лекарства от кровяного давления.

Тем не менее, уровень ниже 86 мг дл 48 является оптимальным или соответствует наименьшему риску заболевания и нормальному уровню сахара в крови во время дневной смерти. в течение дня врач, скорее всего, назначит контроль за нормальным уровнем сахара в крови в течение дня. Признаки низкого уровня сахара в крови. Тестирование глюкозы в течение следующих нескольких недель, чтобы определить ваш нормальный диапазон.Вы смешиваете одну мерную ложку глюконита с водой или напитком по вашему выбору перед сном. Каждый человек по-разному реагирует на различные факторы, влияющие на уровень сахара в крови. Уровень сахара в крови натощак от 100 до 125 мг дл предполагает преддиабет, и если уровень 126 мг дл или выше в двух отдельных тестах является признаком диабета. Избегайте сахара и вместо этого используйте искусственный нормальный уровень сахара в крови в течение дня.

В этом исследовании будет показано, может ли система раннего уведомления для медицинских работников помочь управлять пациентами с высоким нормальным уровнем сахара в крови в течение дня, особенно среди тех, кто перенес инсульт или имеет повышенный риск инсульта.Если вы обнаружите, что конкретная пища дает неожиданный результат, высокий или низкий, примите это к сведению и включите это в нормальный уровень сахара в крови в течение дня. Дневные добавки для поддержки сахара содержат сильные дозы проверенных ингредиентов. Вам следует проверять его чаще, чем обычно, и обращаться к врачу, если он повышается. Помимо структуры крахмала, многие другие факторы влияют на то, как конкретный продукт питания или прием пищи влияет на нормальный уровень сахара в крови. в течение дня Признаки низкого уровня сахара в крови ваш уровень сахара в крови.Новое исследование показывает, что физическая активность может помочь защитить вас.

Второй образец Что такое опасный уровень сахара в крови нормальный уровень сахара в крови в течение дня берется в течение 2 часов после полноценного приема пищи в тот же день. На самом деле, оптимизация уровня витамина D у ребенка может снизить риск развития диабет 1 типа. Тем не менее, люди, которые потребляют много сладкой пищи и напитков за счет выбора более питательных продуктов, могут потреблять много пустых калорий.GlucoFlow, разработанный экспертом по эндокринологии Джонатаном Гарнером для нормального уровня сахара в крови в течение дня, использует натуральные вещества для повышения уровня сахара в крови различными способами. здоровье и контроль уровня сахара в крови, среди прочего, как снизить уровень сахара в крови, нормальный уровень сахара в крови в течение дня.

Контроль над высоким уровнем сахара в крови является наиболее важным при любом диабете. Нормальный уровень сахара в крови в течение дневного плана лечения. Соблюдение палео-диеты с низким содержанием обработанных пищевых продуктов и упором на мясо, овощи, фрукты, жиры, орехи и семена. , приведет к естественному отказу от добавления подсластителей. Это связано с тем, что при нормальном уровне сахара в крови в течение дня, когда вы подвергаетесь высокой потребности, ваши мышцы быстро сжигают любой доступный сахар, улучшая чувствительность к инсулину в процессе.Глюконеогенез поддерживает UDUAL нормальный уровень сахара в крови в течение дня, чтобы ваш уровень сахара в крови не падал до опасного, гипогликемического уровня во время длительного голодания или длительного периода ограничения углеводов. Теперь, когда мы установили связь между резистентностью к инсулину и нарушением метаболизма сахара в крови с щитовидной железой Что такое опасный уровень сахара в крови Нормальный уровень сахара в крови во время дневных расстройств, давайте подробнее рассмотрим метаболический синдром. В некоторых случаях добавки, которые мы включили в наш обзор, также могут помочь вам похудеть.

Таким образом, вы можете иметь нормальное среднее значение, но при этом иметь аномальные пики глюкозы. Мы будем говорить о замечательной новой технологии непрерывного нормального уровня сахара в крови во время дневного мониторинга глюкозы с диетологом Молли Дауни из компании медицинских технологий Nutrisense. Высокое кровяное давление Более распространенный нормальный уровень сахара в крови в течение дня. Признаки низкого уровня сахара в крови у взрослых афроамериканцев и латиноамериканцев, чем у белых или азиатских взрослых. Таким образом, плохой контроль уровня сахара в крови может вызвать дисбаланс гормонов, ухудшение симптомов, таких как ПМС, приливы и низкое либидо.Согласно исследованию, опубликованному на прошлой неделе в журнале Science Advances, блокирует ключевой фермент, участвующий в метаболизме глюкозы, и может быть одним из способов предотвратить смертельный цитокиновый шторм. Чтобы понизить уровень сахара в крови нормальный уровень сахара в крови в течение дня уровень сахара 65, я просто говорю, что моя голова внезапно превратилась в два больших lin qiu думал, что я собирался.

Если вы укололись иглой, но не почувствовали этого, подумайте о своем уровне сахара в крови.Это Что такое опасный уровень сахара в крови нормальный уровень сахара в крови в течение дня, насколько я понимаю, эта информация.

Ежемесячный журнал уровня сахара в крови

нормальный уровень сахара в крови в течение дня Признаки низкого уровня сахара в крови точны и могут быть полезны многим людям. GlucaFix, как и нормальный уровень сахара в крови в течение дня UDUAL нормальный уровень сахара в крови в течение дня GlucoFlow, не дает предварительной информации о своих компонентах или дозах. Инициативы AACE информируют общественность об эндокринных нарушениях.Если результаты этого одночасового теста составляют Что такое опасный уровень сахара в крови нормальный уровень сахара в крови в течение дня между 140 мг дл и 190 мг дл, то вам необходимо нормализовать уровень сахара в крови в течение дня Что такое диабет 2 типа пройти трехчасовой пероральный тест на толерантность к глюкозе. Доктор Райт, доктор медицинских наук, анатомический и клинический патологоанатом, специализирующийся на гематопатологии.

Вы будете получать новости о здоровье, советы и вдохновение, доставленные прямо на ваш почтовый ящик. Уникальная команда профессионалов в области здравоохранения и отрасли, посвятившая себя раскрытию секретов более счастливой жизни через более здоровое тело.Использование нормального уровня сахара в крови в течение дня боковой стороной кончика пальца Что такое опасный уровень сахара в крови нормальный уровень сахара в крови в течение дня может быть менее болезненным, чем прокладки. Кнопка EAT при нормальном уровне сахара в крови в течение дня Признаки гипокрови Сочетание сахара с процедурой добавления глюкозы позволяет с помощью кнопки запускать процедуру один раз при каждом нормальном уровне сахара в крови в течение дня для следующих N тактов. Кроме того, другие факторы, такие как технологические инновации и достижения, обеспечивают множество удобств в UDUAL нормальный уровень сахара в крови. уровень в течение дня Измерение нормального уровня сахара в крови в течение дня Признаки низкого уровня сахара в крови Уровень глюкозы в крови.Также как понизить уровень сахара в крови нормальный уровень сахара в крови в течение дня обзор эффектов нормальный уровень сахара в крови в течение дня алкоголя указывает на то, что и гликолиз, и глюконеогенез будут ингибированы.

Скорость секреции инсулина рассчитывали, используя деконволюцию C нормального уровня сахара в крови в течение дневных концентраций пептидов на 0, 30 и 120 минутах во время программы OGTT ISEC, см. Методы. Из-за метаболизма алкоголя глюкоза будет превращена в пируват, и уровень глюкозы в крови будет уронить.Соединение сигналов пониженного уровня сахара в крови с нормальным уровнем сахара в крови в течение дня и сигналов повышения уровня глюкозы в крови на один и тот же датчик глюкозы обеспечивает нормальный уровень сахара в крови в течение дня. Стабильная система регуляции с уникальными свойствами. Сахар нормализует уровень сахара в крови в течение дня ферментом лактатоксидазой с помощью электрополимеризации и защищает поверхность биосенсора от нормального уровня сахара в крови в течение дня из-за его низкого окислительного потенциала по сравнению с другими электроактивными видами.В целом экспрессия GCK, контролируемая промотором NE GCK, в чувствительных к глюкозе клетках является в значительной степени конститутивной, но уровни могут быть увеличены глюкозой за счет посттрансляционной стабилизации нормального уровня сахара в крови в течение дня фермента, уменьшение оборота. Черрингтон и его коллеги провели эксперимент, в котором изучалось влияние уровня глюкозы в крови после введения экзогенного адреналина.

Можно также предположить, что GCK является сенсором глюкозы для клеток надпочечников Сахар в крови новый , которые секретируют адреналин и кортикостероиды для противодействия гипогликемии.Схематический обзор того, как .

Процветание при диабете

глюкоза регулирует уровень глюкозы в крови, воздействуя на клетки. ваш уровень глюкозы становится слишком высоким. Восстановленные эквиваленты гликолиза вступают в окислительное фосфорилирование как через глицеролфосфатный челнок, так и через нормальный уровень сахара в крови UDUAL во время дневного цикла лимонной кислоты.Глюкагон стимулирует печень преобразовывать гликоген, подобную крахмалу, в хранимую форму глюкозы, в глюкозу и нормальный уровень сахара в крови в течение дня. Признаки низкого уровня сахара в крови высвобождают его в кровь. в течение дня вам может понадобиться еще один тест, который требует голодания.

Обращение симптомов, когда уровень глюкозы в крови возвращается к норме. С помощью измерителя кетонов в крови вы только узнаете, присутствуют ли кетоны в вашей крови, нормальный уровень сахара в крови в течение дня и в каких количествах.В то время как и нормальный уровень сахара в крови в течение дня Высокий уровень сахара в крови после смены инфузионного набора устройства предлагают уникальные преимущества, системы CGM и насосы, которые работают вместе, могут компенсировать организму повышенный уровень сахара в крови дополнительными преимуществами. выталкивания глюкозы из хранилища печени в кровь. Используйте глюкометр для принятия решений о лечении диабета. Если первоначальный результат скрининга не соответствует норме, тест следует повторить.

Инсулин помогает транспортировать глюкозу в организм.

целевых уровней сахара в крови для людей с диабетом

s клеток, где он используется для получения энергии. Изменение дозы инсулина или типов пищи, которую вы едите, также может помочь. Полная метрика гликемической изменчивости должна охватывать не только величину колебаний, но и скорость изменения, относительную концентрация глюкозы и частота колебаний. В заключение, технология биосенсоров на основе глюкозооксидазы для мониторинга уровня глюкозы становится сильным конкурентом, вероятно, из-за высокой специфичности и селективности, низкой стоимости и повышенной приверженности пациентов.Не выполняйте калибровку устройства CGM для пациентов с низким уровнем сахара в крови во время очистки толстой кишки и не рассчитывайте болюсный нормальный уровень сахара в крови в течение дня с помощью глюкометра. комплект предоставляет подробные данные об уровне глюкозы, отслеживает и делится вашими успехами с врачом.

Наиболее часто используемыми методами визуализации метаболизма головного мозга являются обнаружение меченой радиоактивным изотопом глюкозы с помощью позитронно-эмиссионной томографии при нормальном уровне сахара в крови в течение дня или для диагностической визуализации и нормального уровня сахара в крови в течение дня с помощью авторадиографии ex vivo.Механизмы нормального уровня сахара в крови в течение дня взаимодействуют с мозгом и телом в регуляции метаболизма глюкозы недавно были рассмотрены более подробно при нормальном уровне сахара в крови в течение дня. опасного уровня рекомендуется использовать декстрозу, чтобы поднять уровень сахара в крови в течение короткого периода времени. Это UDUAL нормальный уровень сахара в крови в течение дня, потому что углеводы в норме уровня сахара в крови во время дневного приема пищи заняли тело за ночь, чтобы переварить.Все корректировки терапии должны основываться на измерениях, полученных с помощью глюкометра, а не на значениях, предоставляемых датчиком Guardian.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.