Содержание

Как уцелеть в отравленной цинизмом среде

Личные качества и навыки
Марина Мелия

Сегодня общество буквально пропитано, отравлено цинизмом и нигилизмом. Мы уже не удивляемся, когда известный политолог публично рассказывает, как проще «обдурить народ», высокопоставленный чиновник появляется на публике с очередной пассией, хотя всем известно, что у него жена и трое детей, а депутат с усмешкой игнорирует вопрос журналиста «Откуда у вас особняки в Майями, если вы всю жизнь на государственной службе?». Более того, мы относимся к этому достаточно терпимо.

Заразиться цинизмом легко — я бы выделила три основных фактора риска.

Первый — наше «я»: внутренняя неустойчивость, неуверенность, отсутствие собственных, «выстраданных» принципов и установок. Когда нет внутреннего нравственного стержня, нет точки опоры, мы не способны противостоять, сопротивляться влиянию извне — нам остается только защищаться. И тогда цинизм становится для нас своего рода защитным психологическим механизмом, таким образом мы прикрываем нашу неловкость, ранимость, чувствительность.

Иногда нам кажется, что нет ничего страшного в том, чтобы быть циником «понарошку», но здесь нас подстерегает ловушка: любая маска в конце концов прирастает. С каждым поступком, с каждым словом и жестом мы продвигаемся по тому или иному пути, укрепляем тот или иной вектор развития. Все, ставшее для нас привычным, постепенно становится частью нашей личности.

Еще один фактор риска — окружение: домашние, родня, друзья, коллеги. Мы живем не в вакууме, мы постоянно общаемся, взаимодействуем, обмениваемся не только информацией, но и эмоциями, мнениями, впечатлениями. Такое взаимопроникновение — это всегда риск. Мы открыты для близких нам людей. И если они «носители вируса цинизма», он незаметно передается и нам. На все попытки возразить мы слышим: «Старик, не парься, сейчас все берут, так устроена жизнь», «Повзрослей наконец, не будь наивным — если ты не съешь, съедят тебя», «Бабло побеждает зло» и т. д.

И тогда нам начинает казаться, что все действительно «так живут», поэтому глупо выставлять себя белой вороной. И вот ты один раз не возразил, другой раз не защитил кого-то, еще хуже — посмеялся вместе со всеми, вставил яркое словцо. Сначала от этого как-то не по себе, но со временем даже перестаешь замечать, что поешь в общем хоре. Постепенно слова, выражения и оценки, которые мы «подцепили» от кого-то из близких и постоянно повторяем, начинают влиять на наше умонастроение и менять и нашу позицию, и нас самих.

И третий фактор риска — наша работа. Есть профессии, в которых без малой толики «здорового цинизма» не выжить — он помогает уберечься от синдрома выгорания. Опасность стать циником особенно велика у людей таких профессий, как пиарщики, рекламщики или юристы, которым по роду службы время от времени приходится говорить не то, что думают, недоговаривать, вводить в заблуждение.

Можно ли спастись, оградить себя от заражения цинизмом? Да, для этого нужно сделать четыре шага.

Разобраться с собой. Первое — надо осознать проблему и сделать выбор: мы «за» или «против» цинизма? При этом надо понимать, что и в одном случае, и в другом «дивиденды» нам никто не гарантирует.

Если мы решили противостоять цинизму, идти против течения, нам нужна серьезная внутренняя опора. А чтобы ее выстроить, надо, прежде всего, разобраться с собой — выработать собственные нормы, принципы, правила, критерии. Как? Например, обратившись к детским впечатлениям: что тогда считалось «добром», а что «злом», что означало «повел себя достойно» или «недостойно», какими были семейные ценности (честь, совесть, открытость, искренность, доброта), кого из литературных героев нам ставили в пример и т. д. Именно система собственных принципов, установок и норм превращает инфантильного, зависимого, неуверенного в себе человека в сильную, полноценную личность.

советуем прочитать

Евгения Чернозатонская

Фрэнк Нейгл,  Хила Лифшиц-Ассаф

Хелен Папагианнис

Войдите на сайт, чтобы читать полную версию статьи

Что такое цинизм в психологии? | Кочерыжкин | Психология

Цинизм в психологии — это защитные реакции психики, нацеленные на игнорирование и обесценивание общепринятых норм и травмирующих элементов в виде событий, провоцирующих сильные эмоции и чувства. Другими словами это отрицание моделей поведения, которые сформированы обществом, и отказ от стандартных действий в той или иной ситуации.

Психика блокирует проявление стыда, вины, жалости и сочувствия. Таким образом она огораживает себя от внешних сигналов, вынуждающих незамедлительно реагировать, спасает сознание от любых форм агрессии, в том числе тех, которые направлены против самого человека.

В теории это выглядит примерно так. Возникает ситуация, которая по всем законам морали должна вызвать те самые стыд, вину, жалость или сострадание. Чтобы соответствовать обществу, человек вынужден совершать «правильные действия», но циник происходящее игнорирует, а активность блокирует. Вы сообщаете ему о смерти своего родственника, а он отвечает — меньше народа, больше кислорода, все мы умрём, не расстраивайся.

Смысл цинизма, его польза и вред

Цинизм не ограничивается убеждениями человека, как правило он имеет форму выражения, то есть проявляется в демонстративном пренебрежении к нормам, морали и ценностям общества. Нередко становится показательным и ярко выраженным, то есть циник стремится к тому, чтобы окружающие увидели его отношение к тем или ным событиям.

Важно понимать, что люди не рождаются циниками, а становятся таковыми в результате полученных психо-эмоциональных травм. А дальше, либо приобретают собственную философию жизни, основанную на обесценивании и игнорировании всего, что способно вызвать сильные эмоции, либо демонстративно сообщает о своих ранах через циничное поведение.

Коммуникация с такими людьми чаще всего приводит к появлению сложностей. Особенно в отношениях,когда поддержка и забота вам остро необходимы, а партнер не просто не замечает страданий, но и высмеивает их, выставляет как глупости недостойные внимания.

Причины

Тем не менее стоит выяснить причины такого поведения. Это могут быть травмы связанные с утратой. Смерть близкого или тяжелое расставание. Когда стало очевидно отсутствие любых гарантий в этом мире. Люди нередко бросают, предают и применяют инструменты эмоционального насилия. Ответной реакцией будет цинизм. Любви нет, все смертны, надеяться ни на кого нельзя, никто не способен стать надёжной опорой.

Это и есть защитные механизмы психики, ограждающие сознание от ожиданий. Если их не оправдали однажды, значит это может повториться. Человек, который получил серьёзный эмоциональный урон от чьего-то ухода, даже если это смерть, в будущем не способен привязываться, доверять и любить безусловно. Он становится циником.

На втором месте находится внутренний конфликт при котором человек не смог определить где истина, а где ложь. Какие ценности считать за ориентир, какие правила морали ведут к развитию, а какие навязали с целью получения личной выгоды? Кому можно верить,а кому нет?

Когда человек попадает в череду ловушек из лжи и обмана, начинается пересмотр всех ценностей. Кто-то разочаровывается в религии, потому что видит, как священнослужитель нарушил законы Божьи, а кто-то отвернулся и от Бога, наблюдая за чудовищными преступлениями людей, не понёсших никакого наказания.

Другие разочаровались в любви и больше не доверяют противоположному полу. Примеров масса, но именно неопределенность заставляет обороняться. Утрачены ориентиры и наступает период обесценивания.

Люди становятся атеистами, надевают маску самодостаточности и избегают отношений. К любым событиям относятся пренебрежительно, не пытаются ни в чём разобраться. Наблюдается жёсткое дистанцирование и полное блокирование любых эмоций. Психика изолируется от сильных внешних сигналов, что уберегает её от энергозатратных реакций.

Но бывает и ещё одна причина, она заключается в завышенной самооценке, которая в свою очередь выражается в эгоизме и потребительском отношении ко всему вокруг. В результате поведение становится циничным и пренебрежительным, естественно всё это демонстративно и показательно.

Чаще всего это становится заметно в отношениях между мужчиной и женщиной, когда чувства, эмоции и переживания попросту игнорируются партнером, а все его цели сводятся к получению личной выгоды без стремления вернуть равноценные усилия.

Плюсы

В первую очередь цинизм помогает избежать тяжелых реакций психики. Сигналы игнорируются, не происходит акцентирования ресурсов и вынужденных действий. Например, человек слышит трагическую новость о гибели кого-либо. У нас это вызывает сострадание, поиск виноватых, желание отомстить или добиться справедливости.

Чаще всего никакого результата достичь не получается, это попросту невозможно. Зато взрыв эмоций приводит к расходу энергии, что сказывается на эмоциональном состоянии, выбивает из колеи, приводит к слабости, сонливости, отчаянию. Безуспешные усилия оборачиваются нагрузкой, с которой психика может и не справиться. Циники всех этих страданий избегают.

Лишние усилия часто приводят к принятию поспешных решений. Они бывают ошибочными и ведут к деструктивному поведению, а значит новым проблемам. Сгоряча наломал дров, поддался эмоциям и попал в неприятности.

Циники более рациональны. Если проблему нельзя решить, то и беспокоится смысла нет. А если есть какой-то решение, то без накручивания себя, найти его гораздо проще. Прагматичный и холодный расчет способствует эффективному выполнению поставленных задач и грамотному распределению ресурсов.

Отрицание общепринятых норм также полезно для нас. Обида это всегда результат неоправданных ожиданий, поэтому от них лучше избавиться. Когда ничего не ждёшь, то и риск расстроиться не велик. И тут фразы «все когда-то умрём» и «любви нет» приобретают иной, более рациональный, смысл.

Чувство вины и стыда возникает в случаях несоответствия чужим ожиданиям. И это тоже плохо. Поэтому циникам достаточно знать границы других людей, чтобы их не нарушать. В остальном полная свобода и осуждения посторонних никак не бьёт по психике.

Минусы

В любых формах взаимоотношений мы ждём от людей сочувствия, поддержки и понимания. Ничего этого циники дать не могут, просто потому что обесценивают всё, что нас тревожит. Особенно важно это людям тактильным и эмоциональным. Им требуется больше прикосновений и очень много разговоров, в которых можно выговориться.

Когда мы делимся своими тревогами, нам хочется, чтоб нас слушали. Но циник может не просто отказаться это делать, он способен прибегнуть к высмеиванию. При этом он и сам может не понимать, что наносит окружающим эмоциональные травмы. Его уровень восприятия сильно отличается от вашего.

Главный минус состоит в том, что построить отношения становится сложно. Люди негативно относятся к проявлению цинизма, а иногда становятся жертвой и воспринимают циника как агрессора. Семья может развалиться по причине отсутствия в ней сочувствия, сострадания и поддержки.

Исключительный цинизм

В уголовном кодексе исключительный цинизм рассматривается как отягчающие обстоятельства. В основе термина лежит нарушение правил общепринятой морали, таких как действия наносящие любой ущерб старикам, детям, немощным, беспомощным и так далее.

Впервые словосочетание было применено в 1960 году в отношении 206 статьи УК РСФСР. Это хулиганство и  если оно было совершено с исключительным цинизмом, то должно было повлечь более суровое наказание. Однако тогда закрепить на законодательном уровне это не удалось. Тем не менее по сей день судьи рассматривают действия преступника под призмой нарушения правил морали. Если они имели место быть, то жалости подонку ждать не стоит..

Веселый цинизм

Если цинизм это защитный механизм психики, то его появление можно расценивать как абсолютную норму в поведении человека. В ответ на раздражители мы вынуждены защищаться и игнорирование на ряду с обесцениванием становятся лучшими инструментами.

Далее следовало бы проработать свои травмы и сформировать адекватных подход к происходящему, ведь ни одна защитная реакция не может стать убеждением. В противном случае это приводит к деструктивному поведению и превращает человека в токсичного, а порой и опасного представителя общества.

Юмор является одним из способов реализации эмоций без вреда для окружающих. В формате шуток, сатиры или частушек мы получаем право выплеснуть негативно окрашенные эмоции и проявить цинизм в полной мере, при этом не нанести вреда никому из своих близких. Чёрный юмор это популярное направление для всех шутников и порой, он действительно смешной.

На распродаже органов началась жуткая драка, я еле успел унести ноги! Раньше я любил работать в пилораме, а потом как отрезало. Плюсы и минусы быть учёным в средневековье: плюс — ты ученый, минус — на костре печёный.

Иногда черный юмор затрагивает темы, о которых в приличном обществе даже заговорить страшно. Наверное именно существование юмора позволяет высвобождать те эмоции, которые становятся разрушительными, и уж если прибегать к цинизму, то только таким способом.

В принципе, если обесценивание построено на обороне собственной психики в результате полученной психо-эмоциональной травмы, то в  этом нет ничего плохого. Совсем другое дело, когда фундаментом выступает эгоизм, завышенная самооценка, высокомерие и преступное мышление. Научившись отделять одних циников от других, мы получаем возможность помочь человеку или подвергнуть заслуженному наказанию. Но здесь главное не ошибиться..

Если публикация показалась вам полезной и интересной, прошу поставить лайк и поделиться ей в соцсетях. Не забывайте подписываться на канал. Спасибо!

Что такое цинизм — значение и примеры

Что такое цинизм? Это слово очень часто можно услышать, как от людей, так и по телевидению. Но многие даже не понимают хорошо ли быть циником или нет, а тем более в каких случаях уместно употреблять данный термин.

В этой статье мы расскажем вам, что представляет собой цинизм и в каких формах он может проявляться.

Что значит цинизм, и кто такой циник

Цинизм – это открытое презрительное отношение к нормам морали, этике и культурным ценностям, а также откровенное неприятие традиционных нравственных норм, законов, обычаев и т.д.

Циник – это человек, который демонстративно пренебрегает установленными правилами, которые в его понимании мешают ему достичь своей цели. Это приводит к тому, что отрицая общепринятые постулаты и традиции, цинику становятся неприсущи сострадание, жалость, стыд и другие качества, поскольку они идут вразрез с его личными интересами.

Нередко человек становится циником по причине безнаказанности. Например, он позволяет себе неуважительно относится к людям или намеренно нарушает порядки, за которые не несет никакой ответственности. Вследствие этого индивид все больше взращивает в себе цинизм.

Однако чаще всего циниками становятся по причине сильной разочарованности в ком-то или чем-то. В результате такие люди прибегают к такому психологическому механизму защиты, как нападение в виде обесценивания всего вокруг.

А вот что сказал знаменитый британский мыслитель и математик Бертран Рассел: «Циники не только не способны верить в то, что им говорят, но и не способны вообще верить во что-либо».

Стоит заметить, что цинизм способен рассматриваться в законодательстве ряда стран, как признак преступления. Например, человек может понести более суровое наказание, если его хулиганство сопровождалось «исключительным цинизмом» – издевательством над больными или стариками, проявлением бесстыдства, грубой непристойности, а также надругательством над традициями, религией, нравственными или этическими нормами.

Теперь вы знаете что такое цинизм. Если вам нравится узнавать значение умных слов – подписывайтесь на сайт InteresnyeFakty.org.

Понравился пост? Нажми любую кнопку:

Интересные факты:

Что такое цинизм? (Комментарий журналу Man»s Fitness) :: Психолог П.Гавердовская

Если я вам скажу, что в человеке всё прекрасно, вы, вероятно, поднимете меня на смех. Если же скажу, что бывают непроходимые циники, которых только оторви и выброси — тоже, скорее всего, пожмете с сомнением плечами. То есть, вы уже готовы согласиться со мной, что граница между добром и злом, как и говорил Солженицын, пролегает не между злыми и добрыми людьми, а — через сердце каждого из нас.

Полярности — именно так называется в гештальт-терапии феномен сосуществования в человеческой психике одновременно многих пар, казалось бы, несоединимых вещей. Злость и доброта, стыд и чванство, унижение и самовлюбленность, цинизм и романтичная вера в прекрасное. Эти и многие другие «несовместимые» вещи превосходно уживаются в нашем уме и сердце. Как? Секрет прост. На поверхность сознания выходит то одна из них, то другая. Когда мы злимся, наше «доброе я» молчит, так как сейчас не его время. Когда радуемся, то вся наша боль по поводу несовершенства мира и самих себя в нем глубоко спрятана и, увы, ждет своего часа. Когда же мы горюем, то вся радость, на которую мы способны, куда-то улетучивается и кажется, что ее нет вовсе.

Но в том и прелесть полярностей: ни один полюс не может существовать без другого. Как бы мы с вами радовались, если бы не знали, что такое печаль? Как бы мы узнали, что такое стыд, если бы не умели хвалить себя и ценить свои поступки и достижения? Как бы мы могли распознать тот же цинизм, если бы никогда не снимали розовых очков?

Проблема лишь в том, что мы зачастую забываем об этом в пылу переживаний. И именно поэтому мир порой кажется нам выкрашенным в один цвет. Вы спросите, зачем же нам помнить «плохой», «печальный» полюс, когда мы находимся на противоположном — радуемся? Хотя бы затем, чтобы помнить, что мир объемен. И получая радость от мира, мы, вероятно, обязаны этим той боли, которую нам уже довелось пережить. Такое осознание отнюдь не омрачает светлые переживания. Напротив, чем лучше мы осознаем отличия радостей жизни от печальных и неприятных переживаний, тем сильнее и полнее можем ценить лучшее, что у нас есть.

Интересна также обратная ситуация — когда человек как бы застревает на одном из негативных полюсов. Бывает, что разочарований было так много, а боль была столь нестерпима, что мы уже боимся радоваться. Лучше ничего не ждать, тогда не будешь разочарован, верно? Цинизм — одна из самых распространенных масок, за которыми как раз и прячутся боль, грусть и порушенные надежды. Чем сильнее мы погружаемся в состояние черной меланхолии, тем более вероятно это говорит о том, сколь сильны и сколь, одновременно, робки наши затаенные надежды на лучшее. Возможно, надежды запрятаны уже так глубоко, что даже мы сами перестали догадываться об их существовании. Но именно подчеркивание собственного циничного взгляда на мир и говорит о том, что бессознательно человек борется с «романтиком» в себе. Ведь если ты отъявленный негодяй, не имеет особого смысла непрерывно пытаться убедить в этом окружающих. Просто будь негодяем, и все сами поймут кто ты такой. Бравада же, циничная игра у окружающих на нервах — это, зачастую, своеобразный крики о помощи. Отъявленный циник — не кто иной, как разочаровавшийся романтик, который все еще ищет островок надежды вокруг себя.

Таким образом, любое проявление цинизма — не что иное, как признак слабости. И самое простое, что можно сделать в таком случае — быть снисходительным к такому человеку. Дайте ему еще один шанс поверить в то, что мир местами прекрасен, и человек скорее всего преобразится. И не в худшую сторону, потому что в худшую — уже некуда!

Что такое цинизм? Значение и фото

49 за, 12 против

  

Цинизм — это бесстыдство, наглость, грубая откровенность; вызывающе-презрительное отношение к общепринятым нормам нравственности и морали. На воротах фашистского концентрационного лагеря «Освенцим» висел плакат: «Каждому — своё». Это классический пример цинизма, поскольку этот лагерь был предназначен для уничтожения людей определённого качества. (Определение дал/дала Сержант)

44 за, 14 против

  

Цинизм — это поведение, при котором человек открыто демонстрирует пренебрежение устоявшимися нормами морали ради достижения поставленных перед собой целей. Человека исповедующего такое поведение называют «циник». Для циника главное достичь поставленных целей, вкратце это можно охарактеризовать одной фразой «цель оправдывает средства». (Определение дал/дала Студент-ботаник)

33 за, 13 против

  

Цинизм — это деструктивная форма поведения и личностная позиция, основанная на сознательном демонстративном пренебрежение нравственными нормами и нормами поведения, принятыми в обществе. Корнями понятие цинизм восходит к философскому учению киников (циников) древнегреческой школы. Приверженцами это учения были: Антисфен, Диоген Синопский, Кратет и др. Ими проповедовалось пренебрежение к общепринятым нравственным нормам и ценностям. По их учению эти понятия не имели целесообразности. (Определение дал/дала Философ)


Фото цинизм

Найденные фотографии в интернете на тему

цинга циник

Цинизм что такое cinizm значение слова, Словарь Ожегова

Значение слова «Цинизм» в Словаре Ожегова. Что такое цинизм? Узнайте, что означает слово cinizm — толкование слова, обозначение слова, определение термина, его лексический смысл и описание.

Цинизм

Словарь Ожегова
Прослушать

«Цинизм» в других словарях:

Цинизм

— (от греч. kynismos — учение киников) — нигилистическое отношение кчеловеческой культуре и общепринятым правилам нравственности; см… Энциклопедический словарь

Цинизм

— – учение киников – нигилистическое отношение к культуре и общепринятым правилам нравственности, аморальное поведение.. Исторический словарь

Цинизм

— (от греч.- учение киников (циников)): позиция демонстративного и тотального негативизма по отношению к общепринятым социокультур… Философский словарь

Цинизм

— (от лат. cynismus — цинизм  и греч. kynismos — учение  киников) — англ. cynicism; нем. Zynismus. Нигилистическое отнош… Социологический словарь

Цинизм

— Наглое, бесстыдное отношение к нормам морали, благопристойности; грубая откровенность, нарушающая принятые нравственные правила… Политический словарь

ЦИНИЗМ

— А, мн. нет, м. Наглое, бесстыдное поведение и отношение к чему-н., проникнутое пренебрежением к нормам обще-ственной морали, нрав… Словарь иностранных слов

цинизм

— ЦИН’ИЗМ , цинизма, мн. нет, ·муж. 1. Учение циников ( см. циник в 1 ·знач. ; ·ист. филос. ). 2. перен…. Толковый словарь Ушакова

Связанные понятия:


Значение слова «цини́зм»

а, только ед., м.

[cynicus кинический]

1. Грубая откровенность, вызывающе-пренебрежительное и презрительное до наглости и бесстыдства отношение к чему-л., пользующемуся всеобщим признанием, уважением (нормам нравственности и благопристойности, культурным ценностям и т. п.).

Насмешливый цинизм. Цинизм ответа. Анекдот, полный цинизма. С цинизмом рассуждать о жизни. Актера часто упрекали в цинизме. Под маской цинизма отец скрывал ранимую душу. Рассказ написан с изрядной долей цинизма. Верх цинизма — смеяться над горем вдовы.

2. Филос.То же, что кинизм.

Концепции цинизма. Один из принципов цинизма — свобода от обладания лишним и бесполезным. Цинизм не создает абстрактных теорий.

Данные других словарей

Большой толковый словарь русского языка

Под ред. С. А. Кузнецова

цини́зм

-а; м.

1. Грубая откровенность, бесстыдство, пренебрежительное отношение к нормам нравственности, благопристойности, к чему‑л. пользующемуся всеобщим признанием, уважением.

Проявлять, проповедовать ц. С цинизмом рассуждать о любви. Статья проникнута откровенным цинизмом.

2. Ист. Учение циников (2 зн.).

Толковый словарь иноязычных слов

Л. П. Крысин

цини́зм

а, мн. нет, м.

[фр. cynisme

1. Наглое, бесстыдное поведение и отношение к чему-н., проникнутое пренебрежением к нормам общественной морали, нравственности.

      — полный цинизма, бесстыдный.

Школьный словарь иностранных слов

Л. А. Субботина

цини́зм

-а, м.

[франц. cynisme

1. Пренебрежение ко всем общественным нормам, нравственности, наглость, бесстыдство (откровенный цинизм, нотки цинизма).

     

Словарь трудностей русского произношения

М. Л. Каленчук, Р. Ф. Касаткина

цини́зм

неправильно! цини́[з’]м

Что такое цинизм в литературе?

Цинизм стал означать сарказм, пресыщенную точку зрения или недоверие; в литературе, однако, это первоначально указывало на гораздо более позитивную философию. Циники были древними греками, последователями идеалов Сократа, которые считали, что оспаривание статус-кво — это путь к истине. Эта идея до сих пор жива, чего не скажешь о цинической литературе.

Первый циник

Первым циником был Антисфен, который установил образец для последователей своей недолговечной философии, ведя образ жизни крайнего аскетизма, отказываясь от мирских благ и полагаясь на собственные силы.Много столетий спустя такое отношение будет рекламироваться трансценденталистами Генри Дэвидом Торо и Ральфом Уолдо Эмерсоном. Философия самоотречения, очень похожая на ту, которую разработал Гаутама Будда, оказалась таким трудным путем для следования, что большинство приверженцев разветвились на другую философию, стоицизм, веру в безропотное перенесение болезней.

Ницше, современный циник

Таким образом, цинизм в литературе возникает из философской основы, которая включает в себя как анархию — поскольку лишь немногие люди обладают способностью к самоуправлению — так и самоотречение.Это породило литературные жанры, такие как сатирические и экзистенциальные произведения. Характерно циничное произведение Ницше «Веселая наука», в котором он обращается к мифу о Диогене, который днем ​​носил зажженную лампу в поисках человека. Фигура Диогена Ницше — сумасшедший, ищущий Бога; он должен, наконец, объявить, что Бог мертв.

Великий циник Шекспира

Запоминающиеся циники в литературе несут двойное бремя анархической мысли и самоотречения.Яго в шекспировском «Отелло» говорит о себе: «Я не критик», и продолжает сатирически анализировать недостатки как себя, так и окружающих его персонажей, все время разыгрывая ужасный заговор, чтобы уничтожить своего генерала Отелло с помощью завистливые слухи. Яго предвещает логический конец циничной философии, когда он сворачивает в богоотрицающий нигилизм. Когда его попросили объясниться, он ответил поистине цинично: «Что ты знаешь, то ты знаешь».

Современные циники в литературе

Циники ушли из Греции, их секта вымерла около 323 г. до н.э.э., но циничные персонажи — не измученные неудачники, а настоящие искатели истины — все еще встречаются в современных произведениях, таких как «Холодная гора» Чарльза Фрейзера, где дезертир из Конфедерации Инман ищет дом и свою возлюбленную только для того, чтобы найти, подобно сумасшедшему Ницше. , что Бог и истина, кажется, отсутствуют в его жизни.

Что такое цинизм? — Значение — Примеры

Что означает цинизм

Циничный человек – это человек, который действует или говорит лживо , но делает это бессовестно, бессовестно.То есть циник — это тот, кто говорит о чем-то, зная, что это неправда, или кто делает что-то, зная, что это неправильно, не представляя при этом какого-либо морального страдания , поскольку у него есть Безутешное видение и пессимистическое отношение к человеческому обществу.

Рассмотрим, например, политика, который в интервью национальному телевидению отстаивает необходимость справедливых и прозрачных судебных процессов, и делает это с улыбкой: он смеется, потому что знает, что сам вовлечен в несправедливые судебные процессы и коррумпирован , но он все равно говорит то, что говорит.Такое отношение дерзости, наглости или бесстыдства мы обычно называем циничным отношением.

В нашем обществе часто осуждают цинизм. Это часто классифицируется как форма самости центрированность и ассоциируется с пессимистическим взглядом на человеческую природу.

Однако также можно понимать как показатель интеллекта : циничными персонажами часто являются те, кто понимает, что мир несправедлив, кто может видеть лицемерие мира, но вместо того, чтобы возвысить против него голос, они выбирают для смеха, для забавы, или для того, чтобы быть ироничным.

Цинизм происходит из классической античности, как мы увидим ниже, но у него также были важные культисты в Новое время, которые в своих работах использовали иронию, абсурд и насмешку, чтобы атаковать предполагаемую добрую природу человека . Среди них имена Уильяма Шекспира, Оскара Уайльда, Джеффри Чосера, Франсуа Ребле и других.

Это может служить вам: Личность

Цинизм в философии

Термин «циничный» (и большая часть его значения) происходит из Древней Греции и, в частности, из Циничной философской школы, основанной Антисфеном (444–365 до н. э.).В этой школе, первоначально называвшейся Малой сократической школой, Величайшим представителем был Диоген Синопский (412-323 до н.э.), по прозвищу «Диоген Циник» или «Диоген Пес».

Эти прозвища происходят от греческого слова «собака»: « kynikós », от которого также происходит kynikós , то есть циничный. Причина этого в том, что, применяя свои убеждения на практике, эти философы предпочли жить «по-собачьи» : не доверять общественным учреждениям, учению и всякого рода условностям и социальным нормам, которые должны были быть навязаны.человеку против его природы.

Поэтому циники представляли собой смесь нищих и надменных философов, всегда готовых к насмешкам, иронии и вульгарным отношениям , так как считали себя живым напоминанием о том, чем является человечество глубоко внизу. всех этих слоев предполагаемой цивилизации. Отсюда их и прозвали «собаками», поскольку они так и жили.

Вот как их изображает греческий писатель Алцифрон (II век до н.э.) в своих Письмах :

«… Жуткое и болезненное зрелище, когда он трясет своими грязными волосами и нагло смотрит на тебя.Он появляется полуобнаженным, в поношенном плаще, с висящим мешком и в руках у него булава из дерева дикой груши. Он ходит босиком, не моется и не имеет торговли и прибыли».

Киники были популярным движением в Древней Греции, а затем во многих великих городах Древнего Рима . Одними из самых известных его представителей, помимо Антисфена и Диогена, были Кратес из Фив, Менипп из Гадары, Онесикрит из Астипалеи и один из первых греческих философов в истории: Гипархия.

10-минутные разговоры: функция цинизма в настоящее время

Профессор Хелен Смолл FBA рассматривает характерные черты цинизма, его происхождение и развитие как философской ветви и какую роль он играл в общественном морализме, начиная с 19 века.

Стенограмма

Здравствуйте, я Хелен Смолл. Я профессор английского языка и литературы Мертона в Оксфорде и член Британской академии, представителя Великобритании в области гуманитарных и социальных наук.Сегодня я хотел бы поговорить об идеях книги, которую я только что опубликовал во время карантина в Oxford University Press, Функция цинизма в настоящее время , и, в частности, о том, что в ней говорится о способах в которых, как правило, работает наша культура публичных дебатов. Я литературный критик, но виды публичных выступлений и аргументов, которые меня интересуют, выходят за рамки литературы и включают в себя философию, политику и особенно те виды письма, которые в моей области часто называют публичным морализмом.

Когда люди слышат, что вы работаете над цинизмом, они, как правило, делают одно или два предположения: что вы диагностируете нездоровое его количество в нашей культуре и что вы думаете, что нам было бы лучше без него — ведь очень много книг по этому поводу, в том же духе, в последние годы, многие из них были направлены на американскую ситуацию. Если, конечно, человек, с которым вы разговариваете, не читал недавнюю радикальную философию, и в этом случае он может прийти к предположению, что вы хотите, чтобы в нашей культуре было больше этого.Я думаю, нам следует занять более расслабленную позицию.

Цинизм, как я его вижу, является частью ряда способов, которыми мы можем выбирать для взаимодействия с другими, это то, к чему большинство из нас прибегает время от времени, чаще всего потому, что мы хотим добавить немного энергии или агро в обсуждение. Делая это слишком часто, мы рискуем попасть в беду. Делать это время от времени, даже тактически, может быть очень конструктивно, и именно эти конструктивные применения меня действительно интересуют.

Прежде чем идти дальше: что это? В своем основном современном понимании цинизм есть характеристика привычной манеры говорить и, если отнестись к этому серьезно, привычного склада ума.

В широком смысле циник — это человек, склонный подвергать сомнению мотивы, которые движут другими людьми.

Например, вы можете сказать, что сделали значительное пожертвование на восстановление Нотр-Дама, потому что вам небезразлично его непреходящее религиозное, историческое и культурное значение во Франции и за ее пределами. Я, циник, говорю, что ты сделал это, потому что это делало тебя лучше. Возможно, это отвлекло внимание общественности от вашей сомнительной деловой практики и помогло вам с налоговой декларацией.

Другими словами, циники быстро замечают корысть на работе.Объявить это, привлечь к этому внимание, понизить тон — это их самостоятельная задача. При этом они, как правило, грубы, бестактны и прямолинейны. Это самые распространенные современные ассоциации этого слова. Любой хороший словарь или история философии скажет вам, что современная типология берет свое начало в высказываниях и поступках первых циников греческой античности, Антисфена, Диогена Синопского и их последователей вплоть до четвертого века.

Цинизм был самой яркой ветвью сократовской традиции, революционизировавшей моральный дискурс, настаивая на базовой животной природе человека: бесстыдные в образе жизни, писающие, удовлетворяющие свои сексуальные потребности на публике.Первые циники хотели освободить человечество от обычных материальных желаний и эмоциональных волнений. Они оттачивали искусство обходиться без. Известно, что Диоген поселился в кадке или бочке. Увидев, как молодой человек черпает воду ладонью, он выбросил деревянную чашку, которой пользовался, радуясь, что даже она ему не нужна.

Прежде всего, циники обесценивали общепринятые нравы и мораль. Это намек на историю о том, что Диоген был сыном банкира, ответственного за выпуск и надзор за местной валютой в Синопе.Когда было обнаружено, что чеканка фальсифицирована, отец был заключен в тюрьму, а Диоген бежал в изгнание, как гласит история.

Точно так же циничная философия обесценивает моральную валюту дня, откалывая или искажая металлическую основу. Подразумевается, что если бы поврежденная валюта получила широкое распространение, моральная экономика общественной жизни была бы скомпрометирована. Цель первоначальных циников была человеколюбивой. Циничными речами и образцовой простотой жизни они стремились излечить людей от ошибок в оценках и суждениях, которые могут затуманить разум.Они были не прочь немного зрелищности. Известно, что Диоген вынес зажженный фонарь на рыночную площадь при полном утреннем свете. Когда его спросили, что он делает, он сказал: «Я ищу мужчину», имея в виду любого, кто способен понять и жить в знании того, что на самом деле означает быть человеком.

Большая часть этого философского аппарата или структуры отпадает после высшей точки циничного влияния в Римской империи, за исключением важной линии влияния, которая проходит через историю христианства.То, что у нас осталось, — это очень сильная характеристика, отдаленно историческая, связанная главным образом с несколькими известными историями о Диогене, но, думаю, большинство людей сказали бы, что это больше не живая или последовательно живая философская практика. Цинизм всегда был сильным актом самохарактеристики, но чем дальше мы удаляемся от его первоначальных форм, тем более театральной, чрезмерной, может быть, абсурдной, непременно гиперболической выглядит эта характеристика. Назвать кого-то циником или выдать себя за циника — значит активировать тип, выбирая и повторяя из известного набора характеристик.По мере того как философский цинизм все больше сближается с литературным, а в XX веке особенно психологическим цинизмом, он все больше ассоциируется со стилем речи: резким, конфронтационным, развенчивающим, не заинтересованным в диалоге и не впечатленным высокими идеалами.

Его великим интерпретатором в конце 19-го века был Ницше, который наточил свои филологические зубы на исторических биографиях, которые записывают жизни первых циников. Иногда он изображал из себя перед друзьями современного Диогена.Ницше делает цинизм частью стилистического репертуара своих философских произведений. Способ аргументации, который работает для него, отчасти потому, что он имеет такие очевидные ограничения; когда он цинично относится, например, к происхождению нашей приверженности морали, вы можете быть уверены, что он хочет заставить вас задуматься, побеспокоиться о том, как много он имеет в виду и откуда он на самом деле исходит. Прежде всего, Ницше нашел цинизм полезным для формулирования того, что может означать разрыв с условностями и свобода духа в вашем философствовании, и как лучше всего сформировать философский стиль при допущении этой свободы.

Ницше уникален тем, насколько глубоко он продумывал цинизм. Большинство писателей, с которыми я работал, от Томаса Карлайла до современного американского романиста Динау Менгесту, гораздо более интуитивны, поэтому я думаю, как и все мы, в том, что они делают с этим. За исключением Карлайла, большинство из них вообще не считалось бы склонным к цинизму. Напротив, их помнят, потому что они способствовали тому, как образованная общественность думала об общих идеалах и амбициях.Например: Мэтью Арнольд о важности культуры; Джордж Элиот о важности человеческого сочувствия и позже в ее карьере о возможностях выхода за рамки национализма к некоему космополитическому мировому порядку; Бертран Рассел и его крайне нециничный собеседник Джон Дьюи о ценности высшего образования.

При внимательном их прочтении меня интересует, в какой степени все они сделали цинизм частью своего репертуара, своего инструментария, отстаивая важные для них идеалы.Принятие время от времени циничной линии было способом настроить агрессивность собственного интеллекта, проверяя, что может сказать по этому поводу более жесткий, не поддающийся убеждению интеллект. Взгляд Арнольда на культуру, если присмотреться, совершенно циничен в своих предположениях о том, что волнует большинство людей и почему они заботятся, например, о материальном благополучии, делают то, что им нравится, и просто преуспевают.

Дело не в том, что он действительно верит в это или ему нужно верить в это, а в том, что любой высокопарный рассказ о стремлении быть лучшим собой нуждается в этой приземленности, если хотите, в неидеальном представлении о том, с чего мы начинаем. .В романе Динау Менгесту « Как читать воздух» , , если взять гораздо более свежий пример, подход к текущему кризису с беженцами заранее подготовлен к неспособности гуманизма добиться прогресса в необходимом масштабе вопреки национальным интересам и общим интересам. или-сад индивидуального эгоизма. Когда я читаю это, вопрос, который задает Менгесту, заключается в том, насколько жесткими мы готовы быть в признании этих реалий и борьбе с ними.

Ясно, что к 19 веку мы имеем дело с образом мышления о цинизме, который имеет столько же общего с тем, как мы думаем о психологии, сколько о жизненной философии, а также с факторами, влияющими на наши публичные доводы в пользу того, чего мы хотим.Я написал эту книгу в то время, когда большинству публичных комментаторов стало совершенно очевидно, что наша культура публичных дебатов огрубела, отчасти под влиянием определенных личностей на общественной сцене, а отчасти из-за вызывающих разногласия политических вопросов, затрагивающих глубоко укоренившуюся идентичность. Отчасти потому, что многим из нас кажется, что ограничения на публичное выражение мнения ослаблены социальными сетями и недостаточным регулированием, возможно, невозможностью регулировать интернет-платформы.В этом контексте попытки рекомендовать нормативные модели для публичных рассуждений не кажутся подходящими для решения реальных задач, связанных с поиском согласия в публичной сфере. Отсюда мой интерес к выходу за рамки норм.

Я не призываю к цинизму. Предоставленный сам по себе, он груб и, как быстро скажет каждый психолог, пишущий на эту тему, склонен к нарциссизму. Циники плохо умеют слушать. Может показаться, что все, чего они хотят в данном случае, — это поднять настроение тому, кто их слушает.Но такова природа ваших ожиданий от других людей, что иногда вы будете правы. Единственная наиболее наводящая на размышления мысль, которую я нашел, читая книги по психологии и психоанализу, пришла от Адама Филлипса: предположение о том, что циники являются в глубине души идеалистами, чей идеализм получил серьезный удар на каком-то этапе их раннего развития. Их цинизм защищает от радикального разочарования, от желания большего, чем мир или другие люди, вероятно, когда-либо дадут.По крайней мере, у циников есть — [это был свет в моей комнате! Захватывающе.] — по крайней мере, циники имеют компенсацию, полагая, что они одни правы.

Как я уже сказал, предоставленный самому себе цинизм не выглядит красивым, но цинизм никогда не бывает изолированным.

Это один из способов, которыми может действовать любой участник публичных дебатов. Используемый тактически, что не обязательно означает самосознание, он может размять аргумент, активизировать его, привести его в более тесный контакт с реальными препятствиями на пути продвижения хороших идей.К ней особенно тянутся риторические провокаторы, и она влечет за собой все проблемы провокаторства: переступить черту, потерять контакт с истиной, забыть свою аудиторию. Но при осторожном обращении он расширяет картину того, что в действительности влечет за собой публичный спор. Использование его — это способ откалибровать свои собственные предположения как говорящего о том, какие доминирующие моральные предположения, ценности, вкусы, политические соглашения существуют вокруг вас. Отсюда и картинка на обложке книги Сильвена Форнаро: современный циник, спящий угрюмо на улице, возможно, Франции, возможно, Италии, в лачуге, сделанной из коробок от лампочек Osram, пытаясь поймать хороший радиосигнал среди множества помех и почтительная публика дворняг.Спасибо.


1 Этот разговор изначально имел место 25 ноября 2020, Часть серии Британская академия 10-минутных разговоров , где ведущие мировые доцеры, объясняют последнее мышление в гуманитарные и социальные науки всего за 10 минут. 10-минутные выступления транслируются каждую среду с 13:00 до 13:10 на YouTube и доступны на Apple Podcasts 45 45 45 45

5

5

5

5

5

5

5 Подпишитесь на 10-минутные выступления Британской академии здесь.


Дополнительная литература

Функция цинизма в настоящее время , Хелен Смолл.

«Цинизм и функция цинизма в настоящее время» Обзор: когда ничего не достаточно хорошо», статья в The Wall Street Journal.

Ценность гуманитарных наук , Хелен Смолл.

Долгая жизнь , Хелен Смолл.

«Классики гуманитарных наук — Интервью с профессором Хелен Смолл», видеоинтервью с Хелен Смолл.

Что такое цинизм и как переубедить циника

Хотя его часто принимают за разум, особенно те, кто его практикует, цинизм на самом деле является маской разочарования. Это токсично для души человека и для души общества, поэтому мы должны избавиться от него. Вот как мы можем это сделать.

У каждого из нас есть хотя бы один знакомый критик.Любая дискуссия с ними неизменно доходит до того, что они начинают жаловаться: на пробки, погоду, своих коллег, начальство, пекаря, политический класс, нечестных людей, иностранных эксплуататоров, беженцев-террористов, может быть, даже международный заговор.

Тема меняется довольно часто. Что не меняется, так это отношение этого единственного друга, которое выражает вечное раздражение по поводу среды, в которой они вынуждены жить, будь то микро- или макросреда.Они не всегда говорят это так многословно, но вы знаете, что их выводы о мире лежат в основе всякого разговора с ними: доверять никому нельзя; все люди лицемеры; все обманут вас при первой же возможности; все строго следят за своими интересами.

Обычно такие друзья видят себя на противоположном конце спектра: это хорошие люди, с чистыми намерениями, без скрытых интересов, прозрачные, поскольку это не представляет для них опасности.Они не коррумпированы и не несправедливы, и, самое главное, они достаточно умны и мудры, чтобы осознать все эти вещи и рассказать вам об этом.

Кто из нас не совершает ошибку, пытаясь доказать их неправоту в наших разговорах с ними, возражая против всего, что они нам говорят? И кто из нас не испытывает искушения сделать это из лучших побуждений, чтобы убедиться, что наши друзья не пресытятся жизнью по собственному желанию?

Я, однако, понимаю две вещи: 1) В большинстве случаев попытка переубедить циника с помощью АРГУМЕНТОВ — это война, которую проигрывают с самого начала — и сразу скажу, почему.2) Общество НЕ виновато в своих циниках, по крайней мере, не из-за безнадежных причин, которые циники приводят — и я также перейду к этому через минуту.

Прежде всего, поскольку мы говорим о цинизме, я хотел бы убедиться, что мы все понимаем, что мы подразумеваем под этим термином.

Определение один

Согласно Луису Навиа, автору книги «Классический цинизм: критическое исследование », цинизм — это отношение, характеризующееся общим недоверием к мотивам других. Это означает сомнение в каких-либо этических и социальных ценностях, которые кто-то (человек или организация) утверждает, что они у них есть, и отказ от необходимости быть вовлеченным в общество.

Мы должны быть осторожны, чтобы не спутать циника со скептиком. Скептицизм – функциональное сомнение («сомневаюсь, значит думаю»), но делают они это для того, чтобы дойти до истины, которая будет им полезна. Циник только утверждает, что сомневается, чтобы думать, когда на самом деле «думает, чтобы сомневаться».

Все еще очень популярное клише, несмотря на научные намеки на справедливость обратного, утверждает, что более умные люди более склонны к депрессивному настрою, чем менее умные люди, которые были бы более склонны к оптимизму.Это классический образ пессимистического гения, одинокого и одолеваемого экзистенциальными тревогами.

In extenso цинизм как форма пессимизма в отношении способности человечества делать правильный этический выбор, в свою очередь, будет свидетельством разумности. Однако цинизм не есть пессимизм в собственном смысле этого слова, ибо его антоним не оптимизм, а наивность. Тогда, в принципе, было бы неправильно предполагать, что оптимистичный человек менее умен, чем пессимист, потому что возможно, что оптимист может позволить себе быть оптимистом, потому что он визуализирует решения, которые помогают ему представить себе светлое будущее, в то время как пессимист не может позволить себе быть оптимистом. их еще не нашел.Но вернемся к циникам.

За щитом пылающего

Цинизм выглядит круто. Вы должны быть крутым и сильным человеком, чтобы выжить в мире, где нельзя возлагать большие надежды, и вы видите, что все, кто вроде бы делает что-то хорошее, на самом деле движимы эгоистичными желаниями (выделиться, почувствовать хорошо и др.). Однако здесь наступает переломный момент. Цинизм связан с фрустрацией, разочарованием, разочарованием. Иногда чем выше наши ожидания от других — людей или институтов, — тем больше цинизма коренится в нас самих.

Современный цинизм — это прежде всего форма защиты от страданий

Философ Ален де Боттон подытожил это открытие в «Книге жизни», сказав, что «под грубоватой внешностью циников скрывается почти истерическая хрупкость, связанная с идеей ожидать чего-либо, что оказывается менее впечатляющим, чем они ожидали». надеялся. Поэтому они искажают свой умственный аппарат, чтобы обезопасить себя от возможного разочарования. Они разочаровывают себя прежде, чем мир сможет сделать это за них в то время и таким образом, как они сами выбирают.

Здесь современный цинизм встречается с историческим цинизмом — цинизмом великих греческих философов. Конечно, когда говорят «греческий цинизм», все думают о Диогене и его знаменитой бочке, в которой он жил на улицах Афин. Но Диоген был не единственным. Перегрин также был известен своей бурной жизнью. Чтобы доказать, что он все контролирует, а также научить других пренебрегать всеми нормами и преодолевать все ограничения, он поджег себя на общественной площади.

Греческий прозаик Лукиан Самосатский, сатирик, написал произведение, в котором упоминается Перегрин, что является единственным имеющимся у нас источником о его жизни. Люциан высмеивал Перегрина за то, что он поджег себя, чтобы устроить сцену. Это очень интересно и грустно одновременно: циник относится с цинизмом.

Защита

Таким образом, цинизм является формой изоляции от боли. То есть его причиной является не опыт и глубина понимания, не интеллект, как предполагают циники, а психологическая травма.В душе каждого циника на самом деле есть человек, который видел, как их надежды рушатся без всякого предупреждения и без возможности восстановления, сказал Боттон. Циник этого не признает, но он соберет целые энциклопедии ярких примеров коррупции и манипуляций, жадности и злоупотреблений, неравенства и несправедливости, чтобы представить мир, в котором психологическая травма — не неприятная неожиданность, а норма, с которой мы учимся справляться. справляться с.

Невежество

Хотя любой циник предпочел бы выдать себя за умного, социолог Питер Бергер сказал в «Приглашении к социологии», что «эта циничная позиция сама по себе наивна и достаточно часто основывается скорее на отсутствии исторической перспективы, чем на чем-либо другом.Цинизм по отношению к обществу — не единственный вариант, кроме доверчивого подчинения этому социальному эону или доверчивого предвкушения того, что грядет».

Духовная тревога

Цинизм ядовит для души отдельного человека и души общества, и не нужно быть социологом, чтобы понять это. Вы могли бы также быть музыкантом. Композитор и дирижер Леонард Бернстайн был убежден, что «мы должны без страха верить в людей» («в их песню», — сказал он в другой раз).Бернштейн умер в конце 1990-х, в 82 года. Он родился как раз в конце Первой мировой войны, так что в конце Второй мировой войны ему было 27 лет. Он был достаточно взрослым, чтобы понимать некоторые вещи.

«Каждый, кто родился после 1945 года, когда взорвалась эта бомба, совершенно отличается от тех, кто родился до них», — сказал Бернстайн. Это потому, что они выросли в мире, где возможность глобального разрушения была повседневной реальностью, до такой степени, что они даже не думали об этом.Но это изменило их образ жизни…

«Любой, кто вырастет — в отличие от людей моего поколения — принимая возможность немедленного уничтожения планеты как должное, будет все больше тяготеть к мгновенному удовлетворению — вы нажимаете кнопку телевизора, вы бросаете кислоту, вы нюхаешь кокаин, делаешь укол… а потом теряешь сознание в постели… и просыпаешься таким циничным… Все серьезное не бывает «мгновенным» — Сикстинскую капеллу за час не «сделаешь» . Вы не можете «сделать» Сикстинскую капеллу мгновенно — вы должны лечь на спину, посмотреть на этот потолок и созерцать.И мы уже потеряли целое поколение детей, слепых ко всему конструктивному или прекрасному».

Склонность к негативу

Иногда наш цинизм является результатом контролируемой негативной предрасположенности. Мы можем выбирать, смотреть на вещи так или иначе. Мы можем принять решение о наличии или отсутствии смысла. Старая поговорка «Вы сами выбираете свое отношение» применима и к окружающим нас обстоятельствам. Это правда, что большую часть времени мы не можем изменить наши обстоятельства, но у нас есть полная свобода изменить то, как мы относимся к ним, таким образом, чтобы это поддерживало наше психическое состояние, которое не деморализовало бы и, таким образом, не смущало бы наши души.

Следовательно, цинизм не означает разум. Цинизм — это отношение, с помощью которого мы пытаемся скрыть наш страх быть сильно разочарованными (снова). В других случаях, наоборот, цинизм может быть результатом незнания того, как другие контексты, подобные нашему, функционировали в прошлом. Другими словами, мы можем быть циничными даже из-за ложного опыта. Впрочем, есть еще несколько поводов для цинизма, и здесь я подхожу к ответу на вопрос, который задал в начале.

Вина

Пожалуй, самая коварная и неожиданная причина — чувство вины. Неразрешенная вина может вызвать у нас отвращение к миру либо потому, что мы склонны видеть других такими, какие мы есть на самом деле, проецируя на них свои слабости, либо потому, что мы не хотим иметь дело со своей собственной виной, мы перебрасываем ее на других, чтобы облегчить свое бремя. Чувство вины вызывает страх и тревогу, а тревожный человек будет очень неохотно видеть во всем окружающем что-либо хорошее, потому что он находится в состоянии перманентного внутреннего и внешнего конфликта.

Это не значит, что все циники должны проверить свою совесть и рассчитывать обязательно найти там нарушения. Это тоже было бы полезно, это был бы хороший фильтр, но я не думаю, что этого достаточно.

Стремление к власти

Философ Бертран Рассел написал эссе («Юношеский цинизм») о цинизме, которое является очень поучительным чтением. Я полагаю, что его диагноз можно очень хорошо применить, особенно к тем, кто циничен по отношению к институтам: «Однако вера, как не устают повторять нам современные психологи, редко определяется рациональными мотивами, и то же самое верно в отношении неверия, хотя скептики часто упускают из виду этот факт.Причины любого широко распространенного скептицизма скорее социологические, чем интеллектуальные. Главной причиной всегда является комфорт без силы».

Что это значит? Далее он поясняет: «…обладатели власти не циничны, поскольку способны навязывать свои идеалы. Жертвы угнетения не циничны, так как они наполнены ненавистью, а ненависть, как и любая другая сильная страсть, несет с собой шлейф сопутствующих убеждений. Когда царское правительство убило брата Ленина, оно не превратило Ленина в циника, поскольку ненависть вдохновила его на всю жизнь деятельность, в которой он в конце концов добился успеха.

Иногда цинизм по отношению к определенной структуре является результатом желания иметь больше власти в этой структуре, но также и сохранить комфорт положения с меньшей властью. Однако в целом лидирующая позиция несовместима с идеей комфорта, а стремление к выгодному балансу между ними чаще всего порождает конфликт.

Лечение тройным антидотом

Есть ли противоядие от цинизма? Я считаю, что существует не один, а три.Среди них один из них пользуется превосходной репутацией в интеллектуальных кругах всех идеологий, особенно в христианстве.

Известный культуролог из США Мария Попова забила тревогу по поводу цинизма, но и сопроводила это тем, что увидела в качестве лекарства: «Сегодня душа остро нуждается в управлении и защите от цинизма. В своей пассивности и покорности цинизм есть ожесточение, обызвествление души. Надежда — это растяжение связок, гибкое стремление к чему-то большему.

«Лучшая защита от него — энергичная, умная, искренняя надежда, а не слепой оптимизм, потому что это тоже форма смирения, вера в то, что все будет хорошо и нам незачем прилагать усилия. Я имею в виду надежду, подкрепленную критическим мышлением, которое четко определяет, чего не хватает в нас самих или в мире, но затем видит способы создать это и пытается это сделать». Однако она также указала, что «надежда без критического мышления наивна».

Тем не менее, я сказал, что будет еще два противоядия.Я нашла их в месте, где традиционно мужчины особенно ищут совета для успешной семейной жизни. Это известный отрывок из Библии, который часто цитируют во время религиозных свадеб: первое послание апостола Павла к Коринфянам, глава 13. Этот библейский отрывок устанавливает ценную триаду, основанную на надежде, вере и любви, которая может оказаться эффективным самым неожиданным образом.

Нельзя быть циником, когда веришь в Бога. Христианин, который смотрит на Христа как на образец для подражания, обнаружит, что Тот, Кто лучше всех знал глубины человеческой испорченности, не передал ни следа цинизма в Своих словах и делах, как упомянул Норел Якоб в одной из своих редакционных статей: «Цинизм как беспомощность». ».Наоборот: Христос есть величайший антициник, Бог, который не позволяет вещам вырождаться, как они естественным образом вырождаются вследствие греха, но взял дело в Свои руки и дошел до того, что пожертвовал Собой. Сколько циников готовы искренне пожертвовать собой, рискуя быть не признанными и не одобренными другими?

Любовь, в свою очередь, тоже является противоядием и фактически самым действенным способом изменить мнение циника. Почему? Потому что, как я уже говорил, во многих случаях основная мотивация цинизма — не рациональная, а неразрешимая, гнетущая боль, которую циник пытается замаскировать, прикрывая своего рода покорностью, которой ему не нужно стыдиться. из.Приводить контрпримеры для циника, который просто рассказывает вам, почему, по его мнению, дела в мире так плохи, не причиняет ему ничего, кроме вреда, потому что он интерпретирует это как нападение на его форму защиты.

Любовь, однако, работает по-другому. Любовь прежде всего защищает; это бальзам. Любовь исцеляет. Он может восстановить веру и возродить надежду в сердце человека, который больше не может верить. Поэтому прежде всего рационального довода то, что может изменить ум циника, это то, что меняет каждого из нас в нашем духовном упрямстве: любовь.Это метод, который применяет христианский Бог.

Алина Картман специализировалась в области коммуникаций и связей с общественностью, но выбрала карьеру журналиста. Опубликовав более 1500 статей за 13 лет работы в СМИ, Алина имеет опыт работы старшим редактором. Она является частью команды, которая продвигала semneletimpului.ro, платформу для журнала Signs of the Times в Румынии. В настоящее время она получает степень магистра в области программ и управления инвестициями.

Надежда, цинизм и истории, которые мы рассказываем сами себе — Маргинанец

Жить искренне в нашей культуре цинизма — это трудный танец, который легко дается только очень молодым и очень старым.Остальным остается бороться с двумя поляризующими силами, разрывающими психику на части, манящими к ней с противоположных сторон — критическим мышлением и надеждой.

Критическое мышление без надежды — это цинизм. Надежда без критического мышления наивна.

Искусство Оливье Таллека из Это стихотворение, которое лечит рыбу Жан-Пьера Симеона

Придираться и чувствовать безнадежность в отношении улучшения ситуации порождает смирение — цинизм является одновременно симптомом смирения и бесполезным механизмом самозащиты от него.Слепая вера в то, что все будет хорошо, также порождает смирение, поскольку у нас нет мотива прилагать усилия к тому, чтобы что-то улучшить. Но чтобы выжить — и как отдельные личности, и как цивилизация — и особенно для того, чтобы процветать, нам нужен правильный баланс критического мышления и надежды.

Растению нужна вода, чтобы выжить, и необходимо достаточное количество воды, чтобы процветать. Перелейте его, и он сгниет от избытка. Под водой он высыхает внутри.

Я думал об этом недавно, наблюдая за своим беспокойством — своим кипящим котлом глубокого разочарования — в статье, комментирующей решение Арианны Хаффингтон продолжать публиковать необходимые репортажи о том, «что не работает — политическая дисфункция, коррупция, правонарушения и т. д.». но начать придавать больше света историям, воплощающим «настойчивость, креативность и грацию», на которые способны мы, люди. Писатель, критикующий решение Хаффингтона, с большим негодованием утверждал, что «отдавать предпочтение счастливым историям над «несчастливыми» означает представлять ложное представление о мире.

Давайте на мгновение рассмотрим понятие неложного взгляда на мир — журналистский идеал правды с большой буквы. Давайте также отложим на время довольно точное утверждение Хантера С. Томпсона о том, что возможность объективности — это миф с самого начала. Начиная с золотого века газет в начале 1900-х годов, мы пережили столетие безудержного искажения в сторону другой крайности — последовательного и систематического привилегированного использования душераздирающих и душераздирающих «новостей» в качестве сырья для медиа-истеблишмента.Жалоба, поданная редактором газеты в 1923 году, сетующая на то, что коммерческий интерес, а не журналистская честность, определяет то, что публикуется как «новость», вполне могла бы быть опубликована сегодня — во всяком случае, Интернет только усугубил проблему.

Двадцатый век был одновременно и золотым веком средств массовой информации, и веком, отмеченным двумя мировыми войнами, Великой депрессией, кризисом СПИДа и чередой геноцидов. С этой точки зрения это худшее столетие, которое пережило человечество — даже хуже, чем бубонная чума Средневековья, потому что эти смерти были вызваны бактериями, безразличными к человеческим идеалам и невосприимчивыми к человеческой морали.Такой взгляд на двадцатый век, таким образом, достаточно пугающий, если он верен, но вдвойне пугающий, если он не соответствует действительности, и Стивен Пинкер убедительно доказал, что он действительно не соответствует действительности. Затем, в гротескном воплощении иронического замечания Марка Твена о том, что худшие вещи в его жизни никогда не случались с ним, мы провели столетие, веря в худшее о себе как о виде и цивилизации.

Карл Саган увидел в книгах «доказательство того, что люди способны творить магию». Магия самых устойчивых книг человечества — великих произведений литературы и философии — заключается в том простом факте, что они полны надежды для человеческого духа.Новости стали колдовским контрапунктом этой магии, распространяя не доказательства нашей доброты и гениальности, а свидетельства наших самых низменных способностей.

Заслуживает внимания связанный с этим вопрос цинизма: в сочетании с утверждением, что придание позитивным историям большего значения искажает наше мировоззрение, было обвинение Хаффингтона в том, что мотивы были чисто коммерческими — уловка, позволяющая использовать алгоритмы Facebook, которые стимулируют обнадеживающие истории, а не обескураживающие. Может быть, дело не в том, что люди глупы и поверхностны, а алгоритмы еще глупее и поверхностнее, а в том, что мы пережили столетие нагнетания страха новостным промышленным комплексом и, наконец, получили способ узнать, что мы не глупы. один в жажде противоядия? Что у нас, наконец, есть культурное достояние, на котором мы можем сплотиться для восстания?

Мы не можем порицать предполагаемое искажение нашего мировоззрения, пока не проживем по крайней мере столетие с хорошими новостями даже на игровом поле, столь опустошенном крайним негативным уклоном прошлого века.

Что касается Хаффингтона, то, хотя мы можем только догадываться о мотивах другого человека, ибо кто может заглянуть в душу другого и по-настоящему увидеть личную правду этого человека? — я продолжаю верить в это: предположения, которые люди делают о мотивах других, всегда раскрывают гораздо больше о тех, кто предполагает, чем предположения о них.

Этот вид цинизма особенно ярко проявляется, когда предполагаемые люди достигли определенного уровня успеха или общественного признания.Возьмем, к примеру, такую ​​организацию, как TED, которая начиналась как небольшой полусекретный колодец, который был встречен только теплом и любовью в первые несколько лет своего открытия для большого мира. А затем, достигнув критической точки признания, TED стал объектом довольно мелкой и циничной критики. Это существо, которое не сделало ни больше, ни меньше, как снова и снова настаивало на том, что, несмотря на наши многочисленные несовершенства, мы по своей природе добры, способны и полны добра — и все же даже это не застраховано от цинизма.

Итак, вернемся к вопросу о том, что истинно, а что ложно, и какое отношение этот вопрос имеет — если вообще имеет — к тому, что мы называем реальностью.

Истории, которые мы рассказываем себе, правдивы они или ложны, всегда реальны. Мы действуем исходя из этих историй, реагируя на их реальность. Уильям Джеймс знал это, когда заметил: «Мой опыт — это то, на что я согласен обратить внимание. Только те предметы, которые я замечаю, формируют мой разум».

Что делают рассказчики — включая журналистов и TED, а также всех, кто имеет точку зрения и аудиторию, независимо от ее размера, — помогают формировать наши истории о том, как устроен мир; в лучшем случае они могут дать нашему моральному воображению возможность представить, как мир мог бы работать лучше.Другими словами, они помогают нам быть посредниками между идеалом и реальностью, культивируя правильный баланс критического мышления и надежды. Истина и ложь принадлежат этому посредничеству, но оно руководствуется прежде всего тем, что нас заставили поверить в реальность.

Итак, нам нужны такие писатели, как Уильям Фолкнер, который достиг совершеннолетия в борделе, видел человечество в его самых развратных проявлениях и все же сумел сохранить свою веру в человеческий дух. В своей речи о вручении Нобелевской премии он заявил, что долг писателя — «помочь человеку выстоять, возвысив его сердце.«В современных коммерческих СМИ, движимых частными интересами, эта обязанность работать в общественных интересах и на общественное благо отступает на задний план. И все же я продолжаю поддерживать Э.Б. Уайт, который так памятно утверждал, что «писатели не просто отражают и интерпретируют жизнь, они информируют и формируют жизнь»; что роль писателя заключается в том, чтобы «поднимать людей, а не опускать их вниз».

Да, люди иногда делают ужасные вещи, и мы можем размышлять о том, почему они это делают, пока у нас не кончатся слова и рассудок.Но зло преобладает только тогда, когда мы ошибочно принимаем его за норму. В мире так много добра — все, что нам нужно сделать, это напомнить друг другу об этом, показать это и отказаться уходить.

Что плохого в цинизме

Персонал EI

Характеристики

Несколько лет назад Taco Bell разместила рекламу в USA Today и других крупных газетах.Компания быстрого питания купила Колокол Свободы, объяснялось в рекламе, теперь он будет называться Taco Liberty. Белл. Колокол останется на прежнем месте, все еще доступным для общественный, но в новом владении.

Реклама оказалась пародией на День смеха, но реально для комфорта. Лидеры Конгресса уже серьезно говорят о передача национальных парков Диснею. В эфире Первого канала коммерческих «информационных развлечений» в государственных школах, наряду с предлагаемые классные проекты, в которых студенты пишут рекламные ролики для Snapple и дизайнерское искусство для торговых автоматов Pepsi.Почему бы не продать с аукциона Исторические памятники Америки тому, кто больше заплатит?

Цинизм исходит из того, что каждое учреждение и каждый человек для продажи, и закрепляет его как вечную истину. Он настаивает на том, что человек мотивы унижены и всегда будут. Цинизм подразумевает, что нет институты, истины или общественные связи стоят того, чтобы за них бороться.

Цинизм не всегда был таким обескураживающим. Первые Циники были группой древнегреческих философов, прежде всего Диогена, который язвительно осудили устоявшуюся культуру своего времени.Монахи-аскеты, которые проповедовали простоту, самодисциплину и самодостаточность, они предлагал нравственную альтернативу пустому материализму, законничеству и религиозное лицемерие, господствовавшее в греческом обществе. Тогда, быть циником означало отстаивать свои убеждения.

Чтобы в полной мере оценить пагубное воздействие современного цинизма, представьте себе такой же подход к нашим детям, супругам, любовники и друзья, которые мы часто делаем по отношению к общественной жизни. Притворись момент, когда вместо того, чтобы довериться им и простить их упущения и недостатки, мы приветствовали их с насмешкой, подозрением и безразличие.Как долго просуществуют надежда, любовь или радость под этими условия? Именно по этой причине мы сопротивляемся цинизму в наших личные отношения. Мы рискуем людьми, рискуя разочарование и горе, чтобы поощрить их лучшие качества. В противном случае достойные отношения становятся невозможными.

Цинизм в публичной сфере не менее губителен. Возьмите выборы политика, к которой наш пессимизм и презрение более основательнее, чем в любом другом аспекте американской жизни. как национальный Президент Ассоциации образования Боб Чейз беспокоится: «Мы приближаемся опасно близко к убеждению, что все возможно, кроме нация коррупции и жадности.Люди в СМИ и политике должны быть поощрение честности. Но они дают нам ощущение, что все на взять, что каждый сам за себя, и что работает на большее общее благо невозможно».

Цинизм все больше и больше занимает ментальное и психологическое пространство, которое мы когда-то зарезервированный для надежды — по крайней мере, такой надежды, которая могла бы вдохновить нам занять публичные позиции. С этой точки зрения лучше ничего не ожидать, чем рисковать разочарованием. Однако именно эта отстраненность делает нас бессильными, и поэтому вечно циничны.

Какая альтернатива? Это, конечно, не слепое доверие, хотя менее саморазрушительным и социально безответственным, чем цинизм, опасен сам по себе. Я видел и то, и другое во время моего трехлетнего изучения Хэнфордский ядерный комплекс штата Вашингтон, крупнейший в мире. Поколение основателей Хэнфорда пришло во время Второй мировой войны, производя плутоний для первой атомной бомбы (взорван в Нью-Мексико пустыни), а также для того, что пал на Нагасаки, а позже и сырье для четверти всех атомных боеголовок в мире.Они гордились своей работой. Футбольная команда средней школы, Бомбардировщики Richland продемонстрировали на своих шлемах миниатюрное грибовидное облако, баннеры клуба бодрости духа и программы поступления в школу.

Для меня ядерная работа подняла тревожные моральные вопросы. Хэнфорд неоднократные выбросы радиоактивных газов, в том числе преднамеренные, оставили след рака и связанных с ним проблем со здоровьем в сообществах до двести миль по ветру. Резервуары для отходов Hanford, предназначенные для временно, выщелочили сотни тысяч галлонов радиоактивных жидкости в землю.Бомбы, сделанные из хэнфордского плутония, оказались под угрозой возможное уничтожение нашего вида.

Рабочие в первом поколении избегали этих вопросов, предпочитая вместо этого погрузиться в свою работу. «Я мог бы так же легко быть работает на угольном заводе, — сказал один. — Или делать лампочки. «Моя работа,» — объяснял другой, — заключалась в том, чтобы заставить машины работать». В конечном счете, Поколение основателей Хэнфорда возложило моральную ответственность на тех, кого они называли «людьми, которые знали лучше всех».

Смесь преувеличенного скептицизма и всепроникающей покорности была очевидна в новое поколение рабочих, прибывших в Хэнфорд в конце 1970-х гг. и в начале 1980-х построить три новых коммерческих реактора.(Только один из заводы хромали до завершения, обременяя налогоплательщиков Тихоокеанского Северо-Запада с многомиллиардной долговой нагрузкой, превышающей государственный долг Польша.) В отличие от своих старших коллег, большинство этих молодых людей и женщины не доверяли ядерному предприятию, но все же приходили строить растения каждый день. Они культивировали отношение отстраненности, рассматривая свою работу как тщательно продуманную аферу с отличной зарплатой.

«Когда эти реакторы заработают, — говорили мне некоторые, — меня уже давно не будет — как можно дальше.Один ученый-компьютерщик, чья усталость от мира казался особенно смертоносным, пошутил: «Может быть, человеческий род похож на компания устарела и просто обречена на вымирание».

Другие молодые атомщики рационализировали свою работу, заявив, что с тех пор все остальные в сообществе приняли реакторы, они могли бы Хорошо примите их тоже, несмотря на их личные сомнения. «Если бы это было где-нибудь в другом месте, где эти растения не нужны, — сказал один, — я бы первый, кто начал протестовать. Но это ядерный город и всегда будет.

«Если бы я был на востоке и там строили реакторы», — сказал другой, «Я бросал камни, карабкался на заборы и меня арестовывали. Здесь, где еще будешь работать? Я говорю вам, мне это не нравится хотя заводчик, и когда они начнут этого лоха, я перееду ».

Молодые рабочие из Хэнфорда часто выражали опасения по поводу результатов их труд. Но они быстро отмахнулись от высших идеалов, таких как дым от дорогого наркотика, который они курили. Шутили над неофитами которые купили себе место в квалифицированных рабочих местах, подземные трубы, которые вели нигде, неправильные сварные швы и другие некачественные методы с потенциально катастрофические последствия.Потом они засмеялись, пожали плечами и сказали, что они могли бы также получить деньги, так как кто-то собирался.

С тех пор, как я впервые написал о Хэнфорде в начале 1980-х, цинизм стал более коварным. Мы пришли к тому, чтобы приравнять мораль убеждения с заблуждением, и насмехаться над теми, кто осмеливается действовать в соответствии с их убеждениями. «Приятно, что ты идеалист», — отвечаем мы. «Но что заставляет тебя думаешь, это важно?»

Даже если мы верим в некоторые основные понятия о добре и зле, мы часто изобразить несправедливые структуры нашего времени как неизменные, и что создается ощущение, что они никогда не могут быть изменены.«Радикальная» политическая ученый однажды высокомерно объяснил мне: «Мы обманываем себя, если думаю, что правительство не служит могущественным экономическим интересам». Истинный достаточно на данный момент. Но он оформил это как неизбежное состояние, как бы история была не в наших руках. Он не дал своим ученикам видения борьбы ибо никаких оснований для действий, только перспектива присоединиться к нему в ряды всезнающих свидетелей человеческой глупости.

Культивированный или грубый, цинизм коварен. Он преобразует смысл не желая быть обманутым в горькую защиту от несбывшихся надежд: если мы никогда не начнем бороться за свои мечты, нет риска, что мы потерпеть неудачу.

Любая проблема, масштабы которой кажутся непреодолимыми, может вызвать смирение и самопоглощение. Подумайте о росте населения. В 1700 году были менее 700 миллионов человек в мире. К 1900 году это число было чуть более чем удвоилось, до 1,6 млрд. он вырос до двух миллиардов в 1945 год, несмотря на две мировые войны и глобальную эпидемию гриппа. С затем население Земли увеличилось почти втрое и может достичь девяти миллиардов человек. в нашей жизни.

Плохие новости продолжают поступать. У антарктических пингвинов теперь есть ПХД в организме телесный жир.Скорость, с которой мы уничтожаем виды, сравнима с великие «спазмы вымирания», обрекшие на гибель таких существ, как динозавры. Для десятилетия передовые индустриальные страны потребляли огромное непропорционально большая доля ресурсов планеты. Теперь самый бедный и самые отчаявшиеся страны достаточно разумно спрашивают, почему они должны быть отказано в эквивалентной доле, то есть в таком же расточительном образ жизни.

Простое прочтение этих описаний может вызвать у вас еще большее потрясение.Это понятно. Но не заблуждайтесь: существуют решения для решения эти проблемы, как и другие, от глобального потепления до истощения озонового слоя к обезлесению. Они вдохновили бесчисленное количество людей участвовать в решении экологических проблем.

Я не хочу, чтобы картинка звучала слишком радужно. Даже самые легкие формы. социальных обязательств подразумевают, что наши действия имеют значение, и что если мы хотим более гуманного будущего, мы все должны помочь создать Это. Эта точка зрения может представлять угрозу для тех, кто в состоянии влиять на мнение.Это говорит о том, что они несут моральную ответственность перед слушать голоса, которые не обязательно исходят из Вашингтона, округ Колумбия, или корпоративные апартаменты и подвергнуть сомнению действия сильных мира сего. Беззаботный цинизм удобнее.

Цинизм смягчает боль несбывшихся надежд. Если мы убедим себя что ничего не может измениться, мы не должны рисковать, действуя в соответствии со своими мечтами. Но чем больше мы это принимаем, тем больше мы отрицаем основные части самих себя. Мы отрицаем даже возможность того, что наш выбор может иметь значение.

В качестве альтернативы этому бессильному реализму я хотел бы предложить идеализм с ясными глазами, который признает, что для многих сейчас плохие времена людей, но отказывается признать, что плохие времена неизбежны. Я не продвигать культуру веселых разговоров. Важно разобрать институциональное высокомерие и жадность, чтобы оценить, как это наносит ущерб жизням, кварталы, сообщества и самые основные жизненные системы земной шар. Но слишком многие активисты чуть ли не с удовольствием катаются по плохие новости, как собаки в прогорклой рыбе.Если это все, что мы делаем, мы укрепить веру в то, что попытки что-то изменить обречены. Хорошо воспитывать смирение и отчаяние. Итак, наряду с плохими новостями, нам нужно передать то, что способно вселить надежду.

Всегда может показаться более чем абсурдным думать, что мы могли бы быть способен изменить историю. Признавая этот факт и высоко оценивая ирония в нашей ситуации, может быть полезна, особенно когда наши усилия не идти по плану. Но то же самое чувство иронии становится опасным, когда оно используется для оправдания пассивности.Как указывает поэт и эссеист Льюис Хайд наружу, он становится «голосом пойманных в ловушку, которые пришли насладиться своим клетка.» Соответственно, мы могли бы думать о современном цинике как о человеке, потерял всякую надежду найти дверь, не говоря уже о ключе. И мы могли бы помните, что есть лучшие способы жить.

Выдержка из книги «Душа гражданина: жизнь с убеждением в циничное время», St. Martin’s Press, 1999

Эпоха цинизма | Проект Бытия

Век беспокойства сменился веком цинизма.В моем поколении цинизм больше не является плохим словом: его восхваляют и часто принимают за ум.

Но цинизм не разум. В лучшем случае это причина упущенных возможностей, поскольку многие люди моего возраста закрывают свои эмоциональные и интеллектуальные поры для новых впечатлений. В худшем случае цинизм может быть опасным, разрушающим мир состоянием ума. Здоровая доля скептицизма может быть разумной, но подобно тому, как Вольтер когда-то изобразил доктора Панглосса в своей новелле «Кандид » как глупого, широко раскрытого, упрямого оптимиста, мы сейчас наблюдаем взрыв совершенно противоположной личности. тип.Подобно персонажу Мартина из той же повести Вольтера, это обреченное и недоверчивое мировоззрение столь же глупо, столь же упрямо, а в низшей точке гораздо опаснее.

Недавно я был на открытии выставки в моем манхэттенском районе Челси, где я был рад видеть так много молодых людей. Работы, недавно созданные группой молодых художников, в подавляющем большинстве отклонялись в сторону горькой, безжалостной иронии. Юным посетителям это очень понравилось.Это резонировало с ними.

Изображение Брэндона Кидвелла, © Все права защищены.

Эта конкретная выставка не была уникальным недавним опытом. Кажется, на художественной сцене, а также во многих недавних романах и поэтических сборниках, которые я читал, существует консенсус: ирония разумна; лучше быть кривым и недоверчивым, чем открытым и доверчивым; теплота, любовь и верность устарели. Видеоигры должны быть нереально жестокими, чтобы считаться «реалистичными». Кино нужно идти все дальше и дальше в поисках шока и трепета.

Конечно, в мире есть место для всего этого. « Сало » Пазолини остается одним из моих любимых фильмов, а « 1984 » Оруэлла — важным романом, но темы этих произведений можно более полно понять только при понимании их контрапунктических тем. Трудно понять антиутопию, не будучи в состоянии доверять множеству утверждающих огней, которые ежедневно зажигаются в мире. Пейзажи самых мрачных произведений искусства меркнут во тьме перед миром совершенства, где некуда идти и нечего знать.

Но есть загвоздка. Мы должны быть готовы открыться и поверить во что-то большее, чем мы сами, чтобы куда-то идти. Мы должны быть убеждены, что есть вещи, которые стоит знать, чтобы мы могли развивать дух, энергию и стремление, необходимые для следования по этому пути. Мы должны быть готовы слушать и вдохновляться учениями наших предков и знаниями тысяч поколений человечества. Мы должны верить, хотя мы и являемся интернет-поколением, у которого большая часть знаний о мире находится у нас под рукой, что мы не настолько умны, чтобы мы могли пренебрегать нашими коллективными носами перед великой антологией человеческого опыта.Да, для этого нужен разум, но также доверие, вера, а иногда даже слепая вера.

Изображение Брэндона Кидвелла.

Наоборот, я принадлежу к поколению, которое, кажется, глубоко ранено. Я помню, как мои родители так не любили слово «ненависть», что отказываются использовать это слово по сей день. Если бы они когда-нибудь поймали меня на его использовании, они бы предупредили меня: «Мухаммед, это очень сильное слово». Сегодня это кажется странной мыслью. Совершенно нормально в социальной среде, когда кто-то, имевший очень ограниченное взаимодействие с другим человеком, поворачивается и говорит «Я ненавижу этого человека» , и никто даже глазом не моргнул.

И наоборот, произнесение «Я люблю этого человека» вызовет как минимум закатывание глаз и даже серьезное беспокойство. Идея состоит в том, что вы должны знать кого-то очень давно, чтобы полюбить его — доверьтесь любви к энергии другого человека; их аура и их безмолвная компания воспринимаются как сентиментальный артефакт прошлого. Но ненависть, самую разрушительную эмоцию в мире, можно выразить немедленно.

В самом худшем случае цинизм может породить то, что Роберт Фрост сформулировал в «Смерть наемника» : затруднительное положение, когда «не на что с гордостью смотреть назад / И не на что надеяться с надеждой.

Это может породить, в крайней степени, нигилистическое и жестокое мировоззрение, которое привлекает так много молодых людей к насилию с применением огнестрельного оружия в Европе, стрельбе в церквях и школах в Соединенных Штатах, и целую группу молодежи со всего мира к присоединиться к опасным культам, таким как ДАИШ (ИГИЛ) в Ираке и Сирии. И действительно, такие организации, как ДАИШ, беспричинно нападали на общее наследие человечества, нападая на наше прошлое (разрушение музея в Мосуле, нападение на Пальмиру…), а также на наше будущее.Их апокалиптическое мировоззрение не имеет ничего общего с исламом, но они ссылаются на эту самую нециничную веру как на способ оправдать свой нигилистический взгляд на будущее. По их собственным словам: «Мы любим смерть, как и все вы любите жизнь».

Изображение Брэндона Кидвелла.

Очевидно, им не приходило в голову, что если бы первоначальные мусульмане хотели уничтожить древние памятники Ирака, Сирии и других мест, они сделали бы это сами, когда вошли в эти земли. Но они этого не сделали, потому что Пророк и его последователи были мусульманами, приверженцами религии, чья первая заповедь — «читать», чтобы нас «научили тому, чего мы не знали раньше».

Это оптимистическое мировоззрение ведет не только к сохранению культуры и древностей доисламского арабского мира, но и к сохранению, переводу и распространению культуры мира в целом. Переводя, сохраняя и комментируя произведения классической Греции и Рима, мусульманские ученые древности делали ставку на будущее. Этот оптимизм нашел физическое воплощение в таких сооружениях, как знаменитый багдадский Дом мудрости.

Во время моих сегодняшних путешествий это странное явление, что от Соединенных Штатов и Канады до Европы, стран Персидского залива и Австралии я видел, как чрезвычайно преуспевающее молодое поколение перенимало такой негатив и сомнения.И внутреннее, и внешнее сомнение.

Эта группа молодых людей познала богатство и изобилие, которые невозможно было представить 70 лет назад, но они, кажется, не могут передать дальновидный оптимизм и мужество своих бабушек и дедушек. В конце концов, оптимизм требует мужества. Основными составляющими доверия являются смелость и дерзость, а не слепота. Да, если мы откроем свои эмоциональные поры, нам может быть больно. Если мы позволим себе любить, мы можем страдать от горя. Если мы собираемся написать великую симфонию или воздвигнуть великий памятник, мы можем потерпеть неудачу, споткнуться и упасть.

Изображение Брэндона Кидвелла.

Да, это требует мужества, но мы должны быть готовы прыгнуть в океан жизни. Мы должны быть готовы терпеть все горести, обиды и неудачи в мире, чтобы испытать взлеты и падения того, что значит быть человеком и быть живым. Мы можем защитить себя от боли, но тогда мы рискуем никогда не познать экстаза любви.

В итоге оно того стоит. Жизнь того стоит. Ради жизни мы должны быть готовы собирать осколки, какими бы маленькими они ни были, везде, где мы видим разрушение.Мы должны быть готовы строить новые дома мудрости, лучшие и более сильные дома мудрости. Мы должны быть готовы много работать и страдать, чтобы воссоздать себя и друг друга.

Мы можем уклоняться от изобретения великих симфоний, строительства великих городов, приверженности научным инновациям и исследования нашей вселенной, потому что мы боимся. Мы можем уклоняться от лечения самых страшных болезней и спасения самых уязвимых экосистем из-за страха потерпеть неудачу, но тогда, не пытаясь попытаться, мы лишили себя не только возможности добиться успешных результатов, но и самого пути.«Для нас есть только попытка». сказал Т.С. Элиота в «Четырех квартетах » : «Остальное — не наше дело».

.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.